Текст книги ""Фантастика 2026-6". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Настя Любимка

Соавторы: Даниэль Рэй,Полина Ром,Анна Лерн,Игорь Лахов,Даниэль Зеа Рэй,Кира Страйк,Марьяна Брай,Эва Гринерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 59 (всего у книги 361 страниц)

– Совершенно верно. Гадкие души стремятся к нам бессознательно, однако даром изменять гадкие души и управлять ими обладают немногие, а теперь он получил новое воплощение – в виде сдвоенного артефакта, которым владеет род Скарлерр и уже не один век.

– Чем еще они владеют? – у меня перехватило дыхание.

– Знаниями, умениями, вот эти печати, – шестикрылый указал на землю, – в ваших академиях не преподают. Но самое главное, они знают, что по-настоящему одаренные дети рождаются только в любви.

– Неудивительно, что у главы их рода аж трое сыновей, в то время как у других не всегда рождаются дети, даже девочки…  Чаще вообще мертворожденные, – гневно выдохнул я.

А ведь именно Совет всегда настаивал на том, чтобы пары составлялись согласно статусу, даже не всегда совместимость учитывалась! Особенно, если речь шла о великом роде!

– Семеро, – поправил меня шестикрылый и я поперхнулся.

– Что?

– У него семеро сыновей и трое дочерей. К слову, его жена в данный момент носит еще одного ребёнка.

– Его жена? – вот тут, каюсь, мне стало дурно. – Леди Леола же погибла при родах и вот уже сто лет глава рода Скарлерр считается вдовцом!

– Скажу больше, ты не того считаешь наследником. И не только ты, трое о которых ты знаешь, даже не догадываются о том, что их семья несколько больше, чем они считают. К тому же у главы рода Скарлерр дети истинно одаренные – обладают разной направленностью магии.

– Прошли первую ступень эволюции? – ужаснулся я.

– Нет, у его первенца и еще у двух сыновей магия света, а у двух дочерей – магия тьмы.

– Подождите, но это невозможно!

– С чего вдруг? Только богам решать, как именно одаривать своих творений. – Насмешливо ответил шестикрылый. – И поверь, вмешательство в их планы дорого обойдутся тем, кто посмел нарушить естественный ход. Они никогда не получат нового воплощения.

– Тогда почему, если мои родители искренне любили друг друга, я родился с магией тьмы? А дети Арвана и Руданы? Такой привязанности и любви, как у моих дяди и тети, я ни у кого не видел!

– Увы, ответ знают только боги, – пожал плечами шестикрылый. – Но насколько я могу судить, очень многое зависит от принятия своей половинки. Не столько осознание влечения и желания обладать своей парой, сколько горячее желание видеть избранника или избранницу счастливыми и сильного стремления этого достичь. Понимаешь?

– Кажется, да. – Пробормотал я, анализируя полученную информацию. – Если у Скарлерр настолько одаренные дети, тогда зачем им нужна была поддержка иных родов? Слишком рискованно. Куда проще было внедрить своих детей в нужные рода и заручиться уже «родственной» поддержкой.

– Этим детям еще нужно было вырасти. Тем более своей цели они добились: два ректора академии – имеют прямое отношение к роду Скарлерр.

Я поймал себя на мысли, что мне больше ничего не хочется знать. Совершенно. Масштаб происходящего не просто потрясал и ошеломлял, он никак не хотел укладываться в голове. Сколько лет все длится? И какая цель? Единоличное господство? Все казалось настолько фантастичным и вместе с тем страшным, что неведение было бы благом. Но я не имел права ни на малодушие, ни на то, чтобы отступать.

– Дядя стал ректором Академии Хилт не случайно? Это была воля богов? Вот почему наследная сила рода сменила носителя? Арван показался богам лучшим кандидатом?

– Думаю, это сейчас не столь существенно.

Я бы поспорил, тем более мне обещали информацию в виде помощи, но не стал.

– Им нужны были академии для беспрепятственного доступа к студентам? – все же проглотил свое недовольство и задал следующий вопрос.

– И вхождению в их семьи в любое удобное время. Как ты уже знаешь, нынешнее поколение девушек имеет определенные проблемы по части репродуктивной системы.

– Твари! – не сдержался я. – Они регулируют рождаемость в великих родах, намеренно ослабляя их, чтобы в итоге остаться единственными хранителями иллами?

– В правильном направлении мыслишь, – кивнул посланник богов. – Если это произойдет, я уверен, что боги уничтожат ваш мир, минуя стадию «низшего» мира.

– Я не понимаю, они ведь все видят, знают о планах своих детей, но не вмешиваются напрямую? Почему вместо того, чтобы уничтожить тех, кто стремится стать чуть ли не богом, они посылают вас, помощников? Мой отец не мечтал о господстве, но отдал свою жизнь за отмену древнего ритуала, а Скарлерр неприкосновенен?

Меня потряхивало от несправедливости. В этот момент я как никто другой понимал Марину, которая ровно также дрожала от ярости и непонимания, когда бросала мне в лицо похожий вопрос о несправедливости.

– Не уверен, что тебе понравится мой ответ. – Серьезно и несколько извиняющимся тоном ответил шестикрылый. – Но я сам выбрал такой способ помощи, поэтому отвечу. Дело в обучении и естественном отборе.

– Что?

– Думаешь так легко стать демиургом? Просто получил силу и иди помогай мирам? А то и свои создавай, конечно, при одобрении Айваны, Террана, Татейя? Нас учат, испытывают, поверяют насколько мы готовы перейти на новую ступень эволюции души. Стать не просто творением, а творцом. Миров, как я уже сказал, много. Их очень много, Айтерртей. Ваш изначально был не лучше и не хуже остальных, но как только он начнёт угрожать мирозданью – будет уничтожен.

– Разве это наш мир угрожает? Род паразитов методично и не одно столетие измывается над его жителями, причём с подачи двух ваших предшественников, а виноват весь Тантерайт?!

Я не сумел сдержаться. Да и кто бы смог?!

– Виноват, – резко бросил шестикрылый. – Виноват тем, что позволил когда-то уничтожить род Альветар.

Я уставился на посланника богов, решив, что ослышался.

– Жизнь сохранили двум малолетним девочкам. Одной едва исполнилось два года, другая только родилась. И судьба первой гораздо страшнее, чем ты себе можешь представить. Она не пережила издевательств. Вторую же припрятали, желая получить могущественное потомство. Но вряд ли они ожидали, что она встретит свою любовь и в итоге проживет счастливую жизнь. Твоя мама была ее очень дальним потомком.

Меня уже мутило от этих откровений. Знать историю своего мира нужно, войны не являются чем-то редким для нашего мира, они велись всегда: как явные, так и скрытые. Между великими родами так и вовсе на постоянной основе. Однако слышать такие подробности было гадко.

– За них никто не заступился. Поделили земли, власть, стерли любые упоминания о роде Альветар, будто его никогда и не существовало. Информацию о них давал уже мой предшественник своему протеже, именно его знания нанесли на бумагу, а вы недавно обнаружили подкинутый архив в одном из поместьев опального рода.

– У рода Сайттар, – выдохнул я. – Подкинутый?

– Да. Все ваши великие рода в этом участвовали! Все, непричастных не было. – Яростно выдохнул шестикрылый, не став заострять внимание на очередной махинации, я так полагаю, Скарлерра. – Впрочем, великими вы зваться стали уже после того, как уничтожили Альветар, и рейтинг родов был создан тогда же. Жители Тантерайта сами виноваты в том, что с ними случилось. В том, что стало рождаться больше людей без магической силы, в том, что хранителей иллами стало еще меньше. Скарлерр просто ускорил неминуемое.

– Если они всего лишь ускорили неминуемое, тогда почему появились вы? Почему тогда шанс все же дается?

– Потому что, как я уже сказал, среди вас рождаются те, кто достоин иной судьбы. Все вы имеете право на искупление. А мир имеет шанс на существование. Уверен, если бы не те две девочки, а точнее та одна, которая нашла свою любовь, этого разговора никогда бы не состоялось. Не с кем было бы.

– То есть наш мир получил шанс только потому, что сумел сохранить потомков сильного рода?

– Знаешь, как переводится Альветар? Откуда тебе знать, – сам себе ответил шестикрылый. – Поцелованные богами. Такой род есть в любом мире. Особенный, в котором нашлось отражение всем помыслам богов. Род, в котором сама любовь в любом ее проявлении возведена в ранг божества. Род, который, по сути, и является хранителями мира, наставниками для всех других. А вы его уничтожили…

Я промолчал. На такое обвинение мне нечего ответить. Нас тогда еще мягко наказали. Да, Тантерайт страдает, что выражается в медленном, болезненном падении былых позиций в системе миров, вырождению населения, убыли магии… Все это результат божественного наказания. Теперь я это понял. Но при этом боги продолжают нас любить, раз дают возможность пусть не исправить прошлое, но создать будущее, в котором мы не будем гнаться за силой, а пойдем по пути созидании и гармонии.

Конечно, легким такой путь не будет. Но он обязательно должным быть справедливым ко всем, кто пожелает избрать эту дорогу.

– Ты – Альветар, иначе просто не можешь мыслить, – удовлетворительно кивнул шестикрылый. – Касаемо цели лорда тан Скарлерр, он искренне верит в то, что действует верно: не давая нормально размножаться виноватым в падении рода Альветар, а завтра и вовсе желая уничтожить оставшихся, чтобы дать жизнь новым, правильным, избранным людям. Он сам хочет стать таким родом, которым был род Альветар. Вот только это невозможно, в них нет того, что для этого требуется.

– Завтра во время поступления новых студентов в академии или во время выбора факультетов?

Это принципиально разное время. Первое происходит ранним утром, второе – почти в обед. Студенты, конечно, прибывают утром, чуть позже будущих нулевиков, но формирование команд и распределение по факультетам состоятся не раньше полудня.

– И, вы сказали сдвоенный артефакт, – я вспомнил то, о чем еще хотел спросить. – Что это означает? Мне прежде не доводилось слышать о подобном.

– Сдвоенный – значит наделенный несколькими сильными дарами, ты если захочешь, сможешь создать подобный. Для этого тебе придется отдать твои способности, те самые дары, что преподнесли тебе боги. И тот, кто будет владеть таким артефактом, сможет левитировать, читать чужие мысли, и конечно же, воспоминания, а также регенерировать с большой скоростью и быстро восполнять резерв.

Шестикрылый так легко обозначил все дары, которыми я обладал, что последние сомнения в отношении него у меня пропали. Он не враг. И я буду трижды идиотом, если продолжу сомневаться. Потому что во время беседы с ним я ни разу не думал о своих способностях. Точнее не совсем так, настолько полно об этом не думал! О том, что я еще могу читать мысли, правда, как следует поднапрягшись, знает только мой дядюшка. Это новый виток моего дара, который открылся не так давно, раньше я был уверен, что могу считывать только воспоминания.

– Рад, что ты это понял. – Не оставил без внимания мои умозаключения посланник богов. – Вторая способность этого артефакта – безошибочно определять уровень совместимости хранителей иллами.

– Рахданс! – выругался я.

Потому что понял о чем идет речь. Пусть никогда этот артефакт не видел, потому что доступа к нему даже у дяди нет! Только к результатам его работы! И никому ни разу в голову не приходило, почему ректоры получают только сводки по совместимости, а прямого доступа к артефакту не имеют.

Выходит, причина в том, что он хранится в другом месте, а в академии его приносят время от времени!

– Пять раз в год, – конкретизировал шестикрылый. – Завтра тоже принесут.

– А вместе с ним и слияния гадких душ? – уточнил я. – Чтобы те уничтожили и поступающих, и зрителей. Их соберётся немало, ведь на леди Альветар посмотреть захотят многие. Посмотреть и представиться!

Мне уже не требовался ответ. Мои мысли неслись бурным потоком, выстраиваясь в логическую цепочку.

– Для всех это будет страшный прорыв, но позже объяснение, конечно же, найдется. Ведь уже три с половиной года мы фиксируем странную активность гадких душ. Их стало больше, гораздо больше. Специально приманивают артефактом, но никому это даже в голову не придёт! Совета не станет, точнее всех тех, кто не нужен Скарлеррам, как и их наследников. Как и многих одаренных. Неужели Родрика, Ксара и Эртана тоже приговорили? Чтобы отвести от себя подозрения? В живых останутся не достигшие совершеннолетия представители других родов, и по счастью, оставшиеся дома, и им-то уготована участь продолжать род Скарлерров?

– Чуть крупнее масштаб, – поправил меня шестикрылый. – Жителей Академгородка это тоже затронет, а еще прорывы случатся в некоторых поместьях на землях светлых и темных. Какая жалость, что практически все действующие ликвидаторы окажутся не дома.

Меня кинуло в жар, потом в холод. Испариной покрылся лоб. Даже руки и те начали дрожать!

– Что я должен сделать, чтобы это предотвратить?

– Довериться леди Марине и делать то, что должно. Ты умный, быстро сообразишь.

– Что?!

– А еще тому, кто сейчас придёт за тобой. На этом, извини, мое время вышло. Я и так сказал больше того, что собирался. Надеюсь, боги не посчитают мое самоуправство чрезмерным.

Реальность пошла рябью, только сейчас до меня дошло, что посланник богов не просто не дал открыться порталу, он заставил замереть время! Уж не знаю во всем ли мире, или только в этом пространстве, но даже если только последнее – это впечатляло и ужасало!

За ним скрывалась небольшая точка портала, которая после его манипуляций начала разрастаться. Яркий огненный вихрь портала искрился прямо за его спиной.

– Ах да, и два совета напоследок: друга отведи к леди Альветар, а не под крыло своей тетушки, ему сейчас нужней помощь леди Марины; общение с новым иллами отложи до того момента, как останешься один или наедине с любимой.

И исчез, оставляя меня напряженно вглядываться в открывающийся зев портала. Он совершенно точно не принадлежал моему дяде!

– Слава богам, живой!

– Ты?!

Как там сказал шестикрылый? Не удивляться и довериться? Ему?!

– Лейн, я рад, что ты жив. – С облегчением и радостью, выдохнул мужчина. Мне вообще показалось, что он готов кинуться ко мне с объятьями. Видимо, мое лицо к этому не располагало. – Аште нужна помощь?

Я только кивнул, разглядывая взволнованного и слегка потрёпанного Ксара. Вот уж пути божественные неисповедимы…

– Нам обоим нужна помощь. Во мне ни капли магии, – я лукавил, магия во мне бурлила, но что удивительно, вела себя послушно.

Сказал, что резерв пуст, она затаилась во мне и ударь меня сейчас Лексар своей силой, вряд ли отзовётся.

– Это ничего, во мне ее достаточно. – Приседая рядом с Аштой, произнёс Ксар. Его магия резво заструилась по телу друга. – Ты молодец, Лейн! Я не представляю, как тебе удалось выжить, но и Аште ты жизнь сохранил. Стазис – отличное решение.

– Откуда ты знаешь, что я мог умереть?

– А, по-твоему, с чего я так рвался к тебе? Род вывалился из портала и вел себя как умалишенный. Пока я его допросил, пока вытряс координаты… Прости, что опоздал! И прости за то, что сделал мой брат. Я клянусь, что не вмешаюсь, если ты посчитаешь себя вправе отнять его жизнь. Он находится в моем доме и выйти оттуда не сможет, пока я не разрешу.

– Как легко ты распоряжаешься чужой жизнью. – Все еще не доверяя его словам, произнес я.

– За подобное я бы убил, он не достоин быть ликвидатором. Он предатель и дезертир, оставил на верную смерть своих товарищей. Так с чего мне его жалеть?

– А Лоя?

– Что Лоя? Причем тут леди Виолия?

Я и сам не понял, с какой радости заговорил о сестре.

– Она тебе нравится?

– Лейн, если ты каким-то образом узнал о той вечеринке, то клянусь тебе своей силой и жизнью, я не причинил вреда твоей сестре. И пальцем ее не коснулся. Честь леди Виолии не пострадала.

– А хотел?

– Послушай, это явно не подходящий момент для подобных разговоров. Аште нужно к целителю, тебе тоже не мешает восстановиться…

– Ответь.

– Да! – рявкнул Ксар. – Доволен?

– Даю разрешение на ухаживания.

– Что? – мужчина моргнул, а я расслабился.

К будущему родственнику, пусть он имеет прямое отношение к Скарлеррам, у меня недоверия быть не должно. К том уже, он искренне спешил на помощь. Я не ожидал.

Да и не зря же шестикрылый про него особо сказал? А про чувства своей кузины мне слишком хорошо известно. Ксара она не забыла и не разлюбила.

– Лейн, спасибо, конечно, и это честь для меня, но наша совместимость…

– Если твои чувства глубокие и настоящие, то советую забыть об этом и действовать так, как подсказывает сердце, – тем более были у меня подозрения, что махинации со сводками совместимости велись на постоянной основе.

– Отец отдал прямой приказ очаровать леди Альветар…

– Когда это ты следовал приказам отца? – ехидно отозвался я.

Все знали каким бунтарем был лорд Дитмар Лексар тан Скарлерр.

– Да и совместимость с ней у меня сто процентов. – произнес Ксар подтверждая мои мысли.

Я сосчитал до десяти прежде, чем ответить. Считал, чтобы сразу не кинуться растолковывать лорду тан Скарлерр в чью сторону ему лучше вообще не смотреть.

Правда, отвечать не потребовалось.

– А по мне это фикция какая-то… Я, конечно, изобразил, что невероятно заинтересован, даже на эксперимент с брорхами отправился, только… Не ощущаю я в леди Марине родственную душу. Она красива, притягательна, но в качестве матери своих детей я ее не вижу. У нас с леди Виолией гораздо меньше процентов, а тяга к ней сумасшедшая и, кажется, взаимная…

Думаю, Ксар и сам не понял, почему так разоткровенничался. Но тушеваться или стесняться не планировал. Смотрел прямо в глаза, за что я его еще больше зауважал. Судя по всему, ему явно было что еще добавить, и речь не о моей сестре. Он словно прощупывал почву, насколько мог быть сам откровенен и насколько я захочу открыться.

И я принял решение в его пользу. Мне нужны союзники. Особенно они нужны в стане врага.

– Портал к тебе или в академию?

– В поместье рода Аргхарай.

Глава двадцать вторая

– Мужу помогать будешь? – этот вопрос поставил меня в тупик.

Хотя нет, тупиком такие вещи точно не называют. К определению данной ситуации применительно словцо покрепче.

Почему? Ну, во-первых, судя по всему, я опять потеряла сознание.

Хочется верить, что именно потеряла, а не умерла от добровольного кровопускания, которым сопровождался весь ритуал или от физического и магического истощения.

Во-вторых, в голове как-то не укладывалось, что я, оказывается, успела сбегать под венец.

– Я не замужем, – выдохнула в чернильную пустоту после того, как собралась с мыслями.

Кажется, у меня уже давно вошло в привычку общаться с богами. Вот если бы к этой привычке еще добавилось спокойное ощущение от их близости, а не давящее и откровенно напрягающее, было бы неплохо.

Хотя кому я вру. Было бы куда лучше, если бы такого близкого общения вообще не было. У меня там праздник, как никак четверых в род приняла, а я опять всех пугаю своим обмороком. Не порядок.

Однако с богами не спорят.

– Точно не муж? – усмехнулась богиня.

А у меня по спине мурашки пошли, и неважно, что у души так-то тела нет. Я чувствовала, как от ехидного тона Айваны у меня нутро в узел заворачивается.

– Муж! – рыкнула в ответ, только сейчас сообразив, что речь может идти лишь о Лейне, а раз так, то он в беде.

И к черту все, даже тот факт, что мы не женаты. Уж такое я бы точно запомнила.

К черту, потому что страх буквально затопил сознание. Что стряслось на том задании, куда его отправил Совет? Раз боги снова решили вмешаться?

– Славно, – отозвалась собеседница. – Терран, Татей, я возвращаю свое право.

– Подтверждаем. – божественные голоса слились в унисон.

Я откровенно ничего не понимала, но мне хватило благоразумия закрыть рот и не произнести ни звука.

Откуда-то я точно знала, что говорить нельзя. И спрашивать ничего не стоит.

Мало того, начало происходить что-то совершенно странное. Чернота, окутывающая меня, стремительно начала рассеиваться…

Я даже увидела себя, лежащей на земле прямо в пентаграмме, а еще родных, которые не решались подойти ко мне и тому была веская причина: если я бухнулась в обморок не завершив ритуал, входить в силовой круг никому нельзя. И я не смогла припомнить, успела ли закончить начатое. Мне казалось, что успела, однако интуиция на этот счет имела свое мнение: вмешательство богов случилось не просто так. Вполне вероятно, что они не дали завершить ритуал.

Но почему я вижу это? И почему наблюдаю словно издалека?

– Потому что однажды ты справилась с моим заданием, – то ли сжалившись над моими мысленными потугами, то ли решив меня хоть немного успокоить, произнесла Айвана.

Потому что я начала паниковать. А кто б не запаниковал, когда картинка поменялась?

И не было никакой пентаграммы, а была моя комната, где я мирно спала в кровати! А потом и вовсе зарябило так, что хоть что-то рассмотреть не являлось возможным. Что за чертовщина? И главное, зачем?! Зачем боги откатывают время вспять?!

Последнее напугало меня куда больше всего остального. Страх, что меня снова вернут в ту пещеру, накрыл с головой. Не хочу! Я и так три года там проболталась, хотя и ощущала течение времени иначе.

– Справилась с помощью одного очень верного, справедливого хранителя. – Между тем продолжила свою мысль Айвана. – Когда-то для тебя он пошел на то, чего бы не сделал ни для кого другого: связал ваши души.

– Разве? – нервно отозвалась я. – Это же вы всучили ему связь со мной после того, как Феликс призвал его на помощь во время самого первого ритуала!

– Помолчи, – резко оборвала меня богиня. – Твой иллами давно тебя ждал, чтобы исправить то, что однажды натворил. Но к происходящему сейчас, это не имеет значения.

А что имеет? О какой вообще вине идет речь? И мы с Феликсом знали друг друга раньше?!

– Мы давали тебе время выбрать мужа, – явно отмахнувшись от моих мыслей, которые для нее точно не было тайной, – и ты его сделала, причем давно.

Может моя влюблённость никуда и не делась, все же первое чувство оно всегда самое сильное, но это не значит, что мои чувства взаимны. У нас не было возможности поговорить с Лейном в спокойной обстановке, да и разобраться в том, что мы чувствуем друг к другу тоже не было! А быть трофеем такое себе удовольствие…

Я думала об этом, а сама ощущала себя идиоткой.

Ну для чего мне эта мишура из слов, когда она совершенно не имеет значения? Да и Лейн никогда бы не стал гнаться за женщиной только потому, что она обладает уникальной для этого мира магией.

Это не в его характере, и что-то я сомневаюсь, что мужчина после той истории с навязанной помолвкой позволит собой управлять, точнее своей личной жизнью. Все же он три года упорно отказывался от женитьбы, когда для получения прав главы рода она требовалась. И выбил-таки для себя тот ритуал, только я своим появлением все испортила.

Боги правы, свой выбор я сделала давно, даже тогда, когда сама еще не осознавала, что меня влечет к Лейну совсем не из благодарности.

И даже после моего возвращения, я всегда ощущала его ненавязчивую заботу, пусть и сама отгораживалась от всех лиц мужского пола в эти полгода, специально не выделяя никого. Ну какие еще нужны причины мужчине, кроме любви и желания оберегать женщину, чтобы связать себя узами с ее матерью? Точнее с иллами ее матери? Особенно, когда это не принято в их среде! Они и между родней-то такие узы редко устанавливают…

Вообще мне часто казалось, что если я дам слабину и позволю себе увидеть Лейна, и уж тем более поговорить с ним, то не сумею совладать с собственными чувствами и только все испорчу. С меня бы сталось кинуться на его шею и переложить ответственность за принятое решение на плечи любимого.

Еще как сталось бы… потому что я тоже от всего устала… Хотелось уже выдохнуть, сбросить то гнетущее состояние, в котором находилась столько времени. Но я смогла задавить свое малодушие на корню еще в самом начале, потому что у Лейна был род, который нуждался в его защите куда больше, чем я… Я-то была под надежной защитой отца, дома, где могла предаваться самобичеванию сколько душе угодно. А потом стало легче, потому что мы должны были вернуться в академию, и я надеялась, что куратором нашей команды все же будет Лейн. Раз уж ректор Академии его дядюшка, неужели бы не поспособствовал… А там у нас появилось бы куда больше времени, чтобы определиться: нужны мы друг другу или все-таки нет?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– И все же, – тихо произнесла я. – Пусть вы почему-то считаете, что мы женаты, но между нами не было брачных клятв…

– Еще успеете их принести…

– Что?!

– Ты не ослышалась, – насмешка в голосе Айваны, кажется, меня добила.

Я растерялась и одновременно разозлилась.

– Он жив? – спросила у богини. – Лейн жив?

Но та молчала, чем буквально вывела меня из себя. Я понимаю, что это богиня, высшее существо, которое мне лично никогда не постичь, но что это за скрытый садизм? Молчать, когда дали повод для беспокойства?

То ли от напряжения, то ли от того, что нервы порядком сдали, я выдала залихватскую тираду одного из земных грузчиков. Услышь это моя мама, одним подзатыльником я бы точно не отделалась.

– Слышал? – наконец нарушила молчание богиня, а я только сейчас сообразила, что в этом черном нечто нахожусь не одна. Точнее не так, Лейн появился буквально ниоткуда. Причем не один, а волоча полуистаявшую душу какого-то парня за собой. – Как твоя избранница к богам обращается?

– Марина? – удивлению мужчины не было предела.

Что совершенно не помешало ему выйти вперед, задвинув меня за свою спину.

– Простите, – выдохнул он.

А я не пожелала стоять за его спиной, хотела увидеть его потрясающе синие глаза.

Красивое, всегда невозмутимое лицо Лейна оказалось настолько подвижным, что я даже залюбовалась. Хотя эмоции, которые на нем мелькали, были далеки от того, чтобы любоваться. Мне кажется, Лейн прошел как минимум две стадии принятия неизбежности: отрицания и гнева.

И явно нацелился перейти к третьей – торгу.

– Вы не можете! – заявил он. – Вы не можете отнять ее жизнь!

Отличный поворот, честное слово!

– Мы и не отняли, мой мальчик, – ласково, так как со мной не разговаривала, произнесла Айвана. – Марина все еще жива.

– Еще? – уцепил самое важное Лейнард, а я залюбовалась им.

На меня какой-то ступор напал. Я так долго его не видела, и пусть он присутствовал тут не телесно, мне никто не помешал ухватиться за его руку. Это получилось машинально, отдельно от мозга. Я действительно невообразимо соскучилась по нему.

Удивительно, но это прикосновение обожгло. И чарующими мурашками расползлось по мне…

– Отпусти хранителя, ему пора на перерождение, – это уже сказал кто-то из других богов, а я с запозданием поняла, что Татей.

– Ашта? – Лейн обернулся и обмер.

Душа, которая волочилась за ним, а теперь замерла от нас в шаге, чуть завибрировала, отчего ее форма стала более четкой. Я жадно разглядывала лицо молодого мужчины, открывшееся взору.

Он явно относился к одному из светлых родов. Пшеничные волосы, забранные в хвостик на затылке, добрые глаза серого цвета, широкая улыбка и это после слов сурового бога о перерождении! Такому бы еще жить и жить! Любить, семью создавать… Явно же очень хороший человек этот Ашта! За что с ним так?

Заминка Лейна не длилась долго, но за это время, он успел пожать мою ладошку и отпустить ее. Сразу стало как-то пусто…

– Заберите меня, – тихо, уверенно, ответил он. – Но позвольте жить им. Ашта достоин этого как никто другой, его самоотверженность и горячее желание помочь душам, ценой собственного благополучия и даже существования, не должно пройти впустую. Его ждет любимая, позвольте им быть вместе в этой жизни, а не в следующей.

Я так-то не сильно удивилась тому, что Лейн, как всегда благороден. Я не знаю, что именно значит для него этот Ашта и что он сделал для Лейна, однако мои возмущения были задавлены мной же и на корню. Я просто поняла, что не имею права вмешиваться.

В данный момент так точно.

– А Марина…– голос Лейна дрогнул. – Вы знаете, что она значит для меня. И что теперь стала значить для мира. Ему нужны хранители, прошедшие эволюцию.

– А ты значит, жить не достоин? – насмешливо произнес Татей, и я могу сказать откуда поняла, что это был именно он. Просто уверенность и все тут.

– Я не берусь судить достоин ли я или нет. Я просто желаю, чтобы те, кто ещё может привести наш мир к процветанию, получили на это второй шанс. И прошу у вас эту милость. Их любовь к миру и тем, кто его населяет велика.

– Истинный Альветар, – восхищенно воскликнул Терран.

Я не успела удивиться тому, как Лейна назвал бог, как была сбита с толка его следующим замечанием:

– Учись, девочка.

– Чему? – выдохнула я.

– Мудрости, конечно, и тому, что ценится превыше всего.

– Любовь? – а какой еще вывод можно сделать. – Так я вроде…

– Почтению еще, – ворчливо отозвался Татей. – Твоя подозрительность в отношении богов оскорбительна!

Я опустила голову, ненадолго, просто размышляя. Да, непочтительна, так я всю жизнь жила с мыслью, что богов не существует, кто б меня научил правильному обращению к ним? Да и как-то ситуация не располагает к тому, чтобы поклоны отвешивать. Она постоянно к этому не располагает! Это Лейн изъясняется красиво, вроде и требует, и стоит твердо на своем, но еще и так, что придраться не к чему.

– Твое желание спасти этот мир, причина по которой, он все еще существует, – в разговор вмешалась Айвана. – Очень давно Альветары были преданы этим миром, и поплатились за свою любовь к нему. Но каждый раз вы просите о перерождении именно здесь, каждый раз желаете возродить то, что давно истлело. И мы соглашаемся с вашим выбором, вы имеете на него право.

– Мы соглашаемся и шлем помощников, но это – в последний раз. – Предупредил Терран. – Последний раз, когда у этого мира есть шанс, Альветар! Если умрешь раньше, чем достигнешь желаемого, о воскрешении можешь не думать, ты уйдешь на перерождение. И уже пойдешь по избранному нами пути.

– Воскрешении? – эти слова напугали меня куда сильнее всего прочего. – Вы сказали Лейн умер?

Меня откровенно заколбасило. Уж не знаю, как это выглядело со стороны, но я чувствовала, что дрожу, да что там, меня трясло так, будто я угодила в шторм. Я уже готова была выпалить те же самые слова, которыми торговался Лейн, но была остановлена, у меня попросту отняли возможность говорить. Я рот-то открывала, вот только ни звука не доносилось.

– Ты тоже умирала, девочка. Иначе никак. – Мягко сказала Айвана. – Айтерртей, какую силу выбираешь?

Где-то я уже это слышала… Точно, когда получила Ёлку! Меня точно также просили определиться с силой, дарованной в награду.

– Свет, – твердо ответил Лейн, кинув беглый взгляд на меня. – Я выбираю свет.

– Мы услышали тебя, – в унисон ответили боги. – Ты получишь эту награду, но прежде…

– Мы свяжем вас узами брака, – безапелляционно заявила Айвана. – Мы и так дали авансом твоей равной, Айтерртей, имя твоего рода. Не спорь, ты – последний из рода Альветар, твоя мама была его представительницей. А роду Даррак пора вернуть прежние позиции в наследовании.