Текст книги ""Фантастика 2025-190". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Наиль Выборнов

Глава 10
Алла

Я даже немного испугался, когда Алла выдернула моё энергетическое тело наружу. К такому повороту я явно не был готов. К своим энергощупальцам я давно уже привык, а вот к прогулкам вне тела как-то не пришлось. Тем более, когда это случается вот так неожиданно.

Глянул себе за спину. И впрямь я лежал на асфальте. К тому же далеко не в самой грациозной позе.

Также обратил внимание, что в некоторых местах на стенах домов, асфальте, земле и газонах имелись странные светящиеся трещины. Причём они явно были не настоящие. Похоже, они были энергетическими. А, судя по тому, что я их раньше никогда не замечал, увидеть их можно только в призрачном состоянии.

Интересно. Надо будет позже выяснить, что это такое.

Но как это у Аллы вышло? Вот так просто взяла, потянула меня за руки и хоп – я уже стою перед ней в призрачном виде. При этом я не заметил, чтобы девушка применила для этого хоть какие-то усилия.

А ведь последний раз выйти из тела у меня получилось, насколько я помню, когда астероид впервые пришел ко мне в облике обнаженной девушки. А после этого я как-то совсем забыл, что способен на это. И потому совсем не практиковал эту способность.

Поймал себя на мысли, что это умение Аллы можно как-то применить и в боевой ситуации.

Если Алла умеет вот так любого человека вывести из себя (в смысле вытащить из физического тела, а не выбесить, как это делал наш Серёга), то во время боя это может навести шороху во вражеских рядах. Как минимум противник растеряется.

С другой стороны, как говорил Ван Ваныч, у каждого облучённого есть энергетическое тело. Вернее оно всегда у нас было, но астероид каким-то образом то ли и пробудил его, то ли активировал. То ли зарядил нас энергией, которая позволила управлять этим самым энергетическим телом.

И вот тут и крылась вторая сторона монеты. Ведь некоторые из нас, например такие как Ольга, несут немалую опасность, прибывая в энергетическом теле. И потому можно лишь усугубить ситуацию, вытащив «внутреннее я» противника наружу.

Так, ладно, я что-то отвлёкся. Прошло буквально пару секунд с момента, как Алла вытащила моё энерготело наружу, а в моей голове пронёсся такой огромный поток мыслей, что уж самому не по себе от этого.

Но, стоит отметить, что солдафон во мне начал надёжно укрепляться. Невзирая на давно обитающего во мне и хорошенько обжившего мою голову инженера.

Иначе я не мог объяснить, почему начал все больше и чаще мыслить тактически. Начал думать о том, какие угрозы в данный момент присутствуют вокруг меня. И какие возможности для противодействия опасностям имеются в конкретный момент времени. Видимо четыре полноценные миссии за плечами и ещё одна крайне нештатная ситуация, когда мне буквально всё пришлось взять в свои руки, не прошли для меня бесследно. Так что, не удивительно, что мой «внутренний воин» начал раскрываться.

– Так что же ты за инструктор, Алла? – удивлённо озираясь вокруг себя, спросил я у девушки.

– Я инструктор по йоге, – рассмеялась она.

Я снова удивился тому, что слышу её голос и звонкий смех. А ведь раньше такого никогда не было. Слова всех, кто находился в энергетическом теле, как правило, были не слышны остальным.

– Инструктор по йоге? – переспросил я.

Я, конечно, понимал, что данная дисциплина имеет место быть в рамках проекта «Вторжение». Как ни крути, род нашей деятельности довольно напряжённый и нервный. Но зачем заниматься йогой в энергетическом теле? Хотя, йога, как раз, и создана для того, чтобы находить равновесие внутри себя. По крайней мере, я так понимал йогу.

– Это отличный способ повысить количество красного элемента. То есть сопротивления, – пояснила девушка, показывая рукой на всех людей, сидящих рядом с нами в позе лотоса. – Чем дольше мы пребываем в таком виде, тем больше получаем красного элемента. А, благодаря йоге, сопротивление растёт ещё сильнее.

– И когда только вы успели выявить эту закономерность? – задал я очевидный вопрос. – Да и в целом, когда ты сама успела вот так хорошо освоить свою способность? Гуляешь себе вот так легко в энергетическом теле. Телепортируешься. И, к тому же, умеешь вытаскивать других людей из их тел. Не припомню, чтобы ты такое умела раньше.

Девушка рассмеялась. Я обратил внимание, что в призрачном образе она казалась ещё более милой, чем в своем настоящем облике. В то время как наша Ольга, когда находится энергетическом виде, напротив, больше похожа именно на злющую ведьму. Собственно, оттуда и её позывной.

– Да буквально три дня назад, – ответила Алла. – По меркам аномального времени, разумеется, – тут же пояснила она. – Как только первый раз я провалилась сквозь кровать, тут же отправилась к Ван Ванычу. Он мне детально рассказал о моём даре. И ещё намекнул, что в таком виде очень хорошо растёт внутренняя энергия. Разумеется, я не сразу поняла, что именно он и имел ввиду. Дедуля ведь любитель выражаться высокопарными фразочками. Бесспорно, обычно он рассказывает полезные вещи, но порой может нести таку-ую чушь… И думай потом, где он что-то дельное сказал, а где просто набор слов был.

Я согласно кивнул. Ван Ваныч действительно порой мог нести откровенную ахинею, но при этом делал вид умного и разбирающегося человека.

– В итоге я почти весь день провела, упражняясь в прогулках в энергетическом теле, – продолжала рассказывать девушка. – А к вечеру, благодаря выданному нам мобильному КИОСу, то есть визору, заметила в себе интересное изменение.

Девушка замолчала. Я, поняв, что она ждёт уточняющего вопроса от меня, тут же задал его:

– И что это было за изменение?

– Я заметила, что уровень красного элемента вырос на целых семь грамм, – ответила та. – С этими новостями я на следующее утро пришла к нашим учёным. Рассказала им всё и тем самым нарвалась на различные опыты.

– Ничего себе, – нахмурился я. – И какие опыты они над тобой проводили? Не обижали?

– Нет, конечно, – рассмеялась девушка. – Они там все безобидные. Но, тем не менее, продержали меня в лаборатории целых шесть часов. Сначала я просто сидела, а они мониторили количество элементов во мне в реальном времени. Затем попросили ходить. Потом бегать. Потом выполнять всякие физические упражнения. А потом я устала и решила восполнить силы любимым способом – помедитировать. Я ведь не вчера стала и инструктором по йоге. До падения астероида у меня была собственная школа. Точнее, школа моей мамы.

– Понятно, – кивнул я. – И что в итоге?

– В итоге учёные выяснили, что из всех проведённых опытов быстрее всего красный элемент рос именно во время занятий йогой, – сказала Алла. – Кто бы мог подумать, да?

– Да уж, – покачал я головой. – Я бы точно никогда до такого не додумался.

– Ну а после лаборатории я пошла к Кудрину и предложила ему таким образом прокачивать наших людей, – дополнила свой рассказа Алла. – К моему счастью, он против не был. Более того, даже похвалил за инициативу.

– Да ты молодчинка, – оценил я труды девушки.

Алла положила руку мне на грудь. Я отметил, что ощущения от прикосновения в энергетическом теле воспринимались намного ярче. Я буквально почувствовал тепло её ладони. И, при этом, её тепло было наполнено эмоциями, которые я мог считать. Но держала она свою ладонь не долго, поэтому всего букета эмоций я разобрать не успел. Но одно я ощутил точно – девушку явно тянуло ко мне. Возможно, именно поэтому она и прикоснулась ко мне – чтобы я это ощутил.

– Ну так, что, ты присоединишься к нам? – подмигнув мне, спросила девушка и, взяв меня за руку, потянула к остальным ученикам. – Ты же, вроде, сегодня выходной. Так?

– Да, выходной. Но нет, извини, – ответил я. – Прямо сейчас, к сожалению, не могу. Нужно в срочном порядке бежать в штаб. Разбор полётов у Кудрина пропускать нельзя. А я уже итак сильно заговорился и с тобой. И, судя по всему, уже опаздываю. Начальник за это по головке не погладит.

– Что ж, Максим, – расстроенно вздохнула Алла. – Раз начальство приказало, надо идти. Но, если вдруг надумаешь позаниматься йогой, то обязательно сообщи мне, – она снова мне подмигнула. Только в этот раз в этом подмигивании я рассмотрел некий намёк. – Могу даже провести для тебя индивидуальный урок.

Даже так? Она сейчас только йогу имела ввиду или что-то большее? Или это я уже сам додумываю?

– Кстати, ты можешь написать мне или даже позвонить с помощью визора, – отпустив мою руку и отойдя от меня на пару шагов, рассказала Алла. – Лёня вбил в справочную систему программы адресаты всех участников проекта «Вторжение». Точнее, Наташа это сделала, а не Лёня. В общем теперь можно связаться с кем угодно, кто находится на базе. очень удобно.

Я улыбнулся девушке и ответил:

– Спасибо, я подумаю над твоим предложением, Алла. Особенно заманчиво звучит предложение про индивидуальный урок.

Девушка слегка засмущалась. Призрачный облик не мог передать живой оттенок её лица, но было и так понятно, что она раскраснелась.

– Одно могу сказать точно, что урок йоги точно не помешает, – продолжал я. – Я обязательно напишу тебе.

– Буду ждать с нетерпением, – очень мило улыбнулась девушка.

– И ещё, Алла, – показал я рукой на свой физическое тело. – А как мне теперь вернуться обратно?

– Просто подумай о том, что хочешь вернуться, – ответила она, идя от меня спиной вперед. – Сконцентрируйся на этом. Поначалу это может быть сложно, но потом освоишься. Как я понимаю, ты со своей способностью тоже не сразу был на «ты». Но в итоге освоился. Здесь тоже самое.

– Спасибо, – поблагодарил я Аллу.

Она в ответ лишь улыбнулась и телепортировалась обратно в то место, где была до моего прихода – перед людьми, которые пришли к ней на занятие.

Я посмотрел на своё тело и попытался представить, как возвращаюсь обратно в него. Но, не успел я как следует сконцентрироваться на этом, как в следующий миг я открыл глаза уже в своём теле.

Быстро же у меня получилось вернуться обратно. Надо будет позже ещё попрактиковаться в этом. А лучше, наверное, сделать это вместе с Аллой.

Как ни крути, а её предложение меня заинтересовало. И я непременно воспользуюсь её услугами. Ведь сопротивление, как показали последние миссии, очень важный показатель. Без хорошего сопротивления в зону лучше вообще не соваться.

Единственное, теперь нужно решить в каком виде провести урок с Аллой. Притащить весь свой отряд, и заставить всех сидеть в позе лотоса несколько часов? Ну или что там делается на йоге? Я точно не знаю, так как в жизни никогда не посещал подобных мероприятий.

Либо прийти к Алле на урок индивидуальный. Что уж вертеть носом. Я всё-таки мужчина. И потому не мог не усмотреть в её предложении второго смысла. Даже, если его там на самом деле и не было.

К тому же, я человек не женатый. Меня не должны тревожить встречи с девушками, так как у меня не было одной единственной. Мне не перед кем отчитываться. Лена, кстати, не считается. Так как с ней мы ни на одно свидание не сходили. А даже, если бы сходили, не факт, что я стал бы завязывать с ней отношения.

К тому же, с Леной я и вовсе могу уже никогда не увидеться…

Ведь никто не знает, чем оберенётся наше противостояние с астероидом. Да, нам обещали отгул на денёк в Москве. Но я отдавал себе отчёт, что этого может не случится. Нас вообще уже завтра могут отправить в Сибирь, а там… Там вообще непонятно что творится.

Ещё раз махнув рукой Алле, и получив улыбку в ответ, я двинулся к штабу.

Несмотря на то, что я потратил довольно много времени на разговор с девушкой, к собранию успел вовремя.

Я предполагал, что, как и в прошлый раз, соберут много военных в актовом зале. Но ошибся. Во-первых, Кудрин собрание решил проводить не в актовом зале, а прямо в своём кабинете. Во-вторых, присутствующих было немного – около двадцати. В основном это были командиры боевых отрядов. И, конечно, же капитаны Жикин и Валунин. Причём «Пороха» среди них не было. Я был единственным представителем из своего отряда.

– Присаживайтесь, товарищи, – пригласительным жестом, указал Кудрин на конференц-стол, и первым уселся во главе. Когда все расселись, он начал говорить. – Скажу вам прямо – за этим столом собрались самые важные люди в проекте «Вторжение». Да, есть ещё командование в лице Константина Юрьевича Кожина, министра обороны и даже самого президента. Но никто из них не был в поле, никто из них не ходил в аномальную зону, – он серьёзным взглядом обвел всех сидящих за столом. – А вы были. И видели больше любых наших командиров. В том числе, больше меня, – он немного помолчал и продолжил. – Поэтому, планируя дальнейшие действия проекта «Вторжение», первым делом я буду советоваться не с командованием, а с вами. И сейчас я хочу услышать ваше мнение о произошедшем вчера. А затем мы вместе решим, что будем делать дальше.

Глава 11
Совет

Признаться, заявление подполковника Кудрина о том, что я вхожу в состав, как он выразился, самых важных людей в проекте «Вторжение», мне льстило. Разумеется, если отбросить ложную скромность, то я нахожусь здесь вполне заслуженно. Всё-таки я побывал в четырёх успешных миссиях. И, главное, общими стараниями с лейтенантом Растегаевым мы смогли предотвратить превращение нашей базы в типичную аномальную зону с потерей почти всего штата проекта. Случись это, и командованию, сидящему в Москве, пришлось бы всё начинать заново.

Тем не менее, меня не оставляла мысль, что в этом кабинете я оказался потому, что «Порох» в этот момент находился в медчасти. Как ни крути, а он командир моего отряда. И потому именно ему положено присутствовать на подобных советах, а не мне, рядовому бойцу.

Но получилось так, как получилось. Я здесь. Среди людей, от которых, как заверял Кудрин, будет зависеть дальнейшее развитие проекта «Вторжение».

Какое-то время подполковник молча смотрел на наши озадаченные лица. Как оказалось, не меня одного удивили слова начальника. Ведь, кроме самого Кудрина и двух его замов, за этим столом присутствовали только представители боевых групп. А такие люди обычно выполняют задачи, а не ставят их.

Я переглянулся с «Кулаком». По выражению его лица без труда можно было угадать его мысли: «Нифига себе!». Похоже, он тоже не ожидал такого поворота событий.

– Простите, товарищ подполковник, – первым нарушил недолгую тишину Андрюха, – вы уверены, что это верное решение? Мы всё-таки солдаты. Мы привыкли действовать, а не планировать.

– У нас буквально земля горит под ногами, товарищ капитан, – резко ответил ему Кудрин. – Почти все наши задачи имеют гриф «срочно». У нас нет времени использовать классическую цепочку командиров. Большая часть которых до конца не понимает, насколько быстро меняется ситуация на земле. Нам нужно всё решать на месте, здесь и сейчас. Самим. Поэтому да, я уверен, что планировать действия должны те, кто находится в эпицентре событий. Но, спешу вас уведомить, окончательное решение в любом вопросе остаётся за мной.

Ага, понятно. Выходит, мы всё-таки не планировщики, а советники. Впрочем, это тоже довольно серьёзная роль. Ещё вчера о подобном я и подумать не мог.

Тем временем сидящие за столом с подозрением посмотрели на «Кулака». Они настолько упорно сверлили глазами морпеха, что мне показалось, что они даже не услышали вторую половину слов, сказанных Кудриным. Впрочем, я и сам не сводил взгляд с Растегаева. А причиной было то, что начальник внезапно назвал его не тем званием.

– Ещё раз простите, товарищ подполковник, – придавленный двумя десятками взглядов, поспешил разобраться «Кулак». И делал он это очень осторожным тоном. – Вы случайно, не ошиблись? Я лейтенант, а не капитан.

– Нет, капитан Растегаев, – хмыкнул начальник. – Я не ошибся, – он взял в руки пачку листов формата А4, что лежали на столе перед ним. Посмотрел на верхний лист, затем поднял голову и продолжил. – Раз уж вы подняли эту тему, давайте с неё и начнём. Сегодня с утра у меня состоялся серьёзный разговор с руководителем проекта «Вторжение» Кожиным и министром обороны Российской Федерации. Во-первых, мне удалось согласовать с ними создание внутреннего совета из боевых офицеров и сержантов. То есть вас. Во-вторых, я запросил разрешение на вывод всех участников проекта, как гражданских, так и военных, в особый статус. Это позволит мне, как начальнику данной войсковая части, присваевать внеочередные звания тогда, когда я посчитаю это нужным. А не по выслуге лет и без дополнительных запросов наверх.

Большая часть присутствующих напряглась. Всем своим видом они выказывали недоумение. Похоже, не всем было понятно, каким образом Кудрин умудрился заполучить такие серьёзные привилегии от командования. По их лицам нельзя было сказать, что им это не нравилось. Скорее, напротив. Но, всё же, понять, как так вышло, они хотели.

Насколько я разбирался в теме, внеочередные звания могут присваиваться исключительно с одобрения командиров военных округов и министра обороны. И верховного главнокомандующего, разумеется. А тут такие полномочия у начальника части. Звучало как-то неправдоподобно.

Но Кудрин, видя немой вопрос на лицах офицеров и сержантов, быстро поспешил аргументировать свою позицию:

– Такая необходимость возникла вчера, – голос подполковника стал чуть тяжелее. – За один только день мы лишились большей части офицеров. Если не считать меня и моих замов, на базе не осталось никого старше лейтенанта. Так же я принял решение, что отныне командирами рот смогут стать только те, кто понюхал пороху в аномальных зонах. Чтобы не случилось таких недоразумений, как со старшим лейтенантом Ковригиным, – подполковник мельком глянул на меня. Будто напомнил мне этим, что я имею непосредственное отношение к инциденту с тем старлеем. – А скоро у нас произойдёт масштабное пополнение личного состава. И для этого, как вы понимаете, придётся повысить в звании приличное количество офицеров, которые находятся на базе, – подполковник выдержал небольшую паузу, а затем окинул всех вопросительным взглядом. – Ещё вопросы имеются?

Похоже все были удовлетворены аргументацией подполковника, потому как никто ничего не задал ему.

А тот тем временем продолжил:

– А вот у меня есть, чем продолжить тему званий воинского подразделения проекта «Вторжение». Отныне должность командира боевого отряда считается капитанской. Всем офицерам, которые уже командуют отрядами, с этого момента присваивается звание капитана.

После этих слов начальника я пробежался глазами по погонам присутствующих. Большая часть из них были лейтенантами. И только пятеро имели сержантские лычки.

Похоже, только что на моих глазах появилось полтора десятка капитанов. Момент, как минимум, запоминающийся.

Сразу подумал о «Порохе». Интересно, а ему дали капитана? Ведь высшего образования у него еще нет. Хотя, как он сказал, выпускные экзамены у него должны быть на следующей неделе. Впрочем, Кудрин в нынешних условиях мог закрыть глаза на этот недочёт нашего командира.

Но начальник, не дав нам толком переварить полученную информацию, решил добить эту тему объявлением о том, что его замы Валунин и Жикин теперь майоры.

Все присутствующие офицеры одобрительно кивнули новоиспечённым майорам.

– Фамилии остальных, кого я уже успел за утро повысить, можете найти в этих списках, – Кудрин передал те самые листы, что держал в руках, ближайшему офицеру. – Так же после обеда всем командирам отрядов приказываю предоставить списки бойцов, которые получили тяжёлые травмы в ходе последних миссий и вчерашнего инцидента на базе. Знаю, таких у нас набралось не мало. И большая часть из них вряд ли сможет впредь выходить в поле. Но отправлять их в запас рано. Я предложу им должность командиров рот.

Едва воспрянувшие духом офицеры резко изменились в лицах. Похоже речь зашла об их боевых товарищах, которым вчера повезло меньше остальных.

Я и сам вспомнил, какие увечья корни осколка нанесли многим людям. И это, как уточнил начальник, не считая тех, кто получил травмы на заданиях.

Закончив со вступительной частью, мы перешли в оглашению результатов вчерашнего дня. Точнее прошедших четырёх суток. Именно столько прошло времени на нашей базе с того момента, как наш отряд отправился на миссию в научном центре.

Всего за эти дни побывало на заданиях двенадцать отрядов, включая наш. Успешно завершить миссию и вернуться на базу удалось только семи из них. С остальными пятью связь пропала и они в данный момент считаются перебежчиками. Точнее, с четырьмя. Ведь отряд Неделина мы уже ликвидировали.

Ещё три боевых отряда прямо сейчас находится в поле. Особенно Кудрин акцентировал внимание на том, который отправился под Казань. Там довольно серьёзные проблемы с неким «троллем-рыцарем», который умеет выходить из зоны, минуя оцепление. Как он при этом остаётся незамеченным, никто не понимает. Тем не менее, ребятам каким-то образом придётся найти этого мутанта и ликвидировать.

Также выяснилась судьба боевого отряда, который был собран из гражданских. Тех самых пассажиров нашего самолёта, за которых яростно заступался «Порохов». К моему облегчению, их не стали отправлять в опасную зону. Более того, их перевели на гражданские должности. Надо будет порадовать Порхова, когда навещу его в медчасти.

Дальше Кудрин озвучил самые печальные новости.

Во время инцидента на базе пострадало 72 человека из числа сотрудников проекта «Вторжение». Из них 54 – раненых, 18 – убитых.

В оцеплении, как уже вчера говорилось, потери составили 322 человека. А всего по стране из-за внезапного расширения зон погибло 2453 солдата. И это число продолжает расти.

Также погибли тысячи гражданских. Но точных цифр Кудрин называть не стал. Отметил лишь, что эта цифра пугающая.

– Как я уже неоднократно повторял, это были тяжёлые для нас дни, – продолжал говорить подполковник. – Но есть и хорошие новости. Семь отрядов, которые успешно выполнили свои задачи, вернулись не с пустыми руками. В общей сложности им удалось добыть 492 килограмма чёрной основы. Таким образом мы в ближайшие дни значительно расширим штат проекта «Вторжение».

Тем временем листы со списками присвоенных званий прошли через руки нескольких офицеров и оказались у меня. Первым делом я отыскал фамилию командира своего отряда. Как я и предполагал, Кудрин закрыл глаза на то, что у «Пороха» нет высшего образования, и таки дал ему капитана. Хотя, ручкой напротив фамилии Прохора была поставлена звёздочка. Возможно, это как-то связано с его дипломом.

На всякий случай решил глянуть, присутствует ли в списке моя фамилия. Чем чёрт не шутит. И, внезапно, я нашёл там Ларионова. От этой новости во мне аж закипел адреналин. Всё-таки не каждый день тебя повышают в звании.

Я сначала подумал: 'С какой стати? Я ведь не командир отряда. Но затем увидел само звание – старший сержант.

Сразу всё встало на свои места. Похоже, это мне за заслуги прошлого дня подкинули. Вот тебе и отличился, спасая базу. Что ж, спасибо.

– А теперь, товарищи офицеры и сержанты, приступим к следующей части нашего совещания, – объявил Кудрин, после того, как закончил доклад по результатам прошедших дней. – Нам с вами нужно решить, как будем развивать базу, а также необходимо накидать план действий. Желательно таких действий, результат который окажет на астероид неизгладимое впечатление. Пусть он поймёт раз и навсегда, что на нашей планете он будет жить либо под нашим контролем, либо не будет вовсе.

Повисла тишина. Никто не торопился первым излагать свои мысли. Оно и понятно. Здесь всё-таки находились боевые офицеры, они ораторы. Эти ребята привыкли работать руками, а не языком.

Тем не менее один из свежеиспеченных капитанов таки решил внести предложение:

– Товарищ подполковник, а может бахнем по осколкам высокоточным оружием? Например, «Калибрами»?

Я глянул на говорящего. Визор сразу же показал его имя:

Роман «Жёсткий» Сковородкин.

– После вчерашнего дня мы знаем, что разрушение осколка приводит к тому, что зона становится безопасной, – продолжал говорить офицер. – Предлагаю повторить трюк, который проделали «Кулак» и «Инженер».

Мне предложение «Жёсткого» не понравилось.

– Возражаю, – не стал я ждать, когда начальник ответит Роману Сковородкину. – Мы ещё не знаем, стала ли зона безопасной. Если честно, то мы вообще не знаем что произошло с зоной. Сначала нужно подождать, когда «Ключ»… То есть, рядовой Разводной, и другие учёные объявят о результатах исследования осколка. А до тех пор лучше подобного не повторять.

Кудрин кивнул мне и задумался. «Жёсткий» одарил меня недовольным взглядом. Похоже, он был не рад, что я зарубил его идею на корню.

– Вопрос применения высокоточного оружия уже неоднократно рассматривался, – ответил начальник Сковородкину. – И даже заходила речь о ядерном оружии. И каждый раз все обсуждения сводились к тому, что лучше придержать наши ракеты. К тому же учёные категорически против этого. Говорят, что в данный момент не могут предсказать, что случится с осколком после взрыва. Ведь при выплеске такого огромного количества энергии, враг может использовать её себе во благо. Вероятно, ракетным ударом мы только усилим противника.

Снова все ненадолго притихли.

– Нужно начинать с себя, – взял слово ещё один капитан. Как мне подсказал визор, его звали Валентин «Шнур» Анисимов. – Как ни крути, а нам нужно гораздо больше боевых отрядов. И, желательно, чтобы они были, как можно сильнее. Поэтому предлагаю тратить не по 400 грамм основы на новобранцев. А сразу полтора килограмма. А то и два. Тем самым мы с вами будем получать солдат очень высокого уровня. А таких можно смело отправлять на самые опасные задания, – он тяжело вздохнул. – У нас у всех за плечами есть печальный опыт. Вчера многие из нас едва выжили в зонах из-за того, что командование сразу не решились тратить достаточно основы на новобранцев.

– Уточню, что мы так не сделали не потому что «не решились», – хмуро произнёс подполковник. – У нас для этого банально не хватало ресурсов. Но теперь у нас гораздо больше основы для подобных экспериментов. Кстати, я и сам думал над подобной идеей, – он обвёл глазами всех присутствующих. – Что скажут остальные?

Офицеры лишь молча кивнули. А я же решил дополнить эту мысль:

– Я, как и все, поддерживаю план капитана Анисимова. Но считаю необходимым внести кое-какие корректировки в него.

– И какие же? – вопросительно посмотрел меня «Шнур».

– Дело в том что вы, капитан, забыли про базу, которую нам дают, когда знакомят с чёрной основой. Сама по себе основа не усиливает нас. Сильнее мы становимся благодаря цветным элементом. А чёрная основа – это всего лишь резервуар для этих элементов, – я выдержал небольшую паузу и продолжил. – Поэтому я предлагаю тратить на новобранцев не полтора-два килограмма, а только один.

– И насколько сильных солдат мы можем получить за это килограмм? – уточнил капитан Егор «Сук» Деревянный.

– Таких, как я, – твёрдо ответил я, а затем оценил реакцию офицеров. Судя по их лицам, все они забыли про суть основы, думая, что именно она делает нас сильнее. Затем продолжил. – У меня сейчас 51 уровень. Это примерно 2800 грамм основы. А цветных элементов наберётся всего на 570 грамм. Выходит, я ещё могу заполнить свой резервуар больше, чем на две тысячи. Сами видите, сколько ещё потенциала. И потому новобранцу для начала тренировок одного килограмма основы будет достаточно – 400 грамм для получения иммунитета и 600, чтобы получить 23 уровень. Таким образом вы сможешь поставить под ружье в два раза больше людей.

– Очень напоминает премимум-подписку на сезонный пропуск в современных играх, – усмехнулся один из капитанов. Похоже, он увлекался видеоиграми, раз знал подобные тонкости.

– Примерно так, – кивнул я ему. – Сделаем так и будем получать новобранцев, которые будут сходу готовы к интенсивным тренировкам.

– Согласен с тобой, Ларионов, – постучал Кудрин карандашом по столу. – Признаю, я и сам забыл, что сама по себе чёрная основа мало что значит. Так и запишем, – он сделал заметку карандашом у себя в блокноте, а затем снова обвел глазами всех нас. – Есть ещё предложения по улучшению эффективности труда на базе?

– У меня есть, – это уже был я. – Необходимо в кратчайшие сроки разработать эффективный план тренировок, благодаря которым мы сможем быстро увеличивать количество цветных элементов в нас. Сегодня по пути сюда я заметил, что Алла преподаёт йогу. И это, по её словам, форсирует рост сопротивления. Уверен что есть и другие способы для качественной прокачки наших характеристик. Таким образом мы сможем очень быстро делать из новобранцев довольно сильных бойцов, не подвергая их опасным прогулкам по аномальным зонам. В которые, к слову, лучше новичков больше не отправлять. Вчера нам астероид это ясно дал понять.

– Согласен, – кивнул Кудрин. – Вот ты, «Инженер», этим и займись. Тем более в данный момент ты единственный из присутствующих, у кого есть визор. Он тебе поможет отслеживать цветные элементы.

– Есть, – его приказ меня нисколько не расстроил, не смотря на то, что у меня сегодня выходной день. Ведь я и сам хотел сегодня этим заняться. А закончить день я планировал йогой с Аллой. Или не йогой… Там, как получится.

Совещание продолжалось.

– Нам требуется гораздо больше инструкторов, – сказал капитан, чье имя визор указал, как Сергей «Жук» Снегов. – В данный момент у нас есть только инструкторы по стрельбе и боевой подготовке. Причём по одному. Этого явно мало, исходя из того, что в наших рядах ожидается существенное пополнение.

– Согласен. Для новых бойцов нужны не только ротные, замполиты и прочие заместители, – подхватил Андрей «Вихрь» Горяев. – Нужны опытные инструктора по физподготовке, по рукопашному бою и по сверхспособностям. Чем больше, тем лучше.

– Не могу не согласиться, – ответил на это предложение подполковник. – Понятное дело, что потребуется больше инструкторов. Причём найти таковых по физухе и рукопашке будет не сложно А вот по способностям… Тут придётся искать такого, у кого будут схожие способности с Ван Ванычем. А самого старика назначить нельзя, – Кудрин усмехнулся. – Мало того, что он немного с приветом, так его не выгонишь из курятника теперь. Кстати, его уже достроили.

От заявления начальника, что курятник уже готов, я мысленно удивился. Стоит отметить, что работа на базе продвигается не просто стахановскими темпами. А гораздо быстрее.

Дальше последовало еще несколько предложений по хозяйственной части. Особенно бурно мы обсуждали расширение тренировочной зоны. В итоге пришли к единому мнению, что сначала нужно выработать план тренировок. И уж потом, отталкиваясь от этого, строить новые беговые дорожки, полосы препятствий, тиры и так далее.

Капитан Деревянный даже предложил построить бар на территории части. Мол, служба службой, а пар надо где-то выплёскивать. И все мы были порядком удивлены, когда Кудрин заявил, что такой уже имеется.