Текст книги "Красный священник (ЛП)"

Автор книги: Е Юань

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 108 страниц)

Глава 769
Принесение себя в жертву

К десяти вечера над Баклундом вновь зарядил моросящий дождь. Легкая пелена тумана окутала улицы, придавая свету газовых фонарей некую туманную, чарующую эстетику.

Помощник Айзенгера Стентона, Боуэн, сделав дежурный обход первого этажа, подошел к эркеру, намереваясь запереть последнюю створку.

И в этот самый миг внутрь юркнула черная тень, уверенно приземлившись на выступающий подоконник.

Нарушителем спокойствия оказался не кто иной, как бродячий голубой короткошерстный кот!

Встретившись с огромными, круглыми желтыми глазами визитера, Боуэн не удержался от тихого смешка:

– Здесь для тебя угощений не найдется.

Поскольку ремесло сыщика нередко влекло за собой угрозу мести, да и сам Айзенгер Стентон хранил немало скелетов в шкафу, прислуга и кухарка в его доме работали исключительно на почасовой основе. Появляясь лишь на строго отведенное время, они никогда не готовили впрок, отчего после ужина на кухне редко оставались даже крохи.

Бродяга приоткрыл пасть, однако вместо привычного кошачьего мяуканья выдал абсолютно человеческую, осмысленную фразу:

– Я – Шерлок Мориарти. Мне необходимо видеть мистера Стентона.

«…» И пускай Боуэн являлся Потусторонним, выпестованным в недрах Церкви Бога Знаний и Мудрости, его Последовательность была не столь уж высока, а жизненный опыт оставлял желать лучшего. Столкнувшись с говорящим животным впервые в жизни, парень на мгновение опешил, впав в полнейший ступор.

Лишь спустя несколько секунд к нему вернулась ясность рассудка, и он судорожно прокрутил в уме только что услышанное:

«Этот кот… назвал себя Шерлоком Мориарти⁈»

«А великий сыщик и впрямь не промах!»

«Подумать только, способен оборачиваться котом… или, вернее сказать, брать животное под контроль!»

«Воистину пугающий и зловещий талант!»

Быстро совладав с эмоциями, Боуэн благоразумно не стал отвечать странному визитеру. Вместо этого он молча затворил за ним стеклянную створку.

Лишь покончив с этим, он заговорщицки понизил голос:

– Следуйте за мной.

Голубой кот тотчас спрыгнул с подоконника. Гордо задрав хвост, он грациозно и бесшумно затрусил чуть позади помощника сыщика. Поднявшись на второй этаж, зверь наблюдал, как Боуэн стучит в двери спальни Айзенгера Стентона.

– Что стряслось? – поинтересовался хозяин дома, распахивая створку. Великий детектив уже успел переодеться в светлую полосатую пижаму.

В этот час он как раз всецело предавался наслаждению от вечерней порции табака.

Боуэн с предельной осторожностью указал на застывшего подле его ног кота:

– Сэр, к вам пожаловал мистер Шерлок Мориарти.

Айзенгер, чьи виски уже посеребрила седина, а лицо отличалось благородной худобой, лишь слегка вскинул брови. Бросив беглый взгляд вниз, он молча отступил на пару шагов, позволяя коту вальяжно, по-хозяйски прошествовать в спальню.

– Ступай к себе и ложись спать. Завтра встаем по расписанию, у нас висит нераскрытое дело, – с абсолютной невозмутимостью, словно ровным счетом ничего не произошло, распорядился детектив.

Дождавшись, пока шаги помощника стихнут в коридоре, он наглухо запер дверь и обернулся к гостю, устроившемуся возле кресла-качалки. Издав легкий смешок, хозяин произнес:

– Даже помыслить не мог, что в вашем арсенале таятся подобные таланты. Признаться, я всерьез опасался, что вы явитесь ко мне лично.

– Меня насторожил тот самый восклицательный знак, – кот растянул морду в подобии улыбки.

Стоит признать, подобная человеческая мимика на кошачьей морде смотрелась до одури абсурдно, грозя пробрать любого случайного свидетеля леденящим, первобытным ужасом.

Впрочем, Стентона эта чертовщина ничуть не смутила. Затянувшись из трубки и вальяжно опустившись в кресло, он с наслаждением выпустил облачко сизого дыма и с улыбкой отозвался:

– Я ни на йоту не сомневался в вашем благоразумии.

– Весьма признателен за похвалу, – кот изящно вытянул лапу, отвесив учтивый поклон.

Не сводя глаз с собеседника, детектив неспешно поглаживал чашу трубки:

– Полагаю, вы уже прекрасно осведомлены о сложившейся ситуации.

– Эти ищейки не решаются взять меня под плотный колпак, до смерти боясь разоблачения. Ведь пронюхай я об их возне, то немедля солью всё Церкви Богини Вечной Ночи и Церкви Бога Пара и Машин, а подобный расклад сулит им фатальные проблемы. Однако, опираясь на логику и кое-какие духовные отклики, могу утверждать железобетонно: в их рядах затесался полубог. Как-никак, я обитаю в этом квартале уже не первый год.

– Именно поэтому визиты людей и животных в мой дом не вызывают у них жгучих подозрений – и эту брешь вы виртуозно нащупали. Но стоило бы вам попытаться покинуть особняк, хвоста было бы не миновать. И как же вы намерены избавиться от слежки? Сумма от продажи акций вышла весьма внушительной, и вытащить такой куш незаметно попросту не выйдет.

– Дайте-ка угадаю: вы вознамерились договориться со мной о переводе средств на некий банковский счет, чтобы затем, наняв целую свору посредников, синхронно и по частям обналичить деньги далеко за пределами столицы?

На этих словах Айзенгер с легкой самоиронией усмехнулся:

– Это самый надежный план, который только смог родить мой разум, пускай он сулит колоссальную, изматывающую волокиту.

Кот не стал вдаваться в прямые объяснения, лишь глухо рассмеявшись:

– От вас мне потребуется лишь пустая комната да три свечи.

– Без проблем, – Стентон благоразумно не стал допытываться, сменив тему: – Акции ушли с молотка за двенадцать тысяч золотых фунтов. Покупателем выступила дочь графа Холла, мисс Одри. Издержки на стряпчих, счетоводов и газетные объявления потянули на шесть сотен. Вдобавок пришлось отстегнуть полпроцента гербового сбора и двадцать процентов налога категории «Д». Итого в сухом остатке – 8940 фунтов.

Налог категории «Д» взимался с доходов от коммерческой, финансовой и профессиональной деятельности.

«Еще и налоги платить… Одним махом сдуло больше двух тысяч…» – кошачья морда на мгновение застыла в полнейшем ступоре.

В бытность свою Ночным Ястребом Клейн получал казенное жалованье, не облагаемое подоходным сбором. Переквалифицировавшись в сыщики, он имел дело с «черным налом», отследить который властям было не по зубам, а потому и деклараций отродясь не заполнял. Став же авантюристом, юноша кормился пиратскими наградами, которые шли по льготной статье и налогами не облагались. Поэтому, даже когда Стентон вскользь упомянул о казенных податях, Клейн пропустил это мимо ушей, свято веря, что речь идет о сущих копейках. Увы, суровая реальность только что отвесила ему сокрушительную оплеуху.

Что же до того, почему изначальная покупка этих самых акций обошлась без поборов – всё дело крылось в законах Лоэна: власти щедро поощряли стартовые инвестиции в изобретательство солидными налоговыми послаблениями.

Выдержав короткую паузу, кот нервно дернул усами:

– Добро. Можете передавать наличность. Просто отнесите ее в ту самую пустую комнату. С купюрами ведь всё в порядке?

– Я лично просветил всё до последнего пенни. Они бы не рискнули подкинуть фальшивки, это было бы вопиющим оскорблением моего интеллекта, – Стентон с трубкой в руках поднялся на ноги. – Не забудьте потом прислать мне подписанный акт о закрытии сделки почтой.

– Бумаги уже в пути, – с готовностью отозвался кот.

Айзенгер направился к сейфу в главной спальне. Введя шифр и провернув ключ, он распахнул тяжелую дверцу, выудил пухлые пачки банкнот и сноровисто распихал их по нескольким портфелям.

Подхватив саквояжи, детектив покинул свои покои и переступил порог гостевой спальни, расположенной чуть по диагонали.

– Извольте пересчитать, – произнес хозяин, опуская набитые фунтами портфели перед семенившим следом котом.

– Я всецело вам доверяю, – ответил бродяга, едва мазнув взглядом по кушу.

Стентон коротко кивнул и указал на шкаф:

– Свечи найдете внутри.

Бросив это, он отступил к выходу. Положив руку на дверную ручку, детектив с улыбкой добавил:

– До смерти любопытно, каким же образом вы планируете улизнуть… Сдается мне, это будет поистине виртуозный «фокус».

Сухо щелкнул замок, и Айзенгер Стентон плотно притворил за собой створку. В гостевой комнате вновь воцарилась звенящая, промозглая тишина.

Прямо подле кота из пустоты стремительно соткался силуэт в темно-красном сюртуке и потертой треуголке. То был не кто иной, как марионетка Клейна – «Мстительный дух» Сеньор.

Выудив свечи, пират в мгновение ока обустроил импровизированный алтарь. Напрочь отбросив все нудные прелюдии, он глухо, на эльфийском языке затянул:

– Избранник морей и духовного мира, хранитель архипелага Ротсид, властелин подводных тварей, повелитель штормов и цунами, великий Кавитува.

– Твой преданный слуга взывает к Твоему взору;

– Молит принять его подношения;

– Молит распахнуть врата Вашего царства.

Стену Духовности внезапно сотряс неистовый, завывающий шквал. Сеньор, не теряя ни секунды, полоснул ногтем по тыльной стороне ладони, щедро сбрызнув пространство багровыми каплями.

Будучи «Мстительным духом» пятой Последовательности, этот пират целиком и полностью состоял из до краев напитанных духовностью материалов!

Ревущий ураган жадно слизал кровь, с воем втянув её прямиком в пламя свечи, символизирующей «Морского бога» Кавитуву. Огонек мгновенно вздулся, разросшись до исполинских призрачных врат, сплошь испещренных диковинной вязью сакральных символов и магических печатей.

Лишь спустя добрый десяток секунд створки издали тяжелый, натужный скрежет и нехотя, дюйм за дюймом, поползли в стороны.

Сеньор без промедлений подхватил набитые наличностью портфели и один за другим зашвырнул их прямо в зев иллюзорного портала.

Убедившись, что на полу не осталось ни единого саквояжа, пират позволил сокрытой в его теле золотой монете выпорхнуть наружу. Звонко звякнув, кругляш опустился на алтарь.

В ту же долю секунды силуэт «Мстительного духа» бесследно растаял, намертво впечатавшись в гладкую, отполированную поверхность золота.

Монета слегка покачнулась, взмыла ввысь и юркнула вслед за отправленными ранее портфелями, благополучно скрывшись в призрачных Вратах Жертвоприношения.

Абсолютно беззвучно таинственные створки захлопнулись, растворившись в воздухе, а пламя трех свечей вновь обрело свой привычный, безмятежный вид.

Лишь теперь голубой короткошерстный кот, казалось, наконец-то пришел в себя. Ошарашенно озираясь по сторонам, бродяга издал жалобное, самое обыкновенное кошачье мяуканье.

Спустя какое-то время дверь распахнулась, и на пороге возник Айзенгер Стентон. Взору сыщика предстала абсолютно пустая комната: набитые купюрами портфели испарились без следа. На столе лишь мирно догорали три свечи, а на полу, испуганно выгнув спину, застыл насторожившийся кот.

И пока детектив с глубокомысленным видом созерцал эту картину, на противоположном конце улицы, у перекрестка, размеренно, не прибавляя и не сбавляя ходу, прокатил крытый наемный экипаж.

…………

Тем же вечером. Баклунд, район Джовуд.

Сио, изрядно продрогнув под моросящим дождем, ввалилась в их общую квартиру. Сноровисто вытирая мокрые волосы полотенцем, охотница за головами бросила Форс:

– Твое письмо отправлено.

Форс рассеянно угукнула, про себя гадая, как скоро наставник соизволит прислать ответную весточку.

Тем временем Сио отбросила полотенце и как бы невзначай обронила:

– От мистера Икс прилетела весточка. Сходка состоится в эту пятницу, вечером. Место всё то же.

– Превосходно! Можно смело докладывать господину Миру! Одному богу известно, во сколько мне обойдутся его услуги… – глаза Форс радостно вспыхнули.

Не успела писательница и рта раскрыть, чтобы выведать подробности, как подруга сама добавила:

– Кстати, этот мистер Икс подкинул еще одно весьма щедрое, судя по слухам, поручение. Ему позарез нужны имена тех, кто в последнее время страдает от вопиюще аномальной удачи или невезения.

– Аномальная удача? – с искренним недоумением переспросила Форс. – У этого типа что, солома вместо мозгов? Кто в здравом уме станет вываливать подноготную своих знакомых на подпольной сходке? Это же верный способ слить собственную личину!

– Кто его знает. Может, и впрямь конченый псих, – беззаботно отозвалась Сио. В её окружении подобных «везунчиков» отродясь не водилось, так что заказ её совершенно не заботил.

Форс покрутила эту загадку в голове еще пару минут, но так и не нащупав двойного дна, благоразумно выбросила её из головы. Девушка твердо решила: как только Сио скроется в ванной, она немедля вознесет мольбу господину Шуту, дабы переправить координаты сходки «Миру» Герману Воробью.

Глава 770
Ребенок должен быть ребенком

«Мистер Икс рыщет в поисках тех, чья удача бьет через край или, наоборот, отвернулась?» – восседая над серой мглой, Клейн скрупулезно препарировал агентурные сводки мисс «Фокусника», отчаянно силясь выудить из них хоть крупицу стоящих откровений.

Поломав голову и так не нащупав ни единой зацепки, юноша решил зайти с другой стороны: перетряхнуть в памяти всех знакомых, чья фортуна выкидывала фортеля, дабы отыскать между ними незримую нить.

«Хм… Сильнейший Охотник Туманного моря Андерсон Худ – раз… Доктор Аарон Церес – два… Погодите-ка, а ведь оба они так или иначе угодили под влияние одного из „Змеев Судьбы“… „Ангел Судьбы“ Уроборос стоял у истоков „Розы Искупления“, а эта глубоко законспирированная ложа истово бьет поклоны „Истинному Творцу“… Орден Авроры, по сути, выступает Его же Церковью…» – этот калейдоскоп фактов молниеносно пронесся в голове Клейна, выстраиваясь в железобетонный вывод:

'Это «Ангел Судьбы» Уроборос взял след «Ртутного Змея» Уилла Осептина!

Он натравил цепных псов из ордена Авроры, дабы те помогли Ему загнать Уилла Осептина в угол!'

А это означало лишь одно: за спиной мистера Икс, где-то в лабиринтах Баклунда, прямо сейчас скрывается самый настоящий Король Ангелов!

«При таком раскладе соваться к мистер Икс с клинком – чистой воды самоубийство… Немудрено, что этот ублюдок так нагло, в открытую орудует в столице, совершенно не страшась облав… Казенные ищейки максимум грешат на то, что его прикрывает какой-нибудь святой. Хм, в их архивах черным по белому значится, что верхушка ордена Авроры – это пятерка святых. Столкнись они с ангелом, их оборона с треском провалится…» – просчитав риски, первым порывом Клейна было немедленно свернуть заказ мисс «Фокусника» и строго-настрого наказать ей десятой дорогой обходить этого оракула.

Не будь угрозы того, что подобный донос неизбежно вытащит на свет божий Уилла Осептина, а в архивах Церкви Богини Вечной Ночи уже не пылилось бы досье на аномальную удачу доктора Аарона, сыщик бы с превеликим удовольствием приказал мисс «Фокуснику» сдать и «Ангела Судьбы» Уробороса, и мистера Икс прямо в лапы инквизиторов!

Хладнокровно взвесив всё еще пару секунд, он силой мысли соткал «Мира» Германа Воробья, заставив марионетку вознести мольбу в серой мгле:

– … Я прощупаю почву и дам ответ завтра.

Он благоразумно не стал рубить сплеча, решив для начала выпытать подробности у самого «Ртутного Змея» Уилла Осептина!

Молниеносно низвергнувшись обратно в реальность, юноша бережно выудил из потайного кармашка бумажника изрядно истрепавшегося, ветхого бумажного журавлика и с величайшей осторожностью развернул его.

Пороть горячку и строчить послание он не спешил. Сперва Клейн скрупулезно выстроил в голове черновик будущих вопросов, и лишь затем отыскал карандаш, педантично заточив грифель перочинным ножом до игольной остроты.

Слегка размяв затекшие мышцы, он наконец-то коснулся бумаги:

'Цепные псы из ордена Авроры рыщут в поисках людей с аномальной удачей.

Не ведомо ли вам часом, как выковать амулет из «Червя Времени»?

И еще: сойдет ли ваша пуповинная кровь за кровь мифического существа? Если да, то какую цену мне придется заплатить за одну-единственную каплю?'

Изначально Клейна так и подмывало спросить, каким чудом Уиллу Осептину удается сохранять рассудок, ведь в казенных архивах Церквей черным по белому значилось: никаких открытых культов, бьющих поклоны «Змею Судьбы», в природе не существует. Однако юноша всё же прикусил язык, до смерти боясь, что этот нерожденный младенец в своей излюбленной издевательской манере ляпнет: «А с чего ты вообще взял, что я в своем уме?»

Ляпни он такое, и сыщику пришлось бы ломать голову: откровенная ли это издевка или леденящая душу правда.

«Хм, пускай официальных сект „Змея Судьбы“ и не водится, но во многих глухих уголках люди по старинке молятся всяким „божкам удачи“… Кто знает, может, это и есть те самые бесчисленные маски Уилла Осептина или Уробороса…» – беззвучно пробурчав это себе под нос, Клейн до предела выжал таланты «Клоуна», дабы ювелирно сложить хрупкого журавлика обратно, после чего надежно упрятал оригами под подушку.

Покончив с хлопотами, он наконец-то выкроил минутку, чтобы подбить собственный финансовый баланс.

«17046 фунтов, пять золотых монет вкупе с жалкими грошами в виде трех сулей и восьми пенсов… Располагай я в придачу особняком, загородным поместьем да акциями пары-тройки компаний, с такой бездной свободной наличности меня бы без разговоров записали в ряды баклундских богачей… До истинных толстосумов, чьи капиталы переваливают за миллионы фунтов, мне, конечно, еще расти и расти…» Клейн разрывался между щенячьим восторгом от тяжести кошелька и горьким осознанием того, что над ним всё еще висят долги, да и впереди маячили астрономические траты ради поддержания фасада респектабельного джентльмена.

Сделав глоток чистой воды, он рухнул на кровать, натянул теплое, невесомое одеяло и плавно соскользнул в объятия грез.

Сквозь мутную, зыбкую пелену сна рассудок Клейна внезапно обрел кристальную ясность, и взору предстала бескрайняя, выжженная черная пустошь.

Привычным маршрутом добравшись до монументального мрачного шпиля в самом сердце равнины и продравшись сквозь абсурдную, хаотичную планировку, он углубился в недра башни. Как и всегда, пол здесь устилал веер из карт Таро.

Вот только на земляном бугорке, окаймленном картами, на сей раз не вспыхнуло ни единого серебристого слова.

«Уилл Осептин проигнорировал вопросы… Тогда на кой дьявол меня вообще сюда затащили?» Не успел Клейн озадачиться, как из густых теней плавно выкатилась абсолютно черная детская коляска. Внутри нее, укутанный в серебристый шелк, лежал младенец, чье лицо разглядеть было попросту невозможно!

– … Господин «Змей Судьбы»? – с вежливой, но предельной осторожностью позвал Клейн.

В ту же секунду младенец звонким, чистым голоском отозвался:

– С какой стати ты так уверен, что я – господин?

«Разве это не очевидно по твоему имени? К чему придираться к мелочам⁈» – мысленно огрызнулся Клейн, однако беспечный тон собеседника заставил его заметно расслабиться:

– В таком случае, как мне к вам обращаться?

Уилл Осептин в теле младенца издал задумчивое хмыканье, после чего с явной досадой протянул:

– Я еще не определился…

– Знаешь ли… ах да, откуда тебе знать. Всякий раз, запуская цикл перерождения, я отчаянно пытаюсь внести в свой образ свежие краски, дабы удержать рассудок в узде. В конце концов, ребенок должен быть ребенком.

Услышав это, Клейн почувствовал, как сердце тревожно екнуло:

– Неужто именно в этом и кроется козырь Пути «Монстра» – так вы сохраняете рассудок и даете отпор безумию?

Младенец в черной коляске ответил с нескрываемой, беззаботной легкостью:

– В самую точку. Каждое перерождение начисто вымывает накопившуюся скверну. Вот только без жесткой опоры на веру паствы долго продержаться на первой ступени мне не по зубам.

– Хе-хе, а ты, погляжу, оброс солидным багажом знаний по сравнению с нашими прошлыми встречами.

«Значит, помимо „якорей“ веры, существуют и другие методы борьбы с потерей контроля… Впрочем, „перерождение“ – это эксклюзивная монополия „Змея Судьбы“ первой Последовательности из ветви „Монстра“, остальным такое не провернуть… А та вечная амнезия мистера Азика с последующим возвращением памяти – уж не преследует ли она те же самые цели?» – глубокомысленно кивнув, Клейн не стал терять драгоценное время и спросил в лоб:

– У меня есть веские основания полагать, что Уроборос натравил на вас ищеек из ордена Авроры.

Уилл Осептин пренебрежительно фыркнул:

– Мы с Ним рубимся в эти прятки уже целую вечность, и в этом ремесле Он откровенно плавает. Сразу видно – тяжелое детство. Каждое Его перерождение проходит под боком у «Истинного Творца», напрочь лишая Его шанса вкусить прелести разных возрастов и окрепнуть умом. Из-за этого Его порой накрывает тотальным, глухим безумием… Впрочем, Ему на это глубоко плевать.

– Я уже отрядил Ричарда, чтобы тот с помощью «Кости Вероятностей» наследил в нужных местах. Эта хитрость собьет Уробороса со следа, и Он совсем скоро вновь уберется из Баклунда несолоно хлебавши.

«Стало быть, шанс пустить мистера Икс в расход всё еще в силе… Что ж, перед атакой непременно раскину карты над серой мглой…» – благоразумно свернув эту тему, Клейн перешел к следующему вопросу:

– Вам ведомо, как выковать амулет из «Червя Времени»?

Младенец в коляске проигнорировал прямой ответ, ударив встречным вопросом:

– Ты выклянчил этого «Червя Времени» у Паллеса Сороастра?

– А вы откуда знаете? – опешив на пару секунд, выпалил Клейн.

Его изумила вовсе не осведомленность о природе артефакта – полубогов из Пути «Мародера», способных лепить из таких тварей своих клонов, можно было пересчитать по пальцам. Поразило другое: почему «Ртутный Змей» даже не заикнулся о «Богохульнике» Амоне, который тоже изрядно наследил своими «Червями»!

Уилл Осептин издал тихий смешок:

– Этот Паллес Сороастр нынче не в лучшей форме, угнездился в теле твоего бывшего сослуживца. Ах да, твой приятель как раз рыл землю носом в поисках Шерлока Мориарти и посреди ночи вломился ко мне в дом.

– Я мигом почуял неладное и подкинул ему щепотку фатального невезения, чтобы он нос к носу столкнулся с залегшими в Баклунде полубогами. И стоило ему оказаться на волосок от гибели, как Паллес Сороастр вышел из тени. Ха-ха, по правде говоря, мог бы и не напрягаться. Это была банальная шутка. В критический момент я бы всё равно щедро одарил твоего приятеля запредельной удачей.

«Леонард разыскивает Шерлока Мориарти? А того самого старца в его голове, оказывается, величают Паллес Сороастр…» – Клейн сурово сдвинул брови, решительно не понимая, где именно дала течь его конспирация.

Уилл Осептин тем временем продолжил:

– Выковать амулет из «Червя Времени» для тебя – пара пустяков. Достаточно вознести мольбу той самой уникальной сущности, что скрывается в тебе. А в качестве фундамента сгодится сплав ртути с чистым серебром, поверх которого нужно будет вырезать соответствующую вязь символов.

«Пара пустяков… Вознести мольбу „Шуту“? А ведь звучит логично. Те таинственные чертоги над серой мглой явно таят в себе незримый магнит и для Пути „Мародера“…» – сердце Клейна радостно екнуло, и он почувствовал, как смутно нащупывает тончайшую нить к разгадке.

И в этот самый миг Уилл Осептин с издевательской ухмылкой добавил:

– Что же до самой вязи символов – тут уж я понятия не имею.

«…Вот так приехали…» – уголок губ Клейна предательски дернулся.

Видя, что собеседник набрал в рот воды, сыщик поспешно нацепил на лицо теплую улыбку:

– И последний вопрос, касательно вашей пуповинной крови…

Не успел он договорить, как младенец вдруг широко разинул рот, издав звук:

– Уа-а-а!

Младенец залился истошным, надрывным плачем, точь-в-точь как самый заурядный, капризный новорожденный.

«…Может, поговорим как взрослые люди?..» – Клейн застыл столбом, напрочь лишившись дара речи.

Не имей он на руках железобетонных доказательств, сыщик бы уже всерьез усомнился, действительно ли перед ним восседает могущественная сущность первой Последовательности и председатель Школы Жизни.

– Ладно-ладно! Я лишь хотел выпытать, сойдет ли она за кровь мифического существа, – примирительно вскинув обе руки, сдался Клейн.

Уилл Осептин мгновенно, словно по щелчку пальцев, оборвал рев и, расплывшись в хитрой улыбке, заявил:

– Безоговорочно. Вот только я заблаговременно подменю ее, иначе эта дрянь мигом отправит на тот свет абсолютно всех, кто окажется поблизости.

Выдержав короткую, многозначительную паузу, он добавил:

– Впрочем, если тебе удастся предложить нечто поистине стоящее взамен, я вполне могу сцедить для тебя одну каплю.

– А теперь всё, бывай!

Едва эти слова слетели с его губ, Клейн физически ощутил, как монументальный шпиль сотрясается от мощного толчка, а само сновидение с оглушительным хрустом разлетается на мириады осколков.

Спустя долю секунды юноша благополучно распахнул глаза в реальном мире.