Текст книги "Красный священник (ЛП)"

Автор книги: Е Юань

сообщить о нарушении

Текущая страница: 104 (всего у книги 108 страниц)

Глава 939
Наживка

Колин Илиад мазнул по Ловии коротким взглядом, но отвечать сразу не стал. Лишь выдернув из земли пару вонзенных ранее прямых мечей, он скупо, едва заметно кивнул:

– Добро.

Отряд из пяти человек неспешно двинулся в обход внешних рубежей города Нос. Они предприняли несколько попыток просочиться внутрь, однако каждый раз их отпугивала эта гротескная, мертвая тишина: застывшая перед глазами картина имитировала абсолютно нормальную, размеренную «повседневную жизнь» полиса, но не издавала при этом ни единого, даже самого крошечного звука. Столкнувшись с подобной чертовщиной, следопыты благоразумно не отважились лезть на рожон.

Заметив, что вспышки молний в вышине сверкают всё реже, а густой мрак неумолимо берет мир в свои леденящие объятия, Колин смерил руины тяжелым, долгим взором и произнес:

– Разобьем небольшой лагерь. С рассветом продолжим.

В этих проклятых краях под словом «день» или «рассвет» подразумевались лишь те короткие промежутки, когда молнии хлестали небеса с пугающей частотой, сводя интервалы мрака к минимуму.

Остальные члены разведывательного отряда перечить не стали. Воспользовавшись каменной россыпью на самом краю высохшего русла, они сноровисто возвели примитивное, но надежное укрытие.

В самом дальнем закутке лагеря, под надежным козырьком исполинского валуна, наглухо отсекающим любые потоки дождя, жарко трещало пламя костра. Поодаль громоздились груды диковинных звериных останков, которые то и дело летели в огонь вместо дров. Колин, Ловия и их соратники, плотным кольцом обступив кострище, молча жевали сухой паек вперемешку с кусками монстров – тем самым мясом, что уже было проверено на отсутствие смертоносной скверны.

Под аппетитное, шипящее шкварчание капающего в огонь жира Вождь Совета Шести перевел тяжелый взгляд на Деррика Берга:

– Мы с тобой пройдемся дозором. Как только остальные поужинают, сменимся.

В былые времена Деррик бы и бровью не повел, восприняв приказ за чистую монету. Но сейчас в его голове молниеносной вспышкой пронеслась совершенно иная мысль:

«Вождь явно вознамерился перекинуться со мной парой слов с глазу на глаз…»

– Слушаюсь, – паренек торопливо затолкнул в рот остатки мяса и перехватил покоящийся под рукой лазурный молот «Рев Бога Грома».

И пускай проглоченный кусок был прожарен до хрустящей корочки, он всё так же отливал тошнотворным, мертвенно-зеленым оттенком.

Выйдя к тускло освещенным рубежам лагеря, «Охотник на Демонов» заговорил. Его низкий, рокочущий баритон звучал абсолютно ровно, лишенный малейших эмоциональных всплесков:

– Город Нос оказался куда более скверным и гибельным местом, нежели я предполагал. Есть ли у тебя какие-то соображения насчет наших дальнейших шагов?

«Я ведь ни черта не смыслю в этих руинах, да и опыта у меня кот наплакал. С какой стати предводитель вообще спрашивает моего мнения?» Деррик на мгновение впал в ступор. Рука на чистых инстинктах потянулась к затылку, чтобы почесать макушку.

Однако в памяти юноши тут же воскресли их прошлые беседы под сводами Города Серебра. Вспомнились и те самые виртуозные препарирования скрытых смыслов, которыми так щедро делился господин «Повешенный». Сердце Деррика дрогнуло, и на него снизошло кристально ясное озарение:

'Вождь прозрачно намекает!

Он прямым текстом говорит: раз уж Нос таит в себе такую запредельную, хтоническую жуть, то и охота на «перевертыша» обернется сущим, невыполнимым кошмаром. Нельзя ли как-нибудь сменить мишень?

Стало быть, он жаждет, чтобы я вознес мольбу господину «Шуту», вымолил божественные откровения и выдал их за свои собственные «соображения»⁈

Вот оно что… Воистину, господин «Мир» – непревзойденный, гениальный стратег! Он ведь еще в пути дотошно разжевал мне, как обстряпать охоту на демонического трикстера без шума и пыли, раздобыв заветную кровь. И в нынешних раскладах этот фокус впишется просто безупречно!'

Пока эти мысли вихрем неслись в голове, Деррик, нацепив маску предельной искренности, отозвался:

– Да, господин Вождь. Кое-какие соображения имеются.

Колин Илиад беззвучно, с колоссальным облегчением выдохнул. Благоразумно проглотив вертящиеся на языке куда более прямые, бьющие в лоб фразы, старец едва заметно кивнул:

– Выкладывай.

– Раз уж руины претерпели столь жуткие метаморфозы, лезть внутрь – значит добровольно совать голову в петлю. Быть может, нам стоит выманить этого «перевертыша» наружу? – Деррик не стал слепо, слово в слово цитировать инструкции «Мира» Германа Воробья. Юноша проявил смекалку, изящно подогнав план под текущие суровые реалии.

«Охотник на Демонов» не стал рубить сплеча и отвергать идею. Выдержав многозначительную паузу, он с нарочитой осторожностью уточнил:

– И какую же наживку ты намерен пустить в дело?

Деррик, не колеблясь ни мгновения, выпалил:

– В моих закромах пылится одна вещица. Для «перевертыша» она слаще любого нектара, притягательность её поистине безгранична. Достаточно бросить её на окраине города или чуть поодаль, и тварь сама прибежит на запах, как миленькая.

Колин, чья седая шевелюра торчала в диком беспорядке, не выказал ни капли изумления. С мягкой, одобряющей полуулыбкой он кивнул:

– Что за вещица?

Старец прекрасно знал: еще во время марш-броска, пользуясь ночными дежурствами, Деррик Берг втайне развернул ритуал дарования!

И не подсоби он пареньку, наглухо укрыв эти эманации, Ловия, Риг и Гунаруэн уже давно бы раскусили этот подпольный спектакль.

Деррик и сам толком не ведал, как величать и описывать эту диковину. Не тратя слов даром, он сноровисто выудил из-за пазухи небольшой, выкованный из железисто-черного металла футляр. Шкатулка разительно контрастировала с привычным стилем Города Серебра. Легким усилием воли юноша развеял обволакивающую её Стену Духовности.

Вслед за этим он не стал опускать взгляд. Напротив, благоразумно отвернув голову в сторону, паренек, опираясь исключительно на осязание, с сухим щелчком откинул крышку.

В недрах футляра покоилось нечто размером с ладонь, отдаленно напоминающее человеческий силуэт. На первый взгляд казалось, будто форма до краев налита кристально прозрачной жидкостью, в которой то и дело лопались пузыри, источая во все стороны тусклое, черное как смоль свечение. Однако при дотошном рассмотрении становилось ясно: эта дрянь сплошь соткана из извивающихся, сплетенных воедино червеподобных отростков. А каждый миллиметр её поверхности был испещрен непостижимой, гротескной вязью узоров, таящей в себе самые безумные, абстрактные законы мироздания.

То было не что иное, как подлинное духовное тело Хищника из мира духов – трофей, благополучно вырванный Клейном в недавней мясорубке!

Сыщик ни на йоту не сомневался: для демонического трикстера этот материал станет воистину неодолимым соблазном. И дело крылось вовсе не в банальном Законе притяжения Потусторонних характеристик. Стоило бестии лишь наложить лапы на эту диковину, как она мгновенно эволюционировала бы в полноценного «Мага причуд». Монстр сбросил бы с себя опостылевшие оковы, совершил качественный, первобытный скачок в развитии и вознесся бы до статуса истинного полубога!

Именно поэтому, дабы свести охоту на демонического трикстера к изящной, выверенной и молниеносной комбинации, не разбазаривая драгоценное время, Клейн пошел на колоссальный риск и ссудил истинную духовную плоть Хищника малышу «Солнцу».

Колин Илиад скрупулезно, в течение нескольких секунд препарировал артефакт взглядом, после чего отвел очи:

– Сработает безупречно.

– Захлопни шкатулку, но Стену Духовности не возводи. Будешь таскать её в таком виде. Поглядим, клюнут ли они на эту наживку и прибегут ли прямо к нам в лагерь.

– Они? – на чистых инстинктах переспросил Деррик.

Суровое лицо Колина, испещренное застарелыми шрамами, вдруг озарилось слабой, горькой усмешкой:

– А ты грешным делом полагал, что в Носе водится лишь один-единственный «перевертыш»?

– Не будь ранг этой вещицы столь ограничен, я бы всерьез опасался, что она вытянет из мрака куда более хтоническую и смертоносную жуть.

Деррик зарделся от жгучего стыда. Неловко почесав макушку, он послушно захлопнул железисто-черный футляр и упрятал его обратно в потайной карман за пазухой, в точности исполнив приказ Вождя.

На протяжении всего дальнейшего патрулирования паренек держал ухо востро, натянув нервы как струны, однако атаки «перевертыша» так и не последовало.

Спустя некоторое время Ловия, Риг и Гунаруэн переняли вахту, и Деррик благополучно вернулся к спасительному теплу костра.

И в этот самый миг тишину разорвало оглушительное карканье. Вынырнув из мрака, над лагерем закружила стая из семи-восьми воронов с иссиня-черным оперением и налитыми кровью глазами.

От этих птиц так и разило неописуемой, первобытной жутью. Колин Илиад молниеносно выхватил прямой меч и вскинул голову.

Внезапно его интуиция резанула тревожным звоночком. Старец резко скосил глаза, устремив тяжелый взгляд прямиком на Деррика Берга.

По ту сторону костра, в абсолютном, ошарашенном ступоре пялились друг на друга два абсолютно идентичных русоволосых юноши ростом под метр девяносто, чьи лица всё еще хранили отпечаток былой юношеской наивности.

Глаза Колина хищно сузились, и он рявкнул:

– Озари!

Один из двойников на долю секунды опешил, но тут же всё понял. Из его тела мощными, сокрушительными волнами ударил кристально чистый, благодатный солнечный свет.

Вжик! Смазанная тень пронеслась над землей, и разящий клинок Колина безжалостно разрубил фальшивого Деррика надвое.

Фальшивка оказалась лишь иллюзорным, размытым и полупрозрачным фантомом!

Синхронно с этим один из красноглазых воронов пулей рухнул с небес. Его крошечное тельце гротескно раздулось, в мгновение ока обернувшись непроницаемо-черной тенью.

В самом сердце этого мрака хищно пульсировал полупрозрачный циклопический глаз, источающий тусклое, бледно-голубое свечение. А вокруг него, плотным кольцом, роились десятки точно таких же, но куда более мелких глазков.

«Перевертыш»!

Демонический трикстер, способный виртуозно мимикрировать под ворона!

Едва эта непроницаемо-черная тень устремилась вниз, как голову Деррика пронзило глухим оцепенением. Его тело мгновенно сковало леденящим параличом, словно обратив в камень, и пареньку оставалось лишь беспомощно наблюдать, как тварь хищно бросается прямо на него.

Шмяк!

«Перевертыш» с размаху впечатался в незримую стену, так и не сумев продвинуться ни на дюйм.

Тем временем на краю кострища Колин Илиад с силой вогнал зажатый в руке прямой меч в землю и молниеносно выхватил из-за спины второй клинок.

Округа в ту же долю секунды ослепительно вспыхнула, словно на эту покинутую богами землю снизошел рассвет из седых преданий. Бесконечные, всесокрушающие лучи утренней зари хлынули во все стороны, сплетаясь в единый призрачный океан, который бурлящей волной взмыл снизу вверх, безжалостно поглотив и черную тень, и всю стаю воронов без остатка.

У самого входа в лагерь за спиной «Пастыря» Ловии соткался исполинский, более чем пятиметровый призрачный рыцарь, с ног до головы закованный в серебряные латы.

В глазницах шлема этого фантома полыхали два сгустка кроваво-багрового пламени, которые в мгновение ока хищно зафиксировали новую цель.

Монстр сделал один-единственный, сокрушительный шаг и, словно телепортировавшись, вынырнул в нескольких сотнях метров поодаль.

Вслед за этим во все стороны брызнул целый шквал бритвенно-острых серебристых лучей. Этот шторм безжалостно искромсал всё вокруг на ровные, аккуратные куски: в фарш превратились и затаившиеся поблизости разношерстные твари, и сам «перевертыш», умудрившийся пережить фатальный выпад «Охотника на Демонов» и виртуозно перескочить в это укрытие с помощью своих диковинных талантов.

Но даже после такой мясорубки тварь так и не испустила дух. Бестия в очередной раз перенесла свое истинное тело, однако кристально чистый, первозданный свет зари вновь обрушился с небес, наглухо затопив колоссальную площадь.

Когда ослепительное зарево наконец померкло, взорам предстал Колин Илиад. Облаченный в свою коричневую куртку и сжимая пару прямых клинков, старец застыл на месте, с ледяным спокойствием взирая на испещренную глубокими трещинами землю. Там, прямо перед ним, медленно сгущались крохотные светящиеся искры, а наполовину испарившаяся, вязкая черно-красная кровь дюйм за дюймом растекалась по изломам почвы.

«Сработало!» – Деррика захлестнула волна пьянящего восторга. Не теряя ни секунды, юноша торопливо пустил в ход Стену Духовности, наглухо запечатав тот самый железисто-черный квадратный футляр.

Тем временем «Охотник на Демонов» Колин с глухим стуком вонзил оба меча в землю. Выудив из подсумков три пустых металлических флакона из-под зелий, он сноровисто собрал в них сочащуюся кровь монстра.

Дожидаясь, пока Потусторонняя характеристика окончательно выкристаллизуется, Вождь с абсолютно каменным, невозмутимым лицом обратился к Ловии и остальным:

– Останки «перевертыша» послужат мне отличным материалом. Я намерен выкупить их прямо здесь.

В Городе Серебра подобная добыча из экспедиций традиционно расходилась по двум сценариям. Первый: трофеи благополучно доставлялись в полис, сдавались в казенные хранилища и конвертировались в заслуги, которые затем пилились между участниками соразмерно личному вкладу. Второй: если хабар не представлял критической стратегической ценности, а кто-то из следопытов клал на него глаз, он имел полное право выкупить его прямо на месте, расплатившись равноценными артефактами или личными заслугами.

– Возражений нет, – в один голос отозвались Риг и Гунаруэн.

Ловия не проронила ни звука, всем своим видом демонстрируя глухое согласие.

Как только исполинский призрачный рыцарь растворился за её спиной, женщина повернула голову и мазнула по греющемуся у костра Деррику Бергу ледяным, безучастным взглядом.

…………

Восточный Балам. Временный штаб отряда «Красных перчаток».

Соэст обвел бойцов тяжелым, цепким взором и заговорил:

– Её милость «Око Богини» спустила нам свежий приказ. Предстоит дотошно прочесать черный рынок: вынюхать, не всплывали ли в здешних краях и соседних городах Потусторонние материалы Пути «Охотника». Заодно взять на карандаш всех магов этой стези – не пропадал ли кто без вести и не отправлялся ли на корм червям.

– Старший дьякон всецело разделяет теорию Дейли. Опираясь на гибель тех интисских лазутчиков, она тоже всерьез подозревает, что мы имеем дело со злым духом Пути «Охотника».

– Разумеется, слепо циклиться на одной версии нельзя. Держим ухо востро и фиксируем любые другие аномалии. Как ни крути, это лишь гипотеза.

– И еще один критический момент: наша задача – исключительно сбор разведданных! Никакой самодеятельности, лезть на рожон и копать вглубь строжайше воспрещается. Таков прямой, железобетонный наказ Её милости «Ока Богини»!

– Всем всё кристально ясно?

– Так точно! – единым хором грянули Синди и остальные оперативники.

Скользнув взглядом по Леонарду вкупе с Дейли, Соэст отвел глаза и сурово отчеканил:

– Выдвигаемся!

Глава 940
Одна история

Покинув местный оплот Ночных Ястребов, искусно замаскированный под частное сыскное агентство, Леонард перевел взгляд на Дейли Симон, которая сама вызвалась пойти с ним в паре, и спросил:

– С чего начнем? Есть какие-нибудь соображения?

Дейли, чей наряд источал дикую смесь потусторонней, дьявольской притягательности и зрелого шарма, накинула на голову капюшон черной мантии медиума и вскользь мазнула по юноше глазами:

– Самое время проявить хваленую джентльменскую инициативу.

Леонард опустил взор на алую перчатку, туго обтягивающую левую кисть, и, тщательно взвешивая слова, произнес:

– Будем действовать строго по графику, который набросал капитан Соэст. Глядишь, и выудим парочку зацепок, хотя толку от них будет кот наплакал. Нутром чую, Её милость «Око Богини» тоже это прекрасно понимает, а гоняет нас исключительно ради создания дымовой завесы, дабы сбить Инса Зангвилла с толку.

– С какой стати такие выводы? – без малейшей тени иронии, с несвойственной ей суровостью переспросила девушка.

Юноша на чистых инстинктах огляделся по сторонам, понизив голос до глухого шепота:

– Насколько мне известно, артефакт «0–08» обладает пугающей, леденящей душу особенностью: стоит тебе узнать о нём, как он неминуемо узнает о тебе. Спору нет, подлинное имя и арсенал этой дряни остаются для нас загадкой, и мы прикрываемся лишь казенным кодом, а значит, в теории, должны барахтаться где-то на самой периферии его радаров, не попадая под удар. Однако мы – отряд «Красных перчаток», идущий по следу Спиритического культа. Отряд, который денно и нощно перемывает кости Инсу Зангвиллу. Готов биться об заклад: проклятое перо уже взяло нас на карандаш. При таком раскладе ублюдок мигом смекнет, что его ненормальное состояние вылезло наружу, и примется виртуозно ткать паутину случайностей, дабы уйти из-под удара.

Дейли воскресила в памяти досье на бывшего архиепископа и медленно кивнула:

– Капитан Соэст тоже заикался об этом нюансе с самого начала, разве что не раскладывал всё так кристально ясно. Он скорее пытался выстроить гипотезы, отталкиваясь от наших прошлых глухих фиаско.

– Выходит, Её милость «Око Богини» специально натравила нас рыть землю носом, выискивая магов и ингредиенты Пути «Охотника» в окрестностях, старательно делая вид, будто мы всё еще плаваем в неведении? А сама тем временем втайне готовит приманку из нужных реликвий, выстраивая капкан и дожидаясь, пока бестия перехватит бразды правления, вынудив Инса Зангвилла самолично сунуть голову в петлю?

Митчелл развернулся, на ходу бросив:

– Бьет в яблочко. Вот только меня грызут нешуточные сомнения, что подобный финт удастся утаить от всевидящего ока «0–08»…

Симон, ступая следом на полшага позади, задумчиво протянула:

– А я свято верю, что шансы на триумф весьма неиллюзорны. Не забывай: один из священных титулов Богини – Матерь Тайн.

– Неужто это способно обуздать «0–08»? В закромах Церкви пылится артефакт или затаился иерарх, чья мощь способна наглухо перекрыть силу проклятого пера? Немудрено, что в свое время эта дрянь уже томилась под нашими замками, погребенная в глубоких катакомбах Священного Собора… – изумрудные глаза Леонарда ослепительно вспыхнули, а дух мгновенно воспрянул.

Медиум лишь едва уловимо кивнула, а суровые черты ее лица смягчились.

Однако не прошло и пары секунд, как зрачки девушки сузились в игольное ушко, и она выпалила:

– А наша с тобой нынешняя беседа… не ляжет ли она прямо сейчас на страницы «0–08»?

Поэт впал в полнейший, леденящий ступор. Не отважившись ни подтвердить эту дикую мысль, ни опровергнуть её, он лишь ошарашенно уставился на напарницу. Под сводами улицы повисла звенящая, давящая тишина.

…………

Тем временем, в недрах одной неприметной комнаты, мертвенно-бледная ладонь плавно перевернула блокнот, лежащий на письменном столе, к самому началу. Пальцы принялись неспешно, страница за страницей, листать исписанные листы:

'…Покинув порт Банси и разжившись некой безымянной вещицей, Сорен Айнхорн Медичи напрочь растерял былую, животную паранойю и перестал инстинктивно, без остановки ткать паутину коварных заговоров. Пройдя сквозь горнило изматывающего, бесконечного противостояния, Инс Зангвилл всё же сумел нащупать с ним зыбкую почву для перемирия. Они даже ударили по рукам, согласившись на дозированное, ограниченное партнерство, дабы каждый смог воплотить в жизнь свои заветные цели.

Само собой, когда дело касается злобного духа из Пути «Красного Жреца», подобные клятвы не стоят и выеденного яйца, вот только у Инса Зангвилла банально не оставалось иного выхода.

В его глазах вся эта вереница событий казалась сотканной из вопиющих случайностей, но если зреть в корень – это был железобетонный, неумолимый рок. Как ни крути, а таланты Сорена Айнхорна Медичи по части режиссуры изящных историй на голову превосходили его собственные потуги.

…Жестко наметив конечной точкой маршрута Восточный Балам на Южном континенте, Инс Зангвилл ступил на борт и отбыл в Бушующее море… Раз за разом он с маниакальным упорством высаживался на колониальных островах Интиса. Словно слетевший с катушек, бросал вызов казенным властям, безжалостно пуская в расход магов стези «Охотника». А за миг до того, как петля фатальной угрозы готова была затянуться на шее, к нему чудесным образом возвращалась кристальная ясность рассудка, позволяя ювелирно замести следы и дать деру за тридевять земель.

С виду – чистой воды везение. Но загвоздка кроется в том, что этот фокус повторялся раз за разом, с пугающей, шаблонной точностью. Не слишком ли щедра фортуна для простых совпадений?

Опираясь на суровую логику: обилие случайностей неминуемо вопит о скрытой, железобетонной закономерности, дергающей за ниточки из тени. А весь секрет Инса крылся именно в том, что он самолично вывел на бумаге этот абзац. Пустив в ход незримую мощь «Пера Алсухода», ублюдок виртуозно, без малейших шероховатостей перескакивал между фазами «одержимости» и «сохранения рассудка». Воистину, до одури коварная мразь! Причем касается это не только самого Зангвилла, но и Сорена Айнхорна Медичи. Эти двое давно зарыли топор войны и ударили по рукам, но при этом продолжали ломать комедию, разыгрывая перед зрителями непримиримую вражду, делая вид, будто их хрупкий баланс держится исключительно на внешней подпорке.

…Вдобавок, Зангвилл щедро раскошелился на Потусторонние ингредиенты Путей «Певца» и «Воина». Маневр до гениального прагматичный: ему позарез требовалось пустить пыль в глаза, размыв тот факт, что бестия его руками маниакально скупает арсенал для «Охотника». Ни одна живая душа не должна была пронюхать, что он покорно сдал назад и даже не пытался брыкаться. Ко всему прочему, обе эти стези славятся непревзойденной властью над изгнанием нежити. Любой мало-мальски мыслящий человек, сложив два и два, мгновенно уцепится за эту деталь, тем самым найдя железобетонное подтверждение своей догадке о том, что Инс Зангвилл пал жертвой одержимости злым духом.

…Схлопотав целую вереницу дерзких оплеух, Тони Данн из Ордена Железного и Кровавого Креста наконец-то намертво взял след Инса и спустил на него гончих. В пылу погони этот «Епископ Войны», грезящий о лаврах «Завоевателя», даже не думал сдерживаться, кичливо, в открытую бравируя своей сокрушительной паранормальной мощью. А уж когда налетевший ураган так некстати обрубил ему путь, он и вовсе закатил грандиозный, ослепительный спектакль прямо на глазах у толпы перепуганных обывателей, вытащив на свет божий фальшивку, нацепившую личину Зангвилла.

Слегка попахивает совпадением, однако удивления не вызывает ни на йоту. Идеология Ордена Железного и Кровавого Креста зиждется на том, что маги обязаны явить себя миру, безраздельно возвышаясь над заурядными смертными. Да и сам Тони Данн всегда славился отбитым наглухо высокомерием, раз за разом вбивая сомнения скептиков в пыль своей первобытной силой и обладая непробиваемой, граничащей с безумием самоуверенностью. А потому подобный показной фарс в его исполнении выглядит абсолютно естественно.

С другой стороны, эта самая зашкаливающая самоуверенность сыграла с ним злую шутку: он напрочь отсек даже мысль о том, что подлинный Инс Зангвилл мог преспокойно отсиживаться на том же самом судне. Подобная слепота явно шла вразрез с его звериным охотничьим чутьем, но, как ни крути, в этом мире промахи допускают все!

Сходя на причал Срединного острова, Инс кожей почуял чей-то пристальный взор, брошенный прямиком из кают первого класса. Впрочем, он благоразумно проигнорировал слежку – ведь именно этого он и добивался! Тот факт, что в толпе пассажиров затесался кто-то, способный его опознать, был просто безупречным, идеальным развитием событий! Воистину, потрясающее совпадение…

…Ювелирно подгадав тайминги, ни минутой раньше, ни минутой позже – аккурат до того, как «Красные перчатки» Соэста развернули полномасштабную облаву, Инс благополучно пересекся с «Бледной Рукой» Паленке Тасибом, видной шишкой из фракции искусственного бога Смерти Спиритического культа. Он слезно молил их о содействии, отчаянно жаждая выжечь из себя злого духа…

(Следы зачеркнутого и густо замазанного чернилами текста)

…Однако дальнейший вектор событий дал кривую, непредсказуемую трещину. Дейли Симон вкупе с Леонардом Митчеллом из отряда Соэста, не имея на руках и жалкой горстки стоящих улик для дедукции, умудрились с ходу выкатить железобетонный вердикт. И фундаментом для этого озарения послужила та самая весточка, доставленная Рейнетт Тинекер…

Где именно прорвало оборону? Инс ломал голову в искреннем недоумении. В его картине мира, не прижав к стенке самого Паленке Тасиба или иных мастодонтов культа, выковать столь кристально ясные выводы в такие сжатые сроки было попросту невыполнимой задачей.

Эта брешь изрядно спутала ему карты, вынудив ускорить приготовления, но, по иронии судьбы, именно такого финала он и жаждал.

…Скрупулезно препарируя полевые телеграммы, стекающиеся со всех уголков, гончие Соэста безошибочно вычленили вопиющие аномалии в повадках Инса. Оседлав эти нестыковки, Дейли Симон виртуозно вбросила гипотезу об одержимости, которая благополучно пустила корни и была встречена единогласным одобрением.

Прикрываясь щитом «здравой дедукции», на деле она загодя владела истиной. И ниточка эта тянулась прямиком от Леонарда Митчелла, в чьей плоти угнездился «Паразит». А сам поэт, в свою очередь, выудил эти бесценные крохи из послания, доставленного Рейнетт Тинекер. И кто же, скажите на милость, был тем самым загадочным отправителем?

Тем временем и Леонард, и Дейли уже вовсю брали на карандаш версию о том, что угнездившаяся в теле беглеца бестия принадлежит к Пути «Охотника»…'

'Но в этом ли кроется подлинная суть? Суждено ли грядущему покорно лечь в те самые рамки, что нарисовали себе Дейли Симон, Леонард Митчелл и вся эта свора ищеек Соэста?

…Проведя тайный совет с тем самым иерархом из собора Безмятежности, старший дьякон Илия безоговорочно купилась на выкладки Дейли. Она постановила: выставить в качестве наживки запечатанный артефакт первого класса из домена «Охотника», дабы ведомый бестией Инс самолично, по собственной воле шагнул в расставленный капкан.

А чтобы наглухо скрыть этот маневр, она приказала «Красным перчаткам» Соэста и дальше с серьезным видом имитировать кипучую деятельность, рыская в поисках улик.

Какая досада, что весь их железобетонный план строился на одном фатально ложном фундаменте: Инс Зангвилл и впрямь носил в себе злого духа, вот только его воля и рассудок ни на йоту не пострадали! Вся эта шизофрения была лишь виртуозной театральной постановкой, безупречно разыгранной под диктовку Сорена Айнхорна Медичи. Спектаклем, чьей единственной целью было пустить пыль в глаза Церкви Ночи и заставить Илию нанести слепой, неподготовленный удар. А уж «Красный Ангел», добровольно выступающий на стороне врага и готовый оказать любую поддержку – козырь, способный в одночасье перевернуть шахматную доску.

Истинные, подлинные мотивы, пригнавшие Инса Зангвилла на Южный континент, крылись совершенно в ином:

Выследить и стереть в порошок старшего дьякона Илию! Вырвать ее Потустороннюю характеристику и вымостить себе дорогу к дальнейшему возвышению!

Он жаждал доказать всему миру, насколько же катастрофически, вопиюще глупым было решение Церкви списать его в утиль!

Само собой, прежде чем спустить курок, Зангвиллу требовалось утолить первобытный голод Сорена Айнхорна Медичи – жажду разжиться Потусторонними материалами высших эшелонов Пути «Охотника». Ради параноидальной конспирации он наотрез отказался марать руки в здешних краях, вознамерившись заложить изрядный крюк и поискать дичь подальше.

Сплавив воедино немертвую природу злого духа, заоблачный статус «Красного Ангела» и специфические таланты «Привратника», Инс играючи овладел «Странствием по миру духов» – фокусом, доступным лишь элите Пути «Смерти». Это даровало ему власть молниеносно мотаться на колоссальные дистанции и возвращаться обратно. И этот свой козырь он тоже до поры до времени надежно прятал в рукаве.

Едва аппетиты Сорена Айнхорна Медичи будут удовлетворены, Инс намеревался запустить кровавую кару с ликвидации Дейли Симон и Леонарда Митчелла. Он планировал виртуозно разыграть прозрение – мол, смутно почуял капкан Церкви Ночи, пошел в отчаянную, суицидальную контратаку, окончательно лишился рассудка и ослепленно ринулся прямиком в расставленную ловушку.

Оставлять за спиной хоть малейшие бреши он не собирался. Мстители, выбравшиеся из Тингена, обязаны лечь в могилу все до единого!'

Страницы блокнота отмотались к чистому листу. Мертвенно-бледная ладонь мертвой хваткой стиснула перо и размашисто вывела финальный аккорд:

«Сегодня всё пройдет как по маслу».

…………

Западный Балам, северные штаты, город Кукува.

– Ты всё еще со своей слежкой не закончил? – изнывая от тоски, поинтересовался Андерсон, шагая бок о бок с Даницем.

– Уже почти! – слегка рассеянно бросил пират. – А тебе-то какое дело?

В этот самый миг Андерсон с лучезарной ухмылкой выудил на свет божий потрепанную карту вкупе с пухлой кипой каких-то бумаг:

– Я тут нащупал примерные координаты одной древней усыпальницы. Если верить здешним, баламским обычаям, внутри нас ждет самая настоящая золотая жила. Для этих аборигенов смерть – не финал, а лишь старт новой жизни, так что погребальными дарами они не скупятся.

Даниц на долю секунды опешил и с откровенным недоумением выпалил:

– Ты же, черт возьми, ни бельмеса не смыслишь в дутанском наречии!

Как, во имя всех богов, ты умудрился собрать эти агентурные сводки?

Андерсон издал тихий смешок. Приподняв левую руку, затянутую в черную перчатку, он с ленцой размял пальцы и произнес:

– Я-то не смыслю, но кто мешает мне временно «похитить» их языковые навыки, пока не соберу всё необходимое?

– … Так и знал, что такой ублюдок, как ты, выкрутится из любой ситуации! – процедил Даниц сквозь стиснутые зубы, после чего раздраженно ткнул пальцем в сторону проспекта, прилегающего к площади: – Бывай!

Искатель сокровищ даже не подумал его удерживать. Сохраняя на губах легкую усмешку, он лишь проводил взглядом пирата, который всё так же настороженно двигался боком, уходя прочь размашистым шагом.

И в этот самый миг оба одновременно почуяли неладное: с противоположной стороны прямо к ним приближался некий человеческий силуэт.

Незнакомец крепко сжимал в руке классическое перо для письма. Облаченный в черную сутану священнослужителя, он щеголял волосами оттенка темного золота. На его лице, подобном безупречной античной скульптуре, не пролегло ни единой морщины. Однако один его глаз отливал столь глубокой лазурью, что казался почти черным, тогда как второй сплошь покрывала густая багровая паутина из лопнувших капилляров. Размеренно чеканя шаг, мужчина неумолимо надвигался на Андерсона и Даница.