Текст книги ""Фантастика 2026-58". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Сергей Богдашов

Соавторы: Ник Тарасов,,
сообщить о нарушении

Текущая страница: 206 (всего у книги 344 страниц)

Глава 15

Морозное утро встретило меня ясным небом и крепким холодом. Я направился к кузнице – хотел застать Петьку до того, как он погрузится в обычную работу.

Кузница уже дымила. Я открыл дверь и увидел, что он склонился над верстаком, изучая чертежи, которые я дал ему вчера.

– Доброе утро, Петь.

Он вздрогнул от неожиданности и обернулся:

– Егор Андреевич! А я вас не слышал! Доброе утро! – Его лицо расплылось в улыбке. – Я тут с утра пораньше встал, решил чертежи ещё раз изучить. Всю ночь думал о паровой машине, спать не мог!

Я усмехнулся:

– Я тоже. Видно, мы оба заболели этой идеей.

– Егор Андреевич, – Петька придвинул ко мне чертежи, – я вот тут думал… Вы говорили, что главная проблема – герметичность цилиндра и точная подгонка поршня. А что, если сделать поршень не из чистого металла, а как вы на пневмодвигателе делали – с кожаными уплотнениями? Вот смотрите…

Он быстро набросал эскиз на краю чертежа:

– Поршень делаем чуть меньше диаметра цилиндра, а по краю – кожаное кольцо. Кожа мягкая, будет прижиматься к стенкам, не даст пару выходить. И если поршень чуть неточно сделан – кожа компенсирует.

Я внимательно изучил набросок. Идея была разумной – именно так делались первые поршневые уплотнения в истории паровых машин.

– Петька, это правильная мысль! – похвалил я. – Действительно, кожа – хороший уплотнитель. Правда, она быстро изнашивается от трения и температуры, но для первых экспериментов подойдёт идеально.

Глаза Петьки загорелись:

– Значит, попробуем?

– Обязательно попробуем, – кивнул я. – Но прежде чем браться за полноценную машину, нужно сделать несколько простых экспериментов. Проверить, как работает пар, какое давление нужно, какие материалы выдерживают температуру.

– С чего начнём? – нетерпеливо спросил Петька.

Я задумался:

– Начнём с простого парового котла и клапанов. Нужно понять, как регулировать давление, как выпускать пар контролируемо. Для этого сделаем маленький экспериментальный котелок с предохранительным клапаном.

– А котелок из чего? – уточнил Петька.

– Из меди, – ответил я. – Медь хорошо проводит тепло, легко паяется, достаточно прочная. У нас есть медные листы?

– Есть немного, – кивнул Петька. – Фома от кузнеца прошлый раз привозил.

– Отлично. Тогда давай сегодня и займёмся. Сделаем котелок, простейший клапан, попробуем получить пар под давлением.

Мы принялись за работу. Петька достал медные листы – разного размера, некоторые уже гнутые, но в целом пригодные. Я набросал простой чертёж цилиндрического котелка – высотой с две ладони, диаметром в ладонь.

– Видишь, Петька, – объяснял я, пока он делал разметку на листе меди зубилом, – главное в паровом котле – герметичность и прочность. Все швы нужно пропаять тщательно, чтобы ни одна капля не просочилась. Есть же олово?

– Есть, Егор Андреевич, не много, но есть, – ответил Петька.

– А много и не надо. Так вот. Когда вода закипает и превращается в пар, давление внутри сильно возрастает. Если шов слабый – котёл разорвёт.

Петька кивнул, сосредоточенно работая:

– Понял. Буду паять как следует, в три слоя.

Процесс изготовления котелка оказался увлекательным. Петька сворачивал медный лист в цилиндр, я держал, он паял. Потом делали дно – круглую пластину, которую тоже припаивали по краю. Работа требовала аккуратности и терпения.

Где-то через час к нам заглянул Ричард. Англичанин с любопытством наблюдал за процессом:

– Доброе утро, джентльмены! Чем это вы тут занимаетесь?

– Паровой котёл делаем, – пояснил я, не отрываясь от работы. – Для экспериментов с паровой машиной.

– О! Паровой машин! – оживился Ричард. – Впечатляюще! А вы собираетесь сами её построить?

– Именно, – кивнул я. – Начинаем с малого, с экспериментов. Нужно понять принципы, отработать технологию.

Ричард подошёл ближе, рассматривая наши работы:

– А могу я помочь? У меня есть некоторый опыт с точными измерениями – в медицине без этого никуда. И инструменты есть подходящие.

Я переглянулся с Петькой:

– Конечно можешь! Лишние руки и знания не помешают. Особенно когда дело дойдёт до точной подгонки деталей.

Ричард просиял:

– Отлично! Тогда сейчас сбегаю за своими инструментами!

Он умчался, а мы с Петькой продолжили работу. К полудню котелок был готов – аккуратный медный цилиндр с припаянным дном и крышкой. В крышке мы проделали два отверстия – одно для заливки воды, второе для выхода пара.

– Теперь нужен клапан, – сказал я. – Простейший предохранительный клапан, который будет выпускать лишний пар, если давление станет слишком большим.

– А как его сделать? – спросил Петька.

Я набросал эскиз:

– Смотри, берём трубку, вставляем в отверстие для выхода пара. На трубку надеваем подвижную пробку с грузом. Когда давление пара станет достаточным, оно поднимет пробку, и пар начнёт выходить. Чем тяжелее груз – тем большее давление нужно для открытия клапана.

– Ух ты! – восхитился Петька. – Просто, но умно!

Мы быстро изготовили такой клапан из обрезков медной трубки и небольшого металлического грузика. Припаяли трубку к крышке котелка, установили подвижную пробку.

– Готово, – с удовлетворением сказал я. – Теперь можно испытывать.

В этот момент вернулся Ричард с кожаной сумкой, набитой инструментами:

– Вот, принёс всё, что может пригодиться и есть в двух экземплярах! – Он выложил на верстак целый арсенал: маленькие линейки с мельчайшими делениями, какие-то медицинские зажимы и пинцеты.

Я присвистнул:

– Впечатляющая коллекция!

– В хирургии точность критически важна, – пояснил Ричард. – Ошибка в миллиметр может стоить жизни пациенту. Поэтому у нас инструменты очень точные.

Петька взял один из инструментов, покрутил в руках:

– А как им пользоваться?

Ричард с готовностью принялся объяснять. Я наблюдал за ними с улыбкой – вот оно, передача знаний, взаимное обучение. Именно это и нужно было развивать.

– Так, – прервал я их урок измерительных инструментов, – давайте испытаем наш котелок. Петька, есть у тебя небольшая жаровня?

– Есть, – он достал металлическую чашу на ножках, куда обычно складывали угли для разогрева небольших деталей.

Мы установили котелок на жаровню, налили в него воды примерно наполовину, плотно закрыли крышку. Петька насыпал в жаровню углей из печи и раздул огонь повернув слегка вентилятор.

– Теперь ждём, – сказал я. – Вода должна закипеть, образуется пар, давление начнёт расти.

Мы втроём стояли вокруг, с напряжённым вниманием наблюдая за котелком. Минуты тянулись медленно. Наконец, из клапана показался первый тонкий росточек пара.

– Началось! – воскликнул Петька.

Струйка пара становилась всё гуще. Вода внутри явно кипела. Давление росло, и вдруг – пробка клапана приподнялась с тихим шипением, выпуская порцию пара.

– Работает! – обрадовался я. – Видите? Давление поднимает пробку, лишний пар выходит, давление падает, пробка опускается. Система саморегулируется!

– Это же гениально! – восхитился Ричард. – Такая простота и элегантность решения!

Мы наблюдали ещё минут десять, как клапан ритмично шипел, выпуская пар. Всё работало стабильно.

– Отлично, – подытожил я. – Первый эксперимент удался. Теперь нужно сделать следующий шаг – создать простейший паровой двигатель, который будет двигать поршень.

– Как быстро можем это сделать? – нетерпеливо спросил Петька.

– Если сосредоточимся – за неделю управимся, – прикинул я. – Нужен цилиндр, поршень с твоим кожаным уплотнением, система подачи пара и выпуска отработанного пара. Плюс кривошипно-шатунный механизм для преобразования возвратно-поступательного движения поршня во вращательное. Этих мы с тобой уже много делали.

Ричард нахмурился:

– Звучит сложно.

– На словах – да, – согласился я. – Но по сути всё просто. Давайте я объясню принцип.

Я взял уголь и начал рисовать на верстаке схему:

– Смотрите. Вот цилиндр – полая трубка. Внутри – поршень, который может двигаться вверх-вниз. Сверху подаём пар под давлением – он толкает поршень вниз. Потом выпускаем этот пар, подаём снизу – поршень идёт вверх. И так циклически. А к поршню присоединён шток, который связан с шатуном, а шатун крутит колесо. Получается непрерывное вращение.

– Как у водяного колеса, – подал голос вошедший в кузницу Илья, – только наоборот. Там вода крутит колесо, а здесь поршень.

– Именно! – обрадовался я его пониманию. – Илья, отлично, что зашёл! Ты как раз нужен. У тебя есть опыт с механикой водяного колеса, понимаешь, как работают передачи и валы.

Илья польщённо улыбнулся:

– Ну так мы же все вместе делали – и на водяном колесе и на этой, как её… да, турбине! А что нужно сделать?

– Нам понадобится деревянное основание для паровой машины, – пояснил я. – Рама, на которой будет крепиться цилиндр, маховое колесо, кривошип. Плюс потом корпус, чтобы всё это защитить.

– Могу сделать, – кивнул Илья. – Только размеры скажите и чертежи дайте.

– Чертежи сделаю сегодня, – пообещал я. – А пока – присоединяйся к нам. Мы тут учимся работать с паром.

Илья с интересом подошёл к нашему экспериментальному котелку, который всё ещё шипел и выпускал пар:

– Надо же… А сильное давление в нём?

– Попробуй сам, – предложил я. – Аккуратно, не обожгись, попробуй надавить на пробку клапана.

Илья осторожно нажал пальцем на пробку – та даже не сдвинулась с места.

– Ого! – удивился он. – Крепко держит! А ведь грузик маленький!

– Вот именно, – кивнул я. – Сила давления пара огромная. Это и есть та энергия, которую мы будем использовать в паровой машине.

В дверях появился ещё один заинтересованный зритель – Митяй. Он робко заглянул внутрь:

– Егор Андреевич, это правда, что вы паровую машину делаете?

– Правда, Митяй, – улыбнулся я. – Заходи, присоединяйся. Чем больше людей поймут принцип, тем лучше.

Митяй вошёл, с благоговением глядя на наш нехитрый эксперимент:

– А можно мне тоже помогать?

– Можно и нужно, – заверил я. – У тебя опыт работы на токарном станке есть. Нам понадобится точить цилиндр и поршень – без токарной обработки не обойтись.

– Я постараюсь! – пообещал Митяй, и глаза его засветились энтузиазмом.

Вот так, за каких-то пару часов, вокруг проекта паровой машины собралась целая команда. Петька – главный исполнитель, кузнец и механик. Ричард – специалист по точным измерениям и медицинским (как ни странно это звучало) аспектам. Илья – мастер по дереву и механике. Митяй – токарь и стеклодув. И я – руководитель и теоретик.

– Так, мужики, – сказал я, когда все собрались, – давайте обсудим план работы. Мне нужно, чтобы каждый понимал не только что делать, но и зачем, и как это работает. Поэтому начнём с теории.

Я взял большой лист бумаги и начал рисовать схему:

– Паровая машина работает за счёт разницы давлений. Когда вода превращается в пар, её объём увеличивается примерно в тысячу семьсот раз. Представляете? То, что занимало одну кружку в виде воды, становится размером с бочку в виде пара!

– Ого, – присвистнул Митяй. – Не знал!

– Вот именно, – продолжил я. – И этот расширяющийся пар создаёт огромное давление. Если направить это давление в цилиндр с поршнем, оно будет толкать поршень с большой силой. Поршень двигается, приводит в движение механизмы – вот вам и двигатель.

– Это так же, как вы делали пневмодвигатель, – спросил Митяй?

– Да. Только там поршень толкал сжатый воздух, а тут будет пар.

Я нарисовал упрощённую схему:

– Есть два основных типа паровых машин. Первый – низкого давления, где пар толкает поршень в одну сторону, а обратно поршень возвращается за счёт противовеса или пружины. Второй – высокого давления, где пар подаётся попеременно с обеих сторон поршня, толкая его и туда, и обратно.

– Какой мы будем делать? – спросил Петька.

– Начнём с первого, более простого, – ответил я. – Машину низкого давления, одностороннего действия. Она проще в изготовлении, безопаснее. Когда освоим принцип, перейдём к более совершенной конструкции.

Ричард поднял руку:

– А какие материалы понадобятся? Медь, железо?

– И то, и другое, – кивнул я. – Котёл лучше медный – медь хорошо проводит тепло, быстро нагревается. Цилиндр можем сделать из железа, но обязательно расточить и отполировать изнутри, чтобы поверхность была гладкой. Поршень – тоже железо, с кожаным уплотнением, как предложил Петька. Трубы для пара – медные. Клапаны – в качестве модели, сделаем из меди. А так – конечно же из металла нужно. Рама и основание – дерево – Илья сделает.

Я начал составлять список:

– Итак, что нам нужно. Первое – большой котёл. Не такой малыш, как сейчас, а литров на десять-пятнадцать воды. Его сделает Петька из медных листов. Второе – цилиндр. Тут сложнее. Нужна железная труба подходящего диаметра, сантиметров восемь-десять. Митяй её заполирует изнутри на токарном станке, чтобы поверхность стала идеально гладкой.

Митяй кивнул.

– Третье – поршень. Железный диск, который плотно входит в цилиндр. По краю – кожаное кольцо для уплотнения. Петька, это твоя работа. Четвёртое – шток поршня, шатун, кривошип и маховое колесо. Тут нужна совместная работа – Петька делает металлические детали, Илья – деревянное колесо.

Илья покивал.

– Пятое – система клапанов для подачи и выпуска пара. Это самая хитрая часть. Клапаны должны открываться и закрываться в нужный момент, синхронно с движением поршня. Сделаем простую систему на рычагах.

– А кто будет клапанами управлять? – спросил Митяй.

– Поначалу – человек, вручную, – ответил я. – Потом, когда освоимся, сделаем автоматическую систему, где сама машина управляет своими клапанами через систему рычагов и кулачков.

– Хитро это как-то, – восхитился Ричард. – Прям само всё будет делать⁈

– Именно, – улыбнулся я. – Но до этого ещё дойти нужно. А пока – делаем простую версию, где всё понятно и наглядно.

Следующий час я объяснял принципы – что такое давление, температура, как связаны объём и давление газа, почему важна герметичность. Рисовал, приводил примеры. Мужики слушали внимательно, задавали вопросы.

Петька, как всегда, оказался сообразительным – быстро схватывал суть, задавал толковые вопросы. Илья подходил к проблеме с практической стороны, интересуясь, как крепить детали, какие нагрузки выдерживать. Ричард вникал в детали измерений и точности. Митяй больше молчал, но видно было, что он впитывает информацию как губка.

– Ну что, мужики, – подытожил я, когда солнце уже клонилось к закату, – план ясен. Завтра начинаем изготовление деталей.

Петька кивнул.

– Илья, ты начинай делать раму. Я сегодня вечером начерчу точные размеры, завтра утром дам. Ричард… – я задумался. – Ричард, твоя задача – приготовить разные материалы для уплотнений. Кожу разной толщины, войлок, если найдёшь. Будем экспериментировать, какой материал лучше работает.

– Хорошо, – согласился англичанин.

На этом, мы пошли в деревню и там разошлись по домам.

Вечером, когда Машка уже уснула, я засел за чертежи. Рисовал раму для паровой машины, просчитывал размеры, прикидывал нагрузки. Работа увлекла настолько, что я не заметил, как пролетело несколько часов.

Утром же, едва позавтракав, отправился в кузницу с готовыми чертежами. Мужики уже собрались там – видимо, тоже не могли дождаться начала работы.

– Ну что, герои, – поприветствовал я их, – готовы творить чудеса?

– Готовы! – хором ответили они.

Я раздал чертежи. Илья получил подробную схему рамы с размерами каждой детали. Петька – чертёж котла и поршня.

– Вопросы есть? – спросил я.

– Егор Андреевич, – Петька указал на чертёж котла, – а почему тут такая форма? Не проще сделать просто цилиндр?

– Можно и цилиндр, – согласился я, – но я нарисовал слегка сужающуюся кверху форму. Видишь, внизу шире, вверху уже. Это чтобы при кипении вода лучше циркулировала, не застаивалась. Плюс такая форма прочнее выдерживает внутреннее давление.

– Вот оно как, – задумался Петька и углубился в изучение чертежа.

Следующие дни превратились в непрерывную череду экспериментов, проб и ошибок.

Петька взялся за котёл с энтузиазмом. Он тщательно вырезал медные листы, гнул их, подгонял. Процесс пайки занял целый день – швы нужно было делать особенно прочными. Я постоянно напоминал:

– Петька, помни – этот котёл будет держать давление. Любой непропаянный участок – и всё, авария. Поэтому не спеши, делай качественно.

– Так и делаю, Егор Андреевич, – сосредоточенно отвечал он, склонившись над работой.

На третий день котёл был готов. Красивый медный сосуд, слегка сужающийся кверху, с двумя отверстиями – одно для воды, второе для выхода пара.

– Красота! – восхитился Илья, разглядывая работу Петьки.

– Теперь испытаем, – сказал я. – Нальём воды, нагреем, посмотрим, держит ли давление.

Мы налили котёл наполовину водой, установили предохранительный клапан, поставили на жаровню с углями. Все замерли в ожидании.

Вода закипела. Пар начал выходить через клапан. Давление росло. Клапан шипел, выпуская излишки. Всё работало!

– Держит! – воскликнул Петька. – Ни одной течи!

Мы наблюдали ещё полчаса – котёл работал стабильно, швы держались крепко.

– Отлично, Петька! – похвалил я. – Первая важная деталь готова!

За это время Митяй занялся шлифовкой сделанной Петькой трубы.

Её обработка на токарном станке оказалась задачей не из простых. Во-первых, нужно было закрепить её так, чтобы она не вибрировала. Во-вторых, камень, которым Митяй шлифовал быстро крошился. В-третьих, требовалась идеальная точность – поверхность должна была быть гладкой, как стекло, а диаметр – одинаковым по всей длине.

Я показал Митяю, как правильно шлифовать камнем, под каким углом, с какой скоростью подавать. Он учился быстро, но всё равно первые попытки были неудачными – то камень срывался, то поверхность получалась волнистой.

– Не получается, – расстроился Митяй после третьей неудачной попытки.

– Получится, – успокоил я. – Просто это требует практики. Давай ещё раз, медленнее. Не спеши, чувствуй материал.

К концу дня у Митяя наконец получилось. Внутренняя поверхность трубы стала гладкой, блестящей. Я провёл пальцем – идеально!

– Молодец, Митяй! – похвалил я. – Теперь у нас есть цилиндр!

Илья тем временем сколотил деревянную раму. Прочная конструкция из толстых брусьев, с вертикальными стойками для крепления цилиндра и горизонтальной перекладиной для махового колеса.

– Смотри, Егор Андреевич, – показывал он, – тут крепим цилиндр, тут будет колесо крутиться, тут котёл поставим.

– Отличная работа, Илья, – одобрил я. – Всё как я и представлял.

На шестой день мы начали собирать первый прототип. Установили цилиндр на раму вертикально, закрепили хомутами. Петька сделал поршень – железный диск диаметром чуть меньше внутреннего диаметра цилиндра, с прорезью по краю для кожаного уплотнения.

Ричард принёс целую коллекцию материалов для уплотнений:

– Вот, смотрите! Кожа разной выделки – мягкая, средняя, жёсткая. Войлок. Деревянная крошка, смешанная с салом.

Мы начали экспериментировать. Первой попробовали мягкую кожу. Вставили кожаное кольцо в прорезь поршня, вставили поршень в цилиндр. Поршень ходил, но с трудом – кожа слишком мягкая, сминалась.

– Не подходит, – констатировал я. – Нужна кожа пожёстче.

Попробовали среднюю кожу. Получилось лучше – поршень ходил свободнее, но всё равно заедал.

– А если смазать? – предложил Петька. – Салом, например?

– Давай попробуем! – согласился я.

Смазали кожу и внутреннюю поверхность цилиндра салом. Поршень стал ходить как по маслу! Буквально.

– Вот теперь то, что нужно! – обрадовался я. – Видите, как легко скользит?

Теперь нужно было подключить пар. Петька припаял к верхней части цилиндра медную трубку, которая вела от котла. В нижней части цилиндра проделали отверстие для выхода отработанного пара.

– Система готова, – объявил я. – Пора испытывать!

Мы налили воды в котёл, развели под ним огонь. Все столпились вокруг, затаив дыхание. Вода закипела, пар пошёл по трубке к цилиндру…

И ничего не произошло.

Глава 16

– Почему не работает? – озадаченно спросил Петька.

Я задумался. Проверил соединения – все герметичны. Проверил поршень – двигается свободно. В чём проблема?

И тут меня осенило:

– А! Понял! Давление недостаточное! Нужно закрыть выходное отверстие внизу цилиндра, чтобы давление накопилось!

Мы заткнули нижнее отверстие деревянной заглушкой. Давление начало расти. И вдруг – поршень дёрнулся вверх!

– Работает! – закричал Митяй.

Но радость была преждевременной. Поршень дошёл до верха цилиндра и остановился. И дальше ничего…

– Надо выпустить пар и дать поршню вернуться вниз, – пояснил я. – Ричард, открой нижний клапан!

Ричард выдернул заглушку. Раздалось громкое шипение, облако пара вырвалось наружу. Поршень под собственным весом начал опускаться.

– Ещё раз! – скомандовал я.

Ричард снова закрыл отверстие. Давление накопилось, поршень пошёл вверх. Ричард открыл клапан – поршень опустился.

– Получается! – восторженно воскликнул Петька. – Он двигается!

Мы несколько раз повторили цикл. Каждый раз поршень послушно ходил вверх-вниз, управляемый паром и клапаном.

– Это работает, – тихо сказал Илья, глядя на движущийся поршень. – Господи, это действительно работает…

Ричард восторженно смотрел на механизм:

– Потрясающе!

Я улыбнулся:

– Вот именно. Это не магия, не чудо. Это понимание физических законов и умение их применить. И теперь вы все это понимаете!

Митяй благоговейно протянул руку к движущемуся поршню:

– Можно потрогать?

– Осторожно, горячий! – предупредил я. – Но можешь.

Митяй аккуратно коснулся штока поршня в момент, когда тот двигался вверх:

– Ух, какая сила! Я чувствую, как он толкается!

Петька не выдержал и тоже захотел почувствовать:

– И мне дайте!

Мы по очереди прикладывали руку к штоку, ощущая мощь движущегося пара. Это было… волшебно. Мёртвая материя оживала, двигалась, работала.

– Ну что, – сказал я, когда восторги немного улеглись, – это только начало. У нас есть поршень, который ходит вверх-вниз. Теперь нужно присоединить к нему шатун и маховое колесо, чтобы преобразовать это движение во вращение. И тогда у нас будет настоящая паровая машина, способная выполнять полезную работу!

– Когда начнём? – нетерпеливо спросил Петька.

– Завтра с утра, – пообещал я. – Сегодня достаточно. Нужно осмыслить то, чего мы достигли, записать все наблюдения, продумать следующие шаги.

Мы разошлись по домам уже в сумерках, усталые, но невероятно довольные. Сегодня случилось нечто важное – мы создали работающий паровой двигатель. Пусть примитивный, пусть требующий ручного управления клапанами, но работающий!

Когда я вернулся домой, Машка встретила меня с тревогой:

– Егорушка, ты весь в саже! И руки… Что случилось?

– Всё хорошо, солнышко, – успокоил я её. – Просто мы сегодня сделали большое дело. Паровая машина заработала!

Её глаза округлились:

– Правда? Та самая, что ты рисовал на чертежах?

– Она самая. Простенькая пока, но рабочая. Поршень ходит, пар толкает. Работает!

Машка обняла меня:

– Я горжусь тобой. Иди мойся, будем ужинать.

После ужина я снова засел за записи. Подробно описывал каждый шаг эксперимента, каждое наблюдение. Зарисовывал схемы, отмечал, что сработало, а что нет, какие материалы подошли, какие параметры нужно улучшить.

Эти записи будут бесценны. И для будущих учеников, и для меня самого, когда буду делать более совершенные версии машины. И, возможно, когда-нибудь эти записи лягут в основу учебника по паровым машинам – первого в истории России.

Неделя после первого успешного испытания парового двигателя пролетела в напряжённой работе.

Во всей этой суматохе приезд Захар с Тулы с четырьмя вояками прошел скомкано и в фоне. Но тем не менее, мужиков разместили, Захар ввел в курс дела и те вливались в коллектив.

А на следующее утро я проснулся от настойчивого стука в дверь. Машка недовольно пробормотала что-то во сне и натянула одеяло на голову. Я накинул тулуп и открыл дверь.

На пороге стоял запыхавшийся караульный – парень из охраны Захара:

– Егор Андреевич! Обоз идёт! Большой, с военным сопровождением! Захар велел доложить немедленно!

Сон как рукой сняло:

– Военное сопровождение? Сколько человек?

– Человек десять всадников, плюс три повозки с людьми и грузом. Минут через двадцать будут у деревни.

– Понял. Передай Захару – пусть встречает как положено, но оружие не выставляет. Скорее всего, это от Ивана Дмитриевича. Я сейчас выйду.

Караульный кивнул и побежал обратно. Я быстро оделся, плеснул в лицо водой из кувшина.

– Егорушка, что случилось? – сонно спросила Маша, приподнимаясь на локте.

– Гости едут, солнышко. Похоже, те самые мастера из Тулы. Спи дальше, я разберусь.

Она кивнула и снова улеглась. А я вышел на улицу, где уже начинало светать. Морозное утро встретило меня скрипом снега и розовеющим небом на востоке. Захар уже был там с четырьмя охранниками, все при оружии, но сабли в ножнах.

– Егор Андреевич, – доложил он, – обоз на подходе. Военные при параде – это точно государственные люди.

– Так и есть, – кивнул я. – Ученики от Ивана Дмитриевича. Встречаем по-хорошему.

Через несколько минут на дороге показались всадники. Впереди ехал офицер в мундире – по виду поручик, лет тридцати пяти, с выправкой кадрового военного. За ним – девять солдат, все при ружьях и саблях. Замыкали процессию три крытых повозки, запряжённые добрыми лошадьми.

Обоз подъехал ближе и остановился. Офицер спешился и направился ко мне. Я вышел навстречу.

– Господин Воронцов? – спросил он, приложив руку к козырьку.

– Егор Андреевич Воронцов, – подтвердил я. – Слушаю вас.

– Поручик Павел Григорьевич Соколов, тайная канцелярия, – представился он и протянул мне запечатанный пакет. – Велено доставить к вам группу мастеров для обучения. Пятеро человек. Также передать это письмо лично в руки.

Я взял пакет, на котором узнал печать Ивана Дмитриевича:

– Благодарю, поручик. Дорога была спокойной?

– Без происшествий, – кивнул Соколов. – Два дня в пути. Погода благоприятствовала.

– Отлично. Захар, распорядись – солдатам горячей еды и места для отдыха. Лошадей в конюшню, накормить и напоить.

Захар кивнул и начал отдавать распоряжения своим людям. Я повернулся к повозкам:

– Господа мастера, прошу выходить! Добро пожаловать в Уваровку!

Из повозок начали выбираться люди. Первым вылез крепкий мужик лет сорока. За ним – двое молодых парней, явно братья – похожие лица, одинаковый цвет волос. Потом ещё двое – один худощавый и жилистый, второй приземистый и широкоплечий.

Все пятеро были одеты по-дорожному, но под тулупами угадывалась добротная рабочая одежда. Лица усталые после дороги, но любопытные глаза осматривали деревню.

– Господа, – обратился я к ним, – меня зовут Егор Андреевич Воронцов. Я буду вашим наставником на время обучения. Представьтесь, пожалуйста.

Крепкий мужик первым шагнул вперёд:

– Григорий Сидоров, кузнец Тульского завода. Двадцать лет в ремесле.

– Антон Волков, – представился один из братьев. – Оружейник. Тоже с Тульского завода. Работаю пять лет.

– Иван Волков, – добавил второй брат. – Тоже оружейник, три года опыта. Антон – мой старший брат.

Худощавый парень кивнул:

– Семён Кравцов, слесарь-оружейник. Тоже с завода, четыре года там работаю.

Последний, приземистый, буркнул:

– Фёдор Железнов. Кузнец. Восемь лет кую.

Я окинул их оценивающим взглядом. Все пятеро выглядели как опытные мастера.

– Рад знакомству, господа, – сказал я. – Уверен, мы плодотворно поработаем. Но сначала – отдых после дороги. Захар покажет вам избы, где вы будете жить. Располагайтесь, приводите себя в порядок. На обед приглашаю к себе, там и поговорим подробнее.

Григорий Сидоров нахмурился:

– А обучение когда начнётся?

– Завтра, – ответил я. – Сегодня отдыхайте, осваивайтесь. Покажу вам мастерские, познакомлю с местными мастерами. А полноценные занятия – с утра.

Он недовольно хмыкнул, но возражать не стал. Захар подошёл к группе:

– Господа мастера, следуйте за мной. Покажу ваше жильё.

Пятеро взяли свои вещи из повозок и потянулись за Захаром. Я проводил их взглядом, потом повернулся к поручику Соколову:

– Павел Григорьевич, присоединитесь к завтраку? Или вам нужно сразу в обратный путь?

– Благодарю за приглашение, – кивнул офицер. – С удовольствием позавтракаю. Обратно выдвигаемся после полудня, так что время есть.

Мы направились к моему дому. По дороге я вскрыл пакет от Ивана Дмитриевича и пробежал глазами письмо:

«Егор Андреевич! Направляю к вам первую группу мастеров для обучения. Отобрал лучших – все имеют опыт и способности, но нуждаются в новых знаниях. Григорий Сидоров и Фёдор Железнов – опытные кузнецы, знают металл, но не знакомы с точной механикой. Братья Волковы и Семён Кравцов – оружейники, работают на заводе, но методы старые, результаты посредственные. Ваша задача – научить их современным подходам к делу, точности, стандартизации. Особое внимание обратите на Григория – человек толковый, но упрямый, не любит новшеств. Если его убедить в пользе новых методов, остальные последуют за ним. Поручик Соколов доставит и вернётся. Если что нужно – передайте с ним. Три месяца вам хватит, чтоб научить основам? После этого они должны вернуться на свои места работы и внедрять полученные знания. Успехов! И. Д.»

Я сложил письмо и спрятал в карман. Значит, Григорий – ключевая фигура. Нужно найти к нему подход.

Дома Машенька уже встала и хлопотала у печи. Увидев меня с офицером, она приветливо улыбнулась:

– Гость, Егорушка?

– Поручик Павел Григорьевич Соколов, – представил я. – Привёз мастеров из Тулы. Павел Григорьевич, это моя жена, Мария Фоминична.

Соколов галантно поклонился:

– Очень приятно, сударыня.

– Присаживайтесь, господин поручик, – пригласила Машка. – Сейчас чай подам, позавтракайте с нами.

Мы уселись за стол. Машка проворно накрыла – чай, каша, калачи, масло, мёд. Соколов с благодарностью принялся за еду.

– Егор Андреевич, – заговорил он между глотками чая, – Иван Дмитриевич просил осмотреть ваши мастерские и доложить об увиденном. Когда можно будет это сделать?

– Думаю, после обеда, – ответил я. – Как с мастерами познакомимся поближе – вот тогда и им и вам покажу всё подробно. Только учтите, мы здесь в деревне, а не на столичном заводе. Обстановка скромная, но результаты говорят сами за себя.

– Понимаю, – кивнул поручик. – Иван Дмитриевич предупреждал, что место не впечатляющее, зато технологии передовые.

После завтрака, мы вышли на улицу, где встретили группу новоприбывших мастеров – Захар как раз проводил их по деревне, показывая, где что находится. Григорий Сидоров шёл впереди, хмуро оглядываясь по сторонам. Братья Волковы что-то оживлённо обсуждали между собой. Семён Кравцов с любопытством разглядывал постройки. Фёдор Железнов угрюмо молчал, поглядывая на баню.

– Ну как, господа, устроились? – окликнул я их.

– Изба хорошая, – буркнул Григорий. – Тепло, чисто. Не ожидал такого в деревне.

– У нас тут многое не такое, как в обычных деревнях, – улыбнулся я. – Скоро сами убедитесь. Кстати, через час приглашаю всех на обед. Познакомитесь с нашими мастерами, обсудим планы обучения.