Текст книги ""Фантастика 2026-6". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Настя Любимка

Соавторы: Даниэль Рэй,Полина Ром,Анна Лерн,Игорь Лахов,Даниэль Зеа Рэй,Кира Страйк,Марьяна Брай,Эва Гринерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 83 (всего у книги 361 страниц)

Глава 24

Они попытались вызвать такси, но свободных машин в этом районе не было. Пришлось идти пешком несколько кварталов, в ожидании, что одно из такси освободится, и они смогут запрыгнуть в него. Брели по хорошо освещенным улицам, держась за руки. И молчали. Киарана то и дело шатало из стороны в сторону, а Аудроне только крепче удерживала его за руку, не позволяя упасть. Кто-то из напившихся посетителей баров свистел им вслед и предлагал Киарану «вставить» луитаночке в зеленом платье вместо него. Ни Киаран, ни Аудроне на их грязные и пошлые предложения не обращали внимания. Оба знали, что, если кто-то из них хоть пальцем попытается ее тронуть – вряд ли после этого сможет подняться без посторонней помощи.

Одно из такси приземлилось возле очередного бара, и из машины выпорхнули две дивы в искрящихся прозрачных нарядах. Заметив их, мужчины на улице начали свистеть. Одна из «дам» с интересом уставилась на Киарана и прижала ладони к объемной груди.

– Милый, мне кажется тебе нужна другая компания! – засмеялась она, глядя на помятое платье Аудроне. – Поехали, я отвезу тебя, куда скажешь!

– Меня отвези! – предложил кто-то из пьяных на улице.

Другая дама тут же подошла к нему и назвала цену. Мужчина присвистнул и рассмеялся.

– Найду подешевле, дорогуша!

– Ну так что? – первая дива усиленно терзала грудь, стоя рядом с такси. – Я могу начать радовать тебя прямо в машине! – она облизала накачанные гелем губы. – Тебе понравится, милый!

Киаран сильнее сжал ладонь Аудроне, и «дива» это заметила.

– Или можем втроем развлечься! – тут же предложила она. – Твоя помпушка не будет против, если мы вместе полижем твой член? – она подмигнула. – Или я могу пососать, а она посмотрит! Решайся, красавчик! Будет весело!

Киаран мягко подтолкнул ее за плечо в сторону, освобождая путь к кабине такси. Аудроне села в машину и Киаран залез следом.

– Красавчик! Куда же ты? – обиженно произнесла «дива».

– Моя помпу-у-ушка в одиночку отработает! – ответил Киаран и обнял Аудроне за плечи.

– Пока-пока! – Аудроне помахала проститутке.

– Жирная сука! – «дива» показала Аудроне неприличный жест и нырнула в толпу мужиков перед баром, которые с интересом разглядывали ее.

– Фу, как грубо, – поморщилась Аудроне.

Киаран назвал адрес, двери закрылись и такси начало взлетать.

– Помпу-у-ушка, – рассмеялся Киаран и прилип губами к ее шее. – Мягкая и аппети-и-итная! – его пальцы сжали бочок Аудроне.

– Я даже не знаю, как на это реагировать, – призналась она.

– Не ври-и-и себе, – Киаран начал играть губами с мочкой ее уха. – Все ты зна-а-аешь.

Щеки Аудроне порозовели.

– Ну ка! Иди сюда-а-а! – Киаран подхватил ее за бедра и усадил себе на колени.

Его пьяный взгляд упал в ее декольте, а ладонь тут же начала поглаживать объемную грудь через ткань платья.

– Ты же в курсе, что во всех такси в салоне установлены камеры? – прошептала Аудроне.

– Не волнуйся, я дотерплю до каюты.

– Хорошо же Афина тебя накачала, – вздохнула Аудроне. – Мне бы сначала в душ попасть!

– Да, душ – это прекра-а-асная идея, – согласился Киаран, блуждая губами в вырезе ее платья. – Я натру тебя ге-е-елем и поиграю с твоим кли-и-итором, пока ты не кончишь. М-м-м! – сладко протянул он. – Ты так красиво конча-а-аешь.

– Да что ты! – Аудроне захлопала пышными ресницами.

– Да-а-а… Очень красиво. Мне нра-а-авится. Это так сильно возбужда-а-ает, что хочется быть в тебе бесконечно до-о-олго, чтобы ты только и де-е-елала, что кончала.

– А пьяным ты становишься более откровенным, – лукаво улыбнулась Аудроне, ощущая, что Киаран увлекся и уже гладит ладонью ее бедро под платьем.

– Тебя это заво-о-одит?

– Да, если честно, – судорожно вдохнула она, ощущая, как его губы играют с соском через ткань.

– Я приму это во внимание.

– Ты трезвеешь? – настороженно спросила Аудроне.

– Не волнуйся, я все еще достаточно пьян, чтобы ра-а-адовать тебя пошлыми откровениями. Кстати, о-о-очень красивый бюстгальтер! Мне нравится!

– Перестань! – Аудроне резко вернула платье на грудь.

– А с трусиками прогадала! Они из другого твоего комплекта!

Аудроне медленно выдохнула.

– Значит, показывать их сегодня не собира-а-алась! – он ущипнул ее за ягодицу.

– Ты меня давно раскусил, – устало заметила она.

Ее клонило в сон, и какими бы возбуждающими ни были его поглаживания, она все-таки слишком устала. Тартас подлечит ее, конечно же, но это случится не сегодня.

– Спи, – прошептал ей на ухо Киаран. – Я разбужу, когда прилетим.

– Угу, – Аудроне пристроила голову на его плече и закрыла глаза.

* * *

Аудроне засопела и что-то пробормотала во сне. На ее щеках застыл яркий румянец. Киаран убрал пряди волос, упавшие на ее лицо и прижался губами ко лбу. Кожа была горячей. Слишком горячей.

– Аудроне, – позвал Киаран, пытаясь ее разбудить, – у тебя температура. Нельзя засыпать с такой температурой.

Он погладил ее по щеке и потеребил мочку уха, пытаясь разбудить. Она опять что-то пробурчала, но глаза не открыла.

– Аудроне? – забеспокоился Киаран. – Проснись, пожалуйста, – он легонько потряс ее за плечо. – Аудроне! Немедленно просыпайся!

* * *

Он молниеносно протрезвел. У такси их встретили Тартас и Вильям. Киаран нес Аудроне на корабль, а Вильям при этом клеил датчики приборов на ее кожу.

– Ты сказал, чтобы я ее вез к тебе, а не в больницу! – шипел Киаран, обращаясь к Тартасу. – Если с ней что-то случиться, отвечать будешь лично передо мной!

– Все будет хорошо. Она просто переутомилась, – настаивал Тартас. – За пару часов я выведу ее из этого состояния.

– Из какого состояния ты ее выведешь! – повысил голос Киаран. – Объясни мне, что с ней такое!

– Она сама объяснит тебе, если захочет, – Тартас погладил подругу по волосам.

– Температура под сорок, – докладывал Вильям, сверяясь с показателями приборов. – Тахикардия под двести. В медотсек ее, быстро!

– Твои лекарства не помогут, – настаивал Тартас. – Дайте мне два часа, и она проснется.

– За два часа она умереть может! – вторил Вильям.

– Не умрет. Такое с ней случается. Дайте мне два часа.

– Только под нашим наблюдением, – ответил Киаран, следуя за Вильямом.

– Пусть, мне все равно, – поднял руки Тартас.

Киаран принес ее в медотсек и начал раздевать.

– Дай мне мокрое полотенце! – командовал Киаран. – Быстро!

– Обтирание не поможет, – покачал головой Тартас, доставая из кармана амортир.

– Вильям, дай мне мокрое полотенце! – злобно повторил Киаран.

Вильям молча выполнил приказ. И отвернулся, когда понял, где именно обтирает Киаран Аудроне.

Тартас присел на стул рядом и закрыл глаза. Он прижал амортир к виску и красивый мелодичный звук отразился от стен помещения.

– Температура падает, – прошептал Вильям, глядя на показания приборов.

– Тихо, – сделал замечание Тартас. – Вы мне мешаете!

Киаран и Вильям переглянулись. Больше они ничего не говорили.

* * *

Аудроне открыла глаза, улыбнулась, повернулась на бок и снова уснула. Киаран погладил ее по спутанным волосам и с такой злостью посмотрел на Тартаса, что тот должен быть сразу же рухнуть на колени и начать говорить правду! Но не помогло. Тартас молчал, и даже Вильям, допущенный к равнерийскому телу, не был удостоен никаких объяснений.

– Я отдыхать, – Тартас потер виски. – К утру она должна окончательно прийти в себя. И тогда, возможно, все объяснит. Или не объяснит, – поспешно добавил он.

Вильям продолжал «ковыряться» в сети, делая вид, что не слушает любовника. Тот замешкался, очевидно, решая позвать Вильяма с собой или нет, но заметив полное игнорирование своей персоны, молча покинул медблок.

Вильям перевел взгляд на спящую Аудроне.

– Я не знаю, что с ней творится, и меня это беспокоит.

– Попробуй еще раз поговорить с Тартасом, – предложил Киаран. – Уличи момент, придумай что-нибудь. Я хочу знать, что с ней не так, и как это можно вылечить.

– Не все болезни можно вылечить, Киаран, – Вильям в упор посмотрел на него.

– Она сказала, что ее болезнь вылечить можно.

– Ты понимаешь, к чему я веду.

Киаран отвернулся. Он уставился на многочисленные медицинские приборы Вильяма, висящие на консолях у стены.

– Мы на войне, – произнес Киаран. – И каждый из нас, скорее всего, погибнет не от болезни или старости. Так что, – он повернулся к Вильяму, – продолжай искать, ладно?

– Я нашел еще одну странность, – произнес Вильям, – на которую раньше не обратил внимания.

– Говори, – Киаран присел на стул рядом с Вильямом.

– У нее есть «зубы мудрости», но вместо одного из них установлен имплантат и коронка. Зачем протезировать «зуб мудрости»? – задался вопросом Вильям. – Обычно, если с ними возникают проблемы, зубы мудрости удаляют, и дело с концом. Кроме того, операция на нижней челюсти не указана в ее медкарте, так же, как и армирование тканей.

– А просканировать ты этот зуб можешь? – уточнил Киаран, вспоминая сновидение Аудроне и ее разговор с Лала Ли.

– Я уже проводил полное сканирование ее тела. И даже не сразу обратил на этот имплантат и коронку внимание. Ну, мы теряем зубы на войне. У тебя у самого три коронки стоит. Да и у меня две.

– Но сейчас ты счел это странным, – кивнул Киаран.

– Сейчас я придираюсь ко всему. Я взял у нее свежие образцы крови. Посмотрю, возможно, увижу какую-то динамику показателей во время этого ее приступа.

Киаран тяжело вздохнул и встал.

– Когда я могу ее забрать?

– Даже так? – Вильям вскинул брови. – Возвращайся через час. Если все показатели будут такими же стабильными, я ее отпущу. Под твою ответственность, конечно, – поспешно добавил Вильям.

– Наши еще не вернулись из клуба?

– Смеешься? – хохотнул Вильям. – Хорошо, если к утру явятся. А могут и в отель ближайший заселиться. Не переживай, они себя в обиду не дадут. Кстати, можно личный вопрос? – Вильям покосился на Киарана.

– Око доложила, что из клуба я ушел с Афиной? – Киаран вопросительно изогнул бровь.

– Но приехал ты с Аудроне, – тут же добавил Вильям. – Причем, прости за откровенность, откуда берутся дети ты явно подзабыл.

Киаран поджал губы.

– Ну, это вы с ней потом сами обсудите, – быстро выкрутился из щекотливой ситуации Вильям, заметив реакцию Киарана. – Но мой вопрос остается на повестке нашего тет-а-тет: что случилось?

– Я отделался от Афины и догнал Аудроне.

– Догнал, значит, – понимающе кивнул Вильям. – Хорошо. что догнал и был рядом, когда она отключилась.

– Это и пугает. Меня рядом могло и не быть. А она явно в своих трансгрессиях не предусмотрела вариант, что ей угрожает опасность.

– Киаран, а можно еще один личный вопрос? – Вильям вскинул брови.

– Спрашивай.

– Ты действительно в нее влюбился?

– Я вернусь через час, – произнес Киаран и встал. – Если что-то случится – набирай.

– Конечно, – устало вздохнул Вильям.

* * *

Аудроне повернулась на бок в мягкой теплой постели и разбудила Киарана. Он открыл глаза и убрал прядь волос с ее лица.

– Лала Ли, еще пять минут, – промямлила она и, кажется, снова уснула.

– Соня, завтрак пропустишь, – прошептал Киаран, и Аудроне резко подорвалась.

Она вскочила сразу на ноги, стаскивая с него одеяло и застыла, внимательно оглядываясь по сторонам.

– Когда мы вернулись? – нахмурившись, она уставилась на боксеры и майку Киарана. – И почему я голая, а ты одет?

– Потому что мне так захотелось, – он потянулся и вольготно откинулся на подушку, которую всю ночь занимала Аудроне. – Иди в душ, я принесу тебе вещи и пойдем завтракать.

– Я что, перепила? – она потерла висок и поморщилась. – После такси ничего не помню!

– У тебя приступ был. Температура высокая поднялась. Слишком высокая, – Киаран повернулся на бок. – Я не мог тебя разбудить. Тартас тебя спас.

Аудроне задумалась.

– Это все проклятый коктейль. «Радугу» я больше не пью!

– Правду скажешь или мне опять жить в счастливом неведении? – Киаран сунул ладонь под подушку и зевнул.

Аудроне снова задумалась. Явно взвешивала все «за» и «против».

– Давай сначала позавтракаем, а потом поговорим. Идет?

– Идет, – согласился он. – Душ ждет, новую зубную щетку возьмешь в ящике под раковиной.

Аудроне оставила одеяло на краю кровати и пошла в душ. Киаран встал, открыл свой шкаф и достал из него вещи Аудроне, которые принес еще ночью, пока она спала.

Запиликал сигнал экстренного извещения по сети, и Киаран открыл сообщение. Прочел его и продолжал глядеть в голографическую проекцию перед глазами.

«Тело капитана первого ранга Джефа Ринера было обнаружено в подсобном помещении ночного клуба „Луита“. В связи с возможной потерей данных, представляющих интересы Альянса, вас и вашу команду в срочном порядке отзывают из отпуска. Оставайтесь на связи для получения дальнейших инструкций».

Дверь в ванную открылась и в ней замерла обнаженная Аудроне. Она даже не вытерлась. Вода стекала с ее мокрых волос и капала на пол. Аудроне щелкала пальцами и смотрела в одну точку, словно завороженная.

– Джефа убили, – каким-то отстраненным тоном произнесла она. – Все из-за меня… Я сболтнула лишнее…

Киаран коснулся датчика за ухом и отключил голограмму перед глазами. Он подошел к Аудроне и обнял ее. Майка постепенно пропитывалась каплями воды с ее тела и мокрых волос, а дышать становилось все тяжелее.

– Что было на том накопителе, Киаран? – прошептала Аудроне. – Что именно они записали на него?

– Твой допрос. Как тебе показывали кадры с телами из лаборатории. Ты почему-то сразу начала спрашивать звездную дату. Потом была запись твоей беседы с Лала Ли. Она убеждала тебя начать сотрудничать. Затем запись с Сюзанной Мэль. Она отбивала телеграфный код пальцами по столу.

– То есть Альянс все еще не подсказал тебе, что я натворила…

– Что ты натворила, Аудроне? – он сильнее прижал пальцы к прохладной коже ее спины.

– Эфонцы придут за номером двадцать девять, – голос Аудроне был похож на монотонный сип. – Теперь они знают, что к эксперименту было допущено двадцать восемь человек, и придут за двадцать девятой.

– Что ты хочешь этим сказать…

– Аудроне Мэль из этой реальности была двадцать восьмой, – голос Аудроне дрожал. – И она погибла в ходе эксперимента. Я – номер двадцать девять. И я не из этой реальности.

Киаран закрыл глаза и сосредоточился на фактах. Мысли казались ватными. Очевидно, сказывалась попойка и полудрема, в которой он провел почти всю ночь. – «Номер двадцать девять». – «Твоя мама и не твоя одновременно». – «Кого ты видишь, глядя на меня? Свою дочь или убийцу?» Она имела в виду «ты видишь убийцу своей дочери».

– Чем ты болеешь? – тихо спросил он.

– Это не совсем болезнь, – Аудроне уперлась лбом в его плечо. – Реальность знает, что я здесь чужая, и отторгает меня. Как живая, как нечто, что может чувствовать, она в курсе, что двадцать девятый номер здесь лишний. Тартас просто на время обманывает ее вибрациями своего амортира.

– И как сделать так, чтобы она тебя приняла?

– Повторить эксперимент и вернуть меня туда, откуда я пришла.

Киаран перестал дышать. Слишком много информации, которую его мозг еще не успел «переварить». Информации, которую не хотел воспринимать и отторгал, совсем как реальность отторгает Аудроне.

– А если не вернуть тебя назад, что будет? – тихо спросил он, надеясь услышать, что есть еще какой-нибудь способ, какой-нибудь шанс помочь Аудроне остаться здесь и быть здоровой.

– Я не стану жить в постоянной зависимости от шамана. Уж лучше сдохнуть.

– Должно существовать другое решение этой проблемы. Какой-нибудь способ, чтобы ты…

– Осталась здесь? – прошептала она.

– Да. Чтобы ты осталась здесь.

– Не волнуйся, – она медленно выдохнула, – пока что Альянсу невыгодно возвращать меня обратно. По крайней мере до тех пор, пока они не найдут Десницу. Или другого ученого, способного повторить эксперимент и провести расчеты.

– Профессор Робертсон погиб… – Киаран резко отстранился от нее. – Он повторил твой эксперимент и остался в живых. Но погиб во время нашего задания…

Аудроне выпрямилась и отвела взгляд.

– Тайна личности Десницы так и должна остаться тайной. Робертсон слишком многое понял, и его эксперимент не привел к таким последствиям, как мой. В контексте будущего имеют значение только последствия. Робертсон обманул эфонцев, но вряд ли бы он обманул Альянс. Все должно было выглядеть правдоподобно. Робертсона ранят, а Вильям не успевает его спасти. Я лишь попросила Вильяма выскочить из укрытия раньше на две секунды. Тартас сорвался с места, опасаясь за жизнь человека, к которому начал испытывать привязанность. Вильям стал спасать Тартаса, а не Робертсона, потому тоже испытывал к Тартасу привязанность. Робертсон перед смертью сказал то, что должен был. Имя Десницы осталось тайной. Данные, которые я попросила тебя скопировать на модуль, не представляют никакой ценности. Все самые важные секреты Робертсон унес с собой на тот свет. Конечно, перед Альянсом я подставилась. Но они не могут со стопроцентной вероятностью утверждать, что я играю не на их стороне. Моя реальность мало чем отличалась от твоей: война, длиною в сорок лет, две стороны, каждая их которых обогащается на гибели и страданиях других людей, и поиски Десницы как орудия контроля будущего Вселенной. Своей реальности я помочь ничем не могу. Я даже не уверена, что она не исчезла навсегда, ведь с момента моего появления в этом мире я ни разу не видела ее. Возможно, мой эксперимент уничтожил целый мир, хотя, с точки зрения науки, это невозможно.

Киаран отступил от нее еще на шаг.

– Тогда зачем тебе все это? Что ты делаешь здесь, в этом мире?

– Я хочу его спасти, – осознанно и четко произнесла Аудроне. – Иногда мы можем что-то сделать, но находим тысячи причин остаться в стороне. Я оказалась здесь и могу остановить войну. Так почему бы мне этого не сделать? – она подняла глаза на Киарана. – Почему бы тебе не сделать это вместе со мной? Ведь на самом деле все зависит не от меня, а от тебя. Я лишь стала Шуйцой, – она протянула ему ладонь. – Левой рукой, которая помогает правой, указывая направление. Шуйца шепчет на ухо подсказки Деснице, – Аудроне указала на свое ухо, – и, словно шея, – повертела головой, – поворачивает голову в сторону верного пути. Шуйца ничего не решает, и сама ничего не определяет, но без ее участия не обходится ни один выбор Десницы. Шуйца не стационарна, – Аудроне поморщилась. – Роль всегда меняется, выпадая то на плечи одного человека в жизни Десницы, то на спину другого. Сейчас я исполняю роль Шуйцы в твоей жизни. Мы с тобой, – она указала на него и себя, – самое сильное оружие в этом мире, потому что мы способны этот мир изменить. Вчера ты создал новый перекресток, пытаясь отделаться от Афины и найти меня. Не я сделала этот шаг и перевернула все с ног на голову, а ты. Такое оружие, как мы с тобой, не должно достаться ни Альянсу, ни эфонцам. Если мы хотим остановить войну, то должны быть где-то посредине и играть по собственным правилам, обманывая и тех, и других.

– Мне кажется, что я тебя не знаю, – Киаран отступил назад и уперся в спинку своего кресла.

– А мне кажется, что ты меня любишь! – Аудроне повысила тон. – Поэтому приревновал к Джефу. Поэтому не остался с Афиной и выдернул в разрыв меня. Поэтому принес меня сюда. Поэтому сейчас смотришь на меня с такой мукой во взгляде, не зная, то ли бежать со всех ног, то ли довериться и следовать за мной дальше. Ты уже принял решение, Киаран. Не сейчас, раньше, когда услышал мой разговор с Лала Ли в доме Тартаса на Равнерии, – она говорила спокойно, но ее голос пробирал до костей. – Ты все понял и шагнул в тень. И сохранил мой секрет ото всех.

– С кем ты сотрудничаешь? – Киаран исподлобья сверлил ее пристальным взглядом.

– С тобой, – не задумываясь, ответила она. – И как я уже неоднократно повторяла, чтобы кардинально изменить будущее этой реальности, нам с тобой нужно выжить, – она развернулась, схватила полотенце и начала вытираться. – Запросы Вильяма на счет моего армирования уже привлекли ко мне ненужное внимание. Аудроне Мэль из этой реальности никогда не проводили процедуру армирования тканей, но об этом знают только те, кто посвящен в мою тайну. Если Вильям и дальше продолжит выяснять, что не так с моим телом, Альянс может избавиться от него навсегда. Если с Вилли что-то случится, это подкосит Тартаса. Эмоциональное состояние шамана слишком сильно влияет на его способности. Поэтому ко мне приставили именно равнерийца, потому что считается, что они наименее эмоциональные среди всех рас. Но кому, как не равнерийцам, знать, где они прячут свои эмоции? – она указала на свою грудь. – Тартас – сильный Шаман. Но если Вилли убьют, это подорвет его способности. Более того, Тартас мой друг, и я не хочу, чтобы с ним что-то случилось. Поэтому, – Аудроне вышла в комнату, нашла свои вещи на кровати Киарана и начала одеваться, – поговори с Вильямом и попроси его остановиться. Объясни, что он лишится головы, если продолжит в том же духе рассылать всем и вся запросы на счет моего состояния. Тартасу ты можешь доверять во всем. Он знает, что происходит и какие у меня цели.

– Зачем ему тебе помогать? – Киаран внимательно наблюдал за тем, как она натягивает спортивный лифчик на объемную грудь.

– Когда Тартас получил известие о том, что эфонцы убили его сестер, у него случился срыв. Он создал огромный поток вибраций, резонирующих с корпусом корабля класса «Эскомборд», на котором служил. От вибраций целое судно едва не развалилось на запчасти прямо в открытом Космосе. Тартаса обезвредили и как нововыявленного эфонца в рядах Альянса заковали в ошейник и кандалы. Убивать такой талант кто-то посчитал огромным расточительством, и Тартаса передали на обучение к шаману, уважаемому шаену Готерей Доль. На протяжении года эта скотина измывалась над Тартасом, принуждая его удовлетворять свои мерзкие пристрастия. И от этого чудовища Тартаса спасла Лала Ли. Великий шаэн Готерей, наставник шаманов в Альянсе, любитель мальчиков, садист и просто извращенец, умер от внезапного сердечного приступа. Яд быстро разложился в его крови, и никто не понял, что его отравил ученик. Это вещество Тартасу передала Лала Ли, с которой они ходили в одну ортодоксальную церковь. Так скажи мне, – Аудроне повернулась к Киарану, – зачем Тартасу мне помогать?

Киаран молча смотрел на нее.

– Все взаимосвязано, – она сцепила пальцы с замок. – У каждого действия есть последствия, которые влияют на наше будущее. Лала Ли спасла Тартаса и сохранила его секрет. Спустя год Тартаса, как опытного шамана и преданного Альянсу офицера попросили приглядеть за дочерью Лала Ли и помочь ей сохранять баланс вибраций в чужом для нее мире. Тартас, конечно же, согласился исполнить роль «надсмотрщика» и «врача». Мы с ним многое повидали и через многое прошли. Он доверяет мне, а я доверяю ему. И цена у этого доверия – наши с ним жизни. Мы понимаем, на что идем и чем рискуем, и принимаем возложенную на наши плечи миссию.

– И кто же поручил вам вашу миссию? – Киаран пытливо смотрел на нее.

– Господь, – ответила она. – Его пути неисповедимы, но с помощью научных изысканий можно попробовать постичь его логику. И этот великий дар не каждому дан. Кто-то до сих пор не может смириться с тем, что как ты не переводи стрелки реальности, поезд все равно прибудет к назначенному сроку на определенную развилку. И выбор все равно будет сделан. Поэтому эти «кто-то» проиграют. До их голов, наполненных мечтами о власти и богатстве, не доходит элементарная истина, – она протянула руки к Киарану и затрясла ими в воздухе, – любая контрольная точка в нашей реальности создана не просто так! И за свои грехи всем и каждому рано или поздно придется ответить.

– Скажи, – Киаран откашлялся, – а как давно ты знаешь, что именно я Десница Инага?

Аудроне подошла к Киарану и прижала ладони к его лицу. Погладила щетину на щеках, встала на носочки и поцеловала его.

– Неважно, как давно я знаю, – прошептала она. – Важно, что я давно люблю тебя. Запомни это и никогда не забывай.

– Не забывать до тех пор, пока ты не оставишь меня? – напрямую спросил он. – Пока не вернешься в свою реальность или не погибнешь здесь?

– Я понимаю твои чувства. Осознание «конечности» чего-то, что нам дорого, всегда ранит. Скажи я тебе правду сразу, ты бы сделал все возможное, чтобы эмоционально не привязываться ко мне. Но без этой привязанности не возникло бы и определенного уровня доверия между нами. Я тоже живой человек, Киаран. И пусть ноша моя тяжела, но мне все-таки хочется вырвать у судьбы свой кусочек счастья и насладиться им, пока есть такая возможность.

– Моего мнения при этом ты не спросила, – резко ответил он и отстранился. – Фиктивный брак, а потом разбежимся? – он повысил тон. – Покувыркаешься со мной, используешь в своих, – он взмахнул рукой, – высоких целях, а потом скажешь «прощай»? Вернешься туда, откуда пришла, и познакомишься с другим Киараном Рурком, за которого уже замуж выйдешь по-настоящему? А подожди, – Киаран рассмеялся. – В твоей реальности Десницей может оказаться вовсе не моя копия! – он указал на нее пальцем. – Ты сама говорила, что Десница для каждой из реальностей уникален. Значит, ты будешь искать того, кто окажется Десницей в твоем мире и строить новый план, чтобы остановить войну там, у тебя дома? Молодец, – Киаран закивал. – Знаешь, ты большая молодец!

– Я понимаю, что тебе больно, – попыталась перебить его речь Аудроне.

– А мне кажется, что не понимаешь! – закричал он. – Я думаю, что ты гребаный агент на задании и не остановишься ни перед чем, чтобы выполнить его! Если бы Десницей был Шори – ты бы соблазнила третийца и увела у Жасмин? – издевку в голосе он даже не скрывал. – А Око? Если бы Десницей была она, ты бы стала ей верной подругой?

– Нет варианта «а если бы» Киаран! – взорвалась Аудроне. – Я сплю с тобой! И люблю ТЕБЯ! И да, ты Десница, и эмоциональная связь между нами создает предпосылки к тому, что я на тебя влияю и принимаю роль Шуйцы! Других вариантов в этой реальности нет!

– Зато есть в другой, – упавшим голосом произнес он. – В твоей настоящей реальности, – он отвернулся.

– Киаран, – Аудроне подошла к нему и хотела обнять, но он оттолкнул ее руки.

– Обучение при «Теневом Дворе» – это правда? – тон его голоса стал холодным и надменным.

– Кто рассказал тебе об этом? – Аудроне опустила голову.

– Ты же трансгрессир. Не предусмотрела варианты?

– Афина? – Аудроне хмыкнула и схватила свой комбинезон с кровати. Начала быстро одеваться. – Меня не тренировали при «Теневом Дворе». Там меня удерживали после того, как эксперимент провалился. Посчитали, что с охраняемого объекта, где тренируется элита из элит, я не сбегу. И были правы. Я не сбежала.

– Ты убила своего отца?

Аудроне снова хмыкнула и даже неодобрительно покачала головой.

– Тот, кто подослал Афину, хорошо выполнил домашнее задание, – она села на кровать и начала обуваться. – Да, – ответила Аудроне, – я убила своего приемного отца.

Киаран смотрел на нее, не мигая. Она выдала эту новость с тем же спокойствием, с которым только что сообщила и все остальное.

– Это случайность или… – Киаран не договорил.

– Мы с моим папулей возвращались на Луиту после очередной эвакуации мирного населения, – Аудроне прищурилась, будто пыталась рассмотреть вдалеке собственные воспоминания. – В двенадцать лет я уже знала, что мой приемный отец – настоящая тварь. На корабле была его команда. Там же находились двое пленных эфонок, которых отцу приказано было доставить на Луиту. Они сидели в разных камерах в ошейниках и кандалах. Я хотела их освободить и позволить им сбежать в одном из спасательных шаттлов, пока мой отец до них не добрался. Опоздала. Застала папашу, когда он насиловал одну из женщин, – Аудроне застегнула ботинки и встала. – Я достала нож, который стащила на кухне, и всадила отцу в спину, пока он был слишком занят процессом. Думала, он сразу умрет, но он не умер, а погнался за мной. Я юркнула в один из шлюзовых отсеков и хотела заблокировать двери, но он успел проскочить следом. Оказалось, что в этом помещении уже была одна из жертв его «постоянных» притязаний. Увидев, как он вытаскивает нож из своей спины и идет с ним на меня, лейтенант Соа Мю бросилась на мою защиту. Началась потасовка. Они катались по полу, пока отец не стал колоть Соа ножом в живот. Тогда она прокричала: «Открой шлюз!» Я выбежала оттуда и активировала на панели управления открытие шлюза. Дверь в отсек заблокировалась, а шлюз открылся. Я осталась в коридоре, а отца и Соа выбросило наружу. Предвидела ли я такой вариант развития событий? – Аудроне хмыкнула. – Да! – вздернув подбородок, заявила она. – Но важны только последствия. Две пленных эфонки сбежали вместе с остальными членами экипажа команды моего отца. Мой отец больше ни над кем не измывался, а лейтенант Соа Мю погибла не на эшафоте месяц спустя, а сразу. Меня усадили в шаттл и отправили на Луиту к любящей и скорбящей по мужу приемной матери. Ты хотел знать, за что она меня ненавидит? – Аудроне опустила глаза и застегнула ворот своего костюма. – За хладнокровное убийство ее мужа. Но конкретно Двадцать Девятый номер удостоен еще более особого отношения, ведь я выжила, а ее настоящая приемная дочь нет, – Аудроне пригладила ткань комбинезона на груди и подошла к двери. – Пожалуй, с откровениями на сегодня лучше закончить. И без того я разговорилась. Вчера моя болтливость лишила Джефа жизни. Подумай об этом, – она хлопнула ладонью по датчику и ушла.

Раздался сигнал системы экстренного оповещения. Сирена выла из всех динамиков, пока Киаран стоял и ничего не делал. Впервые за долгие годы службы при оповещении об опасности он просто слушал эти устрашающие завывания и никак не реагировал. Можно было бы дать себе передышку, выскочив на несколько минут из реальности в место, о котором вообще практически ничего не известно. Но даже этого Киаран не сделал. Он просто стоял и внимал напоминанию системы о том, что войне на все наплевать. Она неутолима в своей жажде крови, и сама никогда не остановится.

* * *

Вильям вбежал в каюту Тартаса и застал его за чтением сообщений на компьютере.

– Я уже в курсе, – Тартас быстро свернул голограмму.

Вильям стоял и молчал, как-то странно глядя на него.

– Ты что-то еще хотел мне сообщить? – Тартас встал и нахмурился, не понимая мотивов внезапного порыва Вильяма «срочно увидеться».

– Хотел сказать, – Вильям подошел к нему и обнял, – что я люблю тебя.

– Я же просил эту тему не поднимать! – разозлился Тартас.

– Можешь не верить, – прошептал Вильям, – мне наплевать, – он прижался к его губам. – Выживи, ладно? – он погладил его по щекам. – Выживи – это все, о чем я тебя прошу, – Вильям резко отстранился и быстро ушел.

Тартас остался один. Поступок Вильяма выбил его из колеи. Слишком внезапный, нелогичный и эмоциональный. Впрочем, от представителя расы луитанцев ничего другого ожидать и не следовало. Этим Тартас и успокоил себя.