Текст книги ""Фантастика 2025-190". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Наиль Выборнов

Артём Потапов
Кодекс Костей

Глава 1

Ты говоришь – я демон?

Так и есть!

Со мною не видать тебе удачи.

(С) КиШ

– Сдохни! Тёмное отродье! – в меня полетел шар света. Почти как огненный, только из света. Ну а я что, я увернулся. Нырнул под массивный стол в который с шумом прилетело убийственное заклинание.

– Ричард, нет! – раздался истошный женский крик, который, впрочем, не остановил ещё один светошар, окончательно разваливший моё укрытие.

Стол жалко. Старинный, дубовый, с магической пропиткой. Сейчас таких не делают. Хороший стол. Отличный, прямо таки. Был.

Выдержать две атаки патриарха рода, это вам не пузырьки в Темзу пускать. Это уровень крепостного щита. Утрирую конечно, не стал бы Ричард Ротшильд бить в полную силу. Самого задеть могло бы, но итак заклинание вышло очень мощным. От меня горстка пепла осталась бы. А может и её не было.

– Папа, может вы перестанете меня убивать и расскажете что случилось? – деланно-возмущённо спросил я.

На самом деле итак знал что к чему, не каждый же день в роду магов света появляется некромант. Но чтобы вот так убивать родного сына… Чего только не случается на свете.

– Ричард, немедленно объяснись.

Тон матушки стал чуть более спокойным, но в нём явственно чувствовалась не скрываемая тревога. Сколько себя помню, папа всегда был спокоен и уравновешен. Даже когда убили его брата, он со спокойным лицом отомстил. Жестоко отомстил, но без единого проявления злости. И тут такое.

– Он, некромант.

Самообладание явно начало возвращаться к мужчине. По крайней мере, выражение ненависти сменилось привычной маской равнодушия.

– И что с того? Надо вот так сразу убивать собственного сына? – Маргарет решила защищать меня до конца.

Вот за что я люблю свою матушку, так это за то, что она будет стоять за своих детей горой. Какими бы мы ни были. Вот, помню, старший братец, Юджин, пририсовал усы портрету нашего, много раз пра, деда. Казалось бы, ну что такого, все дети балуются. Но это был фамильный портрет основателя рода. А дело было за час до какого-то крупного события. То ли всемирный съезд Ротшильдов, то ли хоронили кого… Не помню, маленький был, меня не позвали даже.

Ох и влетело бы тогда Юджину. Но маменька отстояла. Братца только сладкого лишили. На целую неделю. Зато почему вино прокисло, так никто и не узнал. Хе хе, а нечего было на праздник не пускать. Вот я и повеселился как смог.

– Надо, Маргарет. – Ричард потемнел лицом.

– Это отродье тьмы должно быть уничтожено. Стёрто с лица земли и вымарано из истории рода.

– А давайте я пропаду.

На меня уставились два недоумённых взгляда.

– Отправите, к примеру, в отдалённый пансионат. А я не доеду. Можно даже катастрофу какую подстроить.

– Не поверят, пока тело не найдут.

– Значит надо чтобы тело было. Желательно изуродованное до неузнаваемости. – начал рассуждать я.

– Пожар? – предложила матушка.

– Нет, надо чтобы совсем в фарш. – отозвался отец и выжидательно уставился на меня.

– Хм. У нас есть спортивный мотоцикл, который не жалко?

– Найдется. А куда денешься ты? И какие гарантии, что тебя не свяжут с моим родом?

Вон как заговорил. Уже и за родного не считает. Хотя, чему удивляться, особенно после покушения. Мужчина выжидательно уставился на меня, по видимому найдя предложенный вариант более подходящим.

– В Российскую Империю денусь, папенька, – я специально выделил последнее слово, на что патриарх поморщился.

– А гарантией будет, то, что Джозеф Ротшильд погибнет в страшной автокатастрофе не справившись с управлением. Юноша тайком взял мотоцикл, пренебрёг средствами защиты и влетел на полном ходу в экспресс. Шумиха будет не слишком большой, но достаточно убедительной, чем если бы мальчик просто пропал.

Снова пара недоумённых взглядов. Маменька, молчавшая всё это время, посмотрела на меня будто бы впервые видит, а папенька даже с толикой уважения.

– Хорошо. Добраться до Франции я тебе помогу, но дальше ты сам. И не вздумай появляться в Англии. – Ричард устало сел в кресло, не глядя нашарил в стоявшем рядом шкафу бутыль и стакан.

Взгляд, который он на нас бросил после, говорил сам за себя, поэтому мы с маменькой поспешили покинуть кабинет.

– Джози, скажи что это неправда? Скажи что у тебя Кодекс Света. – Голос Маргарет дрогнул.

Она выжидательно посмотрела на меня, но предательская слезинка в уголке глаза выдавала её с головой.

– Увы, это так. – Я покачал головой и обнял разрыдавшуюся мать.

– Но… Как же так… – Сквозь всхлипы пыталась говорить она, – Что же теперь будет?

– Я уеду. Или умру.

– Сын, – Маргарет неожиданно отстранилась с совершенно сухими глазами, – обещай мне, что выживешь. Обещай мне.

– Обещаю, маменька. Я обязательно выживу.

Грустная усмешка на моих устах плавно перетекла в оскал.

– Ты настоящий Ротшильд. Что бы Ричард ни говорил.

В голосе матушки прозвучала неподдельная гордость, а я поспешил отвернуться, чтобы спрятать ухмылку. Эх, знала бы ты кто я на самом деле.

***

– Мессир, всё готово.

Верховный вампир, а по совместительству, мой главный помощник, услужливо склонился в поклоне, на что я досадливо вздохнул. За все долгие годы службы, мне так и не удалось убрать из него это раболепие.

Хорошо хоть перестал повелителем называть. Лет через двадцать.

– Хорошо, Клык. Когда я уйду, ты останешься за старшего.

– Но, как же так? Я же…

– Я, так, решил, – твёрдо, с расстановкой, прервал его причитания.

– К тому-же я прекрасно знаю, что ты этого хочешь. Осталось немного, я уже чувствую что Она рядом.

Я был стар. Очень стар. Маги вообще живут по долгу, а некроманты ещё больше. Мы всегда чувствуем когда Она подходит ближе. Но никогда не уходит далеко.

Может быть именно поэтому у моих коллег премерзкий характер, а некоторые и вовсе сходят с ума? Ведь жить и ощущать, что в любой момент можешь умереть, очень сильно давит на мозги. Мне доводилось видеть солдат, проведших много времени на передовой. Эффект примерно тот же.

Отчего-то именно мной, Она почти не интересовалась. Так, мазнёт взглядом и снова наблюдает за другими. Может это потому, что я более человечно отношусь к своим подопечным? К тем, кто это понимает, разумеется. Простому умертвию пофигу как к нему относится поднявший его некромант.

А вот вампиры, например, совсем другое дело. Впрочем, в бездну вопросы, пора!

С трудом поднявшись из кресла, не помогал даже зачарованный экзоскелет – по сути обычная скелетная химера повторявшая мои движения. Кряхтя и охая я доковылял до заклинательного зала. Просторная комната была сплошь расчерчена магическими фигурами, загадочно светящимися в полумраке от наполнявшей их силы. В центре зала была вычерчена особо сложная, но незаконченная фигура. Как раз чтобы мне пройти в центр, заодно завершив рисунок. Шаркая ногами, и поминутно поминая всех светлых богов от простреливающей поясницу боли, я добрался до своего места. Короткий пасс рукой активировал простенького некро голема способного лишь на несколько движений рукой. несколько секунд, и рисунок практически готов, осталось нанести всего пару штрихов возле меня.

Выдав особо заковыристую фразу о соитии Светлоликого с некромантикорой, причём с пассивной позицией первого, наклонился и завершил последнюю руну. Едва мел оторвался от пола, как все линии засветились зловещим, зелёным огнём. Дверь заклинательного зала содрогнулась от сокрушительного удара.

– Поздно, слишком поздно. – Пробормотал я, чувствуя что ритуал уже вышел на полною мощность. Неприятное чувство выдираемой из тела души всё нарастало. Один за другим, начали ломаться амулеты, рассыпаясь чёрным прахом. Особенно обидно было за экзоскелет. Без его поддержки я просто рухнул на пол, не в силах удержать себя на ногах.

Двери рухнули от второго, ещё более мощного удара. Поднялась туча пыли, закрывая обзор, но зычный голос отдававший команды я узнал.

– Убейте тёмное отродье!

– Ты опоздал, Первосвященник. – Тихо прохрипел я, но он услышал.

– Литанию, срочно! – Раздалась команда из-за пыльной тучи. В сторону ритуала полетели многочисленные заклинания. Преимущественно светлые, но попадались и стихийные. Однако все они оказались поглощены буйством энергий. Вокруг меня крутился настоящий вихрь из разного вида энергий, вытянувший сперва все силы из меня, а теперь ещё и усиливающийся за счёт дополнительной подпитки.

– Прекратить огонь! – Последовала новая команда. Молодец какой, сообразил что только хуже делают. Насладиться триумфом мне помешала боль. Тысячей крючьев из меня выдирало душу. Буквально. И это было больно. Очень. Больно.

Сквозь шум вихря я расслышал заунывное песнопение. Не могут болезные без своих молитв. Пыль успела осесть и я смог полюбоваться на команду святош. Стоявший среди них Клык, вызвал мимолётное удивление, но не более того. Он уже давно был под подозрением и именно поэтому не был допущен к подготовке ритуала.

– Что, Клык, наслаждаешься своим триумфом? Зря ты с ними связался. – Просипел я, а напыщенный вампир яростно зарычал.

– Ты держал нас в рабстве. А теперь я обрету свободу.

– Хе-хе-кхе. О да. Первосвященник с удовольствием подарит тебе свободу. – Я искренне улыбнулся, а вампир только сейчас начал понимать что наделал. Но тоже поздно. Один из святош, стоявший до этого в сторонке, неуловимо быстро скользнул к предателю и отрубил ему голову. И, судя по полыхнувшему пламени, клинок был зачарован особым образом. Простая декапитация не слишком бы навредила Клыку. Так, новая голова чесалась бы, в процессе отрастания. Совсем другое дело, когда рану прижигают “святым пламенем”. Про него я только слышал истории уровня баек из таверны. Как, впрочем, и про истребителей вампиров. А вот, гляди ка, реально существуют.

Вихрь начал сгущаться вокруг меня, уплотняясь и ускоряясь. Песнопения стали громче. Некоторые из святош начали падать замертво, полностью выкладываясь в свою “молитву”. Какая досада, эта их Литания больше похожа на тёмномагический ритуал.

Всё завершилось одновременно. Моя душа отправилась на перерождение вместе с личностью, накопленными знаниями и мощью, а заклинание святош пробило начавший затухать вихрь и, изрядно ослабленное, ударило в догонку. Удар был силён. На миг показалось, что меня просто размажет тонким слоем по мирозданию. Но обошлось. Первосвященник слишком сильно хотел жить и не стал последней дровишкой на моём костре. Ударный импульс забросил меня в такие дали, что я и не надеялся найти подходящий сосуд. Душа была расколота практически надвое, и лишь тоненькая ниточка соединяла осколки. Надежда на перерождение угасала с каждым мгновением, но мне повезло, вот-вот должен был родиться мальчуган с хорошим потенциалом. Отличный вариант, если бы не одно но – он умирал. Сильное проклятие выбило из него душу. Истратив последние силы, я рванул в свободное тело, и, краем угасающего сознания понял, что попал…

***

Поезд мерно мчался по Евротоннелю, а я размышлял над случившимся. То, что у меня выявили дар некромантии, было ожидаемо. И, признаться, я не надеялся уйти так легко. В голове проносились варианты битвы с Ричардом и ни один из них не был в мою пользу. Слишком сильный дар. Слишком сильный Кодекс.

Последние, кстати, стали для меня в новинку. Небольшое мысленное усилие и рядом со мной, в воздухе повис фолиант. Чёрная кожаная обложка с серебристым, тиснёным орнаментом притягивала взгляд. Узоры на обложке задвигались, складываясь в буквы: Кодекс костей. Я провёл ладонью по корешку и открыл книгу. Внутри меня встретили только пустые страницы.

Всё правильно, свежепробуждённый Кодекс пуст и слаб. Но не в моём случае. Пальцы перелистнули несколько белых страниц и мне стали попадаться пожелтевшие отрывки с текстом. Похоже, то заклинание святош повредило меня куда сильнее, чем я ожидал. Всё, что осталось от былого могущества, это пара абзацев в личном гримуаре. Впрочем, так даже интереснее. Столько всего нужно восстановить, а уж сколько всего нового можно узнать.

Те же Кодексы, например. В моей прошлой жизни ничего подобного не было. Маги копили мощь в теле, а те что посильнее, ещё и в душе. Местные же обладали эдакой надстройкой где копились силы и знания. Но что удивило меня ещё больше, Кодексы были не только у магов. Были Кодексы охотников, лекарей, даже поваров. Любой человек достаточно долго, или не долго – как повезёт, выполняющий определённую работу, мог получить свой фолиант. Впрочем, специалистов такого уровня было мало. Что не отменяло их полезности. Помнится один спец с Кодексом Дворника расчистил огромную площадь после крупного рок фестивался. Пол часа и пяток грузовиков были набиты битком. Ну не чудо ли?

Мои размышления были грубо прерваны. Внезапно пропало освещение в вагоне, а поезд начал замедляться. Через пару мгновений свет появился вновь, но какой-то тускловатый. Как от аккумулятора. Противный голос из динамиков оповещения начал призывать сохранять спокойствие и ожидать начала движения. Разумеется, в самом скором времени. Однако ни в скором, ни в позднем, поезд с места не тронулся, а у меня начало нарастать чувство тревоги. Я вышел из купе и нос к носу столкнулся с братом.

– Привет Юдж, какими судьбами? – Я попытался изобразить максимально дружелюбное выражение лица, что сильно контрастировало с хмурой рожей братца.

– Покажи Кодекс, Джозеф. – Ой ёй ёй, если братец обращается по имени, то хорошего от него не жди. Я мельком глянул по сторонам – ну точно, обложили. С обеих сторон вагона стояли крепкие, подтянутые мужчины и старательно делали вид, что им совершенно неинтересно о чём разговаривают двое молодых парней. Охотно верю, но… нет.

– Ю-у-удж, ну зачем вот так сразу? А как же поговорить? Обсудить погоду, котировки акций, Здоровье бабушки Лизи? – Попытка заговорить зубы провалилась. Юджин заметно напрягся и едва ли не рыча повторил.

– Покажи свой Кодекс, Джозеф!

– Помилуйте боги, какой Кодекс? У меня его нет.

– Не ври мне! Я знаю что ты прошёл инициацию! Покажи этот грёбаный Кодекс! – Вот чего, чего, а терпения у братца не было. Печалька, ему из-за этого часто попадало. Разумеется, когда мама не вмешивалась.

– Ну-у, ла-адно. Уговорил, только давай в купе, это же так интимно. Впервые показать кому-то свой Кодекс. Да ещё и не девушке, а своему братику. Может не будем, а? Я не по этим делам. – До Юджина не сразу дошёл смысл моего монолога, но когда дошёл… Настолько красного от гнева, я его ещё не видел. Одним махом втолкнув меня в купе он остановился передо мной и тяжело задышал.

– Оу, ты такой горячий. Но всё же не в моём вкусе. Может сбросишь напряжение со своими друзьями? – В открытой двери как раз показался один из “случайных попутчиков”.

– Да как ты смеешь!? – Мне казалось, что сильнее покраснеть он не сможет. Я ошибался. Ещё и заклинание какое-то начал формировать. Это одновременно хорошо и плохо. Хорошо, что даёт мне повод на самозащиту, а плохо, что братец силён. Не как папенька, конечно, но посильнее меня в прямом бою. Ещё и прихвостни эти. Движутся прям как настоящие вояки – плавно, контролируя окружение, но как-то... Явно наёмники, родовые гвардейцы так топорно не действуют.

– Ещё как смею, пра-ативный. – Я специально протянул последние слово, от чего у моего, теперь уже противника, окончательно сорвало крышу. Он проявил свой фолиант, так заклинания, у местных, получаются мощнее, и что-то нечленораздельно прорычал. От светошара я увернулся. Не знаю как, чудом наверное. А потом Юджин начал крушить купе, а затем и вагон, продолжая рычать нечто нецензурное. Я, разумеется, ему в этом посильно помогал, постоянно перемещаясь и уворачиваясь, благо наёмники благоразумно отступили. Словить шальной снаряд от взбешенного мага, тут никакого бессмертия не хватит.

Братец начал уставать когда от вагона осталась половина. Остальные пассажиры успели разбежаться, и никто не пострадал. Заодно и свидетелей будет поменьше, что мне только на руку. Я проявил фолиант и насладился смесью чувств проявившихся на лице Юджина.

– Вот, как ты и просил.

– Тёмное отродье! – Кажется я это уже слышал, – я уничтожу тебя! – И это я тоже слышал. Похоже отсутствие фантазии может передаваться по наследству.

– А ты попробуй. – На моё лицо сама выползла улыбка. Взбесившийся ещё больше, хотя куда уж сильнее, братец попытался атаковать, но… У него ничего не вышло. Он в недоумении уставился сперва на свои руки, потом на фолиант, а затем на меня.

– Что ты сотворил? Говори немедленно! – Юджин дёрнулся было в мою сторону, но не смог сделать и двух шагов, как упал.

– Всего лишь немножко проклял. – Я наклонился над братом и тихо сказал.

– На ноги, к вечеру, ты встанешь, а вот твой дружок, увы, больше нет. А может и встанет. – Равнодушно пожал плечами и не слушая возмущённое мычание, говорить проклятый тоже не мог, пошёл искать “группу поддержки“. Оставлять головорезов за своей спиной опасно. Порой смертельно.

Глава 2

Первый наёмник, вот неожиданность, встретился прямо в тамбуре. В нём же он и остался. Тонкая костяная игла с полостью полной яда, легко вошла в глаз ничего не ожидавшего мужчины.

– Ван шот, ван килл. Ну хоть не мучался. – Прошептал я, перешагивая труп. Следующая жертва маячила в соседнем вагоне. В отличие от первого, этот внимательно следил за происходящим. Лишь благодаря запылённому стеклу он не разглядел что произошло и не поднял тревогу.

Пришлось перебирать в памяти все доступные в таком случае приёмы. Целых три штуки, больше Кодекс не вспомнил. Костяной доспех, костяной меч и игла. Тоже костяная, ей я убил своего первенца. Не ребёнка, разумеется, а врага.

Некогда могучий доспех, покрывавший меня толстым слоем прочнейшей кости, стал подобием легкого бронежилета. Его едва хватило прикрыть грудь и живот, не говоря уже об остальных частях тела. Так же жалко выглядел и меч. Сейчас это скорее большой ножик. Или маленький кинжал, если смотреть с позиции оптимиста. Без оптимизма в нашем деле никуда.

– Эй ты! Да, я с тобой разговариваю, а ну встань как положено, когда с тобой граф разговаривает! – Вид напыщенного индюка, любимый моими сверстниками, подействовал как надо. Боец отвлёкся и, пока он боролся с рефлексами, я успел приблизиться к нему на расстояние удара. Короткий замах моего кинжала он принял на свой клинок и рухнул, распоротый чуть ли не надвое. Ну а чего он хотел. Обычная сталь против магического оружия всё равно что бумага против канцелярского ножа. И где братец таких остолопов нашёл? Ни подготовки нормальной, ни экипировки. Хотя бы кинжалы зачарованные носили. Дешевки за три пенни. Впрочем, иного и не ожидалось. Следует отметить, что Ротшильды вообще неплохо разбираются в денежных вопросах. Может именно поэтому довольно экономные ребята. Но мой братец на их фоне, это нечто.

Юджин всегда был скрягой. Что в детстве у него конфетки не допросишься, хотя он их и не любил, после одного случая. Что позже, когда ему стали давать деньги на личные расходы. Отец считает, что финансовой грамотности надо учить с детства. Хе хе, ну хоть не с пелёнок.

Ну вот, стоило немного отвлечься, как кресло возле меня разлетелось в пластиковые щепки от прилетевших пуль. Одна даже царапнула доспех. Благо прилетела по касательной, но синяк на рёбрах будет знатный. Неприятно. Я не люблю когда мне делают больно. Тогда я делаю больно в ответ. Не глядя швырнул горсть игл в сторону стрелка и поспешил скрыться из его обзора. Сиденья вокруг продолжали взрываться облачками пластика и кусками набивки, а я лежал на полу и считал выстрелы. Вот затих один автомат, за ним, почти сразу, второй. На пробу высунул клинок на видное место, но выстрела не прозвучало. Что ж, раз эти дебилы одновременно расстреляли магазины, пора их поучить уму разуму.

Резко выпрыгнул из-за импровизированного укрытия и забросал врагов иглами. В этот раз мне повезло больше. Одного завалил сразу, второй поймал по игле в руку и ногу и тоже вскоре покинет мир живых. Автомат упал на пол, а вагон наполнился воплями агонизирующего тела. Ну извините, я по другому не умею. И переучиваться не хочу. Враг должен страдать.

Я уже было расслабился, ведь видел всего лишь четверых, за что и поплатился. Из-за кресла выглянуло чёрное дуло и изрыгнуло из себя заряд картечи. Впору было выть – ай, я маслину поймал, но было не до этого. Доспех принял на себя весь заряд, что спасло мне жизнь, Но не сохранило здоровье. На секунду я даже потерял сознание. Очнулся, когда надо мной склонился последний наёмник. Этот, в отличие от подельников, не расслаблялся и держал меня на прицеле.

– Что-нибудь скажешь на прощание, бывший граф? – Ишь ты, как быстро слухи распространяются.

– Иди, к чёрту. – Я выплюнул эти слова вместе с кровью, наполнившей рот.

– Ха, к нему отправлюсь ещё не скоро, в отличие от тебя. – Мужчина вскинул дробовик, но его прошила очередь из автомата его бывшего товарища. В полуживом состоянии оживлять зомби было тяжело, но я справился на отлично. А уж сохранить часть прижизненных рефлексов у умертвия, это уровень мастера. Повосхищавшись собой целых три секунды, я был вынужден прерваться. Отступившая было боль, решила вернуться с подкреплением и меня скрутило с особой жестокостью. Корчась, умудрился отстранённо подумать, что правое лёгкое пробито в двух местах, левая рука не слушается, и подозрительно колет в районе печени. Эдак и на перерождение можно отправиться. На общих, так сказать, основаниях. Помирать в мои планы не входило, по крайней мере в ближайшие несколько столетий, поэтому пришлось изворачиваться. Как нельзя кстати, вспомнился один довольно простенький приём преобразования некротических эманаций в жизненную энергию. Разумеется по совершенно конскому курсу, но на безрыбье и рыбу раком… Кхм. Что-то я бурную молодость некстати вспомнил. Да и не рыба там была, а русалка…

Над трупами поднялись тёмные жгуты, тут же потянувшиеся ко мне. Ох тыж, Темзу тебе в шлюз! Хорошо то как. Жаль, ненадолго, надо будет подлататься как следует. Я с трудом поднялся на ноги и осмотрелся. Одна деталь выбивалась из общей картины – с шеи едва не убившего меня наёмника свисала цепочка с небольшой рогатой сапфировой лягушкой. Или жабой, поди их разбери. Вещица заметная, но наверняка не дешёвая, а мне, судя по всему, денежки будут совсем не лишними.

Подумать только, нищий Ротшильд. Нет, вы вслушайтесь: нищий, Ротшильд. Это как сухая вода или горячий лёд.

Цепочка приятно захолодила шею, а драгоценная фигурка оказалась неожиданно горячей. Более того, от неё во все стороны пошли тёплые волны, унимавшие боль. Я убрал доспех и расстегнул рубашку. Раны затягивались прямо на глазах.

– Джекпот! – Довольно воскликнул я и поморщился от укола боли в рёбрах. Моё испорченное, внезапным помиранием, настроение стало стремительно улучшаться. Интересно, на сколько хватит заряда в амулете? И как его заряжать… Как много вопросов и так мало ответов.

А ещё придумать как отсюда незаметно свалить. Не хотелось бы общаться с представителями полиции. Особенно с британской стороны. Эти ведь и узнать могут, вопросы неудобные задавать начнут. Где вы были, когда все пассажиры эвакуировались и чья это на вас кровь, мистер Кузнецофф?

Отец честно выполнил свою часть сделки. По крайней мере в этой части. У меня в кармане был документы на имя Аркадия Кузнецова, восемнадцати лет отроду. Уроженца Саратовской губернии Российской Империи. Даже спрашивать не хочу, как Ричард смог оформить мне настоящие документы.

Пораскинув мозгами, не своими, разумеется, я решил двигаться в противоположную от основной массы пассажиров сторону. Наверняка Юджин не собирался уходить со всеми, а подготовил путь отхода. Он хоть и скряга, но совсем не дурак.

Похоже, свой лимит удачи я исчерпал целительским амулетом. Иначе было не объяснить появление мерцающего разлома посреди эвакуационного шлюза. Я и пикнуть не успел, как меня всосало внутрь.

Тут следует немного рассказать про Разломы. Да, именно с большой буквы, если смотреть официальные сводки. В народе большую букву предпочитали не добавлять. Это нестабильные порталы в осколки различных миров. Как правило, у разлома есть Хозяин. Самый большой и свирепый монстр, например. Хотя, поговаривают, что и просто кристаллы находили. Сломаешь такой, и твой Кодекс становится сильнее.

Совсем недавно умные головы нашли способ относительно недорого блокировать появление разломов в стратегических местах. Например, в евротоннеле. Видимо наша с Южином драка, вернее его буйство, повредило защиту и появился самый худший из возможных – мерцающий разлом. Если с обычными всё понятно, степень опасности можно понять по цвету свечения, то мерцающий это всегда лотерея. Как правило, со смертельным исходом. Они неожиданно появляются, затягивают в себя жертву и исчезают. Жертвы, разумеется, совершенно к этому не готовы. Да и что, например, сантехник сможет противопоставить против адской гончей – трёхметровой, собакоподобной твари с раскалёнными когтями? Разве что свинцовый стояк материализует в интересном месте. Но не всё так плохо. Обычные люди, не имеющие Кодекса, в мерцающий разлом попасть не могут. Даже если очень захотят.

Вы знаете как ощущает себя тряпка, которую постирали в стиральной машине, а во время отжима её выбросило наружу? Нет? А я теперь знаю. Перенос вытянул из меня остатки магических сил, поэтому я ощущал себя крайне паршиво. Ещё и свежие рубцы заныли – амулет не успел полностью затянуть самые тяжёлые раны.

Однако, стоило мне посмотреть вокруг, как на лицо сама собой выползла улыбка. Если с амулетом мне просто повезло, тот тут мне повезло сложно. Местность вокруг меня представляла собой бескрайнее кладбище. Очень, очень старое кладбище. Местами от могил остались только небольшие холмики указывавшие что там кто-то закопан. А ещё, две из них были разрыты. Причём изнутри и совсем недавно. Дернина не успела засохнуть, лишь слегка подвяла.

– Древнее кладбище. Разрытая могила. Совпадение? Не думаю.

– Кррр. – Донеслось мне в ответ. Я резко обернулся, а возле меня свистнул, рассекаемый ржавой железякой, воздух. Орудие смертоубийства крепилось к руке пожелтевшего скелета, уже начавшего новый замах. Фехтовать с умертвием у меня не было никакого желания, поэтому я его незатейливо пнул его

по колену. С громким треском, нога ходячего анатомического пособия согнулась в обратную сторону и ему пришлось прервать атаку чтобы восстановить равновесие. Благодаря полученной паузе, я успел отрастить костяной кинжал, мана успела частично восстановиться, и применил его к голове противника.

– Кинжал один, череп ноль. – Довольно прокомментировал падение врага. Теперь уже совсем мёртвого – с такой дырой в черепе не неживут. Как старый некромант замечу, что это крайне прискорбно. Наделать армию подобных существ довольно просто и незатратно, но увы, совершенно бесполезно. Опытный воин легко справится и с десятком таких. Если конечно не делать скелета капитана. Но это совсем другая история.

Ещё раз посетовав на неприлично слабую костяную броню, я пошёл в сторону бившего в небеса столба света. Колонна, приятного, салатового цвета не сразу привлекала взгляд, сливаясь оттенком с зеленоватым небом. Однако, по мере приближения к ней, бродячие скелеты стали попадаться всё чаще, а разрытых могил становилось всё больше.

– Это что за некропати? – Обомлел я, когда добрался до края огромного котлована битком забитого скелетами. Почти триста метров костяков и это только в диаметре.

– Ей, ребята, там что, будет выступать местная рок звезда? – Попытка пошутить не возымела никакого результата. Море нежити продолжало безучастно стоять и иногда поскрипывать трущимися костями.

– Ну нет, я так не играю. Вдруг там что-то интересное, а я тут стою. Не по головам же идти. Хотя…

Хрум, хрум. Хрум, хрусть. Ой, извините, не знал что у вас такая слабая ключица. Ещё и чуть не навернулся, блин. По головам, кстати, не пошёл. Черепушки голые, скользкие. То ли дело плечи – ровненькие, стоят плотно. Одно плохо, костяки были разного роста.

Спустя ещё три сломанные ключицы, я наконец-то добрался до центра. Довольно яркий, издалека, столб света, вблизи едва светился. Прямо под ним стоял саркофаг, больше похожий на обычную каменную глыбу.

– Что-то мне подсказывает, там лежит далеко не Белоснежка. – Словно бы в ответ на мои слова, крышка чуть сдвинулась.

– А вот это мне совсем не нравится!

***

– Михаил, может вернёмся? Мне не по себе от этого места. – Голос говорившего парня дрожал от страха.

– Нет, Владимир. Это мой последний шанс спасти род. Если хочешь, возвращайся один. Тебя они не тронут. – Молодой мужчина поджал губы и упрямо посмотрел вдаль. Прямо туда, где в небо бил луч салатового цвета. Его спутник, ровесник мужчины, покачал головой и предпринял последнюю попытку отговорить друга.

– Мы не справимся с личем. С ним даже Императорская гвардия не стала связываться. Это верная смерть!

– Верная смерть, это вернуться. Они вырезали весь мой род. Я последний. И лучше погибну от рук нежити, чем доставлю им удовольствие убить себя. – Михаил тряхнул головой и пошёл вперёд. Владимир остался стоять, замерев в нерешительности.

– Распутин! – наконец крикнул он, но последний из рода даже не обернулся.

– Ты был отличным другом, Вовка. Прощай! – донеслось до него издалека, прежде чем бывший товарищ скрылся из виду. Со злостью бросив на землю шапку, молодой мужчина поплёлся обратно, всё ещё надеясь на чудо.

Тем временем, Михаил стремительно бежал к своей цели. Победа над личем, единственное, что могло бы усилить его кодекс. Настолько усилить, чтобы подняться в своеобразную высшую лигу сильнейших магов Российской Империи. И отомстить своим врагам – Шуйским. Они, пользуясь своим положением при дворе, могли многое. Очень многое. В том числе и вырезать ослабленные опалой рода. Таким был род и Михаила Распутина. Подобно Шуйским, они тоже были приближены к Императору. Только к предыдущему, отцу нынешнего самодержца, Игоря Николаевича Романова. Николай Петрович пропал при весьма загадочных обстоятельствах в самом расцвете сил. Якобы, он отправился на охоту, но его затянуло в мерцающий портал. Оставшийся после него, малолетний наследник сразу же оказался под опекой Шуйских, ставших эдакими регентами. Разумеется, бывшие фавориты оказались ворами, убийцами и насильниками. Каких только слухов не начало ходить по стране. Умные люди, конечно, знали откуда ветер дует, но общественное мнение, подкреплённое несколькими показательными казнями, было непреклонно. Распутины стали изгоями в собственной стране. Их перестали звать на балы и приёмы. В столице им начали отказывать в гостиницах и ресторанах. В конце концов, они были вынуждены укрыться в собственных отдалённых поместьях, потому что все самые лучшие земли отобрали по выдуманным предлогам на судах. Но и там их не оставили в покое. То разбойники нападут, подозрительно напоминающие выучкой армейский спецназ. То просто “несчастный случай” случится. В конце концов остался только Михаил. Родовой перстень признал его как последнего наследника. И он решился на отчаянный шаг. Получить силу, которая и не снилась его отцу. Да что отцу, самому Императору. По слухам, уже очень сильному магу который, возможно, станет сильнейшим в своём поколении. Впрочем, как и положено властителю.