Текст книги ""Фантастика 2024-14". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Андрей Астахов

Соавторы: Анна Рэй,Андрей Еслер,Андрей Болотов,Александр Яманов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 183 (всего у книги 353 страниц)

Глава 4

«Нет ничего скучнее стабильности. Полнейшая непредсказуемость – вот что отличает нас пуутов от остальных существ».

– Хиенна Огненная

Анделефт поклонился, скрывая злорадную улыбку, так некстати решившую появиться на губах.

– Бунт, повелитель, – произнес он так буднично, словно мятежи случались в Себатуне едва ли не каждый цикл.

– Немыслимо! – только и смог воскликнуть ошарашенный тиран, даже забыв плюнуть в секретаря ядом.

Вечная война с пуутами редко докатывалась даже до второго круга, поэтому укрепления в Ме’дине отсутствовали напрочь. Бессмысленно тратить камень и силы строителей на стены, если врагов тут все равно нет и не должно быть.

– Да, мой тиран, они нарушают закон, запрещающий восстания. Самый старый, за нарушение которого полагается уничтожение.

Аршидук всегда слишком полагался на несокрушимость своих файлаков[1], чтобы опасаться любых угроз и посерел от страха.

– Основные силы же сейчас в первом круге?

– Да, Ваша Светлость, по приказу Люцифера. Там ожидается массированное наступление пуутов, и мы не осмелились в этот раз ослушаться и не отправить файлаки. Осталась только гвардия, да с десяток отрядов омони с дубинками для поддержания порядка.

Лугриал-Зевув нервно дернул хвостом, едва не скатившись с трона по инерции.

– Это точно не пууты нашли неучтенный портал? – в панике закричал он. – Отвечай, живо!

– Нет, повелитель, – еще раз поклонился Анделефт, – наши извечные враги все так же стучатся в хорошо запертую дверь. Разведка донесла совершенно точно: взбунтовались строители. Идеальные улицы совершенного города в опасности, мой господин.

– Много их? – машинально слизнул мух с бровей верховный собрат.

– По самым оптимистичным оценкам, восставшие численно превосходят доступные нам войска раз в сто. Но более вероятно, что в в тысячу. У них, конечно, из доспехов только лохмотья да строительный инвентарь в качестве оружия. Гвардейцы хорошо обучены, у них к тому же зачарованные доспехи и огненные мечи, но...

– Что но? – не удержался от плевка Лугриал-Зевув.

Анделефт неуловимо для глаз гигантского слизня переместился на шаг в сторону, и ядовитый зеленый ком снова плюхнулся на мрамор.

– Как вы знаете, по правилам ведения войны, следует выстроить армию в поле. При таком соотношении сил гвардию там просто окружат и сомнут. Было бы разумно вести оборонительные городские бои, медленно отступать и наносить восставшим максимальный урон, вымотать, нанести внезапный удар из засады, рассеять и добивать уже по частям... но это будет нарушением закона.

Секретарь хитро прищурился, а слизень утробно заворчал.

– Ты на что меня подбиваешь, негодяй? – завопил он. – Не бывать этому! Есть же еще я! Я сильнейший колдун во всем Эльжахиме, да я их в лаву закатаю!

– Как будет угодно Вашей Светлости. Хотя я бы послал за подмогой в Ситадун или Хамсатун.

– Ну их, этих братьев, – проворчал аршидук. – Еще чего доброго захотят меня свергнуть. Сами справимся. Начнем сражение завтра утром. Так и передай мятежникам: ночные нападения против правил. Думаю, они не осмелятся атаковать в темноте.

***

Тем временем компаньоны искали проводника до Ме’дина, даже не догадываясь о событиях, невольной причиной которых они стали.

Пришлось вернуться в Мек’ан. За его пределами живые существа при встрече сразу норовили пустить в ход зубы, когти, шипы и прочие подручные средства для разделки мяса либо в панике убегали.

– Эй ты! Стой, кому говорят! Да стой же! – в который раз попытался остановить прохожего жахани Михель.

Дьявол, шедший до этого с понуро опущенной головой, поднял глаза на группу незнакомцев, увидел исполинского гоблина и бросился наутек.

– Мне одному кажется, что для успеха операции «Проводник» нам нужно кое-кого спрятать? – поскреб пятерней затылок Адинук. – Они же разбегаются во все стороны, как голуби от крокодила!

– У меня есть похожая идея, – предложил Михель. – Оставим Гарба в закоулке, а дьяволов погоним на него.

Шаман в ответ сдержанно хмыкнул, сразу представив реакцию загнанных в угол жахани.

– Не думаю, что это хорошая мысль, – возразил он.

– Тогда озвучь нам свой гениальный план! – насмешливо потребовал Аггрх. – У нас уже истощился запас охотничьих трюков – жахани на них не ведутся.

– Минутку, – сказал гоблин, – на основании имеющихся для анализа данных поспешная оценка ситуации приведет к неоднозначному умозаключению с излишне высоким уровнем погрешности…

Адинук, Бурбалка и Хиенна уставились на Гарба с одинаковыми гримасами. Неужели действительно так трудно говорить нормально?

– О! – поднял вверх когтистый палец шаман, не закончив предыдущее предложение.

Тот же палец нацелился за спины компаньонов. Они обернулись и увидели в отдалении с десяток высоких гоблинов, как две капли воды похожих на Гарба. Копии были даже выше оригинала и каждая потрясала копией посоха. С их стороны донеслись крики ужаса, а через несколько секунд показалось сразу трое вприпрыжку бегущих и двое низколетящих дьяволов.

– Выбирайте, – улыбнулся ловец духов, радостно обнажая верхние клыки.

Иллюзии отрезали перепуганным жахани все пути к отступлению и оставили только один свободный маршрут – прямо к поджидающим их друзьям. Пятерка дьяволов явно вознамерилась поставить рекорд Эльжахима по скорости, но с заданием справился только один: остальные при виде компаньонов позорно затормозили и бухнулись на колени, воздев руки к багровому небу. Последний оказался достаточно опрометчивым. Он выставил вперед лоб, увенчанный мощным роговым выступом, и бросился в атаку.

Его наступательный порыв охладил Адинук, аккуратно всадивший рогоносцу по стреле в каждую коленную чашечку. Хиенна одобрительно потрепала темного эльфа по плечу и сразу поймала на себе ревнивый взгляд орка и неодобрительный Михеля.

– Бихает туяни иилля альабад фи альсальсистия! – лежащий на мостовой дьявол так громко проклинал все и вся, что компаньоны сочли за лучшее вообще к нему не приближаться.

Обогнув изрыгающее хулу тело по длинной дуге, Гарб с товарищами осторожно подошел к трясущейся от страха четверке жахани-рекордсменов.

– А не подскажете ли нам, досточтимые, как попасть в стольный град сей местности? – как можно вежливее и дружелюбнее спросил Гарб, отчего-то убежденный, что устаревшие выражения будут для жахани понятнее.

Дьяволы задрожали еще сильнее, всем своим видом выражая покорность, но явно не понимая ни слова.

– Ты что-нибудь усек? Чего хотят эти страшилища? – мысленно спросил один краснокожий горожанин у другого.

Общение между ними шло безмолвно, но с мимикой жахани совладать не могли. Выглядело это со стороны довольно забавно. Каждый молча шевелил губами, корча гримасы.

– Я думаю, они спросили дорогу к музею Люцифера, – неуверенно ответил второй.

– Да нет же! – мысленно возразил ему третий. – Они, верно, обелиск Великой сафарской заварухи ищут! Все туристы туда идут.

– Как же вы тупоголовы, собратья! – рассмеялся четвертый. – Они говорили про то, что град уже пора сеять и что-то про пропасть. Не пойму только, зачем им сеять град в пропасть. Может, это такая метафора про Бездну? С ними беглая пуутка, надо быть осторожнее.

Между тем шаман, не дождавшись устного ответа, стал нервничать. Посох в его лапах начал постукивать по мостовой, высекая из камня голубоватые искорки при каждом прикосновении. Жахани беспокойно переглянулись и затараторили что-то на своем языке.

– Кто-нибудь понимает эту трескотню? – беспомощно обратился Гарб к компаньонам. – А то я их сейчас бить буду, чтобы они начали правильно пользоваться передачей мыслей.

– Никого бить не надо, дорогуша! – виляя бедрами, прошла мимо шамана суккуба. – Только высшие из этих тварей способны общаться с другими расами без переводчиков.

Дьяволы сжались при ее приближении в комок. Демонесса оглядела группку, выбрала одного жахани, вцепилась ему в горло и рывком приподняла над землей. Ее чуть прищуренные темно-зеленые глаза, казалось, могли бы просверлить дыру в черепе незадачливого бегуна. Странное это было зрелище: довольно хрупкая с виду девушка ростом едва ли выше Адинука одной рукой держала на весу восьмифутового здоровяка. Ноги бедняги остались на земле, но он не рискнул на них опереться, предпочитая задыхаться.

– Говори словами, только чуть медленнее, – рявкнула девушка на его родном наречии.

Дьявол снова затараторил, но после очередной встряски стал аккуратно выговаривать слова.

– Он говорит, – сообщила Хиенна, – что нам нужно идти очень долго и далеко.

Суккуба поморщилась, словно ей не очень понравился такой ответ, еще раз легонько встряхнула жертву, что-то отрывисто сказала и разжала руку.

– Сейчас он окажет нам любезность и продьяволстрирует, как открыть портал прямо в приемную аршидука, чтобы мы могли сэкономить время. Жахани бывают очень понятливыми, когда обещаешь сохранить им жизнь.

Дьявол плюхнулся на мостовую и отчаянно глотал смрадный воздух Мек’ана. Под тяжелым взглядом Хиенны он быстренько подобрался и начал выделывать пассы когтистыми руками. Воздух вокруг жахани сгустился и спустя пять секунд превратился в растущую портальную воронку. Когда окно окончательно оформилось и засияло зловещим красным светом, дьявол приглашающее махнул в его сторону и низко поклонился.

– Ага, конечно! – нахмурила тонкие брови демонесса. – Сначала ты туда залезь, милок. Сам прыгнешь, или тебе помочь?

Жахани попятился. Хиенна ловко схватила его за шкирку и швырнула в портал. Раздался негромкий хлопок, и воронка «выплюнула» обугленные останки.

– Доступ запрещен! Назовите пароль! – издевательски грянуло из пространственного перехода на гадусе, прежде чем воронка схлопнулась с тихим шипением.

Демонесса пристально посмотрела на оставшихся дьяволов. Все трое, не сговариваясь, вскочили на ноги и в считанные секунды сообща сотворили другой портал. Хиенна молча указала на воронку. Жахани переглянулись. Два щуплых летуна забили кожистыми крыльями, вцепились мертвой хваткой в бескрылого собрата и, проигнорировав его протесты, запихнули в окно.

Суккуба убедилась, что этот портал угрозы не представляет и позвала:

– Мальчики, вперед!

Компаньоны не стали медлить и один за другим нырнули навстречу новым приключениям. Хиенна повернулась к радостно скалящимся дьяволам, и улыбки мгновенно сползли с их уродливых лиц.

– Я хочу есть! – прорычала демонесса, не сводя глаз с добычи.

Два крылатых создания заверещали от ужаса и попытались взлететь, когда на них набросилась суккуба в своем истинном обличье.

– Ты же обещала сохранить нам жизнь! – пискнул один перед тем, как длинные пальцы с острыми словно бритва когтями пробили ему грудь.

– А тебя разве не учили, крошка, что пуутам верить нельзя? – хрипло рассмеялась демоническая тварь, сворачивая шею второму летуну.

Насытившись, Хиенна добила рогача с пробитыми коленками. Затем брезгливо вытерла окровавленные руки об одежду дьяволов, утерла излишки крови с лица кружевным платочком, позаимствованным из карманов одной из жертв, и прыгнула в портал вслед за своими любимыми смертными. Обольстительный облик вернулся сам собой.

[1] Файлак – легион, файлакир – легионер (гад.)

Глава 5

Если стал наковальней – терпи; если стал молотом – бей.

Эльжахимская пословица

Лугриал-Зевув не принимал участия в сражениях уже лет восемьсот по летоисчислению Лумеи, поэтому облачить в доспехи его разжиревшее за столь долгое время тело прислужники не смогли. Аршидук стойко терпел пытку одеванием целых два часа. Он мог бы выдержать еще немного, но слуги начали терять сознание от невыносимой вони, издаваемой телом суверена. В итоге аршидук плюнул и наколдовал на себя магический щит, способный отразить любую угрозу.

– Проклятые смертные! – погрозил он своим тщедушным кулачком куда-то в сторону.

К этому моменту шпионы успели донести о причине восстания.

– Те самые смертные, Ваша Светлость, – писклявым голосом сообщил мелкий крылатый жахани. – Рабочие увидели их предводителя и пришли в неистовство. Помните ли вы то глупое древнее пророчество об избавителе?

– Воистину глупое, – зарычал слизень. – Про посланца самого Део, будь проклято его имя, который сойдет в Эльжахим. И будет сей ангел огромен ростом, непомерно могуч, наделен небывалой волшебной силой и явится, дабы вырвать народы жахани из пучины порока и вернуть их в лоно Создателя. Чушь, конечно же!

– Ваша Светлость, вы только что описали предводителя смертных. Я сам видел. И у него в руках очень могучий волшебный посох.

– Прочь! – захлебываясь слюной и вездесущими мухами, закричал Лугриал-Зевув.

Этого еще не хватало. Део не мог... он же не вмешивается в дела миров. Или мог?

– Вы мне за это заплатите! – принялся накручивать сам себя аршидук, считая ярость полезным подспорьем в бою.

К тому же солдаты внимательно следили за повелителем, а напускная злоба скрывала страх.

«Вот подавлю мятеж и поймаю этого посланца, кто бы его ни послал», – подумал Лугриал-Зевув. – «Тела у смертных нежные, но я постараюсь продлить его мучения».

– Выступаем! – скомандовал он командиру гвардии.

Приказ пошел по цепочке от старших офицеров к младшим, и стройные шеренги в тускло мерцающих серебром доспехах тронулись. Их вид и слаженность были настолько прекрасны, что Лугриал-Зевув прослезился. Вместе с ним прослезились и все телохранители, хотя слезы из их глаз вышибала невыносимая вонь.

Сразу за пределами столицы полки аршидука узрели не менее ровные шеренги восставших.

– Какие молодцы, – на секунду умилился тиран. – Сохраняют порядок, даже во время бунта. Что значит, против природы не попрешь.

И все же он быстро отмахнулся от подобных мыслей. Битва обещала быть жаркой.

Мятежники увидели свое численное превосходство и разразились радостными криками.

– Хвала небесам! – раздался совершенно неуместный в Эльжахиме их боевой клич.

Не веря своей удаче, бунтовщики немедленно бросились в атаку.

– Каре! – коротко приказал аршидук.

Гвардейцы выстроились квадратом вокруг своего повелителя, чтобы отражать атаки со всех сторон. Более легкие подразделения разместились по бокам для поддержки.

– Метательные орудия здесь, – скомандовал слизень.

Первая же волна атакующих обратила вспомогательные отряды в бегство. Легковооруженные стражи порядка всегда отличались храбростью только против слабого, безоружного и малочисленного противника. Орды озверевших строителей вызвали в их рядах панику.

– Ура! Хвала посланцу Део!

Тела строителей защищали только лохмотья, а оружием им служил разный строительный инвентарь. Зато свирепости им было не занимать. Глаза бунтовщиков сверкали религиозным фанатизмом. Опьяненные первым успехом, они бросились на гвардейцев.

– Трусы! Сгною! – прокричал вслед бегущим омони верховный собрат, переключая свое внимание на восставших.

Боец из Лугриал-Зевува в его нынешнем облике был неважный: в ближнем бою он мог разве что задавить противника массой да одурманить запахом тела. Зато как магу в Эльжахиме ему могли противостоять только правители других кругов, и то далеко не все. Только на это, пожалуй, и надеялся аршидук.

– Держите оборону! – отдал он приказ. – Мне нужно время на заклинания. Стоять насмерть!

Метательные машины отправили в полет первые огромные булыжники. Они со страшным грохотом начали падать в тесные ряды строителей, одинаково плюща тела и желтые каски. Раздались первые предсмертные стоны, тут же заглушенные ревом тысяч глоток, жаждущих мести. В дело вступили зачарованные мечи. Волшебная сталь легко перерубала любую преграду. Взмах – и нет врага, в доспехе он или без. Но враг был не один. На место павшего тут же вставало двое. Ряды гвардейцев подались назад. В плотном строю для обороны больше бы сгодились копья, но в арсенале их не оказалось. По злому умыслу или нет, сейчас было не до выяснений.

Строители наседали. Они прыгали на гвардейцев всем телом, давили массой, вырывали из рук волшебное оружие и валили на землю. Еще мгновение, и все должно было кончиться их победой.

– Получайте, мерзавцы!

Лугриал-Зевув закончил приготовления и пустил поверх голов гвардии огненную волну, затем метнул с десяток ледяных глыб, обрушил на головы атакующих метеоритный дождь и несколько молний, оставив на закуску парализующий ядовитый шквал. Он изрядно опустошил свой резерв Дэ, но такое количество заклинаний не могло не уничтожить все живое вокруг.

– Что, съели? – заорал аршидук в окутавшую поле боя дымку и с ужасом услышал нарастающий злобный вопль тысяч дьявольских глоток.

Аршидук в испуге изменил цвет с темно-серого на бледно-желтый: магия не сработала. Это невозможно, если у восставших нет…

– Щит поглощения! – забился в истерике огромный слизняк. – Мерзавцы! Какая подлость! Но как сумели?

Передние ряды верных Лугриал-Зевуву отрядов дрогнули. Напирающие враги смяли остатки сопротивления.

– Будьте вы прокляты! – в отчаянии вскричал аршидук и нырнул в раскрывшуюся рядом воронку, оставив верные войска на произвол судьбы и победителей.

***

Первым из портала выбрался Каввель и обнаружил себя в гуще мертвых тел. Густая пылевая завеса скрывала все вокруг. Здоровое ухо уловило гул сражения где-то поблизости. Крики, звон мечей и доспехов, хрипы и стоны слились в единое целое и прозвучали музыкой для минотавра.

– Лопни моя селезенка! А ведь тут тоже умеют веселиться! – удивился он.

Вскоре появились и остальные компаньоны за исключением Хиенны.

– Чувствую сильную магию! – сообщил Адинук.

– Дьявольскую, – подтвердил Михель.

– Кажется, кто-то плетет чрезвычайно мощные боевые заклинания, – добавил с тревогой Гарб.

– Не попасть бы под раздачу, – прошептал Антонио, пытаясь рассмотреть опасность в густой пелене.

Аггрх молча указал на просвет, образовавшийся в пыли. Прежде чем марево снова закрыло обзор, друзья успели заметить самую гущу кровавой схватки, из центра которой от огромного дьявольского слизня отделилась стена огня. Пламя неестественного синего цвета с ревом набрало скорость и устремилось прямо в сторону компаньонов.

– Гарб, щит! – потребовал Бурбалка.

Шаман печально покачал головой и поджал губы. Заклинание он ощутил даже не внутренним зрением. Магия ощущалась всем телом! Такую силу никакой на свете щит удержать бы не смог. Огонь приближался, уничтожая на своем пути все живое. Дьяволы, попавшие под обжигающую волну, на секунду вспыхивали и моментально сгорали, а черный песок тут же спекался в непрозрачное стекло.

Ревущая стена неотвратимо неслась на друзей, заставив побледнеть даже неустрашимого орка. Спасения не было: чем дальше пламенный вихрь удалялся от своего источника, тем шире он становился. Все звуки исчезли, уступив место оглушающему завыванию разбушевавшейся стихии.

В последний момент посох затанцевал в лапах гоблина, напоминая, что прямо-таки создан для подобных случаев. Гарб вышел из ступора и принялся неистово молиться своей богине.

Раз – и посох ударился о землю, два – и наступила тишина, не менее ошеломительная, чем недавний рев адского пламени, три – и безмолвие вспорол крик, доносящийся, казалось, со всех сторон.

***

– А что стряслось, почему все такие бледненькие? – раздался позади звонкий женский голос.

– Мы это, кажется, опять куда-то вляпались, – ответил за всех Антонио.

Хиенна быстро осмотрелась и согласно хихикнула. Ее тонкие пальчики потеребили шероховатую кожаную поверхность невесть откуда взявшегося свернутого кнута.

Гарб был готов поклясться, что с оружия на землю соскользнула капля крови.

– Знаете что, мальчики? Вы самое лучшее из того, что со мной случалось за целую вечность, – призналась демонесса. – С вами так здорово! Ой, а что там такое?

«Такое» оказалось взводом плечистых строителей в рваных робах и непременных желтых касках, прочесывающих местность в поисках недобитых солдат тирана. Завидев гоблина, они, подозрительно косясь на демонессу, упали на колени. От группы отделился самый крупный жахани, подполз поближе и простерся ниц.

– Освободитель, ты все же пришел! Пророчество свершилось! Приказывай своим недостойным слугам! – завопил он, тряся в такт произносимым словам головой, на которой вместо обычного носа красовалось почти свиное рыло с красной кожей, изъеденной крупными с подушечку пальца орка язвами.

– Так ты у них главный? – недоверчиво воскликнула Хиенна. – Какой кошмар!

– Господин, дозволь, мы разорвем эту мерзопакостную тварь!

Суккуба в ответ зашипела и принялась разматывать кнут. Дьяволы повскакивали с колен и зарычали, хватаясь за лопаты и кувалды, которые использовали вместо оружия. Гарб предупредительно постучал посохом по песку, намекая на отсутствие перспектив у любых попыток насилия.

– Всем стоять! – прикрикнул он на жахани. – Ты тоже не дергайся!

Хиенна обиженно скривила губки и пошла искать утешения у Аггрха. Орк с готовностью распахнул объятия и начал успокаивающе гладить демонессу по голове, показав Адинуку и Михелю язык. Бард белозубо улыбнулся, а Михель невозмутимо пожал плечами.

– Не желает ли повелитель вступить в побежденный город? – как ни в чем ни бывало задал вопрос дьявол.

– Желает, – сказал шаман, – повелителю надо встретиться с аршидуком.

Жахани закивали, и их физиономии засветились от счастья.

– Да, господин. Как только этого жирного червяка поймают, вы сможете его съесть. Как прикажете приготовить?

– Погодите, мне надо посовещаться, – опешил гоблин.

Он быстро отошел с компаньонами в сторонку.

– Я был прав? – тихо спросил Антонио, когда они ушли на достаточное расстояние.

– Правее некуда, – угрюмо откликнулся ловец духов, – вляпались мы по уши. Они всерьез считают, что я исполнил какое-то пророчество.

– И что будем делать? – поинтересовался Аггрх.

– Может, пока сделаем вид, будто ты и правда освободитель? – предложил Каввель.

– Думаю, стоит воспользоваться ситуацией с целью получения доступа к нужной нам информации, – согласился Гарб, – но мне хотелось бы услышать мнение каждого, потому что все мы находимся под угрозой.

– Сгоняем во дворец! – воскликнул Адинук. – Когда еще узнаем, как живут верховные дьяволы?

Остальных тоже терзало любопытство. Правда, Михель в который раз пробурчал что-то про обитель зла. В этот раз его услышала только Хиенна. Суккуба она погрустнела и промолчала, как будто соглашаясь с мнением человека.

***

Если бы молодому гоблинскому шаману всего несколько месяцев назад кто-нибудь сказал, что ему предстоит войти в столицу одного из кругов Ада в качестве руководящей морды, он бы в ответ покрутил пальцем у виска. А теперь Гарбу пришлось ускоренно вживаться в роль повелителя, пока дьяволы не заподозрили, что он вовсе не тот, за кого его принимают. Примерять на себя новую роль оказалось непросто.

Гордость начала переполнять гоблина.

– Ты простой смертный, обычный шаман, – начал напоминать он сам себе, чтобы совсем уж не возгордиться.

Чувство приятно грело изнутри. Никогда до сей поры Гарб не мечтал о таких почестях. К тому же впервые посох сработал так, как Гарб задумал. Это тоже поднимало настроение, но оставляло место для тревоги: не было ли побочных эффектов и разрушений.

Жахани устроили из обычной пешей прогулки настоящее торжество: трупы врагов быстро убрали. Скорее всего, их просто съели, что по местным меркам считалось равносильным уборке. На фонарных столбах развесили флаги с изображениями нового вождя.

– Даже не вздумайте выяснять, из чего их сшили, – предупредила Хиенна, заставив смертных поежиться.

Прямо на входе в город компаньоны увидели целую толпу пленников. Некоторые униженно лобзали пыль, по которой предстояло пройти новому повелителю, но далеко не все. Гвардейцы все в тех же серебристых зачарованных доспехах, но уже без шлемов, держались гордо. Среди них преобладал мужской пол, хотя встречались и женщины, отличающиеся большим изяществом и гневным выражением черных глаз. Руки и тех, и других были стянуты ремнями за спиной.

Несколько омони в черных кожаных доспехах валялись на земле. С этими, похоже, обращались не так уважительно. Лица многих из них украшали синяки и кровоподтеки. Отметины на красной коже не слишком хорошо заметны, но такие все же выделялись. Легконогий Адинук, успевший побывать в Ме’дине и разузнать что к чему, шепнул Гарбу:

– Тут ждут, что ты прикажешь казнить пленных. Почему-то не хотят никого убивать без твоего соизволения. Решать тебе, но я бы с этим не медлил.

Это тоже случилось с ним впервые. Шаману никогда прежде не приходилось решать, жить кому-то или умереть. Дьяволы, конечно, мало заслуживают милосердия, но все же Гарб недавно стал жрецом доброй богини, которая вряд ли одобрит казнь невиновных.

– А нельзя их как-то помиловать? – спросил гоблин, замедляя шаг.

– Можно, – ответил темный эльф, – только их все равно надо наказать, а для этого их придется разжаловать.

– Так это просто! – обрадовался шаман.

– Если бы! – мотнул головой бард. – Их надо не просто понизить в должности – это было бы слишком легко. Нужно понизить их в статусе – магией или как там это делается. Для них это равносильно смерти, потому что они забудут, кем были до трансформации. Помнишь те ходячие куски мяса, которые на нас напали после появления в Аду? Это то, во что их надо превратить.

Гарба передернуло. Воспоминания о груде неразумной хищной плоти были не из приятных. Такой участи врагу не пожелаешь. Шаман преодолел оставшуюся часть пути в молчании, хотя друзья и пытались втянуть его в разговор. Он лихорадочно искал способ избежать проблемы и никак не мог его найти.

Ловец духов попытался быстрым шагом пройти мимо пленников, но дорогу ему преградили жители города. Их глаза жадно осматривали нового тирана в поисках хотя бы намека на слабость. Поняв, что избежать суда не получится, гоблин попытался расправить плечи и выпрямить спину. С непривычки получилось плохо. Позвоночник гневно требовал вернуть все, как было, но Гарб усилием воли сдержался. Гоблин гордо вскинул подбородок и встал, опершись на посох.

– Ну? – заговорил он на родном гобхатском, чтобы друзья не догадались раньше времени, что он собирается сделать.

Часть жахани понимала иные языки на мысленном уровне, поэтому они перешли к делу.

– Определи судьбу пленников, господин! – чуть ли не потребовал один из бывших строителей.

– В чем их вина? – сурово спросил шаман.

– Они сражались против тебя, повелитель!

– Никто из них не поднял меча в мою сторону, – оскалил клыки Гарб, как обычно делал, явно не соглашаясь с собеседником.

Жахани явно не ожидали такого поворота, что не помешало им возмущенно запыхтеть.

– Они служили тирану!

– А вы бы не служили на их месте?

– Они предадут тебя при первой возможности! – сделали еще одну попытку строители.

– Значит, я не допущу, чтобы она у них появилась, – спокойно сказал гоблин.

Жахани зашумели. Вина пленных представлялась им очевидной, а суждения повелителя хоть и логичными, но лишенными смысла. Тем не менее Гарбу удалось посеять зерно сомнения в умах законопослушных дьяволов – если пленники ни в чем не виноваты, то и наказывать их не за что. Шаман уловил настроение толпы и решил закрепить успех:

– Они просто выполняли приказ. Может быть, их вина в этом? Наверное. Но я не вижу смысла подвергать их за это слишком суровому наказанию. Нужно отправить их на перевоспитание – пускай займутся тем же, что делали вы до восстания. Пускай строят дома!

В глазах пленников мелькнул почти животный страх. Прочие же жахани радостно закричали: они впервые видели столь мудрого и справедливого правителя. Суд свершился, и рабочие расступились. Гарб тут же пошел вперед, стараясь оставить пленников позади, пока его не попросили их судить еще раз. Первой его догнала суккуба и настойчиво подергала за рукав кафтана, привлекая внимание.

– Не думала, что ты такой... м-м-м, жесто-о-окий, – промурлыкала она Гарбу на ухо, когда он наклонился к ней. – Пожалуй, из тебя выйдет достойный правитель.

– Выбор продиктован моими моральными принципами. Разве он жесток? – наморщил в недоумении лоб гоблин.

– Как знать, – томно ответила суккуба и игриво провела по правому рогу коготком. – Для тебя это ничего не значит, а для них наказание будет пыткой. Ты только что приговорил солдат к тому, что для них страшнее даже смерти – к каторжному труду. Знал бы ты, как они боятся умереть, но твое наказание ни в какое сравнение не идет. Повстанцы-то привыкли к работе, а эти вояки всю жизнь только и делали, что на парады ходили и мечом махали. К тому же, им тоже приделают звериные морды. А, раз ты не назначил срок наказания, то страшилищами им придется быть вечно. Лучше бы сам Иблис не выдумал.

– Ой, – произнес гоблин, не найдя достойного ответа.

Гвардейцев уже тащили для исполнения приговора, и больше ничто не мешало дальнейшему продвижению к дворцу.

Спустя минуту Гарб встал как вкопанный. Остановились и остальные. Перед ними находились распахнутые двери в логово правителя круга. Охраны не было.

– Что? – Михель встревоженно потер шрам на подбородке, заглянув Гарбу в глаза и увидев в них необычное волнение.

Приплюснутые ноздри раздувались, как будто собирались взлететь.

– Я хочу отменить приказ, – сказал гоблин. – Он слишком жестокий.

– Даже не вздумай, – предостерег его Аггрх. – Какое тебе дело до дьяволов? Они, кстати, пытались нас убить.

– Как бы вам объяснить? – зарылся пальцами в коричневый ежик волос шаман. – В моем племени наказание без пыток сочли бы чересчур мягким. И что с того? Я теперь жрец доброй богини и не должен причинять вред намеренно, если это не самозащита!

– А, то есть меня можно было палкой лупить, а этим даже кирпичи потаскать нельзя! – возмутился из-за спин компаньонов Антонио.

Гарб смутился еще больше. Бурбалка только что ударил в больное место.

– Я же уже извинился! – обиженно произнес гоблин.

Слезы едва не потекли по его пунцовым щекам.

– И это, ну… другое. Пострадал даже не десяток разумных существ. Счет на тысячи!

– Так иди перед ними тоже извинись! – надулся Бурбалка.

– Правителем быть тяжело, – шепнул Адинук и похлопал Гарба по спине, – а добрым правителем быть невозможно. Как только станешь добрым, сразу на шею сядут. Хотя я, конечно, сужу исключительно по своей маменьке.

– Считай, что ты нечаянно, – добродушно заметил минотавр. – Им уже нахлобучили каски на головы. Поработают немножко, а там, глядишь, их можно и помиловать. А мы пока пойдем, дворец посмотрим.

Гарб неуверенно кивнул и двинулся дальше. Остальные шли позади, поэтому три слезинки, которые ловец духов тщательно испарил магией, никто не заметил.

***

– Добро пожаловать, Ваша Светлость! – низко поклонился Гарбу при входе в обитель Аршидука почти полный двойник пропавшего Муфад’ала.

Такой же высоченный, копытный, рогатый, краснокожий и черноволосый почти эльф. Только уши не остроконечные, а глаза черные и хитрющие, и плечи куда шире. Библиотекарь, правда, из одежды предпочитал набедренную повязку, а этот был одет в легкую тунику, переливающуюся всеми цветами радуги. Гарб присмотрелся и высоко оценил мощные защитные заклинания, наложенные на одеяние приветливого жахани.