Текст книги ""Фантастика 2025-190". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Наиль Выборнов

Соавторы: Андрей Схемов,Артём Потапов,Олег Ковальчук,Сергей Леонтьев,Нинель Мягкова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 156 (всего у книги 348 страниц)

Очередной лаборант, настраивающий оборудование с очень умным видом, попросил немного подождать. Молча отойдя в сторону, принялся наглаживать и почёсывать прилично отросшую расточительность на лице.

В тот самый момент датчик и оказался под языком. Надеюсь, театр одного актёра с маниакальными признаками преследования со стороны выглядел естественно. Тут в помещение зашёл улыбающийся Михалыч.

Не знаю с чего, но сразу стало как-то спокойнее и легче. Скорее всего, банальной причиной тому послужило знакомое лицо, но настроение, так или иначе, приподнялось.

– Моё почтение! – жизнерадостно крикнул тот прямо с порога, подняв руку, – Так, с вопросами приставить не стану, не переживай. Вы все после возвращения не особо разговорчивые, да и настроение не стабильное, хех. Поэтому предлагаю максимально ускорить процесс, чтобы побыстрее покинуть эти стены. Что скажешь? Как тебе такое предложение?

– Полностью его поддерживаю, – ответил я, стараясь не выглядеть излишне грубым при этом. Настроение действительно с плинтусом знакомство заводило.

– Отлично! Кстати, рад тебя видеть. Надеюсь, всё прошло хорошо.

– Где Семён? – почему-то был уверен, что он непременно будет присутствовать на моём возвращении в этот серый мир унылой реальности.

– Да кто ж его знает? Мы с того раза больше и не виделись. Скорее всего, в очередной командировке. Он из них практически не вылезает же. Ладно, укладывайся давай.

* * *

В этот раз сканирование организма заняло больше времени, что вызвало лёгкое беспокойство. Нахрен я вообще тех «сказочных» послушал? Вроде нормальным человеком был. Нет же, со слов первого встречного всякую дрянь в рот тянуть начал.

– Ага, готово. Можешь идти одеваться, осталось тестирование и домой, – бодро произнёс Михалыч.

– Ну, что там говорит твой агрегат? В Магнето я не превратился?

– Аха-ха! Смешно. Нет, мозговая активность у тебя определённо стала выше, но всё в пределах допустимых показателей, так что записываться в люди-Икс не спеши, – поддержал он шутку.

– Ясно. Жаль, конечно. Где в туалет сходить можно, не подскажешь?

– Постой, тебя на горшок приспичило, что ли? – встревоженный голос и ставшее серьёзным лицо Михалыча, мне совершенно не понравились. Твою мать, неужели здесь какой-то подвох имеется? Хрена тогда эти дебилы меня не предупредили?

– Не, – отмахнулся я непринуждённо, – Просто умыться хочется, лицо освежить. А что за реакция у тебя такая? Что, мы туалет проситься не должны? – спасибо родным органам, что научили мандеть прямо с ходу и честно глядя в глаза.

– Вообще-то, нет. Вас же раствором питали, а лишнее выводилось… ну, сам знаешь как. Кишечник должен быть пустым, по идее. Так что желание сходить в туалет может скрывать под собой серьёзную патологию.

– А на машине твоей этого не видно, разве?

– Откуда? – как-то замялся Михалыч, – Она вообще не про это. Здесь фиксируется мозговая активность, состояние нервной системы и мышечного тонуса.

– Понятно. Так, а «блоки» ваши, вроде, не калечат и даже лечат. Разве не так?

– Слушай, ну и вопросы у тебя. Прям чувствуется, как специфика работы сказывается, хех. Да, они действительно оказывают общий положительный эффект на организм и лечить могут, только тогда программа соответствующая требуется. Я в этом не силён, если честно. Просто есть инструкция, что если после разде… – тут он как-то резко осёкся, но постарался не подать вида, – Короче, после возращения просьба сходить в туалет обязывает нас незамедлительно направлять всех с подобными желаниями в медблок. Фактически я сейчас так и должен поступить в соответствии с регламентом.

– На кушетку за желание умыться? – изобразил я искреннее недоумение, – А если, к примеру, нос зачешется, то в операционную сразу?

– Аха-ха! Ну ты можешь. Нет, конечно, – рассмеялся он, – Просто ты же про туалет спрашивал, – вроде лыбится в лицо, а взгляд такой цепкий, внимательный, будто изучающий и в то же время не доверяющий.

– Михалыч, а тебе самому не кажется эта ситуация несколько абсурдной? А что мне было спрашивать? Душевую? Как по мне, вопрос прозвучал вполне естественно. В любом случае комната называется туалетной, а не умывальной.

– Ха-ха! Не, с такой логикой спорить просто невозможно.

– Но вы всё же пытаетесь. Ладно, давай уже пойдём поскорее, а то действительно невмоготу здесь у вас находиться.

– Куда пойдём?

– Как? В медблок ваш, раз по инструкции положено. Может, там умыться дадут хоть.

– Да какой медблок? Господь с тобой. Вон, в дальнем углу раковина. Поласкайся сколько душе угодно.

– О, вот за это спасибо. А тебе не влетит за нарушение инструкции?

– Иди уже, заботливый какой нашёлся. Разберёмся как-нибудь, – улыбнулся он отмахнувшись.

* * *

Притомившись от столь продолжительного разговора, развернулся и направился в указанном направлении. Настроение снова возвратилось к плинтусу. Что-то не понравилась мне эта ситуация.

И ставшие цепкими глаза Михалыча после вопроса о туалете, и его запинки. Ведь именно «после раздевалки» хотел сказать, но поправился. Зачем? Если тебе кажется, что тебя хотят обмануть, то тебе не кажется – золотое правило.

И опять же, почему эти дегенераты (А других слов теперь подобрать было сложно) об этом не предупредили? Не знали, что ли? Про такой существенный нюанс? Не верю что-то.

Может, наоборот, под монастырь подвести хотели? А какой у них мотив? В чём смысл? Думаю, при наличии желания, тормознуть здесь, кого бы то ни было труда не составит. С подводной лодки ты никуда не денешься.

Муть какая-то. Однако сдаётся мне, что если бы не участие Семёна, этот Михалыч, не задумываясь и без лишних вопросов, потащил бы меня в местную санчасть.

Хорошо, пусть так, но для чего? Явно не клизму ставить. Хотя хрен его знает. Сука! Опять возвращаемся к сраным вопросам без ответов. Ладно, надо действительно отсюда сваливать побыстрее.

Теперь главное, чтобы к костюму претензий не возникло. Точнее, к отсутствию в нём сраного датчика. Будут его проверять, не будут – только гадать остаётся. Ну, и чтобы раковина не подвела сливом.

Вдруг там сетка мелкая или ещё что? Подходя к умывальнику, обратил внимание, благо низ не закрыт никакой тумбой, что колено сильно отличается от обычного сантехнического.

Оно мне тоже не понравилось. Измельчитесь там или ещё, неважно, главное – не такое, как все и зачем-то мигает огоньками диодов. Открыв воду, шумно умылся, фыркая и основательно растирая лицо руками.

Несмотря на вполне широкие отверстия слива, куда без проблем вошло бы и три датчика, сплёвывать его не стал. Внезапно меня осенила довольно гениальная по своей простоте идея.

Утёршись висящим тут же ослепительно-белым полотенцем, поспешил назад в раздевалку, скрестив пальцы. Оставалось надеяться, что за это время никто своё рыло в мой шкафчик не запилил.

Иначе придётся искать нормальный умывальник или придумывать что-то ещё, раз в туалет путь заказан. Как назло, нигде не заметил никаких щелей. Тут даже иголку впихнуть некуда было.

– Полегчало? – поинтересовался, улыбнувшись, Михалыч, мимолётно глянув в сторону умывальника.

– Как заново родился! – также на позитиве ответил ему, – Спасибо.

– Да ладно, – отмахнулся он и ещё раз стрельнул глазами в дальний угол, – Удачи!

– Взаимно.

* * *

Стараясь вести себя максимально естественно, направился в раздевалку. Только бы костюм оказался на месте. Чует моё заднее сердце, что находится оно под прицелом и только что буквально на миллиметр разминулось с довольно серьёзной неприятностью.

Стоило открыть шкафчик (Слава Тьме – на месте херня силиконовая), как следом зашло два лаборанта с довольно широкими плечами для столь непыльной должности, которые сразу направились ко мне.

Всё, суки, сейчас точно прихватят. Чуть ли не дрожащей рукой открыл шкафчик и потянулся внутрь.

– Сергей Сергеевич, – окликнул один из них, – Не могли бы подойти.

Странные вы, уроды хмурые, просите подойти, когда сами довольно активно приближаетесь. Но ничего, чутка потупим, отыгрывая роль не до конца пришедшего в себя беднягу.

– А? Да, конечно.

В этот момент я уже успел взять в полки часы и, поворачиваясь, как бы случайно уронил сраный костюм на пол. Хвала этому плотному материалу, который упал в сложенном виде и нужной стороной вверх.

Лавка прекрасно закрывала обзор, поэтому спешащие на помощь Чип и Дейл не могли видеть, что именно происходит на полу. Но судя по звуку шагов, скорости они прибавили.

Теперь только бы не обосраться на финише. Наклонившись, сплюнул датчик на костюм и, ещё раз хвала этому эластичному материалу, двумя пальцами и буквально в одно движение запихал высокотехнологичную срань, фактически подведшую на монастырь, на своё место.

Всё, бляди хитрожопые, этот раунд остался за мной. Выкусите. Буквально подбежав, они довольно наигранно улыбнулись, с плохо скрываемым напряжением.

– Позвольте, мы сами подымем. Вам нежелательно делать наклоны. Организм ещё адаптируется к изменившейся обстановке и возможна потеря сознания.

– Ого. Тогда, пожалуйста, поднимайте, – ответил, подняв обе руки вверх с растопыренными пальцами и отступив на полшага, – Что-то случилось?

– Ничего такого, что выходило бы за пределы штатной ситуации, – буркнул один из них, внимательно осматривая костюм. Ну-ну, ссать в уши кому-то другому будешь, фраер.

Утратив интерес к этим ряженным «лаборантам», в полном спокойствии сел на лавку и застегнул ремешок часов на руке. Хер вам в зубы, щеглы. Не доросли ещё до того, чтобы Морра за жопу прихватывать.

Широкоплечая имитация рядовых работников тщательно осмотрела костюм, после чего развернулась ко мне.

– Так в чём дело-то, объясните? Я могу одеваться?

– Да, конечно, – хмуро ответил тот же тип, явно неудовлетворённый результатом осмотра, – Костюм мы забираем.

– Эм, ну хорошо. Он и так вашим был. Так чё приходили-то? – ответом мне послужили две широкие спины, направляющие к выходу. Ну и хер с вами. А валить отсюда действительно надо как можно скорее.

* * *

На грёбаные тесты ушло больше двух часов. Узнав, что в случае выявления факта поверхностного подхода к ответам можно остаться на «второй год», решил поднапрячься и закрыть данный вопрос с первого раза.

После беглого осмотра бланков, мне вручили файл с бумагами, содержащими ответы на все интересующие меня вопросы. По факту же в них разъяснись права и обязанности «командировочного», сроки и способы получения полагающихся выплат, их виды и что-то ещё в этом же духе.

То есть, никаких реальных ответов на действительно интересующие меня темы, там не оказалось. Очередное на… обман, одним словом. Ознакомление с содержимым было рекомендовано отложить до прибытия к месту проживания, что, учитывая количество листов, выглядело вполне логично.

За воротами меня действительно уже ждали. Чёрная, тонированная Камри на военных номерах, на заднем сидении которой я незаметно задремал, стоило нам только вырулить на трассу. Умаялся, что поделать.

– Приехали! – разбудил чей-то резкий голос.

Хотел было возмутиться, что извозчик доставил меня куда-то явно не туда, но срастив ситуацию, осознал, что это двор моего дома. Тьма, я действительно живу здесь? Надо подыскать себе уютную пещеру, вместо норы в этом унылом человейнике.

– М? А, да, спасибо, – пробормотал, выходя из машины, – Я тебе ничего не должен? – в ответ водила выдохнул, закатив глаза, и попросил закрыть дверь, после чего с пробуксовкой выехал со двора.

Идти в квартиру вдруг категорически расхотелось. Пришло осознание, что я не готов назвать теперь это место своим домом. Стало ещё тоскливее. Окружающий меня мир был серым, холодным и безжизненным.

А ещё, здесь уже наступила зима, и находиться на улице в том, что на мне, было чертовски холодно. Иди в тепло всё же придётся. Грешным делом, на полном серьёзе взглянул на запертую дверь подвала. А что такого?

Снегом наш регион похвастаться никогда не мог, но осень явно закончилась, а это значит, что прошло минимум два месяца. Блин, неужели действительно целый квартал пролетел?

Семён ко мне в середине сентября приезжал. Выходит, на самом деле три месяца минуло? Зарифмуем: охренеть можно, как это всё воспринять сложно.

Осмотрев ещё раз серый и «холодный» двор, успевший стать чужим, тяжело вздохнул и направился в ближайший магазин – мне однозначно требовалась «микстура», превышающая градусом температуру моего тела.

Зайдя в квартиру, на удивление оказавшуюся настолько чистой, что сперва даже растерялся и посмотрел на дверь – мало ли, вдруг ключ подошёл, как в одном известном советском фильме.

Нет, и дверь моя, потрёпанная, и облезлый номер квартиры тоже мой. Войдя в кухню, осознал, что забыл снять обувь. На линолеуме, который был чище только в магазине, остались грязные следы.

А чему ты удивляешься? Напялил самые простые шмотки и на что-то ещё надеешься? Сука! Проблема оказалась глубже, чем предполагал. Однако звонить психотерапевту, настоятельно рекомендованному на выходе с «объекта», категорически не собирался.

Во-первых, свои проблемы привык решать самостоятельно. Во-вторых, в этом враче я видел потенциального агента по сбору информации. В-третьих, никогда не доверял этим мозгоправам. Как они судить о жизни, не видя её во своей «красе»?

Вскрыв банку добротной тушёнки, отрезал приличный ломоть ржаного хлеба и, прихватив гранёный стакан, пошёл в комнату – день следовало закончить именно так, как и планировал это три месяца назад…

* * *

Похмелье. Я даже успел позабыть это слово, но его последствия напомнили о себе. Определённо это не яд Па’Адл, но, так или иначе, та ещё дрянь с вполне выраженным негативным эффектом.

Первым делом включил телефон, но увидев количество пропущенных звонков и присланных сообщений, тут же убрал его подальше – ну его нахрен. Наполнив тот же стакан заранее приобретённым нефильтрованным пивом, ознакомился с бумагами.

Итак, мне полагался месяц отпуска, именуемого «периодом для реабилитации». Годная информация. А если верить написанному, то на счёте уже находилась сумма, превышающая мой годовой доход в несколько раз. Надо проверить.

При этом рекламное агентство обязывалось ежемесячно зачислять средства значительно выше заработной платы, а корпорация в течение тридцати календарных дней должна была перевести деньги, заработанные в Адэлеоне.

Учитывая, что с рекламным отделом у меня подписано соглашение на пять лет, можно смело увольняться с работы. Ибо размер тех средств, что собиралось начислить корпорация, если ими ещё грамотно распорядиться, обещал довольно продолжительный и беззаботный период жизни.

Но какой смысл этого унылого существования без моей прекрасной Ла’Амии? Без моих верных товарищей и даже без сраного Инквизитора? Не было в этом мире той цены, что смогла бы компенсировать такую утрату.

Короче, забухал на целую неделю, но оторваться от реальности и забыться, всё же не вышло. Проснувшись очередным холодным утром, осознал, что выход на службу поможет отвлечься гораздо эффективней, сокрытой на дне бутылки истины. Дожили, блин.

За эти семь дней в пьяном угаре, каких только мыслей в голове не было. О чём только не думал, и что только не пытался сотворить. Правда оказалась горькой и противной – в этом убогом мире Жнец из меня такой же, как из говна пуля.

Даже намёка на магию не возникло. Что-то здесь было не так. Или действительно потёк мозгом, или что-то упускаю из вида. Я же ведь Жнец? Рождённый совершенно другом мире и несущий в себе Истинную Тьму!

С такими мыслями не то что в запой уйти можно, действительно до палаты недалеко. Поэтому выход на службу пока виделся единственным способом убежать от самого себя, хоть это, как известно, и невозможно сделать.

* * *

– Значит, решил выйти на службу раньше?

– Ага, соскучился я по всему этому. Что?

– Просто не могу понять, чем ты так смог заинтересовать самые верха? – прищурился Иваныч.

– Я же говорил, вы меня просто недооцениваете.

– Давай без своих подколов, а? Ты даже представить себе не можешь, сколько у меня к тебе вопросов, которые мне прямо запретили задавать, а тебе, так понимаю, на них отвечать.

– Раз мы в кои-то веки достигли понимания, может, оставим в покое мои мотивы для выхода? Очевидно, что они самые благородные.

– Ты только не зазнавайся! – нахмурился начальник, – Давай, иди уже. Дела тебя заждались.

– В смысле? – чуть ли не воскликнул я возмущённо, – Их, что, никому не передавали?

– А кому их передавать? Может, подскажешь, раз такой особенный? Вас и так три калеки осталось. Короче, сроки продлили, так что не начинай. Всё, раз решил приступить к обязанностям, то приступай молча. Свободен.

– Есть, товарищ подполковник! – ответил я, стукнув каблуками форменных туфель и приложив руку в «пустой» голове, – Разрешите идти?

– Да кто тебя держит? Шуруй уже, шут, блин, краснокнижный.

Выйдя из кабинета руководителя, столкнулся с Грунёвым Мишей. На лице молодого сотрудника уже появился оттиск печати службы. Впалые глаза, синяки под ними и полное безразличие к происходящему.

Сразу видно, окунулся с головой парень. Ничего, адаптируешься. Кстати, интересное наблюдение – на «объекте» никто из других участников проекта мне не встретился.

Даже издалека никого не видел. Что по дороге к «блоку», что от него, но при этом персонал постоянно говорил во множественном числе, обсуждая реакцию организма и прочее. Специально исключали зрительный контакт между нами?

Похоже на то. Но к чему такая конспирация? Что мне мешает поинтересоваться, к примеру, в другом отделе о тех, кто был внезапно откомандирован хрен пойми куда? Объективно ничего, но и зачем это делать тоже непонятно.

* * *

– Ого! – лицо Миши тут же обрело признаки жизни, – Какие люди! Давно вернулся? Ты уже на службу выходишь? Тут с тем твоим выездом полная жопа. До сих пор никакой информации, представляешь? Четвёртый месяц на исходе, а по существу фактически ничего нет. Слу-у-шай…

– Так, притормози коней, – усмехнулся в ответ, прервав этот сумбурный речевой поток информации, – Пойдём в кабинет, что ли, хоть зайдём. Не в коридоре же торчать.

Насколько была чиста и прибрана моя квартира, настолько ужасно выглядело служебное помещение. Пыль покрывала ровным слоем абсолютно все поверхности. Хоть куличи лепи.

Причиной тому, видимо, послужила незапертая форточка старого деревянного окна. Кажется, только у меня его до сих пор не поменяли на пластиковое. Надо будет поинтересоваться о причине столь выраженной дискриминации.

– Ну и гадюшник тут у тебя, – произнёс Миша, брезгливо осматриваясь.

– Сам в шоке. Это надо же было так засрать кабинет в моё отсутствие. Неужели никто окно закрыть не мог? А полы? Не убирались только у меня, что ли? Принципиально?

– Походу к тебе реально давно не заходил, а что до уборки кабинетов, так теперь это сугубо наша личная забота. За те деньги, что выделяются на это, желающих найти крайне проблематично. Так что, или следи за порядком сам, или скидывайся с остальными. Раз в неделю приходит женщина для уборки. Слушай, может, лучше ко мне пойдём? У тебя как-то… неуютно.

Спорить не стал. Сегодня же надо найти и загнать сюда каких-нибудь работяг для приведения кабинета в божеский вид. Можно разок и потратиться из своих кровных, благо теперь они есть.

* * *

Переступив порог кабинета коллеги, испытал чувство стыда. После моего свинарника, здесь просто как в операционной – чисто и стерильно. Щёлкнув чайник, Миша завалился на старенький, но в меру потрёпанный, диванчик, и жестом предложил присоединиться.

– Сейчас офигеешь, что судмедэксперт обнаружил у трупов, – сказал он, насыпая в стакан кофе, – А ты чего себе не делаешь?

– Не особо хочется, – после травяного чая Адэлеона пить что-то иное, организм отказывался, – У них языки вырваны?

– А, ты уже знаешь, – протянул погрустневший Миша, – Ну да, вот такая непонятная и лютая дичь. Кто мог с ними это сотворить и зачем? Каменный век какой-то, честное слово.

Он начал рассказывать о проведённых мероприятиях, возникших проблемах и ситуаций, не поддающихся описанию фактах и прочем. Сразу заметно, что участие в расследовании этого дела поглотило его с головой.

Слушал вполуха, кивал, когда это было уместно, но мыслями находился очень далеко отсюда. Где-то за Гранью этого мира. В очередной раз потёр палец, на котором когда-то находился перстень Хранителя, в надежде нащупать его.

После вырванных языков у, так и оставшихся неустановленными, лиц, следующей по значимости загадкой являлась их одежда. Из проведённых экспертиз следовало, что ткань изготовлена неизвестным способом из неустановленного материла.

Более того, согласно выводу одного из заключений, ждущего подтверждения, ткань являлась очень старой, даже древней. Одну из мантий отправили на исследование в какой-то там институт, и на днях ждали от них заключение.

Внезапно захотелось подержать в руках и примерить мантию. Желание оказалось настолько сильным, что пришлось приложить усилия, чтобы совладать с собой. Так, надо что-то придумать, чтобы получить доступ к одной из них.

Не знаю с чего, но возникла уверенность в необходимости этого. Миша всё говорил и говорил, фактически без остановки. Но остальная информация не представляла для меня никакого интереса.

– Ты в комитет переводиться собрался? – вдруг прервал его вопросом, ставшим неожиданным для меня самого.

– А это ты откуда знаешь? – удивился он, – Никому не говорил даже!

– Просто предположил, – отмахнулся я, – Но ты уже ответил, – усмехнулся, глядя на выражение его лица, – Ладно, забей. Правильно делаешь.

– Думаешь?

– Уверен. Перспектив там однозначно больше. Лучше гробить своё здоровье там, чем прозябать здесь.

– Серёга, – замялся он, – Ты уходить, случаем, не собираешься?

– Не знаю, – честно ответил, глядя ему прямо в глаза, – Пока не решил.

– Слушай, может, я поговорю с руководителем комитета? У них тоже недобор, а так, глядишь, вместе и уйдём.

– Поговори, Миха, – с лёгкостью сразу согласился, – Может, оно и к лучшему будет. Ладно, пойду я.

– Как? Ты же ничего про свою командировку даже не рассказал! Знаешь, сколько слухов на этот счёт?

– Это было интересно.

– В смысле? Интересно, и всё?

– И всё, старина, – улыбнулся ему, – Должен понимать.

* * *

На лестнице столкнулся с «кадрами» и сразу же был взят в заложники. Анна, так звали сотрудницу, взяла меня под руку и потащила за собой в кабинет своего отдела.

Мне дали целую кучу разных бумаг, после подписания которых, поволокли в бухгалтерию, где в обмен ещё на пару подписей выдали командировочные наликом. Во, единственный приятный момент за весь день.

– О, Серёня вернулся! – послышался за спиной знакомый голос. Твою мать, я вообще выйду с отдела сегодня? Даже с крыльца сойти не дают.

– Лера! – развернулся, натянув дежурную улыбку, – Как дела в дознании?

– А вот давай куда-нибудь сходим, и я всё тебе расскажу, – кокетливо улыбнулась она в ответ.

Ох, девочка, благодари бога, что Ла’Амия тебя сейчас не слышит. Кстати, что-то не припомню за Лерой прежде рвения куда-то со мной сходить. Месяца три назад подобное предложение вызывало бы восторг – что душой кривить, она была очень привлекательной.

Но это в прошлом. Теперь же моё сердце принадлежало лишь одной-единственной кровожадной обольстительнице, а поступившее приглашение на свидание выглядело слишком подозрительно. Чё ей надо?

– Интересное предложение и очень неожиданное. Знаешь, отвечу прямо, не думаю, что это хорошая затея...

– Но… – начала она удивлённо.

– Ничего не поделаешь, – закончил за неё, не дав договорить, – Будет скучно, не скучай, Лера.

По её недоумённому лицу было очевидно, что заканчивать разговор она явно не собиралась, поэтому быстро развернувшись, поспешил уйти. Кажется, я поторопился с возвращением на службу.

Видеть лица людей категорически не хотелось. Все эти «персонажи» унылой, серой реальности вызывали сплошное разочарование, выгляди ненастоящими и лишёнными душ.

Прежде всего, надо привести кабинет в порядок и срочно сменить гардероб. Нужно переодеться во что-то посвободнее и с глубоким капюшоном. Да и туфли сменить на более удобную обувь. Желательно на мягкой подошве, чтобы как можно тише передвигаться…