Текст книги ""Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Светлана Нарватова

Соавторы: Юлия Васильева,Анна Клименко,Александр Воробьев,Сергей Панарин,Сергей Игоничев,Александр Пономарев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 317 (всего у книги 344 страниц)

– Леди Николетта, спасибо! Вы открыли мне глаза! Я уберу все излишества и отменю все заказы. – Он вдруг посеменил вперед с такой скоростью, что мне пришлось сделать небольшую пробежку. – Немедленно!

– Сэр Мэлори, не надо таких радикальных мер! – Его внезапно вспыхнувший энтузиазм необходимо было обуздать. – Не трогайте заказы. Я просто хотела попросить вас на этом остановиться.

Церемониймейстер остановился в буквальном смысле этого слова.

– Простите меня, что-то совсем закрутился, – уныло сказал добряк.

– Вам надо отдохнуть. – В моем голосе было сочувствие пополам с уверенностью. Может, мне открыть психологическую практику во дворце?

Отправив церемониймейстера на кухню выпить чаю с успокоительными травками, я сочла необходимым еще раз обойти главные коридоры, чтобы завтра не оказаться с очередным сюрпризом на руках. Все было подозрительно спокойно: никаких следов безалаберности в виде прикрытой гобеленами отваливающейся штукатурки, даже свечи в канделябрах зажжены полностью, а не через одну, как обычно. Видимо, господин Гальяно решил-таки проблему с казначеем и его подчиненными, которые взяли привычку, проходя по коридору, гасить половину свечей. Правда, чтобы сдвинуть дело с мертвой точки, понадобился разбитый нос министра легкой промышленности, который в потемках наткнулся на одну из статуй.

Для пущей уверенности похлопала по стягам и флагам, развешанным в галерее Славы. Нехорошо, если слава будет выпускать клубы пыли при прикосновении. Ничего. Я вздохнула – намечался свободный вечер.

Позади застучали быстрые шаги, словно кто-то очень спешил. Оглянувшись, столкнулась с испуганным взглядом короля.

– Добрый ве… – нерешительно начала я, соображая, что такого могло произойти, если монархи начали бегать по коридорам.

– Леди Николетта, спасите! Спрячьте меня! – В волнении его величество не заметил, что схватил меня за плечи.

– Что, про… – От такого захвата на моем месте растерялся бы любой.

– Потом! Спрячьте меня, скорее же!

Что я ему, фокусник, что ли?

Около входа в галерею раздались веселые голоса, и вся ситуация стала кристально ясной.

– Снежанна, ты уверена, что он пошел сюда?

– Я точно видела. Сусанна, нам точно нужно его догонять?

– Не трусь. Случайных встреч не бывает, если их не подстроить. Давайте разделимся.

Да тут настоящая облава! Глядя на стремительно бледнеющего Ратмира II, оставалось только сжалиться над монархом.

– Ладно, идемте, ваше величество. – Решив, что в такой ситуации можно пренебречь парой-тройкой правил приличия, я покрепче ухватила короля за кружевной манжет и потащила к выходу из галереи.

Прямо за ближайшей колонной находилась неприметная дверь, сливающаяся со стеной. Эта дверь вела в прачечную, и пользовалась ею только прислуга. Странно, что его величество живет во дворце с рождения, а замок знает хуже меня. Все дети, пусть даже и королевские, должны непременно обладать известной долей любопытства.

Я запихнула монарха в узкий проход и закрыла за нами дверь. К счастью, здесь имелось крошечное окошечко, выходящее на улицу, а солнце еще не зашло за горизонт, иначе мы оказались бы в полнейшей темноте. И без того даже этот полумрак был не очень уютен.

Король выдохнул и пристально посмотрел на меня:

– Спасибо.

Я вовремя опомнилась и выпустила из рук его манжету, которая теперь выглядела так, будто ее кто-то жевал. Атмосфера складывалась напряженная. Будет еще хуже, если мы останемся тут пережидать, пока наши бойкие гостьи успокоятся и свернут свою поисковую операцию.

– Если ваше величество не возражает, мы можем выйти отсюда через прачечную.

– Ничего страшного. – Видимо, он настолько был напуган неожиданной погоней, что согласился бы на что угодно.

Надеюсь только, что внизу сейчас никого нет, иначе у прачек от такого высокого визита глаза на лоб полезут. Стану потом всем рассказывать, что с этих пор именно в такой форме будут проходить мои инспекции. Я не удержалась от улыбки.

– Вы меня выручаете второй день подряд, – неуверенно улыбнулся король, неверно истолковав игру моей мимики.

– Второй?

– Кем была та девушка, которую вы увели от меня вчера? – Любопытства в королевском голосе было через край.

Хм, если так пойдет и дальше, может, меня посвятят в рыцари. Защитница чести и достоинства короля из меня выходила хоть куда, не хватало только белого коня и пафосных речей.

– А-а-а, она доставляла продукты для кухни, не знаю, что на нее нашло. – Удобоваримая ложь была заготовлена заранее. – Не беспокойтесь, в замок ее больше не пустят.

– Жаль, она показалась мне забавной.

Я удивленно взглянула на короля. На лице Ратмира II гуляла мальчишеская улыбка. Потом он опомнился и быстренько ее стер, будто ничего и не было.

Мы стали спускаться по узенькой лестнице вниз: прачечная находилась ниже первого дворцового уровня.

– Ваше величество, держитесь за перила.

Предупреждение было не лишним – король мастак влипать в самые неприятные ситуации. Если он сломает на этой лестнице ногу, я потом замучаюсь объяснять, что мы тут делали в полутьме вдвоем. Сваха меня живьем съест и костей не оставит, благо теперь наконец я стала понимать ее предвзятое к себе отношение. Леди Карпила жила на этом свете вдвое дольше, чем я, и уж конечно сразу раскусила маневры моего отца.

– Леди Николетта, вы общались с нашими гостьями? – Король, кажется, нисколько не торопился выходить из прачечной.

Еще как общалась! Будто у меня был хоть малейший шанс этого избежать!

– Да, ваше величество.

Лестница кончилась, и мы сошли на каменный пол полоскальни. Под ногами мешались оставленные как попало тазы и стиральные доски. Где-то звучно капала вода из подтекающего крана.

– И как вы считаете, есть ли среди них подходящая мне невеста?

– Все они очень достойные девушки, – уклончиво ответила я, совершенно не понимая, к чему все эти вопросы.

– А с мужской точки зрения?

Открыла рот. Закрыла рот. Извините, это как? Каким образом мне изловчиться и выдать мужскую точку зрения? Похоже, отец серьезно просчитался, если король периодически забывает, какого я пола.

– Ваше величество, к сожалению, тут ничем не смогу вам помочь. Если хотите знать мужскую точку зрения, то спросите мужчину.

Я решительно открыла дверь, ведущую в сад, и мы оказались под лестницей заднего входа. Надо заканчивать эти непонятные разговоры.

– Вы правы, – скромно согласился со мной Ратмир II.

Хотя, с другой стороны, кому король может задать такой вопрос? Друзей у монарха не водится, пора воспитателей давно миновала, а у министров в голове одна геополитика. Хех, выходит, я самая подходящая из мужчин для таких разговоров. Лестно, ничего не скажешь.

– Надеюсь, ваше величество в целости и сохранности доберется до своих покоев. – Я сделала реверанс, вежливо давая понять, что с меня достаточно бесед на отвлеченные темы.

– Спасибо. – Монарх растерянно оглядывался на сад, будто потерянный ребенок.

Я вздохнула и указала на лестницу за спиной:

– Ваше величество, вам туда.

Ратмир II сделал вид, что и без меня знает, куда идти. Но я на всякий случай проводила его глазами до входа во дворец, а то мало ли чего, ищи его потом.

Король остановился на третьей ступеньке и обернулся ко мне:

– Леди Николетта, не потанцуете со мной на балу?

Как вы думаете, кто самый важный человек в замке за несколько часов до торжественного приема или бала? Неправильно. Горничная. Горничная необходима, чтобы принять ванну, одеться, причесаться и накраситься. Горничная подошьет оторванную оборку, о которой вы давным-давно забыли, потому что на прошлом балу слишком усердно налегали на шампанское и не заметили, как неуклюжий кавалер половину танца станцевал на краю вашего платья. Умелая горничная впихнет вас в платье на размер меньше, несмотря на все восхитительные переливы синевы на вашем лице при затягивании корсета. Она уложит три ваши волосины в пышную прическу, а потом при помощи белил и румян создаст на вашем лице посмертную маску, за которой вас узнают разве что по радужке глаз. А если уж концентрация женщин во дворце превысит все возможные пределы, то горничная еще и заработает на маленький домик в деревне, осчастливив своими услугами персону, более всех жаждущую эстетики и красоты.

Ладно, оставим оду горничной, которую я мысленно сложила, пока Марика работала горячими щипцами над моей головой. Вообще-то сначала я собиралась одеться и причесаться сама – ради экономии времени, но, помыв голову и увидев в зеркале удивленный одуван, решила капитулировать, пока не поздно. И, к своему восторгу, обнаружила, что за горничных в замке идут нешуточные войны. Наконец настал момент, когда я смогла использовать свою должность в личных корыстных целях.

Марика сочла за благо убраться подальше от того дурдома, который сейчас творился в основной части дворца, и уж тем более у нее давно чесались руки заняться моей персоной. С этого момента все пошло как по маслу. Я втиснулась в новое голубое бальное платье, и Марика тут же пресекла все мои стенания по поводу того, что я чувствую в нем себя голой, решительно заявив, что так и должно быть. Оставалось только верить. Буйный одуван на голове медленно, но верно превращался в локоны. Так что, пожалуй, теперь никто не испугается, встретив меня в каком-нибудь темном углу замка.

– И почему ты не укладываешь свои волосы каждый день? – упрекнула меня подруга.

– Потому что я считаю роскошью посвящать этому занятию целый час. Не уверена, что у меня будет достаточно долгая для такой расточительности жизнь.

– С таким отношением к тридцати годам превратишься в пугало. – Марика потуже натянула локон на щипцах, и я ойкнула.

– А с этой ежедневной экзекуцией превращусь в лысое пугало, не дожив и до двадцати пяти.

Закончив с локонами, горничная подобрала мои волосы повыше, подколола шпильками (как мне показалось, прямо к черепу) и прицепила сверху неизвестные живые цветы, главным достоинством которых был один цвет с платьем. Правильно – цветы на могилку моего интеллекта. Давно заметила: стоит немного прихорошиться и голова совершенно перестает варить.

Марика критически осмотрела меня со всех сторон, потом повернула мое лицо к свету:

– Веснушки будем замазывать?

– Что их замазывать-то? Это же не прыщи.

– Неблагородно как-то.

– Подумаешь!

Странно, вот пока я жила в деревне, с моей внешностью было все нормально. А стоило только приехать ко двору, сразу оказалось, что во мне как минимум десять лишних килограммов, лицо абсолютно простецкое, «с этими ужасными веснушками», волосы как пучки соломы и совершенно немодный курносый нос. Придворные дамы никогда не стесняются в сообщении подобных очевидных вещей. Хотя надо отдать им должное: все как одна заявили, что мои глаза довольно сносны, и то только благодаря их синему цвету. А так, сами понимаете, и разрез не тот, и ресницы подкачали. Пожалуй, есть от чего впасть в депрессию. Кстати, модная здесь болезнь.

Посмотрев на вечно полуобморочных леди, я поняла, что это помешательство от недоедания, и просто перестала обращать на них внимание.

Решив, что красоты мне на сегодня хватит, встала со стула и, несмотря на все протесты Марики, отправилась во дворец, чтобы проследить за последними приготовлениями.

Первым делом заглянула в бальный зал и носком туфли попробовала пол на скользкость – все было в порядке. Видимо, предыдущая ночь прошла в трудах и на церемонии дворецкий будет клевать носом. В тронном зале полировали трон, а двое лакеев натягивали над ним тяжелый бархатный балдахин. Балдахин постоянно падал, причем ровнехонько на то место, где предстояло находиться нашим министрам. От греха подальше приказала либо убрать балдахин, либо передвинуть трон. Сошлись на том, что балдахин не нужен (трон оказался привинчен к полу).

Выйдя из зала, я обнаружила в коридоре праздношатающегося повара. Рыжий был одет в парадный камзол и явно собирался просочиться на бал. Сегодня тунеядцу подфартило: ни церемония представления, ни бал не подразумевали каких-либо угощений, кроме, пожалуй, вина. Гостьи ели перед балом в своих покоях, а кое-кто и не ел вовсе, чтобы влезть в праздничное платье. Поэтому, разослав легкие закуски вместе с лакеями каждой в комнату, прохвост был свободен как ветер.

– О! – Увидев меня, повар остановился и, нисколько не пытаясь этого скрыть, стал осматривать с ног до головы. – Леди Николетта, с вас платье не спадает?

– Как видишь, нет.

– Жаль, а то бы я предложил свои услуги. Ходил бы за тобой да поддерживал вон за те очаровательные оборки на груди.

Я инстинктивно подтянула лиф повыше:

– Еще одно подобное замечание, и я сделаю так, что в зал тебя не пустят.

– Все-все, уже испугался.

Может, действительно его не пускать, подумала я. Но с мысли меня сбил мчащийся на нас со всех ног в лакированных туфлях Ларкин. Что сейчас будет… Совсем забыла про сделанную в отместку гадость.

К моему удивлению, все произошло совсем не так, как я себе представляла. Ларкин добежал до нас, схватил Кита за плечи своими наманикюренными пальцами, чему последний вовсе не сопротивлялся, и затараторил:

– Друг, выручай! Срочно нужна хотя бы кружка пива для прически!

– Не вопрос, – спокойно ответил повар, будто все происходящее было абсолютно нормальным. – Сходи на кухню, скажи, что от меня.

– Спасибо, лапуля. – Ларкин взъерошил рыжему волосы и помчался дальше.

Я стояла, онемев от размышлений по поводу ориентации сэра Кита.

– Вот не надо на меня так смотреть! – Повар начал приглаживать волосы.

– Я и не знала… Нет, ты не подумай, я без всякой предвзятости…

– Сейчас же прекрати. – Он фамильярно щелкнул меня по лбу. – Такие мысли не для хорошенькой головки.

Церемония представления проходила как нельзя более скучно. К счастью, еще в самом начале я забронировала себе место около колонны с довольно удобным бордюром, на котором и просидела незаметно почти до конца. Рядом, видимо смекнув про мою уловку, тут же нарисовался повар. Пусть его, будет хоть с кем поделиться едкими замечаниями, благо тему моего платья мы уже закрыли.

Придворных в зал набилась тьма-тьмущая. Невест внутрь не пускали: каждая должна была войти в сопровождении нескольких человек из своей свиты только после того, как церемониймейстер объявит ее имя. Первыми, естественно, запустят иностранных гостий, а уж потом валом повалят наши отечественные невесты – те, которых разместили в замке, и те, кому не столь повезло. Перед началом церемонии сваха с опытом бывалого челнока бегала от короля к церемониймейстеру и от церемониймейстера к каждой из невест. Через полчаса таких спринтерских упражнений завитые букольки на ее голове сбились в неровный холмик, а макияж местами начал подтекать, но служительница брачных уз не думала сдаваться.

Наконец вошел испуганный король, и все согнули спины в церемонном поклоне. Сейчас я завидовала ему меньше всего. Ратмиру II предстояло улыбаться и кивать на протяжении часа, будто игрушечному болванчику. Хотя монархи, наверное, к такому привычны – с детства тренируются.

Первой прошествовала, иначе не назовешь, принцесса Анит из Либерии. По волнению в зале я поняла, что при виде ее половине присутствующих, включая самого короля, захотелось пасть ниц в благоговейном трепете. Так она была величественна.

Ведьмачка изменила своему любимому черному цвету только для того, чтобы прийти в платье цвета свежей крови. Пока она кланялась, министры тайком творили охранные круги и плевали через плечо на с таким трудом начищенный пол.

Надела ли босая принцесса Аска туфли, оставалось только догадываться – ее платье было длинным и на удивление похожим на нормальное бальное. Остальные гости как по команде склонили головы набок, желая рассмотреть, не мелькнет ли под подолом голая пятка.

При виде парадного платья принцессы Агнесс хотелось плакать и слать Катону посылки с материальной помощью.

После же выхода посольства из Сабаку мне стало абсолютно наплевать на то, в чем одета принцесса Сора, почему вместе с ней в зал вошла ее собака и почему никто не объяснил сопровождающим ее кочевникам, что падать ниц перед нашим монархом вовсе не обязательно. Мысли занимал только ярл Амеон и его белый, расшитый серебряной нитью камзол, так удачно оттенявший загорелую кожу.

– Закрой рот и не пускай слюни, – грубо ворвался голос Кита в мои радужные девичьи мечты.

– Молчал бы уж. Сам сколько бабником прикидывался, а оказалось…

– Работает!

– Что работает? – удивленно спросила я.

– Моя маскировка, – решил снизойти до объяснения рыжий. – Вот смотри, допустим, ты принцесса. Ты видишь меня с Ларкиным, делаешь соответствующие выводы и перестаешь меня опасаться как мужчину. Я тем временем втираюсь в доверие, завожу дружбу, а уж от дружбы до чего-то большего всего один шаг. По-моему – гениально!

Я шумно выдохнула. Похоже, пытаться что-то объяснить этому любвеобильному идиоту будет бессмысленно. Хорошо еще, что он не поставил себе целью завоевание мира – в этом случае методы были бы еще более пугающими.

– Послушай, волк в овечьей шкуре, ты бы хоть принцессу себе сначала выбрал, что ли. Зачем на всех распыляться?

– Знаешь, какая у меня философия? – задал риторический вопрос великий стратег. – Чтобы найти одну принцессу, надо перецеловать целое болото лягушек.

Я захихикала:

– Да ты романтик. Бородавок не подцепи.

Препирательства пришлось закончить, потому что представляли княжну Стасью. При помощи пива и больной фантазии Ларкин соорудил на ее голове двухъярусный начес, так что низенькая девушка стала на полметра выше и в два раза забавнее. Если это бабочка, то я, пожалуй, предпочту остаться в своем коконе.

При представлении красавицы из Шанхры король попытался вскочить со своего трона и подать ей руку. Если бы не бдительная сваха, тяжелой дланью придавившая его величество к трону, вышел бы небольшой конфуз.

Последней из невест королевской крови в зал вошла царевна Злотоземья, а уж дальше потекли девицы отечественного производства – похожие как одна и скучные до невозможности по сравнению с иностранными гостьями.

Когда все перешли в бальный зал, я забилась в дальний угол поближе к выходу. Хоть мне вчера всеми правдами и неправдами удалось отшутиться от королевского приглашения, это еще не значило, что опасность миновала. Вот так подойдет монарх – попробуй ему отказать. К счастью, оказалось, что Ратмир II вовсе не собирался танцевать. Он устало уселся на принесенный ему стул и тяжелым взглядом обводил зал. Мимо как бы ненароком прогуливались невесты. Одна даже умудрилась удачно уронить свой браслет, так что тот закатился прямехонько под королевский стул, создав немалый ажиотаж, так как девица, видя, что цель не реагирует, попыталась достать украшение собственноручно.

Через несколько танцев я краем глаза заприметила троицу из Злотоземья. Горд и Север толкали локтями друг друга и кивали на меня. Что-то не похоже, что они ссорились из-за танца со мной. Может, он стал наказанием проигравшему в битве на крысолаках? Я показательно отвернулась, но тут же встретилась взглядом с его величеством.

Так, пора отсюда уходить. Если и дальше буду вот так просто из любопытства подпирать стенку, мои действия могут воспринять как отчаянный поиск кавалера для танца. Протолкавшись сквозь кринолины, мне удалось выбраться на веранду, чтобы оттуда спуститься в сад.

Все же сэр Мэлори не на ветер пустил казенные деньги. Развешанные на деревьях круглые бумажные фонарики превратили парк в сказочный лес. И если не замечать, что через каждые десять деревьев стоит лакей, готовый тушить и звать на помощь в случае пожара, то атмосферу можно было бы назвать романтичной. Я спустилась по лестнице в сад, но отходить далеко не стала: здесь все еще была слышна музыка, но, к счастью, не людской гомон. Оставалось только посочувствовать придворным и гостям, которые были вынуждены находиться в зале подле короля. Его величеству не хватило бы решимости встать и просто без чьей-либо указки выйти в сад. Я презрительно фыркнула.

– Леди Николетта, вы не танцуете?

Вздрогнув, подняла голову: в свете окон стоял ярл Амеон в своей белоснежной одежде. Мне вспомнилось едкое замечание повара, поэтому пришлось взять себя в руки и не «пускать слюни».

– Там слишком людно и душно. – Я напряженно смотрела, как ярл спускается ко мне.

– Зато здесь нет. – Он протянул мне руку и слегка склонил голову в поклоне.

И-и-и-и, в прошлой жизни я наверняка спасла мир, иначе за что мне такое везение?

Я вложила руку в его протянутую ладонь и тут же была притянута ближе, другая рука ярла оказалась на моей талии, и мы закружились под мелодию, доносившуюся из открытых окон зала.

– В Сабаку тоже танцуют вальс? – спросила, с удивлением обнаружив, что все еще могу сохранять ясность сознания, а мысли не гогочут в голове, как испуганные гуси.

– Нет, не танцуют. – Амеон пристально рассматривал мое лицо, и его флуоресцентные глаза в полумраке казались двумя необычными светлячками.

– Тогда где же вы научились?

– Я несколько лет провел в Греладе.

Так вот откуда знание наших обычаев и манер! Кочевник чему-то задумчиво улыбался, а я прямо кожей чувствовала, как в нашем молчании рождается некая особая атмосфера.

– Сегодня одна из самых прекрасных летних ночей. – Он слегка склонился ко мне.

– Вы правы, – только и смогла пробормотать я, чувствуя себя героиней любовного романа.

– Но вы можете сделать ее незабываемой… – Он склонялся все ниже, голос становился все тише и ласковей.

Радостно запрыгали игривые мысли. Вот оно!

Каково же было мое разочарование, когда ярл внезапно остановился и посмотрел вверх, на лестницу.

– Нет, вы продолжайте-продолжайте, не стесняйтесь. – Облокотившись на перила, за нами наблюдал сэр Кит. На его лице играла какая-то дьявольская ухмылка – у меня аж мурашки поползли по коже. – Я тут тихо посижу, никого трогать не буду.

Вот чем заканчивается излишний гуманизм. Была же у меня мысль вовсе не пускать его на бал.

Кочевник отошел на шаг и поклонился:

– Мне очень жаль.

– Что вы… – Я хотела сказать, что на этого нахала можно не обращать внимания, а если спустить его с лестницы (что вполне заслуженно), то и проблем-то не будет. Хотела, но, естественно, не могла.

– Мой долг присмотреть за принцессой Сорой. – С этими словами он поднялся по лестнице и вошел в зал.

Я в раздражении повернула лицо к Киту.

– Ах, вы можете сделать эту ночь незабываемой, – передразнил насмешник. – Тебе не противно?

– Ты хоть соображаешь, что делаешь?

– Не знал, что ты хочешь стать погонщицей верблюдов.

Рыжий развязной походочкой стал спускаться ко мне по лестнице. Это он зря, я же в гневе и придушить могу.

– Издеваешься?

– Ну хорошо, не погонщицей. Кочевник как-никак знатного роду, будешь коротать дни в гареме.

– У него нет гарема, – насупилась я.

– Сейчас, может, и нет. Годам к сорока будет. Станешь старшей женой, благо навыки управления у тебя уже есть. – Сэр Кит остановился на расстоянии вытянутой руки от меня, благоразумно не дойдя нескольких ступеней.

– Послушай, тебе-то какое дело? – Я начала замерзать и терять остатки терпения. – Ревнуешь, что ли?

– Больно надо, – дернулся рыжий.

– Тогда разожми кулаки и прекрати нести чушь. – Срезать его оказалось на удивление легко.

За спиной засвистела и разорвалась в воздухе первая хлопушка. Я обернулась и посмотрела вверх, там расцветал искрящийся цветок. За первым выстрелом последовали другие, и скоро небо превратилось в разноцветный калейдоскоп огней. На веранду любоваться фейерверком повалили гости.

К окончанию праздника я уже успела переодеться в обычное платье, чтобы проследить за уборкой дворца, так как дворецкий громогласно похрапывал на банкетке в коридоре, и добудиться его не было шансов. Гости свели на нет все наши хозяйственные усилия нескольких дней. Кто-то даже умудрился помадой пририсовать усики на портрете Ратмира I – оставалось только гадать, был это акт вандализма или свободное выражение политических взглядов.

За одной из портьер лакеи нашли чей-то чулок, отчего и пребывали в детском восторге, пока я его не отобрала и не выкинула. Потом мы все долго рассматривали круглую выбоину в мраморной плите пола, которой еще вчера не было. Догадки выдвигались разные: от женского каблучка до локального падения метеорита. В общем, веселье, да и только.

Я вышла на веранду, чтобы проверить, не напакостили ли гости и там. Заметить мне этого не удалось, потому что внимание отвлекала фигура короля, ходившего взад-вперед по веранде в явно тщетных попытках принять какое-то решение.

– Леди Николетта, хорошо, что вы здесь. Я решил добавить вам новые обязанности. – Король говорил непривычно резко.

Мой вялый поклон наглядно иллюстрировал отсутствие всякого энтузиазма. Ночь на дворе, а он все не успокоится.

– Какие обязанности, ваше величество?

– Будете моим советником, тайным… – Монарх то ли выдерживал паузу, то ли задумался.

– По каким вопросам? – удивленно спросила я, не дождавшись, когда он передумает все свои странные мысли.

– По вопросам брака конечно же, – рассеянно ответил король.

– Но я не могу… И потом, у вас же есть леди Карпила. – Ужас мешал отнекиваться с большей изобретательностью.

– Мне необходимо еще одно мнение.

– Но…

– Если вы отказываетесь, то я женюсь на вас и мы закроем тему!

От такого предложения я испытала шок, явно отразившийся на моем лице. Ну и угрозы!

– Кажется, я не ошибся, – хмыкнул король.