Текст книги "Красный священник (ЛП)"

Автор книги: Е Юань

сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 108 страниц)

Глава 789
У каждого свой понедельник

Половина десятого утра, район Баклундского моста, улица Железных Врат, бар «Храбрец».

Едва покинув экипаж, Эмлин Уайт как вкопанный застыл на месте. Он ошеломленно уставился перед собой, едва не позабыв укрыться от палящих солнечных лучей.

Парадные створки питейного заведения были наглухо заперты, и ничто не предвещало скорого открытия.

Будучи вампиром, который редко покидал свое убежище и заглядывал в подобные злачные места исключительно под покровом ночи, Эмлин и помыслить не мог, что по утрам кабаки не работают. Прочитав записку, он на радостях пулей вылетел из Церкви Урожая и, сменив несколько видов транспорта, помчался сюда, отчаянно надеясь раздобыть свежие сводки в кратчайшие сроки.

Ради экономии драгоценных минут парень даже стоически стерпел давку и тошнотворную вонь паровой подземки.

Сейчас в его душе закипала глухая досада, однако юноша кристально ясно осознавал собственную оплошность. Скроив каменное лицо, он неспешным шагом совершил круг почета по улице Железных Врат, всем своим видом демонстрируя, будто явился сюда вовсе не зря.

Он уже было направился к припаркованному у обочины наемному экипажу, как вдруг краем глаза выхватил из толпы до боли знакомый силуэт.

Обладатель коричневого котелка, потертого пальто и ветхой сумки через плечо оказался не кем иным, как торговцем оружием с черного рынка и по совместительству торговцем информацией – Иэном.

«Хе-хе, а интуиция меня не подвела. Я так и знал, что этот проныра появится здесь ни свет ни заря!» – гнев в душе Эмлина мигом сменился ликованием. Вальяжно сунув руки в карманы, он неспешно приблизился и, преградив дорогу Иэну, с легкой усмешкой произнес:

– Доброе утро.

Иэн вскинул голову и, скользнув взглядом по стоящему перед ним писаному красавцу, с ноткой искреннего удивления отозвался:

– И вам не хворать, мистер Уайт. Я полагал, вы заглянете лишь к вечеру.

– Как по мне, сейчас тоже весьма подходящий момент, – пребывая в превосходном расположении духа, рассмеялся Эмлин. – Иэн, скажи на милость, отчего при каждой нашей встрече ты щеголяешь в одних и тех же лохмотьях?

Юноша совершенно равнодушно пожал плечами:

– Так я выгляжу солиднее и не привлекаю лишнего внимания.

– Ну и, разумеется, главная причина кроется в том, что я на мели.

Последнюю фразу он добавил с легкой, ироничной усмешкой.

– Сгораю от нетерпения полюбоваться, как ты будешь париться в этом наряде летом, – фыркнул вампир.

– К тому времени я избавлюсь от пальто, – парировал Иэн, попутно выуживая из недр своей ветхой сумки две листовки. Это были те самые розыскные ориентировки, что Эмлин всучил ему ранее. – Кое-кто заприметил этого типа в Восточном районе.

Он протянул один из листков Эмлину. На бумаге красовался портрет Аргоса.

Удостоверившись, что след сектанта «Первозданной Луны» и впрямь нащупан, вампир с бьющим через край восторгом вопросил:

– И где же он прячется?

Иэн благоразумно промолчал. Не проронив ни звука, он лишь многозначительно, с хитрой улыбкой уставился на собеседника.

Эмлин, будучи уже тертым калачом в подобных делах, мигом достал бумажник и сноровисто отсчитал ровно сто пятьдесят фунтов:

– Твой гонорар.

Иэн всё с той же ухмылкой отозвался:

– Не хватает ровно половины.

– Не хватает половины⁈ – Эмлин едва не сорвался, готовый преподать этому наглому барыге наглядный урок ярости благородного рода Крови. Ведь их изначальный уговор гласил: двадцать фунтов за путеводную нить и сто пятьдесят – за точные координаты логова.

Впрочем, его цепкий ум мгновенно раскусил скрытый подтекст, и он с нескрываемым изумлением переспросил:

– Неужто ты отыскал еще одного?

– Истинно так, – Иэн протянул вторую листовку. – Мои люди вели слежку за Аргосом. Вычисляя его нору, они подметили, что тот тайком пересекался с этим самым мистером Гарисом Кевином. Так что мы одним махом накрыли сразу две берлоги.

– … Превосходно. – Эмлин выгреб из кошелька всё до последнего пенни, наскребя еще сто пятьдесят фунтов для информатора.

Вампир ликовал. Ему казалось, будто сама Прародительница и великий господин Шут простерли над ним свои благодатные длани. Ведь мишеней было всего пять: одного еретика он уже пустил в расход, а теперь в его руках оказались координаты еще двоих! Стоит лишь завершить охоту, и плевать, как там обстоят дела у конкурентов – он безоговорочно вырвет титул абсолютного триумфатора!

Иэн скрупулезно, купюра за купюрой пересчитал и проверил наличность, после чего заговорщицки понизил голос:

– Аргос залег на дно в Восточном районе. Улица Известняка, дом шесть. Квартира на третьем этаже, аккурат напротив общей уборной.

– Гарис Кевин тоже околачивается в Восточном районе. Улица Белого Кита, дом девятнадцать. Первый этаж, каморка прямо у лестницы.

– Я непременно всё проверю. Сдается мне, ты не настолько глуп, чтобы пускать под откос свой здешний бизнес ради жалких трех сотен, – Эмлин едва заметно кивнул, щедро приправив слова ледяным предостережением. Издав легкий смешок, он полюбопытствовал: – И как же эти ублюдки так легко попались на крючок?

Кроваво-красные глаза Иэна хитро блеснули. Воровато оглянувшись по сторонам, паренек пояснил:

– Во-первых, я вожу дружбу с целой армией охотников за головами, а у тех в Восточном районе агентурная сеть раскинута шире некуда.

– А во-вторых, маскировка у этих господ откровенно никудышная. Затесавшись в трущобы, они всё равно белой вороной выделяются на фоне местных бродяг. Вот если бы они нацепили на себя рванье да горбатились по двенадцать часов в сутки на самой черной работе – тогда, в этом людском муравейнике Восточного района, хрен бы их кто вычислил.

«Вот оно как… Значит, прячась в толпе, надлежит сливаться с окружением…» – беззвучно подытожил Эмлин, с удовлетворением констатировав, что его копилка житейского опыта пополнилась еще одной ценной хитростью.

Лезть на рожон прямо сейчас, средь бела дня, он не собирался. Даже если охота увенчается успехом, уйти без шума и пыли будет практически немыслимо. А устраивать подобные кровавые шоу в Баклунде – верный путь на эшафот. Не успеет он и порог дома переступить, как нагрянут Уполномоченные Каратели или Ночные Ястребы.

Вампир рассудил, что наведается в трущобы после собрания Клуба Таро, между восьмью и девятью вечера, а уж там, оценив обстановку, решит, когда наносить удар.

«У того еретика „Первозданной Луны“ силенок было в избытке. Держу пари, эта парочка ничуть не уступает… И пусть в своих талантах я уверен, лезть в это пекло в гордом одиночестве как-то боязно…» – погруженный в эти раздумья, Эмлин небрежно махнул на прощание Иэну и, запрыгнув в наемный экипаж, покатил обратно в Южный район Баклундского моста.

…………

Столица графства Восточный Честер, город Стоун.

Одри, застыв у перил, безмятежно наблюдала за тем, как лакеи и горничные сноровисто расставляют по местам вещи, привезенные ею из родового замка. Суета царила нешуточная, однако всё шло как по маслу, без малейшего намека на хаос.

«Нужно будет заслать гонца к старшему доценту Мишелю. Пусть передадут, что завтра я изволю нанести визит в Фонд поиска и сохранения древностей… Искренне уповаю на то, что в их закромах уже осела пара-тройка диковинок, пропитанных мистикой…» – предаваясь этим размышлениям, юная аристократка не удержалась от легкой, довольной улыбки. Девушку переполняла искренняя гордость за свое блестящее решение спонсировать создание этого фонда.

Ее изумрудные, сияющие подобно драгоценным камням глаза скользнули по циферблату настенных часов. Мгновенно оборвав полет фантазии, она грациозно развернулась и зашагала в спальню.

В углу покоев, изящно скрестив передние лапы и всем своим видом источая утонченную элегантность, возлежала крупная золотистая ретриверша Сьюзи.

Прямо перед собачьим носом покоилась раскрытая книга, чьи страницы пестрели густым бисером текста.

Сьюзи то и дело грациозно приподнимала лапу, бережно перелистывая страницы, и поглощала написанное с пугающей сосредоточенностью.

«Всякий раз, заставая ее за этим занятием, я чувствую жгучий укол стыда… Одри, тебе тоже нельзя давать слабину в учебе!» – мысленно приободрив себя, девушка неспешно приблизилась к питомице, намереваясь выставить ту за дверь в качестве караульного.

Сьюзи вскинула голову. Мазнув по хозяйке взглядом, она с проворством вскочила на лапы и отчеканила:

– Я всё поняла!

Бросив эти слова, ретриверша бодрой рысцой выбежала из спальни, не позабыв аккуратно притворить за собой створку.

«…А ведь я даже пискнуть не успела», – изумленно моргнув, едва слышно пробормотала Одри.

Девушка проделывала этот финт уже не счесть сколько раз. Чтобы собака не раскусила, что каждый божий понедельник, с трех до половины четвертого пополудни, хозяйка наглухо запирается в спальне, Одри виртуозно путала следы. Она выгоняла прислугу и питомицу в самые разные часы, имитируя бурную светскую жизнь, желание побыть в одиночестве и поддерживая идеальный, непрошибаемый хаос в своем графике.

«Стоит признать: Сьюзи служит для меня лучшим кнутом, многократно взвинчивая мою жажду к знаниям и параноидальную осторожность… Я ни за что не позволю собаке обойти себя! Хотя, если вдуматься, звучит это как весьма сомнительный комплимент…» – с горькой самоиронией надув щеки, Одри опустилась на край кровати, приготовившись к началу собрания Клуба Таро.

…………

Три часа пополудни. Над серой мглой.

По обе стороны длинного бронзового стола синхронно выросли багровые всполохи, стремительно застыв и обернувшись размытыми человеческими силуэтами.

– Добрый день, господин Шут~ – жизнерадостно пропела «Справедливость» Одри, грациозно поднявшись для приветствия.

Остальные резиденты ложи последовали ее примеру. Сокрытая в тумане сущность, восседающая во главе изъеденного патиной стола, одарила их благосклонным кивком.

Опускаясь на стул, «Фокусник» Форс не удержалась и бросила мимолетный взгляд в самый конец стола, на господина «Мира». Девушка напряженно размышляла, с чего бы начать предстоящий разговор.

Помимо передачи ответа наставника леди «Отшельник», писательница наметила для себя еще парочку дел. Во-первых, она собиралась уведомить сурового авантюриста, что ввиду чудовищной сложности его миссии готова накинуть деньжат сверху, вот только придется немного подождать – продажа недвижимости дело небыстрое. А во-вторых, после долгих и мучительных раздумий её осенила воистину гениальная идея, способная разом и кошелек пополнить, и собственный арсенал усилить. И вдохновил её на это не кто иной, как сам господин «Мир» с его манерой вести дела. Форс решила сдавать «Дневник путешествий Леймано» в аренду!

Если кому-то из участников ложи понадобится кратковременный скачок боевой мощи ради какого-нибудь сложного дела, они всегда смогут одолжить фолиант у нее. Оплату девушка планировала взимать частями: первая – скромная сумма наличными, а вторая – свежие слепки Потусторонних способностей. Иными словами, арендатор будет обязан вернуть магическую книгу с парочкой новых, бережно заполненных страниц.

Само собой, как радушная хозяйка, Форс тоже не останется в стороне: она загодя запечатлеет в книге «Открытие врат» из арсенала «Ученика» и прочие полезные фокусы, дабы клиент получил надежную, осязаемую поддержку.

Единственным тонким льдом во всей этой затее казался риск безвозвратной утраты – арендатор мог попросту зажать артефакт. Однако под всевидящим оком господина Шута на собраниях Клуба Таро вряд ли бы нашелся безумец, готовый пойти на столь вопиющую, самоубийственную наглость.

Что же касалось форс-мажоров вроде внезапной гибели клиента и потери реликвии на поле боя – шансы на такой исход стремились к нулю. А уж после того, как все участники уяснили, что в критический миг всегда можно воззвать о помощи к самому господину Шуту, подобная катастрофа и вовсе перешла в разряд немыслимой фантастики!

«А впрочем, какой бизнес обходится без толики риска?.. Надо будет чуть погодя обговорить всё с господином Миром, чтобы точно согласовать сроки аренды и избежать накладок…» – мысленно подытожила Форс. Отведя взгляд, она услышала, как заговорила леди «Отшельник»:

– Достопочтенный господин Шут, в этот раз мне удалось раздобыть две страницы из дневников Рассела.

«С тех самых пор, как она наладила мосты с „Королевой Мистики“, поставки дневников приобрели поистине пугающую стабильность…» – Клейн ответил едва заметным кивком и, издав легкий смешок, проронил:

– Превосходно.

Выдержав секундную паузу, «Отшельник» Катлея силой мысли соткала два желтовато-бурых пергаментных листа. Пиратка благоговейно наблюдала, как бумаги, словно совершая скачок сквозь духовный мир, послушно скользнули прямиком в ладони владыки.

Клейн неспешно опустил взор, вчитываясь в зажатые в руках записи:

'Двадцать девятое декабря. Очередной год вот-вот канет в Лету.

Все усыпальницы уже возведены. Жребий брошен, и Рубикон пройден – пути назад больше нет'.

Глава 790
Эпилог дневника

«Усыпальницы уже возведены… Жребий брошен, и пути назад больше нет…» Клейн, не отрывая взгляда от зажатого в руке дневника, чувствовал, как мысли в его голове бурлят словно кипяток: мириады догадок вспыхивали и тут же разлетались вдребезги.

На его взгляд, эта запись великого императора Рассела служила практически железобетонным доказательством его собственных недавних теорий. На закате дней монарх решился на отчаянный шаг: насильно перескочить на Путь «Темного Императора» и, пожертвовав половиной рассудка, вознестись на престол нулевой Последовательности, став истинным божеством!

Что же толкнуло Рассела на столь отчаянный, безумный шаг? Что такого он раскопал, раз в предыдущих записях сквозила такая клокочущая ярость, импульсивность и полная потеря контроля? К тому же, по сравнению с тем срывом, нынешние строки дышали обманчивым, ледяным спокойствием, за которым скрывалась еще более пугающая, непробиваемая радикальность… Страшно даже вообразить, через какое пекло прошел император в свои последние годы, раз его личность подверглась столь чудовищному искажению… Виной тому первобытное безумие, таящееся в самой природе ангелов, или же дала трещину вера смертных, служившая якорем для Его рассудка? По идее, разве не логичнее было бы затаиться, переждать бурю и выждать идеальный момент, чтобы сожрать «Скрытого Мудреца»? Эти вопросы вихрем пронеслись в сознании Клейна, однако нащупать хоть какие-то зацепки не представлялось возможным.

А на этой странице пожелтевшего пергамента ютились лишь две жалкие, короткие строчки. Складывалось стойкое ощущение, что именно этот лист стал финальным аккордом в жизни Рассела. На исходе того года или в самом начале следующего он, судя по всему, и нашел свою бесславную кончину в Белом Кленовом дворце.

«Прощальные слова великого монарха, предсмертная исповедь товарища по несчастью?» – сыщик беззвучно, с затаенной горечью вздохнул и, не дрогнув ни единым мускулом на лице, перелистнул на следующий пергамент.

На этой странице напрочь отсутствовала дата, зато в самом верху красовалась строчка на древнефейсакском:

«Читать сразу после предыдущей».

Буквы были выведены изящно и безупречно ровно, в корне отличаясь от размашистого почерка Рассела. Не оставалось ни малейших сомнений: эту приписку оставил кто-то другой.

«Должно быть, пометка от „Королевы Мистики“… Желает подчеркнуть, что именно этот текст ставит точку в дневниках, и что отец написал его уже после того, как сжег все мосты? Но с какой стати здесь нет даты?» – снедаемый глубокими подозрениями, Клейн опустил взор на текст, и его взгляд мгновенно заледенел:

'Сдается мне, в этом мире я отнюдь не единственный переселенец.

Если кому-то суждено прочесть эти строки, заруби себе на носу: выбирай свой Потусторонний Путь с параноидальной осторожностью.

Стоит тебе лишь сделать первый шаг, как расстановка сил – кто твой соратник, а кто заклятый враг – определится сама собой.

Я не в силах подкинуть тебе готовых, железобетонных рецептов выживания. Мне так и не удалось сорвать маски с ортодоксальной семерки и разглядеть истинные лики тех еретических божеств. Вполне вероятно, что разгадка кроется в сокрытых фрагментах второй «Скрижали Богохульства», что утаила та древняя ложа. Увы, я лишь интуитивно нащупал наличие этих пробелов, но так и не смог докопаться до доказательств.

Ровно по той же причине для меня остается загадкой за семью печатями и содержимое первой «Скрижали».

Могу дать лишь один дельный совет: ни в коем случае не ступай на стезю, чей престол нулевой Последовательности уже занят. И держи ухо востро с божествами и ангелами первой ступени на смежных Путях. В свое время я жестоко поплатился именно за эту оплошность.

Что же до того, какая тайна кроется за нулевой Последовательностью – если ты всё еще плаваешь в неведении, потрудись отыскать мои прошлые записи.

Хе-хе, считай этот лист эпилогом моей человеческой жизни. Увенчайся моя дерзкая затея триумфом – и дальше начнется житие божества, совершенно иная история. А если я потерплю крах… что ж, никакого «дальше» попросту не будет. Ну, ты и сам всё прекрасно понимаешь.

Дерзай, мой неведомый друг, сумевший расшифровать эти каракули. Отправляйся на поиски той самой истины, что скрывается за нашим переселением, и сорви покровы с погребенных тайн. А я буду неотрывно наблюдать за тобой… если, конечно, останусь в живых.

И напоследок, самое главное предостережение, вбей его себе в подкорку:

Берегись луны!'

Откровение о том, что переселенцев было несколько, ничуть не ошарашило Клейна. Как-никак, о существовании своего великого «предшественника» Рассела он знал уже давно.

Сыщика грызла совершенно иная загадка: какие именно события или ускользающие детали позволили императору докопаться до этой истины?

И этот нюанс имел поистине колоссальное значение. На фоне этой зацепки все прочие вопросы меркли, ведь именно она могла стать ключом к возвращению домой!

Это сродни уравнению с несколькими неизвестными: при нехватке исходных данных и условий, как ни бейся, железобетонного ответа не нащупаешь. И лишь собрав все элементы головоломки воедино, можно уповать на подлинную разгадку.

«Хм… Рассел почти стопроцентно зафиксировал эти умозаключения в своих более ранних дневниках. Какая досада, что я понятия не имею, в каком именно периоде копать, отчего и не могу запросить нужные листы целенаправленно…» – Клейн беззвучно вздохнул, переключившись на препарирование остальных откровений из этого так называемого «эпилога»:

'Выходит, во второй «Скрижали Богохульства», которой козырял «Орден Сумеречных Отшельников», зияют скрытые бреши?

Эти ублюдки намеренно утаили часть истины, или же им самим достался лишь огрызок? Быть может, вторая «Скрижаль» изначально раскололась надвое, и вторая половина осела в закромах какой-то другой могущественной фракции?

Свой собственный Путь я уже избрал, причем опирался именно на те горькие сожаления, что Рассел изливал в дневниках… Если вчитываться в подтекст этого «эпилога», можно смело выдохнуть: престол нулевой Последовательности на стезе «Провидца» абсолютно точно пустует. Как-никак, этот слетевший с катушек Заратул до сих пор коптит небо на первой ступени. А опираясь на незыблемый закон сохранения Потусторонних характеристик – хех, в этом узком аспекте его впору переименовать в закон несовместимости – наличие мастера первого ранга напрочь исключает существование нулевого.

Те, от кого мне действительно стоит держаться подальше – это Заратул, мистер «Дверь», «Богохульник» Амон и Паллес Сороастр. А заодно и любые другие гипотетические мастера первой Последовательности с этих трех родственных Путей.

Но что кроется за фразой «берегись луны»?

Держать ухо востро с «Первозданной Луной»?

Мог бы так и написать, прямым текстом…

Стоп. Император ведь как-то порывался слетать на багровую луну с разведкой. Неужто он всё же воплотил эту безумную затею в жизнь, раскопал там какую-то леденящую душу чертовщину и теперь предостерегает нас, переселенцев?

Наше появление в этом мире как-то завязано на луну?'

«Хм… Судя по интонациям Рассела, он явно припас какой-то козырь в рукаве и вовсе не собирался так бездарно помирать. Быть может, он прямо сейчас незримо наблюдает за мной… Ниточки к этому возвращению тоже стопроцентно зарыты в его прошлых записях…»

Выводы и сомнения одно за другим вспыхивали в голове Клейна, пока наконец не улеглись, сменившись ледяной сосредоточенностью.

Сыщик легким усилием воли растворил пергамент в воздухе и, повернув голову, устремил взор на «Отшельника» Катлею:

– О чем попросишь?

«Отшельник» Катлея поправила массивные очки на переносице и, почтительно склонив голову, произнесла:

– Достопочтенный господин Шут, мне бы хотелось узнать: существует ли вероятность, что великий император Рассел до сих пор жив?

Едва этот вопрос повис в воздухе, как все остальные резиденты Клуба Таро, до этого витавшие в собственных мыслях, мгновенно очнулись. Словно получив мощнейший разряд тока, они синхронно уставились во главу длинного бронзового стола.

И пускай выживание Рассела не имело к ним ни малейшего касательства и никак не перекроило бы их собственные судьбы, сама тема была поистине грандиозной. Она безотказно била по тем самым первобытным струнам человеческой натуры, что жаждут сенсаций и великих тайн!

«Я-то грешным делом думала, что, шагнув на ступень „Психиатра“, обрету иммунитет к подобным сплетням… Ох, как же мне до одури любопытно!» Изумрудные глаза «Справедливости» Одри ослепительно вспыхнули, и девушка всем существом обратилась в слух, предвкушая божественный ответ господина Шута.

Из всей компании лишь один малыш «Солнце» Деррик остался к этой интриге абсолютно холоден. Юноша устремил взор на владыку исключительно из стадного чувства, поддавшись общему порыву.

«Как я и думал, вопросы „Королевы Мистики“ практически всегда бьют точно в контекст тех записей, что она сама же и подсовывает…» – Клейн, ничуть не растерявшись, издал привычный, легкий смешок и обронил:

– Вполне вероятно.

Ответив столь уклончиво, он виртуозно дал понять: в свое время у императора Рассела действительно имелась лазейка для спасения. А вот увенчалась ли эта авантюра триумфом или же бедолага пошел ко дну из-за непредвиденных форс-мажоров – это уже выходило за рамки вопроса, да и сам ответ был скрыт в тумане неизвестности.

Вполне вероятно… Выходит, господин Шут не исключает, что великий Рассел до сих пор коптит небо⁈ «Отшельник» Катлея и остальные замерли, словно только что прикоснулись к величайшей тайне мироздания. Их души затопила дикая смесь пьянящего восторга и первобытного трепета.

Впрочем, между строк они без труда считали и скрытый подтекст: из-за скудости предоставленных манускриптов и Своего собственного, недавнего пробуждения от векового сна, владыка пока не в силах вынести железобетонный вердикт о том, удалось ли Расселу вытащить свой счастливый билет. Истина прояснится лишь в будущем, когда всплывут новые улики и доказательства.

Но как бы там ни было, одно стало ясно как божий день: великий император Рассел готовился к собственному убийству загодя и во всеоружии.

Не дав «Справедливости», «Повешенному» и прочим времени на глубокое препарирование этой тайны, Клейн вальяжно откинулся на спинку кресла и будничным тоном скомандовал:

– Ваш черед.

«Фокусник» Форс, титаническим усилием воли вырвавшись из плена фантазий о последних днях стареющего монарха, торопливо вскинула взгляд во главу бронзового стола:

– Достопочтенный господин Шут, я покорнейше прошу дозволения перекинуться с господином «Миром» парой слов с глазу на глаз. Это не займет много времени.

«Чего ей понадобилось от Германа Воробья? Разве мы не закрыли дело мистера Икс?» – с легким недоумением подумал Клейн, однако внешне лишь благосклонно кивнул:

– Дозволяю.

Следом он виртуозно, наглухо отсек восприятие остальных участников. Дернув за ниточки двойника, юноша заставил «Мира» издать низкий, хрипловатый смешок:

– Что-то еще?

Форс помялась пару секунд, тщательно взвешивая слова:

– Тут такое дело… За голову мистера Икс мне отвалили поистине щедрый куш. Поразмыслив, я с горечью осознала, что мой первоначальный гонорар совершенно не дотягивает до того смертоносного риска, на который вы пошли. А потому я жажду компенсировать эту разницу живой наличностью.

– Во сколько вы оцениваете эту доплату?

«А она молодец, сама вызвалась доплатить… Мисс Фокусник, конечно, та еще любительница урвать копеечку, но душа у нее светлая и честная. Да и что греха таить, заложить свою маржу в сделку – дело святое, это даже жадностью не назовешь…» – Клейн, чье сердце радостно екнуло от этого нежданного богатства, мысленно рассыпался в искренних похвалах писательнице. Устами «Мира» он с усмешкой парировал:

– И сколько же вы готовы отстегнуть?

«Фокусник» Форс слегка замялась и выдохнула:

– Пять тысяч фунтов.

Писательница мысленно прикинула, что дары наставника тянут примерно на десять тысяч, и твердо решила отстегнуть господину «Миру» ровно половину. А поскольку рецепт зелья, хрустальный шар и Потусторонние материалы требовались ей самой, она вознамерилась пустить с молотка оба особняка, чтобы расплатиться звонкой монетой.

Подобная, неслыханная для нее щедрость объяснялась просто: с одной стороны, Форс кристально ясно осознавала, что миссия оказалась куда смертоноснее изначальных прикидок, а первоначальный гонорар выглядел жалкой подачкой. С другой же – девушка до одури, до дрожи в коленях страшилась «Мира» Германа Воробья. Переходить дорогу этому отбитому на всю голову авантюристу и леденящему душу охотнику за головами было бы чистой воды самоубийством.

«А семейство Авраам, погляжу, не скупится на награды…» – Клейн, дернув за ниточки двойника, заставил «Мира» издать тихий смешок:

– Если сумеете расплатиться увесистой горстью золотых монет, я готов сделать скидку. Итоговая сумма будет зависеть от того, сколько золота вам удастся наскрести.

– Я приложу все усилия. – И пусть Форс искренне недоумевала, с какой стати этот суровый джентльмен так маниакально жаждет заполучить именно золото – как-никак, в недавней сделке с леди «Отшельник» он тоже заикнулся об этом, – задавать лишние вопросы она благоразумно не отважилась.

Выдержав короткую паузу, девушка осторожно поинтересовалась:

– Господин Мир, когда именно вы планируете пустить в ход «Дневник путешествий Леймано»? Я бы хотела, до или после вашей операции, сдавать его в аренду, дабы немного подзаработать фунтов и свежих Потусторонних талантов.

«Сдавать в аренду? Пускать мистический артефакт по рукам за деньги⁈» – Клейн от такого заявления на долю секунды опешил, совершенно не ожидая от мисс «Фокусника» столь гениальной, выдающейся коммерческой хватки!