Текст книги ""Фантастика 2025-190". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Наиль Выборнов

В любом случае, у меня были камни для формирования первого ядра накопителя. Всего в зиккурат их можно напихать до пяти штук. Поэтому я поспешил обратно в Жабино. Там, спустившись в подземелья, я приступил к зачарованию. Башенку уже успели построить. Пока без особых изысков – просто каменный столб двухметровой высоты. Это потом можно будет доделать всякой стилистики в виде рун, черепов и костей. Пока что всё максимально утилитарно. Пять филактерий я сложил звездой и затянул древнее, как я сам, заклинание. Камни засветились зловещим красным свечением и начали сливаться в единую друзу. Заодно и поменялась их форма. С картофельной, она сменилась на строгие многогранники.

Получившееся я торжественно водрузил на вершину башенки и отошёл на пару шагов.

– И всё? А как же спецэффекты? – разочарованно спросила Катя, наблюдавшая за процессом вместе с Митрофаном. Енот отстал от нас ещё в лагере. Полагаю, рванул к своей Флавии. Ничуть его не осуждаю, но всё же.

– Эм. А на что ты рассчитывала? – спросил я.

– Ну не знаю. Чтобы это было зрелищнее что-ли. А тут, посветилось, спаялось и положил как на полочку. Скучно.

– Ну извини, сделал как умею. – развёл руками я.

– Смотрите, смотрите! – отвлёк нас Морозов.

Над друзой начала вращаться салатовая световая воронка, узкий край которой уходил прямо в кристалл.

– Вот тебе и спецэффекты. – улыбнулся я.

Тут у всех нас пискнули телефоны, оповещая о новом сообщении. Прочитав его, нам резко стало не до веселья.

Глава 4

– Всё таки началась. – дружно вздохнули мы с Катей.

– Что началось? – спросил не имевший с собой аппарата для связи Митрофан.

– Война, ученик. Большая война. Поляки осадили Брест.

– Поляки? Неужели шляхтичи забыли все договорённости? – искренне удивился бывший гренадёр.

– Видимо им пообещали что-то более существенное, чем наш Император.

– Ну и сами себе дураки. Наша армия сомнёт их за два дня!

– Пока наша армия соберётся, они до Минска дойдут. – поморщилась Рахманова.

– Вот именно. Ну что, ученик, готов применить свои знания на поле боя?

– Аркаш, ты только не говори, что собрался на фронт… – с тревогой в голосе сказала Екатерина.

– А где мне ещё быть? Шуйский мёртв, страна в опасности. надо ехать, милая.

– Мне страшно. Вдруг ты там погибнешь?

– Так. Я не понял, в разломы ходить с демонами воевать, это было нормально, а каких-то там лягушатников мокрой тряпкой погонять, это опасно?

– И разломы опасны! Просто… Мы же… – замялась девушка.

– Я тебя понял. Не переживай. Я вернусь с победой. Иначе и быть не может. Тем более, не прямо сейчас же выступать.

– Хорошо. – на побледневшем лице ведьмы появилась робкая улыбка.

– Да что вы в самом деле. Наставник он такой, что саму Смерть победит, если надо будет.

– Не победит. Её невозможно победить. – покачал головой я.

– Как так?

– Вот так. Можно просто не умирать. – ухмыльнулся я под недоверчивые взгляды соратников.

Следующие несколько дней слились в одну непрекращающуюся полосу. Производство женской гигиены наконец запустилось, поэтому я договаривался с оптовыми покупателями. Что толку производить товар, если его никто не покупает. Пару раз пришлось срочно возвращаться в поместье – Гоша продолжал окукливаться. Казалось, с каждым днём он становится всё больше и больше. Особенно заметно это стало, когда зиккурат вышел на полную мощность и я перенаправил поступающий поток на драко-лича. С постоянной подпиткой, тот уже вымахал больше алабая, хотя изначально был меньше кошки, и продолжал расти. Я уже всерьёз начал задумываться как бы не пришлось разбирать часть крепости. Если ящерица вымахает до размеров взрослой особи, то он попросту не сможет отсюда выйти.

К счастью, рост прекратился, когда Гоша дорос до краёв своего купола. На пятый день дракон наконец вылупился. Снова. Ящерица выросла до размеров пони и пусть с трудом, но смогла выбраться из своего убежища. Это я узнал уже по факту, когда сидел в своём кабинете, ура, ура, он уменя наконец-то появился, и разбирал бумаги. Драко-лич взобрался по стене и сунул любопытную морду в открытое, по случаю хорошей погоды окно.

– Па па. – заявило это чудо, разявив пасть.

– И я рад тебя видеть. Полетать хочешь?

Разумеется дракон захотел полетать. Только первые попытки полететь самостоятельно у него вышли весьма… посредственными. Он разгонялся, подпрыгивал, делал пару взмахов крыльями, но потом тонкая плёнка заклинания, натягивавшегося вместо перепонки на кости крыльев исчезала и ящер падал. Понаблюдав за мучениями питомца, я решил немного ему помочь. А именно – прицепил к нему реактивный некродвигатель. Жить захочет – полетит, рассудил я, осмотрев готовую конструкцию. Дело в том, что посадочных механизмов у меня предусмотрено не было – двигатель был одноразовым и предназначался только для разгона. Дальнейший полёт и посадка были исключительно заботой самого Гоши.

– Ну что, естествоиспытатель, готов? – спросил я и, дождавшись отмашки, инициировал запуск. Гошан стартовал с направляющих – нехватало ещё, чтобы он убился об стену, не справившись с рулёжкой.

Оставляя дымный след, драко-лич умчался в небеса. Примерно через четыре секунды полёта, топливо в разгонном блоке закончилось. Ящер разжал лапы и особо не мудрствуя выбросил его. После чего потянулись томительные секунды ожидания – полетит, не полетит. Пару секунд неживой снаряд летел по инерции, но потом тяготение сделало своё чёрное дело, и ящер стал сваливаться в пике. Набрав весьма приличную скорость, дракончик расправил наконец крылья и едва не чиркнув хвостом по земле, вышел из падения в контролируемый полёт. Над деревней раздался полный восторга рёв.

Жители высыпали из домов и стали показывать пальцами на новую диковинку. Даже издалека, а я стоял на крыше крепости, было видно, что они тоже в полном восторге. Гоша нарезал круги, крутил восьмёрки и запускал салюты из некротического пламени, что довольно зрелищно смотрелось на фоне синего неба. Я даже умилился немного, после чего вернулся обратно в кабинет. Драконы драконами, а бюрократия куда страшнее. Особенно Имперская Налоговая служба. Вот уж кто действительно страшный. Куда там Тайной канцелярии, они белые и пушистые, по сравнению с налоговыми инспекторами. Если первые просто убьют, то вторые всю душу вытрясут за несошедшуюся с декларацией копейку. И даже не скажешь, что из этого страшнее. Наверное, всё же второе.

Всласть налетавшись, Гоша спикировал прямо на моё окно, благо я его так и не закрыл. Не успев затормозить, неугомонный ящер с размаху врезался в стену. Крылья распластались по кладке – в последний момент, он всё же понял, что что-то не так, а голова провалилась в проём и громко стукнулась об подоконник.

– Гоша, не безобразничай. – погрозил ему пальцем. – Лучше продумай где новое гнездо построишь. Не хотелось бы разбирать половину замка, после того как ты снова подрастёшь.

Драко-лич немного полежал в том положении, в котором приземлился, потом оторвал голову от подоконника и важно кивнув, скрылся на улице.

Я же, закончив с документами, откинулся в кресле и задумался. Сводки с фронта были весьма скудными. Казалось, все старались умолчать о случившемся, будто от этого проблема рассосётся сама собой. Особенно в этом усердствовали аристократы. Объявления о баллах, показах и прочих сборищах мелькали практически ежедневно. Казалось, что в дворянском обществе начался фестиваль праздников. Совершенно случайно в сводках мелькнули новости, что наша армия успешно отразила атаки из Воронежского, Хабаровского и Московского котлов. Пригодились таки, мои сведения. Подумав, решил набрать знакомого подполковника. Лучше узнать новости из первых, так сказать, рук.

– Аркадий? Здравствуйте, чем обязан вашему звонку? – раздался из трубки слегка удивлённый голос подполковника.

– Добрый день, Пётр Евгеньевич. Звоню узнать, не нужна ли какая помощь, да и просто новости узнать. Про вторжение пишут на удивление мало.

– И не мудрено, ваше сиятельство. Брест пал.

– Как так? Там же мощная крепость и много одарённых.

– Оказалось, что не так уж и много. Я и сам не знаю точно, что там произошло. Со спутника ничего толком не видно, а разведчики не могут подобраться поближе – слишком много врагов.

– Я понял вас. Так что насчёт помощи?

– Разве что предоставить пару дивизионов с тяжёлым вооружением. – вздохнул барон.

– Чего нет, того нет. Но я бы хотел поучаствовать в обороне лично.

– Весьма похвальное стремление с вашей стороны. Я бы даже помог вам направить его в правильном направлении, но, к сожалению, это не наше направление. Кстати, выражаю вам глубокую благодарность, за предоставленные сведения о противниках, решивших напасть из котлов. Только благодаря им, нам удалось вовремя укрепить оборону и разбить врага до начала проры…

Связь неожиданно оборвалась.

Предчувствуя худшее, я выбежал на крышу и удивлённо посмотрел на Гошу. Тот увлечённо собирал гнездо и причиной обрыва связи быть не мог. Тогда кто? Вопрос повис в воздухе без ответа. Я уже было собрался уходить, как заметил в небе странные точки. Сбросив с телескопа брезент, я навёл его на неопознанные объекты и тихо выругался.

– Пожри меня гниль. Бомбардировщики.

Мощная оптика позволила разглядеть даже германские кресты на крыльях тяжёлых летательных машин. Вокруг них, кстати, мелькали истребители прикрытия франков. А где же наши? Не может быть, что такую большую группу смогли проглядеть.

Но, сколько я ни оглядывался, встречать «гостей» никто не собирался. Пришлось скрепя сердце отвлечь дракона от важного дела.

– Гоша. Гоша! – на второй раз пришлось крикнуть – драко-лич настолько увлёкся, что сразу не среагировал.

Наконец он соизволил повернуть ко мне свою костяную башку, но с таким видом, будто я отвлёк его от познания тайн Вселенной, никак не меньше.

– Гош, смотри, самолёты. Да не там, выше. Да. Сможешь их сбить?

Дракон проследил черепом за бомбардировщиками и чисто по человечески пожал плечами.

– Ты не геройствуй там. Если что, то выходи из боя. – напоследок напутствовал я его, на что рептилия нехотя кивнула. Разбежавшись по крыше, он сиганул с края и начал быстро набирать высоту и скорость. Видимо уже полностью освоился, в том числе и со стихией воздуха.

Несколько томительных минут ожидания, за которые вражеские самолёты успели превратиться из точек на горизонте во вполне заметные объекты, прошли. И прямо в воздухе вспыхнул первый шар взрыва. За ним второй и почти сразу третий. Самолёты начали маневрировать – бомбардировщики попытались набрать высоту, в то время как истребители закружили смертельный хоровод, в надежде поймать юркую, но очень маленькую, по сравнению с ними цель. Вдобавок, ещё и в разы превосходящую в манёвренности. Неживой дракон выдерживал такие перегрузки, какие с лёгкостью убили бы человеческого пилота.

Это позволяло ему безнаказанно атаковать тяжёлые машины, которые одна за другой вспыхивали огненными шарами, пока куда менее расторопные истребители пытались успеть за его манёврами. Несколько особенно азартных пилотов даже столкнулись в воздухе, безвозвратно потеряв свои машины.

Всего за несколько минут половина бомберов оказалась уничтожена. Оставшиеся приняли решение возвращаться. Всё бы ничего, только они для облегчения бегства начали сбрасывать бомбы прямо там где были. Прикинув направление и расстояние, я с ужасом понял, что примерно там находилось Волосово. И прямо сейчас на головы ни в чём не повинных людей сыпятся бомбы.

Увы, с этим я ничего поделать не мог. В отличие от Гоши. Дракон в два захода превратил большую часть бомб в прах, при этом едва не попав под кинжальный огонь пулемётов. Без бомбовой нагрузки самолёты ощутимо прибавили в скорости и высоте, но это не стало проблемой для летающей рептилии. Только уничтожив последний бомбер, Гоша вернулся обратно. Истребители, он, резонно, проигнорировал.

– Да, брат, потрепало тебя. – посетовал я, когда этот герой приземлился. Оказывается в него попали и не один раз. Я насчитал пять переломов рёбер. Две трещины в крыльях и ещё, у драко-лича практически отсутствовала левая передняя лапа. Даже на черепе была длинная и глубокая царапина. Попади пуля чуть ниже и всё, не было бы у меня больше дракона. Но не всё так плохо, как казалось. повреждения затягивались прямо на глазах – всё благодаря ударным дозам некротики пересылаемых обелиском. Всё же с регионом мне повезло. Всего один зиккурат без ретрансляторов давал энергии больше, чем моя сеть сбора в прошлой жизни. А она была, уж поверьте, очень большой.

Связь никак не желала налаживаться, поэтому пришлось самому ехать в Гатчину, как в ближайший административный центр. На въезде в город меня остановил военный патруль, но поняв кто перед ними, солдатики не стали меня задерживать. Поэтому я поехал дальше в штаб округа. Куда ехать подсказали патрульные, но даже и так я бы не заблудился. Скопление солдат и офицеров было видно издалека. Штаб развернули прямо в администрации города. Представляю как этому «обрадовались» чиновники. Но кто их будет спрашивать – у нас война идёт. Заодно выяснил, что городом теперь правляет военный комендант. Не мудрствуя, отправился прямиком к нему, но был остановлен адьютантом. Прямо чувство дежавю какое-то. Солдатик был смутно знакомым. А вот господина коменданта я узнал сразу. Именно он заведовал Лужским котлом. И каким ветром его занесло в Гатчину?

– Александр Витальевич, какая неожиданная встреча. – увидеть знакомое лицо было даже приятно.

Во всяком случае, расставались мы вполне довольные друг другом.

– Аркадий? Вот уж не ожидал встретить вас снова. – неподдельно удивился Зимин.

– Что поделать, живу я здесь. Не знаете что случилось со связью? Хотел сообщить о бомбардировщиках, а не получилось.

– Бомбардировщиках⁈ Где⁉ Когда, куда полетели⁉

– Успокойтесь, они уже никуда не полетят. – окоротил я полковника, уже схватившегося за телефон.

– То есть как это?

– Сбили их всех, подчистую. Только боюсь Волосово могло под бомбы попасть.

– Сбили? Хоть одна хорошая новость за последнее время. Связи вас лишили диверсанты. Под видом рабочих проникли на телефонную станцию и успели её повредить.

– Да уж, неприятно.

– И не говорите. Ещё эти, гражданские палки в колёса ставить пытаются. Но да ладно, с этим сами разберёмся. Это всё?

– На самом деле нет. Я бы хотел оказаться поближе к фронту чтобы помочь нашим войскам отразить нападение.

– Весьма похвальное стремление, но вы уверены, князь. Всё же передовая место, скажем так, не слишком комфортное. – замялся офицер, явно намекая, что высшее дворянство явно брезгует сражаться на передовой.

– Об этом не беспокойтесь, я не из брезгливых. Специализация не та. – ухмыльнулся я.

– Простите, совсем упустил этот момент. В таком случае, могу выписать вам предписание, но… Сами понимаете, кто я, а кто вы.

– Неважно. Главное, чтобы официальная бумага была. А то дальше тыла не пропустят.

– Это да. Подождите пожалуйста, сейчас справим. – пообещал полковник и действительно «справил». Вышло что-то вроде подорожной грамоты, с указанием того кто я, куда я и зачем я. А также печатью с отчётливым магическим оттиском. Благодаря ей, бумажка становилась грозным документом. Грозным для всяких патрулей и блокпостов, разумеется.

С собой я взял одного Митрофана. Была мысль прихватить зверинец, всё же Сахарок незаменим в разведке, а Гниль тоже некромант. Но, здраво подумав, решил их с собой не тащить. Меньше вопросов вызову у местного командования. Мне и так предстоит нелёгкая задача убедить их, что наша помощь им жизненно необходима. Можно даже сказать, эта миссия невыполнима, учитывая твердолобость военных.

В путь отправились на Шарике. Восемь часов гонки и мы под Минском. Почти всё время нам приходилось обгонять колонны с бронетехникой и солдатами, которых перебрасывали к линии фронта. Посоветовавшись, нами было принято решение не задерживаться в поисках штаба, а прямиком направиться на передовую.

Положение наших войск оказалось аховым. Да, они смогли задержать наступление, но ценой огромных потерь. Сейчас обе стороны спешно наращивали ударный кулак, чтобы прорвать ряды противника. На стороне противников было преимущество в бронетехнике, которое и позволило им так далеко продвинуться вглубь наших земель. А с нашей были мы. Ни на кого не обращая внимания, мы расчертили здоровенную гексаграмму для массового поднятия нежити и половину оставшегося дня напитывали её маной.

Уже глубоким вечером мы завершили все приготовления и запустили ритуал. Салатовое свечение магической фигуры таинственно мерцало в сгущающихся сумерках, когда к нам наконец пожаловал хоть кто-то, кто мог принимать решения. Им оказался довольно молодой старлей, что, впрочем, не помешало попытаться нас сходу застроить.

– Что здесь происходит? Вы кто такие?

– Митрофан, ты глянь, мы тут больше половины дня корячимся, а на нас только сейчас внимание обратили.

– Это нормально. Странно, что после завершения не подошли.

– Я вас спросил, кто вы такие и что вы тут делаете? – повторил вопрос закипающий офицер.

– Некроманты мы, господин старший лейтенант. Проводим ритуал поднятия немёртвых воинов.

– Не-некроманты? – лейтёха аж заикаться начал.

– Некроманты. Смотри, первые уже подниматься начали. – показал я пальцем на восстающих зомби.

Офицер побледнел и стремительно ушагал прочь, так что нам оставалось только пожать плечами.

А потом произошло то, чего мы никак не ожидали.

Глава 5

РПГ-6

Ритуал поднятия гулей шестая редакция. В моём Кодексе он значился именно под таким названием. Древний как Урсалаш, ритуал, который шесть раз пытались доработать. Вернее не шесть, но седьмая редакция мне лично не нравилась, а до восьмой я немного не дожил.

Обеспечивает уверенный подъём павших на территории до шести гектар площади и слоем до пяти метров. Обычно всё что глубже, раздавлено в такой фарш, что поднимать попросту нецелесообразно.

Соотношение среди поднятых зомби – воинов к обычным, примерно один к трём, что является наилучшим результатом по сопоставлению энергоёмкость/качество.

То есть, чтобы поднять аналогичное количество зомби воинов, но с гарантией, нужно затратить раза в два больше энергии. Война войной, а экономика должна быть экономной.

Так вот. Мы не ожидали того, что среди павших с нашей стороны не окажется ни одного обычного умертвия. Соотношение один к трём осталось, только это были зомби ветераны и зомби воины, соответственно. Немногие европейцы, попавшие в зону действия заклинания, таких результатов не показали. Там всё было стандартно.

А ещё мы ощутили мрачную решимость, исходившую от немёртвого войска. Они жаждали поквитаться за поражение.

И вот это уже не ожидали ни союзники, ни тем более противники. Вражеские ряды расцвели огненными цветами выстрелов – сколь бы много ни было одарённых, большинство из них было в дворянских родах и служить в армии особым желанием не горели, поэтому с обеих сторон подавляющее большинство солдат были обычными людьми.

Атака мертвецов это страшное зрелище. Особенно когда она происходит в сумерках. Особенно, когда атакуют те, кого ещё недавно безнаказанно убивал. А ещё страшнее то, что это были не тупые болванчики, а профессиональные воины. Он не тупо брели в сторону живого мяса по воле некроманта, теряя куски мяса, а то и конечности от сконцентрированного свинцового дождя. Нет, воины умело пользовались укрытиями, в том числе и своими более бестолковыми собратьями.

Молча, неумолимо, не отступая. Одним своим видом они посеяли ужас в сердцах живых солдат по обе стороны фронта. И если одним повезло – воюют за них, то другим, увы нет. Зомби шли воевать против них.

Сражение долго не продлилось. Пехоту вырезали за час, а попытавшаяся отступить бронетехника оказалась заблокирована. Нет, танки конечно пытались давить мертвецов и у них даже что-то получалось. Ровно до того момента, когда мои ребята не догадались попросту поднимать моготонные машины в воздух – силищи им было не занимать, и бросать набок. В перевёрнутом состоянии, бронетехника была бесполезна. Я даже приказал не выковыривать экипажи. Просто блокировать их внутри. Терять такие трофеи конечно было неприятно – несколько коробочек взорвались, но остальные смалодушничали и к утру начали сдаваться. Пришлось отдавать их на поживу военным, ибо конвенции и всё такое в этом духе.

Что-то они не помешали этим ублюдкам прийти на нашу землю и убить наших людей. После сдачи пленных, мы с Митрофаном пополнили ряды армии и пошли на прорыв. Тем более, что участок фронта итак был полностью за нами. Военная машина только набирала разгон, поэтому пока отчёты ушли по цепочке командования, а взамен спустились приказы, нас на месте уже не было. К тому времени мы добрались до Столбцов и Немана. Спрятав армию в ближайшем лесу, мы с Морозовым пошли на разведку. Одно дело штурмовать город вслепую, и другое – делать это со знанием что и где находится. Гражданская навигация работала через пень колоду, а армейской нас так никто и не снабдил, благо хоть карты были загружены в телефоны. По ним и ориентировались. В городе должно быть два автомобильных моста и третий железнодорожный. Если занять все три, это сильно затруднит снабжение армии вторжения. Так мы рассуждали, пока не пробрались в город. Повсюду сновали патрули захватчиков, но тем не менее, мирные жители иногда да появлялись на улицах. Только благодаря этому, нам удалось проскользнуть не слишком замеченными. Пара пропавших патрулей не в счёт. Нечего было требовать какие-то аусвайсы. Мы и сами с усами. Мостов оказалось не три, как ожидалось, а четыре. Мы с удивлением смотрели как по титаническому творению геомантов ползут новые и новые танки. О том чтобы разрушить переправу, не было и речи – построено было по всем правилам противодиверсионных мер. Это сколько же сюда сил было вбухано, если по проезжей части бронетехника могла ехать по три штуки в ряд. Сейчас под танки была занята только одна полоса. Две другие были забиты грузовиками везущими что-то в обратном направлении.

– Как думаешь награбленное везут? – шёпотом спросил я Митрофана, когда мы залегли в неприметном месте.

– Ну а что же ещё? – пожал плечами Морозов.

Тут тент одной из машин дёрнулся от порыва ветра и мы увидели лица детей сидевших внутри.

– Ублюдки. – бывший гренадёр хотел было уже побежать на перехват, но я не дал.

– Почему⁈ Там же дети! – ученик перешёл на кричащий шёпот.

– Потому. Сейчас мы и их не спасём и сами погибнем почём зря. Возвращаемся. Ты поведёшь штурм, а я наделаю гончих для поиска и перехвата. Они не могут везти их слишком далеко. Наверняка неподалёку лагерь для пленных.

– Х-хорошо. Обещай мне, что мы спасём всех.

– Мы постараемся, Митрофан. Обязательно.

Если проникнуть в город вышло довольно легко, то выбраться из него – нет. То-ли обнаружились пропажи патрулей, то-ли ещё что-то, но на улицы высыпало такое количество вражеских солдат, что хватило буквально на каждый перекрёсток и они разумеется начали останавливать всех и каждого. Прямо у нас на глазах, они остановили женщину и, когда она не смогла показать им разрешительный документ, расстреляли на месте. Тут уже не вытерпели мы оба – умерщвили весь отряд и подняли из них зомби с наказом нападать на бывших сослуживцев. Отправив первый отряд, мы двинулись дальше, действуя по этой схеме, продвигаясь к выезду из города.

Против нас выступили увы не дураки. Проследить наш маршрут было не так уж и сложно, ведь он был прямым как палка. Поэтому совсем вскоре мне пришлось активировать броню, заодно нарастил бронекороб, куда спрятал здоровяка, чтобы не зацепило шальной пулей. А их было много. Пришлось даже вызывать поддержку из леса. Засадный полк стремительным маршброском преодолел расстояние до городской застройки и вскоре мертвецы заполонили улицы города. Мне даже не пришлось особо обороняться – подкрепления к противнику быстро закончились, потому что попросту не могли проехать. Выпустив ученика на свободу, командовать зачисткой, я отправился выполнять своё обещание.

Полсотни собакоподобных химер ни на кого не обращая внимания взяли след уехавших грузовиков и начали быстро удаляться от города вдоль шоссе. Как я и предполагал, детей везли в сторону Бреста. Там же был организован концентрационный лагерь, но об этом я узнал гораздо позже.

Дело в том, что по экстренному каналу пришло сообщение – враги рода активизировались. Произошло уже два довольно дерзких нападения на Жабино. Оба были отражены, но сам факт. Кто-то решил, что раз я в отъезде, то можно безобразничать безо всякой оглядки.

Разумеется я не собирался возвращаться на руины всего, что с таким трудом отстроил. Найдя Митрофана, поставил его перед фактом.

– Ученик. С этого момента мне нечему больше тебя обучать. Дальше будешь набираться знаний сам. – с торжественной миной на лице заявил я ему.

Удивление на лице Морозова сменилось недоверием, а после и вовсе подозрительностью. Тем временем, наши Кодексы проявились в реальности и между ними произошёл некий обмен. Даже мне не было понятно что происходит, но это определённо было нам на пользу.

– Наставник… Аркадий, как это понимать?

– По уму, надо было объявить об этом когда ты нашёл свою специализацию. С того момента мне действительно больше нечему тебя учить. У тебя свой путь развития и я тебе на нём не смогу помочь.

– Ну хоть советом поможешь, если что?

– О, уж чего, а советов у меня предостаточно. – осклабился, я. – Тебе ещё надоест их выслушивать.

– Поживём увидим. Дальше я сам?

– Да, мне надо вернуться. У нас слишком много врагов и не скажешь даже кто из них опаснее.

– Тогда, удачи тебе. Надеюсь ещё свидимся. – мы крепко обнялись, а потом разошлись в разные стороны.

Митрофан командовать дальнейшим наступлением, пока армии европейцев не успели организоваться для контратаки, а я прыгнул в Шарика и наказал мчать домой.

Обратный путь был затруднён многочисленными беженцами, заполонившими дороги. И это были не только простолюдины. Два кортежа мелкопоместных дворянчиков не смогли поделить дорогу и устроили многокилометровую пробку из-за какого-то, по моему мнению, пустяка. Они никак не могли решить, чья головная машина должна проехать перекрёсток первой. С трудом объехав их по обочине я решил немного похулиганить. Остановившись прямо возле спорщиков, опустил окно и крикнул им.

– Эй, бараны, пока вы тут будете стоять, я уже доеду до Питера и отжарю там ваших подружек.

Да, это было очень грубо. Даже неприлично. Практически за гранью. Зато эти два барана перестали выяснять у кого длиннее и толще… родословная, и обратили внимание на меня.

А я с улюлюканьем помчался дальше по практически пустому шоссе. Эти двое собрали действительно большую пробку, полностью перекрыв движение в этом направлении. Специально не стал гнать, поэтому через две минуты увидел в зеркале стремительно нагоняющие меня автомобили. Здоровенные, чёрные. Полувоенные модели Ульяновцев выглядели грозно. А с замерцавшей плёнкой щита, ещё грознее – ускоренные магией эти тяжёлые машины могли без особых проблем таранить лёгкие укрепления. Нетрудно догадаться, что станет с обычной машиной, когда в неё влетят два таких болида.

Только я ехал далеко не на обычной и уже не такой уж и машине. Шарик как почувствовал, что ему грозят неприятностями и сперва было ускорился, но потом наоборот, притормозил по моей команде, чтобы преследователи догнали побыстрее. Заметив, что я замедлился, водители ульяновцев наоборот только прибавили газу, выжимая из машин все соки. Даже магические щиты спереди укрепили так, что они засветились от избытка энергии. Похоже ребята уже предвкушали как размажут меня тонким слоем по асфальту. Чтож, не буду их разочаровывать раньше времени. Пускай насладятся моментом триумфа. Потом больнее будет осознать собственное фиаско.

Как я уже заметил, Шарик уже довольно давно перестал быть продуктом автозавода. Поэтому за мгновение до казавшегося неизбежным столкновения, он попросту подпрыгнул метра на три вверх, пропустив преследователей под собой. Не ожидавшие подобного, автомобили дворянчиков промчались дальше не имея возможности ни притормозить ни свернуть – рулевое управление частично блокируется в режиме тарана.

А потом началась потеха. Мы буквально поменялись местами. Шарик неожиданно мягко приземлился, вмиг догнал машины баронов, я наконец разглядел их гербы и распахнул клыкастую пасть. Которой начал откусывать целые куски от враждебного транспорта. Когда дело дошло до задней двери, в открывшиеся проёмы на меня уставились ошалевшие бароны. Они даже попытались атаковать какой-то магией, но сработавшая защита уже моей машины не дала им ни единого шанса. Как, впрочем, не особо помог им и огнестрел. Автоматную пулю броня держала уверенно, а крупнокалиберного пулемёта ни у кого в машине почему-то не оказалось. Фатальное упущение с их стороны.

Шарик не успокоился, пока не откусил задние мосты обоим внедорожникам по самые колёса. Как он при этом не задел сиденья, осталось загадкой, но содержимое салона не вывалилось на полном ходу и осталось материться внутри. Разумеется после такого демонтажа автомобили потеряли ход и выбыли из гонки. Обозвав их напоследок придурками, чтобы было пообиднее, я помчался дальше.

Уже на ходу навёл про них справки. Бароны Огурцов и Капустин. Для своих мест они конечно были большими шишками, но по столичным меркам это были мелкие сошки, поэтому я забыл про их существование уже через несколько часов. Как раз подъехал к Гатчине. Ещё немного и буду дома.

Не тут то было. Дорога была перекрыта военными, которые никого не пропускали. Оценив размер очереди, я в наглую вывернул на встречку и доехал до блокпоста под возмущённые гудки автомобилей. Перед ограждением пришлось притормозить – в мою сторону развернули башню танка.

– Служивые, вам жить надоело? – высунулся я из машины.

Не заметить родовые гербы на Шарике они никак не могли, но всё равно не пропускали.

– У нас приказ, ваша светлость. – соизволил ответить один из солдат.

– Приказ у них… Зовите старшего.

Где это видано, чтобы князя домой не пускали?

Видимо начкар оказался не совсем идиотом, потому что уже через пару минут меня пропустили и даже вежливо пожелали хорошей дороги. Ну пока среди них есть хоть кто-то с мозгами, не пропадут.

Больше мне никто препятствий не чинил, поэтому в поместье я примчался очень быстро. Заодно и оценил состояние дороги. Та, которую построил я выгодно отличалась даже на фоне имперской трассы. Что значит строить для себя или из под палки. Таки две большие разницы, как любил говорить Соломон Яковлевич, когда вёл занятия по экономике тогда ещё Джозефу Ротшильду. Этого старого Одессита ничуть не смущал ни довольно юный возраст, мне тогда было десять, ни то, что я, по идее, не должен был понимать его речь. Лекции он вёл исключительно на русском языке, хотя прекрасно изъяснялся на английском. Как он сам заявил на самом первом занятии – таки нет лучшего занятия для развития мозга, чем получение.новых знаний на слабоизученом языке. О да, этот старый лис заранее узнал, что я пропускал большую часть занятий именно по этому языку и решил таким образом проучить мальчишку. Наивный юноша, я конечно подрастерял хватку в детском теле, но опыт жизни нескольких сотен лет, это опыт жизни нескольких сотен лет. Через пару занятий он перестал корчить из себя надменного индюка, а после пятого мы вдвоём разбирали особенности налогообложения Британской короны в начале девятнадцатого века.