Текст книги ""Фантастика 2025-190". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Наиль Выборнов

Соавторы: Андрей Схемов,Артём Потапов,Олег Ковальчук,Сергей Леонтьев,Нинель Мягкова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 267 (всего у книги 348 страниц)

Глава 9
Деревня

– Это что за чудовище? – первой бросила комментарий по поводу увиденного Ольга.

В густой траве справа от просёлочной дороги, по которой мы шли, лежало громоздкое тело, напоминающее то ли дохлую корову, то ли коня. В естественном состоянии этих двух животных перепутать невозможно, но в мутировавшем виде я сильно сомневался, кто именно перед нами.

– Это бык, – Фёдор в своём скафандре-экзоскелете с разрешения командира подошёл ближе для осмотра. – То есть, это был бык. У животного сломан один рог. Судя по характеру скола, произошло это вследствие применения грубой силы, – я смекнул, что «Ключ» говорил монотонным голосом под запись, которая велась регистратором в его костюме. – Сохранившийся рог на первый взгляд крупнее чем должен быть у животного схожего возраста. Рог отливает серебром и с виду напоминает металл, а не кость. Часть зубов отсутствует. Присутствуют следы деформации. По крайней мере, у жвачных животных не должно быть клыков. Зубы внешне тоже похожи на металл, но без исследований что-то сложно утверждать. – Фёдор склонился и осторожно приподнял верхнюю губу быка. – На местах выпавших зубов виднеются острые кончики. Предполагаю, что у него начали расти новые зубы.

Мы как заворожённые слушали учёного и наблюдали за его действиями, не решаясь влезать или поторапливать его.

Фёдор обошел быка с другой стороны, продолжая внимательно осматривать тело животного. Как мне виделось, тот под влиянием излучения превратился из травоядного в хищника.

– Все четыре конечности так же деформированы, увеличена мышечная масса и строение. Цвет копыт так же изменился и отливает серебром. Тело заметно потеряло в массе, однако мышечной массы на первый взгляд стало больше, чем должно быть у быка схожего возраста. По первичному визуальному осмотру делаю вывод, что данное животное подверглось серьёзной мутации и может представлять серьёзную угрозу.

Ну про последнее мог не уточнять. Итак видно, что этот псевдобык вышел из зоны не травку пожевать. Думаю, не просто так бравые снайперы засадили ему в голову целых четыре пули.

– А что вон там переливается странное? – спросил я у Фёдора, косясь на странную синеватую субстанцию рядом с бычьей головой. Будто желе или облачко газа. Я бы так не заметил, но субстанция преломляла солнечные лучи и будто шевелилась.

– В каком месте? – переспросил «Ключ».

– Возле головы. Точнее, рядом с шеей, – пояснил я, удивившись, что учёный не увидел сгусток при осмотре, он ведь ближе стоял. Я даже указал рукой на облачко, которое продолжало клубиться на ветерке.

– Ты про кровь? – Фёдор по-прежнему не понимал, что я имел ввиду.

– Какая ещё кровь? Вон синеватый воздух, похожий на полупрозрачное желе.

– Кто? – даже Порохов уставился на меня.

– Да я откуда знаю, там какая-то, как бы Фёдор сказал: «субстанция, похожая на газ, или желе». Присмотрись.

Фёдор сначала внимательно посмотрел на то место, в которое я указал, затем не менее внимательно взглянул на меня. После этого обратился к остальным:

– Ещё кто-то это видит?

Участники отряда переглянулись, после чего отрицательно покачали головами. И вот уже пять пар глаз с недоумением уставились на меня.

– Так, боец, – младший лейтенант приблизился ко мне, оценивая своим взглядом моё состояние. – Мы ещё до зоны не дошли, а тебя уже закоротило. Усталость чувствуешь? Виски ломит?

Я, признаться, растерялся под напором Порохова. Видимо он решает, стоит ли отозвать миссию.

– Не торопись с выводами, командир, – слова «Ключа» остудили пыл Порохова. – База, слушаю, – видимо с ним вышли на связь специалисты, которые мониторили происходящее из видеокамер в его костюме. – Инфракрасное попробовать? Сейчас сделаю.

«Ключ», приблизился к голове быка и на секунду застыл, будто ожидая чего-то.

– Ого! – результат не заставил себя долго ждать. – Тут и впрямь что-то есть. Это какой-то тяжёлый газ, довольно плотный. Причём ветер его не сдувает… Хотя может это и не газ вовсе, – Разводной снова замер, видимо у него происходит ещё один диалог по другому каналу. – Принято. Беру образец.

Достав из подсумка на бедре колбу, Фёдор поднёс её к сгустку. Спустя минуту пустых попыток собрать образец, он разочарованно прокомментировал:

– Собрать образец в стеклянную колбу не удаётся. Субстанция не теряет целостности, при этом проходит сквозь стекло. Делаю вывод, что это даже не газ, а нечто неосязаемое. Так точно. Пробую воспользоваться свинцовым футляром, – Фёдор поместил колбу на место, а затем достал из подсумка на другом бедре небольшой футляр, блеснувший металлом на солнце. – Есть! Образец успешно собран. Это однородная масса, по крайней мере она не делится. Сквозь свинец субстанция не просачивается, – Фёдор снова умолк, видимо слушая инструкции. – Принял. Беру образцы мутировавшего быка.

– Объявляю один за**бись, боец, – хлопнув меня по плечу, подвёл итог Порохов. Несмотря на шутливый тон, он то и дело оглядывался по сторонам. – А ты глазастый. Как ты так умудрился разглядеть ту фиговину? У тебя инфракрасное зрение что ли?

– Сам не знаю, – пожал я плечом.

Хотя… Стоп.

– Может, так проявляются способности? – предположил я. – Мы это не обсуждали, но как я понял, мы ведь все как-то изменились после того рейса. Ведь та волна, что разошлась от астероида каждого из нас чем-то одарила.

– Чушь собачья, – отверг моё предположение Порохов. – Ни хрена у меня нет никаких способностей.

– Наконец-то хоть кто-то эту тему поднял, – вступил в дискуссию Борис, нависнув скалой над Пороховым. – Я уж думал только я странный. Ну или это у вас молодёжи обычное дело. Я ведь все лампочки дома пережог. Причём взглядом. Как не посмотрю на какой-нибудь светильник, так он тут же гаснет.

Порохов посмотрел на здоровяка как на умалишённого.

– А я на первое утро после полёта на «нашем» самолёте, проснулась у соседей снизу, прямо когда они устроили родео… Ну, вы понимаете, – включилась в разговор Ольга и тут же покраснела.

– И что они тебе на это сказали? – усмехнулся Борис.

Все, кроме Порохова, посмеялись над весёлым вопросом нашего охотника.

– Они меня не увидели, – смутилась блондинка. – Даже, когда я их окликнула. Будто меня вовсе не было. Я даже подошла к ним.

– Чувствую натуру извращенскую в тебе я, – процитировал я магистра Йоду.

В этот момент, к нам подошёл Фёдор.

– От себя тоже добавлю. У меня что-то с памятью стало.

– То, что было не с тобой помнишь? – подхватил Борис.

– Нет, стал вспоминать всякое, что забыл давно. Книги, которые читал когда-то, причём дословно и в мельчайших подробностях. Даже заломы на страницах и пятна.

– Серёзно? – заинтересовалась Анна Степановна.

– Даже свои первые шаги в девять месяцев, и все свои эмоции на тот момент. Вы не представляете, как страшно… И радостно.

– Я бы сказала, что это невозможно, – думаю, Анна Степановна, будучи врачом, знала о чём говорила. – Память у человека начинает работать примерно в два с половиной года. Дети первые два года живут одним днём. Вроде знают маму и папу, но откуда, понятия не имеют. Но учитывая ситуацию…

– Хотите слово в слово повторю наш разговор вертолете? – тут же вспыхнул Разводной. – Или подробный пересказ всего, что было в актовом зале на Объекте?

– Вы меня не поняли, Фёдор Васильевич, я вам верю. Я имела в виду иное, это невозможно для обычных людей, и это только подтверждает исключительность вашей памяти.

Так уж вышло, что в нашем отряде сложились панибратские отношения и мы все друг к другу обращались на ты. Однако, почему-то так вышло, что к Анне Степановне все обращались исключительно на «вы». Видимо это из-за того, что она со своей стороны обращалась ко всем исключительно на «вы» и называла всех по имени отчеству. И как только запомнила? Это будто обязывало нас поступать так же.

– Всё, прекратили, супергерои хреновы, – закрыл нашу дискуссию Порохов. – Подобные разговоры будем вести на базе, а сейчас все сконцентрируйтесь на боевой задаче. А то, смотрю я, уже совсем бдительность потеряли. Вы на базаре что ли? Забыли, как десять минут назад три зайца пробегали рядом с нами?

Аргумент казался одновременно и забавным и пугающим.

А ведь он прав. С того момента, как мы начали пялиться на тело быка, я полностью забыл, что в любой момент подобный бык, только живой и здоровый, мог напасть на нас со спины.

Младший лейтенант продолжал нас отчитывать, как нашкодивших детей, а мы, наученные вчерашним боевым слаживанием, быстро рассредоточились, продолжая внимательно слушать командира.

– Слушать меня хором и во все ушные раковины! Запомните главное, мальчики и девочки, – Порохов включил крутого вояку на полную мощность. – На этой территории у нас нет друзей. Любая зверушка может отправить вас на тот свет. Да, задача в первую очередь разведывательная. Но если кто-то решит напасть, нужно быть готовым открыть огонь и обезвредить противника, при этом не навредив товарищам. А что сейчас мы имеем? Как вы собрались вести оборону, сгрудившись вокруг трупа коровы? – Порохов сделал паузу, будто ожидая ответа на свой вопрос. – Повторим вчерашние уроки, раз у вас короткая память! – Ольга закатила глаза, но возражать не стала. Мы ещё вчера поняли, что когда у Порохова включается режим солдафона, лучше покорно слушать. – Если какой-то заяц просто решит понюхать цветочки недалеко от вас, или пройти мимо – открываем огонь на поражение. Увидели неясную тень несущуюся на вас – открываем огонь. Если кто-то стоит и смотрит на вас, – дали предупредительную очередь в воздух, а лучше по ногам, потом на поражение. Исключение – если встретим людей. В зависимости от ситуации, используем выданные шокеры. Но лучше всего, перед этим дать очередь по ногам. Вам всё ясно, салаги?

– Так точно, – нестройным хором ответили мы. Даже Анна Степановна и Борис не роптали.

– Повторно повторять инструкции нужно?

– Никак нет, товарищ младший лейтенант, – ответили мы.

Последний пункт про шокеры – это уже импровизация Порохова. Ведь майор Кудрин просил сначала применять против людей только шокеры. Но Порохов тут же порекомендовал исходить в первую очередь из и безопасности членов отряда. Кудрин поморщился, но поддержал.

– А я продолжу… Проверить боеготовность оружия, – продолжил муштровать нас Порохов. Я ожидал что Ольга или Анна Степановна начнут возмущаться, но нет. Исправно повторяют все указания. – Осмотреть магазины, проверить предохранители. Оружие на товарищей не направлять!

Все тут же отработали действия, которым нас вчера учили в первую очередь – как правильно подготовить оружие к бою, не убив при этом своих боевых товарищей.

^{5,45 мм автомат Калашникова АК-12.}

Сам Порохов демонстративно проделал это вместе с нами. Аккурантно отодвинул затвор своего АК-12, чтобы убедиться, что патрон находится в стволе. Затем вернул затвор на исходную и поставил штурмовую винтовку на предохранитель. Подобные действия он произвёл и со своим пистолетом Ярыгина.

– Хм. Пистолет Ярыгина? – иронично прокомментировала оружие командира Ольга. – Странненький выбор.

– Только в руках салаги это пистолет Ярыгина, а моих руках это «Грач», – деловитой серьёзностью уточнил Порохов. – Отличный ствол. Самое оно для настоящих мужчин.

– Ага, конечно, просто прекрасный, – девушка, похоже, неплохо разбиралась в оружии, раз решила вступить в дискуссию по поводу надёжности данного пистолета. – Неудобный прицел, часто клинит, а магазином так и вовсе зарезать человека можно.

– Дай дураку хрен стеклянный, – умело сострил Порохов, – он и хрен разобьёт и руки порежет.

– И отдача у него слишком большая, – продолжала настаивать на своём Ольга. – Лучше бы «Глок» выбрал, чем это.

Выражение лица Порохова очень резко изменилось, утратив всякую шутливость. Похоже, он не одобрил упоминание пистолета западного производства.

– «Глок» – больше не состоит на вооружении российской армии, – а вот в голосе у него нотки юмора сохранились. – Потому что русские солдаты предпочитают настоящее военное оружие, а не оружие для домохозяек.

Острота заявления командира рассмешила Ольгу и та решила завершить этот спор.

– Один – ноль, командир, – почти во весь голос смеялась она. – Но это ненадолго.

^{9 мм пистолет Ярыгина, он же «Грач», MP-443.}

Кстати, сама она в качестве оружия выбрала ВСС, он же «Винторез». Как она прокомментировала свой выбор, именно эта винтовка лучше всего подходит для профессиональной биатлонистки.

^{9 мм винтовка снайперская специальная ВСС, «Винторез».}

Борис изначально хотел взять пулемёт «Печенег», на что получил мягкий отказ. Задание не подразумевало применение подобного оружия и, к тому же, оно бы сильно замедлило наше передвижение. Поэтому он, как и я, выбрал АКС-74У, которую вояка Порохов нежно называл «Ксюха». Это неприхотливое в использовании оружие, не требующее специфических навыков стрельбы.

^{5,45 мм автомат Калашникова складной укороченный, АКС-74У. Или просто «Ксюха».}

А вот с Анной Степановной было непросто. Несмотря на то, что с оружием она обращаться умела, она напрочь отказывалась брать его на задание. Аргументировала она это тем, что создана спасать жизни, а не отнимать. Тем не менее, оружие личной защиты в виде пистолета ПМ её всё-таки заставили взять.

^{9 мм пистолет Макарова ПМ.}

Самая большая сложность была с Фёдором, так как его экзоскелет на данном этапе не был приспособлен под применения огнестрельного оружия. Из-за перчаток, его пальцы стали слишком толстые. В итоге он единственный, кто выдвинулся на задание без него. Хотя, как сказать. Думаю, он в ближнем бою сможет кого-нибудь зашибить насмерть с одного удара.

– Выдвигаемся, – по окончанию проверки оружия, приказал Порохов. – Смотрим в оба глаза. Минимум разговоров и лишних движений. Считайте что мы на вражеской территории. Будьте готовы в любой момент вступить в бой.

Больше мы не останавливались. Фёдор порывался отправиться и поизучать зайцев, но Порохов запретил, мол, одного он уже доставил и этого пока хватит.

– Отсюда заходили в зону все три потерянные группы, – объявил Порохов, когда мы подошли к небольшому мосту через полузасохший ручеёк.

От чего-то на дороге я стал чувствовать себя менее уверенно, казалось, что из-за деревьев сейчас выпрыгнет какая-нибудь зубастая тварь. Был ещё один момент, который я не сразу заметил. Вокруг стояла абсолютная тишина. Ни насекомых ни птиц. Будто вымерло всё.

– Освежим задачи, – негромко заговорил по радиосвязи Порохов, когда до ближайшего деревенского дома оставалось примерно пятьдесят метров. – Большая часть этой деревни попадает под пятисотметровый радиус влияния зоны. Эту границу пройдём по центральной улице. Затем доходим до места, где был потерян мой предыдущий отряд, – уверен, Порохову было непросто упоминать о товарищах, но его голос даже не дрогнул. – После этого находим грузовики СОБРа. Осматриваем всё там и выдвигаемся на поиск полицейского УАЗа. Ищем возможных выживших. Будем надеяться, кто-то из них сохранил рассудок. Ну а основная задача…

Тем временем мы подошли к крайнему дому и вышли на центральную улицу деревни. Здесь было тихо. Ни людей, ни животных не наблюдалось. Людей не попавших под излучение давно эвакуировали военные. Кстати, согласно информации от Кудрина, живность, вплоть до дворовых кошек тоже забрали.

Здесь я почувствовал себя персонажем из компьютерной игры PUBG, где игроки участвуют в королевской битве. Они так же бродят по заброшенным деревням и городкам в поисках средств для выживания. Заходят в пустые дома и исследуют безлюдные локации, изредка натыкаясь на таких же выживальщиков, как они. И встречи эти всегда заканчиваются плачевно для одного из отрядов. Хочется верить в лучшее, но пока придерживаемся версии, что разумных людей мы вряд ли встретим, а вот всяких мутантов – это запросто. К тому же мы не в игре и в случае поражения возродиться не удастся.

Одна попытка. Одна жизнь.

– Затем мы приступаем к выполнению главной задачи, – продолжал инструкции Порохов. Его голос по радиосвязи звучал спокойно, хотя судя по виду, он был максимально сосредоточен. Наблюдая за его скупыми и точными движениями, я казался себе неповоротливым увальнем. – Осколок астероида, который мы найдём в центре зоны, нужно сначала найти, а потом засунуть его в свинцовый гроб, что таскает на спине «Ключ», и вынести отсюда подальше? Задача ясна?

Мы поочерёдно подтвердили, что задача понятна.

Наконец Порохов умолк, видимо решил, что с нас достаточно инструкций.

На инструктаже майор Кудрин подробно объяснял порядок действий после того, как осколок окажется в контейнере. Но все они сейчас имели мало значения. Ведь когда мы доберёмся до осколка, мы совершенно не знаем что будет дальше. Как, например, на нас отреагирует местная живность. А ведь прикрытия в виде снайперов у нас нет. О том что случится, после того, как осколок будет запечатан в свинцовой ловушке, вообще что-то конкретное сложно предполагать.

Прекратится ли его пагубное влияние на живых существ? Можно ли его вообще перемещать? Сработает ли свинец, как задумано? Заработает ли техника и электроника, если свинец сыграет свою роль? Ведь излучение каким-то образом блокирует всю технику. Появится ли у нас связь? От этих и многих других переменных и будет зависеть то, как нам действовать после выполнения задачи.

Когда командир замолчал, тишина, что царила в деревне, стала ещё сильнее давить на мозг. А, стоило ветерку, качнуть какую-нибудь скрипучую калитку, как нутро сводило от ледяного страха.

Что собственно и произошло в следующий миг. Калитка в метре от меня вдруг скрипнула, а я едва не вздрогнул от неожиданности.

Так, Макс, соберись! Вон, даже блондинка на меня глянула со снисходительностью, мол: «Ну что, парниша, трухнул?». Хотя, если присмотреться, она и сама-то не особо выделялась бесстрашием. Тоже вон дёргается на каждый скрип и с тревогой поглядывает в окна и двери бревенчатых домов. Борису тоже не по себе. Про Фёдора я и вовсе молчу, хотя он то как раз в танке.

Да даже Порохов как взведённая пружина. Хотя он таким кажется скорее не из-за страха, а из-за готовности вступить в бой в любой момент.

Я где-то слышал, что городские бои это самое сложное в боевых действиях. Правда это при учёте противника с огнестрельным оружием. Здесь же домики в основном одноэтажные, заборы невысокие и, несмотря на запущенность большинства дачных участков, в основном всё просматривалось. Однако когда мы проходили участки, где дома жались к и без того узкой дороге, мы все напрягались, в любой момент ожидая нападения.

Одна только Анна Степановна не выдавала никаких эмоций, чем меня очень удивила, когда я впервые обратил на это внимание. Шла спокойно, иногда поглядывая по сторонам. Будто на прогулку вышла. Ей не хватало ещё сорвать цветочек. Просто стальная женщина.

– Движение, – спокойный голос нашей железной медички заставил встать дыбом все волосы на теле.

Ну вот и первый контакт.

– Внимание! Приготовиться к бою! – Порохов раздавал команды шёпотом, но в наушнике они звучали хлёстко и резко.

А затем я увидел, кто заставил наш отряд остановиться.

Метрах в пятидесяти от нас. Из двора одного из домов на улицу выходила группа домашних птиц – петух и три курицы. И это только на первый взгляд они казались обычными. Приглядевшись внимательней, я заметил, что у петуха клюв был сильно увеличен в размерах и напоминал скорее пасть, как у птеродактилей. Глаза были кроваво-красного цвета, мощные лапы обладали массивными когтями, оперение на половину отсутствовало, демонстрируя зелёную кожу. Да и сам он был ростом мне по пояс.

– Каким комбикормом их пичкают? – протянул Борис.

Выйдя на дорогу, монструозный птиц расправил огромные крылья и выдал свой «ку-ка-ре-ку». Вот только я раньше слышал как кричат петухи. Этому пернатому похоже еще и сабвуфер где-то прикрутили. По крайней мере, кричал он как гудок грузовика.

– Обалдеть, вот это петушара, – выдала Ольга голосом, выражающим целый букет чувств из удивления, неверия и неподдельного ужаса. Я же удивился от другого, откуда девчонка таких выражений понабралась?

Порохов, стараясь не делать резких движений, направил ствол своего автомата на гостей. В следующий миг, петух, с резким хлопком, расправил крылья ещё шире.

Пугать он нас что ли вздумал? Петухи ведь не летают…

Здоровенная птица, со скоростью метеора взмыла в небо, оглашая окрестности петушиным рёвом.

Этот похоже летает…

Глава 10
Петушиный бой

Стоило птице взлететь, как Порохов тут же вскинул автомат и навёл его на жуткого пернатого, который взмыл на добрых четыре метра над землёй. Не долго думая, командир решил избавиться от предполагаемой угрозы. И я его понимал, очень уж жутко выглядела птица. Прозвучала короткая очередь. Этим командир показал на практике то, о чём говорил ранее: «Нужно быть наготове!». Ведь остальные члены отряда до сих пор стояли раскрыв рты.

Куры, которые грозно разинули клювы глядя на нас, подтвердили другие слова нашего командира: «Здесь у нас нет друзей. Если какой-то заяц просто решит понюхать цветочки недалеко от вас или пройти мимо – открываем огонь на поражение. Увидели неясную тень несущуюся на вас – открываем огонь!».

Решительные действия Порохова оказали на весь отряд положительный эффект – ребята стали действовать как заправские бойцы. Мне в голову тут же ударил адреналин, откинув в сторону суету и ненужную тревогу. Большой палец будто сам собой снял оружие с предохранителя, а приклад тут же упёрся в плечо.

Со стороны остальных боевых товарищей тоже раздались характерные щелчки затворов. Все будто на вчерашней отработке синхронно приняли удобное для стрельбы положение, при котором были готовы нажать на курок по первой команде. Лишь у Анны Степановны пистолет остался в кобуре.

Хорошее начало. Если не считать медичку, весь отряд перешёл из разведывательного статуса в боевое без каких-либо колебаний и суеты. Не даром мы вчера потели на боевом слаживании.

Тем не менее, у нас это заняло чуть больше времени, чем было необходимо в данной ситуации. Ведь, пока мы это делали, петух, словно дрон, а не птица, резко рванул в сторону ближайшего дома, избежав выпущенных Пороховым пуль.

Полёт петуха оказался недолгим. Он будто коршун спикировал к одному из домов, после чего раздался громкий звон стекла. Пернатый похоже снёс окно и тут же оказался вне зоны видимости. Будто сообразил чем ему грозят выстрелы Порохова.

– Мне показалось, или петушара только что нарушил все законы физики? – послышался в наушнике удивлённый голос Ольги.

– Неправильный какой-то петух, – подтвердил Борис, – и летает, как-то неправильно.

– Оставить флуд, – жётско отреагировал на их слова Порохов. – Следите за куря́ми.

Будто подслушивая нас, три отожравшиеся туши оставшихся на дороге куриц, стремительно рванули в нашу сторону. К счастью, эти навыков полёта не демонстрировали и лишь слегка подпрыгивали над землей, то и дело грозно взмахивая крыльями и кудахтая.

В отличии от петуха, куры, на первый взгляд, не подверглись серьёзной мутации. Но так показалось только на первый взгляд. Когда они преодолели половину пути, стало очевидно, что они всё же крупнее чем обычно и размером были с не крупную собаку. В свете солнца, их клювы, как и рога у того бычары, заблестели металлом. В голове тут же всплыл механичекий тон Федора, когда он описывал рогатую тушу.

На этом участке дорога была присыпана гравием и потому когтистые лапы кур после каждого их прыжка, создавали металлический скрежет. Хорошо хоть искры не высекались.

И впрямь металл.

– Здоровые-то какие, – со знанием дела протянул Борис, проигнорировав предыдущий приказ Порохова и прекращении флуда.

– Вы стрелять собираетесь? Бойцы хреновы. – раздалась рык Порохова. – Я что говорил? А ну открыть огонь! Работаем по всем видимым целям!

Я, Ольга и Порохов открыли огонь по несущимся на нас птицам. За мгновение до того, как начать стрелять, в голове мелькнула важная деталь из вчерашнего обучения – нужно не просто бить в случайную цель, а выбрать самую подходящую.

Наш командир находился в голове отряда, а значит брал на себя централью цель. Мы с Ольгой стояли по бокам, чуть позади. Я справа, она слева. Исходя из этого нужно было отрабатывать по целям своего местоположения, и готовиться подстраховать товарища при необходимости.

Две короткие очереди от нас с командиром и одиночный выстрел от Ольги хлопнули в направлении врага. Птицы переростки, истошно кудахтая, тут же попадали на землю.

Две из трёх кур похоже были убиты на месте. Третья, в которую стрелял Ольга, подняла голову и уставилась на нас налитыми кровью глазищами. Затем её клюв широко раскрылся и она принялась совсем не по-птичьи кричать. Да так истошно, что мне даже стало её жалко. Умолкнуть ей помогла блондинка контрольным выстрелом. Тем самым показав, что попытка пернатой надавить на жалость провалена.

Возле тел убитых птиц показалось еле заметное свечение, чем-то похожее на то, которое я увидел рядом с быком. Правда решил об этом пока промолчать, а то Порохов опять начнёт подозревать меня в чём-то. Сначала самому надо разобраться, а там может Разводному расскажу.

Сбоку раздался звук разбитого стекла. А через мгновение ещё один. Краем глаза заметил промелькнувшую между соседними домами тень. К слову, это был тот самый дом, где скрылся петух.

Умный гад! Вроде птица, а будто знает, что выходить против огнестрела смерти подобно. И говори после этого про куриные мозги.

– Не расслабляться. Пальцы держим на спусковых крючках, – рычал Порохов, контролируя местность перед собой. – Сохраняем свои позиции. Климов, как обстановка сзади?

– Всё чисто. Никого, – Борис Климов был замыкающим и потому следил за тем, чтобы нас никто не застал врасплох с тыла.

– Сердюкова, Ларионов, контролируйте фланги, – продолжал сыпать инструкциями командир.

Мы, конечно и сами всё понимали, но Порохов, видимо, хотел закрепить наши успехи. Как ни крути, а для команды не имеющей подготовки, мы справляемся очень неплохо. И это при том, что впервые оказались в острой ситуации.

– «Ключ», без самодеятельности, держись ближе к Сердюковой, – указал Порохов, что делать нашему научному сотруднику. – Анна, – отчество медички, видимо, для краткости, он решил опустить. – Будьте добры, достаньте пистолет и приготовьтесь его применить.

– Я не считаю это правильным, – послышалось холодное несогласие Анны Степановны.

– Достать пистолет, я сказал!, – рявкнул Порохов, показав что сейчас он миндальничать не собирается. – От вашего своевременного выстрела сейчас может зависеть жизнь любого из нас. Вы здесь чтобы нас спасать. Уж лучше подохнет тварь, чем один из членов отряда, не находите?

Как хитро довёл Порохов эту мысль до медички. Она ведь, как раз говорила о том, что спасает жизни, а не отнимает. Ну, а пристрелить курицу, ради этого, по идее, не должно стать для неё проблемой. Тем более, как выяснилось вчера за ужином, веганов среди нас нет.

– Это для вас приемлемо? – не успокаивался Порохов.

– Приемлемо, – нахмурившись, сдалась Анна Степановна. Женщина она умная и потому не стоит думать, что она не раскусила психологический приём командира. Но спорить не стала. Видимо, отталкиваясь от тех же умозаключений. Она ведь понимала всю серьёзность ситуации.

С перекличкой мы завершили как раз вовремя. В этот момент в тридцати метрах от нас, на крыше дома справа, показался тот самый петух. Задрав голову к небу, он издал протяжный «Ку-ка-ре-ку-у», а затем снова скрылся из виду, не дав Порохову подстрелить себя.

Словно откликнувшись на призыв вожака, из домов, находящихся рядом с местом где только что кричал петух, высыпало больше десятка белых пернатых тварей. Кудахтающие куры понеслись на нас и сомневаться в и намерениях не приходилось, они явно хотели на нас напасть.

С одной стороны, хищные, кровожадные куры… Да это даже звучит смешно. Но с другой стороны, когда этакая тушка несётся на тебя грозно кудахтая, да ещё и стальным клювом сверкает на солнце, тут уж становится не до смеха.

– Открыть огонь! – приказал Порохов. Правда в его команде не было необходимости.

Я уже прицелился группу птиц, высыпавших из правого дома и утопил спусковой крючок. Первая очередь сразу сбрила трёх приближающихся кур, вторая ещё двух. Отдача так и норовила задрать автомат вверх, но улучшенный дульный тормоз, установленный на мою «Ксюху», сильно облегчал удержание ствола. Почти всё, что я отстреливал, уходило в нужном направлении.

Сердце гулко отдавалось в висках, но суеты не было и паники тоже. Я делал то что должен был, а понервничаю как-нибудь потом.

Я спокойно отработал по врагам и последняя курица упала аккурат в тот момент, когда в магазине моего оружия закончились патроны.

– Пустой, – сразу же оповестил об этом боевых товарищей.

Анна Степановна, услышав это, тут же подняла дуло своего ПМ в направлении положенных мною кур. Уж не знаю от чего, но я был уверен – если кто-то из них дёрнется, медичка отправит того обратно на боковую. Очень уж решительный у неё был вид. А мне нужно-то лишь, за короткое время без суеты сменить магазин. Ну как без суеты? Руки всё же дрожали и попасть магазином в нужное отверстие у меня получилось только с третьей попытки.

Со стороны Порохова, продолжали звучать серии коротких и длинных очередей. Он методично убивал одну курицу за другой. К этому моменту он, по ощущениям, положил уже с десяток птиц и, когда от него прозвучало «Пустой», я, уже успев перезарядиться, смог поддержать командира огнём и добил оставшихся двух кур.

Едва повисшая после стрельбы тишина, прервалась новым петушиным воплем.

Да задолбал он верещать!

Петух прокукарекал с крыши дома уже на другой стороне улицы. А затем так же стремительно скрылся от глаз, не позволяя даже прицелиться в себя.

Предположение о том что птица понимает необходимость избегать пуль, стало превращаться в уверенность. Может, мутация и правда добавила мозгов не самому умному представителю пернатых. И ещё вопрос, как он успел оказаться на противоположной стороне улицы, не перелетая через дорогу?

И снова в ответ на петуший зов, откуда-то из глубины домов, послышалось куриное кудахтанье. Наседки, видимо, были полны готовности броситься на нас, и явно не переживали о самосохранении.

– Надо бить по петуху, – сделал вывод Порохов.

– Но петуха-то не видно. Как по нему стрелять? – Ольга, в отличии от спокойного командира, буквально кричала.

Сразу после её слов последовало очередное «ку-ку-ре-ку-у». На этот раз крик раздался совсем близко из глубины одного из домов.

– Стреляйте на звук, – сразу же сориентировался порохов. – Прямо через стены.

Новая куриная волна хлынула со стороны фланга, который контролировала Ольга и, как и в случае со мной, помогал Порохов. На этот раз количество врагов оказалось раза в два больше, поэтому огнём их решил поддержать и Борис. Впрочем, судя по его злобному смешку, он был только рад этому.