Текст книги "Красный священник (ЛП)"

Автор книги: Е Юань

сообщить о нарушении

Текущая страница: 32 (всего у книги 108 страниц)

Глава 795
Терпение

Будучи типичным домоседом, этот представитель рода Крови за все минувшие годы мог пересчитать пережитые им сражения по пальцам одной руки. И уж тем более ему никогда не доводилось вступать в бой с превосходящими силами противника.

Будь то стычка с тем фанатиком «Первозданной Луны» или же противостояние с отцом Утравски в Церкви Урожая, он всегда полагался на численное превосходство. В самом крайнем случае это была дуэль один на один.

При мысли о том, что даже втроем, вместе с родителями, им не удалось одолеть этого полугиганта-епископа, лицо Эмлина заметно позеленело. Память безжалостно воскресила те жуткие унижения, что он вынес под сводами Церкви Урожая.

Поскольку по коридору то и дело сновали жильцы, а мишень – искусственный кровосос Гарис Кевин – наверняка обладал звериным чутьем, юноша не отважился долго торчать под дверью. Проскользнув мимо, он добрался до самого конца прохода и надежно укрылся в густом мраке.

«И что прикажете делать дальше?..» – Эмлин привалился спиной к куче какого-то хлама, наглухо отсекавшей багровые лучи луны. Его мысли лихорадочно метались, отчаянно силясь выудить хоть какой-то толковый план из тех жалких крох боевого опыта, что у него имелись.

Внезапно в памяти всплыли наставления, которыми «Повешенный» так щедро делился с «Солнцем»:

'Терпение – это фундаментальный залог успеха в большинстве критических ситуаций…

Умение обуздать собственные порывы и усмирить спешку позволяет свести любые риски к абсолютному минимуму…

Порой выжидание – это самое грозное оружие…'

Выжидание… Эмлин едва заметно кивнул, окончательно осознав, как надлежит действовать.

Он затаится прямо здесь и дождется, пока Аргос уберется восвояси!

Эта каморка не принадлежала второму искусственному кровососу, а значит, тот неминуемо покинет ее. И тогда всё вновь сведется к старой доброй дуэли один на один.

Терпение. Выжидание. Покой… Эмлин, словно мантру, раз за разом прокручивал в голове эти слова, отчаянно силясь защититься от той чудовищной пытки, которой его подвергала окружающая обстановка.

Воздух на первом этаже многоквартирного дома был насквозь пропитан бьющим в нос запахом мочи, гнилостной сыростью, амбре неубранных нечистот и едкой гарью от дешевого угля. К этому тошнотворному букету примешивались застарелый пот тех, кто неделями не видел мыла, специфические, густые миазмы самих жильцов и целая россыпь кислых, мерзких ароматов. Слившись воедино, этот концентрированный яд безжалостно разъедал утонченные чувства вампира.

Впервые в жизни Эмлину до смерти захотелось отрезать собственный нос. Казалось, будто он уже низвергся в Бездну и корчится в самых адских котлах преисподней.

«Терпение… Выжидание… Покой…» – юноша механически, словно заведенный, бубнил эти заповеди. Каждая проведенная в этом смраде секунда казалась вечностью.

Наконец дверь каморки Гариса Кевина приотворилась. В проеме вырос тощий силуэт со смугло-коричневой кожей. Резко очерченные скулы, высокая переносица с легкой горбинкой на конце – сомнений быть не могло: перед ним стоял тот самый сектант «Первозданной Луны», Аргос.

Прямо сейчас его лицо «украшали» несколько вздувшихся, сочащихся гноем язв, придавая облику откровенно мерзкий вид.

«Так и знал. Этот малолетний старикашка Иэн оказался прав: одежда на ублюдке целая и выстиранная, он совершенно не вписывается в пейзаж Ист-Энда…» – Эмлин мгновенно взбодрился. Беззвучно ворча себе под нос, он не сводил глаз с Аргоса, пока тот не покинул обшарпанное здание.

Выждав для верности еще минут пять, вампир выпрямился, решив, что пора переходить в наступление.

Поскольку Гарис Кевин являлся искусственным кровососом, Эмлин кристально ясно понимал, какими талантами и уязвимостями тот обладает. Это позволяло выстроить безупречный, бьющий точно в цель план подготовки.

«Обоняние у него ничуть не хуже, чем у меня в дни совершеннолетия… Хм, впрочем, тут можно и поспорить. Раз он умудряется жить в такой зловонной клоаке, то наверняка давно лишился и носа, и рассудка… Однако духовность у него будь здоров, звериное чутье на угрозу никуда не делось. Да и слух со зрением не подкачали…» – клеймя врага жгучим презрением, Эмлин сноровисто осушил флакон зелья и щедро окатил себя спреем, вновь наглухо вытравливая собственный запах.

Следом он провернул уже знакомый фокус: сочетая выпитый эликсир и наружное покрытие, вампир полностью растворил очертания своего тела и одежды. Его силуэт исчез, словно стертый ластиком с бумаги.

В пустом, глухом углу коридора из пустоты внезапно вынырнул блокнот размером с ладонь, обтянутый медно-зеленой обложкой. Фолиант словно просочился сквозь невидимую, стеклянную преграду.

Страницы книги абсолютно бесшумно перелистнулись сами собой, застыв на белоснежном листе, испещренном сложной вязью астрологических символов.

Руны мгновенно растаяли, а полумрак вокруг едва уловимо посветлел.

Это был не что иное, как талант «Астролога», вносящий помехи в духовное восприятие!

Выполнив свою задачу, медно-зеленый «Дневник путешествий Леймано» медленно попятился назад. Дюйм за дюймом он испарился, вновь укрывшись за пеленой невидимости.

Завершив подготовку, Эмлин прокрутил в уме план атаки. Ступая легко, словно пушинка, он абсолютно бесшумно приблизился к каморке Гариса Кевина, однако к самой двери подходить благоразумно не стал.

Медно-зеленый фолиант вновь соткался из пустоты, распахнувшись на странице с заклинанием «Открытие врат».

В разуме вампира тотчас же эхом раскатился призрачный голос, незримо «подталкивая» его вытянуть руку и прижать ладонь к глухой стене.

Синхронно с этим маневром Эмлин с предельной осторожностью упрятал «Дневник путешествий Леймано» за пазуху, надежно скрыв артефакт под невидимой курткой.

Едва его пальцы коснулись обшарпанной кладки, как перед глазами из ниоткуда выросла призрачная, лишенная плотности тускло-лазурная дверь. Она словно вросла в стену, сквозь её марево всё еще просвечивали контуры грязных кирпичей.

Навострив уши и втянув воздух, чтобы оценить обстановку внутри, Эмлин шагнул вперед. Он плавно, словно сквозь водопад, просочился сквозь эти иллюзорные лазурные створки.

Декорации перед его взором мгновенно преобразились. Теперь он видел заляпанные грязью стены, приткнувшуюся в углу деревянную койку, ветхий шкаф да груды всякого хлама, распиханные по трем сторонам.

Он очутился прямо в недрах каморки Гариса Кевина!

А та самая лазурная дверь за спиной Эмлина бесследно испарилась, будто её отродясь там не стояло.

С параноидальной осторожностью окинув комнату взглядом, вампир безошибочно выхватил фигуру мишени.

Этот сектант «Первозданной Луны» оказался весьма смазливым метисом. Длинные, спадающие на плечи волосы обрамляли лицо, а в карих глазах мерцали едва заметные багровые искры – верный признак того, что чистокровный цвет глаз рода Крови ему так и не достался.

Парень сидел на краю кровати и неотрывно сверлил взглядом входную дверь, с головой уйдя в какие-то свои думы.

Не издав ни единого шороха, Эмлин по дуге зашел с фланга. Оказавшись в слепой зоне врага, он выудил «Дневник путешествий Леймано» и открыл ту самую страницу, от которой подушечки пальцев начинало едва заметно покалывать.

Выжженный желтизной лист, смахивающий на грубый пергамент, был сплошь усеян древними, искореженными символами и орнаментами. Сплетаясь воедино, эта вязь образовывала диковинный узор, походящий на одинокое, чахлое деревце, отчаянно тянущее голые ветви к небесам.

Выверив идеальный ракурс, Эмлин плавно провел пальцем по бумаге.

В ту же долю секунды ослепительно-серебристая вспышка молнии разорвала полумрак, залив каморку светом, подобным яркому полудню.

Искрящий треск еще не успел ударить по ушам, а разряд уже с сокрушительной силой впечатался прямиком в макушку Гариса Кевина. Удар мгновенно обуглил кожу фанатика, его тело забилось в дикой конвульсии, а взгляд на мгновение расфокусировался, подернувшись мутной пеленой.

Пока серебристые электрические змеи всё еще хаотично плясали по одежде жертвы, силуэт Эмлина Уайта хищной тенью вынырнул за спиной парализованного врага. Выбросив правую руку, вампир мертвой хваткой сомкнул пальцы на шее сектанта.

Хрясь!

Он с ледяным хладнокровием свернул Гарису Кевину шейные позвонки, а затем мощным, безжалостным рывком оторвал ему голову. Отбросив тело в сторону, Эмлин на корню зарубил любые попытки искусственного кровососа пустить в ход свою феноменальную регенерацию.

Шмяк!

Обезглавленный труп грузно рухнул на грязный пол, щедро орошая округу фонтанами свежей крови.

Искусственный кровосос расстался с жизнью в мгновение ока.

Ледяная невозмутимость на лице Эмлина тут же сменилась искренним ошеломлением. Не веря собственным глазам, юноша уставился на зажатую в пальцах голову. Гарис Кевин испустил дух так стремительно, что даже не успел осознать происходящего: в его остекленевших глазах навеки застыла дикая смесь агонии и полнейшего непонимания.

«Так просто? И это всё?» Эмлин, при всей своей нескромной гордости, даже помыслить не мог, что расправиться с искусственным вампиром окажется настолько плевым делом. Однако суровая реальность доказывала обратное.

«Парализующий разряд молнии в связке с моей феноменальной скоростью выковал идеальный, мгновенный смертоносный удар… Хех, конечно, сработает это лишь в том случае, если враг до одури боится электричества и легко впадает в ступор… Плюс предварительное глушение духовной интуиции, отказ от лобовой атаки и этот изящный фокус с прохождением сквозь стену. Всё это сложилось в безупречную цепочку триумфа…» Отойдя от шока через пару секунд, Эмлин скрупулезно, дюйм за дюймом, разобрал в уме всю схему боя, пополнив свою копилку поистине бесценным опытом.

Лишь теперь он кристально ясно осознал всю ту сокрушительную мощь, что таится в грамотной комбинации Потусторонних талантов, и подлинную, баснословную ценность «Дневника путешествий Леймано».

«Немудрено, что господин Повешенный так рьяно желал его арендовать…» – Эмлин вынырнул из раздумий. Его взгляд упал на бурлящую лужу густой крови, и кадык вампира предательски дернулся.

Ему уже очень давно не доводилось лакомиться столь свежей, парной кровью.

Впрочем, пригубить этот нектар он так и не отважился. Потусторонняя характеристика врага еще не успела выкристаллизоваться, а значит, её ядовитые крохи по-прежнему щедро растворены в крови. Стоит лишь сделать глоток – и схлопочешь жесткий передоз, рискуя сорваться в бездну безумия. Подобная глупость могла поставить крест на всем дальнейшем плане.

Титаническим усилием воли отведя глаза, Эмлин окинул комнату взглядом. Отыскав кипу старых газет и небольшой деревянный ящичек, он приготовил их, чтобы чуть позже упаковать свой трофей – голову Гариса Кевина.

Но прежде юноша опустился на стул, терпеливо дожидаясь, пока Потусторонняя характеристика покойника не отделится от плоти.

Минуты через две Эмлин внезапно вскинул голову и вперил пронзительный взгляд в дверь.

До его чуткого слуха донесся мерный, приближающийся топот!

А уже в следующее мгновение он безошибочно почуял до боли знакомый запах Аргоса!

Этот искусственный ублюдок вернулся? Дал по тормозам и развернулся на полпути? Нервы Эмлина Уайта тут же натянулись как струны: он решительно не представлял, как выкручиваться из столь скверного положения.

Тук!

Застывший по ту сторону двери Аргос лишь единожды стукнул костяшками по дереву. Вслед за этим снаружи повисла мертвая, звенящая тишина – сектант не издавал больше ни единого шороха.

Эмлин на долю секунды опешил, но тут же кристально ясно осознал: враг уловил густой запах свежей крови и безошибочно понял, что в каморке стряслась беда.

«И что теперь прикажете делать?.. Рвануть напролом и пустить его в расход прямо в коридоре? Нет, никуда не годится. Могут заметить случайные зеваки, и тогда на хвост неминуемо сядут казенные ищейки…» – лихорадочно соображал вампир. Повинуясь чистым инстинктам, он выудил из кармана зелье, изготовившись в очередной раз набросить на себя пелену невидимости.

И в этот самый миг в его голове вспыхнуло воистину спасительное озарение.

Беззвучно выдохнув, юноша бережно водрузил оторванную голову Гариса Кевина прямо на кровать. Следом он залпом осушил эликсир невидимости, щедро окатил себя спреем и, ступая мягко, словно пушинка, перебрался в самый темный угол каморки, надежно укрывшись во мраке.

Благодаря этому изящному финту декорации в комнате выглядели абсолютно безупречно: кровавая расправа уже свершилась, а таинственный убийца давным-давно скрылся с места преступления, не оставив и следа.

Секунды складывались в минуты, неумолимо отмеряя время. Что по эту, что по ту сторону двери царило глухое, абсолютное безмолвие, прерываемое лишь шарканьем случайных жильцов, изредка снующих по коридору.

Внезапно рассохшаяся оконная рама с протяжным скрипом подалась назад. Сквозь образовавшуюся щель в каморку впились два настороженных, цепких взгляда.

Дотошно просканировав каждый дюйм пространства, Аргос – всё с тем же покрытым гнойными язвами лицом – оперся о подоконник и пружинисто спрыгнул внутрь. Ступая с параноидальной осторожностью, сектант медленно приблизился к обезглавленному трупу, из которого пока еще едва заметно выкристаллизовывалась Потусторонняя характеристика.

Эмлин Уайт, ни на миг не сводящий глаз со своей добычи, улучил идеальный момент, когда враг стоял к нему вполоборота. Бесшумно выудив из-за пазухи «Дневник путешествий Леймано», вампир ловко перелистнул фолиант на очередную страницу, хранящую в себе сокрушительный «Удар молнии».

И именно в эту долю секунды тяжелый взгляд Аргоса скользнул по койке. Взор сектанта намертво пригвоздило к оторванной голове подельника, а затем – к заботливо припасенной кипе старых газет и небольшому деревянному ящичку.

Зрачки искусственного кровососа сузились в крошечные, испуганные иглы.

Глава 796
Постепенно обретая сноровку

«Скверно!» – пронеслось в голове Эмлина Уайта. Проследив за взглядом Аргоса, вампир осознал, что напрочь забыл припрятать ту самую кипу старых газет и небольшой деревянный ящичек.

И пускай эти вещи изначально находились в каморке, прежде они валялись порознь. Теперь же, сложенные вместе, они выглядели донельзя подозрительно – словно кто-то вознамерился пустить их в дело, но в последний миг передумал.

«Но с какой стати бросать начатое? Спугнул недавний стук в дверь? И не означает ли это, что убийца так и не покинул место расправы, затаившись где-то в углу?» Рой подобных мыслей синхронно вспыхнул в умах обоих кровососов. С той лишь разницей, что сектантом двигала внезапная паранойя, а Эмлином – лихорадочные попытки предугадать ход рассуждений врага.

«Дело дрянь!»

Оба вампира сорвались с места в одну и ту же секунду. Аргос хищным рывком метнулся в сторону, а за его спиной заклубился густой черный туман, стремительно принимая форму нетопыриных крыльев. Эмлин же молниеносно скользнул пальцами по раскрытым страницам «Дневника путешествий Леймано».

В ту же долю секунды ослепительно-серебристая вспышка разорвала полумрак, в очередной раз залив каморку светом, подобным яркому полудню.

Извивающаяся, словно ветвистое древо, молния так и не настигла мишень. Сокрушительный разряд впечатался в пол подле кровати, с треском рассыпавшись на мириады пляшущих электрических змей, которые тут же ринулись во все стороны, жадно цепляясь за любые проводники.

И сотканные сектантом из мрака крылья пришлись этой стихии на редкость по вкусу. Серебристые сполохи роем устремились к иллюзорным отросткам, со свистящим шипением разбивая их в прах, после чего безжалостно перекинулись на саму плоть врага.

Мышцы искусственного кровососа мигом свело судорогой. Потеряв опору и так не успев сгруппироваться для прыжка, он с глухим стуком тяжело рухнул на доски.

Эмлин сноровисто перелистнул фолиант и вновь провел подушечками пальцев по странице, таящей в себе заклинание «Удара молнии».

Юноша понятия не имел, с какой стати добрая половина выжженных желтизной листов пергамента забита одним лишь «Ударом молнии», но в этот самый миг он был безмерно, искренне благодарен за возможность лупить этим козырем снова и снова.

Серебристый разряд грянул прямо из пустоты, безошибочно впечатавшись в тушу сектанта. Аргос, только-только сбросивший оцепенение и изготовившийся к броску, зашелся в дикой конвульсии, а от его тела густыми струями повалил едкий черный дым.

Не упуская идеального шанса, Эмлин пружинисто оттолкнулся ногами. Оставляя за собой лишь размытый призрачный шлейф, он молниеносно сократил дистанцию. Железной хваткой обхватив голову врага правой рукой, вампир изящно крутнулся, оказываясь у того за спиной.

Хрясь!

Аргос внезапно узрел собственную спину.

Его глаза мгновенно налились кровью, а гноящиеся, вздутые язвы на лице с влажным треском лопнули, исторгая из себя густую, эфемерную, первобытную тьму.

Совершенно не беря в толк, что за чертовщина тут творится, Эмлин на чистых инстинктах скользнул назад, серией стремительных скачков разорвав дистанцию и сменив позицию.

Сектант даже не подумал броситься в погоню. Рассудок в его взоре угас без остатка, уступив место лишь концентрированной злобе, дикому безумию и явному, леденящему ошеломлению.

Вскинув руки и намертво вцепившись в собственную голову, враг с чудовищной силой рванул ее на себя. Под тошнотворный, сухой хруст он попросту свернул шею обратно, возвращая лицу правильное положение.

А вокруг этого искусственного кровососа уже вовсю бурлил непроницаемый, бездонный мрак, грозя поглотить всё сущее.

Слегка размяв болтающуюся на позвонках шею, Аргос предстал в поистине гротескном виде: вся его плоть чудовищно вздулась и покрылась гниющими язвами, источая мерзкую, липкую сукровицу.

Этой ночью он заявился к Гарису Кевину лишь по одной веской причине: внутри него уже зародились первые ростки потери контроля, и ему до зарезу требовалось обсудить пути спасения. А развернулся он на полпути лишь потому, что в голову закралась спасительная мысль: не эта ли зловонная, тошнотворная клоака, в которой он обитает, так пагубно бьет по его сверхчувствительному обонянию и звериным инстинктам, провоцируя мутацию?

И вот теперь, оказавшись под давящей тенью неминуемой смерти, его разум окончательно треснул по швам. Он безвозвратно сорвался в бездну безумия.

Поймав на себе этот леденящий, безумный взор, Эмлин почувствовал, как сердце тревожно екнуло. Осознав, что вновь вляпался в неприятности, юноша не удержался от глухого мысленного проклятия: эти фанатики «Первозданной Луны» вечно доводят себя до состояния омерзительных чудовищ!

Возносить мольбу о помощи господину Шуту он не стал. Во-первых, времени катастрофически не хватало – монстр изготовился к атаке. А во-вторых, в честной дуэли один на один Эмлин был железобетонно уверен, что играючи разделается с потерявшим рассудок мастером седьмой Последовательности.

Не теряя ни доли секунды, вампир вновь перелистнул страницы «Дневника путешествий Леймано», в очередной раз выуживая «Удар молнии».

Краак!

Толстая, хищно извивающаяся, словно ревущий дракон, серебристая молния с грохотом обрушилась с небес, безупречно точно впечатавшись в мутировавшего сектанта.

На какое-то неуловимое мгновение показалось, будто разряд стер в порошок эту клубящуюся тьму, а может, и сам бесследно утонул в её бездонных недрах. И свет, и мрак исчезли синхронно, оставив после себя лишь Аргоса, чей взор наконец-то намертво пригвоздил Эмлина к месту.

Обезумевший искусственный кровосос хищным рывком сорвался с места. Оставляя за собой лишь размытый шлейф, он пулей понесся на врага.

Эмлин резко пригнулся и рыбкой ушел в перекат, виртуозно разминувшись с этим фатальным, сокрушительным выпадом.

Одновременно с этим его свободная от фолианта правая рука молниеносно юркнула в карман, выудив на свет небольшую металлическую фляжку.

Топ!

Аргос на запредельной скорости сменил траекторию, в мгновение ока оказавшись вплотную к цели.

Хрусь! Лишенный даже крошечной секунды на то, чтобы скрутить крышку, Эмлин титаническим усилием воли намертво сдавил металл в кулаке, заставив флакон треснуть по швам.

Хлестким взмахом он швырнул искореженную тару прямо в набегающего монстра, щедро окатив того сверкающей, кристально чистой жидкостью.

То была «Солнечная вода», заботливо сваренная им из особых оккультных ингредиентов – абсолютная, всесокрушающая отрава для любого вампира.

Визитная карточка безупречной подготовки «Профессора Зельеварения»!

– А-а-а!

Приняв на себя этот обжигающий душ, Аргос истошно, неистово завопил. Из его плоти повалили густые струи черного дыма, и тварь, напрочь лишившись сил, рухнула прямо в воздухе.

Бам! Его туша всё же по инерции впечаталась в Эмлина, вот только удар лишь сбил юношу с ног. Кувыркнувшись пару раз, вампир отделался легким испугом, не получив ни единого увечья.

Прямо в перекате, наплевав на легкие ссадины и судорожно стряхнув с правой руки жгучие капли «Солнечной воды», Эмлин сноровисто перелистнул страницу фолианта.

Краак!

Очередной ослепительный зигзаг молнии вонзился в цель, наглухо обрывая вопли Аргоса.

Обезумевший сектант, чью плоть всё еще безжалостно выжигала солнечная аура, разом окоченел в мощнейшем, неконтролируемом параличе.

Не зевая ни мгновения, Эмлин выхватил второй флакон «Солнечной воды», скрутил пробку и щедрым плеском выплеснул содержимое прямо на врага.

На сей раз монстр даже пискнуть не успел. Его тело начало стремительно оплывать и плавиться, точь-в-точь как брошенный в горнило восковой огарок.

Лишь теперь Эмлин с колоссальным облегчением выдохнул. За его спиной заклубился густой черный мрак, вмиг распадаясь на мириады призрачных нетопырей размером с ладонь, которые единой, хищной стаей ринулись на мишень.

Летучие мыши наглухо облепили Аргоса, полностью скрыв его под шевелящимся ковром. Спустя секунду, издав шумный шелест крыльев, стая разлетелась в стороны и вернулась к хозяину, бесследно растворившись в воздухе.

Туша сектанта, заметно съежившись и сохранив на себе омерзительные следы оплавления, больше не выдержала и грузно, медленно завалилась на пол.

Эмлин наконец-то поднял ноющую правую руку, скрупулезно осматривая ладонь. Кожа и кончики пальцев были сплошь усеяны сморщенными, разъеденными язвами.

Впрочем, поврежденная плоть уже вовсю пульсировала, стремительно срастаясь и затягиваясь благодаря вампирской регенерации.

«Конец… Я и впрямь пустил его в расход…» – Эмлин оторвал взгляд от раны и уставился на бездыханные останки Аргоса, отказываясь верить собственным глазам.

И пускай эта охота изобиловала острыми углами и форс-мажорами, по-настоящему фатальной, смертоносной угрозы он так и не встретил. Этот факт лишь в очередной раз железобетонно доказал: членство в Клубе Таро вознесло его могущество до таких высот, о которых он раньше и помыслить не смел.

'Сунься этот ублюдок первым делом к трупу Гариса Кевина, а не пялься на те газеты да ящик, он бы мигом просек, что в моем арсенале имеется «Удар молнии». И тогда ни за что не стал бы укрываться «Крыльями тьмы», не подставив себя под разряд…

С другой стороны, не заметь он подвоха, не успел бы подготовиться к уклонению. Молния впечаталась бы в него напрямую, и дело выгорело бы куда быстрее…

Как ни крути, покуда я не допускаю фатальных промахов, пустить их в расход – задача вполне выполнимая… До чего же они жалкие слабаки… Оказывается, я стал поистине пугающим монстром…

Немудрено, что сама Прародительница благословила меня на вступление в Клуб Таро… Эта ложа – ковчег для тех, кто жаждет пережить Апокалипсис и спасти свои народы. Ее статус на мириады световых лет превосходит любой другой жалкий тайный культ!' – Эмлин горделиво вздернул подбородок, а уголки его губ неудержимо поползли вверх, расплываясь в самодовольной усмешке.

Внезапно до его слуха донеслось шарканье шагов за дверью. Кто-то явно топтался поблизости, но подходить вплотную не решался.

Истошные вопли Аргоса подняли на уши соседей, вот только сунуться внутрь трусливые обыватели благоразумно не отважились, до смерти боясь нарваться на беду… Впрочем, кто-нибудь из них стопроцентно уже помчался за легавыми… Пора заметать следы и рвать когти… Эмлин отвернулся от двери. Приблизившись к останкам Гариса Кевина, он выудил из густой, расплывшейся по полу лужи крови вещицу размером с кулак.

Она отливала первозданным багрянцем и до боли походила на живое сердце, мерно, едва уловимо пульсируя. Под полупрозрачной оболочкой загадочно перетекала густая жидкость. То была не что иное, как выкристаллизовавшаяся Потусторонняя характеристика седьмой Последовательности Пути «Аптекаря» – «Вампира».

«Мой законный трофей…» – Эмлин на мгновение впал в легкий ступор, не привыкший к подобному ремеслу. Быстро взяв себя в руки, он сноровисто завернул сгусток мощи вкупе с отрубленной головой Гариса Кевина в те самые старые газеты и надежно упрятал куш в деревянный ящичек.

Упаковав трофей, юноша безжалостно, грубым рывком оторвал изуродованную, покрытую язвами голову Аргоса. Следом он выхватил очередной флакон с зельем и щедро окропил им каждый дюйм тесной каморки.

В процессе этой зачистки Эмлин сохранял абсолютное, ледяное спокойствие, словно его ни на йоту не заботило скорое прибытие казенных ищеек Восточного района.

Спустя несколько минут он подобрал слегка мутировавшую Потустороннюю характеристику Аргоса. Мельком взглянув на её почерневшую поверхность, сквозь которую смутно проступал гротескный узор в виде человеческого лица, вампир позволил густому черному туману заклубиться за своей спиной.

Этот мрак вновь распался на бесчисленный рой крошечных летучих мышей. Они заметались по каморке и, вступив в реакцию с разбрызганным ранее зельем, породили безмолвно расползающееся во все стороны черное пламя.

Зловещий огонь жадно пожирал пролитую кровь, испепелял останки и безжалостно выжигал малейшие следы ударов молнии. После него на вещах оставался лишь слой вязкой, до боли напоминающей густой деготь жидкости.

Затем эти лужицы слились воедино, обернувшись грузными черными нетопырями, которые послушно взмыли в воздух, закружив вокруг Эмлина.

Вампир отнюдь не питал иллюзий, будто подобная зачистка способна наглухо обрубить любые ниточки для матерых ищеек. Он преследовал лишь одну прагматичную цель: создать видимость, будто здесь не стряслось ничего из ряда вон выходящего. Тогда полиция, а следом и казенные Потусторонние, которым могут спихнуть это дело, решат, что игра не стоит свеч, проведут расследование для галочки и благополучно похоронят рапорт в дальнем пыльном ящике, навсегда предав его забвению.

Покончив с делами, перемазанный сажей Эмлин, чью голову венчала надвинутая на глаза кепка, подхватил деревянный ящичек и бросил последний, прощальный взгляд на каморку.

Вслед за этим он повернулся к пылающей за окном багровой луне и отвесил изящный, почтительный поклон.

Синхронно с этим жестом страницы зажатого в его руке «Дневника путешествий Леймано» с тихим шелестом перелистнулись, намертво застыв на заклинании «Телепортации».

Силуэт вампира вкупе со стайкой тяжеловесных летучих мышей мгновенно подернулся прозрачной рябью и бесследно растворился в воздухе.

Лишь спустя добрую четверть часа в обшарпанный многоквартирный дом соизволили явиться несколько констеблей Восточного района. Вышибив хлипкую дверь, они не обнаружили ни жильцов, ни трупов.

Лениво зевая, стражи порядка попросту надавили на сбежавшихся зевак, заставив тех признать, будто все подозрительные звуки им банально почудились. На этой мажорной ноте следствие было благополучно закрыто.

В этом и крылась вся суть леденящей душу «эффективности» и фирменного стиля работы легавых Восточного района.

…………

Покинув трущобы Восточного района, Эмлин первым делом заглянул к себе домой, дабы надежно припрятать «Дневник путешествий Леймано». И лишь расправившись с этим, он, вооружившись своими ценными трофеями, устремился прямиком на Запад, в резиденцию семьи Одра.

Он жаждал громогласно возвестить о своем абсолютном триумфе и сорвать заслуженный куш!