Текст книги ""Фантастика - 2024". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) (ЛП)"

Автор книги: Михаил Атаманов

Соавторы: Михаил Медведев,Надежда Сакаева,Кайла Стоун
сообщить о нарушении

Текущая страница: 358 (всего у книги 359 страниц)

Глава 24.

– Люцифер, черт тебя дери! – прокричал Дэймон и его голос эхом прокатился между деревьев.

Они вдвоем стояли посреди леса. Эта была обычная поляна, ничем не примечательная – здесь не находилось кратеров от падших Ангелов, или раскуроченных Дэймоном в порыве гнева деревьев.

Ответом была тишина.

– Люцифер! – Анжела поморщилась, произнося это имя. – Нам нужна твоя помощь.

Снова ничего.

– Он точно услышал. Ангел слышит свое имя, где бы не находился, – поджал губы Дэймон. – Видно, обломавшись с Апокалипсисом, он решил начать козлить.

– По-моему, он никогда и не прекращал этого делать, – заметила Анжела. – Но, возможно, ему просто требуется больше времени, чтобы добраться до Сэнт Хиллз.

И они продолжили звать Первого Падшего Ангела, но спустя полчаса безуспешных попыток стало ясно, что он не придет.

– Бесполезно, – признал Дэймон очевидное. – Он надоедал нам столько времени, но когда стал нужен, решил игнорировать. Поехали домой.

– Поехали, – согласилась Анжела.

Она была расстроена. Конечно, Люцифера хотелось видеть меньше всего, но сейчас, когда от этого зависело будущее Дэймона, она могла пойти на что угодно.

Больше они не пытались.

Прошла неделя.

Каждый вечер, перед сном, Анжела про себя звала Люцифера. С каждым днем Дэймон становился все более хмурым, и в его глазах девушка читала упрямую решительность. Они не обсуждали это, но Беллз знала – когда Самаэль с Габриэлль покинут Сэнт Хиллз, Дэймон сделает то, что собирался. И у нее не было ни одного аргумента, чтобы отсрочить неизбежное.

Анжела от души надеялась, что возникнут какие-нибудь проблемы с документами, которые Хэвенли обещал сделать, но ее надежды оказались напрасными.

– Все готово, – сказал Дэймон вечером воскресенья.

Они все собрались в гостиной – Самаэль, Габриэлль и Азазелл с Дарси. Перед этим Дэймон отсутствовал полдня, а сейчас держал в руках два бумажных конверта без надписей и марок.

– Спасибо тебе, Дэймон, – от души поблагодарила его Габриэлль. – Ты нас очень выручил.

– Обращайтесь, – пожал плечами тот. – В одном документы, в другом деньги. Думаю, вам хватит этого на первое время, а если потребуется еще, то вы знаете, где меня искать.

– И ты, правда, можешь легко сделать так для любого? – поинтересовалась Дарси, а дождавшись кивка, хихикнула. – Значит, Крис был прав, говоря, что твои документы фальшивка. Но откуда?

– Я не в первый раз спускаюсь на землю, – пожал плечами Дэймон. – У меня есть опыт и связи.

– Ну что ж, если теперь все готово, то нам, пожалуй, пора. Спасибо вам за все. И передайте мою благодарность Кристиану. Без его отчаянного поступка я никогда бы не узнал о своих чувствах, – Самаэль неловко поднялся, сжал руку в кулак, чтобы ненароком никого не коснуться своими пальцами, и уже так обнял Габриэлль.

– И это все? – растерянно спросила Анжела.

Она привыкла к Первому Ангелу Смерти и сейчас было странным осознавать, что он уйдет навсегда.

– А я предлагал закатить прощальную вечеринку, – фыркнул Аз.

– Не стоило, этого хватит, – серьезно ответил Самаэль. – Дэймон, надеюсь, ты сможешь продержаться так долго, как это возможно. Анжела, обещаю, что больше никогда не буду стоять за твоей спиной. Азазелл, перестань врать самому себе.

Бывший Серафим лишь закатил глаза, но все же подошел хлопнуть Ангела Смерти по плечу на прощанье.

Наконец, когда с неловкостями расставания было покончено, все вышли на задний двор, где Самаэль распахнул свои огромные серые крылья.

Дарси отвернулась – несмотря на интерес, она побаивалась всего ангельского, и даже к Дэймону стала относиться чуть иначе. Впрочем, это не мешало ей смотреть на Азазелла влюбленными глазами.

– Держись крепче, – Самаэль аккуратно, не касаясь ладонями, подхватил Габриэлль на руки.

Пара взмахов и они растворились в сумраке ночного неба.

– Ну, вот и все, – задрав голову, проговорила Анжела. – Я буду скучать.

– Это Ангел Смерти, ведьмочка, – усмехнулся Азазелл. – По ним не скучают. И, если ты не против, я бы хотел поговорить с тобой. Дар, милая, развлеки пока Дэймона.

Не дожидаясь ответа, он потянул Анжелу в сторону, а после, небрежно подхватил, перевалив через плечо, словно она была мешком с картошкой, легко вспрыгнул на забор, тенью проскользил по участку соседей, и не успела девушка пикнуть, как они оказались уже на другой улице.

Там Аз, наконец, поставил Анжелу на место.

– О чем ты хотел поговорить? – спросила Беллз, проигнорировав его выходку.

К Азазеллу она тоже успела привыкнуть.

– Кыш отсюда, фея Динь-Динь, – шикнул он, глядя девушке за спину. – Ведьмочка, скажи, что Аластэйр думает делать со своей проблемой?

– Мммм... – Анжела замялась, не зная, имеет ли она права говорить о намерении Дэймона.

С одной стороны, это было личное дело Хэвенли, но, с другой, Аз мог помочь ей его отговорить. Так что, наверно, сказать все же стоило.

– О, нет, – не дожидаясь ответа, закатил глаза Аз. – Нет! Вам нужно просто позвать Люцифера, а не пытаться повторить его поступок.

– Он не приходит! – с обидой воскликнула Анжела. – Мы звали его вместе, я зову его каждый день, но он все еще не объявился. И, очевидно, не собирается этого делать.

– Ого, – смутился Аз, почесав подбородок. – А я думал, Ал не пойдет против своей гордости. Что ж, это печально, ведь я надеялся на другое.

Анжела вздохнула, опустив голову. В этом она была солидарна с Серафимом.

Когда они вернулись, Дарси с Дэймоном уже были в доме. Быстренько попращавшись, Азазелл ушел, забрав с собой девушку, и Анжела с Хэвенли остались вдвоем.

– Может... – робко начала Беллз, но Дэймон лишь покачал головой.

– Думаю, мне стоит уйти подальше от города, чтобы не повторить историю Люцифера, – сказал он. – Сэнт Хиллз, конечно, не так красив, как Рим, но все же, дорог мне. И я не могу сказать, сколько это продлится, так что, в случае чего, рассчитывай на Аза. Я поговорю с ним.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Девушка подошла ближе, положив руки на его плечи. Поднялась на цыпочки, поцеловала, прикрыв глаза.

– Если это попытка остановить меня, то она мне нравится, но у тебя ничего не выйдет, – проговорил Дэймон, отстраняясь.

– Нет, просто... я хочу, чтобы мы успели сделать это прежде, чем ты сделаешь то, что задумал, – покраснев, ответила Анжела.

Дэймон серьезно кивнул и теперь сам притянул ее к себе. Прижал ближе, поцеловал, сначала нежно, одной рукой перебирая рыжие кудряшки, а другой держа ее за талию.

Зачем ему крылья, когда он летает рядом с ней? Зачем ему все эмоции мира, когда достаточно лишь ее любви? Жаль, что он слишком ангел и не сможет стать человеком. Он бы обменял вечность на небесах ради одной короткой жизни с ней, на земле.

Вот только это невыполнимо, ведь у ангелов нет души.

Дэймон углубил поцелуй, позволяя себе ненадолго отдаться той части, что появилась в нем после падения – страсти.

Ангелы, даже бывшие, любят один раз. Но пока ты пренадлежишь небесам твоя любовь нежна, чиста и невинна. Она правильная и высокая, и абсолютно не эгоистичная. Влюбленный ангел способен на все ради счастья, удовольствия и благополучия избранника, и ставит его превыше всего.

Падший ангел способен еще и на похоть. И сейчас Дэймон чуть-чуть выпустил свою тьму, зная, что медальон надежно защищает Анжелу от ее последствий, и это не причинит ей вред.

Анжела ответила на поцелуй, заскользила ладонями по его спине, остановилась в области лопаток, где обычно выступали крылья. Дэймон слышал ее тяжелое дыхание, особенно остро чувствовал каждое прикосновение, и это еще сильнее заводило его.

Окончательно растеряв остатки самообладания, он снял с нее кофту, не рассчитав силу, оторвал все пуговицы, но девушка даже не заметила этого, лишь прижавшись к нему еще ближе.

Они шли в сторону спальни, оставляя за собой тропинку из разбросанной одежды, даже не думая о том, что может вернуться Азазелл и обнаружить все это. Они вообще ни о чем не думали, полностью поглощенные друг другом.

От поцелуев Дэймона у Анжелы кружилась голова, а внизу живота разливалось приятное тепло. Каждое его прикосновение находило в ней отклик, и ее эмоции не давали об этом соврать.

Когда они, наконец, оказались возле двери в комнату Анжелы, на девушке осталось лишь нижнее белье, а Дэймон щеголял в одних белоснежных джинсах. Подхватив на руки, Хэвенли занес ее в спальню, как невесту, и бережно опустил на кровать.

– Наконец-то нам никто не помешает, – прошептала Анжела.

Дэймон улыбнулся своей мальчишеской улыбкой, которую она так любила, и вместо ответа вновь поцеловал ее.

– Ого, что я вижу! Крошка Беллз, я думал ты девушка правильного воспитания и станешь хранить честь до свадьбы. Или, пока меня не было, вы успели смотаться в Вегас и пожениться? – раздался от окна насмешливый голос, услышать который Анжела не хотела и желала одновременно.

Люцифер.

Дэймона, что приспустил свой контроль над чувствами Падшего, мгновенно захлестнула темная пелена ненависти, жгучей и яростной. Подскочив с кровати, он кинулся к окну так быстро, что Анжела успела заметить лишь алый всполох – след неосознанно призванного им Всадника.

Позабыв про то, что осталась почти без одежды, девушка кинулась к двери, спустилась вниз по лестнице и выбежала во внутренний двор.

Поздно – оба Ангела взвились в небо, и сейчас были видны лишь два мелькавших алых пятна. Одно в форме человека – Дэймон. И второе, изменчивое, размытое –Люцифер, летавший так быстро, что его крылья горели. Судя потому, что все это было хорошо видно, он не спешил выпускать своего Всадника наружу.

– Кристиан, Азазелл, кто-нибудь... – взмолилась Анжела. – Дин! Дин ты тут?

– Что случилось... о, небеса! – послышался писклявый голос Хранителя. – Что происходит?

– Люцифер происходит, – обреченно прошептала девушка, понимая, что ничего не сможет сделать.

– Ба... – рядом появился Азазелл. – Чего ты стоишь, феечка? Лети, разними их!

– А почему я?

– Да потому что у меня нет крыльев, дубина!

– У меня есть, – раздался голос Криса.

Он тоже услышал ее молитвы. И теперь, не теряя времени, выпускал крылья.

Это было плачевным зрелищем – перья материализовывались мокрые от крови. Местами их и вовсе не было, и Анжела даже не представляла, как он вообще сможет взлететь.

За спиной девушки охнул ее Хранитель.

Крылья для Ангела, верного небесам – это гордость. Крис же походил на облезлого воробья, и это показывало всю степень его падения.

Тем не менее, вопреки скептическому взгляду Азазелла, он смог взлететь.

– Возьми меня! Меня он должен послушать! – крикнула вслед Анжела.

Крис оглядел ее дрожащую от холода, полуобнаженную фигуру, хмыкнул, но все же вернулся. Легко подхватил на руки, ощутив под пальцами горячее тепло тела. Поднялся обратно в воздух, тяжело махая крыльями, что едва справлялись с такой нагрузкой.

Дин стремительно последовал за ними, но толку от всех троих не было никакого. Дэймон, ослепленный тьмой, метался в воздухе, движимый единственной целью – причинить вред тому, кто его прервал. Люцифер же, хоть и заметил их, но сделать ничего не мог. Он был достаточно силен, чтобы ускользать от ударов Всадника Войны, не перевоплощаясь самому, но это требовало от него полной сосредоточенности.

– Дэймон! – прокричала Анжела, однако не помогло.

В отчаянии девушка повернулась к Крису, надеясь, что он подскажет ей дальнейшие действия.

Крис лишь хмуро усмехнулся, а после взял и... поцеловал ее.

Этот поцелуй был полон горечи. Анжеле показалось, будто она хлебнула настойки полыни, а медальон на ее шее тревожно замерцал.

Этот поцелуй был не похож ни на один из предыдущих. Прежде Крис был нежен и мягок, и пусть она не испытывала такого головокружительного удовольствия, как с Дэймоном, но ей было приятно. Сейчас же Таннер казался слишком напористым, слишком жадным, слишком эгоистичным. И это отталкивало.

Этот поцелуй был самым коротким. Почти сразу Анжела осознала происходящее и уперла руки в плечи Криса, но тот и не подумал прекратить, и девушка оказалась в ловушке, зависшая в воздухе, прижатая к тому, кого сейчас ненавидела.

Впрочем, способ вышел действенным – Дэймон, позабыв о Люцифере, кинулся в их сторону. Крис, словно только этого и ожидавший, тут же отпустил девушку, и Анжела полетела вниз, нелепо размахивая руками, чувствуя упругие потоки ледяного воздуха.

Дэймон поймал ее почти у самой земли, в метре над раскинувшим руки Азазеллем. Сжал в объятиях, и Анжела, наконец, расслабилась, прижавшись к его горячему, обнаженному торсу. Его руки согревали озябшее тело, дарили необходимую защиту, обещали покой.

– Не за что. Обращайтесь, – Крис, так и оставшийся в воздухе, раскланялся, тяжело взмахивая крыльями, и улетел прежде, чем ему успели ответить.

– Клянусь, я попрошу Самаэля убить его, – сквозь зубы прохрипел Дэймон.

Медленно, словно неохотно, к нему возвращался прежний контроль.

– Он один смог помочь сейчас! – воскликнула Анжела.

Близость Всадника сейчас сказывалась особенно сильно.

– Детки, не ссорьтесь, – в нескольких метрах от них на землю опустился Люцифер.

– Ты пришел... – прошипел Дэймон, и было непонятно, как он относится к этому факту.

– Конечно, пришел, – развел руками Люцифер. – Как я мог не прийти, когда милая крошка Беллз так упорно звала меня неделю подряд? Уж извините, что задержался. Я услышал, что наш дружок Самаэль обрел новые способности и не хотел рисковать. А то жизнь, она, знаете ли, мне дороже даже нашей рыжей. Но-но, Война, не суетись. Я знаю, зачем вы звали меня. А еще знаю, как решить ваши проблемы.

– Знаешь? – вскинул брови Дэймон.

От того, чтобы вновь кинуться на Люцифера, его останавливала лишь Анжела, которую он грел в своих объятиях, закрывая от всех остальных.

– Конечно, знаю, – не смутился Люцифер. – И думаю, что я единственный, кто сможет вам помочь, ведь прочим ангелам это знание недоступно. Если ты хочешь перестать быть Всадником, но при этом не хочешь очернить свои крылья, то тебе просто надо лишиться их.

– Стать демоном? – фыркнул Дэймон.

– Нет. Стать человеком. И из чистой симпатии к крошке Беллз я могу помочь вам с этим.

Эпилог

– Смотри, может, возьмем вот эту? – женщина около сорока ткнула пальцем в витрину, за которой находились щенки породы корги.

– Если тебе нравится, – улыбнулся в ответ мужчина.

Он казался моложе ее лет на десять, но лишь на первый взгляд, ведь его истинный возраст выдавали глаза, что были старее всего мира в целом.

– Тогда эту, – уверенно кивнула женщина.

Спустя десять минут у них в руках уже был забавный щенок с короткими лапками и купированным хвостиком.

– Какой же он милый! – пропищала женщина, восторженно глядя на щенка.

Собака, тем временем, находилась в некотором недоумении – женщина ей нравилась, а вот на мужчину она поглядывала с явной опаской.

– Боится, – поджав губы, заметил тот.

– Она же видит, – возразила женщина. – Ничего, привыкнет.

– Надеюсь, на нее не повлияет моя сила.

Мужчина почесал скулящую собаку за ухом, обнял женщину, прижал ее к себе, поцеловал. Если приглядеться, то можно было заметить, что он ничего не трогает пятью пальцами одновременно. Но делал он это так ловко, что даже в глаза не бросалось.

– Сегодня? – спросила женщина, когда они свернули с оживленной улицы и зашли в новое, многоэтажное офисное здание.

Охранник, тщательно записывавший всех посетителей в специальный журнал, словно не заметил их, отвернувшись в другую сторону, хотя маленький щенок весьма громко тявкнул, когда они проходили мимо него.

– Сегодня, если ты этого хочешь, – кивнул мужчина. – Хотя, я говорил тебе, что и сейчас твой внешний вид меня вполне устраивает.

– Я не хочу быть старше тебя слишком уж намного, – вздернула носик та.

– Хочу напомнить, что это я тебя гораздо старше, – возразил мужчина, но тут же пошел на попятный. – Ладно-ладно, не смотри на меня так. Дэймон уже связал меня с людьми, которые сделают нам документы. Вечером прибудет Азазелл, чтобы помочь мне с новым телом, так что все готово.

– Значит, увидимся в следующей жизни?

За время разговора они успели подняться на последний этаж, пробраться на крышу и сейчас стояли возле парапета, в опасной близости от края.

– В твоей следующей жизни. Но ты не боишься?

– Нет. Я ведь знаю, что ты вернешь меня. А если и нет, то моя душа будет рядом с тобой вечноть, и мне этого достаточно. Береги Люси, я хочу видеть ее счастливой по возвращении, – женщина передала переноску с щенком мужчине, и тот аккуратно взял ее двумя пальцами.

– Ты решила назвать ее Люси? – вскинул брови он, оглядывая кроху.

Вместо ответа женщина поцеловала его, а после, развернувшись, без страха и раздумий шагнула вниз.

Мужчина не стал ее останавливать. Он развернулся, отправившись в сторону выхода, а уже в следующие секунды стоял внизу, рядом с искореженным телом женщины, весело смеявшейся еще полчаса назад.

Но и там мужчина надолго не задержался. Не глядя, он зачерпнул ладонью воздух, забрав что-то, излучавшее теплый свет, и ушел прочь, в одной руке держа переноску с собакой, а в другую прижимая к внутреннему карману, где уже лежала душа его любимой.

Надежда Сакаева
Цвет крыльев. Белый

Глава 1

Крис никогда не думал о своем будущем.

Ангелы не занимаются такими вещами – в этом у них просто нет необходимости.

Они полны знаний об устройстве мира, у них есть уверенность в завтрашнем дне, и этим обитатели небес отличаются от людей. Но все же, если кто-нибудь спросил бы Криса, что будет дальше, он бы ответил.

Год назад Таннер бы сказал, что окончит школу и вместе с Анжелой поступит в университет. После они поженятся и проведут вдвоем всю свою оставшуюся жизнь.

Полгода назад он сказал бы, что, несмотря на разрыв, он всегда будет рядом с Анжелой. Он будет защищать ее, как положено Хранителю, и когда ее жизнь подойдет к концу, он последует за ее душой, чтобы провести вечность рядом.

Пару месяцев назад Крис бы ответил, что покинет Анжелу, дабы не навредить ей своим присутствием, и чтобы она никогда не увидела его окончательного падения.

Сейчас Таннер бы промолчал. Потому что сейчас он не видел своего будущего – его закрывала плотная и непроглядная пелена тьмы, в которой не было места ни свету, ни надеждам.

Крис мог бы придумать много красивых слов – о том, что научится держать себя под контролем. Что никогда не причинит вреда Анжеле. Что, даже став падшим, всегда будет на ее стороне.

Но к чему пустые слова, когда его поступки говорили куда лучше?

Крис любил Анжелу уже давно. Как и подобает Хранителю, он был с девушкой с самого детства, он оберегал и направлял ее, и неудивительно, что Беллз привлекла его. Она бы привлекла любого ангела – ее душа была невыносимо прекрасной, и это не говоря уже о ее внешности. С самого начала Крис был обречен попасть в плен ее чар, и попал. Попал с радостью, ведь это было безумно приятно – быть с ней, держать ее за руку, слушать ее голос, гладить ее волосы, вдыхать ее аромат.

Дэймон, он же Эд, он же Аластэйр, тоже попал.

Поначалу это не тревожило Криса – любовь ангела слишком чиста, чтобы быть хоть на каплю эгоистичной. А потом Дэймон упал, и все изменилось.

Крис презирал его настолько, насколько позволяли его, тогда еще ограниченные, эмоции.

Решившись упасть, он пообещал себе, что никогда не станет таким же. И сдержал данное обещание, став даже хуже.

Крис любил Анжелу – всепоглощающе, слепо, безумно и ярко. Так, как умеют только ангелы.

А потом появилась Эйприл.

В тот первый вечер, когда все закончилось тем, чем закончилось, Крис не жалел. Ни о том, что сделал, ни, тем более, Эйприл.

Он знал ее слишком долго, чтобы понимать – и без него ей светил только Ад.

Эйприл была невыносимой. Она донимала Анжелу с младшей школы, и за это Крис ее терпеть не мог. Так что она получила по заслугам, а он сумел, пусть и на короткое время, однако все же избавиться от сосущей тьмы, что медленно, но верно поглощала его свет с самого момента падения.

– О чем ты думаешь? – спросила Эйприл.

Это было уже ближе к утру. Они лежали на кровати Криса, и их руки соприкасались, а Крис чувствовал себя пустым от мрака. Пустым и чистым до звона в ушах, и это делало его счастливым.

– О тебе, – ответил Таннер и не соврал.

Действительно, он ведь думал о ней.

– Странно, что не об Анжеле, – фыркнула Эйприл.

– Об Анжеле тоже, – покачал головой Крис.

Ему было все равно, что скажет на это Эйприл – он не жалел ее чувств. Впрочем, возможно он бы задумался о своих словах, если б они могли повлиять на их дальнейшие отношения. Но Крис знал, что такая правда ничего не изменит – Эйприл была слишком самовлюбленной и самоуверенной, чтобы обратить на нее внимание. А Крис не стремился к ее любви, ему достаточно было ее души и тела.

– И кто из нас лучше? – спустя несколько минут тишины, сквозь зубы спросила девушка.

– Я не спал с Анжелой, – проговорил Крис все так же прямо и равнодушно.

– Вы из-за этого расстались?

– Нет.

– А из-за чего?

– Неважно. В любом случае, можешь быть уверенна, что с ней покончено навсегда, – в словах Криса было слишком много горечи.

Он говорил, пытаясь убедить самого себя в том, что это правда.

Что он больше никогда не подойдет к ней, как бы отчаянно ни хотел увидеть. Не заговорит с ней, как бы ни хотел услышать ее звонкий голос. Что будет держаться от нее подальше.

Потому что любит. И потому что так будет лучше для всех.

– То есть, мы теперь вместе? – небрежно спросила Эйприл.

– Как хочешь, – пожал плечами Крис.

Девушка задумалась.

Она, конечно, была стервой, но никак не дурой.

Когда-то давным-давно, еще в младшей школе, ей нравился Крис, но он всегда был безнадежно влюблен в Анжелу, и у Эйприл ничего не вышло. Потом она выросла и ее чувства к Крису ушли, а вот неприязнь к Анжеле осталась. Эйприл просто не понимала, что такого интересного он в ней нашел – она была обычной святошей, пусть и симпатичной, но слишком правильной и пресной. С такими быстро начинаешь скучать, а еще вечно чувствуешь себя плохим.

Впрочем, младшая школа осталась позади, а взгляды девушки поменялись.

Эйприл повзрослела, и ее предпочтения повзрослели вместе с ней. Теперь ее привлекали парни совершенно другого типа.

И дело было даже не во внешности, ведь Крис всегда выглядел красивее своих сверстников. Но его характер… он казался Эйприл слишком занудным, по крайней мере, до недавнего времени.

Эйприл любила опасность. А еще она любила внимание. И наглость.

Дэймон Хэвенли соответствовал всем параметрам – едва объявившись в школе, он сумел влюбить в себя большую часть девушек, и тогда Эйприл решила, что он должен достаться ей.

Только вот ее решения оказалось недостаточно, ведь в дело вновь влезла Анжела. Второй раз она увела симпатичного парня прямо у нее из-под носа, и это еще больше злило Эйприл. Как и то, что сам Дэймон не обращал на нее совершенно никакого внимания.

Она не была влюблена в Хэвенли – сейчас она считала чувства бесполезной тратой времени. Она лишь хотела утереть нос Анжеле, да и всем остальным девушкам в школе, показав, что гораздо лучше них.

Обычно парни, которые нравились Эйприл (взрослой, уверенной в себе и своей красоте Эйприл), отвечали ей взаимностью, однако Дэймон стал досадным исключением. Поначалу девушка думала, что он лишь набивает себе цену. Играет с ней, желая пробудить еще больший интерес – некоторые именно так и поступали, поняв, что Эйприл привлекают сложности.

Но нет, заинтересовать Дэймона с наскока у нее не получилось. Тогда Эйприл поутихла, занявшись тем, что выходило у нее лучшего всего прочего – сплетнями. И делала она это не из-за обиды, или зависти. Какая зависть, если парни Анжелы автоматически попадали в раздел «неудачники» в ее воображаемом списке? Нет, она делала это только потому, что ей нравилось это делать.

Когда Крис вдруг изменился, это привлекло ее внимание. Но не настолько, чтобы переходить к каким-то действиям, или всерьез заинтересоваться им. Нет, может он и стал более крутым, но по-прежнему оставался бывшим Анжелы, к тому же, безнадежно и безответно в нее влюбленным (а на такие дела у Эйприл был поистине собачий нюх).

И тем удивительнее стало то, что он поцеловал ее.

Поначалу это возмутило Эйприл, но после поцелуй понравился ей куда больше, чем она могла бы в этом признаться – он был таким, какого она хотела бы.

Наглым, возбуждающим и опасным. Именно опасным – губы Криса словно затягивали девушку в мрачный водоворот тьмы, откуда не было выхода. Но и это нравилось Эйприл.

Ей хотелось повторять поцелуй снова и снова, погружаясь в заманчивую бездну все глубже и глубже. А случившееся между ними позднее не испортило впечатления, а напротив, лишь укрепило это желание, ведь в постели Таннер оказался просто невероятен.

Впрочем, любовь Криса к Анжеле никуда не делась, и это несколько путало Эйприл. Она не понимала, делал ли Крис то, что делал из-за желания, либо все это было банальной местью Анжеле.

Эйприл не хотела стать орудием мести, но и отпускать Криса она сейчас не желала. Даже несмотря на его чувства к Анжеле.

– Думаю, все же вместе, – после молчания, уверено проговорила Эйприл. – Давай назовем это свободными отношениями. Я не она, мне не нужны сказки о любви. Просто будем друг другу полезны.

– Отлично, – без эмоций проговорил Крис. – Тогда давай снова займемся тем, чем обычно занимаются люди, которые вместе, состоят в свободных отношениях и полезны друг другу.

И он привлек ее к себе, а после поцеловал, вновь погружая в мучительно-приятный темный водоворот, из которого Эйприл не хотелось выбираться.

А, плевать. Какая разница, что на самом деле чувствует Крис, если она может просто им воспользоваться? Допускать его рядом, пока ей приятно, и бросить, едва он ей наскучит. Почему бы и нет?

Думая об этом, Эйприл приободрилась, не желая признаваться даже самой себе в том, что поцелуи Криса действовали на нее слишком уж притягательно. Она словно попала в ловушку, оказавшись привязанной к нему, и уже не смогла бы отпустить его просто так. Не смогла бы и не захотела.

– Знаешь, – кусая нижнюю губу, сказала Эйприл позднее, когда они ехали в школу. – Я думаю, нам не стоит афишировать то, что между нами.

Крис лишь пожал плечами. Ему было все равно. Главное, чтобы Эйприл оставалась рядом, избавляя его от тьмы.

– Если ты хочешь сохранить это в тайне, – сказал Таннер, остановив машину в квартале от учебного заведения. – То я все же попрошу тебя об ответной услуге. Будь добра, оставь Анжелу в покое.

Эйприл фыркнула и захлопнула за собой дверь. Но просьбу выполнила. Так начались их странные, ни на что не похожие отношения.

* * *

Достоин ли любви падший ангел?

Крис не знал насчет остальных, но сам он точно не заслуживал ничего подобного. С каждым днем тьма подступала все ближе к его сознанию.

С каждым днем в нем оставалось все меньше света.

И с каждым днем он все больше нуждался в Эйприл.

Парадокс.

Продолжая любить Анжелу, он с удовольствием целовал и обнимал другую девушку. Но, хотя тьма и покидала его после таких поцелуев, с каждым днем она возвращалась все быстрее.

Анжела.

Рыжие кудри, бледная кожа, веснушки – все это он знал до последней черты, все это мог представить с закрытыми глазами.

И все это он был вынужден оставить.

Ему хватало сил, чтобы больше не подходить к ней, а едва становилось хуже, как он находил Эйприл и целовал ее.

И все же Анжела не желала держаться подальше, хотя он сделал все возможное для этого.

Вопреки желанию Эйприл «не афишировать», слухи об их парочке быстро расползлись по школе. Еще бы, ведь едва они оставались наедине, как тут же кидались друг на друга, словно сумасшедшие. И когда Анжела случайно оказалась рядом, Крис счел это хорошей возможностью открыть правду, оставшись не при делах.

Хотя даже небесам неведомо, чего ему стоило перетерпеть всплеск ее эмоций и не выдать себя.

Но Анжела сама пришла к нему, разрушив хрупкое самообладание.

Сама.

Неужели она не понимала, насколько больно ему делает?

Впрочем, зная Анжелу, Крис был уверен, что она хотела, как лучше.

И если бы не Эйприл, оставшаяся в его комнате, в тот день он вряд ли смог бы себя сдержать и не натворить глупостей.

Эйприл. Кто бы знал, что за близость с ней он будет цепляться, как утопающий за соломинку.

– Анжела? – безошибочно определила девушка, едва Крис вернулся.

– Анжела, – кивнул Таннер, вновь не видя смысла что-то скрывать. – Пытается быть мне другом. Но тебе не о чем волноваться. Я уже говорил, что с ней покончено.

– Я и не волнуюсь, – фыркнула Эйприл, впрочем, не слишком уверено.

– Вот и хорошо, – усмехнулся Крис, притягивая девушку к себе.

Ему нужно было выплеснуть скопившуюся в нем тьму.

Эйприл…

Удивительно, но Крису было хорошо с ней. Их отношения, похожие на зависимость, с каждым днем приносили Таннеру все больше удовольствия. И он не мог бы сказать, что дело было именно в поведении Эйприл, ее привлекательности, или их совместимости.

Она не изменилась рядом с ним, не стала более доброй, или мягкой. Не стала больше похожей на Анжелу.

А вот он менялся.

После падения эмоции Криса стали слишком полными. То, что раньше он даже не чувствовал, теперь захлестывало его, накрывало с головой. И находило отклик в Эйприл.

Эйприл осталась прежней – стервозной, отчасти злой, слишком самоуверенной и чрезмерно эгоистичной, без намека на жертвенность, присущую Анжеле. Но теперь ее шутки не казались ему таким жестокими, как прежде. Ее поведение больше не вызывало неприязнь, а поступки – осуждения. Теперь он был ей под стать.

И все же, в нем еще оставалось много ангельского. Слишком много, чтобы забыть Анжелу, или окончательно скатиться во мрак.

Крис постоянно сравнивал Эйприл с Анжелой, и, разумеется, превосходство всегда оставалось на стороне Анжелы. Впрочем, это не мешало ему проводить время с Эйприл.

Он знал, что сравнивать нынешних с бывшими совсем не круто. А еще он знал, что как только перестанет сравнивать, это будет означать, что его чувства к Анжеле угасли.

Крис разрывался на части. Несмотря на отношения с Эйприл, ему постоянно хотелось увидеть Анжелу, услышать ее голос…

Он знал, что не может дать ей ничего хорошего… больше не может…

Но это знание не мешало ему желать встречи.

Однако Крис крепился до последнего.

Он избегал Анжелу в школе, не ходил в столовую. После занятий он шел к себе домой, хотя ноги и несли его к дому Беллз.

Все это было чертовски сложно, но он отчаянно держался, надеясь, что когда-нибудь это закончится.

Когда Крис узнал о возвращении Самаэля, он хотел тут же кинуться туда – это было бы отличным предлогом увидеть Анжелу. Он мерил комнату шагами, обхватив себя за плечи. На полу валялось заляпанное кровью перо.

Еще одно.

Теперь они выпадали гораздо чаще, чем ему хотелось бы, и его крылья выглядели невыносимо жалко, а выпускать их стало в сотни раз больнее, но Крис не жаловался.