Текст книги ""Фантастика 2024-14". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Андрей Астахов

Захожу в знакомый кабинет, здороваюсь и сажусь на указанное место. Быстро оглядываюсь и не нахожу никаких изменений. Стандартная массивная мебель, шкафы с книгами классиков марксизма-ленинизма, тяжёлые шторы и обязательный портрет «дорого Ильича» на стене. Благо, что главный идеолог страны не поддался новомодным веяниям, который можно назвать советским модерном. Я про себя обзывал данное направление – колхоз стайлом. Больше это похоже на неудачную попытку совместить современный стиль со стандартным дизайном кабинета высокопоставленного начальника. Обычно получается какой-то ералаш с импортным журнальным столиком и небольшими креслами в углу, шкафами, заменёнными на легкомысленные полочки или этажерки. Ещё эта нездоровая страсть к жалюзи. Надо признать мою вину в прививании подобного стиля. Но ведь в моём случае речь идёт о нормальном ремонте и современной обстановке. А у чиновников получается ужас.

– Алексей, рад твоему приезду, – по-свойски произнёс Пётр Нилович и тут же лукаво улыбнулся, – А то ходят слухи, что один режиссёр совсем оторвался от действительности, и демонстративно игнорирует советские инстанции низшего звена.

Меня подобными заходами не смутить, поэтому молча жду продолжения. Демичев тут же меняет тон и перестаёт быть похожим на доброго дяденьку.

– Почему, кстати? Ты считаешь себя выше районных партийных организаций или собрания коллектива вышестоящей организации, вызывающих товарища Мещерского на встречу? Есть устоявшиеся правила советского общежития, пусть и неписаные. Чтобы не соблюдать их, у гражданина должна быть веская причина. И райкомы являются основным связующим звеном населения и власти. Они в курсе всех проблем и чаяний простых граждан. Игнорирование вполне стандартных действий партийных комитетов является вызовом. Если не обществу в целом, но какой-то его части. Или так выражается твоё отношение к партии?

Как мне это надоело! Нет, в первые годы пребывания в данной реальности было даже весело. Я находил какое-то нездоровое удовольствие щёлкать по носу ретроградов и паразитов, нарушая сложившуюся систему поведения индивида в подобных ситуациях. Но всему есть свой предел. Тут ворочаешь миллионами и судьбами целых стран, вкладываешь в СССР огромные суммы, при этом без всякой отдачи. Просто занимаешься благотворительностью, при этом приходится постоянно отбиваться от нападок излишне инициативных товарищей. И ладно бы дело касалось более масштабных проектов. Так, ведь группа кретинов привязалась к строительству частного дома.

– Оплачивать мои командировочные и неустойку в валюте перед компанией «Dino de Laurentiis Cinematografica» будет Дзержинский райком или профком «Госкино»? Или выше ведомство выделит нужную сумму? Касаемо райкома, то я беспартийный и давно предупредил партком киностудии, что не собираюсь являться на ковёр по первому требованию местечковых начальников. Если ко мне есть претензии, то пусть пишут в прокуратуру или не мешают работать. Собрание коллектива вышестоящей организации меня в принципе не волнует. Есть коллектив ТО «Прогресс» чьё мнение я всегда готов выслушать и принять к сведению.

Понимаю, что это дерзость, но не могу удержаться. Настроение у меня паршивое и играть в добродушие никто не собирается.

– Хорошо. Оставим этот сколький момент, ибо ты большой мастак уходить от темы, прикрывая всё финансами. Твоя безусловная польза для страны не подлежит сомнению. Только есть несколько насущных вопросов, – спокойно произнёс Демичев, – За последний год на тебя поступило более ста жалоб, включая коллективных, от совершенно разных представителей нашего общества. Основной их мотив – демонстративное игнорирование правил жизни и базовых постулатов советского человека.

Я опять молчу, хотя впечатлён количеством инициативных людей, стоящих на страже советских моральных ценностей. Собеседник же снял очки, протёр уставшие глаза и произнёс.

– Зачем ты провоцируешь людей? Неужели нельзя вести себя более скромно или просто избегать лишних конфликтов? Ведь всё это задевает и меня, как человека, поддерживающего одного излишне беспокойного режиссёра, – Пётр Нилович надел очки, и продолжил более строго, – Мало того, что ты отгрохал самые настоящие хоромы, так ещё и вовсю использовал служебное положение для завоза в СССР импортных стройматериалов, приобретённых за валюту. Далее, ты нанял частным способом несколько бригад рабочих. При этом одна из них не получила положенных денег и была просто выгнана. Дело какое-то мутное и сами строители почему-то отказываются предъявлять претензии. Там только одна из жён подняла бучу и пожаловалась в народный контроль. Кроме этого, при строительстве кооперативных домов происходили массовые нарушения, связанные с поставкой материалов. Предприятия отпускали вам лучшую продукцию. И это только малая часть нарушений. При этом возникает вопрос – зачем мне вообще заниматься подобными разбирательствами?

Ответ на последний вопрос очевиден – люди знают, что Демичев меня поддерживает. Это я молчу про Брежнева, поэтому решили пойти в данном направлении. Всё-таки ЦК и другие высшие инстанции не являются однородной массой. Здесь хватает группировок, и многие решения принимаются коллегиально. Пётр Нилович сидит высоко, но он обязан играть по общим правилам. Даже генсек далеко не диктатор, вынужденный лавировать между партократами, силовиками и производственниками. Вот и здесь, не добившись ничего на низовом уровне, конфликт перевели в иную плоскость, вернее, сферу. Товарищи решили надавить на меня через главного идеолога, предварительно подготовив почву и сократив ему пространство для манёвра. Мол, видишь, чего творит твой протеже!

Строительство домов же стало просто костью в горле у немалого количества ответственных товарищей, деятелей культуры и обычных граждан. Забавно, что при этом мы не нарушали никаких законов. План возведения домов был согласован заранее и кооперативу выделили фонды на получение стройматериалов. Понятно, что здесь подсуетился Каплан, и нам отгружались лучшие кирпичи, арматура, трубы, цемент и далее по списку. Я под страхом увольнения запретил заму давать людям взятки деньгами. При этом мы вовсю использовали подарки в виде западного алкоголя, техники и сувениров. Бутылка «Наполеона» или подарочный вариант зажигалки «Zippo» в данной реальности открывают любые двери. А за плейер «Sony» половина советских граждан продаст душу дьяволу. Поэтому наш кооператив не испытывал никакого дефицита материалов. И нам отгружали только качественную продукцию. С учётом того, что коттедж строил и директор СУ, то контроль за качеством и борьба с хищениями была на высшем уровне.

Кстати, уже более двух лет предприятия РСФСР имеют право перейти на хозрасчёт. В том числе это касается возможности оказывать услуги в частном порядке, с соблюдением закона, конечно. Строительные бригады, доставка грузов, швейные мастерские и даже ряд предприятий общепита сейчас участвуют в эксперименте, который продавил Соломенцев[75]75
  Михаил Сергеевич Соломенцев (1913 – 2008) – советский партийный и государственный деятель. Член Политбюро ЦК КПСС (27 декабря 1983 – 30 сентября 1988), кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС (23 ноября 1971 – 27 декабря 1983). Председатель КПК при ЦК КПСС (1983—1988). Председатель Совета Министров РСФСР (1971—1983).


[Закрыть], оказавшийся весьма прогрессивным человеком. Успех СП и внедрение бригадного хозрасчёта, особенно в сельском хозяйстве, который реанимировал полумёртвую отрасль, подвигли руководство к действиям. С учётом денег, которые я вбухал в строительство заводов по производству мини-техники, устройств для ферм и удобрений, оно немудрено. Зато все эти нехитрые действия оживили экономику и вдохнули в неё новый импульс.

Сейчас реализуется план по жилищному строительству частных домов, называемый в народе «шесть соток». При этом правительство республики в кои веки подошло к реализации задумки грамотно, решив сначала озаботиться созданием инфраструктуры и увеличением производства стройматериалов. Плюс организациям разрешили заключать договора на оказание услуг частникам. В общем, дело пошло. Меня даже больше радует не строительный бум, который накроет страну года через два. Всё-таки пока в эксперименте участвуют несколько областей и автономий. Приятно, что ожило сельское хозяйство и торговля. Людям, наконец, позволили нормально продавать продукты собственного производства, без всяких ограничений, ещё и с возможностью официально нанимать людей. Там всё сложно, но народ у нас инициативный и устал от искусственных препон. Судя по недавней встрече с моим добрым знакомым Флорентьевым, в кои веки сельское хозяйство у нас на подъёме. Но сейчас речь не об этом.

При строительстве дома меня самым наглым образом обокрали. Та самая бригада, получившая частный подряд, решила действовать в лучших традициях СССР. Ребята, особо не заморачиваясь, присвоили импортные инструменты, которые я купил для работ. Самое забавное, что после окончания строительства они бы перешли к ним совершенно бесплатно. Но этого оказалось мало, и рабочие украли импортный кафель, плитку и смеси. Крохоборство это, тупость или обычное хамство, вызванное привычкой нести домой всё, что плохо лежит, не важно. Я решил не миндальничать и действовать двумя путями. Во-первых, после сигнала о факте воровства в милицию сразу было написано заявление. Во-вторых, пришлось использовать ресурсы ГРУ, дабы усилить контроль за ходом следствия.

Дело развивалось стремительно, и результат был получен моментально. Материалы с инструментами мне вернули, людей я уволил, но далее их ждал суд. Ещё и организация-подрядчик получила немалый иск. Наивные пейзане ещё не привыкли к подобным вещам и подмахнули договор, практически не глядя. Нет, отсудить чего-то у государственной организации проблематично, но задаток мне вернули в полном объёме. Ещё инициированная мною проверка стала причиной увольнения руководства СУ с открытием уголовных дел. Как оказалось, нарушений там хватало и без моего дела. Скандал вышел знатным, но в прессе, конечно, не обсуждался. Сразу поползли различные слухи, зато воровать у кооператива перестали. Но жена одного из недоумков никак не успокоится, и строчит на меня жалобы в различные инстанции. Ей бы озаботиться, на что она будет кормить детей, пока муж сидит.

Примерно это, без описания участия «грушников», я и рассказал Демичеву.

– Количество этажей частного дома – личное дело гражданина. Проект прошёл согласование и был утверждён соответствующими инстанциями. Если законом не запрещено, то я имею право строить себе хоть дворец. За каждую вложенную копейку могу отчитаться перед ОБХСС или народным контролем. Это же касается валютных вложений, так как у меня есть официальный счёт в Европе. Закупка материалов, техники и даже наём немецкой бригады, монтировавшей оборудование для бассейна, вписываются в установленные правила, – продолжаю доносить свою правду до собеседника, – Что касается получения более качественных материалов для строительства домов, то вам не кажется странной постановка вопроса?

Демичев недоумённо вскинул брови, поэтому пришлось объяснять.

– Мне кажется, что предприятие априори должно отгружать качественную продукцию. Нас же обвиняют в получении небракованных материалов. Значит, остальные бракованные? Это же форменный бред. Какой смысл производить неликвид, который потребитель вынужден приобретать исключительно из-за дефицита и невозможности получать качественную продукцию. Может, жалобщикам лучше обратить внимание на столь прискорбный факт? – делаю небольшую паузу и ополовиниваю стакан с водой, – В процессе строительства нескольких домов мы столкнулись с изнанкой системы, и она просто пугает. Или властям легче искать врагов в товарище Мещерском и других инициативных гражданах, не желающих жить, как положено?

Демичев снова грустно вздохнул. Мы с ним как-то обсуждали состояние дел в советской экономике. Не надо думать, что идеолога не волную подобные материи. В ЦК тоже понимают опасность сложившейся ситуации. Особенно дело касается трудовой дисциплины, а также качества производимых товаров и оказываемых услуг. При этом реальные шаги по улучшению почему-то не предпринимаются. А инициатива отдельных руководителей республик или союзных ведомств, натыкается на противостояние ретроградов и ряда группировок.

Знаю, какого титанического труда стоило Соломенцеву продавить начало эксперимента. Повезло, что Михаил Сергеевич является принципиальным украинофобом, в открытую противостоит республиканским лобби и не стесняется тянуть одеяло в сторону РСФСР. Его полностью поддерживает «русская» партия в ЦК и руководители большинства крупных предприятий. Успехи последних лет, вызванные немалыми зарубежными инвестициями, подняли авторитет председателя российского Совмина. Именно это и позволило убедить Брежнева с Косыгиным начать эксперименты в некоторых областях. Да и недоброжелатели главы республиканского правительства неожиданно его поддержали, явно желая увидеть крах его замыслов. Или хотели далее воспользоваться чужими наработками уже с учётом всех ошибок, которые сопутствуют любому начинанию.

Только все эти вышиванщики, шпроты и тюбетейкоголовые не учли фактора под названием Мещерский. Уже сейчас в РСФСР работает одиннадцать совместных предприятий. Плюс через НИИ, с которым якобы сотрудничает Анна, а по сути, им руководит, получил немало новейших технологий, которые сейчас внедряются в отечественную промышленность. Вроде элементарные вещи, та же упаковка, но в Союзе просто нет культуры её производства. При этом я сразу дал установку на внедрение экологичных материалов, типа различных вариаций бумаги и других разлагающихся веществ. Будем пробовать избежать наплыва пластика, насколько подобное возможно. Радует, что уже сейчас на Западе внедряются несколько открытий и рацпредложений от наших учёных с инженерами. Далее уже адаптированная технология вернётся в страну.

Супруга увлечена этим направлением и держит руку на пульсе, не давая отдельным индивидам тратить деньги на воздушные замки. Хочешь грант? Значит, подписываешь жёсткий договор и даёшь результат в указанные сроки. Оплата в валюте и дефицитные товары являются отличным стимулом для неизбалованных материальными благами технарей. Мы принципиально ведём дела с низшим звеном советской науки и инженерии, что сразу начало давать результат. Уж больно много паразитов и приспособленцев среди этой публики, дорвавшейся до начальственных кресел. А так заключаешь договор с условным НИИ, определяешь состав группы, обещаешь немного благ директору, и люди спокойно работают. Всё гораздо сложнее, но система функционирует примерно таким образом.

И это только начало. Несмотря на противодействие ряда республиканских лидеров, недовольных перекосом в сторону РСФСР, процесс движется и набирает обороты. Демичев – один из немногих людей, который понимает, благодаря кому в страну идут инвестиции и технологии. Потому он и носится со мной, не давая на растерзание высокопоставленному шакалью.

– Алексей, давай вернёмся к твоему поведению, оставив экономику в покое. Понятно, что никто не имеет права лезть в частную жизнь людей, но есть и исключения. В твоём случае ситуация давно вышла за рамки обычного гражданина, став достоянием общественности. Я не могу вечно игнорировать факты многочисленных жалоб. Ведь речь идёт о целых трудовых коллективах, возмущённых нарушением базовых советских ценностей. Понятно, что это вызвано недавними статьями в прессе. Не знаю, где ты перешёл дорожку товарищу Пастухову, но руководство ВЛКСМ настроено к тебе весьма недоброжелательно.

Здесь как раз никаких загадок нет. Тяжельников, недавно выпнутый с поста министра культуры и отправленный послом в Румынию, ранее был начальником Пастухова. А номенклатура своих не бросает и держится друг за друга. Именно я помог убрать столь неадекватного человека подальше от советской культуры, и умные люди могли сопоставить очевидные факты. Поэтому сразу после увольнения министра и последовали разоблачающие статьи в комсомольской прессе. Ситуацию быстро купировали, но из песни слов не выкинешь. По стране прокатилась волна недовольства «новыми нэпманами» и перерожденцами, как обозвали меня с рядом товарищей.

Думаю, настала пора устроить комсомольцам и их вожаку небольшую трёпку. В отличие от этих любителей я профессионал. А если хорошо проработать план и подключить к делу Капитонову, то можно неплохо отыграться. Ещё наши партократы до дрожи в коленках боятся «вражеских голосов». Значит, начну атаку с Запада, подкинув «борцам за свободу» каких-нибудь жареных подробностей из жизни комсомольских лидеров предпенсионного возраста. Но и со Светочкой надо обязательно встретиться, а то давно не виделись.

– Лёша, просыпайся, – Анна трясёт меня за плечо, выводя из размышлений.

Она, случайно, не колдунья? Уже не первый раз замечаю, как подумаю о других женщинах, так у жены будто включается телепатия. Или я уже совсем загнался и пора отдохнуть? Решено, посижу несколько дней в загородном доме и, кроме леса, никуда ходить не буду.

Тем временем машина подъехала к шлагбауму, рядом с которым был возведён самый настоящий дом, а не какая-то будка. В нём расположилась охрана посёлка, причём в весьма комфортных условиях. К дому были подведены все коммуникации, и кооператив обеспечил работников нормальной обстановкой. На безопасности я решил не экономить, в чём был полностью поддержан другими членами кооператива. В самой лучшей стране мира орудовали целые банды, обносящие зажиточных граждан. У нас уже было две попытки, но после моментальных действий охранников, они более не повторялись. Кроме сидения на посту, ребята постоянно патрулировали территорию с собаками. Вообще здесь всё по-взрослому. Содержание шести сторожей и двух пёсиков обходиться в копеечку, но народ платит и не ворчит. Все понимают, что лучше раз в месяц расставаться с червонцем, чем однажды лишиться дорогих вещей и всех денег.

– Добрый день, Алексей Анатольевич, – к машине подошёл ещё нестарый и крепкий мужчина явно с армейской выправкой.

Оглядев машину, он направился к шлагбауму и начал его поднимать. Под шинами заскрипел снег, и мы въехали на территорию. Кстати, у кооператива есть своё небольшое хозяйство, состоящее из мини-трактора и разнообразной техники, помогающей убирать снег, пилить деревья или вывозить строительный мусор. Я собираюсь здесь жить после возвращения из Италии и устраиваюсь с максимальным комфортом. Наличие собственной базы и СБ тоже стало предметом многочисленных жалоб. Народ ябедничал на охранников и их неправомочные действия, когда всякую шваль и непонятных субъектов перестали пускать в посёлок. Местные привыкли шастать по территории и хватать, что плохо лежит. Здесь же вдруг забор и весьма бдительный караул. А наличие техники возбудило коммунальщиков и ближайший колхоз, привыкших иметь гешефт с уборки снега и хозяйственных работ. Проклятые буржуи, понимаешь, отнимают честный кусок хлеба в виде пузыря, у простых работяг. Ага! Вокруг какое-то общество всеобщего крохоборства и лицемерия, далёкое от описания строителей коммунизма.

Председателем кооператива быстренько сделали меня, потому что Каплан и наш главбух просто устали отбиваться от постоянных вызовов в различные инстанции. Товарищ Мещерский же у нас орденоносец, лауреат, народный артист и вообще работает за рубежом, добывая валюту для страны. Мною удобно прикрываться, игнорируя истерики мелких начальников и партийных вожаков. Может, оттого и столько жалоб, что люди исходят на желчь от бессилия. Кстати, с коммунальщиками у нас замечательные отношения. Поэтому на Новый Год начальников служб вроде «Райгаза», ждут неплохие подарки и продуктовые наборы. Для «Прогресса» это мелочь, а нужным людям приятно. Вот так и живём в обстановке всеобщего лицемерия.

Наконец «Волга» подъехала к воротам, и мы начали десантироваться. Пока я вытаскивал чемоданы, открылась дверь и на улицу вышла тётя Лена.

– Ааааа! – дети врезались в довольную родственницу, которую считали настоящей бабушкой в отличие от весьма суховатой на проявление чувств тёщи.

Мы, кстати, первый раз будем ночевать в новом доме всей семьёй. Всю осень шли отделочные работы, хотя Анина мама с тётей перебрались в особняк сразу, как были готовы их комнаты. Обе дамы с энтузиазмом принялись за обстановку и сад. Надо сказать, что здесь я им полностью доверяю. Ещё и супруга командовала всем процессом по телефону, наговорив какую-то безумную сумму по межгороду.

–Ёлка! Мама, у нас есть своя ёлка! – воскликнул Толик и был сразу поддержан братиком, – Когда мы будем её наряжать? Давайте прямо сейчас.

– Иди в дом непоседа. Сначала покушаем и отдохнём. Новый год через два дня, поэтому завтра утром вместе с папой займётесь ёлкой. Бабушки по вам соскучились, а тебя больше игрушки волнуют, – строго произнесла супруга.

Я же остановился посередине дорожки, ведущей в дом и наслаждением, вдохнул морозный воздух. Двор выглядел просто волшебно под покровом снега. Не зря я сажал, все эти ели, сосны и прочие туи. После многочисленных споров я продавил свой план не портить интерьер фруктовыми деревьями. Сзади дома, где расположены хозяйственные постройки и жильё для обслуги, есть несколько теплиц. Большая же часть участка засажена деревьями, декоративным кустарником и травой. Лучше мы с детьми здесь в футбол будем играть, чем устраивать в собственном доме огород. Для этого есть колхозные рынки, которые в последние два года начали радовать народ ассортиментом и пугать ценами.

А вообще, оно того стоило! Два года непрекращающейся борьбы со стукачами и завистниками подошли к концу. В результате они остались со своей желчью, а у меня есть дом! И ни одна крыса не испортит мне жизнь, потому что я просто перестал обращать на них внимание.