Текст книги ""Фантастика 2026-6". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Настя Любимка

Соавторы: Даниэль Рэй,Полина Ром,Анна Лерн,Игорь Лахов,Даниэль Зеа Рэй,Кира Страйк,Марьяна Брай,Эва Гринерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 106 (всего у книги 361 страниц)

Две другие копии синхронно вздохнули.

– А ведь мы молодцы, – задумчиво произнесла третья. – Лала Ли бы нами гордилась.

– Смелая ты, – обратилась к Аудроне вторая копия. – Пройти путь Аудроне Мэль из той реальности, зная, что умрешь, – она покачала головой. – Лично я тебе никогда не завидовала.

– А я завидовала, – призналась первая. – Она почти четыре года на свободе провела. А все мы – взаперти.

Аудроне виновато опустила глаза.

– Простите, что тогда вас подставила и вырвалась.

– Да никто из нас никогда свободным не был, – ответила третья. – Ни ты, ни мы. Остальное – тлен. Мы сами виноваты в том, что оказались в той реальности. Теория о Деснице – наших рук дело. Да, хотели мир спасти.

– Один мир мы спасли, – с горечью произнесла Аудроне.

– Один из сотен тысяч, – покачала головой вторая копия.

– И что дальше? – третья копия развела руками. – Мы все умрем в этом странном месте?

– Ну ты же хотела постичь сингулярность? – съязвила первая копия. – Вот она! Постигай!

Вторая копия показала ей нецензурный жест.

– Помолиться, что ли? – предложила третья копия. – Как думаете, Всевышний нам грехи отпустит?

– Ага, и обратный билет домой подарит! – рассмеялась первая.

Аудроне снова погладила брачную руну на запястье. На глаза навернулись слезы.

– Сестры, я точку вижу, – встрепенулась третья копия.

– Я тоже, – подтвердила вторая.

– Все, как в тот раз, – кивнула первая.

Аудроне встала и приготовилась. Мимо пронеслась полоска реальности. За ней следующая. Полоски стали мельтешить перед глазами. Вспышка. Аудроне обернулась. Третья копия исчезла.

– Кажется, пора прощаться? – с грустью улыбнулась первая.

– Наверн…

Вспышка. Исчезла вторая копия.

– До встречи в отражениях, – произнесла Аудроне.

Первая копия понимающе кивнула в ответ. Вспышка. Аудроне приготовилась. Вспышка.

* * *

Она открыла глаза и осмотрелась. Аудроне лежала на холодном полу посреди… …руин. Безусловно, когда-то здесь была Обитель Инага. Разрушенные стены и остатки сводчатого потолка остались узнаваемыми, хоть и покрылись слоем грязи и мхом. Аудроне села и прижала ладонь к животу. Дыра в платье с обожженным ровным контуром осталась, но на коже под ней не было даже рубца.

Аудроне встала и хотела сделала шаг. Грязный подол платья зацепился за какой-то обломок. Аудроне рванулась вперед и оторвала его. Теперь окровавленная пышная юбка стала заметно короче.

Аудроне, аккуратно пробираясь через завалы, двигалась к высокой стене, где раньше были двери в холл. Вместо них там зияла округлая дыра.

Аудроне остановилась только тогда, когда оказалась в метре от нее. Остановилась, потому что увидела кусочек мира, в который вернулась. Мира, разрушенного и заброшенного, где, кажется, от былого блеска остались те же руины, в которых стояла она.

– Эй, невеста! – раздался женский голос за спиной. – Руки подними, чтобы мы их видели!

Аудроне медленно выполнила приказ и еще медленнее обернулась. Она не ошиблась. Голос принадлежал Око, которая в каких-то обносках из хлопковой ткани стояла метрах в пяти от нее и целилась из… лука!

– Как ты здесь появилась? – спросил Вильям.

Он обогнул кусок стены, за которой, очевидно, прятался, и крепче сжал рукоять ножа в руке.

Одет Вильям был так же плохо, как и Око. И на левом глазу повязка.

Аудроне щелкнула пальцами и нахмурилась.

– На вопрос отвечай! – гаркнула Око. – Ты модельер?

– Нет, – покачала головой Аудроне.

– Тогда как ты здесь появилась?

– Что произошло с этим миром? – стараясь сохранять спокойствие, спросила Аудроне.

Око и Вильям переглянулись. Кажется, оба подумали, что у Аудроне не все в порядке с головой.

– Война с ним приключилась, если ты не в курсе, – язвительно ответила Око.

– Вы служили в команде капитана Рурка? – Аудроне пристально смотрела на нее.

Ответа не последовало.

– Капитан Рурк жив? – голос Аудроне заметно осип.

– Погиб при бомбежке этой долбаной планеты, – все же ответила Око.

– Давно? – Аудроне поморщилась.

– Года два назад, – пожала плечами Око. – А что, знакомы вы с ним были?

– А Шори, Жасмин и Дон? – проигнорировала вопрос Аудроне.

– Кто такой Дон? – спросил Вильям.

– Так живы или нет? – повысила тон Аудроне.

– Советую оружие бросить! – послышался голос Тартаса.

Он со светящимися глазами появился в центре зала в компании Дона Тауниса и направил арбалет на Вильяма. Дон, судя по белым светящимся глазам, в этой реальности был эфонцем.

– Вас сюда никто не звал! – произнес Дон. – Это место жителей гор!

– Эфонцы, – скривился Вильям.

– Они здесь неплохо устроились, – с уважением кивнула Око. – Воруют у нас рыбу и бегут сюда.

– Мы у жителей побережья ничего не берем, – ответил Тартас. – А вот вы сюда явно за наживой приползли. Кстати, как вы поднялись?

– Так мы тебе и сказали, – засмеялась Око.

Дон исчез на мгновение и появился вновь.

– По разрушенному мосту тянулись, – устало ответил он. – Там новые веревки.

– Шори и Жасмин живы? – перебила их диалог Аудроне и щелкнула пальцами.

– Да все полегли в том пекле, – снизошла до ответа Око.

– А ты чего в свадебном платье? – спросил у Аудроне Тартас.

– А она не с вами? – Вильям повернулся к нему лицом.

– Нет, – тот покачал головой. – Забирайте ее и валите отсюда!

– Сдалась она нам, – хмыкнул Вильям. – Ладно, Око, пойдем.

– А как же мох? – не поняла она. – Давай договоримся с ними и потом свалим!

– Да пошли они, – Вильям отклеился от стены. – Склоны обыщем. Может, в ущельях где будет.

Тартас и его друг переглянулись.

– Да что произошло с этим гребаным миром!!! – не выдержала Аудроне и закричала, сотрясаясь всем телом.

– Война с ним случилась, – спокойно пояснил Тартас. – И новое оружие, которое сработало как-то неправильно и превратило технологическое общество в доисторическое.

– И как это произошло? – Аудроне с неверием смотрела на Тартаса.

– Вспышка и все, – ответил за него Вильям. – Корабли и машины падали с неба вниз стеной металлического града. Мы остались без электроники, электричества и технологий, которые на этом работали.

– Без всего, – емко подытожила Око.

– И когда это произошло? – спросила Аудроне.

– Год назад, – ответил Дон. – А у тебя, подруга, что, с памятью проблемы?

– Есть немного, – пробурчала Аудроне и опустила руки.

– Эй ты, с повязкой! – окликнул Вильяма Тартас. – Зачем тебе мох?

Вильям остановился рядом с Аудроне и обернулся:

– Я завариваю трианский мох и даю пить вместо обезболивающего, – ответил он. – Не морфин, конечно, но тоже неплох.

– И вы его только страдающим даете? – вопросительно изогнул бровь Тартас.

Вильям отвернулся.

– Пойдем, Око. Не о чем с ними говорить.

– Да подожди ты! – снова окликнул его Тартас. – Я знаю, как выглядит трианский мох. Мы с Доном можем собрать его для вас. В обмен на рыбу, – добавил он. – У вас же много рыбы?

«Аудро-о-оне» – услышала она голос Киарана в своей голове. «Аудро-о-оне!»

– О, так ты одна из нас! – радостно воскликнул Дон.

– С чего ты взял? – нахмурилась Аудроне.

«Аудро-о-оне!».

– У тебя глаза светятся, – улыбнулся ей Тартас.

В этот момент Вильям буквально застрял взглядом на его лице.

«Аудро-о-оне!» – рев Киарана оглушил ее.

Вспышка света и сразу тьма сумеречной зоны. Изображения реальностей проносились мимо на огромной скорости. А из головы Аудроне тянулся тоненький ручеек ментальной связи. Он уносился куда-то в темноту и непонятно было, где его конец.

Рывок вперед. Словно кто-то дернул за эту тонкую переливающуюся нить-ручеек и попытался сдвинуть Аудроне с места, которое ее не отпускало.

Новый рывок. Опять ничего.

«Аудроне! Аудроне! Аудроне!» – наперебой кричали разные мужские голоса. Она узнала в них и отца Киарана, и шаена Эйзора и даже Ал-Тэгу, с которым в жизни общалась всего несколько раз.

Ментальная нить натянулась, слово тетива. Голова закружилась. Аудроне показалось, что очертания ее тела теряют резкость и растягиваются, словно она приклеена к невидимой стене и теперь ее отрывают, как старые обои. Стало больно, будто с Аудроне заживо снимали кожу. Она завопила и вдруг хлопок. Не то кожа лопнула, не то связь с реальностью оборвалась.

Боль мгновенно отпустила, и пришло облегчение.

«Аудроне! Аудроне! Аудроне!» – продолжали звать голоса.

Тело подхватило невидимой волной, и Аудроне понеслась вперед мимо сотен и тысяч реальностей, которые она уже была не в состоянии различить. Вдалеке появилась точка света. Она росла, превращаясь в диск, а затем и в экран, который надвигался прямо на Аудроне. Мгновение – и она столкнется с ним и, скорее всего, разобьется.

«Киарр-р-ран», – застонала Аудроне.

Удар всем телом сразу выбил из груди весь воздух. Она закричала от боли и отключилась.

16.51

Троих шаенов и Киарана с Аудроне выбросило в реальность с такой силой, что они прокатились по полу еще несколько метров. Ал-Тэгу потерял создание. Эйзор выругался. Орландо часто дышал и хватался за грудь.

Киаран подполз к Аудроне и повернул ее на спину. Круглая дыра в кружевной ткани платья на животе располагалась на прежнем месте. Но кожа… Кожа в ней была гладкой и ровной. Киаран не поверил своим глазам и начал разрывать ткань, чтобы убедиться, что раны на животе больше нет…

– Что ты делаешь? – пробормотала Аудроне, приподнимая голову и наблюдая за тем, как Киаран калечит и без того изуродованное свадебное платье.

Он медленно повернулся лицом к ней.

– Проверяю, – ответил спокойно, прижимая ладонь к ее голому животу. – У тебя нет раны.

– Сингулярность подлатала и в целости отправила домой. Но ты… – она набрала в грудь воздуха, силясь не заплакать. – Ты решил наплевать на законы мироздания! Это может породить новый парадокс и последствий никто не знает! – сказала в укор, словно злилась на него, а не радовалась тому, что смотрит в ярко-синие дженерийские глаза своего Темного Шквала.

– Да плевать мне на мироздание, – произнес он и наклонился к ее лицу.

– Ты сумасшедший, – прохрипела она.

– Которого ты любишь.

Крупные соленые капли покатились по ее щекам и упали на губы.

– Сюзанна… – прошептала Аудроне. – Она…

Аудроне повернула голову в ту сторону, где лежало обезображенное тело ее приемной матери, и зажмурилась.

– Не смотри туда, – Киаран погладил ее по щеке и аккуратно повернул ее лицом к себе. – Смотри на меня.

Аудроне открыла глаза.

– А Тартас? Он…

– Жив и здоров. На нем твой свадебный венец с блокировщиком, а на тебе его подарок с жемчужиной.

– Так венец все-таки был для Тартаса… – Аудроне прижала ладони к щекам Киарана. – Как ты все это предусмотрел?

– Эйзор подсказал варианты. Но кое-что я сделал и сам, – он улыбнулся.

Вдалеке послышались выстрелы. В зале поднялась ругань. Все бранились друг с другом на разных языках и кляли за медлительность.

– Наверное, нам пора уходить, – прошептала Аудроне, не двигаясь с места.

– Нам определенно надо уходить, – ответил Киаран и с жадностью поцеловал ее.

Глава 18

Спустя час весть о том, что вся верхушка власти правления Альянса на Луите мертва, разлетелась по всем обитаемым планетам и станциям. Ее быстро нагнала новость о военном перевороте в рядах Армии Освобождения. Как и прогнозировал шаен Эйзор, это породило начало череды бунтов, сначала охвативших пять планет Альянса, а затем и всю обитаемую часть Вселенной.

Люди колотили друг друга без разбора, выплескивая скопившиеся гнев и ярость друг на друга. Семья Императора, пустившаяся в бега, быстро нашла смерть от рук обслуживающего их персонала. Та же участь ждала тех, кто пытался поддерживать Императорскую власть и не захотел мириться с тем, что больше они не будут управлять этим миром. Уже спустя две недели временно назначенное правительство Альянса, которое возглавил троюродный брат покойного Императора, подписало мирный договор с временно назначенным военным управлением Армии Освобождения эфонцев, и беспорядки на улицах стали утихать.

Миру предстояло провести огромную работу над ошибками и сделать выводы.

Ни один из шаенов, переживших свадьбу в Обители Инага, не выдвинул свою кандидатуру на управляющий пост. Они приняли на себя роль аналитиков, к мнению которых прислушивались не просто высоко поставленные участники заговора, но и обычные люди, которым опостылела Императорская власть.

Год спустя Луита и ее планеты-союзники превратились в парламентские Республики, и Альянс перестал быть Империей. Изменения в законодательной системе наделили эфонцев теми же правами, что и обычных людей. На фоне прекращения преследования, все больше и больше эфонцев перестали скрывать свои способности. Люди со светящимися глазами превратились в таких же жителей мегаполисов и космических станций, как и все остальные.

Но о том, что все это произойдет, уставшие и измотанные выжившие из Обители Инага узнали не сразу. Да и до таких далеких перспектив в тот момент им не было дела.

Добравшись до корабля шаена Эйзора, ожидавшего всех на парковке за зданием Обители, они отправились на орбиту Луиты, где им предстояло оказаться на борту «Анвайзера» с абсолютно непримечательным номером «1234567».

Жасмин, раненую в бедро, пришлось оперировать. Шори, Дон и Око, сидя на полу за дверями медотсека, ждали вестей о ее здоровье. Когда к ним подошли два офицера ВКФА, все трое встали, отдали честь и приготовились к тому, что сейчас их арестуют. В итоге их определили в каюты и сообщили расписание посещения столовой.

Больше всех о своем будущем беспокоилась Око. Ведь убийство адмирала флота вряд ли могло сойти ей с рук. Дон не оставлял ее одну и терпеливо ждал, когда к ним заглянет Киаран, чтобы сообщить, что будет дальше. Киаран заглянул в каюту Око спустя несколько часов. Переодетый в обычный зеленый комбинезон, он сообщил, что Жасмин успешно прооперировали и выпишут из медотсека через пару дней. А потом он подошел к Око и просто обнял ее.

– Ты все сделала правильно, – произнес тихо и похлопал ее по спине.

– Ты просил защитить Аудроне, если все покатится в бездну, и вывезти ее из Обители Инага, но… – Око осеклась. – Но в итоге, тебе самому пришлось всех нас спасать.

Киаран отстранился и тяжело вздохнул.

– Мы же одна команда, – он пожал плечами. – И своих не бросаем.

Око стыдливо опустила глаза, а Дон обнял ее за плечи.

– Тогда, на «Ониксе»… – произнес он.

– На «Ониксе» вы нас спасли, – отрезал Киаран. – И каким путем пришли к этому выбору, уже неважно. Мы живы, и сейчас мы здесь. Что нас ждет? – он пожал плечами. – Для начала придется давать показания. Это будет дело о помешательстве Императора Луиты, который решил убить всех гостей на свадьбе. И пока мы находимся под следствием, каждый из нас временно отстранен от несения службы. Сможем ли мы когда-нибудь вернуться, да и будет ли вообще существовать ВКФА в привычном для нас виде? Без понятия, – он развел руками.

– Если честно, – Дон покачал головой, – мы вообще не понимаем, что это было. Аудроне, ее смерть… – Дон поморщился. – Слова того луитанца в костюме…

– Его зовут шаен Эйзор, – пояснил Киаран. – А все остальное я расскажу вам позже.

– То есть в следующей жизни? – уточнила Око.

– Возможно, – пожал плечами Киаран и улыбнулся.

* * *

Аудроне в зеленом комбинезоне сидела в зале совещаний «Анвайзера» и крутила в руках шпильку с искусственной жемчужиной на ней. Напротив Аудроне расположился Орландо Уолш. Слева от него Эйзор. Справа Ал-Тэгу. На них зеленые комбинезоны, по мнению Аудроне, смотрелись весьма комично. Киаран вошел в зал последними и извинился за задержку. Он присел рядом с Аудроне и ободряюще взял ее за руку.

– Ну что ж, – начал говорить Орландо, – это, конечно, не допрос, но нам необходимо во всем разобраться в узком кругу, чтобы понимать, что мы скажем нашим единомышленникам.

Аудроне понимающе кивнула и подняла глаза на Орландо.

– Для начала, я хочу отметить, что результаты твоего сканирования всех поразили. Ты абсолютно здорова, а значит, вряд ли нам, – Орландо покосился на на Эйзора и Ал-Тэгу, – придется повторять то, что мы сделали. Похоже, что эта реальность действительно приняла тебя за свою. Но отсюда вытекает новый вопрос: каким образом разрешился парадокс? Мы получили данные, что твои копии внезапно исчезли из «Теневого Двора». Их там оставалось всего трое. Номер один, два и семь. Ты знаешь, что с ними произошло?

– Они отправились по домам, – ответила Аудроне, продолжая крутить шпильку. – Я видела их в том месте, куда попала после смерти в этой реальности. Не знаю, сингулярность это или какая-то особенная область сумеречной зоны, но там темно, и все пронизывает какое-то вещество. Оно и воскресило меня, если так можно выразиться.

– Что сказали тебе копии? – спросил Эйзор, устало подпирая голову рукой.

– Мы не разговаривали, – пожала плечами Аудроне. – Они увидели меня, я – их, и на этом все. Вспышка за вспышкой, и они исчезли, а потом и я очнулась в другой реальности. В своей реальности, – добавила она.

– И что там, в твоей реальности? – подал голос Ал-Тэгу.

– Разрушенный мир, – Аудроне перестала крутить шпильку. – Тот вариант, где уничтожены все технологии. Люди остались запертыми на разных планетах, без возможности связаться друг с другом. А те, кто были на станциях, кораблях и жизнь которых зависела от автоматических работающих механизмов, погибли. Шаен Эйзор в курсе, что это такое, – она взглянула на него исподлобья.

– Да, видел этот вариант пару раз.

– И что именно привело к таким последствиям? – Орландо наклонился вперед.

– Повторение моего эксперимента, – Аудроне вновь начала крутить шпильку. – Вероятность такого эффекта практически равна нулю. Но не ноль.

– Личность Десницы Инага, – произнес Орландо. – Ты была ей или… – он перевел взгляд на Киарана.

Аудроне усмехнулась.

– Десница Инага – это не человек, – ответила она. – И даже не эфонец. Это роль в моменте времени, в контрольной точке, которая выпадает случайным образом на кого-то, кто там присутствует. В зависимости от того, на кого выпадет роль быть Десницей, проявится и роль Шуйцы, влияющей на его выбор. Но действие, которое определит будущее, совершит Десница.

– Ты же утверждала… – Орландо свел брови в прямую линию, – что Десница – это… – он не договорил. Повернулся к Эйзору и гневно на него посмотрел.

– А я предупреждал, – обронил тот. – Ты решила всех обмануть со своей теорией пространственно-временной инверсии?

Аудроне ему улыбнулась.

– Моя теория не доказывает существование Десницы Инага. Она только подсказывает, что один выбор неизбежно приводит к определенным последствиям. Мы можем рассчитать контрольные точки и установить, где и когда произойдет выбор, влияющий на всю Вселенную. Но с помощью эксперимента с гравитационной сингулярностью мы никогда не сможем ответить, кто из людей примет на себя роль Десницы, а кто сыграет Шуйцу.

– Как же ты всех за нос водила столько лет?! – повысил тон Орландо и хлопнул ладонью по столу. – Или ты сейчас из нас идиотов делаешь?

Киаран сильнее сжал пальцы Аудроне и смирил отца предостерегающим взглядом.

– Орландо, наука – это не гадание на кофейной гуще, – Аудроне тяжело вздохнула. – У вас будут данные из «Теневого Двора» по моему эксперименту, из-за которого возник парадокс. И вы поймете, что расчеты не подсказывают ничего, кроме координат и приблизительного, – она сделала акцент на этом слове, – времени. Не будь среди нас трансгрессиров, – Аудроне покосилась на Эйзора, – способных подглядывать в будущее других реальностей, – мы бы всегда узнавали о выборе Десницы постфактум.

– Тогда почему возник парадокс? – не унимался Орландо. – Почему ты убедила всех, что проходишь путь Десницы? Почему лапшу на уши сыну моему навешала?

– Парадокс возник, потому что в Бога решили поиграть и сил своих не рассчитали, – холодным тоном заявила она. – Парадокс нельзя понять, Орландо, потому что он нарушает законы мироздания. Я и мои копии появились здесь и исчезли. А почему это произошло – ни вы, ни я на этот вопрос никогда не ответим. На счет пути Десницы и моего маленького обмана с трактовкой собственной теории… – она постучала шпилькой по столу. – Когда я создала эту теорию, ей тут же все заинтересовались. И каждого волновал вопрос: кто же тот «Икс», который на все влияет. О том, что Икс может оказаться не одним человеком, не стационарно выбранным объектом, их не волновало. Они готовы были провести мой эксперимент, вычислить точки и запереть в своих тюрьмах всех, кто будет иметь хоть какое-то отношение к этим точкам. Меня перестали слушать. Только требовали провести эксперимент и подать им на блюде весь мир. И тогда я сказала всем, что Икс – это один человек. Везде, всегда, постоянно, от рождения и до смерти, – Аудроне рассмеялась. – Я сказала это, прекрасно понимая, что с такими вводными они никогда не найдут Десницу. Никогда не обнаружат того самого индивида, который от рождения и до смерти будет появляться во всех контрольных точках. Я создала утопию о Деснице, в которую поверили лучшие умы Вселенной, – она рассмеялась. – Даже вы купились на нее! Профессор Робертсон, повторивший мой эксперимент, обман разгадал. «Десница – это не», – сказал он перед смертью. «Десница – это не человек, а роль», – повторила она. – Когда я попала в эту реальность, мне очень захотелось выйти на свободу и поквитаться с теми, кто заставил меня провести этот эксперимент, кто запер меня и моих сестер по несчастью, кто установил нам в зубы бомбы и на наших же глазах взорвал одну из них, – она опустила глаза и сжала в руке шпильку. – Врать я умею. Лала Ли научила. И среди своих копий я оказалась самой шустрой и отчаянной. Сначала я убедила их в том, что Десница – это личность Аудроне Мэль. И что в руках Альянса оказалось целых шестнадцать Десниц. А потом я сказала им, что из-за парадокса нужно пройти путь реальной Десницы, чтобы в контрольных точках делать правильный выбор и формировать известное будущее. В расчетах я специально сделала слишком большое допущение, чтобы искусственно расширить координаты пространства. Мне же нужно было притворяться Десницей и снизить риски того, что я случайно не попаду в настоящий узкий сектор контрольной точки. Я смогла дать подсказку своим копиям, и они, конечно же, все поняли. Наши расчеты, которые скрупулезно проверялись и сравнивались, были очень похожи друг на друга. И снова весь мир скушал ложь, – Аудроне тяжело вздохнула. – Что касается ушей Киарана, – она в упор посмотрела на Орландо. – Когда вы усомнились в том, что я Десница, и допустили мысль, что Десницей может быть ваш сын, вы испугались, потому что прекрасно знали, какое будущее его ждет, если это окажется правдой, известной всем остальным. Благодаря этому сомнению и страху за судьбу Киарана, вы и приняли условия, которые я вам предложила во время нашей первой встречи.

– Манипулировать людьми тебя тоже Лала Ли научила? – спросил Орландо.

– Что есть – то есть, – Аудроне спрятала шпильку в карман.

– Ты заменила Аудроне Мэль и проживала ее жизнь здесь, – Эйзор не сводил с нее пристального взгляда. – Но кому на самом деле принадлежал весь этот план со знакомством с Киараном и вашей свадьбой?

– Вы мне скажите, – она лукаво улыбнулась.

– Лала Ли, – произнес он и утвердительно закивал. – Но почему она была уверена, что Киаран на тебя клюнет?

– Потому что в этом была уверена я, – Аудроне пожала плечами.

– И снова не ясно, – задумчиво произнес Ал-Тэгу, – что появилось раньше: идея или прогноз, что такую идею можно реализовать. – А ты что скажешь, мой ученик? – Ал-Тэгу повернулся лицом к Киарану. – Кто надоумил тебя попросить у отца особенный брачный наряд и венец с блокировщиком?

– Аудроне, – бровью не поведя, ответил Киаран.

Она покосилась на него, но спрашивать ни о чем не стала.

– Я ведь до последнего не верил, что ты в моего сына влюблена, – Орландо покачал головой и отвернулся. – Думал, ты с Сюзанной заодно. Сомневался, что станешь собой рисковать ради того, чтобы его спасти. А ты взяла и…

– Подставилась, – озвучила Аудроне за него. – Я ни в чем вас не обвиняю, Орландо. И прекрасно понимаю, что вы боялись за сына. Я знаю, что вы намеревались отравить Сюзанну ядом, который передали Вильяму Стерну. При этом и на меня, и на жизнь Тартаса Оньи вам было наплевать. Тем не менее, вы передали сыну венец-блокировщик, и помогли ему вытянуть меня из другой реальности. За это я вам благодарна. А в остальном будем считать, что мы квиты, – Аудроне пожала плечами.

– Кто возглавит остатки сети «Сестринства»? – он взглянул на нее.

– Никто, – ответила она. – «Сестринство», точно так же, как и «Заря», должно перестать существовать. Вы это понимаете не хуже меня. Иначе рано или поздно мы получим новый Альянс и новую Армию Освобождения, которые будут сражаться друг с другом за сферы влияния.

В ответ Орландо лишь кивнул, явно соглашаясь с этим утверждением.

– Могу и я спросить вас? – Аудроне склонила голову, сверля свекра насмешливым взглядом из-под полуопущенных ресниц.

– Спрашивай, – он развел руками.

– Когда нам с Тартасом удалят взрывоопасные зубы?

– Постараемся найти специалиста в течение суток, – ответил Орландо.

– Вот и славно, – она улыбнулась.

* * *

После ухода Аудроне и Киарана в зале совещаний повисла тишина.

– И вы ей верите? – спустя несколько минут задумчиво протянул Орландо.

– Мы должны ей поверить, – Ал-Тэгу закурил папироску.

– Потому что в ее словах есть логика? – уточнил Орландо.

– Потому что в ее словах слишком много правды, – ответил Эйзор.

* * *

Аудроне вошла в каюту и тут же обернулась к Киарану.

– Твой свадебный наряд… – только и произнесла она.

– Хочешь сдать его в химчистку, а затем продать на аукционе? – Киаран изогнул бровь. – Прости, но я его выбросил. Хотя, – Киаран задумчиво потер подбородок, – вряд ли его так просто можно переработать. Трикламиновая ионизация подбросит проблем.

– Ты не сказал отцу… – обронила Аудроне.

– А должен был? – вторая бровь Киарана взметнулась вверх.

– Спасибо, – произнесла Аудроне одними губами.

– Я был уверен, что ты собираешься всех провести. И между прочим, – он хмыкнул, – всерьез полагал, что личность Десницы Инага – это Вильям. В принципе, так и оказалось. Вильям отравил Императора. Но в этот момент Шуйцой для него стала… – Киаран улыбнулся, – ты. Шуйца лишь подталкивает к выбору, но действие совершает Десница. Все настолько помешались на правой руке, что позабыли о левой. Парадокс Шуйцы, – он хмыкнул и подмигнул. – «Десница – это не…». Не так ли, профессор Мэль?

Аудроне внимательно смотрела на него.

– Вильям отравил Императора, но ты… – она осеклась. – Ты расстрелял его, пока он все еще был жив.

Киаран прищурился.

– Неважно, кто из нас с Вильямом исполнил роль Десницы и убил Императора. Для обоих Шуйцей была ты. Даже если предположить, что ты опять всех водишь за нос, хотел бы я знать, определяют мои действия будущее Вселенной или нет? – спросил Киаран и тут же отрицательно покачал головой. – Мой ответ: я не хочу этого знать. И уверен, что Вильям тоже. Какова бы ни была правда, раньше твоим заверениям верили. Поверят в них и сейчас.

– Почему ты в этом так убежден? – спросила она.

Киаран наклонился к ее лицу и прошептал:

– Потому что сейчас мир хочет верить именно в это.

Она прикусила губу.

– Раз уж мы вспомнили о Вильяме… Ты должен поговорить с ним.

Киаран запрокинул голову:

– Я пока к этому не готов.

– Он твой друг. Был им и будет впредь, – она опустила ладони ему на грудь и пригладила ткань комбинезона.

– Я ему доверял, а он сливал данные моему отцу. С этим трудно мириться. Я же говорил тебе, что ненавижу вранье.

– И шлюх. Я помню, – усмехнулась она.

Киаран ущипнул ее за округлый зад.

– Поговори с ним, – попросила Аудроне. – Пожалуйста.

– Позже, – Киаран обнял ее и прижался губами к шее в расстегнутом вороте комбинезона.

Он поводил носом по ее коже и проложил дорожку из поцелуев к ее уху. От этого Аудроне начала млеть. И тогда он ощутил ее… Приятную вибрацию на своем левом запястье, где была брачная руна.

– Киаран? – позвала Аудроне.

– М-м-м, – пробурчал он.

– Прости, но у меня такое ощущение, будто началась менструация, – пораженная собственным открытием, произнесла она.

Киаран резко выпрямился.

– Хм, я думал, что ты другое скажешь.

– Да, она вибрирует, – закивала Аудроне. – Знаю. Но менструация…

Аудроне отступила на шаг и прижала руку к животу. На ее лице медленно сменялись выражения от искреннего удивления, затем к радости и, наконец, к гримасе негодования.

– Inder-r-ram!!! – выпалила она громко. – Я ненавижу менструацию!

Аудроне побежала в ванную, а Киаран почесал затылок. В принципе, прописать ей лекарство от менструации он был вполне готов… Вот только захочет ли она ввязываться в подобную авантюру?

– Аудроне, а ты о детях когда-нибудь думала? – спросил он, прислонившись к двери в ванную.

– Я сегодня умерла и воскресла, Киаран! О каких детях я могла думать?!

– О наших, – лаконично ответил он, и с грустью улыбнулся. – Нет, так нет. Только не злись.

Дверь в ванную открылась, и Киаран едва не ввалился внутрь. Аудроне демонстративно пощелкала пальцами и перевела на него испытующий взгляд.

– Кажется, эта реальность всерьез думает, что я тут местная.

– Это же замечательно, – он коснулся ее щеки и провел по коже подушечками пальцев.

– Но ты обманул ее, вернув меня сюда.

– И я ничуть не жалею об этом, – он обхватил ее лицо ладонями.

– Так же, как и я, – ответила Аудроне и поцеловала его.

* * *

Тартас с венцом на голове сидел на кровати в каюте Вильяма и смотрел на дверь.

– Почему ты грустишь? – Вильям придвинулся к нему ближе и обнял.

– Я дал слово, что позабочусь об Аудроне и убью Сюзанну Мэль. Я не смог сдержать обещаний. А это для любого равнерийца – настоящий позор.

– Но Аудроне жива и здорова, если верить ее же заявлениям, – вторил Вильям. – А Сюзанна Мэль мертва. Так чего ты сокрушаешься?

– Это не мои заслуги, – Тартас виновато опустил голову.

– Если бы не ты, мы бы все там полегли, – Вильям потерся щекой о его щеку. – Я понимаю, что для тебя, как равнерийца, исполнение клятв крайне важная часть культуры. Но иногда нужно уметь принять чужую помощь и смириться с тем, что мы не всесильны. Кто бы не взял с тебя эти обещания, он не мог быть до конца уверен, что ты их выполнишь. Скорее всего, этот человек просто рассчитывал, что ты сделаешь все от тебя зависящее, чтобы исполнить их.

– Этим человеком была Лала Ли, – ответил Тартас. – Настоящая мать Аудроне.

– И теперь ты думаешь, если удалишь с лица все татуировки и напишешь на нем слово «позор» – это почтит память Лала Ли? – спросил Вильям.

– Нет.

– Или поможет тебе смириться с тем, что все случилось именно так, как есть? – продолжал задавать вопросы Вильям.

– Нет, – тихо ответил Тартас.

– Или подскажет остальным, какой ты смелый и отчаянный человек? – Вильям сильнее обнял его и прижал к себе.