Текст книги ""Фантастика 2026-53". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Василий Горъ

Пока на пару с Карой спускался на первую палубу, боролся со сном. А на пороге своей «спальни» почувствовал зверский голод и проснулся. Разделся очень быстро, метнулся к терминалу ВСД, назаказывал еды и принялся метать ее на стол. В этот момент в помещение вломились и Темникова с Костиной, избавились от скафов как бы не быстрее меня, стянули с тарелок по куску ветчины, впились в них зубками и аж застонали от наслаждения:

– О-о-о, как мы, оказывается, проголодались…

Это было понятно и без слов – еда исчезла со стола с фантастической скоростью. Потом «исчез» весь десерт и закончились соки. Вместе с силами и желанием шевелиться. Поэтому мы поручили уборку дроидам, а сами рухнули на кровать, кое-как доползли до своих мест и расслабились. Правда, не все – не успел я закрыть глаза, как из-за Марины раздался голос Костиной:

– То-ор, а ты уверен в том, что «Миссури» не выйдет из гипера?

Я утвердительно кивнул. Потом засомневался в том, что Маша смотрит в зеркальный потолок, и ответил в более энергозатратном варианте:

– Да, конечно: Феникс перепрограммировал систему самоуничтожения и на всякий случай завел таймеры обратного отсчета на всех минных кластерах и всех ПКР крейсера. А их на нем предостаточно. В общем, этот след мы точно затерли.

– А какой – нет? – встревоженно спросила Даша.

Тут я невольно вздохнул:

– Чисто теоретически разведданные из Бейджина, отправленные Игорю Олеговичу, могут уйти на сторону. А такого счастья не хотелось бы…

Глава 22

10–22 июля 2470 по ЕГК.

…Не знаю, какие соображения заставили Цесаревича переиграть свои планы, но в воскресенье «вечером» он прислал мне программную оболочку с говорящим названием «Дознаватель», превратившую моего Феникса в самого дотошного следователя во Вселенной, файл с алгоритмами синтеза «химии» из расходников для медкапсул и прошивку для «Техников», позволяющую им применять к пленным… хм… неконвенциональные, но о-очень эффективные методики допросов. Само собой, не обошлось и без Особо Ценных Указаний. Поэтому следующие четверо суток мы на вторую палубу не поднимались – на ней правил бал Дознаватель Номер Один. И, судя по «тяжести» видеозаписей допросов, которые приходилось отправлять Ромодановскому два раза в день, небезуспешно.

Кстати, просматривать эти видеозаписи я даже не думал. Точно так же, как не думал и заглядывать в «пыточную». Нет, прямого запрета не получал. Но понимал, что картинка не обрадует, и что наследника престола интересуют не только результаты переговоров с китайцами. Вот и довольствовался ролью передаточного звена. Вернее, давал согласие на пересылку очередного архива хрен знает куда и продолжал тренировать или тренироваться.

А занимались мы с обычным фанатизмом. То есть, по очереди «жили» в вирткапсулах «учебной» каюты, выполняли учебно-тренировочные задачи в эмуляциях пилотского интерфейса и интерфейса Умника, шлифовали технику использования сегментных антигравов, умирали на холощении и доводили до ума базовую технику рукопашки. Так как в медкапсулах на постоянной основе находилось двое из трех пленников, вот получать травмы и не хотелось.

В том же режиме убивались и весь четверг. Поэтому к ужину умотались до звездочек в глазах, расползлись по душевым кабинкам моей и второй кают, полчасика побалдели под горячим душем, а потом собрались в командирской, поели, завалились на кровать и уставились на свои отражения в зеркальном потолке. В этот-то момент на панели уведомлений моего ТК и замигал новый конвертик. Флага на нем не было, но в будние дни меня, как правило, дергало только Большое Начальство, поэтому я прочитал текст в графе «Отправитель» и развернул файл в отдельном окне. А после того, как просмотрел монолог Игоря Олеговича, мрачно поделился самыми важными тезисами с девчатами:

– По словам Цесаревича, амеры почти убедили китайцев объединиться с ними, Объединенной Европой, Халифатом, Султанатом и СГС против нас. То есть, начать новую войну и молниеносным ударом поставить нас на колени. Причем не когда-нибудь, а в ближайшие дни или недели. Ибо потом мы уйдем в технологический отрыв и начнем диктовать свою волю всему Человечеству. Особо веских аргументов в пользу этого решения всего два – чем дольше они тянут, тем большее количество репарационных траншей перечисляют нам проигравшие, из-за чего слабеют еще сильнее, и… чем дольше мы спокойно работаем над чудо-оружием, позволившим в одну калитку уничтожать целые флоты в Тулузе и Брюсселе, тем более кошмарный результат получим на выходе. Но самую серьезную ставку амеры сделали вот на какой тезис: по их сведениям, в данный момент у Империи всего один экземпляр носителя этой установки.

Но, вне всякого сомнения, где-то собираются и другие. Так что атаковать надо сейчас, до их схода со стапелей. Ибо потом эти грозные машины будут отправлены в рейды и примутся загонять в каменный век одно государственное образование за другим…

«Мы-то с тобой, оказывается, невероятно опасны!» – написала Марина в личку, а Маша злобно оскалилась:

– Что ж, раз амеры готовятся к войне, игнорируя только что подписанные мирные договора, значит, по ним надо жахнуть. Этим самым «чудо-оружием». И показательно загнать в каменный век. Ибо иначе эти твари не уймутся…

– В каменный век точно не сможем… – угрюмо буркнул я, и девчонка, услышав в моем голосе знакомые нотки, ошалело вытаращила глаза:

– Только не говори, что «чудо-оружие» – это вы с Маришкой!

– Что ж, тогда кивну… – покладисто согласился я, медленно склонил голову и ответил на безмолвный вопрос Завадской: – Ага, Игорь Олегович разрешил посвятить девчонок и в эту тайну. Так как поставил нам несколько новых боевых задач.

– И… каких?

– По его словам, ПРЕДОТВРАТИТЬ войну не удастся. Зато есть шанс ее остановить до того, как флоты вторжения новой Коалиции доберутся до наших внутренних систем. В общем, наша задача – максимально быстро добраться до Индигирки, передать пленных спецгруппе ССО, которая туда уже вылетела, и на четырех «Наваждениях» уйти на Вологду…

…Гонку со временем начали откровенно хреново – да, вывалились из гипера практически сразу, но искали подходящую струну без малого сутки и нашли только в третьей по счету мертвой системе. Нет, беситься – не бесились, так как было некогда – девчата вылезали из вирткапсул только для того, чтобы поесть, ополоснуться и лечь спать. А я придумывал им все новые и новые учебно-боевые задачи, контролировал процесс их решения и держал руку на пульсе происходящего. То есть, раз по пять за корабельный день обменивался сообщениями с Большим Начальством и вдумывался в информацию, которой они делились.

А ее было много. Впрочем, до откровенно хреновой дело еще не дошло: да, по последним разведданным, амеры все-таки убедили в необходимости «молниеносной войны» всех прежних союзников, но китайцы еще держались. Или, как вариант, выторговывали что-то серьезное, так как понимали, что без их участия проект «не полетит». Ну, а наши готовились к новому конфликту и закручивали гайки. То есть, сталкивали между собой будущих противников, сливая в их планетарные Сети чуть ли не весь имеющийся компромат, убирали тех сторонников войны, до которых получалось дотянуться нашим коллегам, и устраивали… хм… «техногенные катастрофы». Кроме того, давили как на союзников, так и на побежденных на «дипломатических фронтах» – что-то предлагали, чем-то пугали и предлагали над чем-то задуматься. И пусть эта часть «переговорного процесса» в новостях не освещалась, но наше Большое Начальство было в теме и изредка делилось крохами важной информации.

Не забывало и о «неважной». К примеру, в воскресенье, тринадцатого, сообщило, что двойки Власьева и Базанина великолепно сдали переводные экзамены с первого на второй курс и, заодно, продемонстрировали достойный уровень владения «Мороками». Правда, порадоваться за ребят и девчонок не получилось: Цесаревич был уверен, что Новая Коалиция сочтет Индигирку одной из приоритетнейших целей, вот и не видел смысла пересаживать эту четверку с МРК на МДРК. Чтобы пока еще слабенькие пилоты не «размывали» имеющиеся навыки прямо перед началом боевых действий.

Четырнадцатое – понедельник – запомнилось одним сплошным авралом, начавшимся в момент схода со струны: мы ушли в разгон на внутрисистемный прыжок чуть ли не раньше, чем «огляделись»; через считанные мгновения после возвращения в обычное пространство «обнаружили» крейсер «Ослябя» спецгруппы ССО, быстренько опознались, влетели на его летную палубу и избавились от пленников; вырвавшись на оперативный простор, вытребовали «коридор» и упали к планете, а после того, как оказались в своем ангаре, стали готовиться к новому вылету. В смысле, Ослепительные Красотки унеслись в свои корабли, а мы с Карой какое-то время контролировали перенос и монтаж ее части кластера искинов. В результате к зоне перехода первой категории, ведущей в сторону Вологды, примчались все в мыле, образовали «связку» и ушли в гипер.

Пятнадцатое, шестнадцатое и семнадцатое прошли в тех же тренировках и практически без «острых» новостей. А восемнадцатого, часа за полтора до выхода в обычное пространство, Ромодановский основательно испортил нам настроение, поделившись очередными разведданными и объяснив, что они на самом деле значат:

– Здравствуйте, Тор Ульфович. Решил поделиться самой неприятной новостью часа: согласно последним разведданным, в Поднебесной случился государственный переворот: Чжан Чжифэн Хайфэн, третий сын Императора, сверг своего отца, убил старших братьев и дорвался до вожделенной власти.

На первый взгляд, бардак, который начался в Запретном Города Бейджина, нам на руку. Но на самом деле это не так – «Стремящийся к вершине» не мог взять власть без посторонней помощи. А значит, вот-вот начнет отрабатывать долг и поддержит Новую Коалицию. Тем более, что быстрая и победоносная война – это его единственный шанс завоевать уважение сановников и удержаться на троне. Впрочем, неделя-полторы у нас все-таки есть – да, этот ублюдок занял трон, но руководство ВКС мгновенно не подомнет. В общем, время у нас появилось. Поэтому постарайтесь не рисковать, ладно? На этом пока все. До связи…

Мы прониклись, но торопиться не перестали – вывалившись в обычное пространство, расстыковали МДРК и прыгнули по координатам, полученным накануне вечером от генерала Переверзева. Там «нашли» четыре корабля-матки «Жало», болтавшихся в дрейфе, убедили бортовые искины отключить «шапки» и открыть летные палубы, влетели каждый на свою и изобразили суперкарго. В смысле, проверили, все ли комплектовщики нашего ведомства загрузили в эти корабли.

На следующем этапе напрягался только я – мотался по рубкам «Жал», разворачивая жестко замодулированные «зародыши» искинов в дубли моего, синхронизируя их с «основой», устанавливая все необходимое программное обеспечение, проверяя, как оно встало, и так далее. А после того, как закончил и вернулся в рубку своего корабля-матки, собрал напарниц в общий канал и чуть-чуть подбодрил Красоток:

– Девчат, экспериментировать со связками из «Жал», увы, некогда, так что из Вологды уйдем самостоятельно, синхронизировав корабли, провисим на «единичке» чуть больше трех суток и снова пересечемся в мертвой системе, которую мы просканировали вдоль и поперек. Боевых задач у вас всего две – под руководством бортовых Фениксов развернуть аналогичные дубли во всех шести «Химерах», стоящих на летных палубах, и… не скучать. Хотя нет, скучать, причем как можно сильнее. Кстати, мы с Маришкой – на МС-связи, и отправлять нам сообщения можно хоть каждые пять минут…

– … желательно игривые и очень игривые – Тор однозначно оценит. Да и я, пожалуй, полюбуюсь. Ибо вы у нас чудо как хороши… – продолжила Кара.

Я дал Ослепительным Красоткам прокомментировать это «требование» и перестал валять дурака:

– А если серьезно, то вы справитесь. Без вариантов. Ибо лучшие…

…С первой задачей Темникова с Костиной справились чуть менее, чем за шесть часов и прислали по сообщению. Наговаривая доклады, старательно держали лицо. Но «зеркала души» выдавали настоящие чувства, поэтому в ответных сообщениях я немного позлобствовал – заявил, что скучал все шесть часов ожидания, ибо не привык висеть на струне в гордом одиночестве, и что искренне надеюсь на то, что сообщения от моих Красоток будут прилетать в разы чаще. Вот девчатам и полегчало. Нет, долбиться ко мне каждые десять минут они, конечно же, не стали. Но в течение всего внутрикорабельного дня присылали по сообщению в час. Кстати, этот промежуток времени был выбран так: первые пятьдесят минут проводился в вирткапсулах, а на общение со мной выделялся стандартный десятиминутный перерыв. Послания, наговариваемые во время трапез, естественно, получались намного длиннее. А перед тем, как лечь спать, дико скучавшие оторвы радовали меня легкой «эротикой». То есть, врубали камеры после того, как возвращались из душа в тоненьких футболках на голое тело и укладывались на кровать. Впрочем, дурить – не дурили: минут по двадцать делились достаточно серьезными мыслями или тем, что узнали от подруг.

В общем, эта часть перелета прошла терпимо. Причем как для них, так и для меня. А потом мы вышли в знакомую мертвую систему, «огляделись», в темпе синхронизировали корабли, прыгнули в произвольно выбранную точку, состыковались и порядка часа радовались воссоединению команды, ужиная в моей каюте. Увы, ощущение неумолимо надвигающейся Задницы действовало на нервы не только мне, поэтому после трапезы я привлек к себе внимание и постарался поднять девчатам настроение, предложив Красоткам «выбор»:

– Мы практически добрались. Но между нами и Нью-Вашингтоном – струна с коэффициентом сопряжения три-шестьдесят шесть. Вы ее, понятное дело, пока не потянете даже на «Наваждениях», поэтому доставлять «Жала» в пояс астероидов амеровской столичной системы будем мы с Карой. Компанию составите, или повисите тут?

– Издеваешься⁈ – хором воскликнули они, заметили в наших глазах смешинки и атаковали. Увы, скафандры не позволяли ни щекотать, ни щипать, так что на нас просто попрыгали. Потом разыграли в любимую игру место в рубке Завадской и заявили, что готовы.

– Тогда вперед! – скомандовал я, надел шлем, встал, попросил Феникса откачать воздух из корабля и в компании девчат спустился на летную палубу своего «Жала». А там Марина с Дашей потопали к аппарели и усвистели на соседнюю, а мы с Машей поднялись в рубку корабля-матки, завели движки и ушли сначала во внутрисистемный прыжок к нужной зоне перехода, а затем и на ту самую струну.

Кстати, затягивая на нее ни разу не легкий борт, я пришел к выводу, что мой потолок возможностей приподнялся еще чуть-чуть. Но порадоваться этому факту удавалось только до получения сообщения Кары: возникнув в отдельном окне моего ТК, девчонка виновато заявила, что эта струна по какой-то причине далась ей настолько тяжело, что тянуть на нее второе «Жало» страшновато.

Иссиня-бледное лицо, искусанные губы и бисеринки пота на крыльях носа неопровержимо свидетельствовали о том, что она сильно преуменьшила масштаб проблемы, поэтому я справился с накатившим страхом, и записал ответ, пребывая в видимом спокойствии:

– Ничего страшного: те два корабля протащу я. А твоя задача – отдохнуть и прийти в себя. Поэтому перебираешься на «Наваждение» прямо сейчас, принимаешь душ и укладываешься спать. Причем не выставляя будильников – на той стороне борт поведет Даша. Под моим чутким руководством.

Следующее сообщение прилетело минут через тридцать пять и уже от Темниковой:

– Все, заснула. После горячего душа и массажа воротниковой зоны. Я лежу рядом и, если что, на связи…

Я облегченно перевел дух, услышал, как выдыхает Маша, нервничавшая не меньше меня, сгреб ее в объятия, зарылся носом в волосы и закрыл глаза.

Она обхватила меня за талию, закинула колено на бедро, вжалась в бок изо всех сил и глухо заговорила:

– Во мне – безумный коктейль из взаимоисключающих чувств. С одной стороны, трясет от страха за Марину и Дашу. Ведь, ошибись первая хоть раз, мы бы их потеряли. С другой переполняет счастье – раз все обошлось, значит, всего часа через четыре мы их увидим и затискаем. С третьей – как ни безумно это прозвучит – дико радует то, что эта струна далась настолько тяжело: да, девчата чуть не погибли, но я почувствовала, как сильно ты за них испугался. А с четвертой вот-вот пробьет на слезы. Ведь вы – то есть, Кара, Даша и ты – так же сильно любите и меня…

Сообразив, с чего ее так плющит, я мысленно вздохнул, ласково провел ладонью по чуть подрагивавшей спинке и мягко заворковал:

– Все правильно: мы любим и тебя. Но плакать-то зачем? Закрой глаза и мысленно улыбнись этому чувству. Ведь оно рядом уже давно и не собирается никуда исчезать…

Она послушалась, полностью расслабилась и минут пять-шесть млела от каких-то мыслей. Потом переползла повыше, благодарно поцеловала в щеку, приподнялась на локте и переключилась в рабочий режим:

– Ладно, вашим чувствам порадуюсь после рейда. Скажи, пожалуйста, чем я, по-твоему, должна заниматься в идеале на этапе доставки «Жал» в Нью-Вашингтон?

Вопрос был нужным. Вот я и сказал чистую правду:

– Ближайшие три часа радовать меня своей компанией. Потом махнуться местами с Дашей и помочь Марине полностью восстановиться…

Глава 23

23 июля 2470 по ЕГК.

…К Нью-Вашингтону подошли в ночь с двадцать второго на двадцать третье июля и разошлись нарезать стандартные спирали. Я пришел к выводу, что амеры вконец охамели, еще на середине первого витка, так как сравнивал картинки со сканеров с теми, которые остались в памяти с прошлого визита. Что именно было не так? Да практически все: защитные сферы вокруг мест дрейфа флотов и орбитальных сооружений зияли десятками лакун, в каждую из которых можно было затолкать монитор или два; сети низкоорбитальных анализаторов и масс-детекторов над планетой не обновляли как бы не со дня фактического завершения войны; количество транспортов, летающих между орбитальными предприятиями ВПК, складами РАВ и тяжелыми кораблями, превышало все разумные пределы; часть МРК и МДРК висела без «шапок»; гражданские калоши совершенно спокойно позволяли себе проходить между военными и так далее.

Нет, о том, что мирный договор, фактически связывающий нам руки, позволяет и не такое, я, естественно, не забывал. Просто офигевал от наглости государственного образования, проигравшего войну и открыто готовящегося к следующей. И, в то же самое время, документировал каждую обнаруженную Возможность для наказания. Чтобы не терять времени на этапе планирования.

Предвкушал это самое наказание и после того, как свел в один общий архив данные, собранные девчатами, «подбил бабки» и пришел к выводу, что мы готовы. Поэтому записал и отправил Цесаревичу лаконичное сообщение:

– Доброго времени суток, Игорь Олегович. «Чудо-оружие» продвинутой модификации готово к применению. На подготовку к Очень Впечатляющему Удару потребуется порядка двух часов. Ждем отмашки…

Его ответ из двух слов – «Принято. Начинайте…» – не заставил себя ждать, так что я спустил с поводка и двадцать четыре «Химеры», болтавшиеся «чуть в стороне», и Марину, и Ослепительных Красоток, которых готовил к этой акции со дня смены вектора полета с Белогорья на Индигирку.

Кстати, заниматься дуракавалянием, играя в «боулинг» и уничтожая амеровские корабли небольшими пачками, не собирался. Поэтому отправил к каждой из восьми сфер с флотами по три МДРК с приказом минировать все тяжелые борта и корабли управления «связками» из четырех «Гиацинтов», а себе и напарницам оставил орбитальные предприятия. Костиной поручил высадить десант из «Буянов» и «Техников» со «спецгрузами» на корпус горно-обогатительного и металлургического комбинатов, Темниковой – на корпус цинкового завода и завода взрывчатых веществ, Завадскую «натравил» на три склада РАВ, требующих… хм… особого внимания, а сам отправился в вояж по сверхтяжелым верфям, благо, тут их было аж три штуки.

Да, все вышеперечисленное было неприкрытым хамством. Но ситуация располагала не мелочиться, боеприпасов хватало и не на такое, вот я и счел возможным рискнуть. И рисковал. Но – в меру. То есть, на всех брифингах, включая последний, просил девчат перестраховываться по полной программе, с помощью Феникса и их искинов «обрезал» практически все возможности для дурной инициативы, предельно подробно описал наиболее вероятные ошибки и так далее. Впрочем, нервничал даже так. Ибо прекрасно понимал, что все предусмотреть невозможно, а случайности, увы, случаются. Вот и дергался каждый раз, когда Красотки присылали промежуточные доклады. Или тогда, когда эти самые доклады задерживались хоть на секунду.

Поэтому процесс минирования своих целей толком и не заметил – вроде, подводил «Наваждение» к проекциям реакторов, вроде, открывал аппарель, вроде высаживал дроидов с «Пробойниками», «Гиацинтами» и ПКР, вроде, уходил и вроде перелетал к следующей, но жил ожиданием неприятностей. А их все не было и не было. Вот меня и начало отпускать. После того, как Даша с Машей отстрелялись, Марина «зарядила» два склада из трех, а Фениксы – все линкоры и крейсера, болтавшиеся возле планеты. А потом отвлекся. На сообщение Цесаревича. И на пару минут забыл обо всем на свете:

– Надеюсь, что у вас все под контролем, ибо мы начали: полтора часа тому назад Император отправил президенту ССНА, всем членам его Кабинета и главам всех государственных образований Человечества видеозапись, на которой Питер Хортон подробнейшим образом рассказывает о плане Новой Америки развязать новую войну, демонстрирует и комментирует фрагменты состоявшихся переговоров с главами Объединенной Европы, Арабского Халифата, Делийского Султаната, Тюркского Каганата и Союза Государств Скандинавии, демонстрирует уже подписанные договора и так далее. Как вы, наверное, догадываетесь, одной видеозаписью дело не обошлось: государь поставил амерам ультиматум – безоговорочная капитуляция в течение двух часов, выдача всех инициаторов этого непотребства нам для справедливого суда, и пересмотр всех условий фактически нарушенного мирного договора. Но выдавать самих себя функционеры однозначно не захотят, поэтому надо будет Очень Серьезно Испугать их окружение. В общем, срок ультиматума истекает в тринадцать ноль-ноль по времени Новомосковска, и в этот раз я вас ничем не ограничиваю…

…Следующее послание Ромодановского прилетело в тринадцать ноль-одну по времени Новомосковска и развязало нам руки. Поэтому я дал команду инициировать подрыв всех «подарков». Рванули они знатно – практически одновременно разнесли все тридцать два линкора, все сорок восемь крейсеров, все шестнадцать кораблей управления и аж десять крупнейших орбитальных промышленных комплексов. Кстати, если тяжелые корабли и склады РАВ просто-напросто превратились в сферы из разнокалиберных обломков, то на производствах рванули термоядерные реакторы, что, по определению, должно было создать амерам дополнительные проблемы.

Впрочем, на их будущие проблемы мне было плевать с высоких орбит – я дождался «прилета» видеозаписей со всех «Химер», документировавших это использование «новой модификации „чудо-оружия“», скомпоновал в общий файл, отправил Цесаревичу, полюбовался дичайшим бардаком, воцарившимся вокруг планеты, и со спокойным сердцем дал команду уходить на пополнение боекомплекта.

Не успели разогнаться на внутрисистемный прыжок, как в «Контакте» возникло сразу три конвертика – от Ослепительных Красоток и Ромодановского. Я бы с большим удовольствием насладился эмоциями девчат, но отложил это дело на потом, открыл третий и вслушался в хмурый голос наследника престола:

– Тор Ульфович, видеозапись получилась убойная. Но мы ее переделали, чтобы нельзя было понять, со скольких точек шла съемка, и уже разослали адресатам. Ответов, естественно, пока нет… и в ближайшие часы не будет, ибо мы продемонстрировали возможности, которые пугают, но останавливаться нельзя: по последним данным, флоты Новой Коалиции, базирующиеся дальше всех от Белогорья, должны стартовать послезавтра в семнадцать ноль-ноль по времени Новомосковска. В общем, наша задача – сломать амеров с первой попытки и заставить переиграть планы всех остальных завоевателей. Так что блефуем дальше…

Я пообещал продолжить часа через три-четыре, а потом просмотрел послания девчонок и немного расслабился – Темникова с Костиной дурели от КПД «настолько продвинутого метода проведения диверсий» и требовали объяснить, что за хрень им преподавали в ИАССН. Неслабо отрывались и все время пребывания в поясе астероидов – пока «Наваждения» и «Химеры» меняли друг друга на элеваторах артскладов кораблей-маток, терроризировали нас вопросами по алгоритмам уничтожения наземных целей первой очереди и… требовали не мелочиться. А я и не собирался. Поэтому, вернувшись к Нью-Вашингтону, отправил МДРК, управляемые Фениксами, к самым «вкусным» объектам типа нефтегазовых месторождений, гидроэлектростанций разного типа, крупных промышленных районов и морских или океанских портов.

О гуманизме не думал вообще, так как на краю сознания пульсировал фрагмент монолога Цесаревича – «Флоты Новой Коалиции, базирующиеся дальше всех от Белогорья, должны стартовать послезавтра в семнадцать ноль-ноль по времени Новомосковска…» Вот и реализовывал все самые «жесткие» идеи из загашников. Кстати, в благоприятнейших условиях – большая часть остатков местных ВКС пыталась удержать на орбите самые крупные обломки, а силовые структуры эвакуировали население из районов предположительного падения тех, которые было невозможно ни разбить, ни удержать. Да, почти во всех городах планеты царила дикая паника, из-за чего плотность воздушного движения в них выросла как бы не на порядок, но мои корабли к населенным пунктам и не совались.

«Не совались» кто час, кто полтора, кто два, а кто и все три. Но в какой-то момент завершили подготовительные мероприятия, и я опять дал приказ подрывать «подарки».

При этом сам болтался практически над одним из обреченных нефтегазовых районов, поэтому видел «своими глазами» и серию чудовищных взрывов, и море огня, появившееся на месте довольно большого полуострова, и клубы черного дыма, достаточно быстро прикрывшего его от «досужих взглядов». Потом собрал очередную «пачку» видеозаписей, одним архивом отправил Игорю Олеговичу, полюбовался новым уровнем паники и отправил всю нашу «армаду» к «Жалам».

Как и следовало ожидать, через считанные минуты после нашего ухода во внутрисистемный прыжок прилетели сообщения Ослепительных Красоток. И в этот раз я открывал их, побаиваясь реакций девчонок на сотворенный нами кошмар. А зря: как выяснилось во время просмотра, Даша с Машей прекрасно понимали, что на другой чаше весов – жизни наших соотечественников, и не ужасались нашей жестокости, а пребывали в «правильном» спокойствии и… были готовы продолжать. До полной и безоговорочной капитуляции идейных вдохновителей очередной войны. Вот мне и полегчало. Настолько сильно, что я назвал каждую своей красоткой и пообещал порадовать долгим отдыхом на океанском побережье или в заснеженных горах. Потом «поболтал» все по той же МС-связи с Мариной, убедился, что она, как обычно, пребывает в гармонии с самой собой, признался, что соскучился, и тоже наобещал. Всякого-разного. В общем, «развлекался». Пока не подошел к кораблям-маткам и не влетел на летную палубу своего. А там решил, что нам не мешает перекусить, поэтому вытребовал к себе остальные «Наваждения», а «лишние» «Химеры» отправил пополнять боекомплект в соседние «Жала». Благо, в них его пока хватало…

…Тяжелых кораблей в системе не осталось, а стандартную патрульную группу – нарисуйся она каким-то чудом в «нашей» части пояса астероидов и обнаружь нас под «шапками» – гарантированно сожгли бы «Химеры». Вот я и решил обедать в нормальном режиме. Поэтому перевел борт в зеленый режим еще до того, как поднял девчат в свою каюту, а там дал команду снимать скафы и разбегаться по душевым кабинкам. Ослепительные Красотки радостно заверещали и выполнили приказ. Правда, перед тем как свалить, как следует расцеловали, но это была заслуженная благодарность, и я ее принял.

Кара тоже… хм… отблагодарила. Или я ее? В общем, некоторую часть напряжения мы сбросили во время водных процедур, потом остыли в ледяной воде и вернулись в «спальню» просветленными. Впрочем, на стол накрыли достаточно быстро, начали разминаться мясной нарезкой и, уговорив целую упаковку, недовольно уставились на входную дверь. Тут-то она и открылась. Показав нам подружек, забивших на необходимость надеть хоть что-нибудь и замотавшихся в банные полотенца.

Марина назвала их развратницами, но… премиленькими, подманила к себе Дашу и усадила рядом, а Маша рухнула рядом со мной и призналась, что проголодалась, как стая белых акул. И продемонстрировала, как такой уровень голода сказывается на скорости уничтожения съестного.

Мы, в общем-то, тоже не тормозили, поэтому уже минут через десять на столе остались только одноразовые пищевые контейнеры, ложки, вилки, нож и стаканчики. В этот-то момент Завадская и полюбопытствовала, полетим мы выносить патрульные группы в зонах перехода, или нет.

– Мы – нет. А «Химеры» уже усвистели… – ответил я, попросил Феникса натравить на стол какого-нибудь дроида, забрался поглубже на кровать и лег.

– Как я понимаю, начнут одновременно? – полюбопытствовала Костина, подкатываясь ко мне.

Я подтвердил, подождал, пока ее положение отзеркалит Марина, обнял обеих, подмигнул «погрустневшей» Темниковой и подобрался:

– О, а вот и послание от Цесаревича. Не думаю, что он наговорил в нем что-нибудь особо секретное, поэтому будем смотреть вместе.

Дамы со мной согласились, прикипели взглядом к картинке, возникшей над изножьем, и хором отметили, что Ромодановский пребывает в хорошем настроении. Я пришел к тому же мнению, вот и шевельнул программным курсором энергичнее, чем обычно, вернул правую руку на спинку Маши и вслушался в голос наследника престола:

– Прошу прощения за тавтологию, но «чудо-оружие» творит чудеса: наземная часть его испытаний вызвала серьезнейшие волнения на всем Нью-Вашингтоне, бунт среди военных и волну самоубийств среди членов Кабинета Президента Новой Америки, а запись этого испытания заставила переобуться на ходу глав всех государственных образований Новой Коалиции. Говоря иными словами, власть на столичной планете ССНА взяли флотские и вовсю отлавливают личностей, которые не захотели отправляться под суд, а недо-завоеватели засыпают нашего Императора сообщениями, в которых приводят убедительнейшие доказательства того, что вступили в новый комплот только для того, чтобы разведать планы амеров и, объединившись с нами, поставить окончательный крест на войнах между представителями одной цивилизации. Переобулся и Чжан Чжифэн Хайфэн – прислал доказательства причастности своего отца к орбитальному удару по нашему посольству, пообещал прислать на справедливый суд исполнителей этого преступного приказа и всей душой жаждет обсудить размеры компенсации за гибель достойнейших подданных своего венценосного брата…