Текст книги ""Фантастика 2024-14". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Андрей Астахов

– Мы в последнее время делали упор на «Рюриковичей», уже готов материал для двух новых серий. Что касается сценария телесериала, то черновиком мы тебя обеспечим. Ты только подумай, как будешь все эти работы совмещать. Надо ещё сценарий полнометражного фильма довести до ума. Клушанцев меня совсем задёргал, новые идеи товарища распирают. А организатор всего этого бедлама, по заграницам катается.

– Глаза боятся, а руки делают. Создадим своё творческое объединение, тогда станет легче. Там штат будет больше, и появится возможность приглашать людей под конкретную задачу. Заключаем договор с условным Калатозовым на съёмки фильма по нашему сценарию, и только контролируем полёт творческой мысли мэтра. Вы же уже начали подыскивать кадры из молодёжи?

– Начал, как только ты об этом заикнулся. Есть уже целый список молодых и нестандартных ребят. Тебе же обязательно нужны разного рода бунтари и хулиганы. Только для начала реши свои насущные дела. А то слухи ходят совершенно разные, и не особо приятные. Вместо того, чтобы замахиваться на свою студию и Калатозова, ты бы меньше с начальством ругался, – осадил меня старый кинематографический боец.

Надо потом расспросить Зельцера, что там обо мне говорят. Уверен, что народ уже в курсе моих проделок и конфликтов с Кузнецовым. А вообще, лучше включаться в работу и ни о чём не думать. Этим я и планирую заняться в ближайшее время. Тем более, что Бритиков дал добро на продолжение документального сериала. Это значит, что «Рюриковичи» прошли разного рода комиссии и признаны идеологически верным. Гы, звучит двусмысленно!

* * *

– Ты ничего не хочешь мне сказать?

Пушистые волосы щекотали нос, а их обладательница положила голову на моё плечо. Сегодня мы почти не спали. Таня сразу после сессии едет к родителям в Саратов. Вот и выкраиваем редкие часы для встреч. Она действительно хорошо учится, и относится к получению будущей профессии очень серьёзно. Девушка хочет получить красный диплом, и сессия для неё не просто возможность проскочить семестр, получив заветные зачёты. Вообще, моя подруга – редкий симбиоз ума и красоты. Ещё и в житейских вопросах студентка и комсомолка проявляет редкое здравомыслие. Для своего возраста – уж точно. Может, это меня и пугает? Получается просто идеальная девушка. Но старый циник, окопавшийся в теле простоватого Алексея – человек иной формации. В идеал он точно не верит, особенно в женский.

Сегодня воскресенье, и у меня заслуженный выходной. Вчера встречался с близняшками, которые уже более или менее начали привыкать, что папа появляется по субботам. Подаркам рыжики были очень рады, хотя не испытывают недостатка в вещах и игрушках. Только Зоя зачем-то начала высказывать претензии, что из Парижа можно было привезти вещи и получше. Зачем семилетним девочкам люксовый шмот? Они растут, и через пару месяцев одежду можно выкидывать или отдать знакомым, у кого есть дети помладше. Или экс-супруга обиделась, что я привёз подарки рыжикам и даже тёще с тестем, а её обошёл стороной? Но на её мнение мне сейчас плевать, поэтому не стал даже отвечать.

В тот же день сходили с моей студенткой в ресторан, прогулялись по набережной, а потом предались самому натуральному разврату. В последние дни мы оба жутко заняты, тем приятней была встреча.

Вот сейчас лежу, с удовольствием поглаживаю приятные выпуклости, которые постепенно начинают намекать на то, что девушка созрела к очередной эротической серии. Что-то мы сегодня оба не можем оторваться друг от друга. Может, надо чаще расставаться? Тем приятнее встреча, после небольшой разлуки. Опять в голову лезет какая-то чушь.

Но ещё я понимаю, что студентка, комсомолка и просто красавица хочет услышать определённые слова, которые я никогда не произносил. Люблю ли я её? Честно – не знаю. Мне с ней хорошо и легко. Как-то раньше мы обходили стороной эту тему. Только надо учитывать нынешнюю эпоху. До времени, когда секс не станет поводом для знакомства, ещё далеко. И отношения, подобные нашим, теоретически должны привести к свадьбе. Только к этому я пока не готов. Может это трусость и вообще выглядит мерзко, но вот ничего не могу с собой поделать.

Прелестница переворачивается и гипнотизирует меня своими глазищами. Но я то и дело перевожу взгляд на роскошную грудь, вызывая улыбку с задорными ямочками. Что-то решив для себя, Таня начинает сама меня целовать. Я же продолжаю её плавно поглаживать, опуская руки всё ниже. В отличие от Зои, молодое поколение особой стеснительностью не страдало и к сексу при свете относилось весьма положительно. Поэтому с восхищением разглядываю движения практически идеального тела.

Вечером посадил Татьяну в такси и решил немного прогуляться. Май выдался достаточно тёплым, вот и подышу воздухом, а заодно подумаю.

Иду и никак не могу разобраться в самом себе. Вот чего мне ещё надо? Карьера складывается более или менее нормально. Хотя скоро предстоит самый настоящий бой с чиновничьей братией. Это мне по секрету намекнул Бритиков. Но я сильно не переживаю, ведь правда на моей стороне. И достижений у меня хватает. Так что загнобить зарвавшегося молодчика достаточно сложно. Тем более, что он собирается активно сопротивляться. На что есть вполне серьёзные основания. Буквально недавно вышедшая книга по мотивам «Брака по расчёту» пользуется ажиотажным спросом. Хотя всё это относительно, так как СССР самая читающая страна в мире, а качественной литературы не хватает. Более того, позавчера мне позвонили из приёмной Месяцева и подтвердили встречу на следующей неделе. Не думаю, что он так быстро проникся моими идеями по созданию нового канала. А вот съёмками первого советского сериала, по мотивам рассказов про Терешко, большой начальник мог заинтересоваться. Все эти достижения создают образ талантливого и нужного стране специалиста. Поэтому за своё будущее в кинематографе немного опасаюсь, но надеюсь на лучшее.

В личной жизни, как раз наоборот. Никак не могу определиться, как выстраивать отношения с очень красивой и неглупой девушкой. Плюс характер у неё лёгкий, не надо путать с легкомысленностью. Чего мне ещё нужно? Но не могу переступить внутренние барьеры, которые сам себе понаставил. Хорошо хоть тотальная загруженность спасает от разного рода мыслей. Приезжаю домой поздно вечером и сразу заваливаюсь спать, чтобы уже в восемь ехать на работу.

Прошёл пару километров и повернул обратно. Подходя к дому, я так и не решил, что делать дальше. Думаю, лучше перенести всё на сентябрь, когда Таня вернётся в Москву. Заодно у меня будет какая-то конкретика. Но она, скорее всего, сразу поедет на картошку или как здесь называется работа, когда студенты помогают колхозникам собирать урожай. Не факт, что мы увидимся до октября. Ещё и подспудно грызёт червячок сомнений, что чиновники сломают мне карьеру на самом взлёте. А вместо положенных наград, получу я волчий билет и отправлюсь поднимать культуру в Элисту. Страна у нас большая, и грамотные кадры нужны во многих городах и весях. Вроде успокоился и стал верить в победу, но опять эти рефлексии.

* * *

– Товарищ Мещерский, – звонкий голос молодого референта заставляет меня вздрогнуть.

Смотрю на улыбающуюся девушку и не могу сориентироваться, что вообще происходит.

– Вас ждут, – слова подкрепляются очаровательной улыбкой.

Параллельно ловлю на себе взгляд, который обжигает меня чуть ли не физически. Столько ненависти, полыхающей в глазах товарища Кузнецова, я не видел ни разу в жизни. Разные случались ситуации, но такую концентрацию злобы встречаю впервые. Кроме этого, замминистра очевидно разъярён от собственного бессилия. А вот это уже настроило меня на более позитивный лад. Значит, не всё так плохо, и зря я себя накручиваю. Демонстративно игнорирую чиновника и иду вслед за девушкой, откровенно рассматривая красивую фигуру, которую не может скрыть даже нелепое платье.

Прохожу приёмную и останавливаюсь перед дверью в кабинет. Глубокий вдох и выдох. Собираюсь с мыслями и берусь за ручку. Мы ещё повоюем! Лёша Мещерский вам не мальчик для битья!

Глава 11

– Скажите, товарищ Мещерский, – продолжает пытать меня представитель идеологического отдела ЦК, – Чем были мотивированы ваши резкие высказывания о действиях британских властей? Откуда вы взяли информацию? И кто вам дал право делать подобные заявления?

Смотрю, Романов аж засветился от очередного вопроса мелкого товарища в очках с крысиным личиком. Бывает, что делаешь выводы о человеке по внешности, но после начала общения начинаешь понимать свою ошибку. Здесь всё понятно сразу. Поэтому сдерживаюсь с трудом, дабы не нахамить, и вообще, слежу за речью. После шестого вопроса, где чуть ли не под микроскопом разбирали каждый мой шаг, решил слегка поиздеваться над партократом. Именно эта группа товарищей вызывает у меня сплошное недоумение. Ведь контора Суслова фактически проиграла войну за умы советских граждан, насколько я помню многочисленные материалы, прочитанные в прошлой жизни. Столкнувшись с представителями этого подразделения КПСС, я начал понимать, почему. Верные, идеологически подкованные, умеющие говорить правильные вещи, но на этом их таланты заканчиваются. Одно дело идти в ногу со всеми и рассказывать народу, как он должен жить. И совсем другое, когда нужно просто работать. При этом проверенные кадры бросают на различные направления народного хозяйства, не озаботившись элементарным анализом. Справится ли человек на новом для себя участке? Есть ли у него соответствующие знания и навыки? Такое ощущение, что подобными вопросами руководство не озадачивается. Или если это направление – культура, то сюда можно спихнуть любого неумеху?

– Мотивация у меня простая. Как любой советский гражданин, столкнувшись с несправедливостью, я не отвожу взгляд в сторону. Так меня воспитывали в школе и дома. Британский журналист нагло врал о ситуации в моей стране, и получил заслуженную отповедь. Я не считаю Советский Союз жандармом и тюрьмой народов, как нас пытался выставить это провокатор, – вижу, как «крыса» начала смотреть на меня с удивлением.

Ситуация напоминала человека, который вроде прихлопнул осу. А та вдруг выскочила и ужалила его прямо в глаз. Ничего, я только начал.

– Что касается остальных ваших вопросов, то ответ на них – продолжение уже озвученного. В моих словах не было ничего, что противоречило бы советскому учебнику по новейшей истории. Да, эти знания я получил в школе. А другую часть информации мне довелось читать в газете «Правда». Вы считаете, что гражданин СССР не должен доверять этим источникам?

Дурака я включать умею, недаром уже год варюсь в киношной среде. Я бы и глаза круглые сделал, но не хочется переигрывать. Может, товарищ-идеолог и не ума палата, но нельзя его недооценивать. Есть разница между дерзостью и откровенной издёвкой. Последнее точно не простят. А образ хамоватого бунтаря ко мне уже прилип, вот и будем его отыгрывать. «Крысёныш» смотрел на меня уже совершенно иначе. Подозреваю, что одним врагом у наглого попаданца стало больше. Не привыкли подобные типы проигрывать словесную баталию, особенно на собственном поле. В какашку я макнул его грамотно, но кому надо, всё поняли. Вон Фурцева сидит вся строгая, а глаза светятся от удовольствия. Думаю, контора товарища Суслова хочет контролировать и её епархию. Недаром же замом министра назначили Кузнецова, который как раз представляет «идеологов». Только у нас разные весовые категории, чтобы бодаться с этим всесильным отделом. Надо мне внимательнее следить за словами и эмоциями. Рвётся изнутри что-то такое необузданное и хочется высказать этим слепцам всё в лицо. Так ведь не поймут.

Про машину и интервью я рассказал всё в деталях. Далее меня особо не расспрашивали. Какая-то дамочка, начала было вещать про мои систематические пьянки, но её я отбрил весьма жёстко.

– За две недели во Франции я выпил три бутылки вина и грамм триста виски. Если вы считаете это пьянством, то по новому закону «О борьбе с алкоголизмом и тунеядством», под него можно подвести половину мужского населения страны. Вот скажите, ваш муж разве не употребляет по выходным и праздникам?

Товарищ в юбке начала чего-то бормотать про трезвый образ жизни. Будь у моей жены такая фигура и морда лица, я бы употреблял ежедневно. А мужика реально жалко, ещё и выпить не дают. Этого я, конечно, говорить не стал. Хватит уже на сегодня.

Итог прениям неожиданно подвёл Пельше, не произнёсший до этого ни слова.

– Забыл сообщить, что вся съёмочная группа приглашена на ближайшее мероприятие товарищем Брежневым. Леониду Ильичу очень понравился фильм и игра актёров. Естественно, там должен присутствовать товарищ Мещерский. Предлагаю отпустить молодого человека. А о решении комиссии ему сообщат в рабочем порядке. Надеюсь, он сделает правильные выводы и впредь не допустит подобного поведения.

Шах и мат! Не знаю, чего тянул этот латыш с унылым лицом. Наверняка у него какая-то своя мотивация, связанная с подковёрными играми. Этот раунд он точно выиграл. Только я не обольщаюсь и понимаю, что моя роль – быть разменной монетой. Когда захотят, отправят в утиль и скажут, что так было. Поэтому надо держаться подальше от всех этих разборок.

* * *

– Откуда у вас такие идеи, Алексей? Вы ведь достаточно молоды, а уже предложили несколько неожиданных проектов.

Вы думаете, что после заседания комиссии первой меня вызвала Фурцева? Нет! Министр чего-то выжидает, или у неё есть иные дела. Кстати, итогов работы комиссии и заслуженного наказания или порицания, я жду уже второй день. Первоначальная эйфория, связанная со словами Пельше, уже прошла, и меня опять начали одолевать сомнения. И вдруг звонок из приёмной Месяцева. Бросаю все дела, хватаю сценарии, блокнот и буквально лечу к столь нужному человеку.

Чем импонирует Николай Николаевич, так деловым подходом. Ещё он не строит из себя большого начальника. О панибратстве речи не идёт, но приятно, когда с тобой разговаривают по-человечески. Может, это связано с его работой дипломатом, не знаю. Чаем он меня, конечно, угостил и пару дежурных фраз произнёс. И как-то плавно перешёл к цели нашей встречи. Пара наводящих вопросов, и я сам вывалил практически все свои идеи. По документалке и телесериалу, Месяцев был в курсе. А вот идея с передачей на радио чиновника сильно удивила.

– Всё придумано до нас. На американском радио давно продвигают различные программы в разных форматах. Прямое общение со слушателями – достаточно старое изобретение, – не вижу смысла скрывать, что идея заимствована, – Смысл передачи не только в том, чтобы донести до советских граждан информацию о новинках кинематографа и других направлений искусства, но и выслушать обратную реакцию. Даже если это будет критика и негатив. Я предпочитаю ориентироваться на мнение массового зрителя. Может, кому-то будет неприятно услышать о себе правду, но точно не мне. Заодно это подстегнёт руководство начать делать выводы. Давайте будем откровенными, только наши лучшие фильмы могут конкурировать с западной продукцией. Будь в прокате больше американского и французского кино, на советские картины среднего качества зрители просто перестали бы ходить.

– Вы так категоричны в оценках нашего кинематографа, что это вызывает обоснованные сомнения. Это зависть? Или желание получить право на съёмку чего-то масштабного? – хитро улыбнулся глава «Гостелерадио».

– Свой фильм я всё равно сниму! Да и глупо жаловаться на отсутствие работы. Но сейчас речь о новом проекте. Ведь на радио тоже непочатый край работы. Хотя передачи для детей у нас просто отличные! Да и времени им выделяется прилично! А достаточно большая часть передач для взрослых весьма слабая, и отдаёт формализмом вперемежку с пропагандой. Я же хочу предложить обсуждение культуры с радиослушателями. Надеюсь, что наше руководство не боится мнения собственного народа? Для начала можно делать передачи в записи и отвечать на вопросы, которые люди зададут заранее или пришлют по почте.

Вижу, что меня опять занесло. Будь на месте Месяцева другой функционер, то дальнейшее развитие беседы могло пойти в ином ключе. Но большой начальник отреагировал достаточно спокойно.

– Тяжело с тобой, товарищ Мещерский. И твои слова часто переходят грань разумного. Но если не боишься и действительно болеешь за дело, то это достойно уважения. Только как будет выглядеть ситуация, когда один режиссёр или писатель начнёт критиковать работу коллег? Ведь ты же видишь ведущим себя и кого-то из вашего коллектива?

– Здесь вопрос не в персоналиях, а самой подаче материала и формате передачи. Я просто не вижу сейчас людей, которые способны осуществить мою задумку. На первых порах придётся работать самому, обкатать идеи, исправить ошибки, которые, безусловно, будут. Далее можно отдать проект подготовленным нами ведущим. Ведь мелочей в таком деле нет. Придётся работать даже над манерой говорить. Нынешний архаичный стиль хорош для детей и бабушек. Молодёжь и люди среднего возраста привыкли общаться на совершенно ином языке. Именно такая современная подача должна привлечь внимание. А народ у нас погружён в культурные события, так что сразу последует обратная реакция, – делаю глоток чая, а то совсем пересохло во рту, и продолжаю, – Мы теряем свою публику. Если люди почувствуют, что их мнение важно, то это положительно отразится на стране в целом. Сейчас человек пришёл на партсобрание, выслушал политинформацию или какое-то местечковое решение, равнодушно вытерпел слова докладчиков и тут же забыл, о чём вообще речь. Если ответственные товарищи этого не видят, то совершают большую ошибку. Может, они боятся проявлять инициативу, мне тяжело рассуждать про других людей. Но тысячи писем от зрителей, которым понравился мой фильм, говорят о том, что народ открыт для диалога. Более того, он его ждёт. Мы ведь не собираемся обсуждать политические вопросы. Речь всего лишь об искусстве. Хотя именно эта сфера является колоссальным рычагом влияния на людские умы.

– Давай пока оставим в покое советских граждан, – опять улыбнулся Месяцев, – Только выслушай совет бывалого человека. Лучше поменьше распространяйся о том, что ты мне здесь наговорил. Идею с передачей я обсужу с коллегами и Минкультом. Расскажи лучше про сериал. Как ты всё это представляешь?

М-да. Опять я наплёл лишнего. Благо, собеседник человек действительно прогрессивный и не должен бежать сдавать меня местным опричникам. Хотя Баскаков тоже казался душкой. А, по сути, трус и соглашатель.

– Серия рассказов об Иване Терешко сейчас пользуется просто ажиотажным спросом, – переключаюсь на новую тему, – Можно снять и полнометражный фильм про приключения нашего героя. Но дело в том, что историй о деятельности борца с бандитами очень много. И каждый рассказ хорошо подходит к съёмке пятидесятиминутного или часового фильма. Мы уже завтра можем запускать телесериал в работу. Сценарий первых серий готов. Надо только провести пробы и определиться с местом съёмок. Часть фильма лучше снимать в Белоруссии, где и происходят события. Остальное в павильоне киностудии, дабы не возить множество людей за тысячу километров. Как вариант – снимать на «Беларусьфильме», но тогда мне придётся буквально разорваться.

– А ты хочешь параллельно снимать другое кино? Не многовато ли?

Скепсис Месяцева понятен. Но очень надеюсь на создание творческого объединения. Так легче контролировать процесс, взяв на себя продюсерские функции. Это будет касаться не только кино, но и радио. Примерно это и объясняю собеседнику.

– Я сниму только первые три – четыре серии. Далее передам проект другому режиссёру, оставив себе функции консультанта. Кстати, надо будет ещё согласовывать нашу задумку с МВД и КГБ. Ведь герой ведёт борьбу, в том числе, с разного рода недобитками, которые затаились на территории освобождённой Белоруссии. Но, думаю, мы найдём понимание с этими структурами. Ведь это популяризация их деятельности.

– Как у тебя всё хорошо на словах. Ты хоть понимаешь объём предполагаемых работ и задействованных людей? Ведь потребуются натурные съёмки и массовка. А ещё костюмы, техника и архитектура той эпохи. Если вы будете снимать двадцать серий, то на это уйдёт год или больше.

Я может и не великий режиссёр, но достаточно продвинулся в профессии. Не Месяцеву учить меня, как снимать кино. Если грамотно подготовиться и не испытывать проблем с монтажом, то можно выдавать серию в две-три недели. Мы же не будем снимать пару эпизодов в Белоруссии. Сделаем сразу работу для нескольких серий. Далее возвращаемся в Москву, где уже будут готовы декорации, и снимаем оставшиеся сцены. Если что-то забудем или изменим, то переснять небольшие сценки гораздо легче. Для этого мне и нужно объединение, чтобы никто не трогал поступившую из-за границы технику. Сам процесс съёмок легче, чем дальнейшие работы. Например, озвучку можно делать параллельно с монтажом. Мы так уже работали над «Браком». Просто здесь привыкли к совершенно иному темпу, так как бюджет выделяется государством, и никто не требует от создателей фильма быстрее возвращать деньги. Хотя в моём времени это самое государство кидали все кому не лень. Иногда поражался, что огромные суммы выделялись на откровенную туфту. А потом требовали с режиссёров и продюсеров вернуть потраченное. Или распиленное, кому как удобнее. Но здесь ситуация иная, о чём и сообщаю начальству.

– Никто не мешает нам запустить сериал в прокат. Будем демонстрировать по две серии. А потом уже начнём показ на телевидении. Таким образом, проект окупится, но смотреть его всё равно будут. Народ у нас не избалован подобными зрелищами. Да и не смогут все граждане увидеть фильм в кинотеатрах.

В общем, по сериалу мы практически договорились. Надо будет только согласовать организационные вопросы между «Госкино» и «Гостелерадио». Про радио я больше не заикался. Что касается превращения третьего всесоюзного канала в аналог «National Geographic», то не всё так плохо. Оказывается, идея заинтересовала Фурцеву и некоторых высокопоставленных товарищей. Всё упиралось в технические возможности и финансы. На первых порах это потребует огромных вложений. Только кто мешает зарабатывать на документальных фильмах? Мы как раз хотим прогнать «Рюриковичей» через прокат. Заодно будет информация для анализа. Об этом я и сказал Николай Николаевичу. Тот сделал какие-то пометки в своём ежедневнике. А вот это настроило меня на самый позитивный лад. Кто бы чего ни говорил, но воспитанию и просвещению советское руководство уделяет большое внимание. Это видно по книгам, радио и телевидению. Пусть на мой избалованный взгляд всё выглядит наивно и топорно. Но люди стараются, и думают о развитии своей молодёжи.

* * *

К Фурцевой меня вызвали на следующий день после беседы с Месяцевым. Это такая реакция на мою встречу, или министр была занята? А может, пока не принято окончательное решение по вопросу одного наглого молодчика? Надеюсь, мне всё объяснят.

– Ты Алексей, наверное, в рубашке родился, – усмехнулась министр после положенных приветствий, – Вроде провалился в яму с навозом, а вылез из неё благоухающий розами. Хорошо, что ты сейчас на волне успеха. Только времена бывают разные и тебе могут припомнить сразу всё. Вот зачем ты провоцировал товарища из идеологического отдела? Думаешь, что никто не заметил твоих издёвок? Это Романов может считать тебя просто наглецом. Но другие товарищи посмотрят на твои слова под другим углом.

Некоторое время министр молчала. Я же сидел с каменным лицом и кивал в нужных местах. Кардинально я не изменюсь. Ну, лезет из меня нутро человека XXI века, который просто не может спокойно смотреть на творящийся маразм и лицемерие.

– Решение комиссии заберёшь у Марины, – продолжила свой монолог Фурцева, – Если кратко, то итог заседания следующий. Ты получаешь выговор, радуйся, что не строгий. Твоё поведение признано недостойным советского гражданина. Отповедь журналисту-провокатору, наоборот, комиссией одобрена. Что касается фестиваля, то итоги показа фильма признаны удовлетворительными.

В принципе, мне всё равно. Главное, чтобы не мешали работать. Вернее, для начала позволили заниматься любимым делом. Сам не заметил, как втянулся, а работа начала доставлять удовольствие. Слушаю, чем меня ещё обрадуют.

– Не знаю, чего ты наобещал итальянскому продюсеру, но его визит тоже положительно отразился на решении комиссии. Хотя мне теперь надо думать, как организовать приём важной делегации. Ди Лаурентис фигура известная не только в Италии. Совместная работа с ним может сказаться на советском кинематографе в целом. Учиться надо всегда, даже у капиталистов.

Ага, разбежались! Плевать Дино на Союз и, тем более, наше кино. Ему нужны деньги и известность. Товарищ нацелился на Голливуд, и будет пробовать различные варианты влезть в эту кормушку. Только здесь этого никто не понимает. Не удивлюсь, если отдельные товарищи уже строят на продюсера свои планы. Следующие слова министра подтвердили мою правоту.

– Сам-то понимаешь, что никто не отдаст тебе право работать с европейцами? Здесь уже началось такое броуновское движение, что мне становится страшно. Не знаю, кого будут подключать твои маститые коллеги, но шансов на совместную работу у тебя практически нет. Если сценарий уже написан, то его придётся передать другому режиссёру. И твои пробы комбинированных съёмок тоже.

Такого «подарка» я точно не ожидал. То есть мне надо отдать сценарий и весь отснятый материал, который частично готов к монтажу? Да я лучше сожгу всё нафиг. Пусть потом штрафуют или привлекают к ответственности за ущерб, нанесённый социалистической собственности. Хотя плёнку можно испортить таким образом, что никто не докажет факта вредительства. Про готовый сценарий знает только Зельцер. Моисеич, при своей любви к перестраховкам, точно не сдаст. Здесь можно не переживать. Поэтому я дальше сижу со спокойным видом. А вот Фурцева явно ждала иной реакции.

– Есть ещё две вещи, которые я хотела сообщить. Вопрос по твоей заявке на создание творческого объединения при киностудии имени Горького, будет обсуждаться в ближайшее время. Сейчас формируется специальная комиссия, которая выслушает твой доклад. Тебе опять повезло, что с подобной идеей давно носится Чухрай. И возможное положительное решение по ТО, именно его заслуга. Ты пойдёшь прицепом. Но не это главное.

Лицо министра вдруг стало серьёзным и насквозь официальным.

– Через неделю состоится встреча генерального секретаря ЦК КПСС товарища Брежнева с видными деятелями искусств СССР. Коллектив, принимавший участие в съёмках «Брака по расчёту» приглашён на это ответственное мероприятие.

Не увидев, моей реакции, Фурцева продолжила уже иным тоном.

– Алексей, с одной стороны – это шанс для тебя. Но поверь, лучше не выделяться. Тебе и так выдали много авансов. Дальше думай сам. Только не забывай про пословицу насчёт сумы и тюрьмы. Ты оттоптал мозоли многим товарищам. Про твоих коллег я лучше промолчу, но жалоб на тебя хватает. И если, что-то пойдёт не так, то выкарабкиваться будешь самостоятельно.