Текст книги ""Фантастика 2026-6". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Настя Любимка

Соавторы: Даниэль Рэй,Полина Ром,Анна Лерн,Игорь Лахов,Даниэль Зеа Рэй,Кира Страйк,Марьяна Брай,Эва Гринерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 155 (всего у книги 361 страниц)

– Войдите в госпитальную базу данных и найдите для меня Сермилли Витроу. Он должен быть где-то здесь.

Доктор тут же уставился в свой планшет и начал поиск. Работать с разумом этого человека было довольно просто. Он не сопротивлялся, в отличие от многих других, и покорно позволил Пенеоле завладеть его умом и телом.

– Корпус D. Палата 1563.

– Теперь проводите меня к нему. Своему секретарю скажете, что Вам необходимо меня показать…доктору Арискену.

Мужчина встал со своего места, и Пенеола последовала за ним. На лице секретаря на какое-то мгновение появилось удивление, но оно быстро сменилось понимающим кивком и улыбкой. Когда сюда придут офицеры из отдела внутренних расследований, все эти сотрудники поведают им грустную историю обращения молодой изуродованной женщины, которой они, к сожалению, ничем не смогли помочь.

Воспользовавшись телепортом, консультант провел Пенеолу в корпус реабилитации пострадавших во время военных действий. Накинув на голову капюшон плаща, Пенеола спрятала лицо от сторонних глаз и остановилась за спиной врача, когда тот постучал в палату?1563.

Сермилли Витроу оказался молодым деревой, изуродованным случаем, так же, как и Пенеола. Лежа в своей кровати, он обернулся на звук и уставился своими мутными белыми глазами куда-то в сторону. Все лицо, шею, руки этого человека покрывали рубцы от ожогов. Что осталось от его ног, Пенеола поняла по протезам, стоящим у кровати и инвалидному креслу у стены. Мужчина, почуяв неладное, потянулся к кнопке тревоги, однако борьбу с Пенеолой проиграл. Расслабившись на кровати, он все же улыбнулся и мысленно отправил ее к Амиру. Консультант закрыл за ними дверь и присел на стул у кровати деревы. Пенеола же подошла к инвалидному креслу, стоящему у стены, и опустилась в него.

– Мысли мои прочесть не сможешь, тварь! – прошипел мужчина, глядя мутными глазами в сторону Пенеолы.

– Но могу убить тебя, если пожелаю.

– Кто такая и чего хочешь? – с презрением спросил дерева, отворачиваясь и закрывая глаза.

– Я ищу одного человека, которого ты знал в прошлом.

– Кого именно?

– Террея Абсони.

Дерева засмеялся в голос.

– Абсони? И зачем тебе этот «голубок»?

– Что ты знаешь о нем?

– Он и его дружок пропали без вести год назад.

– «Дружок?»

– Его зрячий Йори Кораи.

– Значит, «голубок» – это ориентация?

– Еще вопросы будут?

– Да, и довольно много.

– Тогда, давай побыстрее. У меня скоро процедуры.

– Опиши мне его.

– А это зачем?

– Опиши, иначе следующей порции обезболивающего не дождешься.

Сермилли прищурился:

– Высокий, сбитый югуанин. Волосы короткие. Глаза…

– Особые приметы есть? Рубцы, родинки?

– На лице нет, по-моему.

– Скулы? Лицо широкое или узкое? Губы полные? Ямочки у рта? На подбородке?

– Высокие скулы. Губы средние. Ямочки у рта есть, кажется…

– Бесполезно, – выдохнула Пенеола, закатывая глаза. – Ладно. Он был медиатором?

– Что-то вроде.

– Поподробнее.

– У него был талант. Он читал практически всех на факультете. А потом связался с Кораи и его выперли в отстающие, чтобы остальным неповадно было.

– Что ты знаешь о его назначении на службу в МВС?

– Среди нас никто не знал, почему их отправили прямо в пекло. Поговаривали, что им поручили какую-то особую миссию. Но, что касается моего мнения, Ассоциация решила, наконец-то, от них избавиться.

– Расскажи мне о тех, кто пропал вместе с ним.

– Кто именно тебя интересует?

– Все и каждый. Начнем с Кимао Кейти.

– Кимао и Орайя, – хмыкнул Сермилли. – Два брата с большим потенциалом и непомерными амбициями. Одно только имя их папаши заставляло весь преподавательский состав содрогаться.

– Ты с ними общался?

– Они всегда держались в стороне. Таскались везде с сукой Айрин и плевать на все хотели.

Сермилли рассмеялся и повернул голову к Пенеоле:

– Почему ты интересуешься ими?

– Кимао Кейти, Орайя Сиа и Айрин Белови всегда держались вместе? – проигнорировала вопрос Пенеола.

– Не разлей вода. Таких женщин, как Айрин, еще поискать. Ее хотели все, но связалась она именно с братьями Сиа.

– Почему у Кейти другая фамилия?

– По-моему, это фамилия его матери – матриати Ри Сиа.

– А Террей Абсони? Он с их кампанией ладил?

– До появления сестрицы Айрин они практически не общались.

– То есть, Данфейт Белови поступила в Академию позже остальных?

– Ее приняли только потому, что она стала матриати Кимао. Не знаю, почему он выбрал ее, а не ее сестру, но бездарная Белови – младшая за несколько месяцев превратилась в знаменитость. Поговаривали, что девчонку обучал сам Ри Сиа, а потом Кимао присоединил ее к себе, чтобы преспокойно трахаться со старшей сестрой.

– У Айрин Белови и Кимао Кейти был роман?

– Вроде бы. В том, что Кимао был в нее влюблен – никто не сомневался. А вот стерва-Белови… Эта сука вряд ли вообще кого-то могла любить.

– Я смотрю, ты ее не жалуешь?

– Нутро всегда видно, как его не прячь. Вся из себя, эдакая аристократка, со своей моралью и высокими принципами. Однако же, когда дело затрагивало ее личные интересы, правила для нее переставали существовать. Для таких женщин, как Айрин, «сука» – не оскорбление, а похвала. Думаю, если бы она не пропала, местечко в Совете точно бы заняла. Ее, кстати, сама Пире Савис опекала.

– Госпожа Пире Савис?

– Да. Кимао пророчили большое будущее. Потрясающие возможности. Ты, по сравнению с ним, – никто! Если бы Айрин стала матриати Кимао, а еще лучше, его законной супругой, их имена точно вписали бы в историю Ассоциации.

– Но Кимао на роль матриати выбрал ее сестру, я правильно поняла?

– Да. Та еще девица. Было в ней что-то…особенное. Честно говоря, у меня даже сложилось мнение, что Кимао и в самом деле на нее запал.

– А что ты скажешь о зрячем Террея Абсони?

– Йори многое умел делать хорошо. Когда весть о том, что он стал зрячим Террея обошла всю Дереву, отец Йори попытался убить дружка сына. Поговаривали, что тогда свою шлюшку спас именно Йори. Хотя, кто его знает?

– Ладно. А Бронан Ринли? Что о нем расскажешь?!

– Ну, что сказать… Влюбленный придурок. На четвертом году обучения притащил с собой свою новоявленную матриати. Все выпали в осадок, когда увидели эту красную чудачку. Избалованная «дорогая» штучка. Ринли к ее ногам все положил, а та поимела его по всем направлениям. Однако, когда тианочка «закрутила» с другом Ринли, зрячий ей унижения не простил. Девка покатилась по наклонной, а Ринли утешила более разумная сокурсница. С появлением в Академии Данфейт, все перевернулось с ног на голову. Она подружилась с красной, Абсони и понеслось. Везде таскались вместе. А потом к ним присоединились и остальные, про кого я тебе уже рассказал. Разные слухи ходили. Якобы, они летали на Атрион за ворисом. И что сам Гвен точил зубы на младшую Белови. Она поперек горла всем стояла. Хоть и матриати, а задрала свой нос выше некуда. Такие либо вершат революцию, либо исчезают в один прекрасный день. Второе, собственно, и произошло.

– Почему Глава «точил на нее зубы»?

– Потому что она стала известной. Паршивая овца могла загубить все стадо. Даже моя матриати нос задрала. Стала мне в пример младшую Белови приводить. Я быстро ее на место поставил, но заставить ее не думать об этом не смог.

– И где теперь твоя матриати?

Сермилли замолчал и открыл глаза, повернувшись лицом к Пенеоле:

– Твой голос такой охрипший… Что с тобой произошло?

– Ничего хорошего.

– В расход пустили?

– Нет. Один извращенец порезвился.

Сермилли нахмурился:

– Горло тебе порезал?

– И горло тоже.

– Убила его?

– Еще нет. Но убью.

– Слабо верится, что это был Террей.

– Нет, это сделал Райвен Осбри. Знакомо имя?

Сермилли замолчал и вновь отвернулся от Пенеолы. Покачав головой, он улыбнулся и поправил на себе одеяло.

– Я помогу тебе, – вдруг ответил он. – Сам не знаю, почему. Может, в память о моей потаскушке, которую отправили на смерть вместе со мной. Или ради моих сокурсников, которых уничтожили всего за год… В общем, послушай меня. Если и стоит тебе искать кого-то, так это – Айрин Белови. Она жива, я это точно знаю. Видел ее своими собственными глазами за день до начала войны с МВС. Мы пересеклись с ней в приемной Роэли Гвена. Только потом я узнал, что она, якобы, пропала без вести. Но только вот пропала она по официальной сводке за две недели до того, как я увидел ее.

– Ты с ней говорил?

– Нет. Но выглядела она плохо. Вся в черном, синяки под глазами и, кажется, ссадины на лице, замаскированные косметикой. Она заметила меня и тут же отвернулась. Было понятно, что вести светские беседы она не намерена. Найдешь Айрин Белови, узнаешь, что произошло и со всеми остальными.

– Меня не интересуют остальные.

– Ходят разные слухи. Многие из зрячих начинают думать о том, что нас убирают свои же. Абсурдные задания, неверные данные. Много несчастных случаев с техникой. Мне-то уже все равно, но хотелось бы знать, почему именно мне и моей матриати доверили невыполнимое задание? Что, попроще кандидатур не нашлось? Складывается впечатление, что такие, как мы, Ассоциации больше не нужны.

– Пустые домыслы тех, кто не желает сражаться, – ответила Пенеола.

– Ты никогда не задавалась вопросом, куда исчезли загадочные амиряне? Где они сейчас?

– Их уничтожили.

– И тебе не интересно, кто они и откуда появились?

– Я придерживаюсь официальной точки зрения.

– Ну, да! Конечно! – засмеялся Сермилли. – Активность Амира повлияла на потенциальных зрячих и свела их с ума! Большего бреда я не слыхал!

– У тебя есть другие объяснения?

– Есть. Ри Сиа изгнали из Совета Зрячих за гибель мирного населения в ходе эксперимента с термоядерной энергией.

– А тебе откуда это известно?

– Известно и все тут.

– Хочешь сказать, что амирян создали мы?

– Если бы их создал МВС, погибла бы Дерева, а не Юга.

– Все это – пустые домыслы.

– Веришь Ассоциации? Ну что ж. Продолжай в том же духе. Может, тебе повезет больше, чем мне.

– Спасибо за помощь. Могу я что-нибудь для тебя сделать?

– Убить можешь. А так, ничего.

– Тогда, прощай, – ответила Пенеола и, взглянула на сидящего на стуле доктора.

Тот поднялся со своего места и отправился к двери.

– Кстати, – окликнул Пенеолу Сермилли.

– Что еще?

– Кто обучил тебя? Ты способная, но в Академии, насколько я понял, не училась. Кто тебя «воспитал»?

– Я сама себя воспитала.

– А, может, все же, убьешь?

– Извини, но я не палач.

– Тогда проваливай быстрее. Скоро обход.

– Прощай, – ответила Пенеола и вышла из палаты.

Глава 4

Итак, все дороги ведут в Ассоциацию Зрячих. Как и утверждал адмирал, искать следует там. Высказывания сокурсника всех этих зрячих наводили Пенеолу не неприятные мысли. Удобно не задумываться над очевидными вещами, если не желаешь смотреть правде в глаза. Ей самой столько раз поручали невыполнимые миссии, что очередная вводная, на каком-то этапе, уже начинала вызывать смех. О несчастных случаях со зрячими Пенеола услышала впервые. Зачем Ассоциации избавляться от зрячих? Бессмыслица какая-то.

Пенеола вышла из здания госпиталя на улицу и накинула на голову капюшон. Шел проливной дождь. Зонт с собой она не взяла, а пережидать бурю в этом месте у нее не было никакого желания. Пенеола осмотрелась по сторонам и, сведя полы плаща на груди, шагнула прямо в ливень. Блеснула молния, и раскат грома накрыл пространство своим гулом. Пенеола вздрогнула и едва ли не припала к земле. Безусловная реакция. Точно такой же звук издают взорванные в атмосфере снаряды, как раз перед тем, как ударная волна сметает все вокруг. Давно она не слышала настоящих раскатов грома. Вот, даже теперь перепутала их с бомбардировкой.

Не воспользоваться непогодой в данной ситуации было бы глупо. Вокруг телепортов соберутся толпы народа, ведь в грозу эту будет самое быстрое средство передвижения. А значит, она вполне сможет затеряться среди людей и оторваться от «хвоста». Пенеола ускорила шаг, огибая тех, кто так же, как и она, стремился побыстрее добраться до пункта телепортации. Черные плащи, такие же черные зонты. Деревийцы перестали носить дорогие наряды. Они утратили интерес к ярким цветам и превратились в народ, скорбящий по далекой мирной жизни. А вот и пункт пропуска к телепортам.

Спустя несколько минут Пенеола растворилась среди безличия черных одежд и таких же черных зонтов, оставив позади себя тех, кому было поручено не спускать с нее следящих глаз.

* * *

Пенеола вышла из бюро регистрации воздушно-космических полетов и направилась по улице вперед. За последний час буря только усилилась. Ливень превратился в сплошную стену из воды, изменяющую направление под резкими порывами ветра. Пенеола хотела добраться до пункта телепортации, и покинуть злосчастный сектор, однако, в связи с объявленным штормовым предупреждением, станцию закрыли. Поворачивать назад и искать такси было бесполезно: только умалишенный сядет за руль в такую непогоду. Нырнув в переулок, Пенеола заметила вывеску какого-то кафе и направилась туда.

Внутри не было посетителей. Однако, навстречу Пенеоле все же вышла официант и предложила посетительнице снять ее вымокший плащ.

– В такую непогоду на улице находиться опасно, – улыбнулась девушка, протягивая Пенеоле сухое полотенце.

– Могу я выпить чего-нибудь горячего? – спросила Пенеола, осматриваясь по сторонам.

– Горячего или горячительного? – переспросила девушка.

– Горячего.

– Кофе? Чай?

– Чай.

– Травянной или…

– Черный. Обычный черный чай. И не могли бы Вы показать мне, где уборная.

– Конечно. Я провожу Вас.

Пенеола закрылась в туалете и сняла с себя маску. Умыв лицо, она заплела мокрые волосы в косу и попыталась собраться с мыслями.

Ее поиски зашли в тупик. В бюро воздушно-космических полетов Деревы, где она побывала сегодня, Айрин Белови действительно была зарегистрирована как пилот категории «С». Большими пассажирскими кораблями ей бы никто не позволил управлять, а вот небольшими «пилотниками» – вполне. Там же Пенеола узнала, что Айрин Белови вместе с Орайей Сиа и Кимао Кейти не раз, и даже не два летали на Атрион. На всех них было выдано более тридцати лицензий на охоту в течение последних четырех лет. Кем бы ни была эта девушка, от отца она явно не зависела. Почему же она выбрала столь непростой путь к приобретению капитала? Потому, что это довольно быстрый способ заработать деньги? Вряд ли. На такой риск ради денег пойдет не каждый, особенно, если этот человек никогда не нуждался в деньгах. Безрассудство? Тоже не подходит, ведь эта Айрин сумела более тридцати раз вернуться из того амирского пекла живой. Скорее, это игры честолюбия. Как пилот, Пенеола вполне могла понять желание молодой девушки проверить собственные силы и доказать самой себе, что она способна на большее.

Сермилли Витроу назвал Айрин Белови «сукой». В глазах многих мужчин женщина, превосходящая их по способностям и не скрывающая этого, является «сукой». Особенно, если эта женщина красива. Сокурсник сказал, что это «похвала» для такой, как Айрин. Безусловно, комплемент странный, но именно он характеризует эту девушку как личность. «Красивая сука». «Красивая богатая сука». Ничего привлекательного, конечно, однако, «красивая богатая сука» должна быть достаточно сообразительной, чтобы «крутить» с одаренным Кимао Кейти. Перспективные мужчины, коим был Кейти (судя по рассказу все того же сокурсника), не выбирают в качестве «подруг» глупых женщин. Но, причем здесь сестра этой Айрин? Данфейт Белови здесь самая «темная лошадка». Обучалась у отца двух братьев, стала матриати Кимао Кейти. Если верить все тому же отделу лицензирования полетов, бывала на Атрионе вместе со своим зрячим и остальными сокурсниками. Но, без сестры и Орайи Сиа. Что это значит? Они не ладили? Возможно, дело в мужчине, которого они «не поделили». Сермилли Витроу сказал, что такие, как Данфейт Белови, вершат революцию. Значит, сестра Айрин Белови была бунтаркой. «Аристократка» и «бунтарка». И один мужчина на двоих. Веская причина для «семейных распрей»? Вполне.

Чем больше Пенеола размышляла об этом, тем более странной казалась ей вся эта история. А чем больше странностей, тем, как водится, более непредсказуема развязка. На самом деле, Пенеола могла рассчитывать лишь на правильность собственных умозаключений, ведь больше никакой информации обо всех этих людях у нее не было. Даже фотокарточек не осталось. Только имена. Уничтожить личные данные в архивах бюро полетов могли лишь очень высокие чины из Ассоциации Зрячих. Пенеола понимала, что ответ кроется в миссии, которую поручили всем этим курсантам. Будь у нее доступ к архивам МВС, она нашла бы сведения о них. Но, увы. К этим данным у Пенеолы доступа не было.

Пенеола попыталась нахмуриться, глядя на свое отражение в зеркале. Адмирал сказал, что все ответы кроются в архивах Ассоциации Зрячих. «С твоими связями тебе не составит труда получить необходимую информацию». С ее связями. Что он имел в виду, этот югуанский засранец?

Пенеола надела на лицо маску и, открыв дверь, направилась в зал. В скудно освещенном помещении появился новый посетитель, и он сидел за ее столиком. Пенеола взглянула на темноволосый затылок мужчины в черном термостабильном костюме и всем своим существом ощутила страх. Пенеола замерла на долю секунды, затем взгляд ее метнулся в сторону выхода.

«Если хочешь жить – даже не пытайся…»

Ноги Пенеолы ослабли. Против воли она сделала шаг в проход между столиками и неуверенной походкой поползла вперед. В этот момент мужчина обернулся к ней. Черные глаза, черные волосы, светлая кожа… Она узнала его по голосу в своей голове. Она узнала его…

Пенеола присела за столик напротив югуанина и глубоко вздохнула. Он протянул руку к электронному меню, лежащему на столе, и медленно перелистывая страницы пальцем на экране, начал его изучать. Пенеола молчала. Зачем он здесь. Как попал сюда? И что вообще все это значит?

Когда к ним подошла несколько взволнованная официант, югуанин заказал два горячих обеда, одно кофе и вопрошающе посмотрел на Пенеолу.

– Может, хочешь чего-нибудь покрепче чая? – спросил он.

– Настойку, – процедила Пенеола, продолжая сжимать свои плечи онемевшими пальцами.

– И двойную порцию деревийской настойки, пожалуйста. Спасибо! – наглец улыбнулся официанту и та, растаяв перед ним, бросилась исполнять заказ. – С погодой подвезло, – произнес югуанин, складывая руки на груди и изучая Пенеолу. – Дерьмово выглядишь. Хотя, в твоем положении это не мудрено.

– Твое положение гораздо хуже моего.

– Не скажи, – улыбнулся югуанин. – О том, что я здесь, знаешь только ты. И мы с тобой в одной упряжке, моя дорогая. Так что…

– Мне нечего тебе сообщить.

– Кто бы сомневался! Но, не переживай. Время у тебя еще есть.

– Зачем ты здесь?

– Я – контролирующий орган. И мой исполнитель не соблюдает план.

– Засунь свой план себе в…

Голос Пенеолы пропал, а югуанин в ответ цокнул языком и покачал головой.

– Ругаться тебе не идет. Прости.

Пенеола выдохнула и улыбнулась девушке, подошедшей к столику и расставляющей приборы. Как только официант вновь покинула их, югуанин продолжил разговор.

– Я же сказал тебе, что именно делать. Почему за все это время ты даже не попыталась попасть в архив Ассоциации?

«Учитывая мое незавидное положение, пока я не могу этого сделать».

– Но, ты ведь смогла уйти от слежки сегодня. Смогла бы и в архив проникнуть.

«Мои полномочия приостановлены. Теперь я – никто, да и жить мне осталось где-то с неделю. Если они узнают, что я разыскиваю некую Айрин Белови – даже этого времени у меня не будет».

– Разреши…

Югуанин протянул руку Пенеоле и предложил ей свою ладонь. Сопротивляться не было смысла. Пенеола стянула с руки перчатку и взяла его за руку. Югуанин посидел с закрытыми глазами всего несколько минут, а затем скривился и, кажется, выругался.

– А «помощник» твой не промах. Но, его помощь тебе больше не понадобится.

«Ты убьешь меня сегодня?»

Югуанин рассмеялся и отрицательно покачал головой.

«Значит, ты позволишь мне вернуться домой?»

– Я вижу, что ты совсем ничего не понимаешь.

– Нет, не понимаю.

Как ни странно, зрячий вернул Пенеоле способность говорить.

– Я – твой внешний контакт. На этом – все.

Пенеола втянула в грудь воздух и отвернулась от адмирала.

– Тогда…ты не покидал корабль, а прилетел на нем со мной на Дереву. Удивляюсь, как только тебе удалось смыться с базы на орбите незамеченным, но если учесть твой уровень подготовки, вряд ли для тебя это было проблемой. У меня много вопросов к тебе, но основной и самый главный, наверное, касается именно меня. Зачем тебе я?

– Я рад, что ты продолжаешь обращаться ко мне на «ты». Это уже что-то.

– Перестань юлить! Что тебе от меня нужно? – прошипела Пенеола и тут же умолкла, почувствовав, как адмирал с силой сжимает ее пальцы.

Странно… Все это время он удерживал ее за руку, а она даже не обратила на это внимания. Рядом с их столиком оказалась официант, и адмирал был вынужден отпустить ладонь Пенеолы. От аромата горячего супа и мяса с гарниром Пенеолу начало мутить. Хорошо, что на ней была маска, иначе, эта Дилена в ужасе бы вылетела из этого зала с криком «помогите!».

– Приятного аппетита, – пролепетала официант и, задержав голодный взгляд на югуанине, молча, удалилась.

– Ты ей приглянулся, – хмыкнула Пенеола, отодвигая от себя тарелку и натягивая перчатку на пальцы. – Жаль, что красивые мужики так часто оказываются не теми, за кого пытаются себя выдать.

– И как же ты поняла?

– Во-первых, еще год назад Террей Абсони был в звании старшего лейтенанта. Маловероятно, что за год службы его повысили до адмирала. А во-вторых, Террею Абсони сейчас должно было бы быть около двадцати шести лет. Извини, конечно, но не слишком ли ты состарился всего за год?

– А сколько бы ты мне дала?

– Тридцать пять… Минимум, – добавила Пенеола.

– Тогда, кто я такой?

– Понятия не имею. Но ты не из их кампании, это точно.

– Потому что старый?

– Нет. Потому что ты югуанин. Безусловно, зацепка с именем Террея Абсони была полезной, но теперь и она ничем не может мне помочь. Полагаю, что ты работаешь на папашу этой Белови. И деньги, которые он платит тебе, вполне оправдывают риск, на который ты пошел, прилетев сюда.

– Тогда, придумай мне имя. Это облегчит твое обращение ко мне.

– Я буду звать тебя «югуанин». И мне проще, да и тебе понятно.

– Почему ты не ешь?

– Меня сейчас вырвет.

– Это нервное. Соберись и съешь то, что я для тебя заказал.

Пенеола от такого заявления чуть не закашлялась: «…я для тебя заказал». Добродетель хренов. Будь ее воля, выколола бы ему его темные глазенки, которыми он так старательно пялился на нее.

– Желаешь снова прочувствовать силу моего убеждения? – с вызовом произнес югуанин и Пенеола, в очередной раз сглотнув свою ненависть, принялась запихивать в рот то, что он для нее заказал.

Бросив приборы на стол, Пенеола демонстративно потянулась к бокалу с двойной порцией деревийской настойки и осушила его содержимое до дна, даже не поморщившись. Стало легче. То ли напиток согрел ее изнутри, то ли этот югуанин успокоил ее «извне».

– Все мои поиски свелись к необъяснимому желанию взглянуть в лицо Айрин Белови, – наконец, разрушила молчание Пенеола. – Если честно, мне начинает казаться, что Айрин Белови никогда не существовало.

– А, может быть, самой Айрин Белови выгодно, чтобы все позабыли о ней?

Пенеола нахмурилась и взглянула на югуанина:

– Хочешь сказать, что от всех фотографий она сама избавилась?

– Дело не только в ней. Если ты заметила, фотографий нет и у тех, с кем она водила дружбу.

– Если ты говоришь, что она именно «водила дружбу» с ними, значит, ты многое знаешь о них.

– Скрывать это от тебя я не собирался.

– Допустим, – кивнула Пенеола. – После начала войны дочь влиятельного сайкаирянина смогла сохранить себе жизнь только одним способом: стать другим человеком. Если она сама «затерла» информацию о себе и своих «друзьях», у нее должен был быть определенный план. Но, ее знакомые… Что делать с ними? Хотя, за время своей службы я ни разу встретила знакомых, с которыми обучалась в Летной Академии.

– Извини, конечно, но ты привела плохой пример.

Пенеола засмеялась замечанию югуанина, а затем нахмурилась, глядя в окно.

– Внешность тоже можно изменить, – ответила она и вновь посмотрела на зрячего. – Например, можно перекрасить волосы, надеть контактные линзы…

– Или спрятаться под маской.

– Не сравнивай! Мне есть, что скрывать. Кроме того, маска из без того привлекает достаточно много внимания к моему лицу.

– Да. Теперь о тебе слагают легенды.

– Эти легенды стоили мне имени. Как только информация о Пенеоле Кайдис просочилась к МВС, на Дереве я перестала существовать.

– Тебе не нравится Риен Нерроу? – улыбнулся югуанин.

– Почему ты не хочешь назвать мне свое имя?

– Есть риск, что оно станет известно Ассоциации.

На улице прогремел гром, и Пенеола невольно пригнулась к столу.

– Смешно смотрится, – заметил югуанин, поднося кружку с кофе ко рту.

– Ты с черными волосами тоже смешно смотришься.

– С моей внешностью это маловероятно.

– В самоуверенности тебе не откажешь.

– Завидуешь?!

– Да. Я завидую тебе, – ответила Пенеола и улыбнулась югуанину, приподнимая маску и вновь возвращая ее на место.

– Извини…

– Не стоит. Лучше, расскажи, что тебе известно о проекте с кодировкой «TR».

– «Трансплантация». Я объяснял тебе, что это такое.

– А «аннулирование»? Что это значит?

– Предполагаю, что это значит «стереть» личность.

– Уничтожить все данные о ней?

– Нечто вроде того.

– Ты ведь не о документах сейчас говоришь…

– Нет.

– Такое возможно? Я имею в виду сделать из человека кого-то другого?

– Воспоминания хранит наше сознание. Эту память невозможно стереть. Но, можно ее заблокировать и подменить другой информацией. Этой техникой на зачаточном уровне владеешь даже ты.

Пенеола закрыла глаза и начала глубоко дышать.

– А возможно ли, что Айрин Белови просто «аннулировали»?

– Гениальное решение, не правда ли!

Пенеола распахнула глаза и уставилась на зрячего. Что-то в ее голове начинало складываться, но самый логичный вывод при всей совокупности косвенных фактов казался слишком невероятным, чтобы оказаться правдой. Более того, этот вывод вызвал у Пенеолы смех.

Она хмыкнула, продолжая смотреть на югуанина, а затем не выдержала и рассмеялась в голос.

– Я разыскиваю ее, потому что каждый месяц мы получаем сообщения от Ассоциации, предлагающие нам обменять выжившую дочь Герольда Белови на кого-нибудь из пленных, – не обращая внимания на веселье Пенеолы, продолжил говорить югуанин. – Ради денег отца этой девочки, МВС идет на уступки и направляет группу по указанным координатам обмена. Еще никто из тех, кого мы отправили на эти задания, живыми не вернулись.

– Мне очень жаль.

– Да, перестань ты. Жаль тебе… Тебе себя жаль, ведь ты вляпалась в эту историю по чистой случайности. Не вернись ты за своими, ушла бы целой и невредимой с той луны.

– Без принципов легко потерять человеческое лицо.

– Я знаю, что они у тебя есть, – ответил югуанин, ставя чашку на стол. – Если честно, никогда бы не подумал, что у «Черной Кайдис» окажется так много жизненных принципов. Скажи, порешив такое количество народа, ты продолжаешь верить, что после смерти Юга примет тебя в свои объятия?

– Нет, – улыбнулась его вопросу Пенеола. – Меня ждет пекло Амира, так же, как и тебя, югуанин.

Он улыбнулся ее замечанию, а затем обернулся и подозвал официанта. Девушка тут же оказалась у столика, с воодушевлением глядя на красивого мужчину, не сводящего с нее своих темных глаз.

– Извини, девочка, – произнес он, и официант без сознания рухнула на пол. – Уходим, – произнес югуанин и направился к двери.

Схватив два плаща с вешалки, зрячий распахнул дверь и вытолкнул Пенеолу наружу, прямо в дождь. Набросив на нее капюшон, он взял ее за руку и перешел на бег, ныряя в другой переулок и мчась от кафе со всех ног. Пенеола не задавала ему вопросов. Бежать, значит, бежать. Теперь сохранность ее жизни зависит от этого человека. Кто бы мог подумать, что связь обстоятельств может быть так похожа на связь тех, кого называют «зрячими»? В одном только Пенеоле повезло: если югуанина убьют первым, у нее еще будет шанс выжить.

* * *

Пенеола вновь открыла глаза и уставилась в полоток. Дурные навязчивые мысли не давали ей покоя. Если этот человек здесь, значит, у него есть план, как выбраться с Деревы живым и невредимым. Однако, если он найдет Айрин Белови, к чему ему брать ее, Пенеолу, с собой?

– Даже не думай, что сможешь смыться отсюда, – пробурчал сонный голос югуанина, и тяжелая мужская рука опустилась на грудь Пенеолы.

Пенеола тут же оттолкнула ее, подтягивая одеяло повыше, к шее.

Он притащил ее в эту квартиру и выдал сухую одежду: штаны и майку. Пенеола в них, конечно же, «утонула», но комментировать ситуацию не стала. Югуанин сказал, что завтра ее ждет тяжелый день и, расстелив постель, указал пальцем на место у стены. После часовой пробежки под ливневым дождем, приправленным сильнейшими порывами ветра и блеском молний над головами, Пенеола едва ли затащила свое тело сначала в душ, а затем и до этой койки. Югуанин предупредил ее, что попытки к бегству для нее закончатся крайне плохо, после чего сам отправился в душ, а затем, в одних трусах, улегся с ней в одну постель. В принципе, Пенеоле было все равно, где и в чем спит этот человек. Проблема была в слишком мягкой перине, на которой Пенеола не могла заснуть.

– Дуй на пол, – вновь пробурчал югуанин и Пенеола, несколько воодушевленная его снисходительностью, начала перелазить через огромное тело, стаскивая за собой единственное одеяло. – Без одеяла, – вновь услышала бурчание Пенеола.

– Подавись, – ответила она и с наслаждением уперлась коленкой в пах югуанина.

Выставить блокировку полем или руками Пенеола не успела. Югуанин слишком быстро впился своими пальцами в ее шею и промежность. Заревев от боли, Пенеола вытянулась в струну, парализуемая чужим влиянием и силой.

– Думаешь, если надавишь на мой член своим коленом, тебе это с рук сойдет? В любом случае, больнее будет тебе!

Хват зрячего ослаб, и Пенеола рухнула на кровать, хватая воздух ртом. Она была в ярости. Сняв в лица маску, она стерла с лица слезы боли и поднялась на ноги.

– Ты ответишь мне за это… – прохрипела Пенеола, хватая подушку и бросая ее на пол.

Слезть с кровати она не успела. Пялилась в потолок распахнутыми глазами и не могла проронить и слова. Нет, этот человек не принуждал ее молчать, и не сковывал ее горло своей волей. Он сидел верхом на ней, прижимая свои пальцы к ее обнаженной груди под майкой. Ущипнув сосок, он стянул с нее штаны и начал гладить рукой ее клитор. Пенеола продолжала молчать. Постепенно ее глаза наполнились слезами, и соленая вода потекла по ее щекам. То, что он делал, было приятно. Более того, от этого Пенеоле захотелось ерзать под ним, приподнимая бедра в надежде получить большее. Давно забытое чувство плотского удовольствия пришло к ней вместе с обидой на то, что он делает это из жалости, а она, как нищенка на паперти, готова эту жалость принять.