Текст книги ""Фантастика 2025-134". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)"

Автор книги: Джон Голд

Соавторы: Роман Филимонов,Нил Алмазов,Антон Войтов,Александр Якубович,Агата Фишер,Ольга Дмитриева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 149 (всего у книги 342 страниц)

Откуда взялась Кира, где её прошлое и что происходит в её крашеной башке, Нейтану было неизвестно, как и ей почти ничего не было известно о нём. Живущие вместе незнакомцы.

– Почему «поэтому»? – Нейт потёр глаза пальцами и уставился на неё.

– Из-за Бланка, да? Он тебе что-то сказал? – она дёрнула щекой и не смотрела в глаза.

– Давай я буду предельно честен, – Нейт вздохнул. – Сейчас я не могу сказать, что доверяю тебе. Я, вообще-то, никогда не мог сказать этого на сто процентов, но… Ты сама должна понять.

– То есть, это не из-за Яна? – она подняла голову.

– Нет, из-за тебя и твоих выходок. Я никогда ни о чём тебя не спрашивал, всегда говоря себе: «это не моё собачье дело», но если твои поступки угрожают моей жизни или становятся препятствием… Уж извини.

– Верно, – ответила она, но в глазах промелькнуло нечто странное. – Помнишь, ты когда-то обещал мне помочь вернуться в третий сектор?

Он всегда не любил, когда Кира возвращалась к этой теме. Ну, проведёт он её, оставит на улицах третьего сектора, а дальше что? Служба Безопасности быстро сообразит, кто она и откуда взялась. Ни работы, ни разрешения на посещение сектора.

Дроны отследят её ID в два счёта, ну, может, только на высотки и успеет полюбоваться. Как она себе это представляет? Собирается прятаться всю жизнь от СБ? Тогда чем это будет отличаться от существования в шестом? Наладить для неё легальную жизнь в третьем он просто не в состоянии, взломать ID – можно, только это спасёт ненадолго.

Подменить личность так, чтобы Кира стала кем-то другим можно, только это обойдётся слишком дорого, а она, в конце концов, всё равно окажется там никому не нужна – она ничего путного не знает и не умеет. Почему этого не может понять сама Кира?

– Ну, – Нейт неопределённо качнул головой.

– Выполни обещание, и я исчезну из твой жизни, – добавила Кира и замолчала.

– Кто сказал, что я хочу, чтобы ты исчезла? – хохотнул Нейтан. – Будешь болтаться тут, пока что-нибудь не придумаю. Усекла?

– Ну-ну, – Кира ухмыльнулась. – Видимо, так и помру в грязище и говнище.

– Сама тут всё засрала, меня неделю дома не было! – Нейтан крутанулся в кресле. – Надо за жратвой сходить.

Сегодня не хотелось самого дешёвого синтетического заменителя еды, а за нормальной идти предстояло минут тридцать, вот зря он сдал прокатный гравик, хотя, иногда проветрить голову просто необходимо.

Не то, чтобы Нейтан часто погружался в блуждание по закоулкам собственного разума и памяти, но в последнее время он о многом вспоминал. Наверное, он не отказался бы сейчас от участи Бланка – по-настоящему забыть, что там было, а не прикидываться что оно всё само и вообще, так и было задумано.

Каждый в окружении Нейта знал, что он преследует цель наворотить себя покруче: вместо киберпротезов – новейшая биомеханика, вместо недолго живущих линз – импланты с кучей дополнительных функций, вместо дряхлеющих органов – заменители.

Но никто из этих паскуд не догадывался, с чего всё когда-то началось, и хорошо. Память подбрасывала дурные картинки и всё, что Нейтану оставалось – запихивать их куда подальше.

Его похитили из родного города, когда ему было восемь, увезли и пытались распродать на аукционе по кускам. Нейтан даже не понял, как всё случилось – город был небольшим, не сравнить с гигаполисом, так, провинция. Почему именно он? А почему бы и нет?

Как и десятки других детишек, правда, как он узнал намного позже, в основном те оказывались беспризорниками, а вот Нейту не повезло. Ну вот так просто, не повезло, и всё. Отец тогда уже был немолод и болен, мать сутки на пролёт работала на производстве. Аукционы существуют и по сей день, наверное, поэтому и существуют, что заказы в основном поступают от толстопузых мудил высоких секторов, они и держат не прикрытым этот бизнес до сих пор.

Мелкий Нейт в полубреду не понимал, что с ним делают и почти не чувствовал боли, но ясно видел, как идут торги за его руки, за ногу, за кожу с шеи и лица. Ясно видел, как его аккуратно лишают сначала левой руки, останавливают кровь и зашивают рану. Потом то же самое делают с правой рукой. Слышал, как потрескивает срезанная с шеи кожа и часть мышц.

Зачем тем мудилам нужны конечности и органы, ведь в верхних секторах налажена и трансплантология, и биомеханика, и медицина на высоком уровне? Этот вопрос открылся только тогда, когда Нейтан сам начал вникать в особенности дел в шестом секторе.

Кто-то покупал органы в качестве деликатеса, да, есть и такие; кто-то, потому что не хватает поинтов и денег на легальную операцию. Всегда были и есть те жители шестого или пятого сектора, для кого покупка нелегальных органов – единственный шанс выжить, пришив себе что-то в местных подпольных клиниках.

Но судьба, или случайность успела вмешаться прежде, чем мелкий Нейт был разобран, как мозаика – к ним пришёл странный человек, о чём-то долго говорил прямо рядом с операционным столом, потом, по его же рассказам, устроил той группировке кровавое месиво и, в конце концов, убедив их, что дальше лучше не воевать, выкупил Нейтана.

Тот мужик так и не назвал своего имени, представился Тенью и постоянно носил дебильную маску то ли панды, то ли енота, на внутренней стороне левого предплечья была набита замысловатая татуировка, что-то вроде парада планет, а в целом он был молчалив и довольно холоден.

Но, ничего не скажешь, Тень его вылечил, подобрал первые протезы, научил взламывать айдишники и Инфорсы, свёл с некоторыми людьми, которые и сейчас работают с Нейтаном. А потом этот хрен просто исчез, оставил тогда ещё пацана наедине с собой и выгребной ямой сектора.

К тому моменту, когда Нейту удалось выехать из Нодал-Сити и добраться до родного города, отца уже не было в живых, жильё заняли другие люди, а мать, судя по всему, после потери сына решила, что ну, как бы её больше ничего не обременяет, и растворилась. Никто не знал, куда она уехала и жива ли вообще.

Словом, из жизни Нейтана повыбивало всех, предоставив его самому себе без какой-либо поддержки, странно было бы удивляться, что его ничего, кроме собственного мастерства и бесконечного количества нулей на счёте, не интересует. Нет, была ещё Кристина, и о ней Нейт вспоминал постоянно, но сейчас она была далеко, да и не то чтобы могла бросить «Паразит», потому что быть дезертиром СБ – это приговор. Нейтан даже не был уверен в том, что она всё ещё что-то к нему чувствует, да и сейчас это было не так важно.

Глава 19

Алиса нервничала и бродила по квартире из угла в угол. Перепроверенные данные точно говорили, что его ДНК почти полностью совпадает с ДНК Марка Фрейсона, и это беспокоило. Она до сих пор не могла поверить, как такое возможно. Догадка была, но слишком уже неправдоподобная – Марк Фрейсон как-то смог почистить базы, убрать почти все следы и избавиться от всех имплантов в теле.

Но кто мог такое повернуть, за какие баснословные деньги и зачем? Может, потеря памяти – это нелепая случайность, стечение обстоятельств или чей-то план, чтобы убрать Фрейсона с дороги раз и навсегда? Но если верить тому, что Марк гений, то кому под силу всё это сделать с ним насильно? Вопросов было слишком много, догадки казались дикими.

Завтра она снова будет в Управлении. Тревога не давала сосредоточиться на повседневной работе. С одной стороны, она терзалась тем, что должна действовать по протоколу, с другой, если скажет Владиславу, то, вполне возможно, что он уничтожит всю информацию, которую она успела узнать.

Его, конечно, можно обойти и обратиться к службам выше, даже к Оптимусу, но ведь дознаватель прав в том, что это может обернуться для Яна очень и очень плохо. А если она ошиблась, то Ян пострадает просто так. Любой из вариантов имел очень печальный результат.

Сейчас ей больше всего хотелось рассказать о своих опасениях Яну, может, он посмотрит на это с другой стороны. Как связаться с хакером, давшим ей наводку на Яна, Алиса не знала. Зачем парень в маске с улыбочкой вообще это сделал? Алиса не могла быть уверена в том, каковы его настоящие намерения – помочь Яну или же уничтожить. Да и кто вообще этот хакер?

Голова разрывалась, почта ломилась от рекламы и уведомлений, экзамены на повышение квалификации уже обросли паутиной и были отложены в долгий ящик. Бабушка с дедушкой требовали встречи и объяснений, что с ней происходит.

– Ларс.

Алиса сидела на диване, поджав ноги к себе, и смотрела в пустоту.

– Да, – отозвался помощник.

– Что мне делать?

– Я не обладаю телепатическими способностями и не могу знать, о чём ты думаешь, – ответил Ларс.

– Рассказать о перепроверке Владиславу или нет? – она, кажется, уже приняла решение, но ИИ не испытывает эмоций и, возможно, подскажет.

– Это твоя профессиональная обязанность, – отозвался Ларс.

– Но я боюсь, что причиню вред человеку и погублю его ни за что, – она вздохнула и уткнулась лицом в колени.

– Вероятность есть. Тебе придётся выбрать между профессионализмом и своими чувствами. Если ты поступишь непрофессионально, то можешь лишиться всего, когда это обнаружится, – заметил Ларс.

– А что бы выбрал ты? – она уже знала ответ.

– Профессионализм, – незамедлительно ответил Ларс.

– Кто бы сомневался.

– В любом из вариантов ты ставишь под угрозу одну из жизней, к тому же твой начальник непосредственно окажется во всё это замешан, – после недолгого молчания добавил помощник.

– Знаю, – пробубнила она. – Мне бы хотелось, чтобы все были в выигрыше и безопасности.

– Но так не бывает, – ответил Ларс.

– И это я тоже знаю…

* * *

Ожидание в кабинете Владислава затягивалось, и это напрягало, не давая как следует укрепиться в своих решениях. По правде сказать, она до сих пор не была уверена, что всё-таки хочет сделать. Дознаватель, наконец, явился, и Алиса собралась с силами.

– Что на этот раз? – тот бросил на Алису выжидающий взгляд.

– Я хочу посоветоваться с вами, – неуверенно начала она. – Не совсем как подчинённый с начальником…

– В любовных делах я не советчик, – Владислав хмыкнул.

– Я не об этом, – Алиса волновалась, ещё пара фраз и отступить станет просто невозможно. Когда под вопросом вся дальнейшая судьба – решиться не так уж и легко.

– Ну так что? – тот уставился на неё испытующим взглядом.

– Если бы я сказала, что имею определённую информацию, но не хочу её передавать вам, это же нарушение? – спросила Алиса.

– Ну, да, – Владислав кивнул.

– А если всё, что я, предположим, передам вам, будет иметь катастрофические последствия для всех… Не лучше ли скрыть эту предполагаемую информацию? – сердце в груди глухо заколотилось, а в ушах застучала кровь.

– Ты пофилософствовать пришла, что ли? – Владислав недовольно сдвинул брови.

– Нет, – она качнула головой. – Как бы вы поступили в такой ситуации?

– Послушай, – дознаватель потёр пальцами глаза. – Я на этом месте сижу, потому что карабкался и цеплялся зубами, как только мог. Я вылез снизу, и поверь, лучше тебе не знать, что там творится на самом деле. Мне пришлось много раз перешагнуть через совесть, чтобы ты сейчас могла со мной говорить. Я никогда не нарушал правил. Пойми, ты выросла в уютном доме, обеспеченная если не всем, то многим. Ты рассуждаешь о несправедливости, про которую на самом деле совсем ничего не знаешь… Сейчас ты в смятении, потому что тебе неведомо каково это – быть на самом дне, ничего не иметь или всё потерять.

– Но я, – Алиса запнулась, – я хочу…

– Ты пока ещё ничего не нарушила, – Владислав прервал её. – Выбор за тобой. В любом случае я буду действовать по протоколу, не обижайся. Я слишком много видел и слишком многим пожертвовал, чтобы помогать тебе и дальше смотреть на мир через призму твоей уютной жизни.

– Я всё понимаю, но вы сами говорили, что от той, – она подняла на него взгляд, – информации пострадают все и все будут в проигрыше.

– Да, – Владислав хмыкнул, – но то, что ты гипотетически собираешься сделать, является должностным нарушением, и если оно будет зафиксировано, я буду действовать по правилам и никак иначе, даже если пострадаю. Я не собираюсь тебя подставлять или упрекать в чём-то, просто ты ещё не поняла правил игры.

– В этой игре невозможно победить, – еле слышно проговорила Алиса. – Правила, которые в любом случае загонят в угол.

– Ты подобралась к сути, – Владислав снова улыбнулся. – Решать тебе, но я бы на твоём месте не спешил с таким выбором. Я сделаю вид, что этого разговора никогда не было. Мы облажались, да, Алиса?

– Да, – она смахнула выступившую слезинку. – Почему никто не может мне…

– Принимать решения и брать на себя ответственность за их последствия очень сложно, – дознаватель вздохнул. – Есть решения, о которых я жалею всю жизнь, но я принял то, к чему они меня привели. Прежде чем что-то решить, подумай почему и ради чего ты хочешь это сделать. Иди, Алиса.

– Хорошо, спасибо.

Она ещё долго стояла в коридоре рядом с кабинетом. Алиса никак не могла описать то, что творилось сейчас внутри и не знала, как разложить всё по полочкам. Она очень устала. Алиса сделала глубокий вдох и отправилась к себе в кабинет.

* * *

– Здравствуйте, – я остановился в двух шагах от женщины.

На вид ей было около сорока. Чёрный костюм сильно отличался от той формы, что носила Алиса на службе. Ткань, похоже, была натуральной, и очень дорогой. Аккуратно убранные в пучок тёмные волосы, туфли на высоких каблуках.

Белоснежная кожа контрастировала с этой строгостью так сильно, что казалось, светится. Глаза встречающей тоже были глубокого тёмного цвета, такие, что зрачки можно было не искать.

– Следуйте за мной. Так как это ваше первое посещение «Чжоу Биотехнолоджис», необходимо провести сканирование организма и сделать анализы. Это ненадолго, – она указала на высокую дверь слева. – Проходите.

Кабинет, куда я вошёл, походил на место с симуляторами в отделении OMNI, только кресло оказалось одно, а у дальней стены расположилась мини-лаборатория: склянки, штативы и какие-то аппараты занимали весь встроенный в стену стол. Как же всё-таки я не любил всё это медоборудование.

– В симуляцию отправите? – я оглянулся на сопровождающую.

– Нет необходимости, – ответила она с лёгкой улыбкой.

– Вы не представились, – сказал я, взбираясь в кресло, над которым висела странная серая рамка. Сканер, что ли?

– Ирэн, – коротко ответила та. – Но вам необязательно запоминать моё имя, если вы решите посетить нас ещё раз, возможно, сопровождать вас будет кто-то другой.

– А, возможно, и нет, – я усмехнулся. – Вот приду ещё раз, а тут вы, а я вам такой: «здравствуйте, Ирэн», приятно же?

– Возможно, – она снова улыбнулась.

* * *

Как я и предполагал, висящая над креслом рамка оказалась сканером, который передал данные обо мне на комп Ирэн буквально за секунду. Она изучила показатели, пролистав развёрнутый над столом экран и что-то пометила в своём планшете.

Кровь она тоже взяла быстро, за одно мгновение наполнив автошприц. Ирэн действовала такими точными движениями, что я на секунду задумался – не андроид ли она. Но спрашивать не стал. Может, в таких заведениях это уточнение вообще считается неприличным.

Ирэн проводила меня до ещё одного кабинета и передала мужику, одетому, как и подобает врачу, только вместо халата на нём был надет белоснежный костюм. Визор и специальная плотная маска скрывали лицо. Я сухо сглотнул и сел за стол напротив врача.

– Господин Бланк, прежде чем мы приступим к процедуре, я дам вам самую необходимую информацию о том, что будет происходить, – произнёс тот. Голос из-под маски казался слегка приглушённым.

– Слушаю, док.

– Судя по вашим показателям, вы вполне здоровый молодой человек. С сильным иммунитетом и довольно перспективный, как псион. Это редкость, особенно среди людей вашего класса, – продолжал врач.

– Надеюсь, это комплимент, – я не сдержал улыбку.

– Можно сказать и так. Это довольно необычно. К тому же у вас минимальный набор имплантов, что облегчает наблюдение за реакциями организма. Так вот. Сегодня господин Бланк, вы приглашены как образец испытания вакцины.

– А что за вакцина? – я приподнял бровь. – Я вроде же ничем не болен.

– Официальное название вируса вам ничего не даст, скажу лишь, что в последнее десятилетие вирус активно мутирует и мы пытаемся создать универсальную вакцину, чтобы остановить этот процесс, – врач ненадолго замолчал. – Вам нужно описывать механизм работы вакцины?

– Ну, я примерно понимаю, как работают всякие там прививки, – я пожал плечами.

– Я должен вас предупредить – вы получите новый препарат, воздействие которого мы пока не можем предсказать. После введения препарата вы отправитесь домой, вернуться сюда вам необходимо через семь дней, для фиксации процесса.

– А если мне хреново станет? – спросил я.

– Станет обязательно, но это не смертельно и даже не сильно повредит вашему здоровью. Как только мы зафиксируем все данные и ещё раз просканируем организм, вашу кровь очистят от остатков препарата. Вам введут как вирус, так и вакцину.

– Ага, – я задумался, – а если мне прям совсем плохо станет до того, как нужно будет вернуться? Мне лежать и умирать, что ли?

– Нет. Вам будет установлен временный чип, который будет собирать данные об изменениях. При угрозе жизни мы получим сигнал, и вас доставят сюда. Риск того, что с вами случится нечто непоправимое, есть, но мы платим за этот риск очень хорошую сумму.

Док, кажется, начинал раздражаться, хотя сложно было определить, когда из-за маски и полупрозрачного визора видны только глаза. Может быть, те бедолаги, что обычно приходят сюда, согласны вообще на всё и не задают лишних вопросов, но мне очень уж не хотелось вливать в себя какую-то дрянь, не зная, чем это приключение может закончиться.

– Хорошо, док, я всё понял. Где подписать?

– Как только вошли в этот корпус, вы уже всё подписали.

Мне показалось, или тот произнёс это с какой-то усмешкой? Хорошо, если он не окажется Доктором Зло… С другой стороны, Вильям же сюда постоянно ездит и нормально.

Хотя неестественно белые волосы и странный цвет глаз могут быть не врождённым дефектом, как у альбиносов, а следствием экспериментов в «Чжоу».

Я лёг в кресло, похожее на стоматологическое, и подождал, пока док вольёт в меня огромный шприц прозрачной жижи. Кроме какого-то дискомфорта и дикого желания отлить, я больше ничего не почувствовал. Док влепил чуть выше айдишника малюсенький круглый чип. Тот вцепился в кожу и его тут же захотелось содрать.

– Неприятное жжение скоро пройдёт. Чип не вживляется в кожу и поэтому будьте аккуратнее. Если сорвёте, то наш контракт будет аннулирован, и оплаченная сумма будет списана.

– Сколько мороки, – хмыкнул я, рассматривая выпуклый чип.

– Всё готово. И да, не принимайте никаких лекарств или стимуляторов. Не стоит прибегать даже к обезболивающим или жаропонижающим. Поняли?

– Понял-понял, – буркнул я. – Когда жахнет?

– Инкубационный период этого штамма не больше трёх суток. Будем надеяться на ваш иммунитет. Сейчас я отправлю данные в общую базу, и вы получите выплату. Запомните, что ровно через неделю вы должны быть здесь. Система вас идентифицирует и пропустит, не переживайте. Если вы будете сотрудничать с «Чжоу Биотехнолоджис» на других условиях, то все уведомления, а также открытые данные по исследованиям будут в вашем ID. Всего доброго, господин Бланк.

Док дал понять, что разговор окончен и он больше не желает тратить на меня своё драгоценное время. Оно, конечно, понятно. Я вышел в коридор, куда тут же явилась и Ирэн, провожая меня к лифту.

Можно подумать, я тут буду в каждую дверь заглядывать. Смотреть на всякую дичь типа органов в банках мне совсем не улыбалось, могла бы и не провожать. Пока я спускался на бесшумном лифте обратно в холл, на ID упало двадцать пять тысяч расчётных.

Вот это улов! Я даже внутренне порадовался, что такая сумма досталась относительно легко. Сколько же тогда зарабатывает в этой конторе Вильям? Если примерно столько же, то чего он давно не выбрался из шестого сектора? Да хотя бы и выходом в Сеть себя обеспечил, что ли.

Мне так и не стало понятней, почему именно Вил избегает выходов в Сеть. Вряд ли его могли преследовать какие-то серьёзные дяди и тёти, работа у пацана была, да и особо он нигде не светился. Может быть, я просто себе всё это накручивал, а Вил не ходил в Сеть из-за совершенно простых причин.

Вильям уже ждал его внизу, что-то просматривая на линзе визора. Выглядел он уставшим, на шее светилась прямоугольная белая повязка, что-то типа большого пластыря.

– Как оно? – я остановился напротив кресла Вильяма.

– Порядок, – тот поднял уставшие глаза. – Спать хочется. А ты как?

– Пока хорошо, – я пожал плечами. – Что будет дальше, хрен знает.

– Ты домой? – лицо Вила было помятым и утомлённым.

– Не знаю, а что?

– Я хотел с тобой поехать в то место, ну, где река, помнишь? На территории «Чжоу» нам никто гулять не даст, а я видел, как ты на парк смотрел, – тот улыбнулся.

– А ехать-то далеко? – я почесал затылок. – Я расписание поездов не знаю.

– Они ездят всё время. Ну, ехать четыре часа, если поедем сейчас, то посмотрим закат, в Нодале такой не увидишь. Потом вернёмся, – Вил испытующе посмотрел на меня.

– А сколько сейчас время-то? – я быстро коснулся сенсора на визоре и присвистнул – часы показывали полдень, а казалось что прошло от силы полчаса.

– Ладно, уговорил, поехали.

* * *

Место, где мы с Вильямом в итоге оказались, действительно было потрясающе красивым: бурная и глубокая река посреди холмов и скал, полотно травы и потрясающий вид на закат.

Пути монорельса проходили неподалёку отсюда, но спрыгивать пришлось на ходу – какие могут быть остановки в необитаемом месте? Хорошо, что, подхватив Вильяма, мне удалось прыгнуть на борде так, чтобы не вписаться в камни. До реки пришлось прогуляться минут пятнадцать, но пацан был прав – оно того стоило.

Тишина нарушалась шорохом вымахавших по пояс сорняков, насекомыми и приближающимся шумом воды.

Небо казалось выше и, несмотря на холмы и выступающие местами скалы, пространство тоже было бесконечным. Мне даже не хотелось думать, почему здесь не застроили всё к чёртовой бабушке, ведь тот же Нодал-Сити перенаселён.

– Долго здесь нельзя быть, – шорох обуви прервал голос Вильяма. – Сразу после заката будем ловить поезд.

– А что так? Может, на ночь останемся? – я глубоко и шумно втянул воздух. – Искупаемся, костёр разведём. Правда, жрать нечего.

– Ага, искупайся, – рассмеялся Вил. – Моментальная эпиляция всех волос на теле.

– Вода отравлена? – я расстроенно оглядел реку.

Мда, а я-то уже приметил небольшую заводь, где течением не унесёт. Вот тебе и ответ на вопрос, почему тут ничего не застроено.

– Ну, как видишь, травы нет по берегам, сама вода пустая, там никто не живёт. Зверюшек тут тоже нет, только насекомые мелкие, – Вильям огляделся. – Выше по течению озеро отходов и сливные трубы всякой химии.

– А воздухом-то дышать можно? – я уселся на траву и оглядывал пейзаж. – Красиво, блин.

– Ну, испарения тоже есть, – Вильям отмахнулся. – За несколько часов ничего не будет, но лучше тут не задерживаться… Не хочу потом блевать.

– Так странно, – я качнул головой, – тут нет людей только потому, что уже всё засрано. Но и то, что осталось – умирает.

– Ты всё равно ничего с этим не сделаешь, – Вильям кинул рядом рюкзак и тоже сел. – Хорошее место, отсюда закат красивый.

– Вил, – я покосился на него. – Что с тобой делают в «Чжоу»? Ты тоже испытываешь вакцины?

– Нет, – тот мотнул головой, не глядя мне в глаза. – Я испытываю стимуляторы. Разные.

– Эм, – Вил испытывает на себе наркоту? – Не понял.

– Я не говорил, но у меня тоже есть способность, правда, всего одна, – тот перевёл взгляд на меня и улыбнулся. – Я вижу в темноте, даже в кромешной.

– О, это круто, – я кивнул.

– Ну, знаешь, как удобно в полной темноте кого-нибудь грабить? – Вильям рассмеялся. – Так было не всегда, стимуляторы искусственно улучшают способность, даже если нет предрасположенности, ну и вот. А так как у меня ничего кроме ночного зрения не нашли, я отлично подошёл для испытания стимуляторов, которые должны… Как бы это сказать… Ну, развить другие способности, которых не было раньше.

– Понятно. И как, успешно?

– Нет, – Вил скривил губы. – Пока никак, но зрение да, стало идеальным, ночью – как днём, только оттенки другие.

– Тебе э-э-эм, – я не знал, как подобрать слова.

– Иногда больно, – ответил Вильям на незаданный вопрос. – Иногда мучают кошмары… Иногда слабость ужасная. Но всё в порядке.

Улыбка Вила выглядела натянуто и неестественно. Казалось, ещё пара подобных вопросов и он расплачется. Мне стало даже как-то неловко. Что делать-то? Сказать что-то ободряющее? Мне показалось, что выглядеть это будет дико глупо.

– Хочешь как-нибудь со мной потусоваться в Токсик-Сити? – я решил сменить тему.

Солнце уже потихоньку клонилось к закату, и он испытал даже какое-то облегчение: сейчас он не знал, как поддержать пацана, и это было неприятно.

– Я не хожу в Сеть, – буркнул Вильям.

– Я придумаю что-нибудь. Заплачу за сеанс, в конце концов, что ты тупишь? – я усмехнулся и ткнул Вильяма в бок.

– Ладно, – тот поднял взгляд. – Но только попробуй сказать, что на мне потом будет долг.

– Да не, – я махнул рукой. – Ты же притащил меня сюда. Я даже подумать не мог, что рядом с помойкой гигаполиса есть что-то такое.

Вильям улыбнулся и кивнул на багровеющее солнце. Закат был прекрасен. Впервые за всё это время мне удалось выбраться из застроенного обшарпанными домишками шестого сектора, из его шума и кислотных оттенков, из грязи и железных перекрытий.

Назад пришлось ехать зайцами, зацепившись за узкую платформу последнего вагона. Вильям постоянно норовил уснуть, и мне приходилось не только самому держаться, но периодически встряхивать и пацана.

Вил попрощался со мной у входа в «Приют» и отправился домой, а я упал в объятия кресла в холле, и не стал подниматься на этаж. Сквозь сон я слышал неразборчивое ворчание Рика. Ну, раз Рик ворчит – значит, с ним всё в порядке.