Текст книги ""Зарубежный детектив 2026-4". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"
Автор книги: Юсси Адлер-Ольсен
Соавторы: Эрл Дерр Биггерс,Питер Аспе,Том Вуд
сообщить о нарушении
Текущая страница: 144 (всего у книги 163 страниц)
ГЛАВА 34
Воскресенье, 3 января 2021 года
КЕС ПАУЭЛС
Прошли почти сутки с тех пор, как Эдди Янсен открыл дверь своего дома с застывшим на лице ужасом. Возможно, он отчётливо понимал, что его смертный час пробил, потому что не оказал ни малейшего сопротивления. Кес просто навалился на него и оттолкнул назад в гостиную, где стояла его мертвенно-бледная жена в кимоно с младенцем на руках, судя по всему, вообще ничего не понимая.
– Я забираю твоего мужа с собой. Если не хочешь, чтобы я прихватил ещё и малышку, рассказывай всё, что тебе известно о делишках твоего благоверного. – Он предостерегающе поднял указательный палец вверх и, чтобы подчеркнуть всю серьёзность положения, выхватил пистолет из кобуры на ремне и прижал его к виску Эдди.
– Отвечай живее, иначе своими глазами увидишь, что ждёт твоего муженька. Это будет очень неприятное зрелище и для тебя, и для твоей маленькой девочки.
И женщина, и ребёнок громко разрыдались, пока этот жалкий полицейский умолял пощадить их жизни – и, что удивительно, ни слова не сказал в защиту своей собственной. Жена ничего не знает, клялся он. Она думала, что все эти огромные деньги – крупный выигрыш в лотерею. Эдди попытался повернуть голову к нему, чтобы доказать это, но Кес грубо оттолкнул его лицом назад дулом пистолета.
– Мне кажется крайне маловероятным, что твоему мужу столько лет удавалось держать это в секрете, – холодно произнёс он. – Он был полезным человеком для нашей организации, но умом никогда не блистал, а ты ведь не могла быть настолько круглой дурой, чтобы вообще ничего не замечать, верно?
Тут его супруга взяла себя в руки и принялась укачивать ребёнка, пока тот не притих, но свой гнев она сдержать уже не могла.
– Я видела тебя и твою мерзкую рожу с этими дикими разноцветными глазами всего пару раз в жизни! И могу заявить тебе прямо: я без понятия, какого чёрта тебе было нужно от моего мужа тогда и что нужно сейчас. Он работает в полиции, и я вовсе не обязана – да мне и не положено – знать обо всём подряд. Так что завали свою пасть и оставь нас в покое!
С этими словами она тяжело опустилась на угловой диван в гостиной и крепко прижала к себе ребёнка. Она больше не поднимала глаз и не стала устраивать предсказуемых истерик с расспросами о том, что же такого натворил её муж. Она просто в состоянии глубокого шока замкнулась в своём собственном внутреннем мире, пытаясь утащить туда за собой и плачущую дочку.
– Забирай свой ноутбук, Эдди, – скомандовал Кес, кивнув на обеденный стол, где тот до сих пор лежал.
– Я обещаю, что мы будем присматривать за тобой, – бросил он, повернувшись к Фемке, и одновременно толкнул её мужа в спину к выходу. – Сиди дома и никуда не высовывайся, это мой тебе совет. А теперь прощайся с мужем.
С тех пор Эдди Янсен напоминал безжизненную тряпку. Лицо его было белым как полотно, но при этом он казался на удивление отрешённым, беззащитно глядя на своего мучителя. Стул, к которому он был намертво прикручен ремнями, в любом случае не оставлял ему ни единого шанса на физический отпор.
– Кому ты успел настучать? – снова и снова выкрикивал Кес ему в лицо, но мужчина упорно молчал. Лишь когда Кес в очередной раз пригрозил добраться до его жены и дочери и заставить их расплачиваться за его молчание, тот резко выпрямился, насколько позволяли путы.
– Я говорю тебе, и мне плевать, поверишь ты или нет: я никогда, – заорал он так, что изо рта полетела слюна, – НИКОГДА в жизни, слышишь меня, не делал ничего предосудительного! Я был абсолютно предан организации до конца. А то, что я не заставил этого Карла Мёрка исчезнуть, НЕ ИМЕЕТ никакого отношения к моей лояльности. Я пытался. Снова и снова! – С этими словами он бессильно откинулся назад – у него просто не осталось сил ловить воздух.
Кес пристально изучал лицо пленника. Эдди до этого долго на пальцах объяснял, что они ушли в изоляцию исключительно из-за пандемии коронавируса. Их поездка в госпиталь в Ахене это наглядно подтверждала. Да и откуда Эдди мог знать, что им нельзя просто так уехать на несколько дней, не подав голоса? Он ведь действительно не сделал ничего плохого. Или всё-таки сделал?
Это был далеко не первый раз, когда подозреваемый Кеса сидел в этом самом кресле, и далеко не последний после того, как Эдди будет стёрт и забыт, в этом он не сомневался.
Он притащил Эдди в дом своей сестры. Бывший хутор стоял на приличном отшибе, затерявшись среди польдеров провинции Зеландия[120]120
Провинция Зеландия (нидерл. Zeeland) – юго-западный регион Нидерландов, состоящий преимущественно из островов и полуостровов в дельте Рейна и Мааса. Это не датский остров Зеландия (Sjælland), на котором стоит Копенгаген. – Прим. пер.
[Закрыть], и до сих пор никто из местных не выказывал ни малейшего намерения заглянуть к нему в гости. Своё привычное личное пространство Кес обустроил в самом центре Льежа. Там жила его бельгийская семья, там же находился его официальный офис, через который он управлял своими легальными активами. Он жил тихо, без лишних понтов, а этот загородный дом был оформлен на имя сестры. Пока она существовала в состоянии «овоща» в доме престарелых в Зейсте, всё было под полным контролем.
«И что же нам с тобой делать, раз уж ты никак не хочешь развязать язык, Эдди?» – подумал он и зашёл через TOR-браузер в даркнет, где велась вся переписка с верхушкой картеля.
Ответ от руководства пришёл довольно быстро, как он и ожидал:
«Мы не убиваем детей. Поэтому вместо этого тебе придётся заняться людьми, которые нас обкрадывают. Я предлагаю взять в оборот тех двух курьеров из Катовице, которые держат рынок Западной Польши. До меня дошли сведения, что рыночная цена в этом регионе за время ковида подскочила на 35%, но они отчитывались и переводили деньги по старым ставкам. Так что припугни как следует и этих курьеров, и Эдди Янсена, а одного из польской парочки завали прямо на глазах у Эдди и второго выжившего. Как обычно на курьерском уровне – пусти в ход строительный пистолет для гвоздей. После такого у остальных языки быстро развяжутся».
Кес повернулся к Эдди.
– Ну что, в ближайшие пару дней мы вытрясем из тебя всю душу, а там посмотрим, к чему в итоге придём.
От пребывающего в полузабытьи мужчины не последовало никакого ответа, так что он не оказал ни малейшего сопротивления, когда Кес плотно забил ему рот кляпом.
ГЛАВА 35
Воскресенье – понедельник, 3–4 января 2021 года
ФЕМКЕ ЯНСЕН
Спустя всего несколько минут Фемке выбежала из квартиры, даже не вспомнив об оставленном багаже. Всё ещё громко шмыгая носом и оставаясь смертельно бледной от шока, она отчаянно пыталась мыслить рационально. Никогда в жизни она не могла бы вообразить, что окажется в подобной ситуации.
«Сумку с вещами Марики, кошелёк и ключи нужно забрать. Накинуть пальто, дочку на руки – и вон отсюда», – механически проносилось у неё в голове. Ей нужно было просто бежать.
И пока она стремглав мчалась по улице в надежде отыскать их внедорожник, в её голове проносился вихрь безумных мыслей. Кто был этот человек с глазами разного цвета? Что натворил Эдди? Неужели выигрыш в лотерею был лишь сказкой, во которую она так глупо поверила? И куда ей теперь податься, если этот монстр знает их домашний адрес в Схидаме?
Она замерла на углу улицы и огляделась, её горячее дыхание вырывалось облачками пара в морозный воздух. «О боже, да где же машина? – лихорадочно думала она. – Разве она не должна стоять вон там, посреди спускающейся улицы?»
Тут она услышала, как сзади, взревев мотором, приближается автомобиль. Инстинктивно прижав к себе ребёнка, она вжалась в стену дома. И в этот короткий миг она отчётливо разглядела человека, забравшего её мужа, – он сидел за рулём чёрного универсала «Шкода».
«Он меня не заметил, он меня не заметил!» – как заклинание с надеждой повторяла она про себя, пытаясь намертво запечатлеть в памяти буквы и цифры на красном бельгийском номере универсала.
Она лихорадочно пробегала глазами по ряду припаркованных машин. «Эдди, Эдди, ну почему ты не сказал мне, где именно её оставил?»
В этот момент она остро ощутила, насколько на улице холодно. Малышка на её руках задрожала и начала кашлять.
– Мама сейчас найдёт папину машину, Марика, потерпи ещё секундочку, и мы будем в тепле.
И тут машина обнаружилась – её едва можно было разглядеть сразу за огромным грузовиком. Внедорожник стоял, наполовину заехав на бордюр, а его передние колёса были вывернуты в сторону проезжей части.
– Ну вот, моя прелесть, мы и на месте. – В мгновение ока она оказалась за рулём, усадив Марику в детское автокресло на заднем сиденье.
Фемке считала себя хорошим водителем. За годы за рулём она твёрдо усвоила: на дороге нет ничего опасного, если соблюдать дистанцию и быть внимательной. Поэтому она рванула с ручника и одним резким, отточенным движением влилась в поток.
«Они, должно быть, сейчас далеко впереди меня», – подумала она и вдавила педаль газа в пол. На узких улочках ей вслед возмущённо сигналили, но Фемке было наплевать. Если её остановит полиция, у неё будет более чем веская причина для превышения скорости, и когда они услышат её историю, то…
Дважды она проскакивала на жёлтый свет прямо перед тем, как тот сменялся красным. Доносившийся с перекрёстков визг тормозов недвусмысленно намекал, что с подобными трюками пора завязывать.
Уже на самом выезде из города впереди на мгновение мелькнул знакомый чёрный силуэт. «Шкода» шла на хорошей скорости, но, судя по всему, водитель старался не нарушать скоростной режим и строго придерживался правил дорожного движения.
– Ещё хотя бы один красный светофор, и я сяду тебе прямо на хвост, – произнесла она вслух и в самый последний момент едва не сбила велосипедиста, который не пожелал дожидаться зелёного. Глянув в зеркало заднего вида поверх улыбающейся Марики, она убедилась, что велосипедист сумел подняться на ноги и теперь вовсю сыпал проклятиями в её адрес посреди дороги.
Возможно, он успел запомнить её номера, а возможно и нет. Ей было всё равно, ведь теперь она висела у универсала на хвосте на таком расстоянии, что могла спокойно и незаметно следовать за ним.
В течение следующих двух часов они дважды пересекали бельгийско-голландскую границу. Сначала от Валкенбурга на север через Маастрихт они въехали в Бельгию. Затем, миновав Антверпен, снова вернулись в Нидерланды и двинулись на запад, в провинцию Зеландия, где Фемке никогда раньше не бывала.
Перед ней расстилались бесконечные плоские равнины – бывшие затопленные территории, которые давным-давно осушили и превратили в сельскохозяйственные угодья. Это и были те самые польдеры. Она плавно сбросила скорость, понимая: если продолжать преследование в том же духе, её неминуемо обнаружат.
– Мы обязательно вернём папу домой, Марика, – с глубоким сомнением в голосе прошептала она малышке, которая беспробудно спала последние сто километров.
Фемке позволила чёрной машине с её мужем внутри окончательно раствориться где-то на горизонте побелённого инеем пейзажа, где не было даже банальных лесополос, способных укрыть её от чужих глаз. Здесь, посреди этой богом забытой, пугающе плоской, но плодородной земли, её погоня подошла к концу. И, как она с ужасом подозревала, возможно, здесь же подходил к концу и жизненный путь её мужа.
Она отыскала в Мидделбурге[121]121
Мидделбург (Middelburg) – старинный город на юго-западе Нидерландов, административный центр провинции Зеландия. В XVII веке являлся одним из важнейших торговых портов Голландской Ост-Индской компании. – Прим. пер.
[Закрыть] недорогой отельный номер. Он располагался чуть в стороне от города, в достаточно уединённом месте, что давало ей возможность спокойно поразмыслить и принять решение.
«Ты должна отдать флешку полиции в Амстердаме. Ради всего святого, больше никому», – напутствовал её Эдди. Но почему не его коллегам в Роттердаме? Она искренне не понимала этого. Что вообще могло храниться на этом маленьком накопителе?
Совершенно измотанная, она переодела дочку в пижаму, заказала в номер скромный ужин, после чего они обе мгновенно провалились в сон.
Она проснулась на следующее утро, всё так же намертво сжимая флешку в кулаке. Дочка уже сидела на одеяле в самом прекрасном расположении духа.
Как только с завтраком было покончено, Фемке поняла, что больше не может терять ни минуты. Взяв малышку на руки, она подошла к стойке регистрации.
– Подскажите, я могу воспользоваться вашим компьютером? Мне нужно срочно проверить пару файлов, – попросила она.
Сотрудники оказались весьма любезны. Они проводили её в небольшой кабинет рядом с вестибюлем и добавили, что если ей понадобится что-то распечатать, она сможет оплатить услугу позже на выезде.
Опустив Марику на пол, она вставила флешку в порт компьютера и запустила поиск.
Фемке была опытной секретаршей. Ей частенько приходилось расхлёбывать проблемы и спасать положение, когда её руководство демонстрировало полную техническую дремучесть в вопросах IT. Вот и сейчас эти навыки пришлись как нельзя кстати: её муж умудрился сохранить документ в новейшем формате Word, который попросту не поддерживался древним гостиничным компьютером[122]122
имеется в виду формат документов .docx, сменивший старый .doc.
[Закрыть].
Она огляделась по сторонам и заглянула в общую гостиную отеля. Там за столиком сидел прилично одетый молодой человек, который что-то увлечённо писал в своём ноутбуке, лениво потягивая дымящийся кофе.
– Простите, пожалуйста, – обратилась она, подойдя к нему. – Я не хочу вас отвлекать, но на местном компьютере установлена слишком старая версия программы, а у меня на флешке важный файл в новом формате. Скажите, я могла бы просто открыть его на вашем ноутбуке и пересохранить в старой версии?
Мужчина решительно покачал головой. Он не собирался вставлять чужую, непроверенную флешку в свой компьютер. В его компании подобные вещи были строго-настрого запрещены политикой безопасности.
Спустя некоторое время ей всё же удалось отыскать подержанный ноутбук в магазине «Lowbudgetpc» на Зандстраат в Мидделбурге[123]123
«Lowbudgetpc» (от англ. low budget PC – «бюджетный компьютер») – реально существующий магазин компьютерной техники и сервисный центр в городе Мидделбург (Нидерланды). Специализируется на продаже новых и бывших в употреблении (б/у) ноутбуков, ПК и игровых приставок, а также на их ремонте.
[Закрыть]. Продавец лично заверил её, что батарея полностью заряжена, а на самом устройстве установлены все необходимые программы. После этого она заскочила с Марикой в супермаркет «Альберт Хайн»[124]124
Albert Heijn (Альберт Хайн) – крупнейшая и самая известная сеть супермаркетов в Нидерландах, основанная в 1887 году. В стране её часто называют просто «AH». Сеть знаменита своим большим ассортиментом продуктов, высоким качеством и фирменным сине-белым логотипом
[Закрыть] за углом, купила подгузники, немного еды для себя и поспешила обратно в машину.
– Маме нужно кое-что проверить, Марика, а сразу после этого мы найдём уютное кафе и поменяем тебе подгузник.
Она протянула дочке пачку рекламных буклетов из супермакета, чтобы той было чем заняться, вставила флешку в купленный ноутбук, открыла документ и углубилась в чтение.
Уже через пять минут у неё из глаз хлынули слёзы. Весь её привычный мир в одно мгновение разлетелся вдребезги. Она отчаянно пыталась взять себя в руки, но не могла, из-за чего Марика тоже зашлась в громком плаче – да так сильно, что какая-то пожилая женщина даже постучала в окно машины и обеспокоенно спросила, всё ли у них в порядке.
Руки Фемке ходили ходуном, когда она заводила мотор и хваталась за руль. Её муж оказался причастен к чудовищным, неописуемым вещам. Множество тех несчастных людей, о гибели которых писали в газетах последние годы – те, кому забивали гвозди в голову, кого топили, расстреливали и резали – все они открыто упоминались здесь. Торговля тяжёлыми наркотиками, преступная халатность при обращении с конфиденциальной информацией, налоговые махинации, фальшивые имена, регулярные контакты с посредниками и портовыми рабочими, обеспечивающими контрабанду дури… Обо всех этих криминальных операциях, разворачивающихся в том числе и в других странах, её муж не просто прекрасно знал – во многих из них он принимал самое прямое участие. Как он мог?
Всё это означало лишь одно: абсолютно всё их имущество, каждая крона были добыты Эдди преступным путём. А значит, если она передаст этот документ властям, вся её жизнь, весь её финансовый фундамент рухнет в ту же секунду.
Почти на выезде из города она наконец наткнулась на небольшое кафе, где смогла привести дочку в порядок. И когда они наконец устроились за столиком – она с чашкой крепкого чёрного кофе, а Марика с молоком и традиционными голландскими пончиками-олиболленами, которые заметно подняли малышке уровень сахара в крови и настроение, – Фемке устроила своему разуму настоящий, безжалостный допрос.
А хочет ли она вообще выполнять последнюю волю своего мужа? Вот в чём заключался главный вопрос. С какой стати ей помогать человеку, который оказался столь жестоким монстром и так ужасно с ней поступил?
Что, если она прямо сейчас развернёт машину, вернётся в Схидам и сделает вид, будто ничего не произошло? Скажет у него на работе, что он просто бросил её в туристической квартире в Валкенбурге, и с тех пор она о нём ничего не слышала. Разве она не сможет спокойно жить дальше, сохранив за собой загородный дом, квартиру и те огромные суммы денег, которые он наверняка где-то припрятал? Судя по тому, что сам Эдди написал в этом файле, живым она его, скорее всего, больше никогда не увидит. Так зачем ворошить это осиное гнездо, если это не принесёт ни ей, ни её маленькой дочке абсолютно никакой выгоды?
Нет. Фемке решительно покачала головой. Нет, в этом не было никакого смысла. Эту флешку нужно уничтожить – раздавить и выбросить при первой же возможности.
Она отрешённо посмотрела в окно на размеренную, неторопливую жизнь тихого городка, где сейчас начисто отсутствовали туристы. По слякотным улицам, переговариваясь, шли обычные прохожие, кто-то катил нагруженные тележки из магазинов, мимо вихляли велосипедисты. Самый обычный, ничем не примечательный день. Разве не о такой спокойной и серой жизни для себя и своей малышки она мечтала сильнее всего прямо сейчас?
И тут за голыми стволами деревьев она отчётливо разглядела чёрный универсал «Шкода». Машина, пуская белый дым из выхлопной трубы, медленно катилась по улице в направлении центра города.
ГЛАВА 36
Понедельник, 4 января 2021 года
ГОРДОН
Поездка на поезде из аэропорта Схипхол в Амстердаме до центрального вокзала Роттердама заняла всего двадцать минут, и Гордон буквально прилип глазами к мелькающим за окном названиям городов и пейзажам. В любое другое время года он с удовольствием побыл бы здесь обычным туристом, но сейчас у него было важное дело и самолёт обратно, на который нужно было успеть через несколько часов.
Именно поэтому, добравшись на метро до станции «Радхёйс» (Ратуша) и наконец отыскав огромное, светло-голубое V-образное здание штаб-квартиры полиции Роттердама, он ужасно расстроился. Ему сообщили, что поговорить с комиссаром Вилбертом де Гроотом сегодня не удастся – тот лежал дома, свалившись с COVID-19.
– Да уж, жена только что вернулась с курсов в Англии и привезла с собой в качестве «сувенира» этот чертов альфа-вариант[125]125
Альфа-вариант (штамм B.1.1.7) – первый официально выделенный вариант коронавируса SARS-CoV-2, впервые обнаруженный в Великобритании осенью 2020 года. Отличался значительно более высокой передаваемостью по сравнению с исходным штаммом. К декабрю 2020 года стремительно распространялся по Европе.
[Закрыть], – глухо произнес комиссар, когда Гордону всё-таки удалось дозвониться до него по телефону. – Мне очень жаль, но мы ведь можем поговорить и сейчас. Насколько я понял, вы хотели узнать больше о датчанине Расмусе Бруне? Пару дней назад я уже беседовал о нём с вашими коллегами из Независимого ведомства по жалобам на полицию из Орхуса. Возможно, они смогут что-то добавить, если я вдруг упущу детали.
Гордон поблагодарил его, решив никак не комментировать последнее замечание. Для него это ведомство было закрытой книгой, и ситуация его откровенно раздражала. Если бы он знал, что всё сведётся к обычному телефонному звонку, то с тем же успехом мог бы остаться дома.
– Надеюсь, вы с семьёй переносите болезнь не слишком тяжело, – посочувствовал Гордон, пытаясь звучать как можно более участливо. – Я бы очень хотел взглянуть на ваш отчёт по этому делу, если это возможно, – продолжил он, хотя уже заранее предчувствовал, что кашляющий на том конце провода мужчина на такую уступку не пойдёт.
– Да, досадно, что меня нет на месте, раз уж вы проделали такой долгий путь. Но все мои отчёты хранятся в цифровом виде, и я не могу просто так открыть вам к ним доступ.
– Тогда, может быть, вы попробуете ответить на мои вопросы, раз уж мы на связи?
Последовала долгая пауза, прежде чем мужчина прочистил горло:
– Давайте уложимся в пятнадцать минут, хорошо? Мне нужно идти ложиться.
Гордон мысленно представил, как тот ходит по дому в халате и тапочках. И вот этот человек считается главным грозой и злейшим врагом жесткого наркобизнеса здесь, в Голландии?
– Хорошо, давайте поговорим о Расмусе Бруне. Наше ведомство по жалобам на полицию мало что сообщает, но ведь ваш отдел сотрудничает с полицией и прокуратурой Дании через Совместную следственную группу (JIT[126]126
Совместная следственная группа – Joint Investigation Team, JIT (англ.), международная группа следователей и прокуроров, создаваемая на временной основе по соглашению между двумя или более странами для расследования конкретных трансграничных преступлений. В рамках ЕС координируется через Евроюст (Eurojust). – Прим. пер.
[Закрыть]). Так что вы, надеюсь, можете подтвердить, что именно он отвечал за каналы поставок в Данию?
– Обыск в его квартире дал множество веских улик в пользу этой версии, да.
– Отлично, с этим прояснили. А вы знали, что у Расмуса Бруна был старый зуб на Карла Мёрка?
– Зуб?
– Да, извините, это такое датское выражение – старая обида. У нас есть теория, что много лет назад Карл Мёрк случайно перешёл Расмусу Бруну дорогу. Кто-то посчитал бы тот инцидент сущим пустяком, о котором большинство сразу бы забыло, но для Бруна это, очевидно, стало делом принципа.
– Вот как? И что же за пустяк?
– Расмус Брун устроил пьяный дебош в одном из ресторанов Копенгагена. Карл Мёрк оказался там совершенно случайно и просто-напросто сжёг его водительские права. После этого Брун начал угрожать Карлу и пообещал, что никогда этого не забудет.
Гордон замолчал, ожидая хоть какой-то реакции, но на том конце провода царила тишина. Он вообще его слушал?
– В нашем отделе пришли к выводу, что Брун в качестве мести умышленно указал на Мёрка как на сообщника и подельника Анкера Хёйера, – продолжил он. – Не исключено, что он также подставил Мёрка, выставив его человеком, который украл крупную партию товара вместе с Анкером Хёйером. Но этого мы, конечно, знать наверняка не можем. Вам близка такая теория?
– Чтобы Брун мстил Карлу Мёрку? Нет, мы никогда не рассматривали этот вариант.
Гордон разочарованно вздохнул – этот ответ он вполне предвидел.
– Но почему тогда вы сообщили датской полиции, что Карла Мёрка необходимо проверить самым тщательным образом?
Де Гроот помолчал несколько секунд, прежде чем ответить:
– Так это ведь вы – ваши коллеги из полиции Копенгагена – сами дали нам его имя еще за несколько лет до этого. Как раз тогда, когда из земли выкопали ящик с телом гаитянина Жерара Гайяра.
– Но вы же наверняка в курсе, что этот Гайяр в своё время был идентифицирован по анонимной наводке как Пит Босуэлл – то есть журналистский псевдоним Бруна? И это было за несколько лет до того, как сам Брун был убит, верно? – спросил Гордон.
– Разумеется.
– Странная история, вам не кажется? Убить человека и оставить в гробу монеты со своими собственными отчетливыми отпечатками пальцев?
– Вы ведь следователь, верно?
Гордон слегка повёл головой. Было приятно слышать, когда его так называли, ведь это случалось нечасто.
– Да, так и есть.
– Тогда вы должны знать, что убийцы нередко любят хвастаться своими деяниями и оставляют своеобразную подпись.
– Да, спасибо, я знаю. Мы как раз недавно раскрыли подобное дело. Но у меня в голове не укладывается, как вы могли подумать, будто специалист такого калибра, как Карл Мёрк, окажется настолько глуп.
На том конце провода раздался смешок, и Гордону это очень не понравилось.
– Мы не считаем Мёрка глупым. И разве не в этом заключается наша главная проблема прямо сейчас – в том, что он далеко не глуп?
Это прозвучало так, будто комиссар уже вынес Карлу окончательный приговор, что выглядело весьма зловеще. Гордон огляделся по сторонам: в кабинете сидели коллеги Вилберта де Гроота и с усталыми, тяжелыми веками пытались разобраться в действиях самых низов преступного общества. С начала этого дела прошло уже больше десяти лет. Когда же, чёрт возьми, кто-нибудь из них наконец встанет и крикнет: «У меня есть решение!»?
– Скажите мне, де Гроот, кто именно из датчан в своё время слил вам наводку на Карла Мёрка? Для меня крайне важно это выяснить.
– Кто? Полиция Копенгагена просто присылала нам выписки из отчётов по делам, которые теоретически могли пересекаться с нашими. А мы отправляли свои данные им в ответ.
– Хорошо, но кто координировал этот процесс в Копенгагене?
– Послушайте, это было десять лет назад. Мне кажется, через это дело прошел едва ли не каждый первый сотрудник на Политигорден (главное управление полиции).
– Если я назову конкретные имена, это поможет вам что-то вспомнить?
– Ну, попробуйте.
– Как насчёт Терье Плауга?
– Да, это наш важный коллега. Насколько я помню, именно он на протяжении многих лет занимался этим делом плотнее остальных.
– Лейф Лассен из отдела по борьбе с наркотиками, его ещё зовут Ищейкой. Это имя вам о чём-то говорит?
– Ну конечно говорит. Он, помимо всего прочего, лично участвовал в задержании Карла.
– И Маркус Якобсен, начальник убойного отдела.
– Послушайте, в те годы координацией занимался мой предшественник, Ханс Риддер. Тогда структура была разделена на безумное количество округов. Я же занимаюсь исключительно тем, что происходит сейчас.
– То есть текущими делами? В таком случае, что вам говорит имя Ханнес Тейс?
– Тейс! Ну разумеется, он владелец транспортно-экспедиторской компании «DKNL Transport». Мы отлично знаем эту контору и плотно наблюдаем за ней уже несколько лет. В первую очередь потому, что Жерар Гайяр активно пользовался её услугами много лет назад, а также потому, что Гайяр и Расмус Брун в то время работали в очень тесной связке.
– Значит, Ханнес Тейс у вас на подозрении как организатор части наркотрафика?
– На подозрении? Прямых и неопровержимых улик у нас против него нет.
– Если он во всем этом не замешан, то как вы объясните, что в субботу вечером, всего два дня назад, Ханнеса Тейса нашли мёртвым в его собственном фургоне?
На том конце линии повисла мертвая тишина.
– Алло, вы услышали, что я сейчас сказал? – переспросил Гордон.
– Знаете... до меня эта информация ещё не доходила. Я уже пару дней не проверял рабочую почту. – В трубке снова воцарилось молчание.
«Буду молчать», – подумал Гордон. Теперь ход был за Вилбертом де Гроотом.
– Вот что, выпейте пока где-нибудь чашечку кофе, – произнёс комиссар после недолгих раздумий. – Я сейчас сам приеду в участок. Это займет всего минут двадцать, я живу тут неподалеку.
– Сюда? Но вы же больны!
– Ничего, я надену маску, всё будет нормально. Главное – будем держать дистанцию.
– Роза, тут полный бардак и путаница, – громко говорил Гордон в трубку, пока ехал на машине в аэропорт. – Этот Вилберт де Гроот оказался довольно странным типом, когда приехал в участок. Мне кажется, он просто заснул на ходу за те годы, что тянется это дело. Но мне всё-таки удалось выудить из него полезную информацию – исключительно потому, что я общался с ним максимально мягко и всячески сочувствовал его болезни. Хотя, честно говоря, больным он особо не выглядел, скорее наоборот. Похоже, ковид сейчас очень вовремя подворачивается всем, кому позарез нужен внеплановый отпуск дней на десять.
– Что-нибудь из этого может помочь делу Карла? – с надеждой спросила она.
– Он открыл свой рабочий компьютер и позволил мне заглянуть через плечо, будто я эксперт с ученой степенью по голландскому языку. Мы детально изучили материалы обыска в квартире Расмуса Бруна, который проходил ещё в 2014 году. Там фигурировало множество имён, включая Анкера. В своё время Риддер сделал вывод, что убийцы Бруна не стали забирать компьютер из квартиры только потому, что в нём упоминались люди, которых к тому моменту уже ликвидировали. Однако собственное расследование де Гроота позже выявило признаки того, что часть файлов Бруна всё-таки была стёрта. Так что его архивы, скорее всего, хорошенько почистили сами убийцы.
– И про Карла там ничего не было?
– На самом компьютере – нет. Но у Бруна в комнате висела доска для заметок, и на одном маленьком, пожелтевшем стикере был набросан список других имён. Среди них были Ханнес Тейс, водитель Йесс Лассен и, к огромному сожалению, Карл.
– И это все их зацепки?
– Из дома Бруна – да. Но я также посмотрел материалы обысков у конкурирующих нарко группировок, которые де Гроот проводил уже сам, когда возглавил следствие. Там он наткнулся на записи о сотрудничестве Бруна и Гайяра в начале двухтысячных, и именно в этих бумагах труп в ящике на Амагере был четко идентифицирован как Гайяр. Для меня это новость, но это как раз то, о чём нам твердил Харди. Чуть позже я наткнулся на переписку между Маркусом Якобсеном и Хансом Риддером, где они указывали на подозрительно тесную связь между Анкером Хёйером и Карлом. Обычные намеки, ничего конкретного. А когда я осторожно намекнул де Грооту, что в наших прессе и на радио сейчас поднимается нешуточный шум с целью либо окончательно заклеймить, либо оправдать Карла, он лишь рассмеялся. Сказал, что, по его мнению, фигура Карла и всё это дело в целом слишком сильно раздуты в СМИ. В Голландии такого масштаба медийного цирка никогда бы не допустили.
– А как он отреагировал на убийство Ханнеса Тейса?
– Он вообще ничего об этом не знал. Очень удивился, что Тейса забили до смерти молотком. И добавил, что его компанию они держали под плотным наблюдением уже очень долгое время.
– Но так ни разу и не поймали с поличным?
– И вот теперь самое странное, Роза. Человеком, который непосредственно руководил операцией по разработке фирмы «DKNL Transport», был следователь по имени Эдди Янсен. Он вообще плотно вёл огромную часть этого огромного дела. И где-то прямо перед Новым годом этот Янсен без каких-либо видимых причин и объяснений просто взял и бесследно испарился с лица земли. Никаких адресов, где он мог бы прятаться, телефоны отключены. И, судя по всему, он увёл за собой жену и маленькую дочку.
