Текст книги ""Фантастика 2026-6". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Настя Любимка

Соавторы: Даниэль Рэй,Полина Ром,Анна Лерн,Игорь Лахов,Даниэль Зеа Рэй,Кира Страйк,Марьяна Брай,Эва Гринерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 321 (всего у книги 361 страниц)

Его поцелуй был медленным. Терра застыла и, не удержавшись, закрыла глаза. Он поглаживал ее щеки и целовал. Ветерок подул на лицо, и она протянула руку, чтобы прикоснуться к его волосам. Гелиан отстранился и подмигнул ей.

– Теперь у людей есть повод. Историю о любви двух разлученных сердец, принадлежащих к враждующим родам, они придумают сами. Блестящий ход, ты не находишь?

Терра перевела взгляд на людей, замерших вокруг. Их было немного, и они явно спешили по своим делам, до тех пор, пока не повстречали на своем пути Гелиана Птахова и его молодую жену. И их господин, не смущаясь и позабыв обо всем, поцеловал жену у всех на виду. И она ответила ему. Вне сомнений, блестящий ход, но, в то же время, такой бездушный…

– Ты прав, теперь они все придумают сами, – кивнула Терра и, приняв его руку, последовала за ним.

– Почему ты молчишь? – спустя несколько минут спросил он. – Устала?

Терра остановилась и повернулась к нему лицом, продолжая удерживать за руку.

– Скажи, ты меня любишь? – спросила она.

Он оторопел. Она почувствовала это. Мышцы под рукой напряглись, как от судороги, серый взгляд потускнел, как будто Гелиан мысленно уже отстранился от нее…

Терра отпустила его руку. Она отвернулась, глядя на дорогу, на прохожих, кивающих ей.

– Я устала, – издалека услышала она собственный голос. – Давай поедем верхом.

– Конечно, – ответил он.

Гелиан свистнул. Спустя минуту рядом с ними стояли две гнедые, на которых они приехали в больницу.

– Давай я помогу, – он протянул руки, чтобы помочь ей запрыгнуть в седло, но она не приняла помощи. С силой сжав поводья, она пришпорила жеребца и понеслась в сторону дома.

Глава 20

Аврора вошла в больницу и стремглав понеслась наверх. Ее не было чуть больше часа, и она всерьез опасалась, что Радомир заметил ее отсутствие. Отворив дверь, она вошла в гостиную и остановилась. Что-то было не так. Паранойя или предчувствие: Аврора и сама уже не могла разобраться в этих чувствах. Достав из кобуры оружие, она медленно обошла весь этаж, поочередно заглядывая во все комнаты. Ничего. Пусто. Она спрятала оружие и присела на диван в гостиной. На этом диване они с Радомиром предавались любви всего несколько дней назад. Аврора улыбнулась, припоминая подробности. В замке повернулся ключ и дверь отворилась.

– А вот и я, – устало вздохнул Радомир, запирая за собой. – Ты не переоделась?

– Нет, – покачала головой Аврора.

– Ела?

– Нет.

– Аврора…

– Не голодна я.

– Ты что, так здесь и сидела с того момента, как я ушел?

– Так и сидела, – кивнула Аврора, стараясь на Радомира не смотреть.

Он подошел и остановился напротив. Он был спокоен, но все же… Все же, что-то было не так.

– Гелиан пригласил нас сегодня вечером в лабораторию. Сказал, что разговор у него серьезный назрел.

– У Гелиана других разговоров не бывает, – справедливо заметила Аврора.

– Думаю, Терра проболталась о яде.

– Не мудрено.

– Я ванную приму, потом что-нибудь приготовлю поесть. Франя куда-то пошла, а то обязательно бы горячего чего принесла.

– Новости по поселку разносить понеслась, – хмыкнула Аврора.

– Не надо так…

– Правда это. Сам знаешь.

– Извини, я хочу ванную принять. Наверняка, от меня несет.

– Иди.

Радомир медлил. Аврора подняла на него пытливый взгляд, но он промолчал и ушел в ванную. Полилась вода. Аврора встала с дивана и пошла на кухню: есть подавать теперь ее обязанность, а не Франи, и уж тем более не Радомира. Нарезав хлеб, вяленого мяса и свежих овощей, она уселась за стол. Налила себе в кружку компота из графина и поднесла ее ко рту. Хотела было глотнуть, но потом передумала. Поставила кружку и макнула в компот пальцы. Подождала несколько минут – ничего. Где же кроется подвох: совсем рядом или только в ее голове?

Аврора с места подскочила и весь компот в раковину вылила. Вымыла графин, кружку и налила себе воды из крана. Так и стояла с кружкой в руке, пока Радомир на кухню не вошел.

– Ты все нарезала?

– Да, присаживайся.

– Там компот должен был остаться…

Радомир взглянул на пустой графин возле раковины, затем перевел взгляд на Аврору с кружкой в руке:

– Попрошу Франю еще сварить…

– Я вылила его. Извини.

– Вылила? Зачем?

Повисло молчание. Аврора пригубила, наконец, воды и села за стол первой, не дожидаясь, когда усядется Радомир. Взяв в руки огурец, она начала хрустеть им. Затем потянулась к хлебу, потом и мяса черед пришел:

– Не знаю, кто его вялил, – заметила она, – но получилось жестковато.

Радомир отодвинул стул и плюхнулся на него, продолжая пристально глядеть на Аврору:

– Знаешь, я был здесь недавно.

Рука Авроры замерла над тарелкой с овощами.

– Заглянул узнать, как у тебя дела. Не знаю, почему не заметил тебя, сидящую на диване. Наверное, невнимателен был.

Очередной огурец оказался у Авроры в руке. Она долго рассматривала его, как будто пыталась найти какой-то изъян, а потом надкусила. Радомир, наблюдая за ее действиями, продолжал молчать. Он взял кусок мяса и тоже стал его жевать.

– Действительно, жестковато. Мавра его принесла в оплату лечения своего Павлика.

– Я не знаю, кто такая Мавра и ее Павлик, – вздохнула Аврора.

– Ее муж на рудниках работает, а она в скобяной лавке трудится.

– Как убили Катерину? Ты все еще не рассказал мне, как ее убили?

– Отравили… – выдавил из себя Радомир, – скорее всего…

– Отравили и подвесили тело, чтобы все скрыть, – подытожила Аврора.

Радомир вытер руки о полотенце и встал из-за стола. Он подошел к окну и, не глядя на Аврору, произнес:

– Ты не сможешь избегать ответов на мои вопросы каждый раз, когда я их задаю. И молчать вечно тоже не сможешь, ведь и у моего терпения есть предел.

– Что конкретно ты желаешь знать? – откинувшись на спинку стула, спросила Аврора.

– Для начала, где ты была сегодня?

– Ходила к Антонине.

– Я, кажется, запретил тебе наведываться в блудный дом? – он повысил голос.

– Кажется… – едва слышно ответила она.

– Почему пошла тогда?

– Дело неотложное появилось. Нужно было его решить.

Радомир повернулся к ней лицом и пригвоздил к стулу яростным взглядом:

– Я так и буду вытягивать из тебя правду по слову, постоянно выискивая новые правильные вопросы или ты, наконец, соизволишь рассказать мне все!

– Ты беспокоился обо мне? – прошептала она, обратив на него взор.

– А сама как думаешь?! – произнес Радомир и тут же отвернулся.

– Я вылила компот потому что боялась, что он может быть отравлен. Даже сунула в него пальцы, чтобы проверить, не покраснеют ли они.

– Покраснели?

– Нет.

И вновь молчание. Он ждал, тянул время, желая услышать от нее признание. У всего есть предел: у терпения, доверия или умения держать себя в руках. Аврора знала, что дальше терпеть ее недомолвки Радомир не станет. Когда-то судьба уже сыграла с ним злую шутку и женщина, на которой он был женат, предала его. Границы доверия сузились. Если Аврора продолжит шагать по краю периметра, Радомир просто вытолкнет ее за пределы круга доверия и уйдет. Время решать. Время расставлять все по местам.

– Меня всегда привлекали звезды. Из чего они состоят? По каким законам существуют? Как была создана Вселенная и сколько жизней нужно потратить, чтобы постичь ее совершенство? Астрономия… Гелиан лишь увлекался этой наукой. Я же потратила годы жизни на ее изучение. В северном поселении Август построил телескоп не для Гелиана. Дядя создал его для меня. Гелиан перевез его сюда. Девочки в Блудном доме выкупают карты звездного неба у добровольцев, а затем мне втридорога впихивают. Думают, это блажь у меня такая, мол, надо же дуре на что-то деньги тратить. Так пусть на рисование звезд их тратит. Мне от их глупости лишь прок. Я данные с этих карт оцифровываю и в базу данных вношу. Анализирую. Три года назад Гелиан подарил мне блок бесперебойного питания для моего компьютера: больше он из-за перепадов напряжения не отключался. А компьютер мне дядя собрал. Еще на Севере. Я привезла его с собой и установила в своей комнате в доме Антонины. Комната в подвале находится. Там меня никто не трогает, да и я глаза никому не мозолю. Иногда я просто прихожу туда: поваляться на диване, поспать, музыку послушать… Мне музыка предков нравится. Она разная и я в ней неплохо разбираюсь…

Радомир продолжал смотреть в окно и молчать.

– Еще мне живопись предков нравится… И скульптура… А сегодня утром мне госпожа Анна записку передала. Она на одном из языков предков была написана. Почерк дядин. Я его почек из тысячи узнаю. Пришлось идти к Антонине, чтобы загрузить послание в базу и перевести его. Прослушала я послание несколько раз и вся радость от того, что дядя жив и вернулся, куда-то исчезла… В расчетах дяди и Гелиана ошибка есть. Сроки эксплуатации элементов питания для генераторов истекли семнадцать лет назад. То есть, у нас нет пяти лет, чтобы достать эти новые элементы питания. И нет времени искать лекарство от черного крапа.

– Продолжай говорить, – произнес Радомир, не оборачиваясь, – я тебя внимательно слушаю.

– Я…

– Откуда ты знаешь язык предков?

Аврора молчала.

– Хорошо, перейду к следующему вопросу: ты действительно только сегодня узнала, что Август жив и вернулся в поселение?

– Нет. Он передал мне послание через Париж три дня назад. Клочок бумаги, где нарисовал горные хребты и звезды над ними. Я линией звезды соединила и получилось мое имя.

– И ты подумала, что он вернулся за тобой…

– Да.

– Значит, в ту ночь, когда ты легла со мной, а потом исчезла, в планах у тебя было найти Августа и уйти с ним в пустошь?

– Да.

– А если бы ты его нашла? – повысил тон Радомир и обернулся к ней. – Если бы смогла взглянуть на него так же прямо, как смотришь на меня сейчас, ты бы ушла? Оставила бы меня, охмуренного тобой придурка, помирать здесь в одиночестве?

– Не говори так! – повысила тон Аврора и встала из-за стола. – Я сама не знаю, как бы поступила! Я не нашла дядю и собиралась уйти одна. А потом твое письмо… Думаешь, легко мне было, после всего, что мы сделали… …уйти от тебя?

– Почему тогда ты вообще со мной легла?! – едва ли не прокричал Радомир.

– Потому что люблю, – прошептала она.

– И давно любишь? – он нахмурился, будто бы пытался прочесть ответ в ее глазах.

Аврора замолчала и отвернулась.

– С момента зачисления на службу в охрану Главного дома? – не унимался Радомир.

– Зачем ты делаешь это? Какой теперь смысл копаться в прошлом?

– Потому как твое прошлое, как и ты сама – тайна для меня!

– Я не помню конкретный момент, понятно тебе? – она обернулась и взглянула на него. – Не помню!

– Если ты так долго любила меня, зачем решила оставить, когда я сам к тебе пришел? Почему удрала после того, как я тебя соблазнил? Думала, что игры все это? Что обману тебя и не стану жениться?

– Нет-нет… – покачала головой Аврора. – Я знала, что твоя совесть не позволит тебе бросить меня после всего, что произошло.

– Тогда, в чем причина твоего бегства? Чего ты боялась тогда и боишься до сих пор, будучи уже моей женой? К чему макать пальцы в свежий компот, а потом и вовсе выливать его, Аврора?

– Потому что с изъяном… – прошептала она. – От девки с изъяном тебе детей плодить не позволят…

– Кто вбил тебе этот бред в голову? – он подошел к Авроре, заглядывая ей в глаза. – Ты боишься за свою жизнь потому, что я женился на тебе?

– Именно. Я боюсь, потому что ты женился на мне. Я думала, что если дядя вернулся, то для того, чтобы забрать меня с собой. А он вернулся для того, чтобы предупредить всех нас. Это значит, что забирать меня некуда. За стеной действительно ничего нет, кроме пустоши.

– А ты надеялась, что там что-то есть? – вкрадчиво спросил Радомир.

– Да. Я думала, что он найдет способ жить свободно.

– Свободно от кого, Аврора? От того, кто может убить тебя за твой изъян и желание рожать от меня детей?

– Да… – прошептала она свой ответ. – Свободно от всех тех, кто управляет нашими жизнями здесь.

Радомир прищурился и погодя несколько секунд задал следующий вопрос:

– А кто управляет нашими жизнями здесь, Аврора?

Она отвела взгляд и прижала ладонь к губам.

– Говори… Я слушаю!

– Я не знаю, сколько их, этих людей. Твой дядя Савелий – один из них. Эти люди контролируют численность поселений, влияют на судьбы людей и управляют ими. Я пыталась разобраться в том, как работает эта система. Сопоставляла события и факты, пыталась найти доказательства, но… Знаешь, я думаю, что твой дядя один ничего не решает. Как и Гелиан… Кстати, Гелиан не желает даже говорить на эту тему. Считает, что я строю теории заговора от скуки… – Аврора хмыкнула, – как будто дел других у меня нет. Правда в том, что Гелиан тоже живет в мире иллюзий, так же, как и все остальные.

– Значит, ты говорила с Гелианом об этом…

– И не раз.

Радомир нахмурился.

– Мне кажется, или у тебя с Гелианом доверительные отношения? Он подарил тебе блок питания для компьютера, он знал, что ты владеешь языком предков, он прекрасно понимал, что ты не дура, когда давал тебе поручение охранять Терру. Что еще Гелиан знает о тебе такого, о чем я не догадываюсь?

– Мы с Гелианом терлись рядом друг с другом с самого детства. Естественно, он знает меня достаточно хорошо.

– Лучше, чем я, ты хотела сказать, – добавил Радомир.

– Гелиан относится ко мне, как к сестре. Он уважает меня и иногда прислушивается к моему мнению. Хорошо ли он знает меня? Достаточно хорошо для Главы дома. Но он не знает меня с той стороны, с которой знаешь ты. В этом смысле, никто не знает меня лучше, чем ты, – она взглянула ему в глаза и вновь отвернулась.

– Расскажи мне о тех людях, которые, по твоему мнению, вершат суд в нашем поселении.

– Эти люди есть не только в нашем поселении. И свой суд они вершили еще на земле Стелларов. Остался ли кто-нибудь из них там? – Аврора пожала плечами, – откуда мне знать?

– Что ты знаешь о них?

– Немного. Обрывки информации, сопоставив которые я пришла к выводу, что такие люди существуют.

– Откуда эта информация?

– Это истории. Истории из жизни блудниц. Истории из жизни добровольцев и их семей.

– Расскажи хоть одну из них, – приказным тоном произнес Радомир.

– Антонина. Если хочешь, я могу рассказать ее историю.

– Я слушаю.

– Антонину приговорили, когда ей было двадцать. Жизнь в браке у нее не клеилась. Родители ее против того союза были: вроде как Антонина и муж ее в дальнем родстве состояли. В общем, у Тони несколько выкидышей было. А потом повитуха ей сказала, что у Антонины вообще детей никогда не будет. Муж Тони в добровольцы подался и домой спустя два похода не воротился. Тогда-то Антонина письмо свое и получила. В нем говорилось, что, либо за стену она пойдет, либо в блудный дом. Ей выбирать. Но решение она принять должна к концу недели. Антонина подумала, что шутка то злая и махнула на все рукой. Спустя неделю к ней в дом посреди ночи трое в масках ворвались. Повязали они ее и к стене потащили. Она упиралась. Они бросили ее у самых ворот и сказали, что третьего предупреждения не будет. Ей на помощь никто не пришел: ни охрана, ни прохожие случайные. Поутру Тоня собиралась с жалобой к Стелларам пойти, но не дошла она. Кто-то ее по голове стукнул. Провалялась она до утра в канаве с пробитой головой. Вылезла сама и до дома добралась. Болела с неделю. За эту же неделю ее с работы уволили. А потом кто-то дом ее поджег. Родные ее на порог не пустили, а соседи даже хлеба не подали. Одна. Без денег. Без крова над головой. На работу не брал ее никто. Никому не нужна. Только пустоши и дому Блудному. Ее девочки на улице ночью подобрали. У себя приютили. Но ведь хлеб чужой за бесплатно вечно есть не будешь, а люди в поселке к тому моменту уже наслышаны были о том, куда Антонина подалась. То письмо странное сгорело вместе с домом Тони. Вот такая грустная история. И историй таких в Блудном доме много. Одна на другую похожи, как две капли воды. Краеугольный камень везде один: бездетные женщины, которые по краю ходят. Антонина не раз рассказывала эту историю другим, но никто, кроме девочек, ей не верил. Клиентам-то что? Штаны застегнул и пошел. А с людьми на улице Антонина даже не заговорит.

– А что говорил Август по этому поводу? – спросил Радомир, продолжая пытливым взглядом изучать Аврору.

– Когда он ушел, я историй тех еще не знала.

– Почему тогда думаешь, что дядька Савелий принимает во всем участие?

– Именно он родословные книги вел. И в поселении Стелларов, и здесь, на новых землях.

– Ты сводишь все к бракам, деторождению и численности населения?

– Господин Савелий знает генетику и составляет родословные. Это ни для кого не секрет.

Радомир злобно усмехнулся.

– В чем же еще ты собираешься обвинить моего дядю? Возможно, в отравлении Терры? Или, скажем, в убийстве Катерины?

Аврора перевела взгляд на него:

– Ты же понимаешь, что он вполне мог это сделать.

– Побойся Бога, Аврора! Что же ты несешь?!

– Гелиан – сын Августа. Думаю, ты сам давно об этом догадывался. Да все вокруг догадываются, ведь Гелиан – копия моего дяди. Уверена, что господин Савелий знает эту правду. Только он, как и все вокруг, полагал, что Гелиан никогда не женится. Если молодой господин по девкам не ходит, значит, не такой он, как все. Мужелюб, в общем. Господина Савелия мужелюбство Гелиана вполне устраивало. Бездетный Гелиан не мог оставить наследникам земли Птаховых. И главным претендентом Гелиану на смену был ты. Но, Гелиан оказался хитрее. Он всех обвел вокруг пальца. И женился на Терре. Они узаконили брак еще в больнице. Помнишь, как Франя пошла белье к Терре менять? Безусловно, она разнесла эту новость по всему поселку. О-па! А Гелиан-то не мужелюб! А значит, представительница ненавистного рода, новоиспеченная жена мальчишки, которого твой отец ненавидит, родит Гелиану наследников. Эти земли достанутся не тебе – сыну Савелия, и не твоим детям, а потомку Августа Реброва, которого он ненавидел так же сильно, как ненавидит Гелиана.

Радомир стиснул зубы и глазами, полными гнева, уставился на Аврору.

– Повтори, что ты только что сказала!

– Гелиан не знает, кто его отец настоящий, но ты, Радомир… Ты знаешь, кто твой кровный родитель.

– Ты разговор мой с Катериной подслушала. Потому и знаешь!

– Я часто чужие разговоры подслушиваю. И поверь, твое происхождение во всех поселениях ни для кого не новость.

– А твое происхождение? – внезапно, спросил он. – Что скажешь на счет него?

– Я – не его дочь, Радомир.

– А почему нет? Антонина тебя в доме своем принимает. Комнату тебе особую выделила. Покрывает тебя да помалкивает. Ты знала, что твой дядя Август часто захаживал к ней?

– Антонина – не моя мать! – взъерепенилась Аврора.

– Почему тогда она помогает тебе?!

– Потому что дядя долю мне в деле оставил! На его деньги Антонина в этом поселении свой дом построила! И часть прибыли дядя мне завещал!

– Точно так же, как и все нажитое, – добавил Радомир.

– Я тебе душу открыла, а ты подвох везде ищешь? – зашипела Аврора.

– Ты дядьку Савелия в страшных делах обвиняешь! То, о чем ты речи ведешь, называется «геноцид»!

– Да! Геноцид – как основа Евгеники!

– Ты сошла с ума… – тихо произнес Радомир.

– Нет. Это ты сходишь с ума. Все поселение медленно теряет рассудок. Стена для вас – спасение. Вы ушли от Стелларов, чтобы изменить жизнь. А чего добились? Ничего нового! Воскрешение технологий предков позволяет вам всего лишь улучшить комфорт. Вода – в кране, туалет – в доме. Брак, дети, работа, вынос тела за стену. Не нужно бороться за выживание: все и так уже есть. Гелиан найдет способ всех спасти! Всесильный Гелиан! А сами-то что сделали? Чего добились за столько лет? Да, ничего… Все приняли, как подачку, и «спасибо» не сказали. Дядя ушел. Никто не заплакал. Годы прошли – и все забыли о нем. Тоже самое ждет и Гелиана. И Терру. И даже тебя. Открой глаза, наконец! Мы живем в загонах, где численность населения годами не меняется! Почему, Радомир?

Он надменно хмыкнул:

– И почему же, Аврора?

– Потому что есть те, кто следят за нами. Здоровое ограниченное общество – вот их цель. Постоянная численность населения – их метод. Чтобы еды на всех хватило. Чтобы работать было кому. Чтобы в Блудном доме девки для развлечений были. И так из года в год, поколение за поколением. Им не нужно лекарство от черного крапа. Зачем искать лекарство от страха, который удерживает всех взаперти? В добровольцы идут не самые сильные и выносливые, а те, кто не вписался в эту идеальную жизнь. Большинство из них не утруждаются даже новые маршруты искать. Бредут по старым картам, в надежде дойти до очередного поселения, где денег заработают, а затем все на баб и питье спустят. Какие книги читают наши дети? Чему они учатся в школе? Как урожай вырастить? Как руду добыть? Как сдачу посчитать? Они даже не знают, где теперь живут… У них даже не хватает мозгов спросить себя об этом…

– Вот, значит, что ты обо всех нас думаешь, – усмехнулся Радомир. – Аврора Реброва, умело выдающая себя за дурочку, попросту ненавидит всех тех, кого за нос столько лет водила. Ты ведь на самом деле считаешь себя выше всего этого, не правда ли? Об одном только позабыла: без еды, воды и стены ты и недели в пустоши не протянешь. А все те, кто ниже тебя по развитию и «Авророй-дурой» кличут, жизни свои положили на то, чтобы ты ела, пила и жила за этой стеной. Кому-то звезды на небосклоне рассматривать интересно да интриги чужие разгадывать, а кому-то пахать в поле днями приходится, или руду в шахтах добывать, или людей лечить за кусок жесткого вяленого мяса, от которого ты нос воротишь!

Хруст. Стержень самолюбия Авроры только что треснул. Она отвернулась, чтобы слабости не показать. Он не понял ее. Да и вряд ли вообще когда-нибудь поймет…

– Не спорю, нет любви во мне к людям, которые всю жизнь за изъян меня травили, – произнесла она. – Но и ненависти у меня к ним нет. Наверное, мне их попросту жаль. Ты прав: кому-то звезды на небосклоне рассматривать да интриги чужие разгадывать, а кому-то людей лечить.

В повисшем молчании раздался громкий стук в дверь.

– Господин! Господин Радомир! Франя прислала гонца за вами. Роды там тяжкие. Помощь нужна!

Радомир взглянул на Аврору и направился к двери.

– Иду, Митрофан. Инструмент собирай!

– Да, господин!

– Что ж, – вздохнула Аврора. – Разговор можно считать оконченным.

– Продолжим, когда вернусь, – ответил он и тихо запер дверь за собой.

***

Анна прошла в столовую и присела за стол.

– Гелиана и Терры, я так понимаю, не будет? – промычал Савелий.

– Нет.

Анна взглянула на сыновей, ковыряющих мясо в тарелках, и бросила салфетку.

– Сколько можно пить? Вскоре глаз на лице видно не будет!

– Ма… – застонал Петр. – Не начинай.

– Полина, Настя, в чем дело? Вы что управы на мужей найти не можете?

Поля с Настей переглянулись и виновато опустили головы.

– А дети где? – не поняла Анна. – Я их уже дня два не видела.

– Аркадий повез их парники смотреть, – ответила Полина.

– Ты ешь, лучше, – посоветовал Савелий. – А то разошлась что-то.

Анна прищурилась и со злобой глянула на Савелия. Как же она ненавидела его. Вцепилась бы отросшими ногтями в его глазенки и выцарапала бы их.

– Наглядеться не можешь? – хмыкнул Савелий.

– Ты лучше детям своим расскажи, что с Катериной случилось. А то они, судя по всему, еще не в курсе.

– Мы в курсе, – прохрипел Антон. – Весь дом на ушах стоит.

– Убили начальницу охраны нашей. Меня одну это, что ли, беспокоит?

Повисло молчание.

– Пора Федора сюда вызвать и поговорить с ним начистоту. Оставить это злодеяние безнаказанным мы не можем: потеряем и лицо, и уважение среди людей!

– С Федором я уже поговорил, – как ни в чем не бывало, заметил Савелий. – Его люди сделают все возможное, чтобы найти того, кто это сделал. Сегодня вечером мы улетаем, пора возвращаться домой: и без того нас там два месяца не было.

– И оставить Гелиана решать проблемы самому? – не поняла Анна.

– Гелиан – взрослый мальчик. Он справится.

– Отец прав, мама, – взял слово Петр. – Пора нам и честь знать. Терра в себя вроде бы пришла. Радомир тоже. Пусть разбираются.

– И вы туда же?

– У нас тоже есть земли, мама, – напомнил Василий. – Мы не можем постоянно отсутствовать на месте: мало ли что случится?

– Антон? – Анна глянула на сына с надеждой, что тот примет ее сторону.

– Не смотри на меня так, – простонал Антон. – Я здесь вообще ничего не решаю.

– Ну и проваливайте тогда восвояси! – взбеленилась Анна и встала из-за стола. – Скатертью дорожка!

– Ты полетишь вместе со мной! – прогремел голос Савелия.

Анна обернулась и, надменно улыбнувшись, ответила:

– Не смей указывать, что мне делать. Я остаюсь здесь. А вы все, – Анна указала на каждого из сыновей пальцем, – поступайте так, как велит вам совесть.

– Мама, – вновь застонал Антон.

– Хватит ныть, как баба! – гаркнула Анна. – Пора самому решения принимать, а не в рот отцу глядеть!

– Как Гелиан? – вставил Василий.

– Как я!

Анна вылетела из столовой, хлопнув дверью напоследок. Вовремя они собрались по домам, ничего не скажешь. Наверняка, все это дело рук Савелия. Решил хвост поджать и спрятаться? Ну что ж, беги, трус, беги.

***

– Папа?

Никто не ответил. Терра повернулась в кровати. Тишина. Конечно же, здесь никого нет.

Она встала, прошлась по комнате и выглянула в коридор. Пусто. Странно… Юзеф должен был дежурить.

Терра надела платье и покинула комнату. Она собиралась пойти в библиотеку, когда услышала разгневанный голос Савелия, доносившийся с первого этажа дома.

– Препираться с тобой больше никто не будет! – кричал Савелий. – Мы улетаем немедля!

– Вы покидаете поселение в момент, когда требуется присутствие всех членов семьи! – возмущался Гелиан. – Охрана Главного дома осталась без начальника, а по поселку разгуливает убийца Катерины!

– Ты возглавляешь общину этого поселка! Вот и решай свои проблемы самостоятельно!

– Как быстро ты вспомнил, кто здесь хозяин, – с угрозой в голосе, произнес Гелиан.

– Не смей тявкать на меня, щенок, – ответил Савелий. – Ты приволок в дом дочь Стелларов и пока что ничего не получил взамен. Твоя уверенность в ее способностях больше напоминает одержимость. И это не только мое мнение. Твой брат женился на девице сомнительного происхождения, за именем которой тянутся пересуды и дурная слава. Ничто так не способствует потере статуса главенствующего рода, как странное поведение его сыновей. Убийство Катерины – первый камень, брошенный в сторону нашей семьи. Теперь люди считают, что мы не так уж и неприкосновенны. Присутствие здесь всех членов семьи ничем тебе не поможет. Люди только продолжат шептаться о том, что ты уже не тот Гелиан, в которого они всегда верили. Я не могу и не стану решать твои проблемы. Вернуть себе имя и статус хозяина ты должен сам. И пусть твоя умная жена и еще более умный брат тебе в этом помогут. А мы поедем по своим домам, чтобы быть на месте, когда волна пересудов и дурных новостей пронесется по всем нашим поселениям. Если ты утратишь контроль над ситуацией, мы поможем тебе восстановить порядок. Но для этого все члены семьи должны быть на своих местах. Ты понял меня… …сынок?

– Да, папа…

– Если хочешь сохранить мир, ты знаешь, к чему тебе стоит подготовиться.

Терра выглянула на лестницу и увидела Анну. Она стояла на ступеньках и обернулась, услышав шорох. Внимательно взглянув на Терру, она приложила указательный палец к губам. Терра кивнула и, подобрав подол платья, тихо спустилась к ней.

– Сейчас мы попрощаемся, – прошептала Анна на ухо Терре.

Терра вновь кивнула.

– Дорогая, – громко произнесла Анна, – прости, что пришлось разбудить тебя, но Савелий и твои братья должны улетать немедля. Какие-то срочные дела. Мы все решили, что мне лучше будет остаться здесь, с тобой и Гелианом. Учитывая ситуацию с Катериной, мое присутствие рядом будет весьма кстати.

– Конечно, Анна, я все понимаю. Спасибо, что согласились остаться с нами. Я еще не совсем окрепла и ваша помощь сейчас нам с Гелианом просто необходима.

– Конечно, дорогая, я все понимаю.

Они спустились вниз и остановились у подножия лестницы. Савелий и Гелиан стояли у дверей в гостиную и внимательно смотрели на них.

– Гелиан, Савелий, я привела Терру. А где остальные?

– На улице, – сквозь зубы процедил Савелий.

– О! Ну так чего же вы стоите? Пойдемте!

Гелиан подошел к Терре и предложил ей руку.

– Тебе удалось поспать?

– Да, конечно, – улыбнулась она в ответ.

Все сделали вид, что никто ничего не слышал. Но Терра знала, что ушей у этого дома гораздо больше, чем четыре пары, стоящие здесь. Вне сомнений, Савелий хотел, чтобы их перепалку с Гелианом слышали все. Чтобы породить смуту много сил прилагать не надо. Достаточно одной емкой речи главы рода о незавидном будущем его большой семьи.

Они прощались недолго. Терра поцеловала детей Василия и Петра, обняла Настю и Полину, улыбнулась и кивнула каждому из братьев Гелиана. Савелию Терра поклонилась, на прощание. Проводив взглядом лошадей, уносящих всадников прочь, Терра вздохнула с облегчением.

– Скатертью дорожка, – гневно прошептала Анна и вернулась в дом, хлопнув дверью.

– Я думала, что летающие корабли находятся где-то здесь, – произнесла Терра.

– Нет. Ангары расположены на границе наших земель, – объяснил Гелиан.

– Что ж. Уже почти темно. Пора ужинать, я полагаю.

– Сегодня ужин подадут в десять. Сейчас я бы хотел показать тебе кое-что.

– Хорошо, – кивнула Терра, но предложенную руку принимать не стала.