Текст книги ""Фантастика 2026-78". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Pantianack

Я показал сообщение Софии, чтобы успокоить ее, и отправил его Скит. Не дожидаясь гневного ответа или еще каких-то указаний, поднялся, проверил патронники обоих автоматов, убедившись, что они заполнены, и кивнул детям:

– Присмотрите за Софией Яновной. Я ненадолго отойду.

Дети снова синхронно серьезно кивнули, я снова посмотрел на Софию, кивнул ей тоже и вышел за дверь, которую дети тут же за мной прикрыли.

Умные дети. И рукастые, надо признать. Надеюсь, такими они и останутся, когда вырастут. Даже плевать на рукастость, главное, чтобы умными остались. Тогда им вряд ли они станут соваться в логово опасной твари, не зная о ней совершенно ничего.

А я вот стану…

Глава 21

Сначала я постоял немного, прислушиваясь к окружению и пытаясь понять, не проник ли технобиот в здание, пока я возился с выжившими. В этот момент я горько пожалел, что у меня нет активных наушников, как у Скит – здесь они бы мне очень пригодились. Без них единственное, что я смог услышать – это легкое дуновение ветра по пустым коридорам. Однако, если я чего-то не слышу – еще не факт, что этого нет. И разумеется, это меня не устраивало.

Выходя из комнаты, я не планировал проверять и зачищать при необходимости здание, обеспечивая безопасность найденным гражданским – я вообще об этом не думал. Но когда дверь за мной закрылась, я как-то на автомате взял наизготовку автомат, чуть согнул ноги в коленях, слегка понижая центр тяжести, прижался щекой к прикладу и двинулся вперед, заново обводя стволом все те комнаты, мимо которых я уже прошел по пути сюда. Я уже понял, что я не оставлю найденных выживших наедине с опасностью, даже если эта опасность – лишь вероятная.

Быстро прочесав крыло, в котором находился, я перешел в противоположное и осмотрел и его тоже. После этого вернулся к черному ходу, через который проник в здание, и быстро, но плавно поднялся по лестнице на второй этаж, контролируя каждый шаг и каждый сантиметр постепенно выплывающего из-за границ поля зрения лестничного пролета. Несмотря на то, что я уже выяснил, что бороться придется против технобиота, то есть, ожившего механизма, мое тело упорно вело себя так, словно предполагалось противостояние с живым противником, вооруженным стрелковым оружием. Я методично обрабатывал все углы, заглядывал за все открытые двери и, даже поднимаясь по лестнице, ежемоментно ожидал увидеть на ступенях ноги в штанах расцветки акупат и высоких берцах и тут же дать по ним две коротких очереди.

Но в здании никого не было. Мало того – мне даже второй этаж не пришлось проверять, поскольку дверь, разделяющая лестничную клетку и внутренние помещения оказалась закрыта. Увидев это, я опустил автомат, но расслабляться тело не спешило. Для успокоения совести я подошел к двери, встал сбоку от нее, укрываясь за толстой стеной, протянул руку и подергал дверную ручку, оставаясь в относительной безопасности на случай, если кто-то даст очередь через стену.

Никакой очереди никто не дал.

Тогда я уже не скрываясь подергал дверь еще, убедился, что она закрыта надежно и пошел обратно на первый этаж. Несмотря на то, что дверь была из галимой фанеры и явно стояла тут для защиты только от честных людей – для тех, кто остался внизу, этого явно было достаточно. По крайней мере, я на это надеюсь. Технобиот – он же животное, правильно? Животные не умеют открывать двери, даже если где-то найдет от нее ключ и зачем-то принесут его к двери, они банально концепции не понимают. И даже несмотря на хлипкость двери, вряд ли им придет в голову выламывать ее – они же не знают, что за этой дверью что-то есть.

Поэтому оружие на изготовку я взял только когда снова вернулся на первый этаж и подошел к двери, через которую проник в здание. Медленно толкнул ее и обвел стволом окрестности, не спеша выходить – ждал, когда глаза привыкнут к яркому солнцу после полумрака коридоров. Даже наоборот – толкнув дверь, я отступил вглубь коридора, переступив по пути через уже знакомое пустое ведро и отступив от него еще пару шагов. Это все на случай, если кто-то, не обязательно биот, ломанется на меня с улицы, пользуясь тем, что я слегка ослеплен. В таком случае ведро не только слегка замедлило бы нападающего, но и своим грохотом однозначно дало бы понять не только когда стрелять, но и куда стрелять – тоже.

Однако все было тихо. Никто не планировал на меня нападать, по крайней мере не сразу. Тогда я аккуратно досмотрел оба угла за дверью, включая карман за дверным полотном и окончательно убедился, что никого нет. Оставив на мгновение автомат, я прикрыл дверь и заблокировал ее при помощи стальной полосы, накинутой на простую петлю, торчащую из косяка. По логике конструктора, сверху все это дело надо было бы закрыть на замок, но замка у меня не было, поэтому я побегал глазами по асфальту, ничего подходящего не нашел, отстегнул от длинного АК магазин, выщелкнул один патрон и вставил его в петлю – размер подошел почти идеально. Теперь технобиот не сможет открыть дверь, даже если понимает, как двери работают в принципе, а что насчет того, что люди внутри оказались заперты… Ну, во-первых, скоро подойдет Скит с подмогой, они знают, где искать выживших, а во-вторых, у них есть еще парадный вход. Раз они его блокировали изнутри, то и разблокировать изнутри в случае крайней необходимости смогут тоже.

Закончив с дверью, я снова взял наизготовку автомат и двинулся вдоль стены здания. Вдоль длинной стены, так, чтобы не возвращаться туда, где уже был, а двинуться туда, где еще не был – в центр поселения. Дойдя до угла, я уже привычно досмотрел его и перешел к следующему зданию, укрываясь за ним и продолжая движение.

Казалось, эти бесконечные подседы и подшаги, которые я повторил уже тысячекратно, должны были вымотать меня, но почему-то этого не происходило. Ноги даже не болели, хотя я до этого протопал несколько километров, потом немного отдохнул (если короткое снижение темпа ходьбы можно назвать отдыхом), снова прошел сколько-то километров и теперь постоянно напрягаю мышцы бесконечными тактическими движениями.

Интересно, а если бы на мне было полноценное снаряжение, включая броню, полностью снаряженную разгрузку, шлем с навеской и рюкзак, который я сбросил за стеной – смог бы я так же? Или все дело как раз в том, что организм привык работать под гораздо большей нагрузкой и сейчас налегке так и кричит слышным одному лишь мне голосом: Порхай как бабочка, жаль, что собираешься кого-то пришить!'

Я усмехнулся собственным мыслям, которые думались в голове обособленно от процесса рутинного досмотра углов, и продолжил движение по СС-14.

На самом деле, конечно, мне стоило бы дождаться Скит и тех, кто с ней придет. Даже если с ней никто не придет – двое это уже группа, а группой прочесывать застройку в разы сподручнее, чем в одиночку. В одиночку я могу неделю бродить по четырке и так и не найти искомую тварь лишь только потому, что я подойду к нужному зданию не с той стороны, не увижу знакового красного креста и потому не узнаю его.

Вот только может статься, что у меня каждая минута на счету. Каждая потерянная минута сейчас – это потерянный день жизни в недалеком будущем. Так что приходится рисковать и досматривать все, что попадется на глаза, в одиночку. А что насчет здания… Ну, буду обходить все, что походит на медпункт, по кругу, чтобы уж точно не пропустить.

Пройдя несколько зданий, я остановился в бетонном закутке, в котором когда-то стояли мусорные баки, сейчас валяющиеся рядом так, словно, роняя их, кто-то пытался задержать преследователя. Прикрытый с трех сторон от чужих любопытных глаз, я достал хад и сверился с картой четырки. Жаль, что карта не показывала предназначение зданий в поселке, а то ткнул бы сейчас в медпункт и пошел себе по подсказкам навигатора, но нет. По крайней мере я определил, что «в центр», куда меня послала София, можно легко попасть, если двигаться по прямой от КПП. Учитывая, что я неслабо отклонился в сторону, прежде чем нашел здание ратуши, можно было поступить двумя способами – или продолжить движение прямо и потом свернуть, или свернуть сейчас, выйти на «центральную аллею» и по ней идти, пока не упрусь в здание медпункта.

Я выбрал второй вариант, поскольку не был уверен, что не пропущу нужный поворот, двигаясь по узким улицам между домами. В то же время пропустить относительно широкий «тракт», ведущий от КПП вглубь поселка было проблематично, поэтому этот вариант выглядел приятнее.

В углу хада мелькал значок входящего сообщения, но читать его не хотелось – я и так предполагал, от кого оно и что в нем. Однако все же голос разума возобладал и я открыл папку входящих – вдруг там окажется что-то важное, что изменит все мои планы?

Не оказалось. Скит снова написала «Жди», дополнив это целым десятком восклицательных знаков, и все. Ничего нового. Ничего интересного.

От физических нагрузок по жаре хотелось пить, но воду я оставил в рюкзаке. Даже возникли мысли вернуться обратно в ратушу и попросить воды у детей – у них там ее немало, – но ее я моментально откинул. Слишком большие потери времени, да еще и известные на данный момент углы по возвращении придется досматривать заново. Кто его знает, когда и куда твари вознамерится прогуляться?

Я выбрался на «центральную улицу» поселка, кинул короткий взгляд назад, туда, где пока еще виднелся шлагбаум КПП, убедился, что никакой подмогой пока еще не пахнет, и, придерживаясь стен зданий, двинулся вперед – к центру.

Несмотря на свою ширину, центральная улица вовсе не была прямой – она постоянно изгибалась, обтекая какие-то зданий, в которые я не заходил – двери в них были закрыты, а, значит, биота внутри быть не могло. Если поначалу еще можно было посмотреть назад и увидеть метрах в тридцати от себя вход в поселок, то чуть дальше эта возможность полностью пропала. Ни сзади, ни спереди толком ничего не удавалось разглядеть на хотя бы какой-то дистанции – все мешали углы домов, стоящих в хаотичном, явно не предусмотренном изначальными планами, порядке. Когда у жителей СС-14 возникла необходимость достраивать здания, они явно начали это делать с центра, а до краев так и не успели дойти.

Досматривая очередной угол, я впервые столкнулся с чем-то необычным. «Необычным» в плане не с лужей крови, не с рассыпанными гильзами или даже брошенным оружием. Я столкнулся с автомобилем. Вернее сказать, я его увидел, но на такой короткой дистанции, что можно сказать «столкнулся». Будь на месте выпрыгнувшего из-за угла багажника человек, я бы, наверное, и выстрелить-то не успел бы.

Но это оказалась всего лишь машина, причем не одинокая, а одна из пяти, стоящих рядком на улице. Передняя и задняя машины были белыми джипами с рублеными обводами – возможно, даже бронированными, – и с пулеметами на крышах, а те, что они зажали между собой являлись небольшими двухосными грузовичками с тентованными кузовами. Все машины явно была не первой свежести – где-то проглядывала ржавчина, где-то облупилась краска, – и по ним сразу было видно, что они тут стоят недавно, а основная их деятельность это все же поездки по пустошам и равнинам Аномалиона. Стало быть, я наткнулся на караван.

И на первый труп.

Как ни удивительно, но он находился как раз на месте стрелка одной из машин. То ли он не успел воспользоваться пулеметом, к которому я специально не присматривался, чтобы механический суфлер не отвлекал очередной лекцией, то ли пулемет ему просто не помог, но сейчас неудачливый стрелок свисал из верхнего люка джипа, протянув руки к земле. В его затылке, ничем не прикрытом, зияла огромная дыра с половину ладони размером, и через нее было видно борт джипа – дыра сквозная. Больше крови на бело-сером городском камуфляже видно не было, но больше и не нужно было – парень умер мгновенно. И совершенно логично, что биот его не утащил – он ведь не питается мертвечиной.

Я не стал терять время и детально осматривать мертвеца, лишь снял у него с пояса фляжку, отвинтил крышку, понюхал содержимое, не почуял никакого запаха и осторожно отпил. Вряд ли там мог бы быть какой-то яд – что он, сам себя травить будет? – но проверка лишней не будет. Убедившись, что внутри вода, я как следует напился и двинулся дальше, мимо машин, убежденный, что иду в правильном направлении.

Конечно, можно было пошукать в машинах самому, но я даже не знал, как выглядит нужный мне чит. Это раз. И два – нет никакой гарантии, что он там вообще есть. И три – в его поисках я вполне могу произвести столько шума, что биот сам припрется выяснить, кто пожаловал в гости.

Есть еще и четыре, и пять… Короче, не лучшая затея.

Спустя два здания я встретил еще один труп. Он сидел привалившись к стене здания, а рядом с ним валялась зеленая труба с торчащими из нее плоскими фигурными железками.

Как интересно… Неужели этот парень собирался выстрелить из своей бум-палки стоя вплотную к стене? Если да, то биот сделал ему одолжение, что убил, иначе порвало бы отраженным реактивным выхлопом бедолагу на ошметки. С другой стороны, гранатомет, кажется, стреляный, а от лужи крови, засохшей под правой ногой бойца, тянется явственная дорожка куда-то вдаль. И штаны в точно такой же расцветке, как у уже виденого ранее трупа, с правой стороны пропитаны кровью насквозь. Видимо, биот то ли в отместку за попадание из РПГ, то ли как раз благодаря тому, что парень не попал, проткнул ему бедреную артерию и пошел бесчинствовать дальше, а раненый дополз сюда, и тут же истек кровью.

Получается, основной бой с технобиотом проходил здесь, в центре, а на окраинах народ только убегал… Ну, или прятался, как София с детьми.

Дальнейший путь подтвердил мои мысли. Сначала я увидел на одной из стен место попадания гранаты – возможно, даже той же самой, что держал в руках мертвый боец, а потом стали попадаться все чаще трупы. И почти все – с тем или иным оружием, в той или иной одежде. В основном, это были мужчины в простой гражданской одежде, с каким-то слабым, а порой и откровенно древним, стрелковым оружием, но попадались и все те же камуфлированные ребята, которые порой щеголяли и тяжелым вооружением – я нашел еще два стреляных РПГ-22. К сожалению, я так же нашел места попаданий гранат в стены, что недвусмысленно давало понять – тварь быстрая. Такая быстрая, что из гранатомета в нее не попасть. Даже если бы он у меня был.

Интересно, откуда у них гранатометы? В машинах я никаких труб не заметил, они что их, с собой носили? Например, в гостиницу, про которую упоминала София?

Самым удивительным из всего происходящего был характер ранений у всех трупов. Он был у всех одинаковый – сквозные ранения без увеличения диаметра раневого канала, то есть, входное отверстие было равно выходному, чего не бывает при пулевом или осколочном поражении. При этом раны редко носили одиночный характер, даже в тех случаях, когда были поражены жизненно-важные органы, почти везде это были множественные поражения… Как будто в СС-14 орудовал маньяк-психопат… Вооруженный круглым в сечении ножом?

Черт, что вообще за тварь меня ждет там, впереди?

Все встреченные мною люди, несмотря на вооружение, явно было захвачены врасплох – у камуфлированных не было при себе ни гранат, ни запасных магазинов, да они даже без разгрузок были, а некоторые – и без кителей, в одних майках. Видать, выскочили наружу как есть, схватив только оружие, а самые предприимчивые – еще и трубы… Да так и полегли, возможно, даже не поняв, с чем столкнулись.

Черт, а я ведь делаю все то же самое прямо сейчас. Причем добровольно делаю, не вынужденно!

Впрочем, отступать уже поздно. Я это понял, когда, на автомате досматривая очередной угол, увидел то, что за ним скрывается.

А за ним скрывался тот самый медпункт, который действительно нельзя было пропустить. Когда-то он, наверное, был белым, но сейчас больше напоминал подгоревшее печенье. По зданию явно несколько раз отработали из гранатомета, и один из углов даже обрушился, открывая вид на происходящее внутри. Говоря точнее – на целую кучу сочащихся кровью, едва заметно двигающихся, человеческих тел, лежащих посреди кафельного зала.

И на замершее на вершине этой кучи в позе агрессивного краба… Существо.

Глава 22

Существо…

Я даже не уверен, что к ЭТОМУ можно применить подобное определение. «Существо» – это слово, которое обычно применяют в отношении чего-то живого. Кого-то живого. Здесь же…

Да, язык не поворачивался назвать это живым существом.

Я не знаю, как это выглядело раньше, но, судя по тому, что я услышал от Софии, это должно было быть что-то вроде ящика, из которого выходили спрятанные в рукава гибкие валы, каждый из которых оканчивался каким-то стоматологическим инструментом. Что там используют стоматологи? Бормашины какие-нибудь, фрезы? Не знаю, не силен. Даже не знаю, сколько их вообще должно быть в подобном аппарате и какие функции они должны выполнять.

Самое главное – то, что теперь они выполняли совершенно другие функции.

Складывалось ощущение, что внутри ящика, представляющего собой базу аппарата, выросла огромная опухоль, которая разорвала его изнутри, и после этого, вырвавшись на свет, сформировалась в какое-то подобие живого существа. Куски внешней обшивки расползлись по деформированному телу, сплетенному из черных корней, которые я уже видел на вертопауке, что показывал Вивик, и, кажется, использовались биотом вместо брони – по крайней мере, я вроде бы рассмотрел несколько пулевых отверстий в паре панелей. Чрезмерно разросшаяся, вылезшая далеко за пределы изначальных размером ящика, «плоть», если ее вообще можно так называть, сформировалась в пять сегментированных ног, четыре из которых оканчивались пластиковыми колесиками, торчащими на манер шпор, а пятая росла откуда-то сзади и, может быть, вообще была хвостом? Хрен знает. Намного важнее было то, что «спереди» у существа (хотя кто его знает, где у него перед) торчало все то, что ранее было стоматологическими инструментами. Те самые сверла, фрезы, бормашины и прочая жужжащая утварь, итогом работы которой становится запах жженой кости и ощущение полной беспомощности…

Инструменты, скомпонованные по три, росли из передней части биота, вживленные в две то ли руки, то ли клешни, свитые все из тех же «корней». На конце они ветвились на более тонкие отростки, каждый из которых заканчивался своей блестящей на солнце металлической насадкой. И, словно этого было мало, каждая конечность биота была дополнительно утыкана острым металлом – скальпелями, иглами, как прямыми, так и изогнутыми, чем-то еще… И все это торчало из узловатых корней так, словно прямо вросло в них.

Создавалось ощущение, что какой-то неведомый генный скульптор открыл переднюю крышку стоматологической установки, закинул внутрь хаотичный генный суп, закрыл его там, отошел в сторонку и просто наблюдал, что получится в итоге. Швырнул, так сказать, наукой в стену, намереваясь посмотреть, что прилипнет, а что отскочит и упадет.

И сейчас то, что прилипло, замерло на куче мертвых и еще живых тел, опираясь на свои четыре лапы, вытянув параллельно земле пятую и задрав к потолку «клешни», словно краб, угрожающий противнику.

Теперь я с уверенностью мог сказать, что знаю, откуда у встреченных мною трупов такие необычные и странные повреждения, не похожие на воздействие ничего из того, с чем я знаком. Потому что я и не был знаком со стоматологическими инструментами и их вероятным воздействием на человека. А это ведь именно они и были – боры, фрезы и финиры, жужжащие, крутящиеся с огромной скоростью и с огромной же силой вбитые в тело противника, зачастую насквозь. Все равно что стилетом ткнуть… Только еще и вращающимся с частотой несколько тысяч оборотов в минуту. Нет ничего удивительного, что сдавалась не только плоть, но и кость – эти хреновины против нее и придумывались, против кости.

Из пулевых отверстий на «броне» биота вытекала какая-то темная жижа, застывшая на белоснежных плоскостях уродливыми потеками. Отверстий было не много, но они были все разных калибров, включая совсем уж крупный – наверное, от пулеметов, что стояли на крышах джипов, мимо которых я прошел.

Но пулевые поражения были не единственным, что я заметил на биоте. Некоторые панели «брони» были слегка оплавлены и выгнуты, словно по ним выстрелили из гранатомета кумулятивным выстрелом. Скорее всего, так оно и было, – не все же гранатометчики промахнулись, кто-то должен был попасть! – но тогда где пробитие? Кумулятивная струя должна пробивать до сорок сантиметров брони, а здесь какая-то жалкая жесть и плоть под ней! Ну ладно, можно, не плоть, а что-то другое… Но это же что-то живое, явно оно не может быть прочнее, чем стальная броня!

Суфлер в голове тоже упорно молчал, не выдавая никакой информации и не предлагая никаких вариантов действий. Ему было так же мало информации, как и мне. Он был в такой же растерянности, как и я.

Единственное, что мне пришло в голову – наверное, действительно не стоит лезть на эту тварь в одиночку. Если она пережевывает кумулятивные выстрелы и игнорирует попадания из крупнокалиберного пулемета, то мои автоматы ей вообще покажутся десертом. После которого, в нарушение всех правил подачи, последует основное блюдо.

Как бы мне не требовалось узнать, кто в шевелящейся вонючей куче жив и кто из них – караванщик, идти в атаку на эту полуживую мерзость значило пополнить эту кучу и своей тушей тоже. Ничего кроме. Как минимум, мне нужно больше информации, возможно, какие-то уязвимые точки, что-то еще… Как максимум – мне нужно тяжелое оружие. Возможно, у караванщиков где-то завалялись еще не тронутые гранатометы, и я смогу раздобыть один из них. Сейчас, когда тварь в победной позе застыла на одном месте, попасть в нее будет нетрудно, и, может быть, прямое попадание все же свалит ее. С другой стороны, кто из еще живых людей под лапами твари останется жив после такого перфоманса? Однозначно больше, чем без него, но и становиться причиной смерти путь даже неизвестных мне людей не хотелось бы.

С удовольствием бы воспользовался биноклем, даром, что нас разделяет все-то метров тридцать, чтобы повнимательнее рассмотреть тварь и поискать на ней уязвимые места, да заодно посмотреть, в каком состоянии куча окровавленных тел, и кто из них еще подает признаки жизни, но бинокля у меня нет.

Все это время, что я наблюдал за биотом, высунувшись за угол вместе с автоматом, он не двинулся ни на миллиметр, как и я. Левая нога, на которую я перенес почти весь вес тела, забилась усталостью и начала ныть. Твердо решив, что прямо сейчас я на биота не полезу, я начал разгибать согнутую ногу, чтобы уйти обратно за угол.

И в этот же момент биот дернулся. Похожий уже не на бестолкового краба, а на резкого паука, он моментально сменил положение, словно его просто подняли и переставили, а потом вырезали все, что было между двумя позами.

Биот развернулся ко мне.

Если до этого он стоял вполоборота относительно меня, то сейчас совершенно очевидно прибавил пару десятков градусов к своему углу поворота.

Я застыл, так и не выпрямив ногу до конца.

Этого только не хватало. Он что, срисовал меня? А если срисовал – то почему не кинулся в тот же момент, когда я только вылез из-за угла? Неужели не заметил? Тогда почему заметил сейчас? Или он как раз заметил меня с самого начала, но из-за того, что я сразу замер – не воспринял меня как потенциальную цель? И записал меня в этот список только после того, как я снова начал двигаться?

Черт, да какая разница! Главное, что тварь явно меня заметила… Или вернее будет сказать – заметила мое движение.

Я для проверки чуть шевельнул стволом автомата, ловя биота на мушку, что заняло десятую долю секунды, и тварь тут же снова рывком повернулась еще на несколько градусов, уже откровенно и не скрываясь направив в мою сторону свои жуткие культяпки.

Так. Приехали. Эта дрянь реагирует на движение. Глазами, или еще каким-то образом – это неважно. Главное – она реагирует на движение.

А это значит, что я в полной заднице. Потому что я так и не успел выпрямить согнутую ногу и все еще наполовину держу вес тела на ней, что означает, что буквально через несколько минут мышцы начнут гореть огнем, а еще через несколько – откажутся работать и их заклинит в судороге… Я не технобиот, я не могу стоять часами в одной позе без движения.

А это значит, что планы резко меняются. Из них выпадают этапы «найти гранатомет», «вжарить по твари», «спасти выживших». Все их заменяет новый пункт – «остаться в живых».

Совершенно очевидно, что я не смогу стоять в такой позе вечно. Даже долго – не смогу. Максимум десять минут – и нога подломится, сведенная судорогой, и я в лучше случае успею удержать равновесие, в худшем – просто рухну, как подрубленный. И тот и другой вариант очень плохо кончится для меня, но зато будет на радость биоту.

Как ни крути, у меня нет варианта разойтись с тварью прямо сейчас. Что бы я ни сделал – он кинется. Как бы ни шевельнулся – он кинется. С его скоростью перемещения я даже не успею скрыться обратно за углом – у меня такой скорости нет. Значит, мне придется принимать бой прямо сейчас. Как есть. С двумя автоматами, несколькими магазинами и ножом на поясе. Ах да, еще же граната есть, трофейная, чуть не забыл про нее… Да толку от нее тут, если биота действительно даже кумулятивы не берут!

Нога уже начала затекать и подрагивать – дальше тянуть нельзя. Еще минута – и ее действительно сведет, и я лишусь возможности маневрировать. А этого допустить никак нельзя, это прямой путь в могилу в моей ситуации. Маневрирование это единственное, что может меня спасти, потому что огневой мощи у меня явно недостаточно. А значит, первый этап плана – это попробовать укрыться от биота в ближайшем здании.

Что ж… Поехали.

Я толкнулся ногой от асфальта, одновременно выжимая спуск и отправляя короткую очередь в три патрона в морду биота! Даже не глядя, попал или нет, развернулся на месте, используя инерцию толчка, перехватил автомат поудобнее для бега и втопил прочь, что есть мочи!

Грохот, скрежет металла и тонкий пронзительный визг за спиной ясно дали понять, что биот ломанулся за мной!

Я скользнул взглядом по ближайшим домам – везде двери были закрыты, и проверять, на замок или просто прикрыты, времени не было! Окна первых этажей, а где-то и вторых тоже были забраны решетками, и о том, чтобы впрыгнуть в них, речи не шло тем более!

А грохот за спиной уже не просто приближался – он настигал меня!

А, к черту!

Я вскинул автомат и дал короткую очередь в самую хлипкую на вид дверь, которая попалась на пути – прямо в район замочной скважины. За метр от двери прыгнул, разворачиваясь спиной вперед, и вскидывая автомат повторно – уже в сторону настигающего биота!

Тонко жужжащие боры и фрезы рассекли воздух в сантиметре от подошвы ботинок, и я выжал спуск, никуда особо не целясь – на таком расстоянии целиться просто нет нужды!

Автомат прощелкал короткой очередью, приглушенной длинным ПБС, и, чуть не прострелив себе стопы, я врезался спиной в дверь!

Что-то хрустнуло – то ли спина, то ли полотно, – но дверь распахнулась, и я влетел внутрь здания в ореоле мелких щепок и обломков!

Упал на спину, неловко перекатился через второй автомат, уперевшийся в позвоночник, ударился бедром о стену узкого коридора, выкатился со спины на одно колено и тут же вскинул автомат к щеке, направляя его в дверной проем.

Вжжжж!

Мимо уха коротко вжикнуло – я едва успел одернуть голову!

Оказывается, биот умеет своими конечностями стрелять вперед на добрые три метра, а, может, и больше! Даром что сам застрял за дверью и не мог пролезть в нее из-за своих габаритов – так он решил просунуть внутрь «клешни» и атаковать ими, поочередно отправляя в меня то один инструмент, то другой! Боры и фрезы мерзко визжали, с бешеной скоростью вращаясь на концах черных щупалец, и постоянно находились в движении, так, что уследить за ними было крайне сложно!

Вжжжж!

Я снова дернул голову в сторону, уже готовый к новой атаке, пропустил атаку мимо и начал стрелять в ответ.

Я уже не экономил патроны и не пытался задержать тварь – я пытался ее уничтожить. Поэтому и вдавил спусковой крючок до упора, сжав ладонями цевье дрыгающегося автомата и направляя поток свинца в «морду» твари, которая на вид ничем не отличалась от всех остальных мест твари, разве что растущими из нее «клешнями».

Грохот очереди, хоть и многократно уменьшенный ПБСом, ударил по ушам, но я даже не позволил себе поморщиться – это крошечное мимическое движение могло сместить прицел, и увести его пусть ненамного, но в сторону. Я же хотел уложить максимум пуль в одно место, чтобы узнать, принесет ли это хоть какие-то плоды…

Как-то же мне нужно убить биота! Мне банально придется его убить!

Пули вгрызлись в черные корни, из них полетели такие же черные брызги – словно горячей смолой с кисточки брызгали. Никакой фантастической прочности, ничего удивительного – точно такой же эффект, как был бы с простым мясом!

Только вот биоту от этого было ни горячо, ни холодно, он даже не покачнулся от того, что я шпиговал его пулями, как свиную шею – чесноком! Мало того – он снова выстрелил одним из своих щупалец, и я чуть не проворонил атаку, увлеченный стрельбой, только и успел, что чуть поднять автомат, чтобы атака прошла по прикладу и вскользь!

Совсем вскользь не получилось – отскочив от приклада, жужжащий бор попал мне прямо в плечо, хоть и по касательной! Обожгло болью, от чего рука дернулась и последние патроны очереди, пропахав в морде биота глубокую борозду, ушли вбок!

Автомат сухо щелкнул бойком вхолостую и смолк. Запретив себе думать о боли в руке, я снова ушел в кувырок назад, уходя от новой визжащей атаки и наращивая дистанцию еще больше – когда-то он же должен упереться в лимит длины своих щупалец!

Оказалось, что этот лимит равен примерно семи-восьми метрам, или двум дополнительным кувыркам. По крайней мере, на этой дистанции технобиот перестал пытаться достать меня своими щупальцами и замер за дверью, словно обдумывая, что делать дальше.

Я быстро перезарядил автомат, коротко глянул на плечо, чтобы убедиться, что нет артериального кровотечения, и снова перевел взгляд на технобиота. Несколько мгновений провел в одном положении, ожидая новых атак, но их не было.

– Что, карапузик, кончилися танцы? – усмехнулся я, поднимаясь с колена, но не опуская автомат. – Хорошо, что ты такой большой вырос, в двери не пролезаешь. А еще это хорошо тем, что такой тушей осколки ловить – милое дело!

Будь у меня комплектный к моему автомату гранатомет, я бы угостил тварь кумулятивной гранатой, но у меня нет ни гранатомета, ни гранаты. Вернее, граната у меня как раз есть, и, пусть совсем не та, но жалеть ее от этого я не стану. Вдруг именно ее мне и не хватает для того, чтобы убить тварь?