Текст книги ""Фантастика 2026-53". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Василий Горъ

Костян заржал после первой же фразы отца – она точь-в-точь повторяла его панический вопрос, только озвучивалась с куда большей экспрессией. Как следует посмеялись и над продолжением – Синицын-старший спрашивал, чем грозит опоздание, неявка, появление в недостаточно достойном костюме или не с тем галстуком. Увы, кусочек послания, который наговорила Ульяна, как следует загрузил:

– Тор Ульфович, будете смеяться, но сразу четверо самых авторитетных одноклассников и первая красавица класса моей младшей сестренки, наконец, определились со своим отношением к тому факту, что Олеся лично знакома с кавалером и кавалерственной дамой ордена Святого Георгия третьей степени, летала в ваших «Волнах» и носит на руке коммуникатор с вашей дарственной гравировкой. Поэтому великодушно ввели ее в свой ближний круг и начали аккуратно подбивать клинья. Ведь она – девочка перспективная, так как может вывести на вас кого угодно. Что, по мнению детишек и… глав этих пяти родов – серьезный политический капитал. А теперь представьте семилеток, серьезно рассуждающих о нюансах политических капиталов и правильных алгоритмах построения отношений с перспективной мещаночкой – я слышала два таких разговора сама и до сих пор под впечатлением. То есть, поняла, что стоит за радикальным изменением отношения ко мне и Нине наших одноклассников, почему нам с ней вдруг стали оказывать знаки внимания юные аристократы, и чего нам ждать в ближайшем будущем. Впрочем, как вы и предупреждали, наш перевод в эту школу уже не раздражает даже учителей, цепляться к нам перестали и делают «точно выверенные» шаги навстречу. В общем, еще раз огромное спасибо за помощь и советы. Большой привет Марине Вадимовне. И до связи…

– В первом приближении – смешно… – грустно усмехнулся Матвей, как только файл закончился. – А во втором, увы, нет: девчонок включили в свои расклады главы десятков столичных родов, следовательно, «шагов навстречу» будет много. И на некоторые из них придется реагировать.

Синицын помрачнел, так как понимал, что ни он, ни его родители эти игры не потянут. Даша с Машей потемнели взглядами, видимо, вспомнив что-то неприятное. А мы с моей напарницей одинаково пожали плечами. Только она – молча, а я – нет:

– Марина объяснила девчатам, как себя вести, а я рекомендовал в любой непонятной ситуации отправлять нам сообщения с видеозаписями и ничего не предпринимать по своей инициативе. Особы они толковые, так что дали слово «писать» все происходящее и не стесняться нас дергать. Так что напрягаться не с чего. Особенно с учетом того, что в нашей компании хватает экспертов по менталитету глав дворянских родов и их мелких идейных последователей. Да и с возможностями у нас уже все хорошо. В общем, расслабьтесь – все под контролем…

Меня, естественно, услышали. Но расслабиться – не расслабились. Так что вторую часть ответа Петру Игоревичу наговаривали всей толпой и почти сорок минут. Зато надавали сестренкам реально толковых советов на почти все «стандартные» случаи школьной и «околошкольной» жизни, описали штук пятнадцать самых неприятных ошибок и их наиболее вероятные последствия, попросили перечислить фамилии «самой авторитетной» ребятни и так далее. Увы, продолжили хмуриться даже после отправки этого «труда» и невольно «заводили» друг друга. Поэтому я проявил свой злобный нрав, объявив этот внутрикорабельный день закончившимся, и отправил страдальцев отдыхать.

Ушел к себе последним – чтобы не палить дизайн каюты перед теми, кто в ней еще не был – и сходу унесся в душ. Так как понимал, что ровно через полчаса ко мне заявятся гостьи. И ошибся – они заявились чуть раньше. Так как «успели соскучиться» и были уверены, что я их жду. Не знаю, почему, но в тот момент, когда на пороге каюты нарисовалась Костина, я вспомнил фразу Кары про девчонок в футболках на голое тело, оценил амплитуду покачиваний груди и пришел к выводу, что как минимум лифчиком под этой футболкой не пахнет. Самой собой, обратил внимание и на «упругие колебания» комплекта Темниковой, отрешенно отметил, что эта парочка подружек забивает на одни и те же правила поведения, а через пару минут выбросил эти мысли из головы. Ибо Даша, «честно выигравшая» у Маши право оккупировать мой правый бок, не только легла рядом, обняла меня, как мягкую игрушку, и закинула колено на бедро, но и озадачила знакомой просьбой с незнакомым дополнением:

– Тор, помоги мне, пожалуйста, выйти из рода и… воспитывай под себя: мне мало чувствовать себя ослепительной красоткой из твоей команды – я хочу, чтобы этот статус стал постоянным. То есть, чтобы ты проверил меня на излом так, как сочтешь необходимым, и включил в свои долговременные планы, как вторую напарницу, беззаветно преданную лично тебе. Кстати, я осознаю ВСЕ последствия этого решения, ни за что от него не откажусь, и… люто ненавижу своего деда. Поэтому сдохну, но перестану быть его бесправным активом, с твоей помощью или без нее обрету независимость и гарантированно заслужу твое доверие…

Глава 32

25 апреля 2470 по ЕГК.

…Я обдумывал просьбу Темниковой и… хм… дополнения Костиной до последнего мгновения пребывания в гипере. И, видимо, настолько достал Кару своим сосредоточенным видом, что сразу после схода со струны она вошла в мой личный канал и насмешливо фыркнула:

– Ну, и чего ты, собственно, маешься? Вспомни, насколько смешной процент свободных оперативников доживает до выхода в отставку, вычисли вероятность дожить до этого знаменательного дня всей четверкой – и большая часть вопросов, действующих на нервы, снимется сама собой.

– Мариш, мне всего восемнадцать… – со вздохом напомнил, но вызвал не ту реакцию, на которую рассчитывал:

– Это не помешало тебе заслужить почти все боевые ордена, нарубить «боевых» на пару сотен жизней и заинтересовать собой будущего Императора. И еще: Маша с Дашей – потомственные дворянки, представляющие все реалии описанного ими варианта будущего на пару порядков лучше тебя, знающие цену своему слову и давшие несколько серьезнейших обещаний.

Я вывел корабль на вектор прыжка к Белогорью, передал управление Фениксу и вздохнул:

– Как говорили наши предки, «аппетит приходит во время еды…»

Завадская пожала плечами:

– Тебе пообещали, что в этой мини-команде не будет ни ссор, ни споров, ни склок. И я того же поля ягода. То есть, беззаветно предана лично тебе, в принципе не мыслю будущего вне твоей команды и приняла реалии жизни оперативника ССО – уже живу жизнью перекати-поля, не считаю себя вправе навязывать командиру и другу свои представления о нормальном, более чем удовлетворена нынешним статусом и не стану претендовать на место законной супруги. Говоря иными словами, рассматривай вариант будущего Темниковой и Костиной, как неравноправный союз четырех личностей, посвятивших себя служению Империи и воспользовавшихся возможностью объединить силы.

– То есть, ты считаешь, что заключать этот союз надо? – на всякий случай уточнил я, хотя видел ответ в ее глазах.

– Отвечу на все вопросы, которые ты хотел задать… – без тени улыбки заявила она и… хм… ответила: – Этот союз жизненно необходим. По целому ряду причин, перечислять которые, честно говоря, лениво. Причем необходим нам обоим. Да, этого союза хочу и я. В том числе и потому, что он, вероятнее всего, позволит мне спать с тобой не только до первого февраля следующего года. И… девчонки не будут проситься к тебе в постель достаточно долго, так как понимают, что их девственность – непарируемый аргумент в любом твоем конфликте с Темниковыми, Костиными и Завалишиными, а ты еще не встал на ноги в том смысле, в котором это понятие воспринимает высший свет…

«Идеал свободной оперативницы из лекций дяди Калле…» – отрешенно отметил я, напомнил себе, что идеальных людей не бывает, и поймал себя на мысли, что не хочу искать «незамеченные» изъяны.

Тем временем Кара уронила на чашу весов еще один весомый аргумент и, тем самым, помогла увидеть проблему с нового ракурса:

– Кстати, по моим ощущениям, ты почему-то не учитываешь тот факт, что мы живем в патриархальном обществе, в котором за любой женщиной, вне зависимости от ее происхождения, социального статуса или места службы, обязан стоять сильный мужчина. Возьмем, к примеру, меня. Де-юре я являюсь главой независимой ветви рода Завадских, заслужила кучу боевых орденов, пожалована капитаном и служу в ССО СВР. Но в глазах абсолютно любого аристократа моя единственная ценность – статус твоего второго номера или, если угодно, уже заработанный мною кредит твоего доверия. А теперь посмотри сквозь эту призму на Машу: да, она эмансипировалась и вышла из рода, но в глазах всего Высшего Света, включая Ромодановских, Орлова и Переверзева, пока еще никто. Или бесхозна. Просто потому, что все еще ни под кого не упала. Да и Даша боялась выйти из рода именно потому, что этот шаг сам по себе физически не мог защитить ее от произвола деда. В общем, мы жаждем не только твоего внимания и душевного тепла, но и уверенности в завтрашнем дне, даруемой внутренним ощущением «Он – надежен». И еще: если я тебя все еще не убедила, то проведи жестокий, но реально необходимый эксперимент – сообщи какой-нибудь из девчонок, что ты согласен, и посмотри, как это утверждение изменит ее взгляд, осадку и поведение…

– Проводить эксперименты я не буду. Ни жестокие, но необходимые, ни гуманные… – твердо сказал я, закончил раскладывать по отдельным полочкам памяти все услышанное, оценил плюсы и минусы «заключения союза», решил, что личности, «беззаветно преданные лично мне», на дороге не валяются, и учел, что Костя с Настей, Матвей с Ритой, Миша и Оля рано или поздно дистанцируются от нашей компании. Так что снова поймал взгляд напарницы, дожидавшейся вердикта, и загнал ее в угол с единственным выходом: – Марин, в принципе я готов взвалить на свои плечи ответственность за будущее трех вменяемых девиц. Но сделаю это с одним условием, касающимся лично тебя: если ты – моя, то выкорчевываешь из души неуверенность в себе. Полностью. То есть, включая даже ту ее часть, которая заставила перезаключить договор всего на год.

– Она помога– … – начала, было, Завадская, но как-то почувствовала, что не убедит, и решительно кивнула: – Считай, что ее больше нет…

…В Вороново сели в четверть десятого утра по времени Новомосковска. Вопрос с недостатком транспорта я решил через дежурного по космодрому, заказав служебный «Авантюрист», так что в сторону центра вылетели на трех флаерах. Пока «ползли» по безлимитке, я связался с Переверзевым, сообщил о нашем прибытии на планету и выслушал ценные указания. Поэтому, сбросив вызов, собрал все три машины в конференцсвязь и обратился к Власьеву:

– Матвей, до девятнадцати ноль-ноль мы свободны, как рыба об лед. Так что, если есть желание, можешь улететь к своим на этом «Авантюристе». Само собой, после того как высадишь Синицына. Костян, ты, в принципе, тоже можешь потеряться у своих, но я бы посоветовал озаботиться приобретением достойного костюма. Если надумаешь принять мою помощь, то построй Петра Игоревича ближе к полудню и набери меня – в это время мы как раз соберемся вылететь в салон нормальной одежды и прихватим с собой вас.

Как и следовало ожидать, первый обрадовался и клятвенно пообещал вернуться в «Иглу» к семи вечера, а второй обошелся тремя словами:

– Построю. Наберу. Спасибо.

В общем, Власьев «ушел в туман» еще в летном ангаре, а Синицын не вышел из лифта. Так что к моей квартире мы подошли вчетвером, ввалились в прихожую, разулись и пошлепали в гостиную. Там-то я Темникову с Костиной и обрадовал:

– Девчат, я включил вас в свои долговременные планы и, как выразилась ты, Даша, вот-вот начну воспитывать под себя. Обещания, которые вы мне уже дали, тоже принимаю. А свое условие поставлю только одно: если вы – мои, то считаете эту мини-команду Центром своих личных Вселенных. То есть, «раздвигаете» тезис «Я беззаветно предана лично тебе», на всех четверых…

Верещать от радости не стали. Прекрасно понимая, что это еще не все. Но засиять – засияли. А еще гордо вскинули головы и развернули плечи. Увы, самого главного – непоколебимой уверенности в нас – во взглядах еще не было, и это покоробило. Самую чуточку. Но торопиться я никогда не любил, поэтому заставил себя отложить этот вопрос на сутки-двое и переключился на «бытовые»:

– С квартирами у нас перебор. С транспортом чуть похуже, но временно – к концу мая нам с Мариной соберут флаера под имеющийся уровень летного мастерства, так что «Волны» мы подарим вам. А со всем остальным – то есть, с одеждой, обувью и ювелиркой – у вас, мягко выражаясь, никак. Что не дело, ибо вы, по вполне понятным причинам, обязаны выглядеть идеально всегда и везде. Поэтому решать эту проблему мы будем в «Аристократе»: пока Костя и Петр Игоревич будут «развлекаться» на этаже мужской одежды, вы напрочь потеряете берега на этаже для женской… под чутким руководством Марины. А теперь внимание: платить вы будете сами. Но бюджет на это дело выделю я. Экономить не надо: ВКС Коалиции помогли нам с Карой неплохо заработать на «боевых», а ваша основная задача – повторю еще раз – выглядеть идеально. Причем во всем, начиная от нижнего белья и заканчивая ювелиркой. Вопросы?

Темникова отрицательно помотала головой, а Маша пожала плечами:

– Ты говоришь, а мы делаем…

Я мысленно хмыкнул и провел следственный эксперимент – перечислил на их счета по десять миллионов и понаблюдал за реакциями. «Напарницы» не разочаровали – да, удивились, но спокойно и без «эмоциональных перегибов». Поэтому последний информационный блок озвучился «сам собой»:

– Тут, в Новомосковске, занимаете на постоянной основе по гостевой спальне в квартире Кары и потихонечку забиваете свои гардеробные нарядами на все случаи жизни, а в Усть-Нере в том же режиме обживаетесь там же, где и жили. Далее, заявляться в «Аристократ» в комбинезонах будет моветоном, поэтому ближайший час посвящаете поискам достойных брючных костюмов в Сети, их получением и примеркой, а позавтракаем после того, как вы будете готовы к вылету в город…

…Все полтора часа, проведенные в «Аристократе», я проторчал на этаже мужской одежды – сначала помогал Синицыным пережить психологический шок, вызванный уровнем цен, а затем ставил конкретные задачи их продавцам-консультантам, оценивал предложенные варианты, что-то браковал, с чем-то соглашался и, в конечном итоге, убедил обоих приобрести по-настоящему стильные комплекты из классических костюмов, рубашек, галстуков, ботинок и аксессуаров. Потратился и на себя. Чтобы показать пример и хоть немного смягчить моральные травмы друга детства и его отца. Зато девчата оторвались на славу – набрали столько всякой всячины, что я замучился перегружать их покупки с приемного лотка грузового лифта в багажные отделения «Волн».

На обратном пути Петр Игоревич пригласил нас отобедать у них дома, поэтому еще полтора часа мы проторчали у Синицыных – коварно задобрили представительниц женской половины этого семейства подарками, посмеялись над реакциями на покупки мужской, вкусно поели и описали Ульяне с Ниной алгоритмы решения двух назревших школьных проблем. В результате на свой сороковой поднялись только в начале шестого. А там девчата уволокли меня в квартиру Марины, усадили на диван в большой гостиной, влезли в терминал ЦСД, заказали для меня литр свежевыжатого апельсинового сока, получили, перелили в красивый графин, поставили его на журнальный столик, принесли хрустальный бокал, врубили тихую музыку и разбежались по гардеробным. Эдак на полчаса. Зато после того, как развесили свою «добычу» по шкафам, предложили оценить «кое-какие наряды».

И показались. Сначала в строгих брючных костюмах, фантастически удачно подчеркивавших их ледяную красоту, а затем в коктейльных платьях, вызвавших сильнейшее слюноотделение. А потом заговорила Завадская, и в мгновение ока вернула меня в рабочий режим:

– Мы подобрали по шесть разных образов. Поэтому сможем составить тебе компанию на всей палитре мероприятий, начиная с переговоров с главой враждебного рода и заканчивая буйством в самом отвязном молодежном ночном клубе. Придраться к образам сложно: основа каждого – нестареющая классика, а «слабых» элементов просто нет. Само собой, приобрели и шмотье на каждый день. Правда, по минимуму, так как не укладывались во временные рамки. Единственное, в чем проседаем – это статусная верхняя одежда. Но она нам, вроде как, пока не нужна.

Я их похвалил. От всей души. И отправил переодеваться в домашнее. Как вскоре выяснилось, зря – не успели дамы исчезнуть из поля зрения, как ко мне «постучался» Переверзев и сообщил, что «окно» в расписании Геннадия Леонидовича чуть-чуть сдвинулось, поэтому нам – то есть, всем, кроме Кости – желательно прилететь в Управление к восемнадцати тридцати. Пришлось ставить девчатам новую боевую задачу и звонить Матвею. Но все обошлось: в восемнадцать пятнадцать мы подхватили «Авантюрист» Власьева метрах в пятистах от нужного коридора замедления, опознались, всем «кортежем» влетели в «обычный» летный ангар, припарковались и спустились в приемную начальника ССО. А точно в назначенное время были приглашены в кабинет и оказались в перекрестии взглядов Ромодановского-младшего и Орлова.

Держать нас в строю Цесаревич не стал – поздоровался, выслушал наше приветствие, разрешил садиться, немного подождал и огорошил Темникову интересным заявлением:

– Дарья Алексеевна, откровенно говоря, я являюсь поклонником вашего таланта. То есть, собрал коллекцию записей всех ваших официальных боев, трижды смотрел финалы соревнований из закрытых лож, все три раза получил море удовольствия и искренне считаю вас одной из талантливейших молодых спортсменок Империи. Поэтому ваш фактический уход из боев без правил вызвал две диаметрально противоположные реакции: с одной стороны, я расстроился из-за того, что больше никогда не увижу вас на канвасе, а с другой обрадовался тому, что вы попали в ведомство, курируемое мною, а значит, в скором будущем проявите себя и в новом качестве. Так оно, собственно, и оказалось: в первом же учебно-тренировочном рейде на территорию Каганата вы практически самостоятельно спланировали операцию по спасению наших соотечественниц, контролировали ход реализации ваших идей, приняли ряд непростых решений и продемонстрировали исключительную силу характера, жесткость принципов и настоящий, а не квасной патриотизм. Скажу сразу: я понимаю, что вы попали в Каганат только благодаря Тору Ульфовичу, что без его советов, пилотирования и коррекций ваших недочетов спасение этих трех девушек пошло бы прахом на одном из первых этапов, и что ваши заслуги не идут ни в какое сравнение с заслугами вашего командира, но… я оцениваю не доли вклада, а то, что за ними. То есть, уже упомянутые личностные качества. Ибо группа, создающаяся одной из самых эффективных боевых двоек ССО – Тором Ульфовичем и Мариной Вадимовной – формируется под моим личным патронажем и под мои личные задачи. Кстати, мои оценки объективны. Ведь за ними – не только субъективное мнение человека, но и анализ телеметрии с медблока вашего скафа, проведенный беспристрастным машинным разумом. Впрочем, несколько вопросов я вам все-таки задам. Чтобы заполнить лакуны в имеющемся досье…

Вопросов он назадавал достаточно много. По всей палитре тем, начиная с Большого Спорта и заканчивая мечтами. Потом в том же режиме «выжал» Матвея, ненадолго «поплыл» взглядом и, изучив выкладки рабочего искина, перешел к своей любимой части подобных бесед: толкнул речь, в которой дал понять, что государь счел спасение девяти своих подданных подвигом, не отметить который нельзя, и от имени Олега Третьего пожаловал Темникову с Власьевым Станиславом третьей степени с мечами, но закрытым указом.

Попытки этой парочки доказать, что эти ордена заслужены нами, пресек, но достаточно мягко:

– Государь не жалует незаслуженные награды, не принимает поспешные решения и не игнорирует чьи-либо боевые заслуги. Говоря иными словами, то, что придумали, реализовали и пережили вы, курсанты первого курса ИАССН – ваши личные подвиги, за которые вам и воздали в полной мере. А большая часть боевых заслуг Тора Ульфовича и Марины Вадимовны перед Империей закрыта серьезнейшими грифами. Говоря иными словами, мы их не обделяем.

Это утверждение «сломало» и Матвея, и Дашу, поэтому Ромодановский удовлетворенно кивнул, заявил, что был искренне рад с ними познакомиться, и попросил подождать нас в приемной.

Они мгновенно оказались на ногах, поклонились и шустро выполнили завуалированный приказ, вот наследник престола на Костину и переключился:

– Мария Александровна, я был уверен, что наказание главы вашего рода поможет остыть недоумкам, невесть с чего считающим себя бессмертными, но очень сильно недооценил самомнение отдельных личностей: мало того, что они проигнорировали предельно понятные намеки, так еще и имели наглость реализовывать свои планы в МОЕЙ Академии и в адрес МОИХ людей. А зря – я такого не прощаю. Поэтому глава рода Завалишиных и четверо его родичей пожиже арестованы по обвинению в шантаже сотрудников ССО, отданы под суд и гарантированно получат серьезнейшие сроки, два экс-преподавателя отданы под трибунал, но отделаются значительно менее серьезными наказаниями, а род Завалишиных наказан еще и рублем. То есть, уже заплатил виру. Причем и вам, и мне. Кстати, сумма очень большая, была списана со счетов рода по постановлению суда и в безакцептном порядке, а текст постановления был выложен в открытый доступ. Так что этот намек проигнорируют немногие. В общем, теперь вы можете учиться и добиваться целей, которые перед вами ставит Тор Ульфович, совершенно спокойно…

– Спасибо, Ваше Императорское Высочество! – выдохнула Маша, забив на правила поведения в присутствии членов Императорского рода.

Ромодановский счел это нормальным – удовлетворенно кивнул, заявил, что сделал то, что считал должным, и отправил Костину в приемную. А после того, как она вышла из кабинета, поймал мой взгляд и вопросительно мотнул головой:

– Владимир Михайлович дал понять, что вы хотели обсудить со мной еще один неприятный вопрос. Это так?

Я подтвердил. А потом начал описывать проблемы Темниковой и был перебит на середине ультиматума ее деда:

– Так, стоп: он угрожал изнасилованием собственной внучке⁈

– Так точно, Ваше Императорское Высочество… – криво усмехнулся я. – Ибо десятилетиями насилует супругу, горничных и кого-то там еще, не видит в этом ничего особенного и привык к абсолютной безнаказанности. В общем, закончив разбираться в моем характере, Дарья Алексеевна попросила помочь ей выйти из рода и, как сказали бы наши предки, попросилась под мою руку.

Он унял ярость, «поплыл» взглядом и задал вопрос на засыпку:

– По утверждению моего искина, Марина Вадимовна, Дарья Алексеевна и Мария Александровна одеты в едином стиле, а значит, с достаточно высокой долей вероятности, под вашу руку попросились все три девушки, и вы пошли им навстречу. Это так?

– Так, Ваше Императорское Высочество: они заслужили мое уважение, предельно подробно объяснили, что считают этот вариант будущего одним-единственным, в котором они смогут служить Империи в достойной команде и надежно оборвать все связи, мешающие на этом сосредоточиться, и ответили на все уточняющие вопросы достойнее некуда.

Переварив этот монолог, Цесаревич задумчиво хмыкнул, поймал взгляд Кары, оценил ее уверенность в абсолютной правильности принятого решения и снова посмотрел на меня:

– Неожиданно. Но, пожалуй, перспективно. В смысле, этот союз повысит шансы вашей команды выжить в зловонном болоте Высшего Света как бы не в разы. Поэтому… Дарья Алексеевна документально выйдет из рода уже в этот понедельник, то есть, послезавтра. А ее деду скоро станет не до насилия…