Текст книги ""Фантастика 2024-14". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Андрей Астахов

Соавторы: Анна Рэй,Андрей Еслер,Андрей Болотов,Александр Яманов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 170 (всего у книги 353 страниц)

Глава 20

Орки пришли незваными. Их злой бог Бурхан надоумил безумного мага на Лумее открыть запечатанный портал, ведущий в иной мир «полный богатств». Жаждущий славы первооткрывателя волшебник не подозревал, что по ту сторону открытого прохода между вселенными его поджидают сотни тысяч кровожадных тварей. Мага разорвали на части первым, а за его смертью по Лумее прокатилась волна орочьего нашествия, известная как «Кровавый потоп».

«Современные орки лишь отдаленно напоминают тех необузданных кочевых варваров, которые однажды наводнили королевства первичного мира. Зеленокожие гуманоиды нахватались у разумных рас всяких цивилизованных штучек вроде туалетной бумаги, ношения доспехов и скаллинга, который они переняли у эльфов, приспособив игру в кегли к своим условиям. В целом первобытная дикость и ярость покинули умы этих антропоморфов уже после первых поражений, поставив их перед сложным выбором: воевать со всеми остальными дальше или договариваться и мирно сосуществовать в новом мире.

Большая часть племен остепенилась, осела и стала промышлять мирными делами: разбоем, работорговлей, кражей скота, похищениями с целью получения выкупа и тому подобными шалостями. Часть оседлых орков даже стала наниматься к людям в армии, чему феодалы немало обрадовались, ведь берут зеленокожие за свои услуги недорого, свирепостью в бою отличаются необыкновенной, а выплескивают ее в основном на врагов, если свои под ногами не путаются.

Со временем от этих наемников у человеческих женщин стали рождаться дети, так что нынче полуорком сложно кого-нибудь удивить. Разумеется, у бедных женщин, ставших жертвами обстоятельств и военных действий, никто не спрашивает, хотят ли они ребенка от орка, но это уже совсем другая история. Орки полукровок в свои общины обычно не принимают и презирают, держа их за второй сорт, тогда как гоблинов и людей почитают за сорт третий, а остальные расы считают бракованными. Известные исключения скорее подтверждают общее правило. Если полукровке и удается занять достойное место в племени, то только благодаря уму и умению колдовать, поскольку чистокровные орки к магии почти не способны.

Не все, однако, ушли с тропы войны. Сохранились отдельные племена, обосновавшиеся по большей части в горных районах. Они регулярно устраивают набеги на цивилизованные города и поселения, оставляя после себя только выжженную землю, руины и горы из черепов поверженных врагов. Откуда в них берется эта страсть к разрушению, не могут понять даже их более смирные сородичи. Воинственные орки обычно крупнее своих собратьев, нравы и обычаи у них более жестокие, а их умелые батыры почитаются в общине наравне с богами».

Гарб свернул рукопись «О происхождении видов. Часть первая: орки», подписанную сэром Чериальдом Д’Арвином, любезно предоставленную для изучения коллегой шаманом и сладко потянулся.

– Ну, как? – поинтересовался его мнением молодой полуорк.

Издали парнишку можно было бы спутать с человеком. Для чистокровного орка он был маловат ростом и шириной плеч. Не было у него и характерной для зеленокожих бочкообразной груди и зеленой кожи, но некоторые черты все равно выдавали смешанную кровь. Слишком большая голова с вытянутой вперед челюстью, короткая шея, выступающий широкий нос и мощные надбровные дуги не оставляли в этом сомнений.

Зато одежду юноша предпочитал вполне человеческую: белую шелковую рубашку, свободные холщовые штаны и сандалии на шерстяной носок. Венчала этот наряд серая шерстяная накидка свободного кроя. За все время чтения он не проронил ни слова, внимательно следя за реакцией читателя.

– Достойно, Рэкс, – выразил одобрение Гарб. – Только не пойму, зачем тебе это понадобилось. Хочешь, чтобы тебя убили свои же собратья?

– Ну, – смутился полуорк, – ради науки я готов пойти на жертвы. К тому же убить меня побоятся. Я все-таки шаман и могу наложить проклятье перед смертью, а вот изгнать завсегда смогут. За ними не заржавеет. Хотя, они и читать-то не умеют. Откуда им знать, что я тут пишу?

– Я и сам в некотором роде ученый и почти понимаю тебя, – осторожно поддержал порыв историка гоблин, – но все-таки, уверен ли ты, что твоя работа будет по достоинству оценена и принята? Как мне кажется, те же эльфы и гномы вряд ли станут восторженно отзываться о научном трактате, который симпатизирует их врагам.

– У каждого творения всегда находились пристрастные критики, но история нас рассудит. И потом, Академия в Льонасе уже прислала мне приглашение для выступления с докладом, – высокопарно произнес Рэкс.

– Да, твое выступление произведет фурор, – не без иронии ляпнул Гарб, подумав, что даже появление полуорка в городе обеспечит последнему изрядную долю внимания со стороны эльфийской общественности и особенно стражи.

Полуорк почему-то обиделся до слез, и гоблин принялся утешать гостеприимного хозяина отдельной пещеры со всеми удобствами. Внутрь заглянула подозрительно довольная морда Каввеля, а через долю секунды показался и весь минотавр.

– Все, ребятки, даю на сборы ровно пятнадцать минут, – заявил он, кладя конец невнятным причитаниям и сдавленным всхлипам. – Я договорился с Аггрхом – скоро выступаем на Алвар.

Поведению орочьего шамана он ничуть не удивился, успев привыкнуть к нему за неделю пребывания в лазарете, по совместительству оказавшимся обиталищем полукровки. Первое знакомство минотавра с рыдающим шаманом состоялось, когда Каввель пришел в себя.

– Приветик, меня зовут Рэкс! – радостно известил очнувшегося минотавра шаман. – Я твой лечащий врач.

– Рэкс? – посмаковал имя во рту Каввель, у которого раскалывалась голова и было крайне поганое настроение. – Гномы так собачек называют.

– А у людей так называют королей! – переходя на фальцет, заявил полуорк и расплакался.

С тех пор он регулярно закатывал истерики, которые минотавр вскоре научился игнорировать. Орки же старались не тревожить своего шамана по пустякам, обращаясь к нему только в самых безнадежных случаях, когда без магии или совета духов было не обойтись. Стоило только Рэксу начать всхлипывать и приговаривать, что его никто не ценит и не понимает, как могучих и грозных батыров словно ветром сдувало.

Орки обычно ненавидят любые проявления слабости, но тут терпели изо всех сил. Этому вскоре нашлось объяснение. В один из дней какой-то замешкавшийся проситель на секунду дольше положенного остался в поле зрения плачущего шамана. Рыдания перешли в утробный рев, от Рэкса отделилось туманное облако и, быстро ускоряясь, понеслось за улепетывающим беднягой. Судя по крикам и шипению, оно настигло беглеца всего в нескольких футах от выхода. Спустя пару минут он вполз обратно в пещеру, и полуорк спешно принялся смазывать ожоги, которыми облако щедро наградило незадачливого посетителя.

– Я не специально, это случайно получилось! – лепетал встревоженный шаман.

– Сам виноват, прогневил духов, – попытался вяло улыбнуться зеленокожий, и его обожженная рожа перекосилась от боли.

Тем временем за стенкой раздался гогот.

– Слыхали, Багыр снова нарвался на плаксу. Вот неудачник!

Странный шаман был для племени чем-то вроде талисмана. Его любили несмотря на очевидную слабость, уважали за скрытую в нем силу и побаивались непредсказуемых ее проявлений.

Каввель успел кое-как освоиться и вжиться в роль военного вождя. Обязанности судьи и вожака в мирное время возложил на себя Аггрх как самый сильный и умный из местных. Это попытался оспорить только Бутлур, но быстро получил в качестве доказательства своей неправоты синяк под глазом и смирился.

На плечи минотавра легло тяжкое бремя организации похода. Он не знал ни языка, ни обычаев племени и старался не вляпаться в какой-нибудь конфуз. До сих пор ему активно помогал Рэкс, и Каввель великодушно прощал полуорку постоянные жалобы на все и вся. Последний хоть и казался на первый взгляд бесполезным, очень облегчил новому предводителю вхождение во власть.

Когда тауросу в сопровождении двух шаманов появился на плато перед входом в главную пещеру, вся орочья рать выстроилась в боевом порядке для смотра. Каввель недовольно поморщился, глядя на бестолково переминающихся с ноги на ногу обормотов в кожаных доспехах, трофейных кольчугах, а то и без таковых. Стояли все, естественно, вразнобой, шеренги изгибались под причудливыми углами и порой пересекались. Батыры переругивались, некоторые что-то жевали, в двух местах назревала драка.

Среди матросов Лунного моря было куда больше дисциплины, а пираты Каввеля славились хоть и на редкость свободолюбивым нравом, но мирились с довольно жесткими порядками своего капитана. На море отсутствие слаженности порой стоит жизни. К тому же пиратов сдерживал морской кодекс, а для орков законы вообще не писаны. Минотавр тяжело вздохнул

– Выступаем! – скомандовал он и повернулся к друзьям. – Обойдемся этим сбродом. Думаю, для Алвара хватит и их. А дисциплину я этим дикарям привью, дайте только язык подучить. Опыт у меня богатый, треску мне в глотку.

Командиры по цепочке передали приказ, и нестройная толпа в полтораста морд неспешно побрела в сторону города мертвых. Выглядело удручающе, но впечатление было обманчивым. Отряд свирепых головорезов мог запросто обратить в бегство человеческую армию в несколько раз больше численностью.

Михель, две недели чувствовавший себя овцой в волчьей стае, вздохнул с превеликим облегчением. От участи стать обедом его спас только героизм Каввеля, и монах проникся нескрываемым уважением к гиганту. Но даже сейчас расслабиться не давало наличие неподалеку отряда людоедов, время от времени бросавших на него плотоядные взгляды. Поэтому Михель все время старался держаться поближе к минотавру.

Каввель с решительным видом закинул секиру на плечо и последовал за своей маленькой армией, а монах и шаманы пошли за ним.

– Как думаете, – спросил Михель. – Бурбалка нас бросил или просто потерялся?

– Волнуешься за него? – удивился Гарб. – Мне казалось, вы не очень ладите.

– Не то чтобы... – смутился монах. – Просто я... надо за ним приглядывать. Непутевый он какой-то и натворить может всякого без присмотра.

***

– Эй, Алехандро, мне долго еще тут чалиться? – жалостливо сказал Бурбалка, в очередной раз наткнувшись на стенку кокона.

– Зови меня Сандро! Так солиднее, – потребовал некромант и добавил. – До полного раскрытия твоих секретов.

Призрак шумно вздохнул, а колдун и бровью не повел. Он широким жестом обвел скелетов из личной охраны.

– Нравятся мои творения? Кости очень прочные. Армирование я произвожу по собственной технологии, – с гордостью поведал Сандро. – На самом деле им даже не обязательно носить доспехи, ведь лобная доля черепа любого из них выдерживает рубящий удар двуручного меча! А уж для обычного колюще-режущего инструмента они и вовсе неуязвимы! От боевых молотов пока не защищены, но я над этим работаю. Подумываю заменить кости на адамант, но дворфы не хотят мне столько продать. Ох, доберусь я до них однажды.

Бурбалка рассеянно слушал, стараясь осмыслить произошедшее за последние несколько дней.

Старому мерзавцу явно не хватало чего-то на уровне высшей магии, чтобы всласть поиздеваться над духом. В то же самое время у пленника не было ни малейшей возможности вырваться из удерживающего заклятия. Почти две недели колдун регулярно навещал его в подземелье, куда переместил вместе с коконом.

Каждый раз Сандро пробовал всякие чернокнижные штучки. Терпел неудачу, сквозь зубы чертыхался и уходил в свою башню, чтобы следующей ночью вернуться с очередной порцией трюков. Когда набор фокусов истощился, некромант сменил тактику и перешел к разговорам.

– Знаешь, Антонио, когда ты исчез, учитель поклялся тебя отыскать, – рассказывал повелитель мертвых, – а заодно и того демона, из-за которого стряслась беда. Много лет у Адриана ушло на эксперименты, и он все-таки заманил в свою ловушку того изверга. Учитель к тому времени овладел магией призыва в совершенстве, поэтому демону пришлось несладко. Тварь под пыткой рассказала все, что знала, в обмен на клятву ее отпустить.

– Столько мучений из-за меня, – растрогался Бурбалка.

– Это точно, того не стоило, – сдержанно согласился Сандро. – Мы узнали, что тебя забросило в Умбру. Больше демон ничего не смог рассказать. Сеньор Велмсли всегда держал слово и освободил демона, а потом продолжил поиски.

«Если б ты только знал, учитель, что там нельзя выжить!» – подумал дух, – «Ты бы сразу потерял надежду».

– Впрочем, с порталами у него так ничего и не получилось. Так что спустя несколько неудачных опытов он вернулся к экспериментам с искусством некромантии, надеясь воскресить тебя хотя бы таким образом. Беда, как всегда, подкралась с подветренной стороны. Мы проводили один очень интересный эксперимент. Совмещали обычную некромантию с портальной магией...

Сандро закатил глаза, а на его лице впервые отразилась мука, словно воспоминания были болезненными.

– Это было очень больно, будто душу на части разорвали, зато я получил необыкновенную силу повелевать мертвыми. Адриан хотел повторить результат на себе, но что-то напутал с магическими векторами, и все, кто находился в Алваре в тот момент, неожиданно умерли. Пришлось весьма кстати, знаешь ли, а то нашими опытами уже заинтересовалась городская стража. Раз уж так случилось, я провозгласил себя королем. Старик не возражал, но намекал, что надо бы вернуть все, как было, когда мы попользуемся плодами успехов.

– И че дальше?

– До поры дела шли нормально, а исследования сменяли друг друга. Я наслаждался жизнью и развлекался работой с костями подданных. Так бы все и продолжалось, если бы учитель совсем не постарел. Адриан к тому времени совсем спятил, все твердил, что обязательно надо успеть, запирался подолгу в лаборатории, ставил опыты. Наконец он радостно мне заявил, что у него все готово и пора приступать к заключительной части, то есть к воскрешению города. Я пытался отговорить учителя от его бредней, но он упорствовал, так что пришлось решать вопрос радикально.

– Зачем?! – спросил потрясенный жестокостью бывшего товарища Бурбалка.

– За комодом, – зловеще усмехнулся некромант. – Больше про это не спрашивай.

В бывшем коллеге Антонио жизни оказалось все-таки больше, чем он пытался изобразить. Тщательно скрываемые эмоции то тут, то там вырывались наружу, проявляясь в виде гордости за свою работу, тщеславия, досады от неудач и страха смерти. Дух решил попытаться это использовать в своих интересах.

– Есть у меня один знакомый монах, – обмолвился он где-то на тринадцатый день разговоров. – Он может помочь тебе провести нужный обряд с моим участием.

– Да? – усомнился Сандро. – А с чего это вдруг ты решил мне помочь?

– Предлагаю взаимовыгодную сделку! – без обиняков выпалил Бурбалка. – Ты станешь таким, как я.

– А какая польза от этого тебе? – спросил Сандро. – Ведь ты в результате должен погибнуть. Не умереть и стать зомби, а именно исчезнуть.

– Вот и нет! – ответил призрак, придав голосу побольше убедительности, чтобы колдун не догадался, что он и сам сомневается в исходе ритуала. – Участие монаха должно компенсировать всплеск Тэ за счет большого количества Дэ. Так ты получишь свое, а я верну себе тело.

Глаза Сандро загорелись. Он вскочил и быстро забегал взад-вперед перед темницей.

– Интересная мысль, – сказал он, останавливаясь. – Но монах… С чего ты взял, что он согласится нам помогать. Мое ремесло противно самой сути таких людишек.

– Уговоры я беру на себя.

– Что ж, говори, где взять этого служителя.

– У орков.

– Орк-монах? Смешно! – хрипло рассмеялся некромант.

Бурбалка гулко завыл, заставив собеседника прерваться.

– Он человек и у орков в плену. А еще у них в плену минотавр, который знает тонкости обряда, гоблинский шаман и маг, который поможет магией, если твоей не хватит.

– И давно они в плену у моих беспокойных соседей?

– Их взяли в плен за час до того, как я сюда прилетел, – ответил дух.

– Наверняка их уже съели, – разочарованно протянул Сандро.

– Я знаю этих ребят, они точно не пропали!

– Поскольку мы все равно никуда не торопимся, я всегда могу послать отряд-другой разведчиков узнать, что да как, – более чем разумно согласился колдун, – а ты пока посидишь здесь.

– Придется, – ответил призрак, тем более что ничего другого ему не оставалось.

Глава 21

Вторжение остановили только объединенные силы жителей Лумеи. Пока дворфы отражали атаку за атакой, а боевые машины гномов косили бесчисленные орды зеленокожих, эльфийские маги обратились к темному искусству некромантии. Орков победили их же мертвые сородичи. Только из-за этого дворфы вконец разругались с эльфами, да и сам прекрасный народ разделился на светлых лусидов и темных троу.

Бравый орк-разведчик подбежал к Каввелю и без всяких церемоний принялся докладывать.

– В окрестностях Алвара все спокойно, часовых на башнях не видно, и город выглядит очень тихим и заброшенным.

Аггрх перевел.

– Чую ловушку, – Каввель сосредоточенно почесал нос кончиком секиры. – Разбейте лагерь в половине дневного перехода от города, и часовых поставьте побольше.

Чуть погодя минотавр решил лично проверить посты. К его огорчению, он сразу же наткнулся на вопиющее нарушение дисциплины. Большинство постовых даже не смотрело в нужную сторону.

– Ах вы черти морские! – заорал он в бешенстве.

Орки подобрались при виде опасно краснеющих глаз и на всякий случай вытянулись в струнку.

– Еще раз увижу, под килем про... дьявольщина! Что с вами сделать-то? Повешу на рее, вот!

Минотавр положил секиру на плечо и с удрученным достоинством удалился в штабную землянку. Часовые честно выслушали реплики на малопонятном всеобщем и с чистой совестью вернулись к своим делам: игре в кости, сладкому сну на свежем воздухе и вкусной бодрящей бузе из походных фляжек. Что он, в самом деле? Врагов же все равно не видно. Вот когда будет драка, другое дело.

В землянке его уже поджидали компаньоны и Аггрх с Рэксом.

– Плохо все, – с досадой буркнул тауросу. – Их вообще воевать не учили?

– Отнюдь, – не согласился Аггрх, – Я учил. И это они уже кое-что умеют. Ты бы видел этих дикарей раньше.

Гарб бросил на него любопытствующий взгляд, но орк не стал распространяться.

– Опасаюсь я, – нахмурился Каввель. – Разведке можно доверять?

– Их глазам можно, – Аггрх нехотя кивнул, – а чутью вряд ли. Так что решение насчет лагеря было правильным. Предлагаю выступать на рассвете. До полудня дойдем, а там посмотрим. Если там и правда нежить, то яркое солнце заставит их сидеть по норам.

– Я тоже испытываю смутное и необъяснимое чувство тревоги, – признался Гарб.

– И я, – добавил Рэкс. – Это неспроста. Наши магические способности входят в резонанс с завихрениями в плетении Дэ.

Каввель нахмурился еще больше. Его бычья морда страдальчески скривилась. Второго Гарба я не вынесу, как бы говорила она.

Аггрх и Михель вздрогнули. Признание шаманов явно не добавило им оптимизма.

– Тогда спать, – резюмировал орк и сплюнул на пол.

Все с мрачными рожами поплелись на боковую.

– Вечно эти вещуны напустят туману, – бурчал себе под нос Михель, уходя в свою палатку, – а порядочным людям читай всю ночь мантры, чтобы уснуть.

Впрочем, уже через десять минут от спального места человека донесся богатырский храп, дружно подхваченный большей частью лагеря. Звуки далеко разносились во влажном ночном воздухе, и Каввель обреченно схватился за голову. Спрятать расположение такой стоянки можно разве что от абсолютно глухих и слепых. Оставалось надеяться, что злобный некромант не догадывается об их экспедиции.

Гарб и Рэкс тем временем в своем шалаше попытались установить, куда подевался пропавший призрак. Перепробовав четыре вида гаданий и восемь поисковых заклинаний, Рэкс посмотрел на своего коллегу и отрицательно покачал головой.

– Нет, друг мой, ваш компаньон будто исчез из этого мира, хотя какие-то следы определенно сохранились.

– Зная этого хитрющего морока, не удивлюсь, если он просто открыл портал и переместился в другой мир, бросив нас на орочий произвол, – согласился Гарб, хотя интонации в его голосе говорили скорее о тревоге за судьбу компаньона. – Непутевый он. Точно, как Михель сказал.

– Не переживай, – потрепал гоблина за плечо Рэкс, – найдется.

***

Отряд скелетов почти беззвучно окружил мирно спящий лагерь.

– Что там? – еле слышно спросил командир диверсионной группы.

Длинный кинжал в его белесой руке совсем не дрожал: скелеты не испытывают волнения.

– Дрыхнут почти все, даже часовые, – негромко клацнул зубами вернувшийся лазутчик.

– Шайка даунитос, – презрительно сквозь зубы процедил командир. – Действуйте по плану!

Тридцать воинов, на полированных костях которых плясали отблески пламени бивуачных костров, осторожно прокрались мимо похрапывающих часовых в самое сердце лагеря. Никто даже не заметил присутствия чужаков в охраняемом периметре, пока они сами не устроили переполох. Котелок с водой опрокинулся на оставленный догорать костер полевой кухни.

Сразу стало намного темнее. Сквозь клубы пара к диверсантам вылезла проснувшаяся от шума старая повариха. Огромная орчиха зевнула и обрушила на незваных гостей потоки орочьей ругани. Скелеты попятились от скалки в ее натруженных ручищах и рассредоточились между палаток, сея смерть направо и налево среди заспанных зеленокожих.

Бам! Отскочила от гладкого черепа первая секира.

– Не понял, – успел сказать перед смертью изумленный батыр.

За ним последовали новые удары. Если они и достигали цели, то не причиняли блестящим головам скелетов никакого ущерба. Орочьих воинов с детства учили, что нежить легче всего упокоить, разнеся ей в щепки череп чем-нибудь тяжелым. Отсекать ночи и руки куда сложнее и дольше. В этот раз проверенная тактика не давала нужного результата.

Хаос продолжался минут десять, после чего диверсанты дали деру в противоположную от Алвара сторону. С проклятиями за ними вдогонку бросились все, кто еще был в состоянии стоять на ногах. Погоню возглавил лично Каввель, который совсем не обрадовался, когда полог его палатки откинулся, и костлявая лапа попыталась распылить внутри какой-то порошок. Рефлексы у минотавра сработали на ура, и скелет, прихватив отрубленную конечность, принялся улепетывать, попутно громко поминая нехорошими словами всю родню пирата.

Догнать никого не удалось. Орки вернулись в развороченный лагерь зализывать раны и подсчитывать потери. Тут-то и обнаружилось отсутствие Михеля и Гарба.

– Может, спрятались? – предположил тауросу. – Не бойцы они все-таки. Поищите по кустам в округе, что ли.

Следопыты обшарили все вокруг, но так никого и не нашли. Окончательно все встало на места, когда в шаманском шалаше отыскалось бесчувственное тело Рэкса.

Полуорк долго не желал приходить в себя.

– К нам подбросили сонный порошок, – рассказал он, когда наконец очнулся. – Я почти мгновенно уснул, а Гарба, наверное, похитили.

Минотавр рвал и метал, на этот раз заставив дрожать обычно непробиваемых для упреков орков. Даже Аггрх обеспокоенно начал следить, не краснеют ли глаза у его нового коллеги. К всеобщему облегчению, доводить себя до безумного неистовства военный вождь не стал.

– Как доберемся до Алвара, сразу пойдем на штурм, – с мордой мрачнее тучи сообщил он Аггрху. – Упаси вас ваш бог…

– Бурхан Одноглазый, – услужливо подсказал Рэкс.

– Упаси вас Бурхан струсить, лично убью любого, – пообещал Каввель. – А ты найди способ бороться с прочными скелетами.

Рэкс молча поклонился, уже перебирая в уме, успеет ли он зачаровать оружие для всех, какие ингредиенты ему для этого потребуются и какое заклинание лучше подойдет для борьбы с нежитью.

***

Командир диверсантов сдал трофеи на руки начальнику дворцовой стражи, отсалютовал и отбыл по своим делам. Офицер почесал заостренными фалангами пальцев затылок и собрался было окликнуть парочку подчиненных посмышленей. Переноска «гостей Сеньора» в приготовленные для них апартаменты в подвале – дело деликатное. Недотепы могут уронить, а за испорченных пленников Сандро может буквально снять голову. Вдруг один из захваченных, не человек, пришел в сознание.

– Интересно, это меня в Алвар занесло что ли? – сказал он вслух, обращаясь скорее к самому себе.

– А куда ж еще? – удивился офицер. – Вокруг на десятки миль больше городов нет.

Пленник от неожиданности дернулся, и только веревки удержали его тело на месте.

– Кто это сказал? – дрожащим голосом поинтересовался он, пытаясь обозреть все темные углы замкового двора.

– Я, капитан Рамирес, к вашим услугам, – ответил капитан, чинно кланяясь.

Такая реакция незнакомца его конечно не взбесила, но и не порадовала. Ну, скелет. Ну, разговаривает. Подумаешь! Он не так давно голосящее полупрозрачное облако видел – вот это диво.

– Ты можешь говорить? – вытаращил глаза гоблин на чудо в драном камзоле.

– Могу, конечно! – раздраженно пророкотал скелет.

– Восхитительно! – обрадовался пленник. – Может быть, ты еще и помнишь, кем был при жизни?

– В Алваре любой помнит, кем он был при жизни! – высокомерно отозвался начальник стражи, дивясь простоте собеседника.

– Поразительно! Просто поразительно! Надо будет Рэксу сказать, он про вас трактат написать сможет.

Командир стражи попытался понять, о чем это толкует незнакомец. Не придя к успеху, скелет решил развить предыдущую мысль.

– Мы такими стали по воле Сеньора. Он нам дал бессмертие и может его забрать обратно.

– Сеньора Велмсли?

– Нет, сеньора Велмсли больше нет. Есть только Сеньор Сандро.

– Ага! – подумал Гарб, но вслух произнес совсем другое. – Так, говоришь, вам нравится быть такими?

– Не скажу за всех, – осторожно ответил скелет. – Лично мне уже надоела такая не-жизнь. Сразу-то еще ничего было, а теперь страсть как хочется отведать порцию пинчо моруньо[1] с оливочками под бокальчик Гран Резерва[2] в теплой компании. Все бы отдал за это.

Гоблину страшно захотелось почесать нос, но лапы надежно скрутили за спиной.

– А другие что думают? – уточнил шаман, извиваясь ужом.

– Я к ним в черепушки не залезал, – внезапно огрызнулся офицер. – Заболтал ты меня, а Сеньор уже заждался, небось.

– Так боишься своего Сеньора? – насмешливо хмыкнул Гарб.

– Не боюсь, – доверительным шепотом сообщил скелет, – но ему об этом знать не обязательно.

– Тогда зачем же вы ему служите, если не боитесь? – тоже переходя на шепот, попытался выяснить подробности ловец духов.

Рамирес помедлил с ответом.

– Как сказать, – ответил собеседник, издав звук вздоха. – Сеньор не такой уж плохой господин. Не хуже наместника, который был до него. Даже лучше. Он не душит горожан налогами, мы не болеем, не страдаем от холода, не голодаем, не видим, как наши близкие умирают. Нужно ли что-то менять?

– А как же свобода, которую он у вас украл?

– Свобода? – скелет посмаковал это слово. – А разве мы были свободны до превращения? Королевская прихоть делала любого знатного человека всего лишь игрушкой в руках палача, а каприз дворянина мог обречь простолюдина на нищету или унижение. Даже король не был свободен, потому что им вертели как хотели его фаворитки, а ими их любовники.

– Допустим, что не были. А если вы станете свободными, когда вновь оживете?

– Что ты имеешь в виду? – заинтересовался офицер.

Гарб выдержал драматическую паузу для усиления интриги.

– Над вами не будет короля. В пределах этого города вы сами сможете определять свою судьбу.

– Демокрасья? Звучит заманчиво, – пробормотал начальник стражи, которому такая идея в череп никогда не приходила. – Только вот на пути к свободе есть Сеньор, который не одобрит инсуррексьон.

– А вы просто перестаньте ему подчиняться, – посоветовал шаман.

Скелет совершенно искренне расхохотался.

– Как ты себе это представляешь? Он способен обратить в пыль любого, кто выйдет из повиновения.

– Я могу вам помочь, – спокойно сказал Гарб, как и Бурбалка заметивший светящиеся письмена, сплошным узором покрывающие плиты внутреннего дворика.

Следующие десять минут ушли на описание плана, уточнение подробностей и сроков исполнения. Скелет одобрительно хмыкал, иногда просил объяснить непонятные слова и остался доволен.

– Что ж, карамба, с таким раскладом можно рискнуть, – решил Рамирес.

– Тогда делаем, как договорились.

– Не так быстро, онрадо[3]! – сделал предупредительный жест рукой начальник стражи и в свою очередь поведал, что пленников доставили для очередных экспериментов Сеньора. – Я побаиваюсь этих его чернокнижных штучек.

– Вот как начнет эксперименты на нас ставить, так сразу и приступайте, – сказал Гарб. – Он будет занят и помешать вам не успеет.

***

Сандро принял офицера с докладом. Обычно бесстрастное лицо некроманта исказилось от гнева, когда он узнал, об отсутствии минотавра среди пленников. Немного погодя он поразмыслил и пришел к выводу, что ключевым персонажем все-таки является монах, поэтому обряд вряд ли сорвется даже без консультации специалиста.

Сандро спустился в подземелье и осмотрел пленников. Их состояние показалось колдуну удовлетворительным. Человек и гоблин должны были очнуться от действия порошка с минуты на минуту.

– Ладно, пока подготовьте лабораторию, принесите из кладовки ингредиенты номер восемь, двенадцать и сорок четыре. Помещение должно быть опечатано. Охрана внутри и снаружи, – принялся раздавать он указания, а затем вернулся на верхние этажи.

Бурбалка оживился, когда стража внесла Михеля и Гарба в соседние камеры. Однако проникнуть к ним не удалось: удерживающий магический кокон сузился до размеров застенка и не давал выйти наружу. Раньше Сандро позволял призраку свободно летать по всему подземелью, но сейчас, видимо, решил исключить преждевременное общение участников предстоящего магического действа. Кокон не позволял даже заглянуть к друзьям, оставляя узника биться о стены темницы в бессилии. Он не мог убедиться, что с компаньонами все в порядке, и это удручало.

По коридору между камерами туда-сюда деловито сновали подручные некроманта. Бесчисленные коробки в их руках подсказывали, что повелитель мертвых серьезно подходит к процессу своего превращения в новую форму. Бурбалка мысленно улыбнулся, предвкушая зрелище вытянувшейся физиономии своего бывшего напарника после завершения обряда не совсем по плану. Когда дух объяснял Сандро, какие действия необходимо совершить для проведения ритуала, то совершенно случайно «забыл» упомянуть некоторые детали.

Например, некромант мог неожиданно исчерпать запасы магической энергии, что неминуемо привело бы к его гибели. Результат обряда тоже мог оказаться непредсказуемым. Это Бурбалка знал в теории и очень сомневался, что на практике получится как-то иначе. Конечно, Сандро всегда мог проверить слова призрака по книгам, если бы у черного мага нашлось для этого хоть немного времени.