Текст книги ""Фантастика 2026-53". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Василий Горъ

Глава 26

1–2 декабря 2469 по ЕГК.

…Создавать рекомендованную легенду я начал с очередного обращения к пассажирам:

– Дамы и господа, можете отстыковываться от переборок и отправляться спать: мне сообщили, что Индигирку атаковало несколько флотов Каганата, категорически запретили вступать в какие-либо боестолкновения и приказали немедленно уходить в смежную мертвую систему. К сожалению, приказы не обсуждаются, поэтому я ушел из Индигирки через ближайшую «единичку», вернул «Химеру» в обычное пространство, отвел подальше от зоны перехода и собираюсь ждать дальнейших распоряжений. Кстати, «несколько флотов» за час-другой не сожжет даже адмирал Шестопалов, командующий защитниками планеты, соответственно, настраивайтесь на долгое ожидание. На этом пока все. Спокойных снов…

Как и следовало ожидать, «обычным» курсантам полегчало. Зато Даша прислала сообщение, в котором попросила не расстраиваться из-за того, что я вынужден болтаться черт знает где вместо того, чтобы защищать Индигирку. Кстати, проситься в гости не стала – поднялась на первую палубу вместе с Мальцевой, а минут через пятнадцать пожелала мне доброй корабельной ночи и, видимо, отключилась. Ну, а я занялся делом. Благо, ни в какую мертвую систему не прыгал и не собирался. Умотал к нужной части пояса астероидов, нашел схрон родного ведомства, пополнил боекомплект и отправился в круиз по зонам переходов первой категории.

В ЗП-одиннадцать и двенадцать сжег по патрульной группе тюрков. А в тринадцатую прыгать не стал. Резонно рассудив, что вражеские аналитики ни разу не дураки, а значит, постараются подготовить какой-нибудь «сюрприз». Поэтому перебрался к Индигирке, аккуратненько обошел вражеский ордер, завис в двух минутах хода от сферы из масс-детекторов, в которой вражеские корабли пополняли боекомплект, четыре с лишним часа бил баклуши, а потом привычно «оседлал» ближайший крейсер сопровождения порожних тяжелых транспортников, собиравшихся свалить в Каганат через ЗП-шестнадцать.

Во время разгона конвоя на внутрисистемный прыжок успел «зарядить» все шесть «Джиннов» и три грузовика, подорвал их в момент ухода на струну, вернулся в схрон, снова прыгнул к планете и, кинув взгляд на картинку со сканеров, расплылся в безумной улыбке. Почему? Да потому, что рейдовое соединение, на скорое появление которого завуалированно намекнул куратор, уже рвало тюрков в лоскуты. Причем главными калибрами шести мониторов «Росич» и с дистанции, на которой нашим кораблям почти ничего не грозило!

Само собой, в уничтожении незваных гостей системы принял активное участие и адмирал Шестопалов: как только тюрки морально сломались, сочли необходимым дать деру, отработали эволюционниками, врубили маршевые движки, отправили вперед тральщики и начали разгон на внутрисистемный прыжок, начали подрываться линкоры и крейсера.

На кластерах «Гиацинтов», обнаружившихся в только что зачищенных объемах пространства. Как только ордер противника смешался, по нему отработали тремя последовательными полными залпами тяжелых ПКР. Потом под их прикрытием двинулись вперед и одновременно ударили из главных калибров… по постановщикам помех и кораблям управления.

Лезть в эту кашу было форменным самоубийством, поэтому я развернул «Контакта» и наговорил новое сообщение Переверзеву:

– Владимир Михайлович, де-юре МДРК Дана висит в мертвой системе, курсанты спят сладким медикаментозным сном, а Перун закончил буйствовать в Индигирке, вот-вот сообщит оперативному дежурному по системе о том, что зачистил две зоны перехода первой категории, и проговорится, что уходит в Каганат. Встречать выжившие остатки разбитого соединения. Но если вы по своим каналам сольете слух о том, что Перуна отзывают на Белогорье, чтобы наградить, то у легенды появится новый слой. Кстати, награждать есть за что – он сжег четыре линкора, пять тяжелых и девять легких крейсеров, три порожних транспортника и всякую мелочь. Записи прилагаю и отправляюсь отдыхать. Часов, эдак, на десять-двенадцать, так как считаю, что прибывать Даном на Индигирку пока рановато. На этом все. До связи…

…Отдыхать ушел на самом деле. Поручив ИИ в случае чего общаться с пассажирами от моего имени. Выключился чуть ли не раньше, чем положил голову на подушку, и провалился в черное безвременье. А «через мгновение» вывалился обратно, открыл глаза и попросил Феникса повторить озвученную фразу.

– Пришло сообщение. От Переверзева. С флагом «Срочно». Показывать?

Я утвердительно кивнул, сел и вслушался в монолог куратора:

– Тор Ульфович, начальник седьмого отдела, работающего по Каганату, только что прислал мне донесение агента, внедренного в службу, аналогичную нашей. Так вот, согласно этому донесению, наши коллеги «зарядили» масс-детекторами и минными кластерами четыре зоны перехода второй категории, через которые Дан, вероятнее всего, зайдет в Индигирку, и ждут. Канал слива информации о вашем скором прибытии в эту систему мы уже определили. Но брать шпиона считаем нецелесообразным по целому ряду причин. Кроме того, сочли необходимым добавить легенде о вашем скором прибытии в Индигирку еще один слой…

Внутренняя логика идеи его аналитиков нашла отклик и в моей душе, так что я спросил у Феникса, чем занимаются пассажиры, выслушал ответ, кивнул, дал команду повысить мощность гравикомпенсаторов на тридцать процентов и рванул в душ. А эдак через полчасика ненадолго заблокировал двери двух кают, проскользнул в лифт, поднялся в рубку, плюхнулся в пилотское кресло, защелкнул замки скафандра, перетянул на себя рабочий интерфейс, «огляделся» в пространстве, не обнаружил ничего подозрительного, деловито «встал» на рекомендованный курс и дал самую малую тягу на антигравы.

Добравшись до одной из «двоечек», «заряженных» тюрками, отправил Переверзеву коротенький доклад, получил ответ, врубил таймер обратного отсчета и «построил» курсантов – сообщил им, что вот-вот начну разгон на прыжок, и приказал зафиксировать тушки на переборках. Минут через десять после того, как все четыре скафандра замерли в неподвижности, попросил ИИ «поиграть» с антигравами и гравикомпенсаторами так, чтобы вызвать легкую тошноту.

Имитация «ухода на струну» получилась убедительнее некуда, поэтому я сообщил народу ориентировочное время выхода из гипера и поскучал почти час. А потом у зоны перехода «вскрылась» четверка тральщиков Шестопалова, прибывшая встречать Дана, и была атакована таким же количеством тюркских МДРК. Зря: эти борта были приманками и управлялись искинами. Так что вражеские борта, «выпавшие» из-под маскировочных полей в момент пуска ПКР, в мгновение ока обзавелись полевыми метками. А два постановщика помех, два сторожевика, два легких крейсера и два эсминца, возникшие «из ниоткуда», сначала задавили аналогам моей «Химеры» системы целеуказания, а затем шарахнули «Тайфунами» и «Одуванчиками».

Прекрасно понимая, что рядом с зоной перехода может прятаться еще какое-то количество вражеских бортов, командир рейдовой группы «вскрыл» еще один тральщик и отправил зачищать «заряженный» объем. Пока кораблик шмалял тралами, я скромно висел в сторонке. А через несколько минут после завершения работ постучался в рубку «Осляби», который вел самый плотный радиообмен, представился, сообщил, что уже сошел со струны, поблагодарил за встречу и заявил, что с меня причитается.

Довольно молодой каплей, пребывавший в прекраснейшем настроении, отрицательно помотал головой и объяснил свое отношение к этому вопросу:

– Мы ответили добром на добро: кто-то из ваших жег тяжелые корабли тюрков почти сутки и спас не одну сотню жизней.

– Наши – могут. И жгут… – согласился я, потер аватаркой переносицу и принял решение: – Но моей благодарности вам это не отменяет. Поэтому часов через шесть-восемь отправьте какой-нибудь транспорт к северо-восточному КПП космодрома Вороново и заберите у часовых десяток ящиков пива.

Флотский задумчиво прищурился, на пару секунд ушел в себя, а затем решительно кивнул:

– Я поступил бы так же. Поэтому отправим и заберем. Как я понимаю, до планеты доберетесь сами?

– Да.

– Тогда желаю удачи. И до связи…

Я приложил два пальца к правой брови, сбросил вызов, привычно встал на курс разгона и создал очередной слой легенды:

– Дамы и господа, нас, оказывается, ждали. Тюркские МДРК и рейдовая группа наших ВКС. И те, и другие прятались под маскировочными полями, но наши вояки оказались хитрее. Поэтому вражеские корабли превратились в металлолом, зона перехода протралилась, а мы сошли со струны не в минные поля, а в условно чистый космос. Внутрикорабельный режим сменю после внутрисистемного прыжка, но морально расслабиться можете прямо сейчас: очередное вторжение в Индигирку закончилось приблизительно так же, как и предыдущие – то есть, тюрки получили по рогам – а вы вот-вот окажетесь на планете и доберетесь до Альма Матер…

…Реакция «пассажиров» на мой возраст и внешность доставила море удовольствия: сообразив, что с Белогорья на Индигирку их доставил ровесник, двое парней и девица выпали в осадок. Поэтому на мою команду забираться в салон «Авантюриста» среагировали только со второго повторения. Ну, а Даша старательно держала лицо. Чтобы потенциальная сплетница не додумалась до «логичных догадок» и не смогла впоследствии заляпать ее грязью.

Я забрался в машину первым, сообщил бортовому искину, что нам надо в ИАССН, после вылета из ангара сдал его под охрану, пообщался с дежурным по космодрому и так далее. А после того, как флаер вырвался на оперативный простор, поймал взгляд будущего аналитика и вдумался в его монолог:

– Судя по всему, вы прилетаете на Индигирку не в первый раз. Значит, как минимум, представляете, что нас ждет в Академии, и можете дать пару советов. Пойдете навстречу в этом вопросе – будем искренне благодарны.

Я отрешенно подумал, что эксперт по Академии из меня аховый, тем не менее, навстречу пошел:

– Вы начинаете учиться в военное время, а это накладывает отпечаток на все и вся. Скажем, самые талантливые старшекурсники давным-давно убыли к местам службы и нарабатывают боевой опыт в реальных операциях. А часть менее продвинутых курсантов во время вторжений типа сегодняшнего помогают защищать планету в меру своих возможностей. Так вот, эти самые возможности создаете вы. Своей целеустремленностью, добросовестностью и усидчивостью. И ими же повышаете шансы на выживание. Причем не только свои, но и тех коллег, с которыми рано или поздно придется служить бок о бок. В общем, сможете сосредоточиться на учебе – приблизите нашу победу. Если не в этой войне, то в следующей. Или поможете Родине в условно мирное время. Нет – погибнете сами или кого-нибудь убьете. И еще: инструктора ИАССН дают очень и очень многое. Но все, что описано в учебниках, уже проштудировано аналитиками противника. Поэтому учитесь думать. И не бойтесь экспериментировать… во время выполнения виртуальных учебно-тренировочных задач: да, далеко не каждое альтернативное решение обрадует ваших наставников, но даже если вы придумаете одну-единственную наработку, на которую у наших противников нет готового адекватного ответа, то когда-нибудь поймете, что учились не зря.

– Совет нестандартный… и по-настоящему нужный… – заключил он, поблагодарил и потерялся в своих мыслях. А будущий дроновод, пялившийся в боковое остекление, откровенно расстроил:

– А правда, что тут, в Усть-Нере, курсанты академий разных родов войск постоянно дерутся?

– К сожалению, да.

– А почему «к сожалению»?

– Да потому, что недоумки, пытающиеся самоутвердиться за чужой счет, не понимают, что Империя воюет, а значит, каждая травма, полученная курсантами, замедляет их развитие! – гневно рявкнула Даша, нехотя оторвала взгляд от съежившегося парня, заставила себя успокоиться и уставилась мне в глаза: – Скажите, пожалуйста, а как добиться права изучать дополнительные дисциплины?

– Подать рапорт на имя командира учебного взвода. Через последнюю вкладку тактических комплексов, которые вам имплантируют либо сегодня, либо завтра.

– Спасибо… – довольно мурлыкнула она и посмотрела на Мальцеву. А та пожала плечами:

– У меня вопросов нет: я наводила справки об этой Академии у знающих людей и неплохо представляю, как все устроено. А вот за доставку благодарю. От всей души. Ибо знаю, как часто атакуют Индигирку, и как рискованно сюда добираться даже военными конвоями…

…Оставшуюся часть пути до академии трое «обычных» курсантов жили в боковом остеклении салона, а я переписывался с Дашей, Костей и Мариной. С Темниковой просто болтал. Синицыну отправил ее голографию и поставил задачу приглядывать за девчонкой. А Завадской сообщил о своем прилете, выяснил, какие приказы она получила, чуть-чуть скорректировал свои планы и попросил подготовиться к срочному вылету. Ибо допускал, что со «сдачей» подопечных дежурному по Академии могут возникнуть проблемы. Как вскоре выяснилось, зря: стоило мне доставить ребят в штаб, как дежурный отправил нас к полковнику Андрееву, а тот встретил нас в компании майора Фадеева и решил вопрос, что называется, с полпинка – поручил народ заботам особиста и «послал лесом» всех пятерых. Потом встал из-за стола, пожал мне руку, на полном серьезе поздравил со столь стремительным окончанием его академии, врубил «глушилку» и переключился на тему посерьезнее. В смысле, прислал мне коды доступа к ИИ «Морока», выделенного Завадской, описание алгоритма «прямого подключения» к ее ТК и архив видеозаписей учебно-тренировочных задач, выполненных Карой на высший балл. После чего попросил ее поберечь и дал понять, что мы свободны, как рыба об лед.

Тут я, каюсь, немного похамил. В смысле, сказал, что Дарья Алексеевна Темникова – моя близкая подруга, и попросил зачислить ее в одну учебную роту с Синицей.

Полковник пошел навстречу намного энергичнее, чем я рассчитывал – пообещал, что они окажутся в одном отделении. А потом озадачил:

– Тор Ульфович, интерес к вашей персоне становится все острее и острее – только за эти выходные майор Фадеев засек сорок три попытки гражданских лиц вывести курсантов, находившихся в увольнении, на разговор о вас, ваших возможностях, друзьях и знакомых. По уверению контрразведчиков, сидящих на этой теме, абсолютное большинство интересантов – главы влиятельных дворянских родов, ваши родичи и некие Алефельды. Ну, а меньшая часть – как вы наверняка догадываетесь – спецслужбы наших заклятых «друзей». В общем, имейте это в виду и не подставляйтесь…

Я поблагодарил его за информацию, откланялся и потопал в ангар для личного транспорта преподавателей, в который предусмотрительно вызвал «Волну». По дороге достучался и до Завадской, так что подождал ее у входа, поздоровался, поднял к флаеру, помог усесться в кресло пассажира, сел в свое, поднял машину в воздух и вывел на оперативный простор.

Пока добивался разрешения покинуть территорию ИАССН и набирал высоту, о Марине не вспоминал. Зато после того, как добрался до безлимитки, засек периферическим зрением ее ножки и в сердцах хлопнул себя по лбу:

– Кара, я собираюсь заскочить домой. Буквально на пять-семь минут. Не возражаешь?

Она отрицательно помотала головой:

– Надо – заскакивай.

Всю дорогу до «Яра» о чем-то сосредоточенно думала. А там, как ни странно, согласилась составить мне компанию, выбралась из флаера и даже оперлась на автоматически подставленное предплечье. Пока спускались на мой этаж, задумчиво разглядывала свое отражение в зеркальной стене лифта. А после того, как переступила порог квартиры, поинтересовалась, есть ли у меня ЦСД, выслушала ответ и попросила разрешения «потерзать терминал».

Я, естественно, разрешил. Но подошел к лотку доставки первым, извлек на свет божий содержимое контейнера, приехавшего минут за двадцать до нашего прилета, избавился от транспортной упаковки и вручил растерявшейся девчонке роскошный букет:

– Поздравляю с честно заслуженным орденом. Уверен, что он будет не последним. И хотел бы отметить его получение в гипере, с тортиком и другими вкусняшками.

Тут Кара знакомо закусила губу, зарылась носиком в махровую темно-фиолетовую сирень и… прыснула:

– Значит, поможешь ими закупиться: я собиралась предложить тебе то же самое, но даже близко не представляю, что хранится в твоих загашниках…

Глава 27

3 декабря 2469 по ЕГК.

…Вопреки моим опасениям, в «двоечке», через которую я планировал свалить в Каганат, не обнаружилось даже самых завалящих минных кластеров. Поэтому я поручил Фениксу «подмять» Ариадну МРК Завадской, пристыковать «Морок» к нам, помочь Каре перебраться в наш трюм, отцентровать «связку» и рассчитать идеальный режим «тихого» ухода на струну. А сам встретил гостью на пороге рубки, жестом отправил в кресло оператора систем КТК, вернулся в свое, заблокировал замки и дал нужную тягу на антигравы. Потом собрался, было, промурлыкать что-нибудь успокаивающее, но Марина как-то почувствовала мой настрой и не позволила развернуться:

– Тор, я все. В смысле, перестала в тебе сомневаться. Так что работай, не отвлекаясь, а я попробую почувствовать струну этой категории. Само собой, если ты позволишь войти в пилотский интерфейс вторым темпом…

Позволил. Разогнал МДРК. Вырубил Феникса, в нужный момент завел гипердвигатель и на удивление спокойно затащил «связку» в гипер. Вернее, превозмогать – превозмогал. Только для вида. И чувствовал, что «тянуть» два корабля почти так же комфортно, как один. К слову, это отметила и Кара. Через считанные мгновения после того, как я «реанимировал» искин, сменил внутрикорабельный режим на зеленый, вернул в рубку воздух и снял шлем:

– Я в восторге: ты резал «пики» так, как будто тянул один-единственный борт! А еще я, кажется, перестала бояться резонансов. Поэтому при первой же возможности найду слабенькую «двоечку» и проверю свои ощущения…

– Правильное решение… – поддержал ее я, отстыковал скаф от кресла, встал, с наслаждением потянулся и задал девушке вопрос на засыпку: – Ну что, желание отмечать получение первого ордена не пропало?

– Неа! – отзеркалив мои действия, весело ответила она и по-настоящему удивила: – Кстати, раз я перестала дурить, может, посидим в одной из кают? Да, флотские дизайнеры в принципе не задумывались о таком понятии, как уют, но трюм лично у меня ассоциируется с подвалом.

Я пожал плечами, выделил нам полчаса на сборы и волевым решением назначил местом отрыва каюту номер четыре, так как, де-юре, она была и не моей, и не Марининой. Потом прокатил нас до первой палубы, ушел к себе, снял скаф, засунул в шкафчик, выбрал режим обслуживания, принял душ и все такое. Немного потупил при выборе одежды, но в какой-то момент решил, что эта, «новая» Кара поймет мое нежелание натягивать комбез, и упаковал свою тушку в спортивные штаны, футболку и кроссовки.

Как вскоре выяснилось, «новая» Кара оказалась еще отмороженнее меня – заявилась в «четверку» в сверхкоротких спортивных шортах, в верхе от первого слоя компенсирующего костюма, весьма нескромно облегавшем бюст, и резиновых шлепках. Правда, первые минуты полторы искала в моих взглядах «тот самый» интерес, но, как мне показалось, по привычке.

А потом забила на все загоны и занялась делом: помогла накрыть на стол, порезала торт, переложила по одному, но очень большому куску на одноразовые тарелки, налила мне апельсиновый сок, вытребовала со склада одну-единственную бутылочку шампанского объемом сто восемьдесят семь с половиной миллилитров, приобретенную через терминал ЦСД моей квартиры, попросила открыть, налила напиток в одноразовый стаканчик, посерьезнела и уставилась мне в глаза:

– Ты ведь знаешь, за что именно меня наградили?

Я утвердительно кивнул. Молча. Так как понимал, что воспоминания о похищении не могут радовать по определению.

Девчонка отзеркалила мой кивок и грустно усмехнулась:

– Откровенно говоря, в момент возвращения в сознание я запаниковала, почему-то решив, что меня уже изнасиловали, а значит, жизнь закончена. Потом меня накрыло бешенством и желанием забрать с собой хотя бы одного насильника. А в тот момент, когда я стала оценивать имеющиеся возможности, в памяти всплыло твое утверждение «слово 'специальный» в названии нашего ведомства – это синоним слова «фантазия». Вот я ее и включила. Более того, рассматривала каждую придумываемую идею через призму «А как на это отреагировал бы Тор?» Ты своим незримым присутствием помогал и дальше – не позволил потерять голову от ярости и оторвал от первого трупа, напомнил о необходимости поднять тревогу и подсказал, как это можно сделать, раза три посоветовал уходить алогично и даже помог пережить тяжелейший «откат» от первого убийства голыми руками…

После этих слов она облизала губы и как-то странно усмехнулась:

– Я прекрасно понимаю, что все эти выверты восприятия были защитной реакцией моей психики, но, в то же самое время, чувствую, что они пошли на пользу. Хотя бы потому, что избавили от подростковых иллюзий и помогли почувствовать, что жизнь свободного оперативника – это ходьба по лезвию бритвы. В общем, я больше не боюсь ни смерти, ни насилия, ни плена, плевать хотела на мнения ревнителей чужой чести и… знаю, что твоей вины в моем похищении нет. Ведь эта группа искала информацию. О возможностях талантливого курсанта. А значит, через какое-то время другая группа станет искать информацию о моих возможностях – если я, конечно же, проявлю себя так, как планирую – и похитит кого-нибудь из моих знакомых просто потому, что таковы правила непрекращающейся войны между спецслужбами. И еще: я горжусь тем, что в свое время выбрала именно эту стезю, и обязательно стану свободной оперативницей. Вот увидишь!

– Увижу… – уверенно подтвердил я и решил помочь Завадской выйти из эмоционального пике: – Причем очень скоро: раз тебе выделили персональный «Морок», значит, разглядели потенциал.

Марина, успевшая сделать глоток шампанского, насмешливо фыркнула:

– «Мороки» выделяют многим. Поэтому этот критерий не впечатляет. В отличие от другого: меня отдали ТЕБЕ. На дрессировку. И я не разочарую…

– Что ж, я тебя услышал… – без тени улыбки сказал я и сделал вторую попытку: – Но дрессировки начнутся с завтрашнего внутрикорабельного утра. А сегодня у нас в программе небольшое застолье. Поэтому… я искренне рад, что ты вовремя включила фантазию, нашла выход из абсолютно безвыходной ситуации и сделала это исключительно достойно, от всей души желаю обрести вожделенный статус свободного оперативника уже после этого рейда и еще раз поздравляю с заслуженной наградой.

Эта попытка удалась: Кара с улыбкой заявила, что мои пожелания очень теплые, сделала еще один глоток шампанского, отставила его в сторону и… рассмешила:

– Невкусно. И не нужно: раз мой наставник сказал, что нам, свободным оперативникам, требуется светлая голова, значит, так оно и есть!

– Он плохого не посоветует! – преувеличенно серьезно сказал я, налил ей сока и демонстративно попробовал торт.

Торт оказался умопомрачительно вкусным, и Кара это отметила. После того, как спорола первый кусок и облизала ложку:

– Наставник, он бесподобен, и я хочу еще! Позволишь?

Я переложил на ее тарелку второй кусок, и девчонка засияла. Валяла дурака порядка двух часов – травила смешные анекдоты, описывала забавные проделки однокашников, с удовольствием шутила и отшучивалась, делилась детскими мечтами и тактично обходила темы, которые могли уязвить меня-мещанина. В процессе уминала вкусняшки, как не в себя. Поэтому в какой-то момент заявила, что объелась, завалилась на бок – благо, сидела на кровати – перевернулась на спину, заложила руку за голову и уставилась в потолок:

– С тобой спокойно и легко: мы болтаем часа полтора, если не больше, и за это время я ни разу не почувствовала даже намека на дискомфорт. С одной стороны, это приятно. А с другой заставляет сравнивать. К примеру, тебя с моим дедом: ты, точно знавший, что я получила «боевые» просто так, наотрез отказался от семи миллионов, а он сделал четыре попытки забрать у меня эти деньги, не преуспел и позавчера поставил ультиматум – заявил, что если я не перестану дурить, то вылечу из рода. И… нисколько не испугал: как ни обидно это признавать, но мы, Завадские, выродились и превратились в род торгашей; во всей главной ветви рода я по-настоящему уважаю всего одного человека; от алчности, завистливости и беспринципности родни давным-давно тошнит, а жизнь вне рода кажется благом. Кстати, о жизни вне рода: ты не будешь возражать, если я потрачу часть «боевых» на покупку квартиры и спортивного флаера?

Не знаю, как, но я почувствовал, что рассказ об ультиматуме деда – это самый настоящий крик души, а «благо» все-таки пугает, поэтому постарался вправить Каре мозги:

– Марин, эти деньги – твои, и ты вправе распоряжаться ими так, как заблагорассудится. Далее, как только твоя фантазия заработает в нормальном режиме, и ты обретешь вожделенный статус, «боевые» начнут капать каждый месяц, соответственно, нуждаться ты не будешь. И последнее: решила – делай. Только с умом. В смысле, покупай то, что будет по-настоящему радовать.

– К примеру, «Волну»? – с легким напряжением в голосе уточнила она.

– К примеру, ее… – эхом отозвался я и усилил эффект от этого ответа еще несколькими коротенькими утверждениями: – Мы ходим под смертью. Ибо воюем. Как правило, в одиночку. Поэтому жить нужно текущим мгновением. И в удовольствие.

– Скажи мне две последние фразы кто-либо еще, увидела бы в них второе дно. А в твоих его нет: ты ни на что не намекаешь, а просто делишься своими мыслями… – после недолгой паузы пробормотала она, приподнялась на локте, поймала мой взгляд и затараторила: – Я хочу приобрести квартиру в «Яре». По возможности, на одном этаже с твоей: да, ты прилетаешь на Индигирку раз в сто лет, а после того, как я получу статус свободной оперативницы, мы будем пересекаться и того реже. Но мысль о том, что мой наставник – еще и сосед, будет согревать душу.

«У-у-у, как тебя проняло-то…» – мысленно вздохнул я и сделал шаг навстречу: – Если под словом «наставник» подразумевался «друг», то покупай, не задумываясь. Кстати, могу ощутимо ускорить процесс, поставив «боевую задачу» по МС-связи своему личному консультанту из Императорского банка. И еще: моя квартира обошлась в триста шестьдесят тысяч, поэтому если ты опосредованно предложишь нынешним соседям цены полторы-две…

– Ускоряй: с радостью предложу хоть пять!!! – выдохнула она, толком не дослушав, затем оглядела стол и добавила: – Только не прямо сейчас: меня полностью отпустило, и я хочу поболтать о чем-нибудь приятном…

…Не знаю, кто из нас отъехал первым, но я продрал глаза в семь утра по внутрикорабельному времени, обнаружил, что задрых в «четверке», наткнулся взглядом на все еще спящую Марину, почесал затылок и тихонечко свинтил к себе. На всякий случай. Пока приводил себя в порядок, проанализировал все, что услышал за «вечер», и пришел к выводу, что эта девчонка заслуживает ничуть не меньше уважения, чем Оля, ее подружки и Даша. Определившись со своим отношением к новой достойной особе в моем окружении, попросил Феникса сообщить о ее пробуждении и заглянул в «Контакт».

Новых сообщений в нем не оказалось, поэтому я наговорил свое. Инне из Императорского банка. Поручив реализовать мечту Завадской. Закончив с этим делом, почувствовал, что проголодался, но решил, что завтракать в одно рыло будет неправильно по отношению к подруге, поэтому спустился в трюм, как следует размялся и зарубился с «Рукопашниками».

В таком ключе развлекался порядка получаса, а потом Феникс сообщил о том, что Кара продрала глаза, и я, вырубив дроидов, отправился избавляться от синяков, ссадин и микротравм. В медкапсуле провалялся все время, пока Завадская наводила красоту. А после очередного доклада ИИ прервал процесс восстановления, выбрался из уютного «гробика», быстренько оделся, вышел из каюты и практически столкнулся с напарницей.

В этот раз она оказалась упакованной в армейскую футболку и штаны от комбеза. Вот я и напрягся. Как выяснилось, зря:

– Мне все понравилось. Честно-честно! Просто празднование осталось в прошлом, а для дрессировки эта форма одежды подходит как нельзя лучше.

Согласился. Предложил перед «дрессировкой» позавтракать. Дождался энергичного кивка и повел рукой в сторону «четверки». А там был сбит с курса на терминал ВСД и отправлен к столу, понаблюдал за суетой исполняющей обязанности хозяйки, заметил, что ей это в удовольствие, и перестал искать просчеты в своем поведении накануне «вечером».

Во время трапезы не думал ни о чем серьезном – наслаждался легким застольным трепом и вкусом рисовой каши на молоке. После того, как Марина подала чай и пирожки с вишней, вспомнил о сообщении, отправленном Инне, заглянул в «Контакт», обнаружил ответ, перекинул в ТК и просмотрел. Благо, он был совсем коротеньким. А потом загрузил Завадскую:

– Пока ты дрыхла, я успел поставить «боевую задачу» консультанту. Инна приняла ее в работу, но задала уточняющий вопрос, который я переадресовываю тебе: «Выкупить квартиру у соседей не проблема. Но после их переезда было бы неплохо сделать ремонт. Хотя бы косметический. Если вы того же мнения, то кто им будет заниматься, мы или новая хозяйка?»

Она закусила губу, на долю секунды расфокусировала взгляд и тряхнула волосами:

– Ты сказал, что жить нужно текущим мгновением и в удовольствие. Я с этим полностью согласна. Поэтому пусть сделают ремонт. Полноценный. И…

– Так, стоп! – воскликнул я и выставил перед собой обе ладони. А после того, как Кара замолчала, вывесил перед ней «Контакт» с идентификатором Инны, уже забитым в нужное поле, взглядом показал на потолочную камеру и предложил описать все свои потребности.

– Я ж разойдусь по полной программе… – предупредила она, поняла, что не испугала, и действительно разошлась – поздоровалась, поблагодарила за толковый совет, задала потолок бюджета, который была готова потратить на покупку квартиры, разработку ее дизайна и последующий ремонт, перечислила все, без чего не представляла комфортной жизни, а потом выдала интересное заключение: – И последнее: я готова платить не только за стиль и комфорт, но и за скорость выполнения работ… само собой, в комплекте с высочайшим качеством. Учтите, пожалуйста, и этот нюанс. Заранее большое спасибо. Жду трехмерные интерактивные модели проектов. До связи…

– Они – личности добросовестные. Но «нюанс» учтут. И не разочаруют… – заявил я после того, как отправил сообщение, свернул «окошко», задумчиво потер переносицу, помог девчонке убрать со стола, вернулся на свое место и перешел к делу: – Итак, приступаю к дрессировке. Готова?

– Да.

– Мы летим в Бешбалык. Вся имеющаяся информация по этой системе вот-вот прилетит на твой ТК. Твоя основная задача – спланировать хотя бы одну диверсию с «выхлопом» от пяти миллиардов рублей и выше… за пятьдесят два часа, которые мы проведем в гипере. Далее, отталкивайся от возможностей своего «Морока»: я буду подстраховывать и не более. И последнее: задача второстепенная и необязательная – планирование совместной диверсии. С «выхлопом» от пятнадцати миллиардов.