Текст книги ""Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Светлана Нарватова

Соавторы: Юлия Васильева,Анна Клименко,Александр Воробьев,Сергей Панарин,Сергей Игоничев,Александр Пономарев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 264 (всего у книги 344 страниц)

Пока двигатель набирал мощность, Энди успел вцепиться в кресло обоими руками, и замер в ожидании толчка. Ему удалось уловить момент, когда пронзительно ревущий двигатель чуть стих, выпуская разогнанную плазму, а потому сумел смягчить рывок заранее напряженными мышцами. Справа сдавленно пискнула Лесси, ей не хватило силенок удержаться, и неумолимая инерция припечатала ее к переборке. От травм практикантку спасло только то, что Лис наращивала ускорение постепенно, и остановилась, дойдя до одного грава.

– Еще немного, – пробормотала Лис, разворачивая челнок. На этот раз, видимо пожалев пассажиров, маневр она выполнила очень мягко, так что удерживая себя на месте, Энди даже не пришлось особо напрягать мускулы.

Пилотом Лис оказалась толковым, что бы подойти к списанному буксиру ей понадобилось всего лишь три включения двигателя. Сразу после того, как рев стих в третий раз, Энди почувствовал легкий толчок, и Лис тут же стала выбираться из кресла.

– Прибыли, господа. – она зависла под потолком рубки, с улыбкой наблюдая за барахтающейся Лесси. – Выгружаемся побыстрее, если я не отстыкуюсь через полчаса, ребята со "Скапа Флоу" могут заподозрить неладное.

– Я думаю, им сейчас не до нас, – просунулся в рубку Дон. – если слухи про аспайров не врут, то военным не до маленького челнока.

– Все равно, мне не хочется рисковать. – покачала головой Лис. – у нас могут отобрать лицензию. Пойдемте!

Она извернулась в воздухе, оттолкнулась ногами от потолка, и полетела прямиком к торчащему из люка Дону. Тот едва успел выставить руки, и девушка, хохоча оказалась у него в объятьях. Парочка скрылась в люке, и Энди снова позавидовал харизме, техника. Сам он, будучи гораздо симпатичнее и моложе, пользовался спросом в основном у стареющих дам, и молоденьких глуповатых цыпочек. А вот такие, как эта рыжеволосая чертовка всесегда проходили мимо, и доставались другим.

Вовремя удержавшись от плевка, он нырнул вслед за скрывшейся парочкой. Внизу, в тесном отсеке у шлюза, его встретил недовольный Бакстер.

– Ястребов, мы чуть не задохнулись от твоего одеколона!

– Сочувствую. – язвительно ответил ему Энди, и демонстративно принялся копаться в шкафчике с воздушными патронами. Однако, следовало признать, что в большой концентрации одеколон заставлял слезиться глаза. А значит, ближайшие несколько дней, ему придется обходиться без сменного белья, на списанном буксире вряд ли найдется действующая стиральная машина.

– Так, бездельники, – спустилась к ним Эстефания, – хватит отлынивать! А тебе Дон, пять суток на изготовление направленной антенны! Если у меня не будет связи с издательством, то можешь прощаться с работой, вылетишь с волчьим билетом, ты меня знаешь!

– Знаю, хозяйка, – усмехнулся Дон, – не беспокойтесь, все сделаем в лучшем виде. Лис, как тут с продуктами?

– В шкафчике у шлюза НЗ, вам на неделю хватит, – отозвалась из пилотажной девушка.

На неделю? Энди похолодел, он не собирался торчать тут целую неделю, в тошнотворной невесомости и без малейших удобств. Да никакой контракт, никакая зарплата того не стоит! Ястребов открыло было рот, но сверху опять раздался голос Лис.

– Поторопитесь, если я буду торчать тут слишком долго, то военные могут задать вопрос, какого черта я тут делаю!

– Так, – уперла руки в бедра Эстефания. – а ну хватаем вещи, и на выход!

Часть 3

Пошли третьи сутки без сна. Отгоняя дремоту, Сидней Фримантль с силой потер виски, но старое, проверенно средство уже не помогало. На исходе пятого десятка организм не способен поддерживать привычный в молодости темп. Когда то давно, в в далекой курсантской юности он сбегал на свидания едва вернувшись из тренировочного полета. Не спать несколько ночей в подряд тогда считалось нормой, чего стоит сон против обладания самой прекрасной девушкой на свете? Ровным счетом ничего!

Удивленный пришедшим не вовремя воспоминанием, Фримантль потряс головой, и полез в верхний ящик стола за очередной капсулой стимулятора. Еще немного, несколько часов, и можно будет уснуть, урвать немного отдыха. Он сделал все как надо!

Проглотив капсулу, адмирал ознакомился с новыми докладами. Три часа назад военная полиция и подразделения десанта взяли под контроль все шлюзы Джекпота, полностью закупорив город. Население пока еще ничего не поняло, хотя по докладам служб сетевого перехвата, инфосфера Ганимеда кипела самыми фантастическими слухами. И некоторые из них заставляли подумать об утечках из администрации колонии. В своих собственных людей адмирал верил, кроме того, уже больше суток военные находились на казарменном положении.

Впрочем, слухи его не волновали, служба безопасности надежно блокировала все каналы связи со внутренними планетами. А главное, корабли с персоналом уже ушли, он выполнил личный приказ президента, эвакуировав ключевой персонал колонии. Теперь следовало позаботиться об оставшихся.

– Связь с губернатором! – стимулятор начинал действовать, и из головы медленно уходил туман усталости. Часа на три ясного мышления хватит.

Губернатор ответил почти мгновенно, и судя по дрожанию камеры, снимал его кто то из мелких чиновников, не профессионал. Одет губернатор был в обычный шахтерский скафандр со снятым шлемом, а на заднем фоне виднелась вгрызающаяся в лед проходческая машина. Рассмотрев мелькающие в кадре лица, Фримантль уважительно склонил голову. Вся администрация Ганимеда лично контролировала спешно возводимое убежище. Точнее пробивку нового тоннеля к пещерам залегающим под Джекпотом. Три километра льда должны были стать надежной защитой даже от ядерного оружия.

– Здравствуйте, Фримантль. – поздоровался с ним губернатор. – Мне доложили, что "Каледония" ушла.

– Два часа назад, Вячеслав Евгеньевич.

Удивленно вскинув брови, губернатор посмотрел на часы.

– Заработался однако.

– Как у вас дела?

Повинуясь жесту губернатора, камера прошлась вдоль еще сочащихся капелью стен тоннеля. Рабочие спешно разматывали гирлянды светящихся тросов, и с каждой секундой вокруг чиновников становилось все светлее и светлее.

– Углубились уже на семьсот двадцать метров. Сверху сейчас устанавливают гермозатворы, всего в тоннеле их будет три, инженеры клянутся, что этого вполне достаточно.

– Хорошие новости, – одобрил Фримантль. – Я вот к чему клоню, корабли ушли, пора бы сделать официальное заявление. Люди должны знать, что их ожидает.

Помрачнев, губернатор заозирался. Фримантль с некоторым удивлением понял, что натура старого политика не дает тому обратиться к избирателям с дурными вестями. Как будто это все еще имело хоть какое то значение. Будто политик не понимал, что после бомбардировки Ганимеда скорее всего его карьере придет конец. Вместе с жизнью. Хотя, может быть и правда не понимал, лелея надежды, что Резервный флот уничтожит силы вторжения, и через пару месяцев у Ганимеда появятся суда со спасателями и гуманитарной помощью.

В отличие от него, Фримантль оценивал шансы на победу как весьма призрачные, а значит у внутренних планет будет вдоволь собственных проблем. Если повезет, и прежде чем погибнуть, флот сумеет выбить большую часть атакующей группировки.

Наконец, губернатор собрался с силами, и кивнул.

– Думаю пора. Вы сами сделаете заявление?

– Я? – удивился Фримантль.

Нашедший спасительный компромисс губернатор развел руками.

– Вся полнота власти на Ганимеде у вас, вам и карты в руки.

– Хорошо, – не стал спорить Фримантль. – я сделаю это. А вы продолжайте подготовку убежища! Конец связи.

Отключив соединение, он встал из за стола, и заложив руки за спину стал мерить шагами кабинет. Он считал себя посредственным оратором, а сейчас от него требовалось в краткой речи сообщить страшную новость, пресечь панику, и внушить надежду на спасение. Требовалось многое, но мысли разбегались, и не получалось даже придумать с чего начать.

– Сэр, у нас ЧП! – прервал его размышления адъютант.

Адмирал резко остановился, любое чрезвычайное происшествие казалось сейчас благом, оно позволяло ненадолго отвлечься от предстоящей речи.

– Ну, что еще у вас?

– Диспетчерская служба сообщает о несанкционированном старте с частного космодрома. Корабль, идентифицированный как малый грузовой челнок типа "Мул", сообщает что ему не хватит рабочего тела для посадки. Они идут к буксиру на дозаправку.

Подойдя к своему рабочему месту, Фримантль сделал запрос, и прикинув траекторию челнока, махнул рукой.

– Ну не сбивать же идиотов! Пусть летят, их траектория и близко не лежит к запретным зонам. Но все равно следите за ними! Какого черта они вообще поперлись в космос с пустыми баками?

– Вас понял, сэр. – дисциплинированный лейтенант отключился, оставив адмирала наедине со своими думами.

– Все то он понял, – пробурчал адмирал, решившись, снова соединился с адъютантом. – Организуй мне прямую трансляцию в гражданскую сеть Ганимеда.

Он наспех пригладил редкие седые волосы, и с неудовольствием представил свой помятый, усталый вид. Нечего сказать, настоящий адмирал. Но требовать в кабинет гримера было некогда, да и не водилось гримеров на вверенной ему базе.

– Сэр, есть доступ в гражданскую сеть, – снова включился адъютант, – мы подали сигнал "слушайте все", вы можете говорить по готовности.

Далеко внизу, где замер в тревожном предчувствии Джекпот, оборачивались ко вспыхнувшим экранам люди. Правительственные сообщения имели высший приоритет, давя любые запущенные приложения и активируя даже выключенные компьютеры, а потому алую надпись "Внимание!" увидели все, рядом с кем имелся подключенный в сеть терминал.

Выпрямившись, Фримантль набрал полную грудь воздуха, протяжно выдохнул, и включил камеру.

– Граждане Солнечной Лиги, я командующий базой Военно Космического Флота "Скапа Флоу", контр-адмирал Сидней Фримантль. С настоящего момента, в системе Юпитера объявляется осадное положение! Все вы знаете, что уже два года Солнечная Лига находиться в состоянии войны, и вот теперь война пришла в наш дом. Двое суток назад в Солнечную систему вошли крупные силы неприятеля, и сейчас они находятся в четырех сутках пути от Ганимеда.

Он сделал паузу, давая жителям Джекпота возможность осознать услышанное, и продолжил, даже не постаравшись смягчить эффект.

– Я буду честен с вами, имеющихся в моем подчинении сил недостаточно, что бы остановить врага. Нами получен приказ максимально замедлить его продвижение, и держаться сколько будет возможно. Военные космонавты до конца выполнят свой долг, а от вас я прошу выполнить ваш. В настоящий момент администрация колонии готовит убежища под городом, достаточно глубокие, что бы пережить массированный ядерный удар. Они нуждаются в вашей помощи, и в первую очередь им нужны порядок и дисциплина! Сохраняйте спокойствие, оказывайте любую затребованную помощь, и ваши шансы выжить существенно увеличатся!

Даже не видя обращенных к его изображениям лиц, Фримантль чувствовал их взгляды. Жители Ганимеда смотрели на него с неверием и упреком. Не веря, что далекая война коснулась самого сердца Человечества, и упрекая военных, за то, что не смогли предотвратить, уберечь их от этой войны.

Стыдясь их невысказанных упреков, адмирал постарался успокоить испуганных людей.

– Резервный Флот уже стартовал нам на помощь! Максимум через месяц они будут здесь, но этот месяц вы должны будете продержаться сами! Убежища глубоки и надежны, единственные ваши враги это малодушие и слабость. Будьте мужественны, помните, что выживание зависит от вашего терпения и выдержки! Я верю в вас!

Он отключился, и без сил уронил голову на руки. Фримантль не любил врать, но истина сейчас играла на руки врагу. Положение Ганимеда было катастрофическим.

***

До маневра торможения оставались считанные минуты. Анри еще раз прогнал тест системы целенаведения, и украдкой оглядевшись, запустил текстовый редактор.

Солнышко, через несколько минут мы начнем посадку на спутник, и перейдем в режим строгого радиомолчания. Это письмо уйдет к тебе вместе с крайним сеансом связи, и когда я смогу снова написать тебе, пока неизвестно. Корабли аспайров в трех часах от Каллисто, и примерное в десяти от Ганимеда, но адмирал Фримантль сделает все, что бы задержать их как можно дольше. Старик отказался эвакуироваться, представляешь! Игнорировал прямой приказ министра обороны, говорят, даже послал Оуэна к чертовой матери!

Марси, мы постараемся купить для Земли немного времени. За меня не беспокойся, наш «Церам» почти не уступает их кораблям в ускорении, да и стреляет почти так же далеко, как они. А главное, нас отправили в засаду на их заправщики! Это как в тире, милая Марси! Мы разгонимся, обстреляем их, и облетев Юпитер, на полной тяге пойдем к Земле. Я больше волнуюсь за тебя, моя девочка. Как бы не хотелось обнадежить, но предотвратить бомбардировку планеты мы не сможем. Поэтому, Марсик, в указанный срок, ты вместе с моими родителями едешь в государственное убежище! Ради меня, любимая!

Увы, письмо пришлось завершать быстрее, чем хотелось, уже занявший свое возвышение в БИЦ Манн прокашлялся и дал отмашку.

– Приготовились! Берли, включи громкую связь по кораблю.

– Выполнено. – меланхолично отозвался из своей ниши сисадмин.

– Внимание экипажу, говорит капитан Манн. Через несколько минут мы приступим к посадке на Метиду. Как вы понимаете, корабли нашего класса к таким выкрутасам не приспособлены, поэтому приказываю экипажу надеть скафандры, и быть готовыми к неприятностям. Конец сообщения.

– Очень жизнеутверждающе – пробубнил Сагатимори, но пассаж связиста капитан пропустил мимо ушей.

– У нас мало времени, парни! – голос Манна звучал так, словно он лично, вместо двигателей, тащил "Церам" от самой Европы. – Если через сто шестьдесят минут мы не укроемся, нас засекут! Одеваем скафандры, живо!

Прежде чем вскочить с кресла, и кинуться к шкафчикам со скафандрами, Анри торопливо закончил письмо.

Ну вот мы и начинаем посадку, солнышко. Я люблю тебя! И подам весточку сразу же, при первой возможности! Жди меня, и верь, я вернусь!

Твой муж.

Ткнув в кнопку «Сохранить», Анри отстегнулся, и одним толчком отправил себя в короткий полет за скафандром. Пока он возился с письмом, большинство уже разобрали костюмы, и отлетели к своим местам, освобождая место замешкавшимся. Которых оказалось немного, Анри, да офицер безопасности. Больше напоминая тощего, но добродушного медведя, сержант Лу никогда никуда не торопился, выполняя свои обязанности со степенной основательностью. Он похоже и жил так же, основательно, и неторопливо, словно впереди у него маячили долгие столетия такой вот неспешной жизни. В этом он походил на своего сменщика Эдди, тоже сержанта, и тоже такого же сонного и медлительного блондина. За месяц полета Анри так и не узнал их фамилий, а еще четверых сотрудников службы безопасности и вовсе знал только в лицо. Жили они отдельно от остального экипажа, и особого желания общаться не проявляли.

Вот и сейчас, что то недружелюбно буркнув, сержант Лу вытащил из ячейки сложенный скафандр, и тут же полетел обратно к своему посту. Сам Анри торопливо скинул форму, и поеживаясь несмотря на комфортные восемнадцать градусов, быстро влез в скафандр, и метнулся к своему рабочему месту. Нервозность в резервном командном центре достигла такого уровня, что казалось, еще немного, и ее можно будет потрогать.

– Маневр торможения через десять секунд. – предупредил всех Правый.

За оставшиеся секунды, Анри едва успел ухватиться за спинку своего кресла. К моменту, когда, извещая о включении двигателей рявкнул баззер, он только начал пристегиваться. И ощутив, как центробежная сила начала вытаскивать его из кресла, не удержавшись, выругался, недобрым словом помянув торопыгу Вейли.

– Нечего на пилотов пенять, старпом. – назидательно проронил с экрана Манн. – Я подал команду заранее!

– Виноват, сэр! – не стал отрицать своей вины Анри, но о истинную причину задержки сказать не решился. – Проверял укладку торпед, не успел вовремя.

– Впредь успевайте!

– Так точно, сэр. – Анри машинально привстал, но натолкнувшись на привязные ремни осел обратно. Тем более, что Манн даже не посмотрел в его сторону. У капитана хватало других забот.

Выведя на консоль картинку с радаров, Анри нервно выстукивал пальцами на подлокотнике несуразный мотив. Фрегаты, уравняв скорости со спутником, повисли, окруженные такшипами в сотне километров от более толстой оконечности Метиды.

– "Церам", здесь "Котлин".

– Слышу вас, "Котлин". – Жестом отстранив связиста за микрофон взялся сам капитан.

– Отто, как договаривались, первым пойду я. Следом вы с "Виконтом".

– Понял тебя, Оливер, делаем по плану! Удачи!

Капитан Манн зафиксировал внешнюю камеру на "Котлине", и отрегулировал увеличение, так, что бы фрегат занимал где то треть экрана. А Беллар на своей консоли выделил почти все рабочее пространство на трехмерную схему окрестностей Метиды. На основной экран выводилось лишь чистое видео, а на свою консоль, Анри добавил и много дополнительной информации. Вектор, ускорение, текущая скорость относительно их фрегата, расстояние до спутника, и многое другое.

Пыхнув огоньками маневровых двигателей, "Котлин" едва заметно повернулся, и тут же погасил вращательный момент включением двигателей с другой стороны. На взгляд Анри, за этот маневр "Котлин" развернулся к Метиде едва на пятнадцать градусов. И едва выключились двигатели, дал еще один импульс, на сей раз еще короче. Черезчур осторожно! Видимо того же мнения придерживался и Манн, который хмурился все сильнее и сильнее, и наконец не выдержав, хватил о подлокотник кресла.

– Какого черта они пристраиваются словно к девственнице, не успеем же!

Прежде чем рулевые решили, что вектор будущего разгона их удовлетворяет, "Котлин" включал маневровые двигатели еще дважды. И только потом запустил маршевый двигатель. И даже быстрее, чем сенсоры "Церама" вывели полетные данные, Анри по силе выхлопа оценил импульс максимум в десять процентов тяги. Четыре десятых грава, да пилоты, что, совсем озверели?! До выхода из за Юпитера осталась жалкая пара часов!

Похоже, что кавторанг Перри рявкнул на своих нерешительных пилотов, поскольку "Котлин" вдруг увеличил тягу до пятнадцати процентов. Анри оторвал глаза от консоли, посмотрев на большой экран. Зрелище, транслируемое внешними камерами, завораживало.

С этого расстояния Юпитер занимал весь экран. Они уже не летели рядом с планетой, они летели над ней. Чуть больше пятидесяти тысяч километров, это даже меньше планетарного радиуса, в масштабах гиганта фрегаты почти касались планеты. И на фоне вечного бурления облачных потоков едва заметно скользил серый отблеск Метиды. Маленького спутника, так похожего на прошлогоднюю картофелину.

Магнитоплазменный двигатель даже на пятнадцати процентах тяги давал великолепный, яркий, тянущийся на многие километры факел. Сейчас он втрое превышал длину фрегата, постепенно темнея, сходя на нет. "Котлин" летел почти точно впереди "Церама", и с этого ракурса факел смотрелся слегка вытянутым овалом. А жаль, подумал Анри, выхлоп двигателя крупного корабля, это зрелище, которым следует любоваться с оптимального ракурса. Во вселенной немного вещей красивее Ударного Флота, идущего на полной тяге. И даже факелы двух фрегатов уже заслуживают внимания.

Километрах в сорока от поверхности Метиды, "Котлин"развернулся кормой вперед. Невооруженным глазом с такого расстояния трехсотметровый кораблик виднелся не крупнее спичечной головки, и потому еще на первой стадии разгона, компьютер "Церама" сфокусировал на лидере оптический телескоп. Но даже при двухсоткратном увеличении темный корпус фрегата можно было заметить только если он перекрывал звездный свет, а потому компьютеру пришлось искусственно раскрасить поступающую с телескопа картинку. Немного, лишь чуть добавив яркости его обводам.

Начинался самый ответственный этап, посадка на планетоид. Почти стыковка, но только почти. При двух тысячных грава фрегат все равно весил больше двухсот тонн, и эту махину требовалось опустить ювелирно, с минимально возможной скоростью. И на этом проблемы не заканчивались. Фрегаты типа "Котлин" никто никогда не проектировал для посадки на небесные тела. Они не имели ни посадочных опор, ни даже конструкционной жесткости, что бы выдержать собственный вес. На Земле, случись "Котлину" каким то чудом пройти через атмосферу, его конструкцию моментально сплющило бы земное тяготение. Но на планетоиде, где гравитация едва ощущалась, этот фокус имел шансы на успех. Если удастся совладать с еще одной проблемой.

Чертов жилой модуль. Пусть даже "башни" развернули так, что бы они были совершенно парралельны поверхности, все равно. Обод к которому крепились "башни", выходил из цилиндра основного корпуса на добрые десять метров, и был при этом несколько смещен вперед, так, что ни о каком балансе не могло быть и речи. И значит, придется садиться так, что бы, сначала опуститься на поверхность ободом, а потом коснуться скалы кормой. И все это на слабеньких маневровых двигателях!

"Котлин" тем временем приблизился к Метиде меньше чем на километр, и уровняв скорости, замер параллельно светло серой,бугристой поверхности спутника. Анри смотрел на большой экран, куда транслировалась картинка с телескопа, поэтому о начале движения догадался лишь по голубоватым искоркам маневровых двигателей. Две яркие точки на носу, и две на корме, слабые, едва выделяющиеся на светлом фоне Метиды огоньки. Первое время даже в телескоп движение "Котлина" оставалось незаметным. Анри даже бросил взгляд на свою консоль. Нет, лидер и правда начал опускаться на планетоид. Куцая стрелка вектора смотрела прямо на скалистую равнину под фрегатом.

– Вейли, маневры наблюдай. – зачем то напомнил пилоту Манн.

Александр Первый что то угукнул из за своего пульта. Его рабочее место частично заслоняли связисты, но похоже правый пилот вывел на свою консоль мониторинг систем управления "Котлина", и сейчас запоминал действия коллег. Ведь следующими шли они!

Лидер двигался очень медленно, считанные метры в секунду, и Анри вдруг поймал себя на том, что порой бросает взгляд на таймер обратного отсчета. Через сто сорок две минуты их увидят. А чертов "Котлин" еле двигался! И кажется, даже замедлял ход, постреливая короткими импульсами маневровых двигателей.

К удивлению Анри, безо всякого дополнительного оповещения, в БИЦ раздался голос Роума. Капитан "Виконта" говорил как очень уставший, встревоженный человек.

– Отто, тебе не кажется, что старине "Котлину" следует дать доброго пинка?

– Спокойно, Фред, мы успеваем. – успокаивая Роума, Манн сам отнюдь не казался воплощением спокойствия.

– Впритык!

– Он же на себе посадку опробует! – и снова те же нотки, будто капитан Манн в первую очередь успокаивал себя.

– Да понятное дело. А если не сумеет?

– Тогда приблизимся насколько сможем, и будем молиться звездам, что бы аспайры не отправили к Метиде разведчиков.

Анри, недоумевая покосился на еле заметного из за капитанского возвышения оператора внешней связи. Сагатимори жадно вглядывался в посадку лидера, совершенно не обращая внимания на разговор. Судя по его реакции, ничего из ряда вон выходящего не происходило, будто так и нужно, когда безо всякого запроса на связь, в БИЦ звучит голос капитана другого корабля. А может быть их сейчас и кавторанг Перри слышит?

Не похоже, вряд ли Перри оставил бы без внимания пассаж насчет пинка его любимому кораблю. Кавторанг не отличался спокойствием и если в ответ не раздалась его гневная тирада, значит он ее просто не слышал. Это же подтвердил и Сагатимори.

– Капитан, с "Котлина" запрос на связь.

– Выведи на громкую связь.

Значит и правда конференц связь устанавливали только между "Церамом" и "Виконтом". Не хотели беспокоить в трудную минуту Перри? Похоже на то, раньше Анри не замечал у Манну и Роума особой дружбы.

– Приступаю к самому интересному господа. – Перри говорил так безмятежно, будто потягивал на поле для гольфа свежевыжатый сок. – Ставки на меня уже сделаны?

В БИЦ "Церама" пронесся легкий смешок. Капитан Перри умел разрядить обстановку.

– Три к одному, Оливер. Увы, все поставили на тебя, так что много не заработаешь.

– Во флот за деньгами не ходят. – даже не видя Перри, по одной только интонации, Анри представил широкую добродушную улыбку, что на миг осветила лицо капитана "Котлина". – Вы вот что, игроки. Если у меня не выйдет, повторять не пытайтесь, сразу полную тягу, и к Земле!

– Не понял. – медленно протянул Манн. – А как же приказ?

– Фримантль не идиот, он поймет, что висящие в пространстве фрегаты гарантированно обнаружат. Даже в случае успешной посадки, и маскировки аспайры могут заинтересоваться странным пятном на спутнике. Пленка и цветом, и отражательной способностью от тутошней скалы отличается. В общем, – подытожил Перри, – как командующий эскадрой, я приказываю в случае аварии при посадке "Котлина", остальным на полной тяге следовать к Земле. Ответственность я принимаю на себя.

– Понял, сэр. – официально ответил ему Манн. Разговор записывался, и де юре, сейчас он получил приказ. Пусть и не одобренный вышестоящим руководством. Но это проблемы Перри.

– Вот и славно, теперь я спокоен. – сиронизировал Перри. – и пожалуй, продолжу посадку. Конец связи.

Сейчас "Котлин" приближался к Метиде не быстрее спортивного автомобиля. На экране это выглядело так, будто корабль, изредка попыхивая искорками двигателей, поднимался к нависшему над ним бугристому потолку. Примериваясь в ложбинку между двумя невысокими холмами.

Зная размеры "Котлина", Анри прикинул, что до поверхности спутника тому остается около четырех километров. Можно было посмотреть на консоль, где среди прочих имелась и эта информация, но зрелище садящегося на планету фрегата ошеломляло. Пусть даже на такую крошечную планету, как Метида. Никто и никогда, эта фраза вертелась в голове Анри с самого начала операции, и то, что следующими идут они, заставляло неотрывно всматриваться в посадку. Судя по воцарившейся тишине, и остальные офицеры в рубке побросав свои занятия впились взглядами в экран.

В километре от поверхности, "Котлин" снизил скорость настолько, что двигался пожалуй не быстрее пешехода. Анри почти не мог уловить его движение, слишком уж разительным был контраст между размерами фрегата, и его скоростью.

– Сагатимори, сообщение на "Котлин". – вскинулся было Манн, но тут же опомнился. – Отставить! Пусть садяться.

– Волнуешься, Отто? – абсолютно спокойным голосом осведомился Роум. – У нас еще два часа в запасе.

– Запас карман не тянет. – отрезал Манн, не отрываясь от экрана.

Расстояние все таки сокращалось, хоть и медленнее, чем этого хотелось Манну. Непрерывно играя двигателями, "Котлин" уже почти касался скалы.

Теперь, когда "Котлин" выделялся темным пятном на фоне светло-серой скалы, Анри никак не мог оценить расстояние до поверхности. А отрывать взгляд от экрана даже на секунду не хотелось. Откуда то пришла безумная мысль, что если он выпустит лидера из поля зрения, то посадка сорвется. И потому Анри, борясь с любопытством, продолжал буравить взглядом экран.

– У "Котлина" есть контакт с поверхностью!

Манн хрустнул костяшками пальцев так, что это услышал даже Анри.

– Запросите у "Котлина" повреждения.

Теперь начиналось самое сложное. Нужно было опустить корму так, что бы потом осталась возможность взлететь.

Кормовые маневровые двигатели "Котлина" мигнули так быстро, что Анри едва успел заметить их отсвет. Но этого хватило, корма фрегата неспешно пошла вниз, к скальному основанию. И под самый финал, Анри оценил мастерство пилота, гася движение, на миг включились те дюзы, что оказались внизу лидера. Сел?

– Запрос конференц-связи с "Котлина", сэр.

– Добро. – разрешил Манн, и тут же оба командных центра заполнил плещущий эмоциями голос капитана Перри.

– Есть контакт! Клянусь всеми святыми, есть контакт, мы сели без повреждений!

– Мои поздравления, Оливер! – Манн, которому все это только предстояло, вел себя более сдержано. – Как корабль?

– Отто, я первый капитан, сумевший посадить фрегат! Пилоты, я выбью вам медали и премию в размере месячного жалования! Двухмесячного, черт побери!

– Оливер, повреждения есть? – нетерпеливо переспросил Манн.

– Никаких! Повторяю, никаких повреждений! – Перри коротко хохотнул и посерьезнев, отдал приказ. – Выдвигайтесь!

– Есть, сэр! – почти одновременно ответили Манн и Роум. Успешная посадка "Котлина", несколько добавила оптимизма и веры в будущее.

– Удачи, парни. – пожелал капитан Перри. – На посадке не торопитесь, конец связи!

Манн оглядел боевой информационный центр, на миг задерживаясь на обращенных к нему лицах.

– Господа, что получилось у "Котлина", получиться и у нас. Но на всякий случай, будьте готовы к вакууму. – он пробежался пальцами по экранной клавиатуре. – Аварийные партии, готовы?

– Так точно, капитан. – похоже у Фаррела барахлил микрофон, по крайней мере Анри не сразу узнал в сиплом басе голос приятеля.

Манн удовлетворенно кивнул, и дал отмашку пилотам.

– Старт!

На таком расстоянии пилоты вели фрегат в ручном режиме. Главный экран боевого информационного центра тут же расцветился зеленым маркером траектории, текущими скоростью и ускорением. Правый как всегда вывел всю потребную ему информацию на всеобщее обозрение.

На этот раз Анри едва почувствовал толчок. Одна десятая тяги, меньше половины грава.

– Вейли, доведи скорость до трехсот метров в секунду.

– Понял капитан.

Теперь, когда к планетоиду летел их фрегат, Манн даже и не вспоминал, как ругал "Котлин" за медлительность. Самим повторять проделанное пилотами и навигатором "Котлина" оказалось куда тяжелее, чем смотреть и сопереживать. Даже не глядя в сторону пилотажного пульта, Анри чувствовал исходящее оттуда напряжение. Оба пилота, и левый, и правый, готовились превзойти самих себя. Ведь для удачной посадки требовалось неимоверное мастерство, и филигранная точность движений.

Путь до Метиды занял немного времени, уже через три минуты, подготавливаясь к торможению, фрегат стал разворачиваться кормой вперед. Теперь двигатель включили еще аккуратнее. Требовалось точно уравнять скорости с планетоидом. Что бы опускаться на него идеально ровно, иначе неприспособленный к посадкам корпус мог не выдержать. Одно дело легкое касание с почти нулевой вертикальной скоростью, и совсем другое, если корабль притрет к поверхности с непогашенной скоростью горизонтальной. Вот тут то сто две тысячи тонн себя и проявят. Перед глазами Анри пронесли кадры стесываемой о камень брони, свист вырывающегося воздуха, переборки, что гнулись как пластилин.

– Скорость относительно Метиды, ноль. – доложил Вейли.