Текст книги ""Зарубежный детектив 2026-4". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Юсси Адлер-Ольсен

Соавторы: Эрл Дерр Биггерс,Питер Аспе,Том Вуд
сообщить о нарушении

Текущая страница: 38 (всего у книги 163 страниц)

Глава XV
Сын работорговца

Автомобиль стремительно ехал по Калакауа-авеню. Джон крепко сжимал в руках таинственную шкатулку; на этот раз она не ускользнет от него! И кто знает – может быть, в ней и заключена разгадка таинственного убийства Дэна Уинтерслипа?

– Ну что, Каола, – грозно произнес начальник полиции. – Может быть, сам отдашь ключ от шкатулки?

Но молодой гаваец упорно повторял, что ключа у него нет. В карманах у него обнаружилась связка ключей, ни один из которых не подошел к шкатулке. Кроме того, там была увесистая пачка денег.

– И откуда это у тебя? – нарочито спокойно поинтересовался Хэллет.

– Мне их дали, а что? – дерзко ответил Каола.

Тем временем Чан смог открыть шкатулку, но в ней ничего не было!

– Наполнена пустотой, – горестно заметил китайский сыщик.

Но Хэллет тут же прервал его излияния.

– Чарли, сейчас должен прибыть пароход из Мауи. Надо выяснить, находится ли на нем Томас Брэд. Вы сможете его узнать?

– Да, мисс Карлотта достаточно подробно его описала: высокий, худощавый, одно плечо ниже другого, длинные седые усы.

– Немедленно отправляйтесь в порт, а я тут побеседую с этим молодчиком.

– Джон, – обернулся сыщик к молодому человеку. – Не совершите ли со мной эту прогулку?

Когда они прибыли, пароход уже подходил к пристани. Через некоторое время на мостках они заметили человека, похожего на того, кто им нужен. Чан решительно подошел к нему:

– Мистер Томас Брэд?

– Да, это я, а в чем дело?

– Агент Чан, полиция Гонолулу. Прошу вас последовать за мной.

– Но я не могу. Я только что приехал, к тому же моя супруга будет беспокоиться.

– Я искренне сожалею, но тем не менее вынужден настаивать. Это распоряжение начальника полиции. Кстати, позвольте представить вам мистера Джона Уинтерслипа из Бостона.

Услышав это имя, мистер Брэд вздрогнул, как от удара, с любопытством взглянул на молодого человека, а затем произнес:

– Хорошо, идемте.

– Куда вы ездили? – сразу же спросил его Хэллет.

– На Мауи по своим делам.

– Но вашей фамилии нет в списке пассажиров, как вы это объясните?

– По важной для меня причине я указал вымышленное имя. Собственно говоря, в чем дело?

– Вам известно об убийстве Дэна Уинтерслипа?

– В первый раз слышу об этом.

– Когда вы в последний раз его видели?

– Я не встречался с ним.

– В таком случае где вы находились ночью в прошлый вторник, в двадцать минут второго?

– У себя в номере в отеле «Рифы и пальмы». Моя супруга может подтвердить, что я уснул в половине десятого. Вы что, подозреваете меня в убийстве Дэна Уинтерслипа? На каком основании?

– Основания следующие, – внушительно произнес Хэллет. – Много лет назад убитый служил на «Деве из Шайло» – судне, владельцем которого был некий работорговец, носящий ту же фамилию, что и вы. При осмотре вашей комнаты обнаружилось…

– Какое вы имели право копаться в моих вещах?!

– Мы занимаемся расследованием убийства! – перебил его начальник полиции. – Итак, в вашей комнате было найдено письмо из британского консульства, там извещалось о местонахождении Дэна Уинтерслипа. Также обнаружена упаковка папирос марки «Корсика». Окурок от точно такой же папиросы подобран в комнате покойного мистера Уинтерслипа. Напоминаю, что папиросы этой марки здесь невозможно купить. Вы осознаете серьезность ситуации, мистер Брэд? Тогда скажите, вам знаком этот юноша?

Брэд утвердительно кивнул.

– Это с ним вы недавно беседовали на берегу?

– Да, а какое это имеет значение?

– Вы предпочитаете, чтобы об этом сказал я? Хорошо! Отец этого юного хитреца был поверенным Дэна Уинтерслипа. Узнав из газеты, что вы намерены приехать сюда, он сообразил, что эта шкатулка очень нужна вам. Будучи в Сан-Франциско вместе с отцом, он неоднократно видел ее на чердаке. Подговорив кого-то выкрасть шкатулку, он предлагает ее вам за некоторую сумму. Не так ли? Скажите, инициалы на шкатулке тоже ваши?

– Вовсе нет. Томас Брэд, хозяин «Девы из Шайло», был моим отцом. Он действительно умер много лет назад и похоронен на одном из островов Тихого океана. Старший офицер Дэн Уинтерслип украл эту шкатулку. Она моя по праву!

При этих словах кровь прилила к лицу Джона, холодная дрожь пробежала по телу. Какой позор для семьи!

– Мистер Брэд, прошу вас изложить все как можно подробнее.

Вынув из портсигара папиросу, Брэд начал рассказывать:

– Примерно в семидесятых годах отец внезапно уехал из Англии. Мы с матерью остались без средств к существованию, но некоторое время спустя вдруг начали получать деньги по почте. Они приходили то из Австралии, то с островов Тихого океана. Примерно через десять лет я узнал, что отец умер и похоронен на острове Апианг Дэном Уинтерслипом, старшим офицером судна. О том, чем он занимался, мы с матерью узнали еще раньше.

Мы снова бедствовали. А затем один капитан, который был другом моего отца, сообщил нам следующее: в каюте у него хранилась шкатулка с драгоценностями и золотыми монетами на сумму около двадцати тысяч фунтов стерлингов.

«Дэн Уинтерслип, – написал мне этот капитан, – сдал начальству личные вещи твоего отца и около десяти фунтов мелочью. Сразу после этого он в сопровождении некого ирландца Хэгина отбыл куда-то на Гавайские острова. Я настоятельно советую заняться поисками шкатулки и человека, присвоившего ее».

Но тогда мы были слишком бедны, чтобы что-либо предпринимать. Закончив службу в Индии, я навел справки о Дэне Уинтерслипе и приехал сюда потребовать, чтобы он вернул то, что ему не принадлежит. Но я опоздал: человек, которого я разыскивал сорок лет, покинул этот мир.

– О чем вы беседовали с Каолой?

– Он предложил мне эту шкатулку за пять тысяч долларов. Я согласился; пусть теперь наследники Уинтерслипа вернут мне и эти деньги тоже! Этот же юноша рассказал мне, как найти Хэгина, к нему я и ездил на Мауи. Чтобы раньше времени не выдать себя, я назвался вымышленным именем. Я ничего не смог добиться от этого человека, а перед отплытием телеграфировал, чтобы Каола принес мне шкатулку сразу же, как только я вернусь. А еще через несколько часов я узнал, что Уинтерслип мертв. Но для меня это ничего не меняет: я намерен судиться с его наследниками. Они обязаны вернуть все, что украдено им!

– Знаете ли вы, как выглядели драгоценности, которые там хранились?

– Да, в своем последнем письме отец как раз об этом и писал. Он собирался послать маме брошь в виде деревца из изумрудов, рубинов и бриллиантов на фоне крупного оникса. Но эта вещь так и не дошла до нас.

– И последний вопрос, – произнес Хэллет. – Как вы объясните, что окурок вашей папиросы найден в гостиной мистера Уинтерслипа? Вы сказали, что никогда там не были…

– Я подарил несколько штук мистеру Эгану, владельцу гостиницы, где я остановился. Я как-то угостил его папиросой, и он был от нее в восторге.

– Хорошо, мистер Брэд, вы свободны, – сказал начальник полиции. – Но я настоятельно прошу вас не покидать Гонолулу до окончания расследования. Шкатулка пока что останется у нас. Каола, ты тоже можешь идти.

Но тут в комнату вошел Чан, с ним был японец маленького роста.

– Одну минуту, – произнес детектив. – Мне удалось выяснить кое-то важное… Рассказывай, Окамото, но только все по порядку.

– Было два часа ночи, – заговорил японец. – Постучали в дверь; это был он, мистер Каола. Захотел, чтобы я отвез его в Вайкики. Не хотел, но отвез.

– Это меняет дело, не так ли, Каола? – спросил начальник полиции, пожирая юношу хищным взглядом. – Значит, ты приехал к Уинтерслипу и убил его?

– Нет, это не я! – заскулил тот, размазывая слезы по щекам. – Я не делал этого!

В этот момент Чан, который только что вышел из кабинета Хэллета, снова ворвался туда подобно тропическому урагану.

– Срочная телеграмма! – воскликнул он, подавая начальнику полиции какую-то бумагу.

– Пошел отсюда! – крикнул Каоле начальник полиции, прочитав ее. – Так я и знал: это Эган!

– Послушайте, нельзя же быть таким легковерным, – вмешался Джон. – А вдруг, к примеру, Брэд улегся спать, а затем выбрался в окно и отправился к Дэну Уинтерслипу?

– Нет, это он, теперь нет никаких сомнений! – закричал Хэллет. – И я намерен во что бы то ни стало добиться признания от этого негодяя!

– Но это же глупость, как вы сами этого не понимаете… – начал Джон, но его уже никто не слушал.

Кипя от гнева, Джон большими шагами шел по Бесзел-стрит, а китаец едва поспевал за ним.

– Прошу вас, успокойтесь! Гнев вредит здоровью и ясности мысли.

– Тогда скажите, что за известия были присланы срочной телеграммой?

– Узнаете в свое время, обещаю вам. Необходимо набраться терпения.

– Какое еще терпение?! – не выдержал Джон. – Расследование уже столько времени не сдвинулось с мертвой точки, а вы предлагаете набраться терпения и загадываете какие-то шарады!

Наскоро простившись с сыщиком, он запрыгнул в трамвай, идущий в Вайкики. Примерно на середине пути он вспомнил о мистере Сэлэдине, который подслушивал под окном. Безусловно, трудно в чем-то заподозрить этого комичного субъекта, но все же не мешало бы за ним последить.

Глава XVI
Снова папиросы «Корсика»

Во время утренней прогулки по саду Джон рассказал мисс Минерве последние новости расследования. Молодой человек и не думал скрывать, как был шокирован, узнав некоторые факты из прошлого мистера Уинтерслипа. Но реакция тетушки оказалась вовсе не той, на которую он рассчитывал.

– Друг мой, никто и не считал бедного Дэна ангелом! – заявила она. – Каждый из нас – продукт эпохи и окружающей среды. Представь себе: он на корабле, кругом тропики, а сокровище так близко, достаточно лишь протянуть руку… К тому же не стоит забывать, что сокровище приобретено не самым честным путем. Подумай, как бы ты сам повел себя в такой ситуации?

– Вы меня удивляете, тетушка! Ни за что бы не подумал, что вы станете защищать подобные вещи!

В ответ та лишь рассмеялась:

– Знаешь поговорку: белые женщины в тропиках теряют сперва цвет лица, потом зубы и в конце концов нравственность.

– Это еще один довод в пользу того, что вам необходимо как можно скорее возвращаться в Бостон! – наставительно произнес Джон.

Но ответом ему было лишь молчание.

К пяти часам вечера Вайкики наполнился обычной воскресной публикой. Джон присоединился к весело плескавшимся в море купальщикам. Но не успел он сделать и десятка гребков, как буквально столкнулся с плотом, на котором грациозно сидела Карлотта. Она выглядела гораздо лучше, чем накануне.

– Очень рад встрече! Есть ли новости о вашем отце?

– Я тоже рада, – улыбнулась девушка. – Папу еще не отпустили, я ужасно волнуюсь за него…

– Все уладится, вот увидите! А как мистер Сэлэдин? Не подслушивал опять?

– Он до ужаса нелепый, на такого даже невозможно сердиться.

– Именно поэтому за ним и нужно приглядывать, – возразил Джон. – Кстати, наш знакомый вон там, на плоту. А давайте поплывем к нему поздороваться. Спорим, я быстрее!

Вместо ответа Карлотта встала во весь рост на плоту и сделала великолепный прыжок. Джон тихонько вздохнул от восхищения, смешанного с изрядной долей зависти. Несмотря на его отчаянные усилия, девушка доплыла на целых пять секунд раньше.

– Здравствуйте, мистер Сэлэдин! – поприветствовала Карлотта. – Позвольте вас познакомить: мистер Уинтерслип из Бостона.

– Как ваши поиски? – сочувственным тоном поинтересовался Джон.

– Похоже, весь мир уже знает о моем несчастье! Нет, так и не нашел, а через несколько дней мне уже нужно возвращаться домой.

– Если не ошибаюсь, вы живете в Де-Мойне?

– Да, – ответил Сэлэдин, заметно шепелявя. – Я коммерсант, мне нельзя надолго оставить дела.

На обратном пути Джон и Карлотта увидели перед собой покачивающийся над водой объемистый живот и сияющую от удовольствия физиономию лучшего сыщика Гавайских островов.

– Чарли, здравствуйте! Мир тесен, а океан, похоже, и того теснее.

– Покачиваясь на волнах, я предаюсь блаженному отдохновению, – произнес сыщик, от удовольствия зажмуривая и без того узкие глазки.

– Вынужден попросить вас покачиваться в направлении берега, – сказал ему Джон. – Мне нужно срочно с вами поговорить.

Оказавшись на берегу, Джон поспешно рассказал Чарли про необычного постояльца «Рифов и пальм». Было решено немедленно послать запрос в Де-Мойн относительно мистера Сэлэдина, эксперта по колониальным товарам. Чарли попросил Джона отправить телеграмму от своего имени.

– Извините, мне пора бежать, – прервала их разговор Карлотта. – У меня еще столько дел!

– Давайте я вам помогу, – с готовностью предложил Джон.

– Благодарю! – засмеялась девушка. – Вас и так впору назначать управляющим.

Девушка торопливо удалилась, и китайский сыщик проводил ее восхищенным взглядом.

– Здесь, на берегу, я впервые встретил свою будущую жену, – растроганно произнес он. – Она была прекрасна, как цветок сливы.

– Ваша жена? – удивился Джон.

– Да, я семейный человек – жена, девять детей… и они уже заждались меня дома. И позвольте вас предостеречь: белый человек, впервые оказавшийся в такой романтической обстановке, как тихоокеанские острова, легко теряет голову…

– Не беспокойтесь обо мне, – решительно заявил Джон. – Я из Бостона, а это означает, что я застрахован от неблагоразумных поступков.

Вернувшись домой, он поведал мисс Минерве и Барбаре последние новости, связанные с расследованием.

– Мне очень жаль, Барбара, что вам стала известна эта некрасивая история с Томасом Брэдом.

– Мне тоже очень жаль!

– Вы не должны судить его строго, Барбара. Только подумайте: он на корабле в открытом море, сокровища так близко, что стоит лишь протянуть к ним руку… И никого, кто бы удержал от такого поступка.

– Я думаю, нужно поскорее уладить все с мистером Брэдом.

– Не стоит торопиться, – прервал ее Джон. – Пока не найден убийца вашего отца, не нужно предпринимать подобных шагов. Мистер Брэд пока что тоже под подозрением. От него еще не получили ответа, где он был ночью в прошлый вторник.

Неожиданно девушка расплакалась, закрыв лицо руками. Не помня себя от жалости, Джон обвил рукой ее талию, а когда Барбара подняла голову, неожиданно для себя поцеловал ее. И вряд ли этот поцелуй можно было назвать родственным…

– Мисс Минерва сказала мне, что вы здесь, – неожиданно услышал молодой человек над самой головой.

Подняв глаза, он увидел перед собой Дженнисона, который в упор разглядывал его. Смерив его взглядом, Дженнисон развернулся и, не говоря ни слова, отправился прочь.

На телеграфе Джон неожиданно увидел знакомое лицо. Это был капитан Артур Темпл Коп, с которым Роджер познакомил его в одном из клубов Сан-Франциско. Капитан упоминал, что в восьмидесятых годах был знаком с мисс Минервой и Дэном. Джон вспомнил, какое неприятное выражение лица появилось у этого господина, едва речь зашла о Дэне.

Капитан любезно поприветствовал Джона; тот представил ему мистера Чана. Артур Темпл предложил им папиросы. Джон, который курил трубку, отказался, а Чарли Чан, к удивлению молодого человека, с готовностью взял папиросу из портсигара капитана.

На улице сыщик удивил Джона еще больше. Тщательно затушив окурок, он спрятал его в карман.

– Я действую в интересах следствия, – важно произнес он. – А теперь расскажите мне все, что вам известно о нашем недавнем собеседнике.

Джон с готовностью поведал Чану то, что знал о капитане Копе, особенно подчеркнув его неприязнь по отношению к Дэну.

– Значит, был на островах? А когда, вы сказали, он вернулся в Гонолулу?

– Кажется, я его видел в прошлый вторник.

– Так я и думал! – удовлетворенно заметил сыщик. – А теперь скорее идемте в полицейское управление.

Там китаец открыл дверь комнаты, где Джону еще не случалось бывать. Чан вынул что-то из шкафа и аккуратно разложил на столе.

– Смотрите! – начал он. – Вот папиросы «Корсика», принадлежащие мистеру Эгану. Здесь жестянка, которую нашли в комнате мистера Брэда. Здесь находятся папиросы той же марки.

Затем Чан присоединил к ним окурок, найденный у дверей гостиной мистера Дэна Уинтерслипа, и другой – от папиросы, которой несколько минут назад сыщика угостил капитан Коп.

– Вы, скорее всего, заметили, – начал китаец, – что все эти табачные изделия одной и той же знаменитой марки – «Корсика». Мне недавно удалось выяснить весьма любопытную вещь. Существует два сорта папирос этой марки. Один содержит некоторую долю турецкого табака, у него на коробках стоят цифры 222; другой изготовляют исключительно из табака «Вирджиния», у него этикетка с цифрами 444. Можете ли вы отличить один сорт табака от другого? Нет? Я тоже… Значит, нам следует обратиться к специалисту. Подождите меня, я схожу за разъяснениями в табачный магазин…

Через некоторое время сыщик вернулся, буквально светясь от радости.

– Вот и конец тайнам, – заявил он прямо с порога. – Папироса из коробки Брэда и окурок Эгана принадлежат к одному и тому же сорту – тому, который попроще. Окурок, найденный возле гостиной, и папироса, любезно предложенная капитаном Копом, – к другому: тут исключительно табак «Вирджиния».

– Так ведь это полностью оправдывает Эгана! – радостно воскликнул Джон. – Надо скорее сообщить об этом Карлотте…

– Прошу вас усмирить свой благородный порыв и некоторое время хранить тайну. Мы должны установить за мистером Копом тщательную слежку. Может выясниться очень многое.

– Но это невозможно! Чтобы джентльмен, капитан британского адмиралтейства… Нет, такое даже представить невозможно!

– Где-нибудь в Бостоне, может быть, и невозможно, – покачал головой китаец. – Но здесь, в тропиках, – совсем другое дело. Я прожил на Гавайях двадцать пять лет, и мне не раз случалось убеждаться, что в жизни порой происходят самые, казалось бы, немыслимые вещи.

Глава XVII
Дядя Карлотты и анонимное письмо

Понедельник прошел в непрерывном волнении и ожидании новостей. До Чарли Чана Джону дозвониться не удалось – всякий раз оказывалось, что сыщика нет на месте. Кроме того, в Гонолулу ожидалось событие, которое считалось ежегодным праздником, – учебный рейс тех, кто вскоре составит гордость американского флота. Прибыли военные суда, переполненные будущими капитанами и адмиралами. В честь гостей готовились многочисленные увеселительные мероприятия. Но Джону было вовсе не до предстоящего веселья. Мысли его были заняты исключительно ходом расследования.

Молодой человек стоял на веранде, когда к нему подошла Барбара.

– Джон, у меня к вам просьба, – нерешительно произнесла девушка. – Не могли бы вы встретиться с Томасом Брэдом и выяснить, какая сумма устроила бы его?

– Но почему ты не попросишь об этом Дженнисона?

– Дело в том, что я раздумала выходить за него замуж.

Джона охватила паника. Неужели все из-за того поцелуя в саду? Но ведь Барбара его кузина, и жениться на ней было бы не самым благоразумным поступком. И потом, он связан словом с Агатой Паркер…

– Надеюсь, не я оказался причиной вашего разрыва? – спросил он, изо всех сил пытаясь скрыть дрожь в голосе.

– Нет, не вы, и я не хотела бы это обсуждать. Так как насчет моей просьбы?

По дороге в «Рифы и пальмы» Джон вспомнил предостережение мистера Чарли. Как он был прав! Здесь и в самом деле легко потерять голову. Нет, он должен держать себя в руках…

Брэда с супругой он застал на веранде первого этажа. При виде молодого человека дама встала и, бросив на него презрительный взгляд, с достоинством удалилась. Джону ничего не оставалось, как сразу перейти к делу.

– Мистер Брэд, никто не сомневается в том, что рассказанная вами история – чистая правда. Но если вы и в самом деле затеете судебный процесс, могут возникнуть непредвиденные трудности и проволочки. Сейчас ведь не восьмидесятые годы…

– Я прекрасно понял вас, молодой человек. Лично я только приветствую намерение решить дело мирным путем. Страдания, которые перенесли мы с матерью по милости вашего родственника, не компенсировать никакими деньгами, но я хотел бы спокойно прожить остаток своих дней. Меня полностью устроит сумма, в которую оценивалось наследство моего отца, – двадцать тысяч фунтов стерлингов. Я даже готов отказаться от процентов, набежавших за сорок лет.

– Лично я считаю это разумным, – ответил Джон. – Я передам ваши слова Барбаре Уинтерслип, моей кузине и наследнице мистера Дэна. Но окончательное решение будет за ней. И, разумеется, деньги вы получите лишь после окончания расследования.

– А вот с этим я позволю себе не согласиться! Расследование может продлиться бог знает сколько, а мне не терпится снова увидеть Англию. Я не был там двадцать пять лет, понимаете? И мне нет никакого дела до вашего чертова убийства! Уж не меня ли вы подозреваете? – заорал он, окончательно впадая в ярость.

– Вынужден напомнить, что вы так и не сообщили, где находились во вторник ночью, – заметил Джон нарочито спокойным тоном. – Что ж… вернувшись, я посоветую моей кузине воздержаться от выплаты вам денег.

– Ах, вот как! Что же, я немедленно подаю в суд!

– Вы истратите там последние сбережения и все равно останетесь ни с чем. Желаю вам доброго вечера, – произнес Джон, направляясь к выходу.

Но не успел он спуститься в вестибюль, как Брэд догнал его.

– Знаете, я передумал. Пускай будет по-вашему. В конце концов, я старый человек, а всякие суды лишь укорачивают жизнь.

– Вот и прекрасно! Уверен, что вы скоро сможете вернуться в Лондон.

С этими словами Джон протянул руку старику. Тот крепко пожал ее.

– Вы настоящий джентльмен, хоть и принадлежите к семье Уинтерслипов!

«Своеобразный комплимент!» – подумал Джон, входя в вестибюль.

За конторкой молодой человек увидел Карлотту Эган.

– Добрый день! Не найдется ли у вас работы для опытного бухгалтера?

– Сегодня не хочется говорить ни о каких делах, – засмеялась девушка. – У меня новость: я сегодня была у папы, к нему приходил посетитель. Сказали, что это капитан Коп из британского адмиралтейства и что все меняется в хорошую сторону…

– Тогда давайте отпразднуем это радостное событие! Честно говоря, все эти розыски меня тоже порядком утомили. Какие развлечения устраиваются этой ночью?

– Все идут в Пунахоу, там расцвела «Королева ночи».

– Думаю, нам тоже стоит на нее посмотреть.

Растение, цветущее всего лишь одну летнюю ночь, в изобилии росло у стены, окружающей Оаху Колледж. Джон наконец понял, что жители Гонолулу находят в этом зрелище и почему приходят полюбоваться им, несмотря на неурочный час.

Зрелище и правда оказалось настоящим триумфом ослепительной тропической красоты. Казалось, сюда пришел весь Гонолулу. Карлотта на время забыла обо всех горестях и весело болтала со своим спутником.

На обратном пути они заглянули в кондитерскую, а когда возвращались домой, на городских часах пробило десять. По меркам Гонолулу царила уже глубокая ночь, и на улице не было ни души.

Джон проводил свою очаровательную спутницу до самой калитки отеля «Рифы и пальмы». По дороге он без умолку рассказывал ей о своем родном городе:

– Уверен, в Бостоне вам понравится. Сперва он может вам показаться немного старомодным…

Внезапно рассказ его был прерван звуком выстрела. Молодой человек ощутил, как над самой головой просвистела пуля. Он бросился к кустам, где незадолго до этого заметил огонек, но тут прозвучал второй выстрел, сменившийся прежней тишиной.

Опасливо оглядываясь по сторонам, Джон и Карлотта поспешили к отелю. Но едва они вошли в вестибюль, как у них снова появилась причина удивиться. У самой конторки стоял Артур Темпл Коп.

– Мисс Эган, если не ошибаюсь? Я хотел бы на некоторое время стать вашим постояльцем, не возражаете? Мистер Уинтерслип, добрый вечер! Нынче утром, мисс Карлотта, я беседовал с вашим отцом. Узнав, что с ним случилось, я тотчас же вернулся, хотя уже был на пути к острову Фаннинг.

– Вы вернулись, чтобы помочь моему отцу? – удивилась Карлотта. – Я очень вам благодарна, но все же хотела бы узнать причину такой любезности.

– Нет ничего проще! – с улыбкой ответил капитан. – Джон Эган, ваш отец, является моим младшим братом, а вы, Карлотта Мария Коп, – моей родной племянницей!

– Значит, вы мой дядя? Какой вы добрый!

В ответ капитан расшаркался с комично-серьезной миной.

– Постараюсь и в дальнейшем не разочаровать вас, юная леди!

– Не буду мешать вам, – вступил в разговор Джон. – Позвольте откланяться и пожелать вам доброй ночи.

Карлотта вышла проводить его до калитки.

– События развиваются так стремительно. У меня, оказывается, есть родной дядя!

– Все же я не стал бы безоговорочно доверять ему, – заметил бостонский джентльмен. – Он похож на благородного человека, но внешность может оказаться обманчивой.

Карлотта притронулась своей изящной смуглой ручкой к белому рукаву его пиджака.

– Будьте осторожны! Ведь в вас стреляли, причем совсем недавно.

– Обещаю вам!

В лунном свете шумели под порывами пассата кокосовые пальмы, где-то рядом слышался шум прибоя. Под влиянием этой романтичной обстановки бостонский джентльмен, который считал себя застрахованным от всевозможных неблагоразумных поступков, притянул к себе очаровательную собеседницу и поцеловал ее. Он, связанный словом со своей бостонской невестой, уже второй раз совершает подобное, не ощутив при этом ни малейших угрызений совести! Более того, молодой человек чувствовал себя счастливым. Ему хотелось протянуть руку к небу, взять горсть ярких тропических звезд и украсить ими эту замечательную девушку.

– Спокойной ночи! – прошептал он и направился прочь.

Вернувшись домой, он нашел у себя на столе письмо следующего содержания:

Ваша чрезмерная энергия может вам повредить. Здесь, на Гавайях, обойдутся без помощи назойливых малихини. Пароходы на материк отправляются почти каждый день; если в течение двух суток вы не покинете Гавайи, берегитесь! В следующий раз выстрелы могут оказаться более точными.

Джон презрительно сбросил письмо на пол. Значит, расследование приносит свои результаты и, судя по всему, они на верном пути. Это письмо – явно выходка бездельника Каолы. Что же, пароходы могут уходить сколько угодно, но он, Джон Уинтерслип, останется здесь столько, сколько сочтет нужным, – а точнее, пока не будет найден убийца мистера Дэна.

Никогда еще Джона не переполняла такая жажда деятельности. И никогда еще его жизнь не представлялась ему настолько осмысленной.