Текст книги ""Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Светлана Нарватова

Соавторы: Юлия Васильева,Анна Клименко,Александр Воробьев,Сергей Панарин,Сергей Игоничев,Александр Пономарев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 68 (всего у книги 344 страниц)

– Что это? – Дмитрий взял в руки конверт и посмотрел на него со всех сторон. Никаких отпечатанных или написанных от руки слов на нем не было.

– Подарок на день рождения, – хмыкнул Богомолов.

– Так ведь он в ноябре. До него четыре месяца с хвостиком.

– А я и не говорил, что это подарок на твой день рождения.

– Ничего не понимаю, – помотал головой Дмитрий. – А на чей же тогда?

– Когда парк открылся?

– Четырнадцатого июля… – В голубых глазах парня засверкали радостные искорки, лицо преобразилось и как будто засияло изнутри. – Завтра два года со дня открытия.

– Я ж говорю: подарок на день рождения, – улыбнулся Богомолов и хлопнул компаньона по плечу. – Ты мне как сын, Дима. Я тебя помню с тех пор, как ты писался в подгузники. Мне больно видеть, как ты изматываешь себя. Тебе нет и тридцати, а выглядишь на все сорок с лишним. Так нельзя, Дима. Нельзя! Ты горишь на работе, а надо радоваться жизни. Она одна, понимаешь? Вспомни, как светились счастьем твои глаза, когда ты изредка навещал отца, возвращаясь в Москву из путешествий по миру или из поездок в Зону. Слетай на Украину. Отдохни в «Чернобыль Лэнде». Почувствуй себя прежним, сбрось хотя бы на время тяжкую ношу лидера. Дай плечам расправиться, а не то станешь таким же горбатым, как я.

Богомолов скорчил страдальческую гримасу, втянул голову в плечи и согнул спину, как будто нес на себе огромный мешок. Дмитрий улыбнулся и на краткий миг действительно почувствовал желание бросить все и уехать куда подальше из высасывающего соки и выматывающего душу города. Видимо, на его лице отразились душевные переживания, потому что в глазах Богомолова вспыхнул странный огонек, но тут же погас. Старый лис отлично умел держать себя в руках.

Дмитрий похлопал конвертом по раскрытой ладони и протянул его компаньону:

– Спасибо, Игорь Михайлович, но я вынужден отказаться. Всему свое время, как говорится. Я уже вдоволь нагулялся. Хватит, пора оправдать доверие отца. – Дмитрий показал пальцем в потолок: – Уверен, он наблюдает за мной оттуда. Вряд ли ему понравится, если я снова возьмусь за старое.

Богомолов не взял конверт из рук Дмитрия. Он повернулся к молодому человеку спиной, шагнул к стоящему напротив телевизора кожаному дивану.

– Надеюсь, ты не станешь ругать старика за самоуправство? – спросил он и сел на диван.

– Ну что вы, Игорь Михайлович. Простите, я должен был раньше предложить вам присесть.

– Слишком часто извиняешься, Дима. В этом нет ничего хорошего. – Богомолов похлопал ладонью по месту рядом с собой. – Сядь. Мне надо с тобой поговорить.

Дмитрий сел слева от вице-президента «Глобал Индастриз» и снова протянул тому конверт.

– Оставь себе. Ты все равно полетишь на Украину.

– Это еще почему? – удивленно спросил парень.

– Потому что интересы бизнеса важнее всего. «Чернобыль Лэнд» приносит хорошую прибыль, но его потенциал раскрыт не до конца. Ты единственный из всего состава правления, кто бывал в настоящей Зоне и кто предложил создать похожий на нее парк, значит, на тебе, в большей мере, лежит ответственность за его нормальное функционирование и стабильный рост доходов. Нашими инженерами разработан новый спецкостюм. Судя по отзывам испытавших его в лабораторных условиях добровольцев, он многократно усиливает впечатления от симуляции. Я ведь не просто так предлагаю тебе слетать в соседнюю страну. Облачись в костюм, походи по знакомым местам, вспомни былое, так сказать. Может, заметишь какие-либо недочеты в работе экипировки, понятные только тебе, и укажешь на них разработчикам. Или придумаешь новые маршруты и задания для квестов, исходя из прошлого опыта. Кто знает, вдруг на тебя там снизойдет вдохновение.

– Хорошее предложение, – кивнул Дмитрий после долгой паузы. – Пожалуй, я приму его. Я действительно очень устал. Но, если мне и в самом деле что-то захочется улучшить в работе парка, это повлечет за собой дополнительные расходы. Бюджет корпорации утвержден. Вряд ли удастся легко изменить его.

– Дельное замечание. Как думаешь, почему именно сейчас встал вопрос о твоем визите в парк?

– Из-за несостоявшегося совета директоров?

– Верно. До следующего заседания минимум три недели. Израильские врачи не выпишут Лившица до тех пор, пока не выкачают из него кучу денег. Следовательно, у тебя есть время подготовить план дальнейшего развития «Чернобыль Лэнда» и получить одобрение членов совета на дополнительное финансирование. Вряд ли кто-либо из них посетит твое детище в силу преклонного возраста и других жизненных приоритетов, зато деньги они считать умеют. Если каждый вложенный в развитие развлекательной инфраструктуры доллар окупится сторицей, голову даю на отсечение, проблем с изменением бюджета у тебя не возникнет.

Богомолов провел еще с полчаса в квартире Дмитрия, разговаривая на разные темы. Уже сидя в машине, старый лис вынул телефон из кармана пиджака, нажал кнопку быстрого вызова и тихо сказал в трубку:

– Клиент созрел. Дело за тобой.

Глава 2
«Чернобыль Лэнд»

Сказать, что Дмитрий обрадовался предстоящей поездке в парк, – значит согрешить против истины. Он не просто обрадовался, у него, можно сказать, крышу напрочь снесло.

За прошедшие с отцовской гибели три года он только и делал, что работал не покладая рук и не давая себе передышки. Чуть ли не ежечасно возникающие проблемы, требующие срочного решения, постоянные встречи с деловыми партнерами и сотрудниками корпорации от управляющих до простых работяг – все эти обязанности не давали расслабиться.

Дмитрий сам загонял себя в ситуацию катастрофической нехватки времени, не желая думать о прошлом. Стоило хоть немного отвлечься от забот, в голову лезли счастливые картинки из прошлого, и сердце сжималось от боли преждевременной утраты.

Он сильно тосковал по отцу, хотя при его жизни нередко перечил и демонстративно нарушал распоряжения Преображенского-старшего. Многомесячный вояж в Зону стал протестом против решения Матвея Ивановича назначить единственного наследника главой филиала корпорации в австрийском Инсбруке. В тот день Дмитрий в пух и прах разругался с отцом, и когда тот заявил: либо сын берется за ум и следует его воле, либо пускай катится на все четыре стороны, – Дмитрий выбрал второй вариант.

Тот телефонный разговор на повышенных тонах стал для них последним. Это обстоятельство не давало покоя Дмитрию. Он ругал себя, что не сдержался тогда и в сердцах наговорил лишнего. С тех пор он не раз желал всей душой хотя бы ненадолго вернуться в прошлое и вместо тех грубых, холодных и жестоких слов, брошенных в трубку сквозь зубы, сказать Матвею Ивановичу, как на самом деле любит его и дорожит каждым проведенным вместе мгновением. Дмитрий, конечно, попросил прощения у отца и произнес невысказанные вовремя слова сыновьей любви. Только вряд ли тот их услышал, лежа в усыпанном цветами лакированном гробу.

Работа на благо созданной Матвеем Ивановичем бизнес-империи стала еще одним способом загладить вину. Поездка в «Чернобыль Лэнд» была для Дмитрия сейчас не просто возможностью снять напряжение последних лет. В ней он увидел шанс вывести недавнее приобретение корпорации на новый уровень и еще больше повысить его капитализацию.

Одним из способов привлечения богатых туристов и потенциальных инвесторов должен был стать разработанный в недрах научно-исследовательского института «Глобал Индастриз» специальный костюм для посетителей парка. Дмитрий хотел, чтобы созданный его корпорацией симулякр Зоны мало чем отличался от реальности, справедливо полагая, что пережитые ощущения заставят людей возвращаться в парк за новыми впечатлениями, и костюму в этом деле отводилась главенствующая роль.

Человек не изменился за тысячелетия своего существования. Под похожим на луковую шелуху налетом цивилизации скрывается то же опасное и жестокое существо, каким оно было на заре антропогена. Тесные рамки религии, общественных запретов и морали сдерживают тягу к насилию и жажду крови, но иногда происходит сбой и все то темное и звериное, что запрятано глубоко внутри каждого из нас, вырывается наружу, принося горе и беду всем, кто по воле случая оказался рядом. Совсем другое дело, когда есть возможность безопасно стравить из бурлящего котла пар, да еще и заработать на этом.

Матвей Иванович с детства развивал в сыне умение извлекать прибыль из всего, что может приносить деньги. Его уроки не прошли даром, поскольку Дмитрий разглядел возможность приумножить состояние там, где других вряд ли бы что-то заинтересовало.

Собственно, покупка территории отчуждения вокруг ЧАЭС после внезапного и практически бесследного исчезновения Зоны, создание тематического парка развлечений и разработка спецкостюма для посетителей стали для Дмитрия своеобразным экзаменом. Создавая бизнес-проект с нуля и пытаясь вывести его на сверхприбыльный уровень в короткие сроки, он хотел показать партнерам отца, что является достойным наследником.

А еще поездка в «Чернобыль Лэнд» открывала перед Дмитрием перспективы стать первым, кто испытает в деле до предела напичканную электроникой и передовыми разработками хай-тек индустрии, не имеющую аналогов новинку. В свое время он подкинул разработчикам внешне похожей на скафандр космического пехотинца модели немало идей, опираясь на почерпнутый в Зоне опыт. Ему хотелось проверить созданное учеными изделие на себе, сравнить полученные ощущения с теми, что хранились в его памяти, и, если различия будут минимальными, пригласить старых друзей.

Когда-то он провел немало времени в Зоне с наследниками богатых семей, охотясь на мутантов и уничтожая зомби. И хотя в последние годы их пути-дорожки несколько разошлись, давние приятели вряд ли отказались бы от приглашения тряхнуть стариной. В случае успеха со спецкостюмом завсегдатаи светских вечеринок стали бы для парка бесплатной рекламой, и приток жаждущих новых впечатлений богатых искателей приключений возрос бы в разы.

* * *

Как ни хотелось Дмитрию тайком прибыть на Украину, у него ничего не вышло. На аэродроме, в стороне от взлетно-посадочной полосы, куда пару минут назад сел принадлежащий корпорации турбореактивный «Бомбардье би-джи 700», его ждал черный бронированный «мерседес». Как только владелец «Глобал Индастриз» покинул салон гудящего двигателями воздушного судна, из автомобиля вышел управляющий парком. Дмитрий кивком ответил на приветственный взмах рукой и, мысленно чертыхаясь, спустился по трапу.

– Добрый день, Дмитрий Матвеевич! Как долетели? – Управляющий пожал руку высокого гостя и жестом предложил сесть в машину.

– Нормально, – ответил Преображенский, садясь в «мерседес».

Управляющий кивнул, обошел машину и устроился рядом на кожаном диване заднего сиденья. Шелестя шинами, автомобиль плавно тронулся с места. Развернулся с необычной для таких габаритов ловкостью и покатил прочь от аэропорта по ведущей в город дороге.

Не дожидаясь вопросов начальника, управляющий начал монотонный рассказ о работе «Чернобыль Лэнда». Дмитрий не особо вслушивался в доклад подчиненного. Раз в неделю ему приносили папку с отчетами о деятельности входящих в состав корпорации предприятий. С подборкой документов за прошедший период он ознакомился два дня назад и сомневался, что услышит что-то новое. Преображенский-младший решил поразмыслить над более насущными проблемами.

Глядя в тонированное окно на пролетающие мимо дома и деревья, Дмитрий перебирал в уме имена тех, кто знал о его визите в парк развлечений. Наличие «крота» в близком окружении не радовало. Это пока ничего страшного не произошло. Подумаешь, управляющий заранее узнал о приезде начальника. А если «крот», помимо всего прочего, работает на конкурентов?

Промышленный шпионаж может так сильно навредить корпорации, что потеря десятков или даже сотен миллионов долларов дохода станет лишь незначительной частью нанесенного ущерба. Гораздо страшнее недополученной прибыли хищение технологий. На основе украденных данных конкуренты смогут сделать прорывное открытие и вырваться вперед. Утрата лидирующих позиций в технологической гонке отразится на стоимости акций и повлечет за собой отток инвесторов. Поначалу не слишком заметный, он может принять лавинообразный характер, стоит «медведям» на бирже засечь тенденцию и начать игру на понижение.

«Вычислю, кто крысятничает, уволю без выходного пособия. И пусть только попробует потом обратиться с жалобой в прокуратуру или еще куда-нибудь. Так ославлю, что с ним никто больше не захочет работать», – раздраженно подумал он.

– Кто еще знает о моем приезде?

– Что?

Неожиданный вопрос хозяина сбил управляющего с мысли. Он замер с приоткрытым ртом и смотрел на Дмитрия, хлопая ресницами. Медленно, словно разговаривая с малолетним ребенком, Преображенский повторил:

– Кто еще знает о моем приезде?

– Только я. Больше никто, – растерянно пробормотал управляющий.

– А как же он? – Дмитрий взглядом указал на едва различимый за тонированной перегородкой между пассажирским отсеком и кабиной лимузина темный силуэт.

– Водитель думает, вы один из тех ВИП-клиентов, которых я лично регулярно встречаю в аэропорту. Это одна из многочисленных привилегий статусных посетителей парка.

Дмитрий помолчал, внимательно глядя на управляющего. Тот легко выдержал испытующий взгляд.

– А вы откуда узнали обо мне? – наконец спросил Преображенский.

– Мне пришла эсэмэска с неизвестного номера. Я сначала не поверил – вдруг это розыгрыш? – но потом решил подстраховаться и приехал.

– И никого из персонала не предупредили? Так, на всякий случай?

– Зачем? – Управляющий широко улыбнулся, и на дряблой коже его худого лица появились глубокие складки возле глаз и около рта. – Я подумал, вы захотите проверить уровень обслуживания наших клиентов. Скажем так, провести испытания на себе. Сделать это можно только в том случае, если обслуга не знает, кто вы такой.

– Вы так уверены в набранном вами персонале, что готовы рискнуть? – удивился Дмитрий. – Надеюсь, вы понимаете, если мне что-то не понравится, я лишу вас занимаемой должности и найму нового управляющего?

– Понимаю.

– И продолжаете утверждать, что сохранили в тайне от сотрудников мое скорое появление в парке?

– Да, – кивнул управляющий, по-прежнему не пряча глаз от проникновенного взгляда главы «Глобал Индастриз».

– Вы отдаете себе отчет, что, если обманули меня и на самом деле предупредили сотрудников, я все равно это пойму. Кто-нибудь из них обязательно выдаст вас неосторожным словом, взглядом или поступками.

– Я все прекрасно понимаю и не боюсь последствий. Мне от вас нечего скрывать, Дмитрий Матвеевич. Не скажу, что персонал парка работает безупречно. Проколы бывают, куда без них, но еще ни разу не было случая, когда гости остались недовольны. Посмотрите книги отзывов в заведениях парка. Записи говорят сами за себя.

– Хорошо, поверю на слово. Но я приехал не только с целью проверить уровень обслуживания. Мне бы хотелось стать первым посетителем «Чернобыль Лэнда», кто испытает спецкостюм дополненной реальности в деле. Надеюсь, вы знаете, что я неоднократно был в настоящей Зоне и смогу достоверно сказать, справились наши ученые с задачей или нет.

– С этим проблем не будет. Техники недавно закончили синхронизацию процессора с операционкой парка и вот-вот должны завершить окончательную настройку и тестирование систем. Думаю, костюм будет готов к тому моменту, когда вы захотите провести испытания.

– Прекрасно. Остался последний вопрос. Неужели я появлюсь в парке на этом лимузине? Тогда, как бы я ни хотел, всей конспирации придет конец.

Машина сбавила ход и свернула с шоссе на грунтовую дорогу. Плавно покачиваясь на неровностях, «мерседес» покатил по полю, волоча за собой длинный шлейф из клубов желтоватой пыли. Вылетающие из-под колес комья земли и мелкие камни глухо забарабанили по днищу.

– Не извольте беспокоиться, Дмитрий Матвеевич. – Управляющий загадочно улыбнулся, поправил галстук и нажал на кнопку стеклоподъемника. Тонированное стекло с тихим жужжанием плавно поползло вниз. В салоне лимузина стало светлее. В полосе падающего на сиденье дневного света засверкали плавающие в воздухе пылинки. – Вы можете выбрать любой из имеющихся у нас видов транспорта.

Преображенский чуть наклонился к управляющему и сквозь приоткрытое окно увидел стоящие в поле запыленный внедорожник и вертолет с качающимися на ветру лопастями. «Мерседес» еще немного проехал по прямой, повернул и покатил к технике.

Дмитрий выбрался из автомобиля и вытянул вперед руку:

– Я выбираю вертолет.

– Я так и подумал, – снова улыбнулся управляющий. Он вылез из «мерседеса» следом за боссом и теперь стоял по левую руку от него, щурясь на солнце и поправляя растрепанные ветром волосы. – В вертолете вы найдете комбинезон и берцы вашего размера. Переоденьтесь, чтобы не выделяться на фоне гостей, тогда персонал тем более ничего не заметит. А я, с вашего позволения, незамедлительно отправлюсь в парк. Прослежу, чтобы готовый к использованию костюм дополненной реальности доставили в зарезервированный для вас номер. Ах да, чуть не забыл.

Управляющий вытащил из внутреннего кармана пиджака ПДА и сунул в руки директору «Глобал Индастриз» со словами:

– Желаю отлично провести время.

Дмитрий застегнул на запястье ремешок мини-компа и повернулся к вертолету, пилот которого недавно запустил двигатели. Лопасти глухо рокотали, перемалывая воздух и постепенно набирая обороты. Управляющий схватил Дмитрия за рукав, но тут же отпустил, смущенно бормоча:

– Извините, не хотел. Посетителям вашего статуса полагается проводник, а я про него не сказал. Услуга входит в стоимость ВИП-билета, но вы можете отказаться.

Сперва Дмитрий хотел так и сделать, но потом передумал.

– Зачем отказываться? В бытность сталкером я нередко ходил в Зону с напарником или с «отмычкой». Не стоит нарушать традицию, да и поговорить будет с кем, если вдруг заскучаю.

Вращающиеся винты набрали предельные для холостого хода обороты. Созданный лопастями ветер трепал одежду и волосы стоящих возле вертолета людей.

– Тогда позвольте дать вам совет, – крикнул управляющий и чуть склонил голову в вежливом полупоклоне. Прищурив глаза от бьющих по ним потоков воздуха, он внимательно следил за реакцией Преображенского. Директор «Глобал Индастриз» кивнул, и управляющий продолжил: – В левом нагрудном кармане комбинезона помимо электронной карты клиента лежит пачка игровых денег. Это начальная сумма вашего персонального счета. В костюм дополненной реальности интегрирована гаусс-пушка с минимальным количеством боеприпасов. Естественно, она не обладает убойной мощью настоящего оружия, но для охоты на псевдомутантов подойдет как нельзя лучше. Патроны к ней, как и раньше в Зоне, можно купить у любого из барменов. На вашем месте, перед тем как испытывать костюм, я бы потратил деньги на пополнение боезапаса.

– Спасибо, учту! – прокричал Дмитрий. Повернулся к управляющему спиной и, прикрывая ладонью глаза от упругих порывов искусственного ветра, пошел к сверкающему полированными боками вертолету.

Пилот в кожаной куртке и объемном белом шлеме с солнцезащитными очками на пол-лица повернулся на звук откатившейся в сторону дверцы.

– Добро пожаловать на борт! – проорал он, когда Преображенский забрался в салон и захлопнул за собой дверь. – Комбинезон и берцы вон в том тюке. – Пилот показал затянутой в кожаную перчатку рукой на объемный мешок цвета хаки, лежащий на полу между расположенными напротив друг друга пассажирскими сиденьями. – Можете переодеться в полете, если хотите, но я бы порекомендовал сначала надеть наушники. Так вы защитите уши от излишнего шума, да и мы сможем говорить нормально, а не надрывать голосовые связки.

– Понял! – гаркнул Дмитрий и на случай, если вертолетчик не расслышал его, сложил кольцом большой и указательный пальцы. Дескать, все под контролем, камрад, не волнуйся.

Пилот в ответ показал большой палец. Дмитрий увидел отражение известного на весь мир жеста в зеркальных очках летного шлема и улыбнулся. Пилот тоже растянул губы в кривой ухмылке. Под густой щеткой черных усов показались прокуренные зубы цвета тростникового сахара и тотчас исчезли.

Закончив обмен любезностями, пилот вернулся к исполнению прямых обязанностей. Свист воздуха над железной скорлупой кабины усилился, и Дмитрий почувствовал, как полозья шасси оторвались от земли. Он выглянул в иллюминатор. Управляющий стоял возле «мерседеса» и, приложив ладонь козырьком ко лбу, махал свободной рукой вслед улетающему вертолету.

Пилот не зря напомнил о наушниках. Без них находиться в вертолете было некомфортно. Грохот стоял такой, что, казалось, барабанные перепонки вот-вот лопнут, а из ушей потечет кровь. К счастью, до этого не дошло, и Дмитрий поспешил защитить уши от чрезмерной нагрузки.

В круглых, как половинки кокоса, наушниках затрещали помехи и раздался голос пилота:

– Я смотрю, это ваш первый визит в парк. – Судя по интонации, это был не вопрос, а утверждение.

– Да, – кивнул Дмитрий.

Пилот повернулся к пассажиру, дотронулся пальцем до круглого микрофона переговорного устройства и снова сосредоточился на управлении вертолетом. Дмитрий почувствовал, как щеки загорели от внезапного прилива крови. Ему стало стыдно. Он повел себя, как желторотый новичок, хотя не раз летал на вертолетах не только по делам, но и ради развлечения и знал, как пользоваться системой внутренней связи. Мысленно ругая себя на чем свет стоит, Преображенский направил изогнутый держатель микрофона к губам и повторил:

– Да, впервые. А как вы догадались?

– Те, кто приезжает сюда повторно, одеты как подобает. Наверное, не хотят тратить время на такие пустяки, как переодевание. Я их хорошо понимаю. Сам-то я в парке ни разу не был как посетитель, но, судя по рассказам пассажиров, там почти все как в старой доброй Зоне. – В голосе пилота послышались мечтательные нотки: – Жаль, не существует машины времени. Я бы с удовольствием вернулся лет этак на пяток назад. Пару деньков, а то и недельку-другую побродил бы по Зоне, собирая арты, охотясь на мутантов или отстреливая бандюгов, как бешеных собак. Эх, славное было время.

Пилот замолчал. Дмитрий развязал мешок. Вытряхнул из него на сиденье комбинезон с вшитыми на груди и спине бронепластинами, кевларовыми накладками на рукавах и пластиковыми наколенниками, связанные шнурками армейские ботинки, подсумок с лежащим в нем противогазом и контейнер для «артефактов» на три ячейки. Все имущество было новым, но искусственные потертости придавали ему поношенный вид.

При одном взгляде на обмундирование сердце Дмитрия защемило от тоски и ноющей боли по давно ушедшему в небытие прошлому. Перед мысленным взором замелькали лица старых друзей. Тех самых сталкеров, с кем он уже никогда не разделит на привале краюху хлеба и банку тушенки. С кем больше не выйдет на охоту за мутохрячьими копытами по заданию бармена. С кем не встанет плечом к плечу, отражая внезапное нападение бандитов, отстреливаясь от своры слепых собак, нюхачей или умеющих стать невидимками проклятых сушильщиков, будь они неладны.

Еще на стадии продумывания концепции парка он мечтал привлечь проверенных временем друзей-сталкеров для работы проводниками. По замыслу Дмитрия, для одних его приятелей это могло стать способом найти себя в новой жизни после исчезновения Зоны. Для других это было бы возможностью жить почти так же, как раньше.

Он потратил немало времени, денег и сил, наводя справки о них, но его ждали неутешительные новости. Давних знакомцев постигла печальная участь после внезапного и неожиданного исчезновения Зоны. Некоторые погибли в перестрелках с бандосами, но не на территории отчуждения, а на Большой земле. Другие спились, так и не сумев найти себе применение в резко изменившемся мире. Третьи скоропостижно скончались от неизвестных медицине болезней и полученных в отравленных землях ран.

Дмитрий догадывался, что многие его сталкерские приятели стали зависимыми от аномального излучения Зоны. Невидимая глазу субстанция поддерживала и питала их, давая жизненные силы и стимулируя появление необычных способностей организма. Но как только вместе с Зоной исчезло загадочное излучение, пропал и неиссякаемый, как когда-то казалось, источник жизни для таких вот необыкновенных, с точки зрения простого человека, людей. Как рыбы не могут жить без воды, так и они не смогли приспособиться к изменившимся условиям существования и вымерли, как те же динозавры миллионы лет назад.

Преображенский тряхнул головой, гоня прочь воспоминания, снял пиджак, расстегнул пуговицы рубашки и расшнуровал ботинки. Когда он закончил переодеваться, пилот спросил:

– Раньше в Зоне доводилось бывать?

– Нет, – солгал Дмитрий после короткой паузы. – Не успел. Слишком долго собирался, наверное, – усмехнулся он и посмотрел в иллюминатор.

Увиденное поразило его воображение. Он хоть и был вдохновителем идеи и даже собственноручно набросал несколько эскизов, нанятые Богомоловым дизайнеры постарались на славу. На месте бывшего КПП «Дитятки» возвышались гигантские дубовые ворота. Название парка «ЧЕРНОБЫЛЬ ЛЭНД» на перемычке между массивными гранитными глыбами как будто пылало адским пламенем. Такой эффект создавали отражающиеся в специальном покрытии букв солнечные лучи.

Буйно разросшиеся высокие кусты сирени, акации, боярышника и терновника тянулись насколько хватало глаз в обе стороны от ворот невероятно пышной живой изгородью. За природным ограждением, среди густых зарослей лиственных деревьев, виднелись крыши компактно расположенных отелей, казино и домов отдыха. Развлекательная инфраструктура занимала не более одной десятой площади «Чернобыль Лэнда». Остальная часть бывшей территории отчуждения представляла собой нечто вроде антропогенного заповедника и была отделена от зоны отдыха заграждением из протянутых сквозь массивные металлические стойки толстых прутьев стальной проволоки.

Огромные стенды с нарисованными на них черепами под красными зигзагами молний, надписи «Стой! Опасно для жизни!» предупреждали об угрозе поражения электрическим током. Это была суровая необходимость. Сбои в программном обеспечении биомеханических «мутантов» происходили с завидной регулярностью. Лишенные внешнего управления искусственные твари то и дело пытались вырваться за пределы «Чернобыль Лэнда». В регулярных отчетах о деятельности парка Дмитрий не раз видел скупые строчки о подобных происшествиях. Техники, программисты и инженеры парка до сих пор не могли выявить причину того, почему так происходит. Ограда под высоким напряжением, наряду с расставленными через равные промежутки пулеметными вышками, оставалась единственным способом защиты от свихнувшихся биомехов.

– Ну, вот мы и на месте, – сказал пилот, закладывая вираж.

Гулко молотя воздух сверкающими на солнце лопастями, вертолет описал широкий полукруг и завис в паре метров над землей. Поднятый винтами шквалистый ветер трепал кроны растущих неподалеку деревьев и кустарников, гнал по стелющейся волнами траве сорванную с веток листву и клубы пыли с посадочной площадки.

Дмитрий почувствовал легкий толчок, когда полозья шасси опустились ровно по центру широких полос нарисованной в белом круге большой буквы Н. Встал с пассажирского сиденья, толкнул в сторону входную дверь и потянул за лямки мешок с аккуратно сложенным в него деловым костюмом, рубахой и ботинками.

Пилот повернулся к пассажиру и дружески помахал рукой:

– Удачной охоты!

Преображенский поднес ладонь ко лбу и отсалютовал на манер американских вояк.

«Хороший парень, – подумал молодой миллиардер, спрыгивая на землю. – Завтра же скажу управляющему, пусть выпишет ему небольшую премию».

Закинув баул с одеждой на плечо, Дмитрий направился к трехэтажному зданию с позолоченными буквами «ГРАНД ОТЕЛЬ» над напоминающим морскую волну бетонным козырьком широкого крыльца. За спиной послышался нарастающий грохот: вертолет оторвался от земли и, по-видимому, полетел за новым клиентом.

Порывы искусственного урагана стихли. Директор «Глобал Индастриз» поправил растрепанную прическу и неспешной походкой приблизился к швейцару в красном кителе с позументами и синих брюках с желтыми лампасами. Тот вышел из отеля, когда вертолет опустился на посадочную площадку, и теперь стоял навытяжку возле стеклянных дверей отеля.

– Разрешите помочь. – Швейцар потянулся к баулу гостя, сверкнув золотым шитьем на рукаве.

– Не надо, я сам. – Дмитрий подождал, когда швейцар откроет дверь, и вошел в залитое светом фойе.

В просторном зале с высокими потолками и широкими окнами было малолюдно. Двое постояльцев отеля о чем-то негромко беседовали, сидя на кожаном диване в углу. Еще один разговаривал по телефону, облокотясь о стойку администратора, за которой стояла миловидная девушка в белой шелковой блузке с глубоким вырезом до середины груди. Возле ведущей на второй этаж лестницы с мраморными балясинами метрдотель в черном костюме давал указания сотруднику отеля. Тщедушный человечек в форме малинового цвета и похожей на турецкую феску смешной шапочке время от времени бодал себя подбородком в грудь, всем видом изображая почтительное внимание к указаниям руководства.

Гости отеля были одеты в деловые костюмы и, вероятно, приехали в парк не для охоты на «мутантов». Или же время отдыха подходило к концу, и они переоделись в более подходящую их статусу одежду.

Дмитрий так и не понял, что именно подтолкнуло его к принятию столь радикального решения: бизнесмены в костюмах за три тысячи долларов, роскошь внутреннего убранства «Гранд отеля» или желание снова испытать, пусть и не в полной мере, пережитые ранее эмоции и впечатления, – но он захотел остановиться не здесь, а в другом месте.

Преображенский приблизился к стойке. Разговаривающий по телефону мужчина расписался в книге регистрации постояльцев.

– Будем рады видеть вас снова, – сказала девушка, игриво поведя плечом. На правой стороне ее блузки сверкнула отраженным блеском узкая металлическая пластинка с именем «Олеся».

Мужчина кивнул и зашагал к выходу, продолжая быстро говорить в трубку.

Сотрудница отеля окинула нового постояльца быстрым взглядом искусно подведенных глаз и одарила белозубой улыбкой:

– Добрый день!

– Здравствуйте!

Дмитрий вытащил из кармана конверт, протянул девушке. Та взяла его в руки, отогнула клапан. Кончиками покрытых красным лаком ноготков наполовину вытянула из конверта билет и поднесла отпечатанный на нем кьюар-код под луч сканирующего устройства.

Улыбка Олеси стала шире, когда она увидела на экране монитора надписи «VIP-клиент» и «Президентский люкс». Она устроилась в отель в надежде найти богатого жениха, но работа горничной мало способствовала достижению цели. Ради своей мечты Олеся пошла на интрижку с метрдотелем и в качестве награды за три интимных свидания, во время которых в полной мере реализовала сексуальные фантазии лысого толстяка, получила должность портье.