Текст книги "Убить волка (СИ)"

Автор книги: Priest P大

сообщить о нарушении

Текущая страница: 33 (всего у книги 112 страниц)

Глава 44 «Поединок»

***

Что из себя вообще представляет этот Аньдинхоу, если у тебя такая совершенная птица в руках?

***

Это единственное предложение разведчика Черных Орлов полностью разбудило Гу Юня.

– Орел, – тихо обратился Гу Юнь. – Ты уверен?

– Подчиненный клянется своей головой – это правда, – ответил разведчик.

«Орел» был самой уникальной военной разработкой из всего, что было на вооружении у императорской армии. Хотя «Орел» не расходовал слишком много топлива, он был чрезвычайно требователен в обслуживании и уходе. «Орлов» каждый год отдавали на ремонт специалистами из института Линшу. Затраты на ремонт никогда не были ниже стоимости новой единицы тяжелой брони.

Встретить на поле боя солдат в тяжелой броне можно было гораздо чаще. Даже гвардия Куай Ланьту имела несколько единиц, что превышало разрешенный уровень. Если окинуть взглядом всю территорию Великой Лян, то можно встретить только фракцию, полностью вооруженную «орлами» – Черных Орлов.

Откуда взялись Орлы у этих бандитов?

Украли из Черного Железного Лагеря!

Гу Юнь встал и вышел на улицу. Люди в Синцзы Линь нервничали. Лишенный оружия Фу Чжичэн, увидев Гу Юня, упал на колени и громко закричал:

– Маршал! Маршал, меня оклеветали!

Гу Юнь поднял ногу и ударил по груди бандита. Фу Чжичэн, сильный и крепкий человек, был отправлен в полет. Он выплюнул полный рот крови, кашлял и катался по земле, не имея возможности говорить.

– Тебя оклеветали? – хладнокровно сказал Гу Юнь. – Вздор! Ты, ублюдок, сформировал группу повстанцев прямо под нашим носом! Легкая и тяжелая броня, на два ли отсюда установлены стрелы байхун, там даже есть Орлы! Слишком роскошно, даже по сравнению с цзяннаньским военным флотом! У тебя отличные способности, Фу Чжичэн!

Униженный Фу Чжичэн дергался на земле, а в его взгляде, на удивление, не было ложного притворства. Он продолжил умолять:

– Маршал, клянусь небом, я не знаю, откуда у них взялся железный Орел, даже у моего южного гарнизона нет Орлов!

Шэнь И прошептал:

– Маршал, я всю ночь допрашивал генерала Фу, он не смог даже назвать место, где был спрятан цзылюцзинь. Он признался только в том, что вступил в контакт с Цзынсюем.

– Этот идиот, сговариваясь с тигром о том, как получить его шкуру [1], все еще думает, что пригрел на руках котенка, у которого еще молоко на усах не обсохло, – Гу Юнь бросил на Фу Чжичэна короткий взгляд. – Продолжайте расследование, принесите карту. Всем войскам приготовиться, окружить мятежников. Южный пограничный гарнизон временно будет под моим командованием, любой нарушитель будет наказан по военному закону!

Он говорил, надевая броню, но, протянув руку, он не смог найти свой лук. Только тогда он вспомнил, что лук и стрелы он подарил Чан Гэну.

Гу Юнь совсем немного опешил и спросил:

– Где Чан Гэн?

В это время Цзинсюй шел по длинной секретной тропе среди гор, где его уже ждал человек.

Он был высоким. Под светом паровой лампы черты его лица были острыми, как нож. В уголках рта затерялись линии морщин. Тяжело было сказать, сколько лет было этому человеку, но сразу становилось ясно, откуда он прибыл. Он точно был не уроженцем Центральной Равнины.

Солнце наградило его сухую кожу легким загаром, но кожа все равно оставалась такого цвета, как у странников, прошедших через ветер и иней [2]. Спокойный взгляд его бледно-голубых глаз опустился на увесистый ящик с песком [3].

С этим человеком Цзинсюй проявлял крайнюю осторожность:

– Господин Я, Гу Юнь попадет в ловушку?

«Господин Я» поднял лицо и посмотрел на Цзинсюя:

– Возможно, ты сможешь обмануть его, но ты не сможешь его удержать. Аньдинхоу на поле боя с самого детства. Ему достаточно одного взгляда, чтобы понять, что та броня, что летает в небе и бегает по твоим землям, не обладает реальной боевой силой против Черного Железного Лагеря.

– Тогда...

Господин Я поднял палец:

– Помни, что я тебе говорил: Черный Железный Лагерь был создан тремя поколениями людей. Это один из лучших боевых отрядов мира, смертоносное оружие, которое вышло за рамки нашего времени. Не питай надежды, что ты сможешь бросить им вызов напрямую. Это будет не более, чем борьба гиганта с ребенком. Все, что нам нужно – лишь ненадолго отвлечь тигра от горы и задержать его на секунду.

　Он слегка постучал пальцами по импровизированному столу:

– Гу Юня привлекут Орлы и тяжелая броня, которых мы оставили на свету, хотя мы и не сможем задержать его тут надолго. Однако... я только что получил сообщение – Фу Чжичэн немного помог нам, направив большую часть войск в Синцзы Линь. Теперь внутренняя оборона войск, дислоцированных в южном пограничном гарнизоне, совершенно беспомощна, а оставшиеся люди даже не знают, что ты сменил сторону.

Глаза Цзинсюя загорелись.

– Тебе просто нужно делать то, что ты делал каждый раз, когда провозил контрабандой цзылюцзинь для Фу Чжичэна – прятать людей в ящиках доставки. Те, кто находятся на юго-западном складе, не остановят вас и не раскроют себя. Когда придет время, обе стороны, изнутри и снаружи, будут помогать друг другу, – господин Я махнул рукой вниз. – Не успеют они опрокинуть пиалу чая, вы захватите юго-западное хранилище.

В юго-западной части хранилища находилось огромное количество цзылюцзиня. Пока один человек стоял там с факелом, даже боги не посмеют сделать еще один шаг вперед, не говоря уже о Черном Железном Лагере.

– Там тысячи цзинь цзылюцзиня. Если они сгорят, даже сам Аньдинхоу не сможет понести это преступление, – господин Я нежно качнул паровую лампу, стоявшую на песочном столе, и его глаза замерцали в темноте. Его губы изогнулись в хитрой улыбке. – Во время переговоров в стенах императорского двора во время суда у тебя будет очень много возможностей.

Нельзя было сказать, что их план был тщательно обдуманным, но в это же время на южных окраинах была еще одна сила, которая еще не показала себя.

До того, как Черный Железный Лагерь сделал свой ход, Чан Гэн в Синцзы Линь получил вторую деревянную птицу.

Первая, что прилетела сюда, была немедленно отправлена обратно. Шэнь И даже не успел дотронуться ни до одного из ее перьев. Увидев, как вторая птица влетает внутрь, Шэнь И начал истекать слюной. Он нетерпеливо подошел ближе, потирая руки:

– Ваше Высочество, скажите... могу ли я открыть ее для вас?

Чан Гэн искренне передал птицу ему. Деревянная птица действительно ничем не отличалась от настоящей. Когда ее держали в руках, кроме твердости, которая отличала ее от реальной птицы, не было никакой другой разницы.

Шэнь И держал божественную птицу обеими ладонями, чувствуя, что его сердце вот-вот растает:

– Она умеет кивать и даже клевать!

– Слышь, мать, – обратился Гу Юнь, – веди себя благопристойно.

Что из себя вообще представляет этот Аньдинхоу, если у тебя в руках такая совершенная птица?

Шэнь И не обратил на Гу Юня вообще никакого внимания. Со страстью прикоснувшись к спине деревянной птицы, он внимательно осмотрел механизм на ее животике.

– Тогда я открою ее прямо сейчас, – сказал Шэнь И.

– Подожди! Сначала надо потрясти... – начал Чан Гэн.

Не успел Чан Гэн закончить, как Шэнь И уже снял брюшко деревянной птицы. Оказалось, что у этого маленького животика был один маленький секрет. Как только крышка открылась, лист бумаги отскочил, как пушечное ядро, ударившись о переносицу генерала Шэнь, едва не вызвав кровотечение из носа, а затем миниатюрный пергамент раскрылся и едва не закрыл генералу все лицо.

Птица размером с ладонь несла в себе кусок бумаги, который мог покрыть всю стену.

– Сначала ее нужно было потрясти, – сказал Чан Гэн. – Поскольку пространство в животе птицы ограничено, иногда люди используют «морскую зернистую бумагу»...

Услышав это Шэнь И, несмотря на слезы, которые все еще были в его глазах от удара, все равно решил вставить свое слово:

– О, морская зернистая бумага! Я знаю о ней! Это разновидность бумаги, изготовленная по специальной технологии. Неважно, насколько велики ее размеры, она может быть спрессована в таблетку. Чернила не исчезают и даже восстановятся, если надолго их оставить!

В мире не было ничего, что могло бы остановить непрекращающиеся объяснения генерала Шэнь, даже кровоточащий нос.

«Почему она не сломала ему рот?», – подумал Гу Юнь без толики сочувствия и схватил лист бумаги, который теперь больше походил на оружие.

Это был чертеж «Орла» – от двух крыльев до золотой коробки, даже защитная маска; все было нарисовано очень реалистично и подробно. На листке также была большая подпись – символ «Гэ».

– Это Орел в руках бандитов? – Гу Юнь не был механиком, но ему приходилось носить всевозможные боевые доспехи. С первого взгляда он увидел на рисунке разницу между «Черным Орлом» и «Орлом».

– Они убрали слишком много деталей.

Шэнь И прикрыл свой нос, посмотрел на Гу Юня и сказал:

– Я думаю, по сравнению с Черным Орлом его вес легче, по крайней мере, равняется весу легкой брони. Возможно, они хотели сэкономить на топливе.

– Даже бумажный воздушный змей экономичнее... – сказал Гу Юнь.

Не успел он закончить, как в ту же секунду выражение его лица внезапно изменилось.

– Подождите!

Хотя этот Орел был не более чем вышитой подушкой, его инженер, несомненно, разбирался в механизме работы Орлов, он должен был знать, что эта броня не обладала боевой силой. С другой стороны, эти Орлы парили так высоко, что они, несомненно, намеревались увести тигра с горы.

Вопрос в том, где была эта «гора»?

　Говорят, что, сражаясь со змеей, нужно бить на семь цунь ниже ее головы. Вопрос был в том, где находится сердце южного пограничного гарнизона... и даже самого Гу Юня. Где семь цунь от головы Гу Юня?

Гу Юнь повернулся к Фу Чжичэну и внезапно спросил:

– Куда вы обычно приказываете бандитам посылать цзылюцзинь?

Лицо Фу Чжичэна было залито кровью. Он в замешательстве посмотрел на Гу Юня и несколько долгих секунд ничего не отвечал. Но, наконец, он смог отреагировать на происходящее. Его взгляд начал блуждать – признаться в контрабанде цзылюцзиня, разве это не то же самое, что признаться в преступлении, равном восстанию?

В этот момент, стоя за Гу Юнем, Чан Гэн мягко сказал:

– Генерал Фу, подумайте как следует: инспектор Куай умер от ваших рук. Мастер Сунь из военного министерства выступит в качестве свидетеля, ваше преступление мятежа и убийство, независимо от того, что будет дальше, эти преступления подтверждены. Вы тот человек, которому суждено умереть, так какая разница где умирать – в столице или здесь?

　Фу Чжичэн никогда не видел такого благовоспитанного и благородного человека, как Его Высочество четвертый Принц. Когда он впервые увидел этого юношу, то заподозрил, что тот не сможет даже бочку сдвинуть. Однако сейчас он не сомневался в том, что, если он не будет сотрудничать, «ученый» четвертый принц сможет убить его одним ударом меча.

Гу Юнь подхватил разговор:

– Если ты понимаешь свое положение, самое время искупить свои грехи и поступить правильно.

Губы Фу Чжичэна дрожали, как и его голос:

– Юго-западное хранилище, у меня нет другого места, я всегда позволял Цзинсюю посылать цзылюцзинь туда, я не взял в свое поместье ни капли.

Гу Юнь встал.

– Маршал! – внезапно вскрикнул Фу Чжичэн. – Этот Фу всю свою жизнь предавал все огню и мечу, разорял гробницы и переворачивал могилы, нет таких ужасных вещей, которых я не совершил, но после приказа разместиться на южной границе, я добросовестно работал и старался, у меня никогда не было скрытых мотивов! Я с почтением служил Его Величеству, но теперь я закончил вот так. О чем подумают мои братья и соратники, когда узнают? Маршал, что говорит вам ваше сердце?

Гу Юнь внимательно посмотрел на него.

На мгновение Фу Чжичэн подумал, что ему удалось достучаться до Гу Юня.

Однако Гу Юнь не начал вздыхать от тяжелых переживаний или же злиться. Его лицо, казалось, было скрыто непроницаемой маской, которую не могли пробить даже буря с ливнем [4]. Качнув головой, он отвернулся и сказал:

– Думаешь, что ты можешь контролировать мои мысли?

Через короткую паузу, Гу Юнь отдал приказ:

– Цзипин, возьми Орлов и выступай, в обязательном порядке необходимо захватить юго-западное хранилище раньше бандитов, Сяо Ань...

Маленький солдат Черного Железного Лагеря, который следовал за Чан Гэном, вышел из строя.

– Возглавь отряд южных пограничных войск гарнизона и сделай вид, что атакуешь холмы, на которых собрались бандиты, – приказал Гу Юнь.

– Вас понял! – ответил Сяо Ань.

– Подожди, – сказал Гу Юнь. – Возьмите их доспехи и разбрызгайте на них немного чернил. Это не обязательно должно быть очень реалистично, поэтому много чернил не надо.

Этому трюку их научил Ляо Жань. Сяо Ань сначала был напуган, но затем понял намерение Гу Юня и сразу с радостью удалился.

Три главаря разбойников южной границы уже закончили осмотр своих подчиненных. Цзинсюй посмотрел на безмолвную толпу перед ним. В это мгновение он почувствовал гордость и радость от того, что в его руках были тысячи солдат.

Он поднял руки к небу и повысил голос:

– Офицеры гарнизонных войск со всех сторон света, облаченные в железную броню, бесчинствуют! Черный Железный Лагерь похож на отвратительного ворона, спустившегося с небес! Их слава вселяет страх и наводит ужас за морями! Настолько сильная армия Великой Лян. Однако, за последние десять лет флоты Фуцзянь и Цзяннань не отставали и поднимали военный мятеж, отчего же? Если бы не невежественный правитель, захвативший власть и позволяющий своевольничать угодливым сановникам, то почему мы, простолюдины, должны самоотверженно лететь на огонь подобно мотылькам [5] и жертвовать собой? Сегодня мы, братья, оказались в тупике, наши жизни и жизни наших семей на тонком льду, под нашими ногами остался только путь к смерти. Но, не рискуя жизнью, как мы сможем найти надежду на выживание? Желаете ли вы, братья, присоединиться ко мне и поклясться на крови, чтобы мы вместе сделали великое дело, чтобы мы вместе делили счастье и невзгоды?

Горные разбойники всю свою жизнь только грабили, количество слов, которые они понимали, было не так много, как их собственных пальцев. Спокойный голос Цзинсюя заставил кровь в мгновение ока прилить к их голове, и каждый из них почувствовал будто попал в ряды императорских стражей.

Цзинсюй взял в руки чашу вина, поданную ему одним из его людей, за раз осушил ее и бросил на землю:

– Победа или поражение зависит от одного действия! [6]

Все разбойники выпили. Набравшись смелости и разбивая чашки, они поочередно выходили из просторной тайной комнаты.

Цзинсюй повернулся, чтобы мельком посмотреть на господина Я. Этот таинственный иностранец когда-то действовал как связующее звено с Южным морем, когда Цзинсюй контрабандой ввозил цзылюцзинь для Фу Чжичэна. Кто знает сколько он жил на Центральных Равнинах, но этот человек был чрезвычайно умен.

Как раз сейчас, когда господин Я слушал вдохновляющую речь Цзинсюя, вырвавшуюся из глубин его сердца, на его лице не было даже намека на эмоции. Свет паровой лампы игриво касался морщинок на его лице, выделяя изгиб его губ в легкой издевательской улыбке, пока господин Я продолжал неподвижно стоять на ни светлом, ни темном месте.

В первый раз, когда Цзинсюй взял часть цзылюцзиня, предназначенного Фу Чжичэну, он хотел продать ее через господина Я, в обмен на золото и серебро, чтобы каждый день спать спокойно. В то время, господин Я искренне уговаривал его сохранить весь этот цзылюцзинь, чтобы перевезти его в другое безопасное место, а затем начать собирать оружие. Он даже посоветовал ему не хранить собранную броню и оружие в одном месте с деньгами.

Этот непредсказуемый иностранец, казалось, давно предвидел нынешнюю ситуацию.

Внезапно в сердце подозрительного главаря разбойников Цзинсюя возник вопрос. Он задумался: «Неужели этот господин Я действительно всего лишь змееголовый продавец цзылюцзиня?»

В этот момент один из людей Цзинсюя внезапно явился с докладом:

– Старший брат, я видел, как человек в черной броне поднимается к месту, где мы оставили Орла!

Сомнения, едва проросшие в его сердце, были вытеснены волнением.

– Господин Я прав, они повелись на нашу ловушку! Натянуть стрелу байхун! Задержите их как можно дольше! Согласно плану, немедленно выдвигайте войска! Быстрее! – приказал Цзинсюй.

В этот момент группа незаметных сопровождающих цзылюцзинь тихо подошла к юго-западному хранилищу. У входа мужчина, возглавлявший группу, сдвинул защитную маску, показав свое лицо командиру отряда:

– Это я.

С контрабандой цзылюцзиня дела обстояли так, что чем меньше людей знали об этом, тем лучше. Таким образом, Цзинсюй для доставки и Фу Чжичэн для получения использовали своих собственных постоянных доверенных лиц. Начальник хранилища служил связующим звеном с разбойниками внутри южного гарнизона. Фу Чжичжэн попросил его вести себя тихо, когда он получит цзылюцзинь.

Согласно договоренности, капитан не задал ни одного вопроса, а лишь махнул рукой с совершенно спокойным выражением лица и впустил их. Более того, капитан привык сопровождать доставку на склад с цзылюцзинем. Но, сегодня, никто не знал, какой призрак овладел им. Сделав несколько шагов, он вдруг спросил:

– Я помню, как вы отправили партию всего несколько дней назад. Как получилось, что произошла такая быстрая доставка?

Лицо разбойника, сопровождавшего доставку цзылюцзиня, скрывала маска. Он мрачно ответил:

– Это дело господина и старшего брата. Откуда мне знать?

Пока капитан искал ключи, он продолжил говорить будто в трансе:

– По правде говоря, наш господин увез с собой вчера больше половины людей, никто не знает, что случилось.

Бандит в шлеме следил за каждым его движением: как он открывал двери на склад и подсознательно облизывал губы.

– Мы все лишь исполняем приказы! – грубо отрезал он. – Мы тоже ничего не знаем. Открой дверь!

Капитан внезапно остановился, повернулся и нахмурился:

– Я чувствую, что ты сегодня...

Он умолк. Стоявший от него в трех шагах бандит поднял небольшой лук, натянул стрелу, целясь прямо в горло капитана.

Капитан дрогнул, и горный разбойник, сразу же поняв, что их раскрыли, просто решил закончить свою работу. Он отпустил пальцы, и короткая стрела пронзила горло капитана отряда. Ворвавшийся в легкие воздух едва не переросший в крик, так и не вышел наружу.

Разбойник в шлеме вышел вперед, схватил упавшее тело капитана за плечи и потянулся за ключом от склада.

Он чувствовал себя так, словно его сердце вот-вот выпрыгнет из груди – ведь как только эта дверь откроется, десятки тысяч солдат с южной границы и три тысячи черных железных воронов – все они окажутся в его власти.

В этот момент он вдруг услышал крик позади. Разбойник еще не пришел в себя от волнения и, оглянувшись, увидел, что все его люди напуганы. Только тогда он почувствовал, что его рука не в порядке – рука с ключами была пробита неожиданно появившейся железной стрелой. В следующую же секунду стрела взорвалась.

Половина взорванной руки крепко продолжала сжимать ключ от склада, но разбойник теперь никогда не сможет пошевелить ею.

Он истошно закричал нечеловеческим голосом.

Вскоре преследовавшие их Орлы прибыли на место. Не убирая лук и стрелы, Шэнь И приземлился на вершину склада с цзылюцзинем, вытащив железный жетон черного тигра. Внизу жетона на тонкой нити висел самый первый «Цзигу Лин» Великой Лян.

Шэнь И стоял высоко, раскрыв за орлиной броней пару темных, как грозовые тучи, крыльев. Он обратился к напуганным солдатам южного гарнизона:

– Здесь находятся жетон черного тигра и «Цзигу Лин». Под командованием Аньдинхоу, я принимаю на себя полномочия командующего юго-западных войск! Вход в это место запрещен! Все нарушители будут убиты на месте!

Трое главарей разбойников южной границы все еще не знали, что ситуация изменилась. В это время они разделились на три маршрута, с нетерпением устремившись на юго-запад.

В этот момент Цзинсюй вдруг услышал странный металлический звук, как будто тяжелые предметы скатывались с горы, гремя о камни. Он неосознанно поднял голову.

По склону холма катилась человеческая голова в железном шлеме.

Это была та самая броня, которую препроводили под конвоем, отправившимся на юго-запад с целью проникнуть в стены хранилища цзылюциня.

Цзинсюй застыл.

Словно в тумане он видел заполнившие горы и долины [7] южные пограничные войска, видел перемещение войск в черной броне. На разбойников с вершины горы было направлено бесчисленное множество острых стрел, а в этот момент другая половина сил Цзинсюя все еще была где-то под горой, внутри тайного прохода.

Примечания:

1. 与虎谋皮

yǔ hǔ móu pí

совещаться с тигром о том, как получить его шкуру (об участниках дела, преследующих противоположные интересы)

2.风霜

fēngshuāng

ветер и иней (обр. в знач.: а) трудности, горести жизни; б) выдержанный, строгий: в) проходящие годы, приближение старости)

3. 沙盘

shāpán

[плоский] ящик с песком (для макетов местности)

4. 狂风暴雨

kuángfēng bàoyǔ

1) буря с ливнем (также обр. в знач.: житейские бури, невзгоды)

5. 飞蛾投火

fēi é tóu huǒ

как мотылек лететь на огонь (обр. в знач.: идти на верную гибель)

6. 成败在此一举

chéng bài zài cǐ yī jǔ

успех или неудача зависит от одного действия – принятие значительных мер

7. 漫山遍野

màn shān biàn yě

заполнять горы и заполнять долины (обр. в знач.: заполнять собой все; иметься в огромных количествах; [быть] повсюду во множестве)