Текст книги ""Фантастика 2025-190". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Наиль Выборнов

Походив вокруг и не найдя ничего примечательно, я собрался вскарабкаться на скальник. Откуда, как мне казалось, пришли «охотники», но внезапно накатило чувство тревоги. Оно нарастало и исходило со стороны обрыва. Кто-то или что-то поднималось ко мне. Неужели нашли?! Суки! Ни дня покоя нет. Не теряя времени рванул к своему убежищу, внутри которого имелась спасительная тень. Однако наличие веток, настила и кострища сильно выдавало мой привал. Как же быть? А вот так! Из инвентаря был извлечён один гарпун и брошен на пол. Вот и настало время проверить на практике новый навык – Единение с Тьмой.

Зайдя в самый дальний и тёмный угол, я упёрся спиной в стену пещеры и замер. Что дальше? Как активировать навык? Тревога уже перешла в острое чувство приближающейся опасности. Единственное, что пришло на ум, это произнести: «Единение с Тьмой». И сработало! Сперва возникло чувство, словно меня начало растягивать в стороны, размазывая словно масло на хлеб. Затем я «провалился» в стену. Ощущение бестелесности было необычным, в целом приятным.

В этот момент перед входом появилась птица. Простой чёрный ворон, только крупнее обычного раза в два. Опасность исходила именно от него. Пернатая тварь некоторое время порхала у входа, а затем опустилась на землю. В том, что ворон является чьими-то глазами, сомнений не было. Как и в том, кого именно эти «глаза» искали. Вслед за вороном появилась внушительных размеров сова, затем здоровенный попугай и ещё какой-то крупный представитель отряда пернатых. Весь этот курятник, не издавая ни звука, стал шариться по моей пещере, заглядывая в каждый угол. Хоть не гадили и на том спасибо.

Обследовав обстановку, перепроверяя друг за другом, они дружно уставились на валяющийся гарпун. Ворон даже постучал по нему клювом, а попугай потрогал лапой. У наблюдателей должно создаться стойкое впечатление, что этот бивак не принадлежал человеку, то есть мне. По замыслу на это должна были указывать размеры гарпуна. Крайне повезло и с тем, что на скальной поверхности не оставалось следов. Тут произошло то, чего я меньше всего ожидал. Все птицы разом ухватились лапами за древко и принялись подниматься в воздух вместе с ним. Короче, выражаясь простым языком тыбзили моё имущество на моих же глазах, падлы! Ну и пусть, лишь бы приславшие их убедились, что изделие не рук человека и не для него.

Как только пернатые скрылись, ощущение опасности тут же пропало. Я позволил себе немного расслабиться. Итак, искали, вне всяких сомнений, именно меня и, судя по всему, толпой довольно разношёрстной. К долбанной Инквизиции присоединились ещё и игроки, это явно жирный минус. С другой стороны, навык «Единения» сработал безупречно, а это жирный плюс. Учитывая обстоятельства, передвигаться мне предстояло только по ночам. Дневная прогулка по открытым участкам местности становилась небезопасной. Вот и что они будут делать дальше? Тронуться куда-нибудь или будут кружить по округе? А если выдвигаться, то в каком направлении? Вот же засада. Куча вопросов и ни одного намёка.

Ладно, а как выйти обратно-то? Попытавшись сделать шаг вперёд, я просто вывалился из стены, едва не упав. Как мне повезло с этим навыком. До наступления ночи покидать пещеру было слишком рискованно, а перспектива терять полдня меня вообще не устраивала. Взвесив все «За» и «Против» исходя из логики, что дважды тут смотреть особо нечего, я всё же рискнул. Как ни крути, а уходить надо. Как можно скорее и как можно дальше. Сверившись с картой, двинулся в путь.

За всё время мне не попалась ни одна живая душа, что вполне устраивало. Последние несколько дней выдались крайне неспокойными. Даже уточнил бы, что с момента начала игры покой мне только снился. Ближе к вечеру случилось то, чего так боялся. Со стороны обрыва стало «тянуть» приближающейся опасностью. Неужели опять? И как назло, насколько хватало взгляда, не было видно никакого укрытия! Сами птицы вряд ли смогут причинить какой-либо вред, но преследователи узнают о моём местонахождении, а вот этого нельзя допустить. Чёрт!

Я начал пятиться к стене, напряжённо всматриваясь на край обрыва, откуда вот-вот должна была выпорхнуть пернатая падла, какого-то неугомонного мудвина-мага. Когда спина уже должна была коснуться поверхности скал, по бокам появились края коридора. Это как? Ведь не было никакого прохода! Точно говорю. Но факт оставался фактом. Была ли это магическая иллюзия или же просто визуальный эффект, на данный момент мне было фиолетово. Главное, укрыться от «глаз».

Через пару шагов коридор повернул вправо, и моему взору предстал вход в пещеру. Сразу бросилось в глаза, что она точно не была заброшенной. Поверхность скальной породы перед входом хорошо вытоптана и затёрта, а из недр слегка тянуло дымом. Сперва решил, что спасаясь от одной жопы, набрёл на вход в другую. Посчитав, что это и есть пристанище тех самых «Скальных охотников». Однако присмотревшись лучше отметил, что вход был маловат даже для меня. Поколебавшись, всё же шагнул внутрь и мир тут же погас. В смысле мне его погасили. Ударом по затылку тупым и очень твёрдым предметом. По крайней мере именно это пришло в голову до потери сознания.

Глава 8 – Разбор полётов своих же косяков.

«Сам виноват, так на судьбу не жалуйся»

(Публилий Сир)

– Где он проживал? С кем общался? Чем занимался?!

Самоний, глава Святой Инквизиции княжества Вудлен и верховный Инквизитор Союзных земель, был в бешенстве. Ещё бы! Он повторял вопрос за вопросом, даже не дожидаясь ответа на них. Перед ним вполне себе спокойно и уверенно стоял Хит и с неприкрытым любопытством рассматривал содержимое, накопившееся под ногтем большого пальца руки. Определённо это было интересным и стоящим занятием. Чуть в стороне, с поникшей головой и опущенными плечами, переминался с ноги на ногу Сельд. Именно его несдержанность и привела к тому, что они упустили «предвестника грядущих перемен», «несущего Тьму», «апостола апокалипсиса», который фактически был в руках Инквизиции.

Нонель вообще стояла обособленно с рассерженным выражением лица, скрестив на груди руки. Всем своим видом она откровенно показывала, что никаким боком не касается происходящего, а принимать дальнейшее участие вообще не намерена.Селяне вернулись к своим рутинным делам, лишний раз убедившись в бесполезности и чрезмерной жестокости Святых. Столько времени они не могли избавить их напасти той нечисти. Но стоило эту проблему решить простому славному пареньку, так те его мигом обвинили в нечестивости и сожгли. При этом осквернив их землю и очернив себя в очередной раз.

Остальная свита, прибывшая во главе с Самонием, рыскала по лесам. Их целью было выяснить и понять, выпал ли «нечистый» из лап птицы? Если нет, то куда она могла его унести? И вообще, как возвращаться с пустыми руками и без какой-либо информации? В общем, скучающих персонажей поблизости не наблюдалось, кроме Хита. Даже курица, успевшая заметить скользнувшего под землю червяка, остервенело, пыталась до него добраться, уже порядком углубившись в рыхлую почву.

– К чему все эти вопросы, Инквизитор? – выражая полное безразличие, спросил Хит, – Ты совершил «скверну». Осудил Героя на земле его почитанья. Кстати, стоило ему заявить право на Старейшину, он бы им стал. Я лично его поддержал бы.

– Не забывайся, Смотритель! – резко остановился напротив него Самоний.

– Не тебе мне указывать. Ты совершил «скверну». Ты нарушил «Святое писание», – всё тем же отречённым тоном говорил Хит.

– Я ничего не нарушал и не совершал! Ты свидетель того, что я пытался его уберечь, от рук этого… бесконтрольного старика!

– О, оставь Сельда в покое, прояви уважение к его возрасту и боли утраты. Дудень был его единственным сыном. Единственной памятью о его так нелепо погибшей жене. Что касается остального, позволь не согласиться. Во-первых, извергнувшийся огонь был под твоим знаменем. Значит, был «освещён и благословлён». Тобой, между прочим. Более того, как лицо, принявшее под свои знамёна созванных, ты несёшь персональную ответственность за поступки их и действия. Так сказано в «писании» и также прописано в «кодексе». Во-вторых, ты не пытался его уберечь, зачем лукавить? Ты хотел поступить с ним точно так же. Только по Своим законам и правилам, не на этой земле. Мы оба прекрасно знаем, что это так. Ты даже не удосужился проявить уважение и снисхождение к неокрепшему юнцу, бескорыстно спасшему наше село.

– Бескорыстно?! А не ты ли выплатил ему награду?

– Я, – легко согласился Хит, – Но только не выплатил. Это было полагающееся вознаграждение. По закону, заметь. За поступок, совершённый до, а не после. Ты не знал? Да, сперва парнишка избавил нас от «нечистых», а лишь потом узнал о назначенной награде. Вот так.

– Избавил…– протянул Инквизитор, – Где гарантия, что их нашествие не явилось следствием дела рук его «тёмных» сподвижников?

– Перестань, Инквизитор, ты становишься смешон… какие сподвижники? Какие ещё гарантии?

– Не смей говорить со мной в таком тоне! Смотритель, я ведь могу и не посмотреть, что…

– Вот и славно, – резко, но спокойно перебил его Хит, – Тогда я не буду говорить, ну а ты смотреть. Да поможет тебе Свет, Инквизитор, – после этих слов он спокойно развернулся и пошёл в свою лавку, весело насвистывая какой-то незамысловатый мотивчик.

– Да поможет он всем нам… – уже спокойно и как-то обречённо проговорил Самоний.

«А ведь было время, когда голос Смотрителя заставлял молчать королей, а дела рук его свергали демонов, что только богам были под силу. Да, многое изменилось за несколько веков, когда-то и я был его учеником… Если бы они все только знали, чем может это всё обернуться» – подумал Инквизитор, задумчиво смотря в спину удаляющего Хита.

Инквизитор понимал, что после произошедшего, не очень красивого инцидента, насчёт которого лично у него не было никаких сожалений, кроме чувства досады, никто из селян не станет ему помогать и идти навстречу. Однако и становиться поперёк дороги тоже не могли. Пользуясь полномочиями и властью, он беспрепятственно обошёл всю деревушку, заглянул в каждый уголок, оставив место ночлега «нечистого» напоследок. И без того хмурый Тиинер встретил его с крайне недружелюбным и недовольным лицом, не скрывая своего презрения.

– Свет твоему дому, Тиинер, – холодно поприветствовал трактирщик Инквизитор, – Укажи комнату, которую снимал «нечис…» тот, кого мы ищем.

Вместо ответа Тиинер молча положил на стойку ключ и ушёл в подсобку, не желая становиться участником происходящего, и видеть тех, кто совершил «скверну».

– Ну и ладно, так даже лучше, – сказал Самоний, забирая ключ, – Пойдёмте, – обратился он к сопровождающим его недовольной Нонель и понурому Сельду, – Сейчас вы сами во всём убедитесь.

Подойдя к двери и отперев её, Инквизитор ещё некоторое время стоял на пороге, не решаясь войти. Он боялся обнаружить То, что искал. В итоге всё же переступил порог и прошёл на середину комнаты. Дождавшись, когда следом войдут его спутники, закрыл глаза и принялся что-то бормотать. Одеяние его при этом начало источать яркий свет. Затем, резко замолчав, Самоний с силой хлопнул в ладоши перед собой, и во все стороны стали расходиться волны света. Когда вся эта иллюминация закончилась, перед ним на полу выступили нечёткие очертания некогда изображённой тут пентаграммы.

– О нет, именно этого я боялся… Мы опоздали… Вы понимаете это? Отсчёт уже начался! С каждым днём, с каждой минутой ЭТО, – указал он на пол, – Будет становиться только сильнее! Необходимо поймать и уничтожить Его раньше, чем Тьма поглотит окончательно душу и вырвется наружу!

– Хм… Самоний, а тебе не кажется, что ты слишком сгущаешь краски? Мальчик пусть и отмечен Тьмой, но в нём нет семени безумия, зла или хаоса. Я отчётливо видела это. Тьма сама по себе ещё ничего не значит, – Нонель скептически отнеслась к словам Инквизитора.

– Нет, Провидица! Скорее я даже недоговариваю, чем преувеличиваю! А Тьма, всегда останется Тьмой.

– Позвольте, Мастер, но что же это такое? – решился заговорить Сельд, – Какая-то Руна? Никогда раньше не встречал подобное писание их… Первый раз вижу этот язык.

– Увы, но это Печать, а не руна, и она уже сорвана. То, что было скрыто под ней, вырвалось на свободу. Я не понимаю, Как вы оба не почувствовали Тьму в этом отродье сразу!?

– Почему не почувствовали? Лично Мы знали о его появлении, именно по этой причине Сёстры и направили меня. Чтобы убедиться в верности видений. Как я и сказала, в нём не было предвестников. Значит, вмешиваться нельзя. Вносить волнения в существующий баланс недопустимо, – спокойным тоном ответила Нонель.– Провидицы обо всём знали и молчали?! Сокрыли Тьму?

– О, спокойней, Инквизитор. Если вы забыли, то Провидицы всегда придерживались нейтралитета и на верность Свету не присягали. Гоняться за всем, как вы выражаетесь, «нечистым» не наш удел, – Нонель была сама непоколебимость.

Инквизитор прекрасно понимал, что она права, но именно это злило его ещё больше. Да, Провидицы никогда не вмешивались, оставаясь сторонними наблюдателями. Но ровно до тех пор, пока эти события не начинали затрагивать уже их интересы. Им нельзя было приказать или потребовать что-то. Можно было только попросить и надеяться, что тебя хотя бы выслушают, не говоря о том, что помогут. С таким положением дел надо было заканчивать. Давно уже пора поставить этих зарвавшихся девиц на место!

– Ну а ты, Сельд? Стал провидцем или ослеп под старость? – Инквизитор решил отыграться на старце.

– А что я? Площадка была насыщена силами Света, между прочим. Значит «тёмный» никак не мог находиться в ней! К тому же насколько мне известно, стражник ворот через «призму Света» на него смотрел и ничего, – огрызнулся Сельд.

– Хм… а ведь и правда. Сила света просто бы не пропустила Тьму, а он смог… Да и «призма» опять же молчала. Но как?

– Возможно потому, что во Тьме сокрыт Свет? – подсказала Нонель.

– Свет? Ты не понимаешь, Нонель, – покачал головой Инквизитор, отрицая её слова и выводы, – У меня тоже было… видение. Так вот, Тьма поглотила Свет!

– Видение? Ха, Инквизитор, ты же сам знаешь, что видение – это всего лишь вариация событий. Одна из их граней, не более. Поэтому и был создан наш орден. Чтобы разбирать видения Сёстрами, чтобы найти скрытую истину, увидеть суть.

– Ты не понимаешь… – уже тихо, повторил Самоний, – Вы все не понимаете…

На секунду Самоний прикрыл глаза и вновь увидел картину, что ему привиделась. Реальность происходящего была такой, что захватывало дух и заставляла шевелиться волосы на затылке. Нет, разве можно усомниться в увиденном и трактовать это как-то иначе? Столь яркие видения не содержат намёков, текста между строк, тайного смыла и прочего. Происходящее прямо показывает грядущие события. Хотя было что-то ещё. Что-то важное, но ухватить это Инквизитору не удавалось, как он не старался. Вот по Горе богов, возвышающейся в центре континента, медленно, но уверено, поднимается силуэт в чёрном. Расстояние больше, разглядеть человек это или нет невозможно. Однако внутренне чутьё подсказывает, что идущий точно не человек, хотя до недавнего времени определённо был им.

С каждым шагом из-под ног, вместо пыли, разлетаются в стороны брызгами чёрные, мерзкие сгустки. Падая, они начинают расползаться, покрывая Тьмой всё, к чему прикасаются. Обволакивая и растворяя в себе. Земля, в след за восходящим, превращается в широкую реку Тьмы, истоком которой и служит Он. Идущий к Пику Мира. Поднявшись на вершину, он замирает в ожидании. Он спокоен, он готов. И вот, в него со всех сторон беспорядочно мчатся сгустки огня, вспышки света, воды, разряды молний и прочие проявления магии. Устремляются драконы, Горные орлы и иные хозяева неба. Казалось бы, судьба глупца предрешена… но нет. Он стоит уверенно. Кажется, даже усмехается над этими тщетными попытками его остановить. Картинка приближается, но Его лицо всё так же скрыто. Из-под капюшона стекает чёрный как копоть туман или дым? Тьма! Тьма льётся из него нескончаемым потоком!

«Человек без лица» поднимает руки до уровня пояса ладонями вверх и начинает сгибать пальцы, слово сдавливая невидимый предмет. В этот момент его руки превращаются в лапы зверя. Жуткие, с огромными когтями, ненасытные лапища, не знающие жалости и сострадания. Они могут нести лишь смерть и мучения. С них также начинает струиться Тьма, ещё быстрее покрывая землю. Разрастаясь и стекая с пика во все стороны. Из «реки» Тьмы начинает расти множество жутких чёрных щупалец. Извиваясь, словно мерзкие болотные угри. Дрогнув, они устремляются навстречу магии и существам, уже почти достигших цели.

Приближаясь, щупальца раскрываются пастями демонов, и начинают поглощают всех и вся. Вне зависимости от их размеров и форм. В этот момент Он заходится в таком жутком смехе, что кровь стынет в жилах. Ничего человеческого в том хохоте нет, так смеются Демоны над поверженным противником, проигравшем в схватке. Затем тот, чьего лицо скрыто Тьмой, поднимает руки выше и сводит их над головой мощным хлопком. Раздаётся оглушительный грохот, Гору Богов сотрясает от подножья до Пика, и Тьма устремляется ввысь, застилая собой небосвод и поглощая солнце. Мгновение, и Мир погружается во Тьму. Не остаётся ничего, кроме Тьмы…

Как и в первый раз, когда он только увидел это видение, Самония прошиб холодный пот. Он вновь ощутил первобытный страх. Вновь накрыло волной безысходности и бессилия. «Нет! Я не допущу этого! Теперь я поступлю так, как должен! Такие яркие видения просто так не случаются. Это знамение, не иначе. Это неизбежный конец бытия, конец мира, самой жизни. Так будет, если не вмешаться и не остановить растущее зло. Не вырезать эту опухоль в зародыше. Но что-то я упускаю из вида… Я это чувствую. Чего-то не хватает. Понять бы чего именно. Возможно, это будет иметь значение…» – хоровод мыслей Инквизитора был прерван.

– Самоний? – позвала его Нонель с нотками тревоги в голосе, – Ты с нами? У тебя такой вид, будто призраков прошлого увидел.

– М? Ах да. Увы, если бы прошлого… это демоны. Демоны будущего, которые нас сделаю призраками прошлого. Воспоминаниями, о которых уже никто не расскажет.

– Не забывай, что видения всего лишь одна из вероятностей событий, – на всякий случай напомнила Нонель.

– Но это вероятность всё же есть! – повысил он голос, – И этого вполне достаточно! – объяснять что-то тем, кто не желает его слышать, было бессмысленно.

– Решать только тебе, Инквизитор, – уже холодно ответила провидица, – Только помни, что в спешке мудрые решения не принимаются. Мудрость не терпит суеты и субъективных выводов. Результат поспешных действий и решений уже привёл к «скверне». Это не допустимо. Тем более, со стороны призванных с нею бороться. Пожалуй, с меня достаточно. Я увидела больше чем ожидала. Стала невольным свидетелем худшего из сценариев.

– Вам, Провидицам, лишь бы говорить красиво… Зато когда доходит до дела, вы всегда в стороне и с чистыми руками. Очень удобная позиция. Что значит, это твоё «достаточно»? Ты решила уйти? Ну вот, в точности, как я и сказал.

– Да, я покидаю этот поход, – ещё более решительным тоном ответила она, – Насмотрелась уже… и наслушалась. Да поможет тебе Свет, Инквизитор.

Не дожидаясь ответа, Нонель просто исчезла.

– Да поможет он всем нам… Ну вот – с долей сожаления пробормотал Инквизитор, – Её помощь нам ещё могла пригодиться. Считаешь, я был не прав по отношению к ней?

– Я считаю, нам надо во что бы то ни стало найти это отродье. Чем быстрее, тем лучше, – ответил Сельд, преисполненным ненавистью голосом.

– А вот это, друг мой, самое разумное и мудрое решение на данный момент. Пойдём, не стоит затягивать. Найти Это надо действительно в кратчайшие сроки. Пока Оно не окрепло, пока ещё есть время задавить в зародыше эту гнойную опухоль.

«Наивные глупцы, вам Его уже не остановить. Рождение Жнеца произошло. Своими безмозглыми поступками, вы сделаете только хуже. Не провоцируйте того, кто крутит колесо Фортуны» – прошипел пробирающий до костей голос.

– Ты что-то сказал, Сельд? – Самоний, резко остановился на пороге.

– Нет… вообще рта не открывал, – растеряно ответил тот.

– Видимо, показалось… пойдём отсюда.

Самоний понимал, что ему не привиделся голос в голове, но и прислушиваться к «шептунам» Тёмных, не намерен не был. Скоро он заставит замолчать эту нечисть навек.

Глава 9 – Клан Стальные бороды и их проблемы.

«Существует такого рода бегство, похожее, скорее, на искание встреч»

(В. Гюго)

Я лежал в густой траве, вдыхая полной грудью аромат её свежесть, ощущая всю мягкость природного покрова. Сверху светило яркое полуденное солнце. Оно не вызвало никаких неприятных ощущений. Наоборот, грело своим нежным светом лицо. Где-то в стороне на разные голоса и тональности красиво пели неизвестные птицы. Кто-то заглянул мне в лицо. Ярко-рыжие волосы, прекрасные черты лица, выразительные изумрудные глаза… Нонель… Солнце начало пригревать сильнее. И эти ощущения уже были не такими приятными. Затем Нонель ударила меня ладонью по лицу. Причём грубой, шершавой и тяжёлой ладонью. Какого хрена?! Хрясь во второй раз! Э?!

– Эй, пришёл в себя?

– Да очухался он. Видишь, уже не смотрит на тебя так влюблённо, – раздался басистый смех.

Я проморгался, приходя в себя. Перед лицом непонятно откуда взявшийся факел, а сверху смотрела сморщенная и неприятная рожа с густой рыжей бородой. Гномы. Но что они делают так высокого? Ведь они всегда боялись высоты и открытой воды, кажется.

– Кто вы? Я пришёл с миром и предпочёл бы с ним же уйти, – слова давались тяжело, сказывалась жуткая боль в затылке. Ведь и убить так могли же, изуверы.

– С каким ещё миром? Как ты нас нашёл? Отвечай, человек! – говоривший был неулыбчивым и выглядел крайне раздражённым, а удерживаемая им двухлезвийная секира находилась в полузамахе. Жизнь моя была на волоске.

– Да не искал я никого! Я вообще думал, что кроме птицы Рух и этих Скальных охотников тут никто не живёт! – я не знал, что отвечать, поэтому решил не юлить, а говорить правду, – А вот меня как раз ищут! Пытался укрыться и случайно попал в пещеру.

– Да ну? Прям вот случайно, взял и попал? И кто же тебя ищет, если не секрет и за что?

– Святая Инквизиция, мать её, меня ищет, – обманывать смысла не было, – За что? Да, хрен его знает. Можете сами у них спросить, мне тоже интересно. Возникли разногласия и всё, – я замолчал, ожидая реакции.э

– Он не врёт, Толбан. В небе кружит их ворон, кого-то высматривает, – говоривший находился где-то у выхода из пещеры.

– Может, и не врёт, – прозвучал в ответ задумчивый голос гнома, – Только мне непонятно, почему его не сожрали Охотники или Птица? – такое ощущение, что этот Толбан только и искал повод отделить мою голову от тела, раз меня сожрать никому не удалось.

– И птица, и охотники мертвы. Поэтому, видимо, и не сожрали. Некому жрать меня стало, – язвительно ответил я.

Возможно, смерть в данном случае не такой и плохой вариант. Снова подумал я. Респнусь на своём дереве, а там, глядишь, ещё проще вырваться получится. Пока преследователи всей своей ватагой у подножия шаряться, можно попытаться прошмыгнуть. Теперь-то уж они точно все тут собрались. Спасибо долбанной Системе. Тут я заметил, что гномы замерли и пристально смотрят на меня. Даже гном, что оставался у выхода, подошёл.

– Врёшь! – первым не выдержал тот, кого звали Тобаном, – Как они погибли? Скажи, ещё ты убил.

– Зачем мне говорить то, чего не было? – удивился я, – Охотники загарпунили птицу, она упала. Перед этим сбросила барана в гнездо. Я же к той скотине был привязан верёвкой, свис на ней и чудом не разбился… неважно, в общем, – решил не продолжать, заметив на их лицах полное непонимание описываемых событий, – Когда «охотники» приблизились к птице, чтобы добить, она сама их прибрала с собой на тот свет разрядом электричества. Мне удалось отползти, это меня и спасло. Правда один охотник всё же пал именно от моих рук. Он хоть и был полуживой, но пытался полакомиться мной. Пришлось дать отпор. Вот такая история, кратко и по существу.

– Неужели больше нет птицы и «охотников»? – с сомнением, проговорил один из гномов, – Это значит, что теперь мы можем смело выходить наружу? (Судя по всему, «охотников» всё же было только трое).

– Но это не возможно! – проговорил Толбан, – Так не бывает! Они не могли убить ту Птицу. Они были слишком слабы для неё. Она не жрала их принципиально, – прозвучало, как претензия к покойной пернатой.

– Возможно дело в том, чем были смазаны их гарпуны? – проговорил я и выложил на пол один из них.

– Не может быть, это же яд Безысходности! Откуда он у них? – говоривший гном, тот, что с рыжей бородой, бегло осмотрев наконечник гарпуна, весьма точно определил отравляющее вещество, а затем... затолкал его себе в сумку!

Ещё один скомуниздили. И опять прямо на моих глазах! Но требовать его назад воздержался.

– Ладно, поднимайся, человек, – откровенно нехотя проговорил Толбан, – Пойдём, поговорим. Враг Инквизиции, наш друг. Я Толбан – предводитель клана Стальных бород.

Стоило мне подняться, как от стен пошёл слабый свет, а через несколько поворотов пещеры мы вышли… в город! Настоящий гномий город под землёй! Из-под свода просто огромной пещеры свисал огромный шар, освещающий пространство пещеры приятным мягким светом. Все постройки были выполнены из камня. Да и сам город выглядел будто вытесанный из монолитного куска скальной породы. В центре возвышалась башня, от которой кругами расходились дома и постройки по убывающей высоте и размерам.

Справа со стены стекал водопад, но особого шума от него слышно не было. Слева располагались загоны с баранами-переростками. По небольшим улочкам, то тут, то там, потешно передвигаясь на своих коротких ногах гномы. Хмурые и сосредоточенные, они вообще не обращали на нас никакого внимания. Не заметил, как в итоге остался один на один с Толбаном. Остальные гномы куда-то сквозанули.– Следуй за мной и постарайся не отставать, – проворчал предводитель.

Я сначала улыбнулся. Мол, куда тебе со мной тягаться, с такими не совсем прямыми ногами? А затем вынужденно побежал догонять Толбана. Несмотря на малый рост и довольно короткие ноги, двигался тот крайне быстро и легко. Спустя минут двадцать пробежки, мы уже заходили, точнее, он заходил, а я забегал, в ту самую Башню. На стенах висели магические светильники. Как факелы, только навершие представляло собой сферу, источающую свет. Вопреки ожиданиям, потолки оказались достаточно высокими. Стены коридора были расписаны различными фресками, изображающими какие-то события. Рассмотреть более подробно мне не позволила скорость передвижения. Через несколько минут мы заходили в просторный зал, круглой формы.

Вдоль стен располагались каменные лавки. Точнее, одна, длинная, монолитная. Напротив входа на возвышении стоял полноценный трон, вытесанный из какого-то зелёного камня или стекла. Слева и справа находилось по три каменных кресла попроще. Застеленных, как и трон, шкурами животных. Вероятнее тех баранов, которых я видел вначале. На одном из кресел сидел «рыжебородый». И когда успел? В центре расположился массивный стол, вытесанный из ярко-белого камня неизвестной породы. Под потолком висело «светило», аналогичное городскому «солнцу», только меньших размеров.

Убранство было спартанским, но выглядело впечатляюще. Толбан уселся на трон, подпёр рукой подбородок и несколько минут молча изучал меня своим тяжёлым взглядом. Сесть мне предложено не было. Пришлось тупо встать перед ним, и также начать сверлить его глазами. Подумаешь, я тоже зыркать надменно умею. Только сейчас обратил внимание, что предводитель гномов был закован в плотные стальные доспехи, больше походившие на полноценную броню. И как в этом он умудрялся так легко и быстро двигаться? Причём не брякая и не звеня железом? Гномьи технологии? Магия? На нагруднике был выгравирован молот с короткой рукоятью. Изображение было настолько красочным и детальным, что я невольно завис, рассматривая его.

– Это «Молот Предков», реликвия нашего народа… того, что от него осталось, – как-то слишком печально проговорил Толбан, – Именно из-под ударов этого молота рождались доспехи и оружие, равных которым не найти. Это гордость и проклятие Тёмных гномов. Вот он, посмотри, – кивнул тот в сторону.

Слева от трона, за креслами, на причудливом постаменте из красного камня, стоял рукоятью вверх молот, изображённый на доспехах. Вживую он выглядел ещё эффектней и красивее. Им хотелось владеть и никому не показывать. Радуясь, что больше ни у кого нет подобного шедевра. Рассматривая молот, в голове звучало только одной – безупречный. И он действительно таковым являлся. Руки так и тянулись к нему. Потрогать, обхватить рукоять и ощутить тяжесть этого произведения искусства, не иначе. Само «молотило» было отлито из очень необычного металла, походившего на золото, только с оттенком чёрного и перламутровым переливом. Рукоять словно подсвечивалась изнутри мягким голубым светом, и была исчерчена причудливыми узорами. Молот казался живым.

– Нравится? – спросил с усмешкой Толбан.

– Да. Он безупречен, – честно ответил я, не в силах оторваться от такой красоты.

– Если хочешь, может примериться. Ощутить его величие и мощь, – проговорил Толбан вкрадчиво, словно подталкивая к запретному плоду.– Но человек у тебя в гостях! – в голосе «рыжебородого» прозвучало осуждающее возмущение.– Я его не приглашал. Он сам пришёл. И вообще, не вмешивайся, Сторин, – ответ прозвучал слишком раздражённо и резко.

Что-то тут явно не так, но потрогать молот тянуло со страшной силой, сопротивляться которой не было ни возможности, ни желания.

– Серьёзно? Я могу его подержать?

– Конечно! Видно же, что хочется, – и снова эта подталкивающая интонация.

Переспрашивать не стал. Я пошёл к молоту прекрасно понимая, что как только моя рука его коснётся, со мной произойдёт что-то явно нехорошее. Однако какой-либо опасности от него не исходило. Скорее наоборот, к нему прям тянуло. Именно это обстоятельство стало решающим на чаше весов «За-Против». Подойдя вплотную к этому шедевру гномьей работы, я всем телом ощутил исходящую от него силу. Он и правда был «живой». Буквально на мгновение даже почудилось, что тот сам тянется ко мне. Не видя за спиной замерших и переставших дышать Толбана и Сторина, я протянул руку и обхватил рукоять.

– Ну наконец-то… – донёсся до меня выдох Толбана.

– Во славу Предков и Каменного огня, – проговорил Сторин.

«Молот Предков. Проклятый предмет Эпического ранга. Требования: Кузнец уровня Магистр. Раса: исключительно Тёмный гном клана Стальные броды. Особые: кровь предков клана Стальные бороды. Для работы требуются души живых существ, которые молот сам поглощает. Исключение: гномы клана Стальные бороды». – Чего?