Текст книги ""Фантастика 2025-190". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Наиль Выборнов

Ох уж эти военные и их странные клички…

Стоило им шагнуть через порог, как у девушки в голове взвыл истошной сиреной мозг, а в глазах потемнело. Она пошатнулась и стала заваливаться на Малкольма, который едва успел вовремя ее подхватить. Словно сквозь туман, до Камми донеслись мужские голоса:

– Ты что здесь за глушилки понаставил? У нее штекер в голове!

– Ничего с ней не будет. И ты уверен, что это она? Непохожа… Теперь понятно, почему я графу «пол» переделывал.

19.

Зрение Камерон прояснялось с трудом и постепенно. Первым в фокус попал серый выщербленный потолок. Моргнув, она перевела взгляд на стену, по которой причудливой вязью вились разноцветные шнуры, исчезая за длинным столом с многочисленными коммами и экранами. Характерная мозаика из четырёх квадратов отображала ближайшие окрестности: тот переулок, по которому они пришли, и еще три тускло освещённых участка, незнакомых девушке.

– Очнулась, спящая красавица, – насмешливо протянул незнакомец, заставив Камерон резко вскинуться. От неожиданного движения голова закружилась, и она тихо застонала.

– Все в порядке, свои, – поспешно подсел к ней Мэл, устаивая ее затылок на своём бедре. Сглотнув, девушка поборола приступ тошноты и осмотрелась.

Хозяин дома обнаружился в углу. Со своими габаритами он довольно забавно смотрелся на низкой табуретке, но смеяться над ним не пришло бы в голову в здравом уме никому.

– Интересная у тебя игрушка. Не была бы ты с кэпом, я бы в ней с удовольствием покопался, – хищно усмехнулся Пигмей, и от его ухмылки Камми стало не по себе. Что-то ей подсказывало, что железки он любит даже больше, чем она, причём любовь эта далека от здоровой. И расчленить человека, чтобы изучить устройство штекера, для мужчины раз плюнуть.

Девушка повела плечами, стряхивая морозную дрожь, и выпрямилась, усилием воли удержав внутри ужин. Ее все еще штормило, но показывать перед подобным человеком слабость не хотелось.

– Твои документы, – карта острым сюрикеном полетела Камерон в лицо. Капитан поймал кусочек пластика в последний момент, перед самым ее носом. Невозмутимо повертел в пальцах, ощупал края, чуть ли не на зуб попробовал.

– Неплохо. Надеюсь, проверку пройдёт?

– Обижаешь, – искренне насупился Пигмей, а Камми инстинктивно придвинулась ближе к Мэлу. Капитан – настоящий герой, если не боится сердить этого мужчину. – Все в базе данных Федерации, как полагается. Если копнут поглубже, то ни садика, ни школы у нее нет, но это личное дело каждого. А о высшем образовании мы не договаривались.

– Ты прав. Спасибо. – Малкольм поднялся, помогая Камми. Та с облегчением повисла на его руке – ее саму пошатывало.

Вик обнаружилась у дверей. С самым невозмутимым видом она подпирала косяк, поигрывая коротким кинжалом – не у одной Камерон Пигмей не вызывал особого доверия.

В обратную сторону девушка переступала порог негостеприимного дома с некоторой опаской. Но то ли глушилку отключили, то ли срабатывала она только на вход, но в этот раз обошлось без обморока.

Миазмы переулка Камерон вдыхала как самые чудесные духи.

– Надеюсь, больше нам к нему обращаться за помощью не понадобится, – выразила общее мнение Вик и первой припустила обратно к шаттлу. Механик согласно закивала, ковыляя вслед за ней. Чтобы не шататься совсем уж неприлично, она все еще висела на локте капитана, а он, кажется, совершенно не возражал.

С парковки они взмыли вертикально вверх и взяли курс на одну из серебрившихся огнями в темноте башен. Вонючий туман прикрывал только отдельные районы – какие-то гуще, какие-то слабее. Чем выше взбирались здания, тем чище становился окружающий воздух. Да и у земли, стоило выехать за пределы города, вполне можно было дышать полной грудью.

Следующий раз они выбрались из шаттла на крыше небоскреба. Обтекаемые формы и маслянисто блестящие бока других транспортных средств, запаркованных там же ровными рядами, намекали на их немалую стоимость. Рядом с алмазами лётной промышленности их арендованный жучок смотрелся настоящим булыжником. Но швейцар в темно-синей ливрее открыл им двери с такой почтительностью, будто они прибыли на «ройсе».

– Ваш люкс вас ожидает, мистер Осборн, – с лёгким полупоклоном приветствовал он капитана.

– Это и есть номер, в котором мы «может быть, уместимся»? – Камерон ошарашено оглядывала бархатистые диваны насыщенного вишневого оттенка, тяжёлые, поблескивающие в полумраке шторы, золотистые подсвечники и рельефные потолки. В одной гостиной, пожалуй, уместилась бы их с дедом мастерская… Раза два, и еще место бы осталось. А имелись еще две спальни со своими ванными комнатами, гардеробная, полная зеркал и пустых вешалок, при виде которой Вик тут же принялась неуемно верещать, – она тоже ни разу не ночевала в столице.

– Неплохо ты, капитан, устроился, скажу я тебе, – фыркнула пилот, оглядывая джакузи, и, недолго думая, по-хозяйски открутила краны на полную. Тугие струи ударили в мраморное покрытие, заклубился пар. – Надо почаще брать от Реджи заказы. Мне даже плевать, что там внутри пакетов.

– А мне не плевать, потому часто и не беру, – буркнул Малкольм на грани слышимости. И уже громче добавил: – Вы, когда пойдёте за тряпками, подберите что-нибудь для Камерон. Возьму ее с собой, Редж по обыкновению выпендривается и требует прийти с «плюс один».

– Я, я! Можно я пойду? – как школьница запрыгала по ванной Вик, вытягивая руку вверх, но один суровый взгляд Мэла – и она тут же остыла, небрежно пробормотав. – Ну, не очень-то и хотелось.

Впрочем, пилот ничуть не обиделась: она давно заметила потаенные – ну, это он так думал – взгляды, которые строгий капитан бросал на Камерон, и мысленно выдала этой паре своё родительское благословение. В конце концов, иногда поиграть в фею-крестную ничуть не хуже, чем в Золушку.

Утро для Камерон началось безбожно рано.

Учитывая, что спать они легли часа четыре назад, удивительна была не ее сонливость, а бодрость скачущей и подгоняющей ее Вик.

Стоило Камми, впрочем, умыться и выйти в общую гостиную, как она все поняла. На низком столике расположился обильный завтрак персон на пять, не меньше, и огромный полупрозрачный термос с кофе был откупорен и уже уполовинен.

– Мне тоже налей, пожалуйста, – девушка плюхнулась на диван, больше не беспокоясь о деликатной обивке. Недосып притуплял все чувства, кроме разве что голода. От вида поджаристого бекона и золотистого омлета – неужели натуральные? – живот утробно заурчал.

Кофе походил на тот, что варил в старой джезве дед. Камерон сморгнула неожиданно навернувшиеся слезы. Как он там, без нее? Связаться со станцией, не выдавая себя, не было никакой возможности. Капитан посылал пару раз запрос на починку, и по документам мастерская Стил была все еще открыта и принимала заказы, но кто его знает, как там обстоят дела на самом деле?

Омлет и впрямь оказался настоящим, из яиц, а не порошка. Ледяное молоко в запотевшем графинчике пахло молоком, а не тальком. Подобной роскоши Камми не видела и не пробовала за всю свою жизнь.

Ну, кроме кофе – тут ей было с чем сравнить, и все равно отель оказался на высоте.

Откинувшись на спинку дивана, она мечтательно покосилась на огромный экран холо-визора. Вот бы сейчас пару часиков полежать, ничего не делая… Но, наткнувшись на суровый взгляд Вик, девушка поняла, что сие ей не светит.

Капитану повезло больше. Он отговорился делами и малодушно остался в номере, откупившись от пилота шаттлом, который передал в их безграничное пользование, наказав к семи вечера вернуться в приличном виде.

Судя по поджатым губам и насупленным бровям, Вик восприняла приказ весьма серьезно.

– Это же не просто непорядок, это вопиюще! – ругалась она. – Ты с нами уже скоро полгода, а все еще ходишь в обносках капитана. Тебе просто необходимо обеспечить приличный гардероб.

Камми постеснялась объяснить пилоту, что именно в вещах с плеча капитана она себя чувствует особенно в безопасности. Хоть после стирки на них и не осталось запаха, все равно знание, что майки принадлежали этому большому, сильному и заботливому мужчине, успокаивало Камерон.

Так что на всем протяжении воспитательной тирады она старательно втягивала голову в плечи и делала виноватый вид. Получалось не очень, потому что все время отвлекалась на виды за окном.

Безграничное небо давило, особенно когда они вышли из шаттла на оживленную улицу. Широкий проспект, огороженный высокими металлическими парапетами и воздушной страховкой снизу, соединял несколько десятков высоток, образуя монументальный торговый центр. На рекламных щитах вспыхивали и гасли броские красотки, полуобнаженные мачо и плавные хищные новинки в мире транспорта. И надо всем этим – не сдерживаемые ничем облака и синева, готовая обрушиться им на голову.

Конечно, ничего подобного не произошло бы, но без крыши Камерон чувствовала себя весьма неуютно. Поэтому выдохнула с облегчением, только когда Вик затащила ее в какой-то магазин. Правда, оглядевшись вокруг, она поняла, что поторопилась расслабиться.

Пилот решила начать с базы, то есть нижнего белья.

– Наверняка у тебя под этим какое-нибудь убожество. И ни одного кружавчика! – осуждающе ткнула она пальцем в майку Камерон и пошла вдоль вешалок, отбирая по только ей понятному принципу комплекты.

Под «этим» у девушки был намотан эластичный бинт, но сознаваться она в этом грехе не собиралась.

– Это не слишком откровенно? Кружево тонкое, все видно будет, – робко возразила она, глядя, как Вик навешивает на растопыренные пальцы совершенно прозрачные вещички, чудом не разваливающиеся на составляющие.

– Это мне, – довольно усмехнулась пилот, а Камерон покраснела, невольно представив фигуристую шатенку в подобном непотребстве. Ей о таком вызывающем белье и мечтать не стоит: на ее плоском как доска теле игривые штучки будут смотреться смешно и нелепо. – Тебе вот это!

Пилот потрясла второй рукой, на которой гирляндой висели немногим более закрытые, но менее прозрачные модели.

Поначалу Камми страшно смущалась, хоть вокруг них и сновали только женщины, но видеть вот так, на вешалках и манекенах, столь откровенные, даже вызывающие модели она не привыкла. Но Вик была убедительна и напориста, и вскоре девушка уже принимала участие в беседе с консультантами, щупала тонкое кружево и спорила с пилотом насчёт цвета.

Умудрённая годами брака, пилот настаивала на красном. Камми склонялась к более сдержанным синему и бежевому.

– Ты же блондинка. Бежевый тебя обнулит, – настаивала Вик, подталкивая девушку с ворохом белья к примерочной. – Синий, так и быть, оставь, сыграем на контрасте. Кожа у тебя светлая – бить будет наповал.

– Кого бить? – пролепетала Камми, осознав, что в примерочной придётся раздеться практически совсем.

– Кого надо, – неясно, но твердо пояснила Вик и решительно задернула дорогую бархатную занавеску, отрезая девушке все пути к отступлению.

Пытка шоппингом длилась, как показалось Камерон, вечно. На самом деле прошло немногим более шести часов. Они даже пообедать успели в одном из многочисленных кафе, пришвартованных к мостам. Воздушные подушки держали основной вес передвижных забегаловок, легкие складные столики разбирались и собирались за считанные минуты, поэтому в обеденное время на широких вроде бы переходах было не протолкнуться. Аппетитные запахи смешивались, завлекая посетителей куда вернее яркой рекламы.

– Все же настоящая еда лучше всего, – Камерон наелась так, что трещали свежекупленные штаны. Уже второй раз за день.

На белье Вик, понятное дело, не остановилась. Дальше был магазин обуви, повседневной одежды, спортивной и рабочей. По мнению пилота, собирать железки и мазаться техническим маслом в повседневных джинсах – себя не уважать.

Вконец уставшая бороться Камми только вяло поддакивала и покорно мерила. Хорошо хоть оплачивалось все это безобразие из ее личных денег: если бы им пришлось для этого залезть в общий фонд – девушка сгорела бы со стыда. А так ей и правда не мешало прилично одеться, чтобы не позорить остальных членов команды.

К чести Вик, слишком открытое и яркое она выбрала только белье. Повседневная одежда не сильно отличалась от того, в чем сейчас ходила Камми, только сидела куда лучше, потому что была изначально куплена нужного размера, а не подогнана с помощью старого ремня.

Одежда – полбеды, потому что привыкнуть выражаться о себе в женском роде оказалось куда сложнее. Камми постоянно срывалась на мужские окончания, а теперь, когда у нее неожиданно в распахнутом вороте новой рубашки обнаружилась ложбинка, а под свободными приталенными штанами – бедра, звучало это странновато. Девушка не раз ловила на себе любопытные взгляды: операции по смене пола все еще оставались редкостью, а ее явно подозревали в чем-то подобном.

Если честно, она и сама себя чувствовала не слишком комфортно. Несмотря на все тренировки с Мерилин, двигалась она по-прежнему угловато и порывисто, скорее как подросток или неловкий мужчина-очкарик, а уж никак не очаровательная юная леди.

Понаблюдав за ее мучениями, Вик отволокла ее в салон.

– Все за мой счет, не возникай, – отрезала она сразу и повернулась к администратору. – Этой милой девушке полный комплекс услуг, включая стилиста. У нее в семь вечера поход в клуб.

– Какой еще клуб? – шепотом ужаснулась Камерон, но ее уже подхватили с двух сторон спорые девицы в белой униформе и поволокли в глубь помещения, куда-то за раздвижные ширмы. Вик еще имела наглость помахать ей кокетливо пальчиками.

– Не благодари! – крикнула ей вслед.

Камми подозревала, что подразумевалось нечто совершенно другое. Например, не прибей меня, когда мы снова увидимся.

Массаж тела и лица ей, впрочем, очень даже понравились. Маникюр и педикюр тоже прошли без эксцессов. Но, когда ее попытались обмазать чем-то чёрным и дурно пахнущим, девушка возмутилась. И никакие уговоры, что это исключительной целебности ископаемые со дна местного полувысохшего океана, не помогли. Грязь, в представлении Камми, и есть грязь, и ее должно смывать, а не намазывать.

Так что эту процедуру вынужденно пропустили.

Но зато парикмахер оторвался на ней вовсю. Кресло как-то хитро фиксировало клиентку, чтобы та не дергалась и не мешала творить, а в воздух намешали успокоительного, не иначе. Потому что объяснить чем-то другим то, что она банально уснула после первой же минуты расчесывания и мягких поглаживающих движений, втиравших какое-то полезное средство в кожу головы, Камерон никак не могла.

– Мисс Стил, все готово.

«Надо же, они откуда-то и фамилию узнали», – лениво подумала Камми, приходя в себя. Хотя, чего тут гадать? Вик постаралась.

Зеркало перед креслом куда-то делось, поэтому пришлось идти за мастером в общий зал. Вик, ожидавшая ее в удобном кресле с чашкой натурального кофе и журналом в руках, подавилась и заплевала дорогую бумагу, откашливаясь.

– Что, так плохо? – неуверенно уточнила Камерон, нервно оглаживая непривычно скользкие бока. Платье, в которое ее втиснули после всех процедур, сидело плотно, но не стесняло движений, однако все равно было неуютно: вся ее одежда всегда была свободной, кроме утягивающего бинта. Туфли тоже доставили немало странных минут. Хорошо хоть каблуки девочки-стилисты после минутного переглядывания решительно отвергли. Узкие лодочки не жали, но открывали ногу по самые пальцы, к чему Камми, опять же, не могла приноровиться и все время неловко переминалась, разминая колодку.

– А ты сама посмотри, – кивнула Вик на зеркальную стену напротив. И за спиной подруги показала работницам сразу два больших пальца.

Камми обернулась и остолбенела, почувствовав себя принцессой-замарашкой из холо-оперы.

Мягко струящиеся складки серо-стального платья облегали ее стройную фигуру, в то же время маскируя скромные объемы вытачками и фалдами в стратегических местах. Волшебным образом удлинившиеся волосы касались плеч, щекоча кожу при каждом движении головы. Лицо внезапно приобрело чувственность и женственность – теперь никто бы не принял ее за парня. Розовые губы призывно блестели, широко распахнутые глаза с длиннющими ресницами сияли.

– Это я? – прошептала Камерон, подходя вплотную к зеркалу и касаясь его кончиками пальцев, чтобы убедиться, что ее отражение повторит жест.

– Лучшая похвала от клиента, – довольно промурлыкала администратор, подмигивая сотрудницам. Похоже, их ждали неплохие чаевые.

20.

Их появление в номере произвело ожидаемый фурор.

Малкольм нервно выхаживал по гостиной – на часах было уже без пяти минут семь, и чудес от дам он не ждал.

– Привет, а Камерон где? – поприветствовал он Вик. Та молча сдвинулась в сторону, открывая капитану вид на девушку.

Некоторое время все трое молчали.

– Я могу переодеться, – робко предложила Камерон. – Я говорила, что выгляжу странно, но меня не слушали.

Она красноречиво покосилась на Вик, которая в ответ только закатила глаза: наслушалась стенаний еще в шаттле и устала убеждать Камми в том, что она просто наконец-то выглядит как девушка. И довольно привлекательная притом. А уж сколько раз ей пришлось запрещать Камерон трогать волосы и лицо, и словами не передать.

Наращивание вполне можно было мыть, расчесывать и обращаться с ним как с обычной прической… но только через три-четыре часа после нанесения. А до того дергать за пряди было чревато внезапным частичным облысением. Не говоря уже о макияже, который чудом уцелел при первой попытке почесать глаз. Дальше Вик уже была начеку и метко била по шаловливым рукам.

Камерон на нее под конец поездки даже слегка обиделась. Мол, парнем ей жилось куда привольнее.

– Такая наша женская доля, – хмыкнула Вик. – Не переживай, это парадный вариант. Завтра снова станешь безликой и бесполой.

И вот теперь, глядя на застывшее лицо капитана, Камерон судорожно прикидывала, не смыть ли с себя всю боевую раскраску, выдрать лишнее, нарощенное и быстренько стать мальчиком? Кажется, раньше Мэл смотрел на нее куда благосклоннее.

– Ни в коем случае! – выпалил капитан и закашлялся: кажется, он некоторое время не дышал.

– Отличная работа, Вик. Мы пошли, – с этими словами он подцепил девушку под локоть и потащил в сторону лифта.

Пилот проводила их задумчивым взглядом.

– Ты прекрасно выглядишь, Камерон. Ты божественна. Я от тебя без ума. Ну хоть бы что-нибудь. Так нет же!.. Мужлан! – пробормотала Вик себе под нос, закидывая ноги в сапогах на кофейный столик и шаря под диванными подушками в поисках пульта от холо-экрана. – Дерьмовая у фей работа. Ни тебе спасибо, ни признания, ни восторгов.

Камми пришла в себя только высоко в небе. Шаттл негромко гудел, на автопилоте выполняя перестроения из линии в линию – как по вертикали, так и по горизонтали – и вовремя сворачивая в просветы между зданиями. Отсветы окон и рекламных огней озаряли разноцветными бликами профиль капитана, прочитать по которому особо ничего нельзя было. Так она прилично выглядит или нет? Наверное, они опаздывают, поэтому он так спешил.

Малкольм снова покосился на виднеющуюся в разрезе округлую девичью коленку, сглотнул и отвёл глаза, уставившись на приборную доску. От него не требовалось участвовать в управлении, шаттл летел сам, но видимость деятельности помогала отвлекаться от очаровательного создания рядом.

Он и раньше интересовался Камми. Она привлекала его жизнелюбием, отвагой и умом. Не каждая решилась бы лезть через все уровни станции ради того, чтобы улететь с ними. Да что там, когда он пытался представить, каково это – всю жизнь притворяться кем-то другим, у него мурашки по спине бегали. Но сегодня он посмотрел на нее другим взглядом. Не только как на личность, которая его восхищала, но и как на женщину. Как оказалось, эта женщина способна ошеломить его не хуже взрыва многотонного пластида.

– А куда мы летим? – нарушил тишину робкий голосок Камми. Она с восхищением смотрела в окно, неловко изогнув шею. Больше всего ее почему-то интересовало небо, хотя переплетение лиан-коридоров между небоскрёбами и разнообразные архитектурные причуды местных строителей, на его взгляд, заслуживали куда большего внимания.

– Реджинальд Вейн часто заказывает услуги транспортировки. Договариваться обо всем он предпочитает, не выходя из своего клуба. Это логично, в какой-то степени: врагов у него много, а в здании и вокруг него охраны целые отряды, – объяснил ситуацию капитан. Мэл сам чувствовал, что тараторит, но поделать с собой ничего не мог. По крайней мере, молотя языком, он отвлекался от женских прелестей на расстоянии вытянутой руки. И ему не так сильно хотелось эту самую руку вытянуть. И пощупать.

Где, спрашивается, она прятала все это богатство? Или он уже ослеп на старости лет?..

Это было еще одной причиной, почему Малкольм старался держаться от Камерон подальше. Девушка только недавно справила совершеннолетие – зачем ей тертый жизнью, битый молью старик на пенсии? Ему, конечно, тридцать шесть, а не семьдесят, но в плане опыта – может, и за сто.

Кто бы мог подумать, что выжженная пустыня его души оживет при виде угловатого подростка-механика?

– В кабинет тебя вряд ли пустят, поэтому подождёшь меня в клубе. С чужими не пей, неизвестную еду не пробуй. Лучше ничего не пробуй. Иногда Редж подмешивает… разное. Для настроения, – Малкольм мысленно поморщился. Наставления подобного рода обычно дают отцы, а не спутники, но он ничего не мог с собой поделать: Камерон хотелось уберечь ото всех бед и укрыть от угроз… Желательно в собственной спальне.

Обернуться вокруг нее телом, как мифический дракон, и не выпускать никуда. Минимум неделю. А может, и всю жизнь.

– Хорошо, – покладисто кивнула Камми и вернулась к созерцанию заката.

Шаттл поднялся выше, готовясь к посадке.

Швейцары у Реджа отличались от тех, что встречали их в отеле. На парковке в клубе их ожидали гипертрофированно прокачанные, наверняка усиленные искусственно, устрашающего вида громилы. Броская золотистая униформа плотно облегала тела, подчеркивая мускулы и размах плеч.

Камерон выскользнула из шаттла и плотно вцепилась в рукав кителя капитана.

Под чёрной плотной тканью можно было бы спрятать целый арсенал, но не сегодня. Увы, качеству сканеров на подходе к логову мистера Вейна, в былые времена известному как Ящер, могла позавидовать даже таможенная служба. Поэтому Малкольму пришлось оставить запасы оружия, явного и неявного, в отеле.

Шаттл остановился не на самом верхнем этаже. Вопреки обыкновению, парковка в клубе располагалась где-то на середине высоты здания, в отдельном крыле. Редж перестраховался после того, как его конкурента подорвали, пронеся в цокольный этаж бомбу. Смертнику даже не понадобилось проходить контроль – он сдетонировался прямо у рамки сканера. И обрушил на себя все триста этажей.

С тех пор досмотр посетителей проводился вне основной несущей конструкции. Чаще всего на крыше или, как в «Рексе», на отдельной платформе.

На Камерон сканер ожидаемо загудел. Охранники вскинулись, их руки сами потянулись к оружию.

С тихим вздохом девушка развернулась к ним спиной, поднимая волосы с затылка. Ладони было непривычно и щекотно, но главного она добилась: целиться в них перестали.

– Мэл, ты с дамой? – пророкотал низкий вибрирующий голос, и на площадку вышел лично хозяин клуба. – Неожиданно. Очарован!

Скуластый жгучий брюнет с породистым носом, под которым ухоженными лозами топорщились усики-завитки, склонился к руке Камерон. Та оторопела до такой степени, что безропотно позволила себя облобызать.

– Босс, а проверка? – заикнулся один из охранников, за что на него шикнули сразу трое. Новенький, наверное. Не в курсе, что те, кого хозяин встречает лично, проходят без досмотра. Таких, впрочем, очень немного.

– Прошу, – усатый Реджинальд в галантном порыве попытался было обернуть руку Камми вокруг своего локтя, но не преуспел. Хорошо воспитанная барышня, наверное, растерянно похлопала бы глазками и пошла с ним. Камерон не была ни барышней, ни воспитанной. Она рывком выдернула руку из назойливого захвата и отступила на шаг назад, в личное пространство Малкольма. Там ей было комфортнее всего.

Вопреки ожиданиям, Редж не разозлился, а снова хохотнул:

– С норовом штучка. Ну, тебя всегда тянуло на сложности, Мэл. Не надоело?

Капитан покачал головой и взял Камерон за руку. Она не сопротивлялась, наоборот, встала чуть позади него, как примерная девица на первом балу прячется за дуэнью. Мама очень любила исторические холо-оперы.

Мордовороты в отсутствие оружия и Курта ее пугали, впрочем, не меньший ужас навевал и хозяин заведения. И зачем ее Малкольм притащил в этот вертеп? Только провоцировать и напрашиваться на драку.

Как ни странно, драки не получилось. Охранники, видя, что прибывшие и впрямь знакомы с боссом, расслабились и безропотно пропустили их в гостеприимно распахнутые двери небольшого холла, отделанного чёрным дорогущим мрамором. Лифт с прозрачными стенами понёс их наверх, сначала демонстрируя холл высотой в несколько этажей с бесконечной висячей люстрой, – зал ожидания и приемов для гостей попроще – а затем, после паузы в пару бетонных перекрытий, им открылся вид на город.

Камерон не заметила, как лифт остановился, и отвлеклась только на минуту, необходимую, чтобы перейти из стеклянной коробки к перилам, ограждавшим клубную асотею.

Хмыкнув и одобрительно подмигнув, ушёл по своим, хозяйским, делам Редж. Отлучился капитан. Недалеко, всего лишь к бару, потому что стоять с пустыми руками в «Рексе» не принято. А она так и стояла, впитывая всем своим существом непривычный простор и опьяняющую атмосферу открытой ветрам поверхности.

– Нравится? – тихий голос Малкольма шелком пробежался по ее оголенным нервам, вызвав тугую дрожь где-то под ребрами. Вопреки собственному указанию, он раздобыл два бокала густого местного вина, лично уточнив у Реджа его безопасность. Не скучать же Камми с пустыми руками, пока его не будет. Меньше шансов, что кто-нибудь ей захочет что-то предложить. Мысль оставить девушку, пусть даже на десять минут, одну в клубе неприятно царапала его интуицию, но капитан понимал, что сам затеял эту авантюру.

Очень уж ему хотелось произвести впечатление и показать Атену с лучшей стороны.

Ему нравилась эта свободная планета-мегаполис, в частности – своей удаленностью от всех интриг и разборок центральных галактик. Здесь делали бизнес, совершали сделки, продвигали аграрное хозяйство, но не на экспорт, а исключительно для самообеспечения, так что Атене не приходилось тянуть кровь и жизнь из подчиненных регионов.

В общем, один из самых стабильных и приятных для обитания уголков всех известных галактик.

– Не то слово, – выдохнула Камерон, упоенно вдыхая густой, полный неизвестных ароматов воздух. Острые шпили башен с изысканной хаотичностью протыкали облака, разномастные крыши зданий пониже замысловатой мозаикой влекли взгляд дальше, туда, где густой смог первых, нижних, уровней смыкался с горизонтом. От простора и необъятности неба девушку пробирал восторженный озноб на грани с ужасом. Ей, привыкшей к замкнутым пространствам, самым обширным из которых до сих пор виделся ей тот зал в планетоиде, где проходил аукцион, не по себе становилось от бездны, раскинувшейся над ее головой.

Когда она подключалась к кораблю и сталкивалась вплотную с космосом, и то впечатление смазывалось, потому что воспринимала она его через приборы.

Все же права Мерилин, тысячу раз права: увидеть в сети и почувствовать самой – это две огромные разницы.

– Я так и думал, – раздался мягкий смешок капитана, и на плечи лёг тёплый, пахнущий мужчиной и сандалом китель. – Поэтому взял тебя с собой. На приглашении было написано «плюс один», но Редж никогда не требовал неукоснительного присутствия со мной дамы. Как видишь, он порядком удивился, увидев, что я не один.

– Спасибо, – шепнула Камми, а сердце подскочило и забилось быстрее при мысли, что раньше капитан никого сюда не приводил. Только ее.

Наконец, через несколько долгих минут, когда солнце опустилось почти к самому горизонту, зажигая город полыхающими пожарами алого и оранжевого, Камерон смогла отвернуться от урбанистического пейзажа и взглянуть на клуб. Точнее, его террасу.

Сам клуб занимал практически весь небоскрёб. Его можно было назвать бизнес-центром, вмещающим еще и развлекательную функцию. На нижних этажах велся приём посетителей и рекрутские работы по подбору персонала, выше начинались конференц-залы, небольшие кабинеты для переговоров, многоуровневые лекционные аудитории, и несколько десятков гостевых номеров – для более углублённого общения.

Собственно, бар-дискотека, куда их пригласили сегодня, занимал последние три этажа и крышу. На ней они сейчас и стояли.

Хоть Камерон и казалось, что она на свежем воздухе, на самом деле открытый простор прикрывал энергетический, невидимый взгляду купол. Покушения с летательных средств никто не отменял, а хозяин заведения предпочитал предвидеть проблемы, а не расхлебывать.

– Извини, мне нужно на пару минут отойти. Решить вопрос с заказом. Редж зовёт в кабинет. Я скоро.

Видя, что капитана слегка заклинило и извиняться он собирается еще долго, Камми легко коснулась его рукава, останавливая словесный поток.

– Все в порядке, я тут постою, никуда уходить не буду. Здесь так красиво… – она снова провернулась к изумительному закату, красившему город во все оттенки бордового и оранжевого.

– Да, очень, – согласился с ней капитан, глядя почему-то не на закат, а на нее. – Я пошёл.

– Иди уже, – хихикнула девушка, и Малкольм наконец направился в сторону лифта, а Камми вернулась к медитативному созерцанию пламенеющих шпилей и крыш.

Когда окончательно стемнело и башни превратились в полоски огней, более привычных ее взгляду, она развернулась лицом к террасе, изредка лениво касаясь губами бокала. Ей вполне хватало терпкого винного привкуса на языке – по-настоящему пить не хотелось. Обстановка неподходящая для расслабления.

То ли оттого, что ей самой было непривычно в новом образе, то ли юная одинокая девушка и в самом деле притягивала взгляды, Камерон все время казалось, что на нее смотрят. Причём пристально, так что дырку в платье скоро пробуравят.

– Такой красавице не пристало коротать вечер в одиночестве, – приятный голос, но совершено не тот, который она ожидала услышать. Камерон повернула голову и встретилась взглядом с молодым, немногим старше нее самой холёным блондином с длинными прямыми волосами. Темные брови и ресницы ярко контрастировали с кожей, выдавая то ли поколения элитной селекции, то ли не менее элитную пластику.

Камми его вспомнила. Около года назад – такое чувство, что целую жизнь, – ее позвали на верхний, второй, уровень починить богатею яхту.

Поломка была ерундовая, даже и не поломка, а так, пара деталей износилась. Но богатей требовал лучшего механика «этой задрипанной задницы мира», а по негласному рейтингу именно мастерская Стил считалась на станции лучшей. Несмотря на то, что располагались они ниже всех остальных.