Текст книги "Человек государев. Окталогия (СИ)"

Автор книги: Мила Бачурова

Соавторы: А. Горбов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 81 (всего у книги 128 страниц)

Человек государев 6

Глава 1
Черная сфера

– Всем стоять!

– Не двигаться!

Бабах!

– Руки вверх, глаза вниз!

– Все на пол!

Бабах!

– Быстро! Быстро!

– Лежать!

Бабах!

– Прочь с дороги!

Грабители веером разбежались по залу, стреляя из револьверов в потолок. Толчками, оплеухами и ударами по ногам заставляя посетителей банка ложиться на пол.

«Грамотно работают черти, – задумчиво прокомментировал Захребетник, наблюдая за происходящим из‑за кадки с пальмой. – Явно не первый раз берут банк, да и чувствуется, что тренировались страховать друг друга».

«Давай, делай уже что‑то! – потребовал я. – Ты зачем управление брал? Чтобы за деревом прятаться? Сам же сказал, что повеселимся».

«Погоди, – отмахнулся он, – успеется. Не помнишь, кто из нас револьвер не стал с собой брать? На „эм“ начинается, на „эл“ заканчивается. А магией тут не размахнёшься – слишком много посетителей, куча трупов будет. Не боись, сейчас что‑нибудь придумаю!»

– Отвалили от касс!

Грабители добрались до стоек с кассами.

– На пол! Быстро легли!

Трое перескочили через стойки и принятлись жёстко укладывать замешкавшихся клерков на пол, не скупясь на удары. У всех банковских работников на лицах застыло неподдельное удивление вперемешку с замешательством. Похоже, Первый Государев банк никогда не грабили, и клерки от такой наглости впали в ступор, не зная, что делать.

«Надеюсь, хоть у одного достанет мозгов вызвать полицию, – буркнул Захребетник. – Вот будет смешно, если в государевом банке даже тревожной кнопки нет».

Между тем один из грабителей залез на стойку и громогласно объявил:

– Здравствуйте, дамы и господа! Мы – ваши государи, если вы успели заметить.

Он окинул взглядом зал и сделал знак одному из своих подельников, указывая на входные двери. И продолжил орать на весь зал:

– Мы грабили вас много лет, так что потерпите ещё несколько минут. Хотите остаться в живых? Выкладывайте червонцы прямо сейчас.

В это время двое грабителей за его спиной суетливо выгребали деньги из касс. Хватали ассигнации, сминая бумажки, и засовывали в большие мешки.

– Сейчас ваш государь Иван пройдётся по залу, и вы отдадите ему деньги. Не жмитесь, господа! Это обычный налог. Мы, государи, имеем право обдирать своих подданных, когда захотим.

«Интересненько, – хмыкнул Захребетник. – Это политическая провокация или особая задумка для отвлечения внимания?»

«Ты делать хоть что‑то собираешься? – гаркнул я на него. – Или так и будешь смотреть? Ты что, струсил⁈»

«Спокойствие, Миша, только спокойствие. Чем позже мы начнём их гасить, тем лучше. Ты лучше обрати внимание вон на того типа. Вон того, который в сторонке стоит. Что‑то вокруг него магический фон больно подозрительный».

«Где? Ничего не вижу».

Захребетник вытащил из кармана «регента», нацепил на нос и осторожно выглянул между листьями пальмы. Я почувствовал, как у меня холодеет под ложечкой – вокруг одного из грабителей в воздухе плавали тонкие тёмные нити. Их было не слишком много, к тому же едва видимых, но не было никакого сомнения, что это дело рук колдуна или ведьмы.

«Внимательнее смотри, – шепнул Захребетник. – Это его собственная магия, а не чужая».

«Снова колдун?»

«Ученик. Едва входящий в силу. Удачно мы, однако, в банк зашли».

В это время грабители закончили паковать добычу, обобрав кассы и большую часть посетителей.

– Время, государь Михаил?

– Шестьдесят!

– Двигаем, государи. У нас ещё много‑много интересных дел.

Бабах!

Предводитель банды выстрелил в потолок и заорал:

– Всем лежать и не двигаться! Кто поднимет голову – получит в неё пулю!

Но стоило им двинуться к выходу, как Захребетник тоже пришёл в движение. Тенью метнулся за скамейкой для посетителей, нырнул за мраморную колонну и выскочил прямо у дверей. Загородив её и улыбаясь грабителям самым «приветливым» образом.

– Добрый вечер, милостивые государи! Думаю, вам не стоит торопиться – у полиции есть к вам срочный разговор.

Четверо грабителей тут же бросили мешки с деньгами и вскинули стволы. А у меня аж мурашки по спине побежали – стоять под прицелом револьверных стволов то ещё удовольствие. Пятый же, ученик колдуна, нахмурился и поднял руки ладонями к себе.

– С дороги! – предводитель осклабился. – Пшёл отсюда, «герой».

Но Захребетник лишь улыбнулся шире и демонстративно сложил руки на груди.

Выстрелы грохнули без предупреждения.

Первым нажал на спуск предводитель, а затем и остальные открыли стрельбу. По залу поплыл дым, а Захребетник стоял не шевелясь и продолжал им ослепительно улыбаться.

Курки защёлкали впустую, когда в барабанах закончились патроны. Налетевший сквозняк сдёрнул пелену дыма. И стало видно, что все выпущенные пули висят в воздухе передо мной, будто воткнувшиеся в невидимую стену.

«Не знал, что ты так умеешь».

Захребетник не ответил мне. Покачал головой, взял одну пулю, осмотрел и бросил на пол. А следом и остальные смертоносные кусочки металла осыпались дождём, со стуком раскатываясь по мраморным плитам.

– Я же сказал – вам придётся задержаться, государи мои.

– Седой, – рявкнул предводитель, – разберись!

Четверо грабителей подались назад, а ученик колдуна шагнул вперёд и вытянул руки, будто собираясь задушить меня.

Мутное, словно вода, смешанная с землёй, магическое щупальце метнулось из его ладоней в мою сторону. Но Захребетник махнул рукой и шлёпнул его, как строгая нянька по тянущейся к конфетам руке шалопая. А затем щёлкнул пальцами и одновременно сделал жест, точно бросил что‑то невидимое.

– Зло, совершённое нечестивцем, возвращается к нему горящими углями.

Ученик колдуна захрипел, словно подавился. Схватился за грудь, на которой расплывалось кровавое пятно. И стал медленно заваливаться на спину.

– Ну‑с, государи, – Захребетник повернулся к остальным грабителям. – Теперь с вами!

– Валим!

Они развернулись и, не сговариваясь, кинулись прочь.

– Глупо пытаться сбежать от…

Договорить Захребетник не успел. Тело ученика колдуна выгнуло дугой с жутким хрустом костей и суставов. Одежда на груди лопнула, и над трупом вспыхнула чёрная сфера.

Жуткая штука, я вам скажу. В зале потемнело, словно сфера всасывала в себя весь свет. От одного взгляда на неё становилось холодно, сердце сжимали тоска и ужас, а в ушах слышался вкрадчивый шёпот. Я не знаю языка, на котором произносились слова, но от него в голове мутилось, на языке появился горький вкус желчи, и зубы сами сжимались до скрипа.

– Дрянь!

Захребетник зарычал и прыгнул вперёд. Выставил ладони, точно загораживаясь от сферы.

– Здесь нет твоей власти! – выкрикнул он.

С моих ладоней потекла невесомая дымка, обволакивая чёрную сферу. Эдакий магический щит, укрывающий от неё остальной мир. Я почувствовал, как Захребетник вливает в него силу мощным потоком. Пожалуй, её бы хватило, чтобы защититься от выстрела из пушки прямой наводкой. Но дымка не становилась плотнее, словно чёрная сфера со своей стороны отсасывала из неё энергию, желая вырваться наружу.

Зазвенели стёкла, и я боковым зрением заметил, как четверо грабителей выскакивают из банка через окно. Но Захребетнику не было до них никакого дела. Он лил и лил силу, отчего мои ладони жгло огнём.

– Бегом все отсюда! – крикнул он клерку, лежащему на полу ближе всего. – Быстро!

Но тот смотрел на Захребетника непонимающим взглядом и хлопал глазами.

– Выводи людей из здания!

– Зачем? Они же ушли…

– Это бомба! Сейчас рванёт! – рявкнул Захребетник.

Слово «бомба» подействовало мгновенно. Клиенты банка вскакивали с пола и козлами неслись к выходу, по дуге обходя Захребетника и чёрную сферу. А следом за ними рванули и служащие банка. Ни один не задержался, и через пару минут мы остались в разгромленном зале одни.

* * *

«Ты же пошутил про бомбу?»

– Не совсем. – Захребетник пялился на сферу, продолжая лить силу. – Рванёт так, что разнесёт весь квартал. Чёртов колдун! Додумался, сволочь, посмертное заклятие в ученика вложить. Дрянь такая! Найду – ноги‑руки повыдергаю за такие фокусы!

«И что нам делать? Ты сможешь эту штуку обезвредить?»

– Если бы мог – уже сделал. Не разбираюсь я в таких мерзких штуках, тут специалист нужен по тёмному колдовству. Удержать могу, а разрядить – нет.

У меня запершило в горле от таких новостей.

– Теоретически можем попробовать сбежать отсюда и пусть взрывается себе. Правда, воронка таких размеров в центре столицы может вызвать большой скандал. На твоей карьере она точно не лучшим образом скажется.

«Ты же умный, придумай что‑нибудь».

– Лошадь умная, потому что у неё голова большая, – буркнул он. – Ты посмотри, что происходит: она мой щит изнутри прогрызает. Даже знай я, как её деактивировать, тут ещё две руки нужно. Кстати, учти, мы с тобой кучу силы с боярыней потратили, так что надолго меня не хватит.

Я чувствовал, что Захребетник тратит массу своих сил и периодически зачерпывает в моём внутреннем резерве. И судя по расходу, где‑то через полчаса нам придётся уносить отсюда ноги.

– Мерзость какая!

Пока мы с Захребетником разговаривали, он поменял что‑то в своей магии, и щит стал более плотным и заискрил яркими крохотными молниями.

– Ага, не нравится!

Сфера в ответ задрожала и начала плеваться маленькими чёрными облачками. С шипением они растекались по щиту, разъедая его, как кислота.

Пока мы так развлекались, в зале появились полицейские. Но стоило им увидеть чёрную сферу, как они тут же сбежали. А Захребетник продолжал пробовать разную магию, пытаясь побороть злое колдовство.

– Плохо дело, – Захребетник тряхнул головой и на секунду зажмурился. – Сил ещё минут на десять хватит, а идей больше нет. Жаль, конечно, но здание государева банка придётся строить заново.

– Не придётся, – послышался знакомый голос от двери.

За спиной раздались шаги, и через несколько секунд рядом со мной появился Корш. Нахохлившийся, как недовольный коршун, он, не отрываясь, смотрел на чёрную сферу.

– Добрый вечер, Иван Карлович. Рад вас видеть, – Захребетник криво улыбнулся.

– Не скажу, что он добрый, – Корш поморщился. – Но выбирать не приходится. Держи её, Михаил, сейчас должно стать легче.

Корш скинул форменный китель и бросил его на скамейку, засыпанную битым стеклом. Закатал рукава и подошёл к сфере.

– Ну‑с, посмотрим, не забыл ли я, как это делается.

Он размял пальцы, будто пианист перед концертом. Вытащил из кармана два кубика малахириума и зажал в ладонях. И скороговоркой начал произносить длинную цепочку Глаголов.

С его кулаков сорвались два потока ярко‑голубого света. Пробили щит Захребетника и голодными псами вгрызлись в чёрную сферу.

«Ты смотри! – Голос Захребетника у меня в голове стал восторженным. – А шеф‑то у тебя не кабинетная крыса. Я думал, он только в аппаратных играх силён, а у него вполне себе боевой опыт. Нет, ты погляди, как красиво работает!»

Лицо Корша посерело от напряжения, а по лбу катились крупные капли пота. Но его усилия не пропали даром. Чёрная сфера начала съёживаться и покрываться дырками, делаясь похожей на пропавший сыр. Пока через несколько минут не исчезла окончательно.

– Мерзость какая! Найду, кто это сделал, и ноги‑руки повыдергаю! – почти слово в слово повторил Корш слова Захребетника. – Идём, Михаил, надо выйти на улицу, чтобы не дышать оставшимися миазмами. Государю придётся раскошелиться на приличную сумму, чтобы очистить здание банка от остатков чёрной магии.

* * *

Возле банка стояло плотное оцепление полиции. А вокруг заслона городовых плескалось целое море зевак, пришедших поглазеть на ограбление банка. И никакие уговоры, что здесь опасно и может произойти взрыв, не могли заставить их разойтись.

Внутри оцепления метался управляющий банком, заламывая руки и жалобно завывая о непоправимом ущербе. Тут же был и Кошкин, хмурый и мрачный, как грозовая туча.

– Я возьму вас на подозрение, Михаил Дмитриевич, – заявил он, увидев меня. – У вас прямо талант появляться в местах, где происходят громкие преступления.

Корш поморщился.

– Не до шуток, Аркадий Францевич. Дело серьёзное, мне понадобятся твои люди, чтобы найти остальную банду.

– Полиция уже расследует это дело, Иван Карлович, – Кошкин насупился. – Это от вас будет нужна консультация специалистов по магии.

– Расследует? – Корш вздёрнул бровь. – Так мы его забираем в связи с применением тёмной магии. Это наша сфера ответственности, и вести дело будет Коллегия.

Следующую четверть часа они разбирались, кто будет вести расследование. В исключительно вежливых выражениях, но чуть ли не шипя друг на друга. Я же стоял рядом, слушал и старался не отсвечивать.

В процессе разговора выяснилось, что за бандой налётчиков полиция гоняется уже год. Раньше они гастролировали в провинции, грабя небольшие банки, и вот добрались и до столицы.

– Да пойми же, Карлович, – настаивал Кошкин, – мы их почти уже выследили. Если сейчас дело твоим молодцам передавать, они уйдут! Там материалов десяток томов да три вагона улик. Пока твои разберутся, вся банда сбежит.

– Пиши официальную бумагу, – решил Корш. – Эксперта дам, так и быть. Но если не поймаешь – будешь с государем объясняться.

Они ударили по рукам, и мы с Коршем выбрались за оцепление.

– Благодарю, хорошо отработал, – сказал мне на прощание Корш. – Как время будет, научу тебя заклинанию против подобной гадости. Чтобы мне с совещаний не срываться на такие случаи.

«О! – Захребетник хохотнул. – Ты переходишь из категории любимого сотрудника в личные ученики».

Но я лишь отмахнулся, взял извозчика и поехал домой. После случившегося у меня сил не было ни на разговоры, ни на поездку на своём автомобиле.

Глава 2
Случайности

Через неделю после истории с ограблением Колобок и я собирались ехать на вызов. Но меня перехватила в дверях Софья Андреевна.

– Михаил Дмитриевич, постойте! Вас просит зайти Иван Карлович. Или у вас сейчас срочное дело?

– Да всё штатно, подозрение на незаконное использование магии. – Я вопросительно взглянул на Колобка. – Пётр Фаддеевич, обойдётесь без меня?

Колобок кивнул. Я отправился к Коршу.

– Вызывали, Иван Карлович?

– Проходите, Михаил.

Корш оторвался от лежащих перед ним бумаг, приподнялся и протянул мне руку.

Я отчего‑то был уверен, что разговор пойдёт об ограблении банка, но Корш меня огорошил.

– Благодарю вас за бдительность, господин Скуратов. В управлении проведено внутреннее расследование. Выявлены недостатки в работе первого отдела. Руководитель отстранён от должности.

– Первого отдела? – переспросил я.

– Именно. – Корш снял пенсне, устало потёр лоб. – Помните, около недели назад вы обнаружили несостыковку между количеством магических самоваров, поступающих от производителей, и количеством проданных?

– Да, было, – вспомнил я. – Мы с Приваловым случайно это обнаружили. Проверяли другую информацию, по взрывающимся амулетам, но машина различий поняла запрос по‑своему и выдала целый ворох лишних цифр.

– Да‑да, – мрачно кивнул Корш. – То‑то и оно, что вы обнаружили это случайно! А могли бы ещё сто лет не обнаружить. При том что самовары, как показало проведённое расследование, лишь малая часть того халатного попустительства – а может, и злонамеренных действий, это нам ещё предстоит узнать, – каковое имело место быть в первом отделе. Ох, Михаил… – Корш отложил пенсне. – Иной раз я самому себе представляюсь рыбаком, который перебирает гнилой невод. Тянешь его – и не знаешь, в каком месте лопнет в следующий раз. Слов нет, чтобы сказать, до какой степени тут всё запустили. Куда ни сунься в управлении – кругом бардак!

Он вдруг раздражённо ударил ладонью по столу.

– Ну… – пробормотал я. – Всё, что я могу сказать: в нашем отделе уж точно порядок. Мои коллеги – профессионалы своего дела, и работают они с полной отдачей.

– Ох, только не принимайте на свой счёт, – Корш махнул рукой. – Это я так, от досады ворчу. Который день над бумагами сижу, и всё больше глаза на лоб лезут. К вашему отделу у меня никаких вопросов. Напротив – душой отдыхаю, когда к вам прихожу. Я, собственно, в числе прочего хотел сообщить, что руководством окончательно согласовано решение о расширении вашего отдела. И, вероятнее всего, о реструктуризации. Сейчас у вас не хватает даже рядовых оперативников, по любой ерунде приходится дёргать сыскное. Нет своих людей, чтобы ставить их в наружное наблюдение, не с кем проводить операции. Спасибо Глебу Егоровичу – выручает, да и с Кошкиным я на короткой ноге. Но ведь согласитесь, не дело это – каждый раз одалживаться.

– Не дело, – кивнул я. – Коллеги мне рассказывали, что раньше всё было иначе.

– Было, да. – Корш вздохнул. – А потом пошла мода на эффективных управленцев. Появились этакие всезнайки в дорогих костюмах с заграничным образованием, обещающие ускорение процессов и сокращение расходов. Послушались их – и теперь вот имеем нехватку необходимых сотрудников и раздутый штат в подразделениях, без которых, положа руку на сердце, можно вовсе обойтись. А расходы сократились лишь за счёт ограничений, накладываемых на использование малахириума. Виданое ли дело – сапожника без сапог оставлять? Это что, скажите на милость, за эффективное управление такое?

Корш говорил зло, уже не скрывая негодования. Чувствовалось, что у него наболело. Он вытащил из ящика стола трубку, принялся набивать её табаком.

– А кем именно были приняты эти решения? – осторожно спросил я. – Ну, по реорганизации, по сокращению расходов. И прочему? Ведь если этот человек… гхм… всё ещё продолжает свою деятельность, то, на мой скромный взгляд, его следовало бы отстранить.

Корш поднял глаза от трубки и погрозил мне пальцем.

– За проницательность хвалю. Но такие вопросы, Михаил, вслух задавать не следует. Это не нашего с вами ума дело, кто да что. Вы заметили в управлении непорядок, проинформировали меня – за это честь вам и хвала. Буду благодарен, если и впредь не станете упускать из внимания такие вещи. Собственно, для чего я вас позвал: постарайтесь сегодня выкроить время и ещё раз посетить архив. Поставьте задачу Привалову: детально, пошагово сопоставить все приходы и расходы магических артефактов. Для начала хотя бы за прошлый год. Я мог бы вызвать Привалова сам, но мне кажется, что вы лучше меня объясните задачу. Вы ведь этим вопросом уже занимались.

– Да, конечно, – обрадовался я. – Будет сделано. Прямо сейчас отправлюсь в архив!

– Благодарю вас. Это всё, можете быть свободны. – Корш скользнул взглядом по моему лицу. – Вы выглядите каким‑то подозрительно довольным…

– Есть немного, – признался я. – Опасался, что вы мне прикажете искать изготовителя поддельных самоваров.

Корш рассмеялся.

– Не тот я человек, Михаил, чтобы микроскопом гвозди заколачивать! Ступайте и занимайтесь своим делом, с самоварами уж как‑нибудь без вас разберутся.

«Так‑так‑так, – радовался Захребетник, пока я шёл в архив. Я явственно представил, как он потирает руки. – В скором времени быть тебе начальником!»

«С чего ты это взял?»

«А что такое, по‑твоему, „реструктуризация“? Ваш отдел расширят, создадут несколько направлений, над каждым поставят ответственного, а тебя сделают начальником над всеми».

«Ну да, непременно меня, – фыркнул я. – Не Цаплина с его опытом, не Ловчинского и Колобка с их заслугами, а меня».

«Поживём – увидим», – отрезал Захребетник.

* * *

В архиве Привалов, который как раз закончил играть с машиной различий в преферанс, а начать новую партию ещё не успел, выслушал меня с энтузиазмом. Обсуждая с ним детали предстоящей работы, я не заметил, как увлёкся сам. К обеду мы загрузили в машину первую порцию перфокарт. Обучение её оказалось интересным и азартным занятием. Когда в архив заглянул Ловчинский сообщить, что в Нескучном саду зафиксирована магическая стрельба, от расчётов я оторвался с неохотой.

А вечером, приехав домой, я увидел, что Принцесса и Зубов поджидают меня во дворе.

– Ну ты даёшь, Миша! – восхищенно сказал Зубов. – Самого Трубецкого на гонках обошёл! И опять не сказал ничего.

– Я после гонки домой под утро приехал, – объяснил я. – Следующие два дня ты где‑то пропадал, на квартире не появлялся, а после я забыл. А ты‑то откуда об этом узнал? Газет не выписываешь. Да и не припомню, чтобы ты интересовался гонками.

– Слухами земля полнится, – ухмыльнулся Зубов. – У меня, Миша, знакомых в этом городе столько, что никакие газеты не нужны, рано или поздно любые сплетни доносят. Независимо от того, интересует меня предмет слухов или нет. А гонками – почему же это я не интересуюсь? Очень даже интересуюсь. Когда ты в следующий раз туда поедешь?

– Гав? – поддержала Зубова Принцесса.

Я развёл руками.

– В ближайшее время не собирался.

Теперь уже возмутился Захребетник.

«Как это – не собирался⁈ А для чего ты машину покупал?»

– Что значит – не собирался? – присоединился к Захребетнику Зубов.

Принцесса возмущенно гавкнула.

– Понял, – засмеялся я. – В ближайшее воскресенье поедем на гонки все вместе.

* * *

Когда в воскресенье после завтрака я вышел во двор, то увидел, что Зубов уже сидит в машине на переднем сиденье.

Принцесса стояла перед автомобилем и негодующе лаяла. Зубов смотрел в сторону и делал вид, что глухой.

– Миша, ну сколько можно тебя ждать? Поехали!

Я засмеялся и сел за руль.

Принцесса недовольно махнула хвостом, однако в машину запрыгнула. Некоторое время она возилась на заднем диване, а потом пропихнула свою лохматую голову между Зубовым и мной. Ирина Харитоновна растроганно помахала нам вслед платочком.

Так мы и ехали по городу, заставляя встречных извозчиков ухмыляться в бороды, а мальчишек на тротуарах восторженно свистеть.

Гонщики и болельщики собирались, как обычно, в трактире. Но день был погожим, солнце светило уже почти по‑летнему, и многие стояли на улице, у машин. Некоторые отправились прогуляться по сосновому бору. На устроенных там дорожках среди ровных, устремленных ввысь стволов сосен мелькали мужские сюртуки и дамские платья.

Алый автомобиль Сержа я заметил издали. Серж небрежно облокотился на дверцу машины и разговаривал о чём‑то с гонщиком, которого я видел в прошлый раз.

Этот парень мне даже имя своё называл. Кажется… Это было после второй бутылки шампанского. Или после третьей? Ладно, разберёмся.

Серж, увидев меня, помахал рукой. Зубов тоже разглядел в толпе курящих, смеющихся людей кого‑то знакомого и устремился к нему. Мы с Принцессой подошли к Сержу.

– Ух, какой красавец! – восхитился он. – Привет!

Присев на корточки, Серж протянул Принцессе руку. Та с серьёзным видом подала ему тяжёлую лапу.

– Ты ей понравился, – улыбнулся я. – С кем попало Принцесса не здоровается.

– Правильно делает, – засмеялся Серж. – Принцессе здороваться с кем попало по этикету не полагается.

Собеседника Сержа кто‑то окликнул, он от нас отошёл.

– Поедешь сегодня? – спросил у меня Серж.

– Да, собирался.

– Отлично! Уж в этот раз я тебе не уступлю.

– Посмотрим.

Мы посмеялись.

– Вот что я тебе хотел сказать, Миша. – Серж вдруг посерьёзнел. Он как бы невзначай огляделся по сторонам и придвинулся ко мне. – Ещё в прошлый раз собирался, но решил не портить тебе настроение… Видишь ли. Я с Лопухиным знаком давно, с самого детства. Он старше меня почти на десять лет и когда‑то дружил с моим братом. Потом они поссорились – Андрей не рассказывал из‑за чего, – и с тех пор не разговаривают. В гонках Андрей никогда не участвовал, он считает это занятие несерьёзным. В отличие от Лопухина, который давно пытался выбиться в лидеры и каждый раз, проигрывая, чуть не лопался от злости. Сам я с Лопухиным не враждовал, но и друзьями мы не были. Я всегда относился к нему настороженно, и, как оказалось, не зря. Лопухин самолюбивый, тщеславный и очень мстительный человек. А ты серьёзно его обидел. Я более чем уверен, что Лопухин попытается тебе отомстить. Едва ли самолично, собственными руками, но отомстит непременно. Самого его из клуба изгнали, а подпевалы остались, их немало. Ты, возможно, подумаешь, что во мне говорит обида проигравшего…

– Нет, не подумаю, – вырвалось у меня. – Ничего нового ты не сказал. С мстительностью Лопухина мне уже доводилось сталкиваться. Но за предупреждение спасибо. Я рад, что ты на моей стороне.

Серж кивнул.

– В таких вопросах я всегда на стороне чести.

Мы пожали друг другу руки.

– Гав! – вдруг сказала Принцесса.

До сих пор она смирно сидела у моих ног. Но вдруг, боднув меня головой в колено, сорвалась с места и побежала прочь.

– Что это с твоей собакой? – удивился Серж.

Я пожал плечами.

– Не знаю. Может, надоело нас слушать, пошла искать Зубова?

Но Принцесса уверенно миновала и Зубова, и прочих людей, стоящих у машин. Она побежала по дорожке, ведущей к сосновому бору. Заставила посторониться степенно фланирующих кавалеров и дам и скрылась за деревьями.

– Ого, – удивился Серж. – И часто она убегает?

Я нахмурился.

– Просто так – никогда. Извини, я тебя оставлю. Мне нужно выяснить, в чём дело.

Я быстро прошагал через площадку к дорожке. Дойдя до неё, перешёл на бег. Прогуливающиеся пары удивлённо смотрели мне вслед.

– Принцесса! – на ходу позвал я.

После Синюшкиного колодца совершенно не был уверен, что Принцесса прибежит или хотя бы откликнется. Но в ответ послышался лай. Принцесса явно звала меня к себе.

Я прибавил ходу.