Текст книги ""Фантастика 2026-6". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Настя Любимка

Глава тринадцатая

На секунду сердце сжалось от страха, но полет вниз был кратковременным. Я зажмурилась, а Феликс перехватил контроль. Я знала, что так он хочет оградить меня от возможной боли. Но не ожидала того, что он каким-то чудом обернет собой и Жутика, и Аэлью, и в пламя мы упадем спиной: сначала я, потом только Аэлья и Жутик.

И то, я это поняла позже, когда спину на краткий миг обожгло болью. Я даже предположить не могла, что именно случилось в тот момент, когда мы соприкоснулись с пламенем от костра, но вот чего точно и никогда не забуду, как вдруг оказалась в огромной чаше, в которой полыхал огонь!

Спасибо реакции Феликса, который управлял телом. Потому что я бы точно не успела так быстро среагировать и не только самой выбраться из пламени, но и утащить за собой остальных.

Я не чувствовала ничего. Ни того, как прошло обратное слияние, ни свое падение на каменный пол. Феликс все еще управлял телом, и перетягивал все ощущения на себя. Потому что мое тело стопроцентно испытывало боль. Не могло быть иначе, учитывая, что на мне сгорела вся одежда, а кожа на руках и ногах вспузырилась, покраснела. Да и падение мягким не было. Феликс все перетянул на себя.

Я только осознала, что у нас действительно получилось выбраться из той пещеры и теперь перед моими глазами стена: очень красивая, расписанная умелым художником…

– Фьюрх, – жалобно раздалось позади меня. – Фьюрх.

Феликс так и не вернул мне контроль, его волей мое тело медленно и дрожа поднялось, и только после этого обернулось к Жутику.

От того, что я увидела у меня сжалось сердце. Одежда на Аэлья сгорела, не осталось и волос, а ее тело покрывали ожоги. Да и Жутику тоже досталось.

Я невольно и машинально протянула руку к своей голове, словно со мной могло быть иначе. Не могло. Волосы сгорели. Но… мы все были живы…

Я не успела этому порадоваться как мой взгляд заметил еще кое-что, от чего сердце пропустило удар, а затем забилось с утроенной силой.

– Отец! – прокричала я, но получился невнятный хрип.

Из-за того, что мы выпали из чаши позади нее, а она была реально гигантская, я не могла сразу увидеть огромный зал, в котором находились люди, однозначно шокированные моим появлением. Много людей, нарядно одетых… Я отмечала это вскользь, а может это отмечал Феликс, от которого, как всегда, ничего не могло ускользнуть.

– Храм Триединства, – прошептал он. – Главы родов…

Мой взгляд выцепил лишь одного – отца, и прикипел к нему. Больше я никого не видела, только его…

Я рванула к нему, но ноги подкосились, и я упала рядом с тихо плачущим Жутиком.

Как-то так вышло, что он подполз ко мне, при этом не потеряв свою ношу, а я приобняла его, очень надеясь, что этим не причиню ему боли.

– Марина!

– Риша! – два голоса слились в унисон.

Я узнала бы эти голоса из тысячи других. Лейн и папа… Слезы сами собой навернулись на глаза. Я дома, я выбралась из того места, живой и относительно здоровой. Но это неважно, мне непременно помогут. И мне, и Аэлье, и Жутику. Надеюсь, никто не захочет его обидеть?

Последняя мысль придала мне сил. Мне нельзя отключаться, потому что без меня Жутик может испугаться и напасть, да и лорды тоже в стороне не останутся. Вряд ли им доводилось видеть такого монстра.

– Риша, меня хватит ненадолго, – прошептал Феликс. – Минут пять и контроль вернется к тебе, а с ним…

– И боль, – ответила ему. – Не страшно, помощь близко.

И я не лукавила, вот и отец, и Лейнард. Оба взволнованные, кажется, даже испуганные, но счастье во взгляде отца плескалось бездонным морем, такое ни с чем не перепутаешь. А на Лейнарда мне и смотреть было боязно. Я не знала о чем он думал, даже не представляла, потому что его лицо будто закаменело, ледяной маской застыло, не выражая вообще ничего.

Я заставила себя сесть, получилось неловко облокотиться на Жутика, которого совершенно точно не радовали люди, а особенно бегущие к нам мужчины.

– Жутик, свои! – прохрипела я, когда его щупальца, обгоревшие и сильно пострадавшие от нападения монстров из пещеры, угрожающе взмыли в воздух.

Монстр собирался нас защищать. Защищать невзирая на свои ранения…

– Фьюрх?

– Свои, Жутик, – повторила я, чувствуя, как благодарность разливается теплом по телу. Не знаю, чем я заслужила такую преданность, но никогда этого не забуду и обидеть монстра не дам. – Они нам помогут.

Я в это искренне верила. Ровно до той поры, пока Лейнард вдруг не вскинул руки, а его магия черным всполохом не заструилась по ладоням. Так не встречают тех, кто дорог и кому рады.

Я испугалась за Жутика, и собрав последние крохи магии, рывком поднялась, выставила щит. От этого движения покачнулась, но сумела устоять на ногах. Не только устоять, но даже сделать пару шагов вперед, недвусмысленно показывая, что Жутик под моей защитой.

Только я ошиблась Лейнард не собирался нападать, нет, за него это сделали другие. Явно пришедшие в себя высокие лорды и от чего-то решившие, что имеют право напасть и на меня, и на тех, кто со мной.

Именно атаку лордов и отбил Лейнард, замерев на полпути и резко обернувшись к центру зала, а отец в мгновение ока оказался возле нас. Он тоже не мешкал, выставляя перед собой плотную стену из тумана. Я знала, что папа не позволит нам навредить. Наверно, только поэтому я снова опустилась на пол. Тело подрагивало от перенапряжения и полученных ран. Стоять было слишком трудно.

– Риша, еще минуту. Прости, – выдохнул Феликс. – Мой резерв почти исчерпан.

– Все хорошо, ты и так спас нас, я вытерплю, обещаю.

Туман отца замерцал, кто-то смог попасть в него своей магией.

В этот напряженный и во всех смыслах страшный момент, я с удивлением заметила, как одно из щупалец Жутика с интересом тянется к магии отца, жадно тянется! А спустя пару секунд, к магии папы тянулись уже все щупальца. Это я знала, что Жутик впитывает магию и потом как-то лечит себя, а вот как отреагирует на подобное папа? Особенно, если учесть, что он нас защищает, закрывая собой и своей магией? Не испугается и не решит шандарахнуть по монстру?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍И вообще, что за неадекватная реакция? Аэлье требуется немедленная помощь, а не вот это все!

– Хватит! – крикнула я изо всех сил. – Леди Аэлья умирает, ей нужна помощь!

Я не лукавила, черт его знает, как на ней сказался и этот переход, и то самое проклятие, да еще и мое вмешательство в ее энергетические каналы.

– Ей нужен лекарь и тот, кто снимет проклятье! – хрипела, понимая, что еще чуть-чуть и даже хрипеть не смогу.

Медленно, будто издеваясь, по телу разливалась боль. Феликс терял контроль.

– Монстр – разумный! Он не причинит вреда, он нас спас! Жутик, они свои.

Боль прострелила спину, а кожа буквально запылала, слезы градом полились из глаз.

– Папочка, не дай им его убить, – прошептала из последних сил.

Боль взорвала сознание, отключая его.

***

Храм Триединства

Лорд Марсэмиар едва расслышал шепот дочери. В миг, когда ее глаза закрылись, а бесчувственное тело рухнуло на пол, его сердце пропустило удар. Оно замерло, боясь худшего – того, что его девочка, пройдя через такие испытания, все же не выдержала.

Мужчина замер на месте, оторопел на секунду, но тут же бросился к дочери, легко остановив щупальца монстра, преградившего ему путь. Нет, он не стал бить их магией, помня о том, как защищала монстра Марина, а резко отвел руками от себя, не позволяя замедлить его движения.

Лорд тан Аргхарай опустился перед ней на колени и с ужасом отметил, что его дочь не дышит.

В момент, когда Марина появилась в храме на церемонии принятия главенства над родом, он не сразу смог поверить в то, что видел.

Если бы не родственная связь, вряд ли бы кто-то смог признать в этой израненной, обожжённой божественным пламенем девушке, его красавицу дочь. Даже леди Аэлья на ее фоне выглядела куда пригляднее. Вряд ли Марина чувствовала, что не только кожа на теле обгорела, но и местами проглядывалась кость. Словно восставший мертвец пришел помешать ритуалу…

Наверняка другие лорды так и подумали, что нисколько не умаляет их действий. Они не имели права нападать!

– Лорд тан Аргхарай, – замершего и откровенно боявшегося притронуться к дочери мужчину, коснулся лорд Лейнард. – Она жива, но ей нужна помощь. Им троим нужна. Я уже отправил зов леди Рудане, забирайте их отсюда, портал я открыл.

И действительно за спиной леди Марины клубилась тьма. Портал, который должен перенести их всех в академию. А может и в поместье лорда тан Даррак. Впрочем, первое куда вероятнее, ведь Академия ХИЛТ не подчиняется Совету.

– Я сам справлюсь с остальными, – твердо сказал лорд Лейнард на вопросительный взгляд лорда тан Аргхарай. – Не теряйте времени, его и так мало.

Однако в их планы вмешались. Нет, портал не схлопнулся, великие лорды, опомнившись, перестали обстреливать защиту, выстроенную лордом тан Даррак, да только не это привело всех в ужас и одновременно в трепет, боги решили вмешаться.

На глазах изумленных мужчин в воздух взвилось тело леди Марины, его мягким покрывалом, слой за слоем, окутывала магия богов, четкое разделение божественной силы проявлялось в цветах слоев: черном, ослепительно белом и радужном.

В это же время, черным плотным коконом из тумана был обернут и монстр, появившийся с леди Мариной, а в месте с ним в кокон попала и леди Аэлья. Вот только шокировало всех совсем не это, а то, что кокон начал движение – рывок и полетел прямо в зев портала, сотворенного лордом Лейнардом, а за ним стрелой и лорд Марсэмиар.

Только лорд тан Даррак успел заметить, что ускорение главе рода Аргхарай придала магия богов, он совершенно точно не сам отправился в портал.

Мужчина не сводил глаз с леди, которая магией плавно перемещалась по залу, пока не достигла центра – там, где была сердцевина пентаграммы. Там, где должен был стоять он, чтобы принять свое наследие. Но не успел, в миг, когда лорд Лейнард должен был ступить в пентаграмму из божественного пламени, появились те, кого Совет давно записал в мертвые.

Лейнард на миг прикрыл глаза, вспоминая те ужасные дни, когда очнулся после разрыва помолвки. Дни, которые прозвал черными, не только из-за свинцовых туч, нависшими над территориями рода тан Даррак, и щедро орошающими их земли проливным дождем целый год, сколько из-за трагических событий, что лавиной обрушились на их род и на него лично.

Потеря отца гулкой болью отзывалась в груди мужчины. Даже сейчас, спустя три года, он все также не смирился с его уходом.

При этом Лейнард был уверен, что поступил бы также, если бы стоял подобный выбор: ради будущего семьи, ради процветания рода. Он понимал своего отца, однако это не значило, что он был готов смириться с тем, что его больше не существовало этом мире.

Как и с тем, что отряд, отправленный в Дикие Земли на поиски двух леди, вернулся ни с чем. Он отказывался верить в то, что его связь с иллами Марины, оборвавшаяся так внезапно и буквально выбившая почву из-под ног, означала смерть той, кто стала ему дороже всех.

Сколько раз он порывался в Дикие Земли? Не счесть… Вот только и он больше не принадлежал себе. Благополучие рода зависело от него, от его жизни и его решений.

Лейнард ненавидел себя за то, что не мог наплевать на всех и отправиться на поиски любимой. Когда разум возобладал над чувствами, ему пришлось признать неразумность своих попыток и даже испытать некоторую благодарность к дяде – именно он не позволил переступить границу нейтральных земель.

Он не имел права бросать свой род в той каше, что заварил Совет в своей жажде властвовать и преобладать над божественными законами. И не бросил.

Сегодня он должен был стать главой рода тан Даррак.

Пусть для этого ему пришлось отстоять свое право на наследие и выбор жены. Несмотря на то, что главой мог быть только женатый высокий лорд с наследной силой рода, Совету пришлось пойти на уступку и не только разрешить провести церемонию принятия, но и участвовать в ней, как того требуют традиции. В этом вопросе лорд тан Даррак был непреклонен, и никто не сумел переубедить его: жениться лорд Лейнард не желал.

Только родные знали, что послужило тому причиной. Мужчина верил, что однажды леди Марина вернется. И переубедить его в этом, никому не удалось.

Пусть и не был уверен, что Марина жива, как и не мог предположить, что леди вернется к ним подобным образом. Сложно предугадать подобное, особенно когда ее мать, леди Равьела, год назад родила сына с наследной силой рода Аргхарай. Помнится тогда, узнав об этом, Лейнард впервые за долгое время заперся в своих покоях и напился до беспамятства.

Три года немалый срок и вместе с тем, всего лишь песчинка в круговороте времени.

Лейнард распахнул глаза и вовремя, божественная сила подтолкнула его вперед, продолжай он стоять задумавшись, и мог бы упасть.

Сила тянула не только его, всех высоких лордов разметало по контуру пентаграммы. Словно ритуал не только не остановился и был нарушен, а и дальше шел своим чередом.

Лорд тан Даррак уже ничему не удивлялся, только смотрел, жадно смотрел на девушку, которая парила над залом, заботливо укутанная в магию. Он видел, как затягиваются ее раны. Не стремительно, медленно и бережно, божественная энергия проникала под кожу леди Марины, а где-то и вовсе ее заменяла.

Он невольно закусил губу, на секунду представив, какую боль испытала леди. Злость прошила его насквозь, мужчина считал, что леди не должна проходить через такие испытания и тем более подвергать себя и свое здоровье опасности. Он злился на леди Аэлью и того, кто манипулировал девчонкой. Конечно, теперь Лейнард знал почему его бывшую невесту воспитывали отдельно от рода. Виной тому – странное данно почившего лорда тан Сайттар. Кого он там хотел вылепить, уже и сказать сложно, учитывая, что ответчик мертв.

Лейнард много думал, анализировал данные расследования, но все равно был уверен в том, что без главы второго рода света, покушение на него вряд ли бы состоялось. Воспитание леди тер Глоуддак включало в себя много странностей. Начиная от слуг, которые следили за ее развитием и благополучием, заканчивая мелочами вроде ежедневного рациона. Все это вплоть до специй поставляли исключительно с разрешения лорда тан Сайттар. Он же составлял меню для девушки, занимался подбором слуг и учителей, лекарей, в общем всего того, что составляло ее кругозор и близкое общество.

Друзей, понятное дело, при таких порядках, у нее не могло быть.

И пусть непричастность лорда Лексара тан Скарлерр была доказана, леди Аэлья действительно воспользовалась чужим ключом-порталом, который ей подсунула леди Изельда, белых пятен все равно оставалось слишком много.

К примеру, каким образом его мачеха получила этот ключ? Отчего ее память не хранит ни момент получения, ни момент передачи ключа?

Мысли о мачехе разозлили его еще больше. Первое, что сделал Лейнард, когда, очнувшись ему сообщили о гибели отца, невзирая на свое крайне жалкое состояние, он отправился к леди Изельде и выпотрошил ее память. И тот факт, что после его грубых манипуляций женщина утратила разум, его совершенно не беспокоил, наоборот, он считал, что Изельда слишком легко отделалась.

Да, он сохранил ей жизнь, пусть жизнью ее состояние сложно назвать, ее едва научили пользоваться столовыми приборами и не ходить под себя, однако если бы не Адарлейн, полетела ее голова с плеч также, как и половины из ее рода. Больше род хранящий иллами церберов не входит в тридцать великих родов.

Если говорить о рейтинге родов, то он значительно изменился за эти три года. Большинство перестановок все же было у светлых и темных, стихийников это коснулось в меньшей степени.

Интересно, обрадуется ли леди Марина, узнав, что род Аргхарай занимает третье место?

Впрочем, какой толк от рейтинга, когда девушка пожертвовала значительно большим? Три года жизни… Ее оплакал род, оплакали друзья, разве леди Равьела до последнего отказывалась верить в гибель дочери, да только с рождением Маршелла, ее непоколебимость дала трещину.

Толку от успеха рода, если сама Марина застыла на месте? Он помнил, что девушка стремилась сохранить свою команду и на первой ступени обучения, теперь же неизвестно какие последствия будут у ее организма после всех травм. Кто знает, сможет ли она пользоваться магией? Не перегорели ли магические каналы? Нет, Лейнард не сомневался, что боги не обидят девушку, и обязательно вылечат ее от внешних повреждений, однако еще остается разум и магия…

Да и захочет ли Марина продолжать обучение? Какой стала леди за эти три года? Вспоминала ли его? Лейнард зажмурился от яркого света, который излучала фигурка девушки. На миг он устыдился своего эгоистичного порыва. Леди Марина выживала в Диких Землях, ей уж точно было не до любовных переживаний.

К тому же Лейнарду было стыдно за то, что все виновные не найдены. Отчасти потому, что до конца сам лорд тан Даррак восстановился относительно недавно и подключился к расследованию значительно позже остальных, отчасти потому, что Совет предпочитал довольствоваться самым простым объяснением: вина лежит на плечах леди Аэльи тер Глоуддак и ее глупой мечте сделать легенду былью.

Вот только Марина сумела сохранить не только свою жизнь, но и жизнь леди Аэльи, а значит, все может измениться. От того, что поведает бывшая невеста зависит очень многое.

Лейнард наконец смог снова видеть, белоснежный свет, излучаемый бессознательной девушкой, больше не слепил, наоборот, он был мягким и даже теплым. Не сразу мужчина понял то, что увидел. Вместо божественной магии, которая бережно укутывала леди Марину, теперь это делали два огромных сотканных из магии крыла: черного и белого цвета.

Пентаграмма налилась светом, замерцала, руны потянули силу из лордов, концентрируя ее в центре пентаграммы, что могло означать лишь одно: ритуал принятия продолжился и сейчас был на стадии завершения. Вот только какой род должна возглавить Марина?

И что означают крылья за ее спиной? Могла ли она получить второго иллами? Иллами света? Пока Лейнард не мог ответить на этот вопрос, все, что ему оставалось – это смотреть, жадно подмечать детали и молча радоваться тому, что излечение любимой подходило к концу.

Мужчина немного расслабился, уверившись, что теперь все будет хорошо.

Леди Марина воспарила к самому потолку. Нет, сама девушка продолжала лежать в воздухе, ввысь ее подняла божественная магия. Интуитивно Лейнард ждал чего-то неожиданного, предполагал, что эти крылья распахнутся, и сама Марина откроет глаза, а может боги одарят ее новым талантом. Не зря же они вмешались в ход ритуала, привнеся в него свои коррективы, да еще подлечили леди?

Вот только реальность преподнесла страшный сюрприз.

Поначалу ничего не происходило, леди застыла над мужчинами: крылья ее укутывающие, замерцали, ослепляя своей яркостью.

Они полностью закрывали обзор, лорд тан Даррак готов был поспорить с каждым из находящихся в зале, что никто больше не может увидеть девушку. Только яркий, слепящий свет.

На миг Лейнард зажмурился, чтобы в следующий момент в страхе распахнуть глаза. Связь, которую он неосознанно установил с иллами леди Марины, оборвалась.

Если раньше, когда девушка находилась на территории Диких Земель, он эту связь никак не ощущал, будто ее никогда и не было, то, когда леди Марина оказалась в храме, связь дала о себе знать искривленным эхом. Возможно, именно то, что связь отзывалась пустотой, и давало надежду Лейнарду, чтобы продолжать верить в то, что он сумеет найти любимую. Найти и вернуть.

В момент возвращения Марины Сириус смог пропустить через себя слабый импульс силы Феликса, а сейчас связь разорвалась, пронзила откатом по телу лорда Лейнарда. И причиной тому стала смерть девушки.

Миг, когда остановилось сердце Марины, Лейнард прочувствовал во всей красе: его бросило в жар, тело задрожало, а Сириус протяжно завыл в голове. Откат ударил по ним двоим со всей своей чудовищной мощью.

Но прежде, чем хоть как-то отреагировать, Лейнард рухнул на пол. Его ноги подкосились из-за боли, что прошила его тело. Мужчина уперся руками в мраморный пол, желая хоть как-то унять дрожь, сфокусироваться и не завыть как его иллами. Поверить в то, что леди Марина умерла, его мозг отказывался. Он хотел прикоснуться к ней. Прижать к себе, сделать хоть что-то, чтобы вернуть ее дыхание и сердцебиение.

Жестокость богов он принять не мог.

Однако факт смерти леди Марины подтвердило еще одно событие: клятва, которую он давал во время ритуала обретения иллами, исчерпала себя, озарив его тело тремя вспышками: черной, светлой и радужной. Боги отменяли его клятву.

Какая злая шутка!

Лейнард попытался подняться. Он еще сам не понимал, что именно хочет сделать. Мужчина будто забыл, что ритуал продолжается, и выходить из своего рунического места, нельзя. Все, о чем думал и чего хотел Лейнард – прижать к себе Марину. Его лишили подобного при ее жизни, сняв запрет лишь после ее смерти.

– Стой! – крикнул лорд тан Глоуддак. – Ритуал продолжается!

– Остановись, – вторил ему лорд тан Скарлерр. – Лорд тан Даррак, вам нельзя выходить из круга!

Мужчина слышал их сквозь туман, их голоса доносились до него раздражающим эхом. Он снова попытался встать и у него почти получилось: на пару мгновений Лейнард поднялся на ноги, но тут же снова рухнул на колени. Таким жалким ему еще не доводилось себя ощущать. Однако мужчина не прекращал попытки.

В эту минуту Лейнарду было плевать на все: и на ход ритуала, и даже на свой род. Все, что имело значение – его женщина, которую он не сумел защитить, не сумел сберечь и помочь. И которой по воле богов не стало.