Текст книги ""Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Светлана Нарватова

Соавторы: Юлия Васильева,Анна Клименко,Александр Воробьев,Сергей Панарин,Сергей Игоничев,Александр Пономарев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 344 (всего у книги 344 страниц)

К счастью, младенец на руках не давал леди Иветте активно вмешиваться в приготовления к свадьбе, поэтому моя воспитательная кампания нисколько не пострадала от ее присутствия. Но вместе с тем в маме оставалось еще столько властности, неиссякаемой энергии и широты натуры, что после официального знакомства с будущим зятем (Клаус сказал, что мы с ней удивительно похожи!) я старалась собирать их вместе как можно реже. А то увидит будущий муж, как матушка, уперев руки в необъятные бока, кричит на кого-нибудь из своих сыновей, да и передумает жениться.

И без того первая встреча прошла не совсем гладко: Клаус пришел в один из тех неудачных моментов, когда мой самый младший брат, трехлетний Андрий, закатил очередную истерику. Надо отметить, что еще при дворе министр обороны, услышавший крик этого ребенка, восхитился его убойной силой и высказал предложение укрепить карапузом нашу армию. Родители же утверждали, что в нашей семье родился величайший оперный певец этого столетия и с удовольствием хвастались гулким басом мальчика. Так вот, встречая будущего зятя, матушка пыталась удержать на руках извивающегося сына и наверняка не слышала ни единого слова из тех, которые пытался произнести жених. Через минуту Клаус все же понял всю тщетность своих попыток и, отбросив официальную речь о том, как он счастлив с нами породниться, попробовал если не развеселить, то удивить ребенка.

Оглушительный рев и вправду на секунду прекратился. Стало так тихо, что было слышно, как тикают часы на стене. Воодушевленный неожиданным успехом Клаус, которого никто ни о чем не успел предупредить, решил закрепить успех и пощекотать малыша. В этот момент Андрий потянулся из объятий маменьки и с недетской кровожадностью укусил его за руку. От неожиданности мой жених даже не дернулся, только удивленно смотрел на попытки леди Иветты отодрать дитятю от драгоценного будущего зятя.

Мне оставалось лишь резюмировать:

– Ну вот, теперь ты прошел посвящение перед вступлением в нашу семью. Все однажды укушенные становятся нам друзьями, а дважды – родственниками.

Клаус засмеялся и полушутливо протянул Андрию руку для второго укуса.

– Николетта! Николетта!

Еще секунду назад я полулежала на диване в кабинете отца: на коленях открытая книжка, в руках сочное яблоко, вокруг вожделенная тишина – а теперь замерла в напряженной позе, стараясь ни звуком, ни шорохом не выдать своего местонахождения. Но на этот раз не повезло.

– Николетта, нам не хватает еще одного стола, чтобы усадить гостей! – в комнату ворвались запыхавшиеся Михей и Оська.

Я усилием воли заставила себя не дергаться и спокойно откусила от яблока:

– И что? У меня нет стола, а делать мебель я не умею.

Михей просветлел и пулей вылетел вон. Оська застонал и, укоризненно посмотрев на меня, побежал догонять и останавливать старшего брата.

Я довольно усмехнулась себе под нос: должны же они вкусить все прелести организационной работы.

За шалопаем даже не успела закрыться дверь, как в комнату мрачной тучей ввалился Ерем, он хмуро оглянулся вслед брату и заявил мне:

– Оська не хочет надевать сюртук на твою свадьбу.

– Я не против.

– Я против.

Да, для такого любителя строгости в одежде, как наш юный гений, это трагедия.

– Тогда заставь его.

– Вам не понравится, как я это сделаю, – фраза прозвучала так, будто гений был не только юным, но и злым.

– Ерем, ты же умный, развивай навыки общения, среди них есть такая полезная вещь, как убеждение.

Мальчишка скривился и удалился с таким видом, словно нам всем предстояло об этом пожалеть.

Едва я успела откусить от яблока еще разок, в комнату деликатно просочился Лас. Ну а у него-то что могло случиться, если старший брат практически ни за что не отвечал?

– Николетта, у меня плохие новости. Пришло письмо: отцу придется задержаться в Греладе, и он приедет сюда только в день свадьбы.

– Главное, что приедет.

– Но кто-то должен обсудить с господином Клаусом размер твоего приданого. – Лас уставился на меня ожидающе, словно и впрямь рассчитывал, что я, невеста, стану решать со своим женихом подобные вопросы. В страшном сне не приснится!

– Тогда в отсутствие отца это должен сделать его наследник.

– А может, матушка?

Он безнадежен.

– Чего уж там, поручай сразу Полетте! – не выдержала я.

Лас смутился и вышел. В новорожденной сестре он души не чаял, поэтому мой упрек мог показаться очень суровым.

Не прошло и пяти минут, как дверь снова распахнулась, и на пороге появился Ефим:

– Николетта, завтра приезжает повар, а нам негде его разместить!

– Я ему очень сочувствую.

– Может, ты поговоришь с женихом, чтобы он поселил его к себе в дом?

– Ты тоже умеешь говорить, – ответила я, не отрываясь от книги.

Брат махнул на меня рукой, потом неожиданно замер:

– Тогда я попрошу леди Филиппу, она добрая.

Ага, не то чтобы Клаус злой, просто не такой красивый и женственный, как его сестра.

В день прибытия приглашенного из Земска повара мне не посчастливилось оказаться на фабрике. Мы с леди Филиппой и Клаусом сидели в гостиной, обсуждая перестановки в доме, которые нужно будет провести перед свадьбой, когда вошла экономка и объявила о его приезде. После того как хозяйка попросила провести кулинара к нам, в дверях появился знакомый мне обладатель рыжих шевелюры и усов.

– Добрый день, господа и дамы! – Возникла минутная пауза. – Николетта?

– Вы знакомы? – недоуменно спросил Клаус.

– Нет.

– Да, – ответил повар.

– Немного, – сдалась я.

– Леди Николетте доставило большое удовольствие уволить меня с прошлого места работы.

– Ты заслужил.

Лицо Клауса, наблюдавшего за перепалкой, становилось все мрачнее.

– Сэр Кит, бывший королевский повар, – пояснила я, чтобы не оставлять места двусмысленности.

– Если бы не ты, был бы действующим.

– Если бы не я, остался бы без рекомендательных писем при увольнении.

– Николетта, позволь уточнить, – вмешалась леди Филиппа, видя, что дело принимает странный оборот, – мы должны отказаться от услуг этого господина?

Рыжий тут же повернулся к ней, привычным жестом подкручивая ус:

– А вы, наверное, невеста? Леди, не слушайте ее, я лучший кондитер во всей Греладе. Обещаю, ваш свадебный торт гости будут вспоминать до конца своих дней!

– Кхм-кхм, – я откашлялась и подняла руку, – вообще-то невеста я.

Не знаю, как мои гости, а я точно на всю жизнь запомню, чего мне стоил этот свадебный торт. Поздней ночью с фабрики стали доноситься пьяные выкрики и смех рыжего. Сэр Кит заявил, что у Клауса обязательно должен быть вечер прощания с холостой жизнью, и под этим предлогом стал рассказывать байки из моей дворцовой жизни, изрядно приукрашивая и добавляя новых деталей. Естественно, слушать такое можно было только под очень крепкую наливку. В какой-то момент к их компании присоединились и мои братья. Я уже хотела разогнать этот шабаш, но леди Филиппа отправила меня домой, пообещав, что проследит, чтобы старшие не пили ничего крепче медовухи, а младшие компота. Надо ли говорить, что ночь я провела очень неспокойно, в самых мрачных красках воображая, что может наговорить моему жениху обиженный Кит.

На следующий день Клаус смотрел на меня странно и время от времени загадочно улыбался. А я изо всех сил давила в себе порывы спросить, что конкретно из рассказов рыжего он вспоминает. Лучше пойду на кухню дома общественных собраний, где окопался этот приспешник лешего, и вопреки намеченному плану лично проконтролирую его деятельность.

Как оказалось, планировать любые репрессии было излишне. Со мной отправился Ерем, ответственный за расходы, а в пути еще присоединился и соскучившийся по человеческому обществу полевик Агафон. Когда мы вошли в кухню к рыжему, разыгралась сценка, достойная любого комедийного театра страны. Увидев кролика, повар сказал многозначительное: «О! Сбежал!» – и погнался за ним с тесаком, по своей городской наивности рассчитывая внести полевика в меню. Откуда ему было знать, что месяцы общения с моим семейством для нечисти приравниваются к самой строгой муштре в специальном военном подразделении? Не прошло и минуты, как Агафон нейтрализовал агрессивного кулинара, причем так удачно, что последнего нашли только через полчаса, да и то лишь при активной помощи Ерема, который припер полевика к стенке. Сэр Кит был торжественно извлечен с чердака, но при этом смотрел такими безумными глазами, что брат перед праздником посоветовал мне как можно более подозрительно относиться ко всем угощениям.

В день свадьбы Оська с утра бегал по дому в сюртуке. Я даже повернула мальчишку несколько раз, пытаясь найти увечья, которые тому нанес Ерем, чтобы заставить облачиться в парадный костюм.

– Что тебе пообещал наш гений взамен на облачение в сюртук?

– Освободить комнату, – довольно ответил сорванец.

– Что?!!

– Он уже и вещи собрал. – Оська вырвался из моих рук и побежал вниз по лестнице.

Конечно, ведь Ерем претендовал на мою спальню – вот вам и сила убеждения. Вдоволь наумиляться проказам брата мне не дали. Появились Алисия и леди Филиппа и, придя в ужас от того, что я еще даже не начала одеваться, затолкали меня в ту самую комнату, на которую уже точил свои острые зубки наш гений.

– Быстрее, быстрее ведите меня к жениху! – заторопилась я, когда увидела себя в свадебном платье.

Алисия и леди Филиппа понимающе переглянулись.

– И не надо делать такие лица! – пришлось пуститься в объяснения. – Просто хочу, чтобы он успел увидеть меня, прежде чем я по уже сложившейся традиции испорчу наряд.

Обе мои помощницы тут же посерьезнели, снова переглянулись, на этот раз уже обеспокоенно, и, видимо, сочтя аргумент слишком весомым, чтобы его игнорировать, торопливо вышли за дверь.

Да-да, если бы мой будущий муж знал о том невероятном расходе платьев, которым будет сопровождаться мое содержание, то, наверное, всерьез обеспокоился бы. Ну ничего, добавим эту интригующую деталь в мешок сюрпризов, который достанется ему после свадьбы. Уверена, что получу в ответ точно такой же.

Сама церемония венчания прошла без происшествий, если не считать за таковые те драгоценные моменты, когда я встала не с той стороны алтаря, и жениху пришлось водворять меня на место, а потом некто голосом повара крикнул с задних рядов: «Одумайтесь!», или когда Клаус едва не уронил меня с лестницы, выходя из церкви с невестой на руках. Все как у всех. Данное мероприятие идеально прошло бы только в том случае, если бы мы венчались каждую неделю, а так – извините.

Гораздо веселее был сам праздник.

Как только гости расселись по своим местам, ножки одного из столов подкосились, и вся конструкция сложилась на пол. К счастью, никто не пострадал, кроме утки с яблоками – та, к неземному восторгу Зельды, скатилась прямо ей в пасть. Я с умилением глядела на братьев, которые зачем-то пытались отобрать несчастную птицу у собаки и препирались, стараясь поднять стол и успокоить гостей. Никогда еще не видела у матушки с отцом таких удивленных лиц: впервые в жизни их милые мальчики бросились ликвидировать последствия какого-либо происшествия раньше своих родителей. В результате гости были уплотнены за другими столами так, что леди Рада оказалась едва ли не на коленях у рябинника Фрола, бывший мэр и его дочка радостно зажали бедного лорда Гордия с двух сторон, и тот упал в обморок, а доктор Мэверин вовсе остался без места, пока приводил в чувства субтильного старшего лорда. Посовещавшись с Клаусом, я решила посадить часть родственников за стол невесты и жениха – и только тогда все смогли вздохнуть свободно, в буквальном смысле этого слова.

Лас, севший рядом со мной, вдруг неуверенно оглянулся по сторонам и неожиданно (кажется, даже для самого себя!) спросил:

– А где Алисия?

Я замерла с открытым ртом, забыв про то, что только что хотела отправить его разбираться с подарками, гора которых в скором времени грозила забаррикадировать вход в зал. Никогда раньше мой брат не интересовался никем, кроме своей семьи (да и нами-то, честно говоря, интересовался как-то не очень). Похоже, у меня появился шанс приобрести еще одного взбалмошного родственника в лице собственной подруги. Радовало только то, что если дела пойдут такими темпами, произойдет это в очень отдаленном будущем.

Рядом с Клаусом о чем-то оживленно спорили его партнер и леди Филиппа. Заметив, что мой муж прислушивается к их разговору со сложным выражением лица, я тоже попыталась уловить хотя бы пару фраз.

– Плохая женщина может загубить самого идеального мужчину, – уверенно вещал господин Жерон. – А теперь представьте, что может сделать хорошая!

В этот момент Клаус скосил взгляд в мою сторону и с едва заметной усмешкой приподнял брови, тем самым точно скопировав мое излюбленное движение.

– Господин Жерон, мне решительно не нравится смысл, который вы вкладываете в эту фразу, – ответила моя золовка.

– Все в порядке, пока он не облекает свои мысли в тост, – успокоила ее я.

– Зря вы так, – с обидой в голосе сказал господин Жерон, комкая в руках какую-то бумажку, – отличный, между прочим, выходил тост.

Я почувствовала себя так, будто только что случайно обезвредила сложное взрывное устройство.

Тем временем в зале вновь возникло какое-то нездоровое оживление. Едва рассевшиеся гости поочередно вскрикивали и лезли под стол. Эпидемия длилась около десяти минут, потом выяснилось, что маленький Андрий сбежал от матушки и ползком пустился в гастрономическое путешествие среди многочисленных ног. Ребенка выманили фигурками жениха и невесты, приготовленными для свадебного торта – на этом неуклонный рост количества «укушенных» удалось временно приостановить.

По традиции, первым с поздравлениями к нам обратился мой отец.

– Дети мои, – торжественно начал сэр Эдвард, – я рад, что в этот счастливый день рядом с вами столько друзей и близких, что их подарки вот-вот окружат нас и возьмут в плен. – Он указал на расползающуюся кучу коробок и свертков, о которую то и дело спотыкались лакеи. – Но у вас есть еще один друг, кхм, я бы сказал даже, покровитель, который не смог присутствовать здесь и поэтому попросил меня преподнести вам подарок от его имени.

Я удивленно взглянула на Клауса, а Клаус на меня. Судя по всему, мы оба пока не понимали, о ком идет речь.

Отец тем временем достал какой-то свиток, перевязанный золотой лентой, развернул его и, откашлявшись, приготовился читать:

– Я, Ратмир II, единоличный правитель королевства Грелады, сим актом дарую леди Николетте, дочери сэра Эдварда, владельца «Желтых полей», и ее мужу господину Клаусу, фабриканту, титул младших лордов с правом передачи его на два поколения.

Что тут началось в зале! Гости пили за нашу удачу и кричали «горько»! Отец и матушка сообщали во всеуслышание, что теперь у их правнуков будет шанс стать старшими лордами. Братья удивлялись в голос. Леди Филиппа смаковала на вкус словосочетание «сэр Клаус», и это почему-то ее очень веселило.

Сам же Клаус посмотрел на меня странно. Что-то слишком часто в последнее время я встречала такой его взгляд.

– Всегда говорила, что титулы в нашей стране выдаются по какой-то странной системе – вот еще одно тому подтверждение.

Моя шутка явно ему не понравилась.

– Николетта, я раньше никогда тебя не спрашивал, но теперь как твой муж хочу знать, чем ты занималась при дворе?

– Разведка, шантаж, подкупы, устранение неугодных – все хозяйство было на мне. – Кажется, эта шутка не понравилась ему еще больше. – Не надо на меня так смотреть, а то у меня ощущение, что я не доживу до второй перемены блюд. Ты у Ерема научился?

– Николетта.

– Да работала я там! И, как видишь, неплохо работала! – Я сложила руки на груди и отвернулась от жениха. – Если ты мне не веришь, то до вечера еще есть время, чтобы подкупить церковника и аннулировать брак.

– Я тебе верю. – Он аккуратно повернул меня к себе, взял за руку и вложил в нее что-то маленькое и круглое.

Я удивилась такой резкой перемене и, разжав пальцы, посмотрела: на ладони блестел королевский перстень с рубином.

– Но как…

– Мне было интересно, откуда ты взяла марь, и я решил узнать. – Клаус больше не злился, но его лицо приняло то непроницаемое выражение, от которого мне всегда было не по себе. – На нем ведь королевское клеймо…

Что мне оставалось делать? Я обняла его за шею:

– Однажды, когда нам с тобой будет нечем заняться вечером, я расскажу тебе эту историю целиком, – и поцеловала. А когда снова посмотрела мужу в лицо, к счастью, от той непроницаемости уже не осталось и следа. Теперь только предстояло позаботиться о том, чтобы нам всегда было чем занять свои вечера.

Все же чего-то этой свадьбе недоставало. И я поняла чего, когда в зал вкатили торт. Высокое сооружение, как того требовали традиции, было густо украшено кремом, да не просто кремом, а ярко-малиновым кремом в форме розочек. Ну рыжий, если завтра днем ты еще будешь здесь, обязательно вымажу тебя в этих ядовитых цветочках!

– Может, ты его сам разрежешь, без меня, а? – Я с надеждой посмотрела на своего мужа.

– Даже если его и надо резать, есть не обязательно, – подбодрил Клаус, уже успевший уяснить особенности моих вкусовых предпочтений. Хотя первое время помолвки его ставил в тупик тот факт, что подаренным сладостям Оська радовался больше, чем я. Через две недели жених все же смекнул, что к чему, правда, носить конфеты так и не перестал, но теперь отдавал их братьям, не демонстрируя мне. Нет, все-таки не зря я вышла за него замуж.

Начавшая было расползаться по лицу улыбка тут же увяла: на подходе к торту разыгрывалась драма. Увидев торт, мой самый младший брат тут же кинулся к небольшому одноногому столику, на котором его установили, никто из взрослых даже не успел опомниться, чтобы перехватить карапуза. К счастью, подсуетилась мудрая Зельда: вовремя цапнув малыша за шкирку, собака выразительно поводила глазами по всей моей семье, справедливо ожидая помощи. Но она зря недооценила изворотливость Андрия: возникшие препятствия этот ребенок устранял, не особо задумываясь о выборе методов. Мальчишка развернулся и укусил собаку. Надо ли говорить, какое удивление вызвал этот поступок у присутствующих, в особенности у самой Зельды. От испуга и обиды любимица Клауса разжала зубы, и Андрий на своих заплетающихся коротких ногах полетел дальше к столу. Естественно, не добежал, споткнулся, ухватился за скатерть и опрокинул весь торт на себя. Ладно, само лакомство было воздушным, но оно покоилось на серебряном блюде, извлеченном по такому случаю матушкой из недр семейной кладовой. Тарелка набила ребенку шишку, а так как из родственников в данном случае я была ближе всего, то и плакаться Андрий рванул ко мне. Малыш очень трогательно уткнулся лицом в мою пышную юбку и старательно размазывал ручонками малиновый крем по всем оборкам.

Ха-ха, так и знала, что не зря этот злокозненный крем на торте такой малиновый! Вот теперь все стало на места – полный комплект.

Клаус и гости с замиранием сердца смотрели на мою реакцию. И что все такие хмурые? Радоваться надо – свадебное платье продержалось почти до конца мероприятия!

Я попыталась погладить ревущего брата по голове, но тем самым только сняла пласты крема с его пшеничной макушки. Затем задумчиво облизала пальцы и с улыбкой изрекла:

– Вот теперь можно считать, что свадьба удалась!

Дверь за нами закрылась, отрезав голоса суетящихся слуг. Спальня, освещенная всего несколькими свечами, тонула в полумраке.

– Наконец-то все закончилось. – Клаус обнял меня крепче, притянул к себе и поцеловал так страстно, как до этого момента себе еще не позволял.

Вот вам и сдержанный холодный характер! Я улыбнулась про себя и обвила руками шею мужа. Его поцелуи становились все жарче, спускались все ниже, а руки тем временем пытались нащупать крючки на корсаже.

– Подожди. – Мне пришлось отстраниться.

– Что-то не так? – впервые на его лице отразилась растерянность.

– Ты слышишь?

– Что? Я ничего не слышу. – Он отвел мои волосы и поцеловал в ключицу.

Как ни сложно это было сделать, я снова его отстранила.

– Машины на фабрике встали.

Клаус замер и прислушался. Действительно, привычного мерного гула не было. Здание заливала неестественная тишина.

– Думаю, дежурный сам справится.

Мой муж действительно считал, что игривым поцелуем в нос можно решить все проблемы?

– Мы должны пойти и посмотреть.

– Ники, – простонал он, – у нас же сегодня первая брачная ночь! Моя фабрика подождет!

Я провокационно улыбнулась:

– Вот именно, что первая брачная ночь… Если твоя фабрика подождет, то моя ждать не может.