Текст книги ""Фантастика 2025-190". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Наиль Выборнов

Глава 2

Месторождение оказалось огромным.

Купол над постепенно углубляющейся воронкой пришлось поднимать на сваях и расширять, потому что первоначальная оценка экспертами месторождения была куда скромнее. Хотя Ами еще тогда спорила с отцом и показывала более обширную окружность.

С тех пор мистер Торнвуд прислушивался к мнению дочери, и постепенно превратился из рядового горняка в зажиточного владельца четырех богатейших шахт драгоценных камней Города. Копил на приданое девочкам, как он пошучивал в компании приятелей. Сам, впрочем, не чурался черной работы и ежедневно тягал вагонетки и врубался в стены наравне с остальными горняками.

За подрастающими наследницами и впрямь буквально вились женихи, но Ами смущали алчные взгляды, которые многие парни бросали на уникальные камни в украшениях ее сестер. Ради самих девушек они стараются или же ради их приданого?

Сама она замуж не торопилась.

Учитывая особенности ее организма, не факт, что она вообще смогла бы стать полноценной супругой обычному человеку. Стоило кому-то прикоснуться к ее коже напрямую, как того бил сильнейший электрический разряд. Выяснила она это случайно, после той самой проклятой грозы, едва не уничтожившей Город.

Купола уцелели с трудом. Перепуганные люди выскочили из домов в чем были, думая что началось землетрясение или вовсе конец света. Матушка впала в панику, пересчитав детей и осознав, что одного не хватает, так что ничего удивительного, что вернувшуюся Ами чуть не задушили в объятиях.

– Ты так меня напугала! – всхлипнула миссис Торнвуд, опрометчиво обхватывая лицо дочери ладонями.

И получила удар током такой силы, что потеряла сознание.

Тогда все удалось замять, списать на стресс и общую суматоху, но Ами-то прекрасно понимала, что во всем виновата она и ее проклятые «особенности».

Так что теперь она материнских объятий старалась избегать, а если и случалось такое, то только через одежду. Длинные рукава, перчатки без пальцев – полностью закрытые руки жгло избытком энергии так, что ткань тлела, приходилось отрезать лишнее – стали ее постоянными спутниками. Чем дальше, тем сильнее Ами замыкалась в себе, будь ее воля, она и ночевала бы в лесу или в усадьбе мисс Блаунт, но матушка была, разумеется, категорически против. У тебя, мол, дом родной есть, нечего по гостям шляться.

И вообще «поменьше общайся с этой эксцентричной особой, у нее дурная репутация».

Собственно репутацию Фелисии подпортил как раз неподходящий муж. Мало того, что не человек, так они еще и жили во грехе! Поженились по каким-то диким эшеминским законам, не по-людски.

Самой мисс Блаунт, как впрочем и Ами, было на сплетни глубочайшим образом плевать. Фелисию, кстати, при контакте с девочкой током не било вовсе, что лишь утверждало ее мужа в гипотезе о постепенной эволюции и приспосабливаемости человечества к условиям на планете.

– Если бы не ваши купола, вы бы давно ассимилировались. – морщился он недовольно.

– Если бы не купола, мы бы вымерли в первый же год после приземления. – хмыкала Фелисия.

Скорее всего, она была права.

Кто знает, как там обстояли дела шестьсот лет назад, когда корабль с космическими переселенцами, превратившийся в металлолом из-за замыкания и чудом не угробивший пассажиров, вспорол землю неподалеку от поселения эшеминов.

Первые Сферы построили как раз из ненужных уже обломков звездолета. Всем было ясно, что больше он не взлетит. Вырваться с недружелюбно настроенной по отношению к чужакам планеты не выйдет, значит нужно приспосабливаться, создавать для себя комфортные условия – или хоть пригодные для выживания.

Так появился Город.

С годами он разросся, обзавелся несколькими специализированными Сферами, а после и мелкими частными пристройками вроде усадьбы Блаунтов или шахт. Люди жили в стабильном, почти безопасном для них месте и не спешили эволюционировать. Ами не сомневалась, что ее сестры, окажись они в лесу без защиты, погибли бы в первую же грозу. Если не раньше.

А вот она – приспособилась. Мутировала.

Думать о себе как о человеке нового поколения было куда приятнее, чем как о выродке, неспособном создать семью с себе подобными.

Пытка примеркой длилась недолго. Почти все параметры Ами остались прежними, разве что грудь и бедра чуть увеличились, к величайшей радости матушки. Саму девушку эти перемены не радовали.

Отбиться от настойчивых ухажеров – полпроблемы. Точнее, это как раз совершенно не проблема. Снять перчатку и дело с концом, обморок им обеспечен. А вот утаить свои способности – задачка посложнее. Аметист совершенно не хотелось, чтобы от нее шарахались как от прокаженной, а ведь этим дело и закончится если кто-то пронюхает о ее «особенностях».

Вновь подхватив дочь под локоть, чтобы не сбежала, миссис Торнвуд повлекла ее в соседнюю торговую галерею – выбирать продукты для приготовления ужина. Этот процесс, пожалуй, Ами ненавидела еще сильнее выбора нарядов. Ведь помогать матери на кухне скорее всего придется именно ей, как самой свободной от прочих занятий. Старшие сестры уже обзавелись кавалерами и бегали по вечерам на свидания, им не до готовки, про брата и говорить нечего. Не мужское это дело. Вот и оставалась бездельница-Ами.

Спорить она, впрочем, не собиралась. Наоборот, примерное поведение – залог того, что на нее будут как можно меньше обращать внимания. И не придут, например, проверять, спит она в своей комнате или нет.

Когда дом окончательно затих, девушка выскользнула незамеченной из дома, вытащила из гаража велосипед и поспешила в усадьбу Блаунтов. Светили две луны из трех, так что вертлявая тропинка виднелась как на ладони.

Как Ами и думала, Фелисия не спала. Залихватски сдвинув гогглы на макушку и нацепив вместо них щиток, она приваривала миниатюрные детали в недрах очередной странной конструкции. Кажется, инженер называла изобретение «телеграф».

Изобретением это можно было назвать с большой натяжкой. В архиве хранились тысячи книг, некоторые из них – ровесники самого Города. В них рассказывалось о самых разных вещах, как полезных – вроде как обрабатывать землю для пашни и какие нужны удобрения чтобы картошка лучше росла – так и не слишком. Вот зачем им знания о машинах, способных летать, если подниматься в атмосферу Электрет опасно для жизни? Возможно, когда-нибудь, когда население Города эволюционирует вслед за Ами, они и пригодятся, но сейчас их можно было приравнять по практичности к сказкам, рассказанным перед сном.

Однако инженеры и исследователи умудрялись из этих книг почерпнуть много занимательного. Еще дед Фелисии спроектировал линию подземного сообщения, которой теперь пользовался весь Город. Вместо того, чтобы ждать очереди перед арками, соединяющими Сферы, можно было спуститься на станцию и проехать одну остановку. Все, ты уже там, в соседнем районе. Очень удобно.

Только вот Ами там упала в обморок и больше экспериментов не ставила.

– Привет! – завидев гостью, инженер расплылась в искренней улыбке. – Ты к Теру? Он на веранде.

– Не совсем. – замялась девушка, опасаясь высказать вслух бурлящие в ее голове мысли и предположения. – Я поговорить хотела.

– Какое удачное совпадение! Тер тоже хотел с тобой поговорить. – отозвалась Фелисия и вновь надвинула щиток. – Проходи, присаживайся, там должен быть термос с чаем. Я скоро, здесь немного осталось.

Ами кивнула, бочком пробираясь по заваленному запчастями и готовыми изделиями ангару. Раньше в мастерской регулярно прибирались, но с тех пор как семья Коллинсов переехала, помогать мисс Блаунт по хозяйству стало некому. А сама она не утруждалась подобными мелочами. Пыль и грязь собирали механические уборщики, белье стирала специальная машинка – отличная штука, одну такую Ами выпросила для матушки. Та после подарка поутихла и уже не так рьяно протестовала по поводу визитов в усадьбу.

А вот мастерскую почти никогда не приводили в порядок. По словам Фелисии, то был не бардак, а творческий хаос, и она точно знает, где лежат инструменты, а все остальное неважно.

Ами была с такой постановкой вопроса не согласна, но ее никто не спрашивал.

Она мышкой проскользнула по пустынному холлу на террасу. Тихий, потусторонне сумрачный дом навевал на нее тоску. Огромная усадьба строилась в расчете на многочисленную семью, от которой ныне осталась лишь мисс Блаунт и ее муж. Родители бедняжки сгинули в катастрофе много лет назад, детками она сама не обзавелась – похоже, не настолько она мутировала, чтобы оказаться совместимой с эшемином биологически. Вот и пустовали просторные холлы и коридоры, по которым гуляло лишь эхо одиноких шагов ночной гостьи.

Широкий деревянный помост, ступенями спускавшийся в густую траву, тоже был окутан тишиной, но другой. Уютной и обжитой. В кресле-качалке, замотанный в свои неизменные многослойные одеяния, беззвучно покачивался длинноволосый эшемин. Он кивнул Ами, давая понять, что заметил ее, но взгляда от опушки леса не оторвал.

Девушка устроилась в соседнем кресле и тоже уставилась на ближайшие кусты, пытаясь разглядеть, что там наставник заметил такого интересного.

– Великолепная ночь. – произнес наконец Тереган негромко на родном языке.

– Да, учитель. – совершенно искренне согласилась Ами.

Наречие эшеминов она изучила как-то незаметно, исподволь. Слушала, как мисс Блаунт старательно повторяет за мужем названия растений и животных – оказывается, лесная флора и фауна Электрет куда богаче, чем человеческий язык, для половины терминов и перевода-то не существует!

Ну и запомнила.

А после само собой как-то сложилось, что уроки по самоконтролю и управлению энергией Тереган проводил на эшеминском. Так что теперь Аметист разговаривала на нем почти так же свободно, как на родном, человеческом.

– Мисс Блаунт сказала, вы хотели со мной поговорить? – робко подала она голос через несколько минут, осознав, что пауза затянулась. Любоваться призрачным светом лун эшемины могли часами. Это они называли мудреным словом «медитация».

Заводить сразу разговор о своих проблемах девушка не решилась. Лучше сначала узнать, что там за вопрос у Терегана.

Отчего-то называть наставника по имени у нее получалось куда легче, чем его супругу. Фелисия так и осталась в глазах восторженной Ами гениальным специалистом, недостижимым идеалом. Ну как такую – и фамильярно?

– Мы оба хотели с тобой поговорить. – сообщила мисс Блаунт, выходя на террасу и падая в третье кресло. Тереган тут же поднялся, чтобы закутать супругу пледом. От леса наползала туманная прохлада, завиваясь кольцами белесых щупалец, и сидеть в одном рабочем комбинезоне означало бы гарантированно замерзнуть.

Ами заморгала, сгоняя непрошеные слезы, и отвернулась, не желая быть лишним свидетелем. Любовь между этими двоими была очевидна, и девушка помимо воли испытывала при взгляде на них жгучую зависть, понимая, что подобное ей не светит. Не с ее «особенностями».

– Что ты планируешь делать дальше? – задала Фелисия вопрос в лоб. В отличие от мужа она предпочитала действовать напрямик, без лишних экивоков, и беседу вела так же. – Ты уже совершеннолетняя.

– Завтра ею стану. – машинально поправила ее Аметист. – Собственно, я поэтому и пришла. Хотела попросить совета. Что мне делать? Работать под куполом я не могу. Возможно, кому-то из ваших знакомых нужна помощница?

Девушка переводила взгляд с инженера на ее мужа со скрытой надеждой. Вдруг они предложат остаться в их усадьбе? Было бы идеально! До сих пор Ами не могла работать по контракту, но теперь, после ее восемнадцатого дня рождения, такая возможность появится. И матушка возражать не будет, все же труд за деньги, не просто так кататься к Блаунтам.

Можно было бы остаться в мастерской, помогать отцу, а затем и брату, но все опять же упиралось в ее самочувствие. Проводить там больше трех часов подряд она не могла. Какая из нее в таком случае ассистентка? Нужно дневать и ночевать на работе, а не шляться по лесам!

– Работать, значит. То есть замуж ты не хочешь? – с тактом зерноуборочного комбайна уточнила мисс Блаунт.

Гостья замотала головой.

– Я же опасна для людей! – выдохнула она в ужасе. – Какой замуж!

Фелисия и Тереган переглянулись. То, что они собирались предложить девушке, было необычно и рискованно, причем для всех участников авантюры. Потому им требовалось убедиться, что у Ами не осталось других альтернатив.

– Может, в Городе есть еще какой-нибудь парень, тоже попавший под влияние грозы? – осторожно предположил эшемин. – Ты не пробовала…

– Что? Трогать их, чтобы вырубить? – грубовато перебила его Аметист. – К тому же даже если он и есть. Мне никто не нравится. Я не хочу замуж только потому, что мы можем друг к другу прикасаться!

Тереган и не подумал обидеться. В свое время он был готов отпустить любовь всей своей жизни именно по этой причине. Считал, что не может к ней прикоснуться. Если бы не угроза их жизням, они бы с Фелисией так и не выяснили, что люди постепенно меняются, подстраиваясь под атмосферу Электрет. И не были бы счастливы вместе.

Глава 3

Когда люди только высадились на Электрет, эшемины с радостью поддержали пришельцев. Поделились базовыми знаниями о природе, посоветовали, где расположить поселение, чтобы как можно меньше попадать под грозы, выдали стадо саек – толстеньких, похожих одновременно на кабанчиков и очень крупных хомячков Земли Изначальной травоядных животных, крайне неприхотливых в обиходе.

Все шло хорошо, пока на одной из встреч переселенцу не вздумалось поблагодарить гостеприимных хозяев местности, и сделал он это по старой традиции – подал руку для пожатия. А эшемин, не раздумывая, протянул в ответ свою.

Человека убило на месте.

Мистер Честерсон долго числился пропавшим без вести. Погибшим его признали лишь полгода спустя. К счастью, семью он завести не успел, однако на некоторое время колония поселенцев впала в смятение, поскольку он являлся их временным лидером. Капитан корабля посадку не пережил, так что люди доверились одному из самых опытных в плане выживания, бывшему десантнику специальных войск.

Кто же знал, что его ждет настолько нелепая гибель…

Перепуганный эшемин поспешил рассказать обо всем старейшинам родной деревни. Те постановили – ни в коем случае не рассказывать об этом происшествии людям. Возможно, не слишком этично с их стороны, но поселение было небольшим, колонизаторов много, и лишних проблем аборигены не хотели.

С тех пор эшемины держались в стороне от быстро растущего человеческого Города. На контакт шли неохотно, лишь в случае крайней необходимости, и постепенно их перестали трогать совсем. Ну, живут себе где-то далеко в лесу, никому не мешают. В дела людей не лезут. Всем хорошо.

Но несколько лет назад все изменилось. Сначала Тереган заявился к Фелисии, как к лучшему специалисту по человеческой инженерии, подозревая людей в диверсиях на территории эшеминов. В чем-то он оказался прав. Это действительно был один из жителей города, и его самоубийственный план чуть не увенчался успехом. *

Потом вот Ами…

Тереган до сих пор ломал голову, как лучше помочь несчастному ребенку. Решать за нее он не имел права, но варианты, которые эшемин собирался ей предложить, не слишком ему нравились.

Однако других не было.

– Как ты относишься к тому, чтобы еще немного поучиться? – забросил он пробную наживку.

– Только не школа! – закатила глаза Ами. – Мало того, что мне там плохо, так еще и думать при этом нужно!

– Не наша школа. – мягко поправила ее Фелисия. – Их.

Она кивнула в сторону мужа.

Аметист пару мгновений сидела неподвижно, переваривая новость, а после вскочила, чуть не опрокинув термос с чаем. Кресло-качалка по инерции ловко подбило ее колени, так что девушка вновь плюхнулась обратно в полнейшем ошеломлении.

– Да! Конечно! Я и мечтать не смела… но вы уверены, что мне разрешат?! – сбивчиво затараторила она.

Тереган поморщился.

– Ты не до конца понимаешь, на что соглашаешься. – уточнил он. – Мы сейчас не о ближайшем поселке.

– Не о Шидиши? – растерянно переспросила Ами. – Но тогда куда…

– Аламеда. – лаконично сообщил Тереган.

Девушка заморгала. Она никогда не слышала этого названия, так что оно ей ни о чем не говорило.

– Это большое поселение довольно далеко отсюда. – поспешно вмешалась Фелисия. Сама она знала немногим больше – то, что успела уловить во время бурных споров мужа со старейшинами. Те, кто бы сомневался, были против того, чтобы пускать человека в глубь территорий эшеминов.

– Она же другая! – воздевая руки в воздух так, что рукава обнажали тощие сухие запястья, возмущался Ниол. Впрочем, он всегда, по умолчанию, возражал против любых инициатив Терегана. – Наверняка будет встревать в конфликты, провоцировать учеников, лениться и хулиганить, а потом бездарно сгинет в какой-нибудь глупой переделке, как это у людей водится. А виноваты окажемся мы! Помяните мое слово, из-за этой пигалицы разразится война!

– Поменьше драматизма. – фыркнул другой старейшина, из соседнего поселения. Тереган созвал тогда Большой совет. Решать столь важный вопрос голосами одного Шидиши было бы неверно. В чем-то Ниол был прав – прецедент неслыханный. Еще ни один человек не допускался на территории эшеминов надолго, не говоря уже о полноценной учебе наравне с другими студентами. – Ну, сгинет она, ничего страшного. Нужно заставить ее сначала подписать отказ от претензий. Люди любят бумажки. Если что, предъявим. К нам никаких вопросов быть не может, она все сама.

Старейшины загудели, бурно обсуждая тему. Большинство, разумеется, оказалось против – на то они и самые уважаемые, долго пожившие представители общественности. Бросались бы очертя голову в каждую авантюру, не дожили бы до своих преклонных лет. Так что опасения их были ожидаемы и предсказуемы. Тереган на успех не рассчитывал, а потому подготовил дополнительный аргумент.

– Я ее удочерю. – сообщил он негромко. Но тишина после его слов воцарилась настолько густая, что казалось ее можно резать ножом.

Фелисия, которую на собрание допустили в виде небывалого исключения, как законную жену одного из участников, изумленно моргнула – она понятия не имела о таких планах. Но протестовать не стала. Наоборот – ей эта идея пришлась по душе. Любопытная, толковая, рукастая девочка ей нравилась. И раз уж судьба не дает своих детей, почему бы не взять под опеку чужого ребенка?

– Я возьму на себя ответственность за все ее действия. – тем временем продолжал Тереган. – Если она каким-то образом нарушит закон, отвечать буду я, как полноправный опекун.

Его голос постепенно набирал силу, и старейшины склоняли головы, признавая за ним право на подобное неслыханное, но вполне законное решение. Фелисия догадывалась, что происходит нечто из ряда вон выходящее, но не до конца понимала масштабы учиняемого ее мужем переворота в умах. Ей и без того было страшно. Нет, она не боялась, что Ами пойдет совершать преступления направо-налево. А вот оскорбить кого-то или сломать что-нибудь чисто по незнанию девочка может запросто. Что тогда будет с Тереганом? Как именно его заставят отвечать за проступки приемной дочери?

Она прикусила губу, чтобы не завалить его вопросами прямо там. Не время и не место, потом разберутся. Сейчас важнее отстоять право ребенка на нормальную жизнь.

– Ты уверен? – сбавив тон, поинтересовался Ниол. Как бы он ни относился к вечно сующему нос не в свое дело разведчику, но Тереган был своим. Вырос на глазах старейшины. Консервативный брюзга, Ниол заботился в первую очередь о благе родного поселения, как он его понимал, и о благе каждого обитателя. Так что молча смотреть, как один из его соплеменников гробит себя ради какой-то человечки, он не собирался. – Она ведь может натворить все что угодно. Люди предвзяты, косны в своих убеждениях…

– Не только они. – Тереган весьма красноречиво посмотрел на старейшину, чуть ли не прямо говоря, кто здесь еще завяз в предрассудках. – Девочка умненькая, сообразительная, за несколько лет научилась отлично говорить на нашем языке, основные правила поведения я ей объяснил, остальное сама освоит. В конце концов, наши подростки тоже не подарок.

Старейшины понимающе захмыкали. Они давно научились флегматично и с пониманием относиться к фанабериям подрастающего поколения, но одно дело свои, родные, а тут – иная раса, иной менталитет.

– Может она еще и не выживет. – оптимистично предположил Ниол, поразмыслив. – Все же Аламеда – не Шидиши. Там фон насыщеннее. Шарахнет ее разрядом, и нет проблемы.

Фелисия похолодела. Взглянуть на проблему с такой стороны ей не приходило в голову. Однако беглый взгляд, брошенный на мужа, ее успокоил. Тереган не выглядел смущенным или сомневающимся, а значит уверен в способностях Ами. Кому знать, как не ему, он тренировал девочку почти каждый день.

– Пусть это вас не волнует. – с любезной улыбкой, больше напоминавшей оскал, отозвался Тереган. – Главное, перед законом Аметист Торнвуд станет одной из нас. Дальше все зависит лишь от нее самой.

Все это Фелисия пересказывать девочке не стала, ограничившись самым главным.

– Ты готова много и старательно учиться? – строго спросила она. Ами закивала так активно, что голова закружилась. Подумать только! Она сумеет овладеть своим даром по-настоящему! Нет, наставник показывал ей способы контролировать себя и применять избыток энергии точечно, но это все не то. Сам Тереган понятия не имел, как возможно чувствовать камни на расстоянии. У него была совершенно другая специализация. Разведчик, страж, он бдил на границах поселения, отслеживая нарушителей-людей, вспышки болезней животных, случайные пожары в лесу и прочие чрезвычайные ситуации. Его учили драться, обороняться при помощи молний, а не творить красоту из подручных материалов.

Система обучения эшеминов отличалась от человеческой.

В Городе до совершеннолетия все дети без исключения ходили в одну школу. Их было не так уж много, к сожалению прирост населения шел не слишком бурно. В лучшие годы классы были заполнены до предела, по тридцать человек, в худшие – по пять-шесть ребят в каждом, а то и меньше.

Среднее образование было обязательным. Дальше подросток выбирал специальность и шел в помощники к соответствующим мастерам.

Девушек это, впрочем, не касалось. Если только у них не обнаруживался редкий талант, как это произошло с Фелисией, их задачей было выйти замуж и нарожать как можно больше детей, а после следить за домом и встречать мужа с работы. Никто не запрещал им получать образование, но на таких любительниц самостоятельности поглядывали косо. Мол, не желают вносить личный вклад в развитие человеческой цивилизации! Позор им.

А вот у эшеминов упор делался на развитие способностей, вне зависимости от пола. До десяти-двенадцати лет можно было обучать ребенка на дому или водить его на общие занятия, тоже своего рода школа. Там в голову подрастающему поколению закладывались элементарные знания – география, история, литература, все то, что пригодится в будущем.

Потом, когда силы пробуждались полностью, подросток поступал в одно из развивающих заведений, где его личные таланты поддерживали и оттачивали до совершенства. Каким-то непостижимым образом у любого малыша-эшемина имелся некий дар, будь то способность понимать животных без слов, бросаться шаровыми молниями, или обрабатывать ткани.

Те неизменные эшеминские плащи из аиши, уникального материала, получаемого из растений, создавались без единого шва. Модистки Города, хоть и освоили прядение нитей из пушистых волокон, и получали вполне схожую по структуре ткань, повторить фасон так и не сумели. Все потому, что мастерицы эшеминов работали не только руками, но и энергией. Не сшивали края, а приваривали, если можно так выразиться о нитях. Наверное, ближе всего по эффекту была бы обработка лазером, но подобных сравнений Фелисия подобрать не могла. Она никогда не видела работающую установку, лишь чертежи в архиве.

Ами, по протекции Терегана, заочно зачислили в такой колледж-пансион. Назывался в оригинале он куда мудреней, нечто вроде «центр индивидуальной подготовки одаренных», но Фелисия мысленно перевела это в более привычную для нее терминологию. Обучались там дети начиная с двенадцати лет, так что Аметист придется нелегко. Вливаться в сложившийся коллектив, проучившийся вместе лет шесть, всегда непросто, а когда ты еще и другой расы… Ее, в виде исключения, записали сразу в подходящую по возрасту группу, так что бедняжке придется первое время еще бегать на дополнительные занятия, наверстывать. Далеко не все ей мог показать и объяснить Тереган.

С другой стороны, колледж считался одним из лучших в регионе, располагался не слишком далеко от Шидиши, и разумеется туда доходили слухи о человеческой резервации. Вряд ли сверстники сделают Ами что-то дурное. Глазеть будут, конечно же, но не более.

На крайний случай Тереган поднял старые знакомства. Он сам в свое время ходил в тот же колледж, и у него остались приятели в Аламеде. Присмотрят, помогут, на первых порах подскажут.

От радикальных и неожиданных перемен в жизни Аметист ошалела. Пару минут она сидела молча, переваривая новости. Девушка совершенно не была уверена, что готова к такому.

– Есть еще одно «но». – нарушил тягучую тишину Тереган. – Самое важное.

Ами вяло кивнула, еще не отойдя от шока.

– Это навсегда. – добил ее наставник. – Если ты примешь мое предложение, войдешь в нашу семью и поедешь учиться, ты не сможешь вернуться. Никогда. Первая заповедь эшеминов – не приближаться к людям.

– Но вы ведь живете с мисс Блаунт? – вяло возразила девушка.

– Я не живу в Городе. – вздохнул Тереган. – И не общаюсь ни с кем, кроме нее и тебя. А ты человек. Тебе изначально меньше веры, нравится тебе это или нет. Кто даст гарантии, что ты не побежишь потом выкладывать секреты и тайны эшеминов всем подряд?

Ами оскорбленно вскинулась, но была остановлена поднятой узкой женской ладонью. В разговор вмешалась Фелисия.

– Я-то знаю, что ты не из таких. – мягко пояснила она. – И Тер знает. А вот наши безопасники могут тобой заинтересоваться. И король. Ему давно любопытно, что там в Шидиши происходит, и за ее пределами, но меня он трогать не осмеливается. Кто ему будет чинить все, что ломается? Да и известная я личность, так просто не исчезну.

Фелисия говорила с иронией, но Ами все равно пробрал озноб. Она-то совершенно не известная никому личность. Пропадет, кто будет ее искать, кроме родных и четы Блаунтов? Да и те вряд ли что-то сумеют предпринять, чтобы вызволить ее из застенков дворца. Его величество понимающий и милосердный монарх, но лучше в поле его зрения не попадаться. Особенно с секретными сведениями. А что касается эшеминов, там сплошная секретность и тайны.

*Подробнее об этом можно прочитать в самой первой книге цикла, «Небо и грозы Электрет»