Текст книги ""Фантастика 2026-6". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Настя Любимка

Соавторы: Даниэль Рэй,Полина Ром,Анна Лерн,Игорь Лахов,Даниэль Зеа Рэй,Кира Страйк,Марьяна Брай,Эва Гринерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 313 (всего у книги 361 страниц)

– Ладно, – вздохнула она и достала еще один серебряный. – Говори, что нашел!

Роман деньги в карман сунул и к Анне наклонился, на ухо шепча свой ответ.

– Что?! – ладонь метнулась к губам.

– Как на духу говорю, госпожа, – поклялся Ромик и к двери повернулся. – Ежели что, приходите снова. Вы знаете, госпожа: я вам никогда отказать не смогу.

– Спасибо, Роман, – сквозь зубы ответила Анна и направилась по переулку в сторону центральной улицы.

Господи… Да что же это…

Анна склянку в сумку под плащом припрятала и вышла на центральную улицу. Склонив голову, она смешалась с толпой и направилась в сторону переулка, где был тайный проход. Какой-то прохожий задел ее плечом, да так сильно, что Анна чуть не рухнула на мостовую.

– Простите, госпожа, – произнес кто-то на ухо.

Анна резко обернулась, пытаясь отыскать в толпе владельца этого голоса. Все тщетно: его здесь нет. Стряхнув с себя наваждение, она поправила на голове капюшон и направилась дальше. Вопреки желанию успокоиться, она поняла, что ее трясет. Слишком многое произошло за последние недели. И она уже не так молода, чтобы без последствий переживать все это. Ей померещилось. Просто померещилось и все.

Анна прижала сумку к животу, когда поняла, что на сумке что-то есть. Она шмыгнула в подворотню и достала сумку из-под плаща. Мягкая кожа была проколота толстой булавкой, на которой висел небольшой листок бумаги.

Анна достала острие булавки и прочла надпись на бумаге:

«Ĉu vi ankoraŭ min amas, Anna?»

– Нет… – прошептала Анна, прижимая записку к груди. – Господи, что же это…

Она спрятала листок и булавку в сумку, прислонилась к стене и прижалась лбом к холодной каменной кладке.

– Защити… Господи, помилуй меня…

«Ты все еще любишь меня, Анна?» – шептал его голос на ухо. «Ты все еще любишь меня, Анна?»

***

Аврору разбудила тихая музыка, которую включила Джослин. Потерев глаза, она присела на диване и размяла затекшие плечи. Стоит подыскать приличный наряд: госпожа Терра будет недовольна, если Аврора заявится на ужин в костюме.

Она встала и направилась к шкафу с одеждой. Взгляд ее упал на валяющийся на полу бумажный шарик. Это же надо быть такой идиоткой, чтобы не попросить Париж сначала показать ей карту, прежде чем деньги платить!

Аврора подняла с пола карту и расправила измятый листок, с прискорбием разглядывая намалеванные звезды над тропами. С первого взгляда карта показалась простым издевательством над теми, кто хоть раз видел карту троп к морю на Севере. И вдруг, картинка перед ее глазами сложилась сама собой.

Аврора бросилась к столу и схватив перо стала выводить линии на бумаге, соединяя звезды между собой. Взглянув на то, что получилось, Аврора едва сдержала вопль.

«Aŭroro». Ее имя на языке предков. Это имя изгибалось на карте, огибая тропу, ведущую к морю через горную гряду. Но, на пути к морю на Севере нет горных перевалов. Там вообще нет гор. А здесь, с обеих сторон, они были…

– Господи… Это же…

Аврора прижала листок к груди и стала часто дышать. Нужно спрятать его. И загрузить в базу данных Джослин. Господи…

Спустя пять минут, Аврора шагала по туннелю, ведущему к лестнице на первый этаж борделя. Оказавшись в коридоре первого этажа, она осмотрелась по сторонам: Париж нигде не было видно. Что ж, придется идти к ней в комнату.

Аврора тихо поднялась по лестнице на второй этаж и, шмыгнув по переходу над увеселительным залом внизу, оказалась в коридоре с комнатами девиц. Остановившись перед дверью в комнату Париж, Аврора позвонила в колокольчик. Не нужно было обладать чутким слухом, чтобы слышать, что делается внутри. Париж, похоже, отрабатывала хлеб на славу (судя по громким стонам и вздохам ее клиента). Аврора медленно выдохнула и отступила на шаг назад: вскоре все это закончится и Париж освободится. Звук глухого удара и последовавшие за ним вопли заставили Аврору передумать.

– Потаскуха дрянная! Рот свой закрой!

Аврора с ноги вынесла дверь и спокойно вошла внутрь.

– А-а-а!!! – завопила Париж, стоящая на коленях и пристегнутая кандалами к железной спинке кровати.

Ее клиент, Прокопей, которого Аврора хорошо знала и который жил на соседней улице с ее родителями, замер позади Париж с черной палкой в руке.

– Какого… – пробурчал он, отстраняясь от Париж и пытаясь прикрыть «хозяйство», которое при виде Авроры сдулось и рухнуло вниз.

Аврора присела в кресло напротив кровати и, грациозно закинув ногу на ногу, указала Прокопею пальцем на дверь:

– Жене и детям вашим ничего не скажу, но посрамились бы, дядя Прокопей… Ей же двадцать лет всего… Как дочери вашей старшей…

Прокопей молча поднял с пола штаны и стал их натягивать.

– Только рот раскрой, и я всем расскажу, где ты подрабатываешь, потаскуха хренова!

Аврора с кресла поднялась и к Прокопею подошла. Голову на бок склонив, она улыбнулась. Звякнули браслеты и кольца Авроры отпечатались на щеке мужика, как на горячем сургуче. Он рухнул на пол и стал отползать к стене. Париж заверещала, как резанная. А Аврора скривилась и, сплюнув под ноги Прокопею, повернулась лицом к Париж.

– Рот закрой, пока я его не заткнула!

Париж умолкла, а Прокопей, схватив рубаху, стал отползать к двери.

Аврора к нему повернулась и бровь вскинула:

– А ты деньги заплатил?

– Заплатил! – проревел Прокопей, бросаясь в дверной проем.

– Заплатил? – переспросила Аврора у Париж.

– Да, – ответила Париж и присела на пол, отстегивая кандалы. – Ну и дура же ты! Хороший ж мужик! Всегда на прощание пару монет оставлял!

– Вместе с чем-то еще в твоем заду, – скривив лицо, ответила Аврора и с ноги дверь в комнату закрыла.

– Так с чего шум такой подняла? – спросила Париж, вставая на ноги и халат на плечи накидывая.

– Расскажи мне про клиента, который карту тебе нарисовал.

Париж засмеялась и покрутила пальцем перед обнаженной грудью, давая понять, что так просто ничего говорить не станет.

– Хочешь, чтобы я каждый раз к тебе в комнату вламывалась? Я ж могу, Париж! Буду сидеть, караулить тебя и мужиков твоих! Вот тогда к тебе клиент пойдет!

– Тебе ума на это хватит, – задумчивым тоном произнесла Париж. – Ладно, что ты хочешь о нем знать?

– Кто такой, как звать? Что делал здесь и как платил?

Париж к тумбочке подошла и взяла портсигар в руки. Достав папироску, она закурила и на кровать присела.

– Странный он был, мужик тот. Пришел с утра. Выпил пару рюмашек. Попросил кого-нибудь из девиц. Ты знаешь, я мужиков зрелых люблю. Вот и пошла.

– Сколько бы ты лет ему дала?

– Не знаю, – пожала плечами Париж. – Волос его темный седина знатно побила, но морщин на лице не много. Лет сорок пять дала бы, может, пятьдесят. Красивый мужик, не из рабочих. Я даже поначалу удивилась, когда он сказал, что пару дней назад из похода воротился.

– Почему ты решила, что он не из рабочих?

– Руки холеные у него были, без мозолей. Ногти аккуратно пострижены, грязи под ними не видать. Зубы белые, ровные. Одежда да обувь чистые. Да и вообще, – хмыкнула Париж, – пахло от него хорошо: не то мылом пахучим каким, не то травами какими-то.

– Во что он одет был?

– Штаны да майка черные. И еще плащ у него был. Тоже черный.

– Оружие с собой у него было?

– Нет, оружия я не заметила.

– Что из услуг он попросил?

Париж папироску затушила и в сторону отложила.

– Привела я его в комнату, разделась перед ним, а он смеяться начал. Говорит: «Думаешь, у меня на ребенка встанет?» «Чего шел, тогда?» – спросила я. А он и заявляет, мол выспаться ему нужно, чтобы никто не тревожил. Мне-то наплевать, сама понимаешь. Я с него плату как за «черновую» потребовала, и он согласился. Монетами заплатил и карту мне в руки сунул, мол дорога это к морю на Севере: если продам эту карту, смогу из дома блудного уйти и достойно на жизнь зарабатывать. Я от подарка такого отказываться не стала: взяла молча да свалила на пару часов. А когда вернулась, его и след простыл.

– И ты карту эту мне решила «толкнуть», – вздохнула Аврора.

– Аврора, милая, ты же знаешь: для «своих» мы задешево отдаем.

Аврора языком цокнула и Париж улыбнулась:

– Мужик-то какого роста был?

– Высокий такой, на две головы тебя выше. Худощавый немного, но плечи широкие.

– Кожа светлая?

– Да, из белых он.

– Глаза темные или светлые?

– Светлые.

– А приметы какие особые заметила? Может, шрамы или еще что?

– Нет, – покачала головой Париж. – Ничего такого.

– Ладно, – задумчиво произнесла Аврора. – Куда пошел он – ты тоже не знаешь.

– Если он доброволец, то должен был в халупу к Кузьме идти: там же все добровольцы останавливаются, там же и заказы на работу принимают.

– Кузьма со мной говорить не станет, – поджала губы Аврора. – Я ему руку в прошлом году сломала, когда он меня лапать пытался.

– Да, с тобой он речи не поведет, – улыбнулась Париж, – но мы с Кузьмой давние знакомые. Если хочешь, я могу потолковать с ним.

– Сколько? – напрямую спросила Аврора.

– Ну, Кузьма поблудить любит. Сама понимаешь, придется обслужить.

– Сколько, Париж?

– Три серебряных.

– Ты в своем уме? – повысила тон Аврора.

– Ну, если хочешь, можешь сама перед ним ноги раздвинуть! – захохотала Париж. – Только не забудь, что у него встает только после того, как пососешь немного!

Аврора воздуха глотнула, приступ рвоты подавляя.

– Ну что? – улыбалась Париж. – Три монеты – и я у Кузьмы!

– Спасибо, Париж, но я как-нибудь сама разберусь, – Аврора дверь отворила.

– Подожди! Две монеты!

– Нет, Париж.

– Ну, ладно! Одна монета! Один серебряный – и я сейчас же к Кузьме пойду.

– Хорошо, – согласилась Аврора. – Только монету я тебе вечером принесу.

– Ну, как принесешь, так и пойду, – развела руками Париж.

– Уговор, – вздохнула Аврора и оставила Париж одну.

И где же ей взять эту проклятую монету? Господин Гелиан за службу заплатит только через две недели. А Антонина только рассчиталась, и Аврора все монеты матери отдала. Черт! Черт-черт-черт!!!

Она со злости кулаком в стену ударила. Звякнули колокольчики на дверях, и Аврора поспешила покинуть бордель.

Глава 12

Гелиан зашел за Террой без двадцати восемь. Предложив руку, он вывел ее в коридор и повел в сторону лестницы.

– Ты хоть немного поспала? – спросил он.

– Да, прилегла на несколько часов.

– Это хорошо.

Терра врала. Она и глаз сомкнуть не смогла после его ухода. Пролежала в ванной с час, пока вода не остыла, затем просто по комнате ходила, в окно на верхушки деревьев смотрела.

Терра понимала, что сейчас ей не следует молчать. Она должна разговаривать с Гелианом как можно больше, как можно больше расспрашивать его обо всем и вся. Только знание способно подарить ей ответ на вопрос: «что делать дальше?» Но говорить Терре не хотелось, точно так же, как и смотреть на Гелиана.

– Что-то ты молчалива, – заметил он, поддерживая ее за руку.

Она отвела взгляд и медленно выдохнула.

– Разве здесь нет электричества? – она указала рукой на масляную лампу, висящую на стене.

– Электричество есть, но нет лишних ламп.

– А те огни на твоем летающем корабле… Они работают тоже от электричества?

– Да.

– И как ты его получаешь?

– Ты все узнаешь, Терра. Всему свое время.

Когда-то глава «электротравмы» далась Терре очень тяжело. Понять, что такое «электроток», «розетка», «провода», «трансформаторы» она так и не смогла. Но что у предков лампы были «электрическими», догадалась. И оказалась права.

Вместе с Гелианом они миновали второй этаж и остановились на первом. Терра повернула голову, глядя на лестницу, ведущую дальше вниз.

– Там подвальные помещения, – пояснил Гелиан и провел ее в гостиную.

Там их ждали Птаховы и Катерина. Не хватало детей Петра и Василия, которых, наверное, отправили играть на улицу. Радомира тоже не было.

К Терре подошел Савелий и, оглядевшись по сторонам, потер руки:

– Что ж, подождем Радомира еще несколько минут и пойдем в столовую.

– Конечно, – кивнул Гелиан.

Терра попыталась отстраниться от Гелиана и отойти, но он с силой прижал ее руку к себе, давая понять, что бегство невозможно.

– Может, присядем? – радостно предложил Антон и плюхнулся на один из диванов, стоящих здесь. – Радомир может и через час заявиться! Так что ж нам, все это время стоять?

– Мы не только Радомира ждем, – произнес Гелиан.

– Не только? – удивилась Анна, сверля недовольным взглядом Терру.

– Терра не могла оставить старания Авроры без внимания, и в качестве благодарности за ее труды, пригласила Аврору отужинать этим вечером с нами, – пояснил Гелиан.

– Что значит «отужинать с нами»? – повторила Анна.

– То есть поесть с нами за одним столом, – раздраженным тоном ответил Гелиан.

– Неслыханная наглость! – выпалила Полина – жена Василия.

– Язык прикуси… – шикнул на нее муж.

– И что же вы, Полина, наглостью зовете? – спросила Терра.

– Не начинай, – прошептал Гелиан.

– У нас не принято подобное… – стушевалась Полина.

– Ясно, – кивнула Терра.

В гостиную вошел Радомир и поклонился:

– Добрый вечер! Извиняюсь за опоздание!

Повисло молчание. Все замерли на местах за исключением Антона, который встал с дивана, чтобы лучше разглядеть кузена.

– Ну, ни хрена себе… – прошептал Петр, за что получил от жены локтем в бок.

– Ты не опоздал, – улыбнулся Гелиан. – В запасе еще десять минут.

Радомир старательно делал вид, что не замечает, как остальные его разглядывают. Насколько сильно человека может изменить стрижка? Казалось, Радомир помолодел.

– Наконец-то, ты расстался с этими ужасными патлами, – заявил Савелий. – Интересно, что подвигло тебя на такой серьезный шаг?

– Мне сказали, что не гоже мужику моего положения с длинными волосами ходить.

– Мы говорили тебе это тысячу раз, но нас ты не слушал, – ворчал Савелий.

– Видать, не готов был в жизни своей что-то изменить, – пожал плечами Радомир.

– А сейчас, выходит, готов?

– Ответ на твой вопрос в моей прическе, дядя.

– И кто же это правдивое замечание тебе сделал? – не отставал Савелий.

– Терра, про тебя свекр спрашивает! – засмеялся Радомир, кивая в ее сторону.

Все уставились на нее.

– Я сделала Радомиру замечание и рада, что он внял моему совету.

– Совету? – переспросил Гелиан.

– Она посоветовала мне в порядок себя привести, – пояснил Радомир.

Гелиан взглянул на Радомира и прищурился:

– Какое совпадение странное…

Радомир осмотрелся по сторонам и вскинул брови:

– Если все в сборе, может, пойдем?

– Мы ждем Аврору, – подсказала Терра. – Я пригласила ее на ужин к восьми.

– Аврору? – удивился Радомир. – Что ж, подождем Аврору.

Для Терры не осталось незамеченным то недовольное выражение лица, коим Катерина выразила «восторг» по поводу приглашения Авроры на ужин. Внезапные изменения во внешности Радомира радости у Катерины так же не вызвали. И дураку понять, что здесь к чему. Терра, подумав об этом, ехидно улыбнулась.

– Я рад, что ты получаешь удовольствие от вечера, – тихо заметил Гелиан.

– Получаю, – хмыкнула она.

В дверь постучали.

– Войдите! – разрешил Гелиан.

Терра с прискорбием подумала о том, что Аврора вновь удивила ее. Почему Терра укрепилась в мысли, что Аврора наденет «обычное» «простое» платье? Ничего «обычного» и «простого» в Авроре, судя по всему, не было и не будет никогда. Черный балахон, которые она напялила на себя, чем-то напоминал платье: у него были длинные рукава и полы его прикрывали колени. К сожалению, под этим балахоном явно скрывался отличительный наряд Главного дома, потому как на ногах Авроры по-прежнему были темно-красные штаны.

В воцарившейся тишине звякнули браслеты: Аврора поклонилась и извинилась за опоздание.

– Ты не опоздала, – Радомир подошел к ней и предложил руку.

Аврора разогнулась и обмерла, уставившись на него с нескрываемым ужасом в глазах.

– Что-то случилось?

– Нет, – поспешно ответила она и отошла в сторону.

– Ну что ж, давайте пройдем в столовую, – предложил Гелиан.

– Конечно, – Радомир опустил руку.

Просторное помещение столовой без окон, но с несколькими дверями, разительно отличалось от «столовой» дома Терры. Здесь не было лавок: только стулья с большими резными спинками. Длинный широкий стол из полированного дерева был заставлен тарелками с угощениями. Оранжевые шарики большие и поменьше, странные красные плоды, похожие на сердечки с зелеными хвостиками на концах Терра никогда не видела прежде. На мясо она старалась не смотреть: при виде его ее начинало мутить.

Гелиан отодвинул один из стульев в торце стола и предложил Терре присесть. На соседний стул сел он сам. Напротив них, в другом торце стола, разместились родители Гелиана. Радомир усадил Аврору со стороны Терры, а сам сел напротив, рядом с Гелианом.

Терра не сразу заметила, что молчание затянулось. Пока остальные наполняли тарелки яствами, она пыталась определить, что будет есть на ужин. В столовую вошла женщина в годах в синем наряде и поставила напротив Терры тарелку с кашей, сваренной на молоке.

– Спасибо, – кивнула Терра.

Гелиан наполнил странный стеклянный стакан на длинной узкой ножке водой и поставил его напротив.

– Твой бокал, – тихо пояснил он.

«Бокал», – про себя повторила Терра.

Себе Гелиан налил какой-то сок, судя по его цвету – яблочный. Остальные пили бормотуху, даже Анна, которая вообще старалась в сторону Терры не смотреть.

Подняв бокал, Гелиан громко произнес:

– За мою жену! За Терру Птахову!

– За Терру Птахову! – ответили остальные и пригубили бормотухи.

Терра сделала глоток воды и поставила бокал на стол.

– Кролик сегодня удался! – заметил Радомир, прожевав кусок мяса.

– Мы рады, что тебе нравится, – негромко ответила Анна.

– Аврора, ты почему ничего не ешь? – спросил Радомир.

Она вымученно улыбнулась и положила себе в тарелку небольшой кусок мяса.

– Петя, плесни ей ячменного из запасов Гелиана, – Радомир кивнул Петру, сидящему рядом с Авророй.

Аврора накрыла бокал рукой и вежливо улыбнулась:

– Спасибо, я ограничусь соком.

– Да брось, Аврора, – скривился Радомир. – Когда все разъедутся по домам, ячменный напиток Гелиан закроет в подвале и достанет не скоро! Попробуй, уверяю тебя, в этом году он удался на славу!

– Попробуй, Аврора, – кивнул ей Гелиан.

– Только немного…

– А много никто не нальет! – засмеялся Петр, наполняя бокал Авроры.

– Только если себе самому! – подхватил Василий.

Все засмеялись. Аврора из бокала пригубила и утвердительно кивнула:

– Действительно, очень хорош.

– Спасибо, – ответил Гелиан.

– Терра, – обратился к ней Савелий, – расскажи нам, как ты себя чувствуешь? Понравился ли тебе дом Гелиана? Что нового ты узнала за эти дни?

– Чувствую себя хорошо, – ответила Терра. – Мой новый дом мне нравится, хотя я толком и не видела его.

– Я покажу тебе все, – перебил ее Гелиан. – Завтра погуляем и ты все осмотришь.

– Конечно.

Терра вновь взглянула на свекра. Она не ответила на третий его вопрос (о том, что нового узнала за эти дни). Гелиан весьма вовремя ее перебил, предоставив возможность промолчать.

– Так, что нового ты узнала, Терра? – повторил Савелий.

– Боюсь, мне понадобятся годы, чтобы узнать все, что знаете вы, господин Савелий.

– Девочка моя, перестань звать меня «господин». Просто Савелий.

– С вашего дозволения, Савелий, – кивнула Терра.

– Анна сказала, что ты заказала у портного много новых нарядов. Почему одни платья?

– Я привыкла носить платья. Когда надоест – сменю наряды на какие-нибудь другие.

– Зря ты так, – вступила в разговор Полина. – Штаны – это очень удобно. Попробуй как-нибудь надеть их и поверь: носить платья тебе расхочется.

Терра улыбнулась Полине:

– Возможно… Когда-нибудь…

– Госпожа Терра, – обратилась к ней Катерина, – господин Гелиан рассказывал нам о том, что вы занимаетесь врачеванием. О! Нет, простите, знахарством!

– Да, я знахарка.

– И вы знаете все о травах и целебных порошках?

– Я знаю многое о лекарствах, в том числе и о целебных травах. А в состав лечебных порошков, которые я готовлю, могут входить не только травы.

– А о других болезнях… – продолжала расспрашивать Катерина. – О тех, которые нельзя вылечить травами, вы что-нибудь знаете?

– Вы о хирургических заболеваниях говорите?

– Да, о них.

– Кое-что знаю, – улыбнулась Терра.

– Но, рану-то зашить можете?

Что бы Терра могла, так это зашить Катерине рот.

– Она может все, – взял слово Гелиан. – Наложить швы, вправить вывих, нарыв вскрыть и даже зуб вырвать.

– Как интересно… Но больших операций вы не делаете, не так ли?

– Нет, – вдохнула Терра, – не делаю.

– А почему? Боитесь?

Терра пригубила воды из бокала и вновь улыбнулась нахалке, которая начала засыпать ее вопросами:

– Недугов и методов их лечения много. Например, люди называют «болезнью кишок» так много болезней органов брюшной полости, что мне пальцев на руках не хватит, чтобы все перечесть. Для того, чтобы оперировать, нужны инструменты, нужны специальные нитки и, самое главное, необходимо лишить человека сознания и затем вернуть его в это сознание. У меня нет лекарства, способного это сделать.

– А наш Радомир занимается хирургией, – выдала Катерина.

Терра взглянула на Радомира, но тот сделал вид, что реплика прозвучала не в его адрес. Терра заметила, как Гелиан нахмурился и вперил недовольный взгляд в Катерину. Та пожала плечами и отвернулась.

– Я очень надеюсь, – продолжила разговор Терра, – что Радомир окажет мне честь и примет меня в ученицы.

– Можно подумать, у него будет выбор! – захохотал Антон.

– В таком случае, – ответил Радомир, – я тоже надеюсь, что ты окажешь мне честь и примешь в ученики меня.

– Я научу тебя всему, что знаю сама, – кивнула Терра.

– Прекрасно! – провозгласил Савелий. – Терра, как ты думаешь, сколько времени вам с Радомиром понадобиться для того, чтобы найти лекарство от черного крапа?

Она взяла в руки ложку и попробовала кашу, намеренно медля с ответом. Все покорно ждали, когда она проглотит угощение и сможет вновь открыть рот.

– Полагаю, что для решения этой проблемы нам с Радомиром понабиться все время, которым мы будем располагать.

Терра заметила, как Гелиан самодовольно улыбнулся. Кажется, ее ответ пришелся ему по вкусу.

– Значит ли это, что пяти лет вам должно хватить? – продолжал спрашивать Савелий.

– Папа, – прервал его Гелиан, – в данный момент Терра приходит в себя после случившегося. Как только она окрепнет, они с Радомиром смогут начать поиски лекарства от черного крапа.

– Меня беспокоит, Гелиан, что ты взваливаешь на плечи Терры и Радомира слишком большую ответственность. Нельзя полагаться на удачу, сынок, даже если удача часто тебе благоволит.

– Ты прекрасно знаешь, папа, что я не склонен полагаться на удачу. Обратный отсчет для всех нас начался давно. Через пять лет время истечет. На сегодняшний день я – единственный человек, который разбирается в электронной системе управления комплексов предков. Конечно, дело твое: ты можешь верить моему слову и рассчитывать на мои силы, а можешь начать искать другое решение проблемы нашего выживания. Чтобы ты ни выбрал, я пойду тем путем, который считаю правильным. И твое мнение принимать в расчет не буду.

Савелий бросил приборы на стол и откинулся на спинку стула, складывая руки на груди.

– Я позволяю тебе делать все, что ты хочешь, но помни, сынок, что в любой момент я могу изменить свое решение.

– И что дальше? – хмыкнул Гелиан, как и отец, бросая приборы на стол. – Выкинешь меня за стену?

– Не зли меня, Гелиан…

– Похоже, только это мне и остается. Кстати, когда ты возвращаешься домой?

– Когда пожелаю – тогда и полечу.

– Вся эта беготня вокруг меня уже достала. Вы не даете мне нормально работать.

– Думаешь, женитьба облегчит твою участь? Терра молода, а вникать в тонкости управления твоими землями и твоим народом времени у нее не будет, ведь ты уже водрузил на ее плечи очередное задание. Сам ты тоже отстранился от всех дел, переложив обязанности на помощников. Позавчера мы с Катериной были на рудниках: так вот, добыча ископаемых сократилась на тридцать процентов за последние три месяца. Но, тебе ведь нет до этого дела, сынок, не так ли?

– Я разберусь с этим, когда все вы отсюда улетите.

– Боюсь, что когда все мы отсюда улетим, ты как всегда закроешься в лаборатории и наплюешь на все вокруг.

– В данный момент мои земли приносят самый большой доход среди владений нашей семьи. Это факт, папа. Помоги лучше моим братьям, которые вместо того, чтобы заниматься делами своих общин, опустошают запасы моих погребов.

– Стоп-стоп-стоп!!! – засмеялся Петр. – Ты это что, братец, жалеешь пойла для нас?

– Жалею. Это пойло готовится годами, а вы выдуваете его за минуты!

Аврора едва не поперхнулась и, прижав ладонь к губам, поставила бокал на стол.

– Ну и засранец же ты, Гелиан! – выпалил Петр.

– Я, может, и засранец, но ты сидишь в моем доме, на моем стуле и за моим столом. Так что заткнись и продолжай пить: это у тебя получается лучше всего!

– Это еще большой вопрос: в чьем доме он сидит и на чьих стульях! – повысил тон Савелий.

– Эти земли принадлежат мне, – сквозь зубы процедил Гелиан. – Так что никаких вопросов здесь нет, папа.

– Ты пей, Аврора, – обратился к ней Савелий. – Не стесняйся, девочка. Август был бы рад новости о том, что его дочь пригласили к столу.

Терра медленно перевела взгляд на Аврору и задержала дыхание.

– Вы правы, господин Савелий, – с каким-то безразличием обронила та. – Узнай дядя об этом, он был бы рад за меня.

– Хороший был человек, твой дядя. Надежный. Верно я говорю, Анна?

Анна искоса взглянула на мужа и ничего не ответила.

– Аврора, твой отец по-прежнему в карты играет? – продолжал расспрашивать Савелий.

– Не знаю, господин. Я давно не разговаривала с ним.

– Отчего ж так? – будто бы удивился Савелий.

– Работы много. Времени семью навестить не хватает.

– О! Аврора, детка, я вспомнил, о чем хотел поговорить с тобой. Всем за этим столом известно, что произошло в больнице позавчера.

Терра сглотнула ком, подступивший к горлу, и взглянула на Анну. Свекровь, заметив, что Терра на нее смотрит, выразительно изогнула бровь, давая понять, что извинений все еще ждет. Терра отвела взгляд, и на этом их немой диалог с Анной был окончен.

Тем временем, Савелий продолжал говорить:

– Госпожа Анна была очень расстроена и, как это свойственно всем женщинам, немного перегнула палку. Верно я говорю, Анна?

– Наверное, – пожала плечами Анна.

– Так вот, Аврора, мы давеча поговорили с Анной и обоюдно приняли решение снова взять тебя в штат охраны Птаховых. Катерина с радостью восприняла эту новость. Да, Катерина?

– Да, господин, – кивнула Катька.

– Конечно, это не значит, Аврора, что все забыто, но мы надеемся, что ты оправдаешь наши ожидания и станешь так же преданно, как и прежде, нам служить.

Натянутая улыбка не покидала лица Савелия, а Аврора, вновь побледнев, склонила голову и положила приборы на стол.

– Господин Савелий, госпожа Анна… Мне искренне жаль, что я подвела вас. Злых намерений у меня и в мыслях не было… Я… Мне…

– Извинения приняты, – перебил ее Савелий.

Аврора голову подняла и взглянула на него в упор:

– Спасибо за ваше великодушное предложение. Для меня это очень многое значит. Но, к сожалению, я не могу его принять.

С лица Савелия медленно сползла улыбка, в то время как Анна стала улыбаться себе под нос.

– Постой! Ты что же это… …отказываешься?

– Госпожа Терра приняла меня на службу. Я же не ветряная девица какая-нибудь, чтобы бегать туда-сюда, – обиженным тоном выдала Аврора.

– Терра не будет «против»! – настаивал Савелий. – Верно я говорю, Терра? Ты же не будешь «против»?

Терра сглотнула.

– Гелиан дал мне свое дозволение нанять Аврору. В моем доме у меня никогда не было личного охранника. Вы знаете, к чему это привело, – Терра склонила голову и стала говорить тише: – Так тяжело теперь доверится кому-то… Но, если Гелиан хочет, чтобы Аврора вернулась в основной штат, я противится его воле не стану.

Взгляды собравшихся переместились на Гелиана.

– Я против.

Повисло молчание. Очевидно, все ждали, что к этому лаконичному ответу Гелиан добавит что-то еще.

– И-и-и? – нарушила тишину Анна.

– Что «и-и-и», мама? – нахмурился Гелиан, наполняя бокал соком.

– Ты ничего не хочешь добавить к тому, что сказал?

Он пригубил из бокала и пожал плечами:

– Мне нечего добавить, мама. «Я против» – это все, что я хотел сказать.

– Господин, – обратилась к нему Катерина, – вы не доверяете мне и моим людям?

– Разве я это сказал?

– Но, господин, если вы желаете, чтобы Аврора служила только госпоже Терре и не слушала советов и наставлений ее старших и более опытных собратьев по оружию, то я подумала, что…

– Ты подумала, – хмыкнул Гелиан. – Строить домыслы, Катерина, – самое неблагодарное дело, ведь никогда нельзя быть уверенным в том, что они оправданы. Я когда-нибудь давал повод усомниться в твоей преданности служению нашей семье?

– Нет, – потупила взор Катерина.

– Тем не менее, первое, что пришло тебе на ум – это мысль о том, что я не доверяю тебе.

– Извините, господин Гелиан.

– Аврора останется во служении Терре только потому, что Терра доверяет ей больше, чем тебе и твоим людям. Если учесть, что семью Терры предал человек, который занимал в ее поселении тот же пост, что и ты здесь, не вижу в недоверии Терры ничего странного.

– Ясно… – протянул Савелий. – Как скажешь, Гелиан.

– Госпожа Терра, – тихо произнесла Катерина, – могу я кое-что сказать?

– Можешь, – кивнула Терра.

– Госпожа, прежде, чем доверить свою безопасность и жизнь Авроре, я должна предупредить вас: Аврора несколько отличается от других, обычных людей.

На этот раз Радомир не сдержался:

– И тебе хватает наглости говорить об Авроре в третьем лице, когда она сидит с тобой за одним столом?

Катерина хитро улыбнулась:

– Аврора, ты ведь не обижаешься на меня за то, что я хочу рассказать госпоже немного о тебе?

Аврора пригубила бормотухи:

– Ну, что вы, госпожа Катерина. Вы бы никогда не стали говорить обо мне плохое, такое, что могло бы обидеть меня или оскорбить.

– Конечно, не стала бы, Аврора. Госпожа Терра, наша Аврора очень трудолюбива, вынослива, она хорошо управляется с оружием и кулаками машет не хуже любого из наших мужиков, но и у нее есть слабые стороны. Аврора, – Катерина повернулась к ней с наклеенной на уста улыбкой: – никто из нас не безупречен, не так ли? У тебя, как и у других, есть свои недостатки. Ты согласна со мной?

– Конечно, госпожа Катерина, – голосом наивного ребенка молвила Аврора. – Я не умею читать и об этом знают все. Но, кому нужно это умение, когда мне платят за то, что я хорошо дерусь и управляюсь с оружием не хуже любого мужика из охраны?

– Согласна, ты хорошо исполняешь чужие приказы, но, что будет, когда приказы станет некому отдавать и тебе придется принимать важные решения самостоятельно?

– Почему самостоятельно? – насупилась Аврора. – Госпожа Терра скажет, что мне делать.

– Да, я скажу, – кивнула Терра, подыгрывая Авроре.

– Если что-то случиться, не приведи Господь, конечно, и вы, госпожа, не сможете отдать Авроре приказ, что тогда станется? Аврора должна будет принимать важные решения самостоятельно. Но, логика, госпожа, неподвластна тому, кто даже школу не смог окончить…