Текст книги ""Фантастика 2026-78". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Pantianack

Соавторы: Эл Лекс,Олег Дмитриев,Анна Сокол,Валерий Листратов,Евгений Син,Денис Арзамасов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 102 (всего у книги 349 страниц)

– Эй! – возмутилась я. – Какого дасу вы его слушаете? Это же Тамит! Вредитель! Тот самый, что не хотел, чтобы мы сюда добрались. Вспомните ловушки!

– Очаровательно. – Чаровник медленно поднялся. – Настаивать не буду, я вас предупредил.

– Почему? – спросил вдруг доселе молчавший Михей. – Сначала, значится, голову на плаху кладешь, а потом от беды уберегаешь?

– Я умею признавать ошибки, – ответил маг. – Сделанного не исправить: ни ловушек, ни суда, ни ритуала. А значит, за мной долг.

– Обойдусь, – запоздалое признание мага разозлило. – Оставьте себе и радуйтесь.

– Мы тебе не верим, – упрямо проговорил Рион. – Сначала враг, потом друг…

– Да и на здоровье. – Чаровник посмотрел на парня. – Что бы сделал ты, увидев перед собой убийцу брата?

Рион уже хотел ответить, а потом посмотрел на Вита и закрыл рот. Он видел. При штурме Пограничного гарнизона семью ученика мага вырезали вирийцы. Не чернокнижник, но…

– Ее будут искать, – сказал Вит.

– Будут, – согласился вышградский маг. – Поэтому ехать надо туда, где ее не найдут. А если найдут, то достать на смогут. – Он выразительно посмотрел на вирийца и для непонятливых вроде меня добавил: – В княжество так просто не сунутся. Отвези ее в Вирит, чернокнижник.

– Эй, – возмутилась я. – Это не ему решать. Что я там забыла?

Мужчины не отреагировали, продолжали играть в гляделки.

– Что взамен?

– Еще и торгуется, – усмехнулся Тамит. – Свобода. Здесь и сейчас. Согласен?

– Послушайте, мне есть куда податься. Не надо одолжений, – возмутилась я. Кабинет качнулся сначала в одну сторону, потом в другую и нехотя остановился.

Почему мужчин хлебом не корми, дай кого-нибудь спасти, героем себя почувствовать?

– Куда? К бабке небось в Солодки? Там точно не найдут! – Тамит не пытался скрыть насмешку.

– Так мне лошадей седлать? – спросил Михей. – Или пешком пойдем?

– Как хотите, – отмахнулся Тамит. – Уехать должна Айка, а у вас свои головы на плечах.

– А у меня ее, надо полагать, нет, – пробурчала я, все еще с опасением приглядываясь к Тамиту. Слишком резкой казалась перемена, произошедшая с мстительным магом. Он вроде бы все объяснил, но… Но осадок остался.

– Я должен вернуться к Дамиру, – с разочарованием проговорил Рион.

– Попробуй. – Обвинитель повернулся к столу и стал перекладывать бумаги. – Получив послание от Суда семерых, действительный маг Дамир тут же выехал из Вышграда в Велиж, чтобы дать объяснения по поводу артефакта, но, – мужчина нашел наконец нужную бумагу, взялся за перо и стал что-то быстро писать, – сюда так и не добрался.

– Дорог много, – прошептала я, очень стараясь не представлять, что могло случиться с учителем Риона в пути. Это с нами могло произойти что угодно. Могло и происходило. С нами, а не с Дамиром. Не с ним.

– Оно, конечно, так, – задумчиво проговорил маг, повернулся и протянул бумагу Виту. – Возьмете в конюшне четырех лошадей, две ваши, две мои, покажете разрешение старшему стражнику, – Тамит качнул бумагой, – и вам вернут оружие. Выберетесь из города, а там уж сами решайте – вместе вы или порознь.

– Снимай. – Вириец медленно поднял руку с браслетом, его пальцы сомкнулись на желтоватом листке.

Маг отдал бумагу, кивнул и коснулся браслета, одновременно втолковывая нам, непутевым, что делать:

– Выезжать лучше через северо-восточные ворота. На карауле всего десяток стражников, чаровника нет. Вирийцу подберу одежду, чтобы крестом на спине не сверкал. На старый тракт не суйтесь, разъездов полно, да и искать там будут в первую очередь. Забирайте к западу, выше Вереги, а там по дуге обратно на восток.

– Я смогу вернуться в Тарию? – спросила, уже зная ответ, но все еще надеясь на чудо.

Тамит ничего не сказал, его руки порхали над браслетом, словно у искусного мастерового.

– А не боишься, что я сдам ее нашим чернокнижникам, и все дела? Нам тоже водянка для опытов не помешает.

Маг дернул за браслет, артефакт раскрылся. Вириец шевельнул рукой, и бесполезная железка упала на пол. На бледной коже ярко выделялись два темно-красных пореза, с запястья мужчины потекла кровь. Чернокнижник не пошевелился, продолжал смотреть на велижского мага, даже рану не зажал.

– Придется рискнуть, – ответил вредитель и распорядился: – Переодевайся. А ты – надень амулет. – Он кинул мне капельку злосчастного маскировочного артефакта. – Ваше время почти вышло.

– А где мы сейчас? – все-таки решила уточнить я.

Ответом мне была пьяная разухабистая песнь, что доносилась сквозь приоткрытое окно. Ритуал закончился, и жители благородного Велижа наверняка решили завершить этот памятный день в трактирах, поднимая кружки хмельного эля и желая воровке чар всяческих бед на том свете.

Да, приговор приведен в исполнение.

Но я пока еще здесь. И как бы им всем не пожалеть об этом.

Аня Сокол
Воровка чар. Нечисть, нежить, нелюдь

Глава 1
Беглецы

Однажды я «украла» силу мага. И меня казнили…

Нет, это совсем неправильное начало истории.

Правильнее начать так: «Жила-была Айка Озерная, была она бела как снег и помыслами чиста…»

Опять мимо, особенно с чистотой помыслов.

Тогда лучше так: «Много чудищ невиданных ходит по дорогам тарийским: чаровники, что убивают, не глядя на возраст и заслуги перед отечеством; водянки[1], что шепчут непонятные слова над зеркальной гладью рек; вирийские чернокнижники, что поедают маленьких детей на завтрак, а возможно, на обед и на ужин; а уж о безыскусной нечисти и нежити я вообще молчу, пока голову не откусили…»

Нет, так слишком длинно. Как же начать? Расскажу как есть.

Эта история началась в день моей казни, одним теплым осенним вечером, когда добропорядочные граждане Велижа поднимали кружки хмельного эля, желая всяческих бед воровке чар, что еще недавно, нарядившись в рубище по случаю торжественного события, стояла на эшафоте. Магический город гудел от пьяных песен, смакуя свершившуюся казнь.

Но по капризу богов воровка чар не умерла. Я выжила, что очень не понравилось магам-палачам. Они привыкли делать свою работу на совесть.

Дожидаться, пока чаровники придумают новую кару, было не с руки, и я сбежала в компании… так и хочется сказать: народных героев, безвинно томившихся в остроге. Но нет, скорее, в компании закоренелых преступников. Я сбежала с тем самым «обкраденным» мною учеником мага, со страшным чернокнижником и с деревенским стрелком, который хоть и обзавелся арбалетом, но так и не научился стрелять.

Сбежала через северо-восточные ворота, очень боясь, что наши планы раскрыли и тяжелые, укрепленные магическими заклинаниями створки захлопнутся перед самым носом, но…

Из ворот нас выпустили. Хмельные стражники даже не поинтересовались, кто мы и куда нас демоны понесли.

Город давно скрылся за холмами, а мы все не снижали темпа, летели сквозь рощи, заросли кустарников, петляли между оврагами – до самого вечера, пока лошади не захрипели, мышцы едва не сводило судорогой, а пальцы, сжимавшие поводья, отказывались шевелиться; пока чернокнижник Вит, задающий направление, не указал рукой на опушку леса.

Собирались в спешке, никто не подумал о припасах, только о железе и лошадях. От предыдущего путешествия в сумках осталось немного крупы и кореньев. Хорошо хоть торбу с травами и настойками забрали вместе с железками. Я лишилась запасной одежды и денег, Вит был полностью безоружен. Хотя с этим наверняка можно поспорить, чернокнижники любят преподносить сюрпризы.

Мы ели в тишине, загребая из котелка кашу, сваренную из остатков крупы, и никто не решался заговорить первым. Наверное, потому, что с этого момента никто из умных старших уже не мог указать путь. Сейчас все придется решать нам. Самим! И отвечать – тоже. Сначала за меня решала бабушка, потом маги, потом суд и палачи. А теперь предстояло научиться делать это самой.

Стоило ли преодолевать столько препятствий на пути в Велиж, чтобы покидать его вот так – бежать, поскольку тебя считают едва ли не большей преступницей, чем раньше?

– Куда едем дальше? – первым не выдержал Рион, тот самый «невиннообкраденный» ученик мага, из-за которого мне пришлось стоять на эшафоте.

– Разве не в княжество чернокнижников? – удивился стрелок Михей, выскребая котелок. – Раз говорят, что там точно не найдут…

– Я бы поостерегся слепо верить чужим словам. – Чернокнижник посмотрел на огонь и попросил: – Рион, дай карту.

Парень скривился, но огрызаться не стал, быстро расстелил на земле исчерканный лоскут кожи.

– Вот здесь граница ближе всего, – указал ложкой Михей.

– Она везде близко, – отмахнулся чернокнижник. – Айку начнут искать и, когда выяснится, что я бежал с вами, дальнейший путь просчитают без труда. На границе нас будут ждать.

– Давайте сначала решим, сколько нас? И кто именно с кем едет? – проговорила я. – У Айки, может быть, есть свое мнение.

– Слушаю тебя, – серьезно сказал Вит.

– Неподалеку от Солодков как-то ловили Перка-душегуба, – задумчиво начала я. – Не помню, скольких мужик порешил, но мотало его от Верхних Холмов до Малого Поймища.

– Поймали? – с интересом спросил Михей.

– Собаками затравили.

– К чему ты все это рассказываешь? – поинтересовался Рион.

– К тому, – ответил вместо меня вириец-чернокнижник, – что нас, скорее всего, поймают.

– И что, можно никуда не ходить? – разозлился ученик мага.

– Я сказал – «скорее всего», а не «обязательно», – поправил его Вит. – Все будет зависеть о того, насколько им нужна Айка.

– Это если верить внезапно воспылавшему чувством вины и решившему помочь ей с побегом чаровнику, – кивнул Рион и спросил: – А мы верим?

– Не знаю, но проверять как-то не тянет. – Я поежилась и добавила: – Давайте представим, что верим. Так вот, когда…

– Если… – перебил Вит.

– Если нас поймают, то вам, – я посмотрела сначала на ученика мага, потом на деревенского рыбака Михея, – не удастся убедить чаровников, что просто мимо проходили.

– С каких это пор ты думаешь о ком-то, кроме себя? – хмыкнул Рион. – Или тебя так перекроило после эшафота?

– Я думаю о себе. Одной уйти куда проще, чем в компании с недомагом, недострелком и недо…

Вит поднял брови, и я не стала договаривать.

– Добрая она у вас, – улыбнулся вириец, но тут же стал серьезным и добавил: – Она права. Я-то в любом случае для тарийцев ярмарочный уродец, причем опасный, потомок дасу[2], а у вас еще есть шанс остаться людьми.

– Правильно говоришь, – кивнул Михей и вопреки всему добавил: – Поэтому я еду с Айкой.

– Зачем? – Я отложила ложку, которую вертела в руках.

– Что? – не понял стрелок.

– Зачем ты едешь с Айкой? То есть со мной?

– А чего мне дома делать? Смех за собственной спиной слушать? Рыбу ловить? Так батя вместе с лодкой утоп. И сетями. Да ну, – он махнул рукой. – И…

– И замуж за тебя никто не пойдет, – закончил Рион. – Все это мы уже слышали. Вот сгинешь, так сразу невестами обзаведешься на том свете.

– А сам? – посмотрел на него Вит. – Не хочешь отправиться на поиски учителя?

– Я тоже с вами. – Рион не отвел взгляда. – Прослежу, чтобы ты Айку своим чернокнижникам не сдал. На опыты.

– Так, – мужчина хохотнул, – обоих сдам, еще и орден получу от верховного некроманта.

– Ну хоть кому-то прибыток. – Я потянулась. – Итак, куда едем?

– Предлагаю направиться вот сюда. – Вириец склонился над картой и коснулся пальцем ничем не примечательного места.

– Север Тарии необитаем, граничит с Озерным краем. Кто в здравом уме туда сунется? – возмутился Рион.

– Вот именно, – кивнула я. – Никто. Они же не знают, что у нас об уме и речи нет, а уж о здравом – тем более.

– Думаю, на деле сведения о пустынности этих мест сильно преувеличены. Готов поклясться – деревушек и хуторов там не меньше, чем на юге. Люди живут везде. – Чернокнижник оглядел нашу компанию.

Его лицо, освещаемое бликами костра, вдруг показалось мне слишком грубым. Нос, скулы, запавшие глаза, бледная кожа и грязные волосы. Говорят, так выглядят дасу, когда принимают человеческое обличье. Ну и еще у них огонь выходит из глаз, из ушей, изо рта.

– Мне все равно, – сказал Михей, – на север так на север.

– Я согласна.

Мы посмотрели на Риона.

– Давай, чаровник, – поддел Вит. – Айкину родню навестим. Когда еще представится случай.

– Там не может быть хуже, чем в Вирийском княжестве, – согласился наконец чаровник. – На север.

Следующим утром мы двинулись в северном направлении. Проезжих дорог избегали, пробирались узкими стежками и перелесками. Кроме Облачка и деревенского мерина у нас были две длинногривые тонконогие лошадки рыжеватой масти. Интересно, на сколько динов[3] мы разорили магов? Надеюсь, на много.

Поля, холмы, редколесье сменяли друг друга. Этот край впрямь не пользовался в народе любовью, селения встречались лишь изредка, но мы старались объезжать их по широкой дуге. Иногда вслед лаяли собаки, иногда выли волки. И то и другое настораживало, но погони, если таковая и была, мы пока не замечали.

Михею с третьей попытки удалось подстрелить зайца. Кто больше удивился этому, мы, стрелок или покойный косой, сказать трудно.

К полудню третьего дня задававший направление Вит натянул поводья, заставив лошадь перейти с рыси на неторопливую иноходь, а потом и вовсе остановился. Облачко тихонько заржала.

– Дымом пахнет, – проговорил чернокнижник. – Впереди селение.

Возможно, мы слишком долго убегали, оглядываясь через каждый вар[4], а может, дело в том, что нас никто не торопился догонять, но Михей неожиданно прогудел:

– Я бы припасов купил. Хотя бы соли. Мы ведь уже далеко от Велижа?

– А я бы дорогу спросил, – согласился Рион. – Заведет нас чернокнижник к дасу в пасть, потом не выберемся.

– Вы и так не выберетесь. – Вит вгляделся в зеленые кроны.

– Почему нет дороги? – спросила я, отводя норовившую задеть лицо ветку. – Село есть, а дороги к нему нет?

Ответили мне стрелой. Она вылетела из переплетения ветвей и воткнулась в землю в пальце от копыта Облачка. Лошадь затрясла головой, совершенно не радуясь такому подарку.

Вит в мгновение ока спешился, щелкнула тетива заряжаемого стрелком арбалета, Рион вполголоса выругался. Я слезла с Облачка и погладила кобылу по морде, стараясь успокоить. Вторая стрела попала в кусты правее и, жизнерадостно прошуршав среди листвы, упала на усыпанную листьями землю. Вириец поднял ее. Грубо сработанное древко, кривоватое, явная самоделка – наконечник, и тот слетел.

Осваивать военное искусство тут начали явно недавно. С чего бы? Места вроде тихие.

Рион раздвинул ветки, выглянул на просеку. Село больше походило на военный пост или гарнизон. Дома были обнесены сплошным частоколом, из-за которого виднелись только крыши. Судя по не успевшему потемнеть дереву, укрепление вокруг селения возвели совсем недавно.

Вит был прав. Пахло дымом, где-то печально мычала корова.

– Ну, чего стоишь? – буркнул Рион, глядя на вирийца. Парню, как и кобыле, очень не понравилась воткнувшаяся в землю стрела. – Давай покажи, в чем сила чернокнижников?

– Чего изволите? – Вит сделал вид, что закатывает рукава заимствованной у Тамита рубахи. – Спалить всех к дасу? Или вывернуть наизнанку?

– Тьфу, – сплюнул ученик мага.

– Конечно, ты – «тьфу», а я пачкаться должен. Сам и покажи удаль чаровницкую, тогда живо ворота откроют. Или думаешь, я не знаю, что ты по горло полон силы? – Мужчина посмотрел на парня, который инстинктивно схватился за кристалл на шее. – Теперь это всего лишь побрякушка, ты уже перелил все в резерв. Правильно сделал, только не строй из себя беспомощного, а то я, того гляди, поверю.

Еще одна стрела, прервав спор, попыталась воткнуться в ствол дерева между мужчинами, но стрелок не рассчитал, и она упала, оставив наконечник в коре.

– Кто такие? Чего надо? – закричали из-за ограждения.

– Путешествуем. Сами из Гардрика. Просим пристанища, – закричал в ответ Вит, разглядывая частокол.

Михей тоже пытался разглядеть стрелявших, только поверх прицела арбалета. Но понять, кто с нами говорит, с такого расстояния было невозможно.

– Путе-шест-ву-ете? – по слогам проговорил гостеприимный хозяин. – Вот и шествуйте себе дальше. Тепло, чай, не околеете. Разъездились всякие, житья не стало. – Голос с легкой хрипотцой принадлежал мужчине, наверное, уже немолодому, но, несмотря на резкие слова, в нем слышался страх.

– Они чем-то напуганы, – словно прочитал мои мысли вириец и снова прокричал: – До ближайшего села далеко?

Ответили не сразу, видимо, совещались, как далеко и надолго нас послать. Чего они так боятся? Нас всего четверо, не штурмом же будем их брать?

– Восточнее на озере заброшенный скит. Вроде живет в нем кто-то.

– Далеко?

– Полдня верхом до прокля… – начал другой голос, помоложе.

Но его прервали:

– Пошли прочь! Иначе собак спустим! – словно подтверждая слова хозяина, где-то вдалеке тявкнула шавка. Судя по всему, мелкая, такой только цыплят гонять. Ей грустно ответила мычанием корова.

– Уходим, – скомандовал вириец.

– Мне послышалось или они говорили что-то о проклятии? – обеспокоенно спросил Михей, беря под уздцы мерина.

– Не имеет значения. – Чернокнижник повел свою кобылу мимо села, поглядывая на частокол. Дороги по-прежнему не было, лишь просека в лесу. – Мы не идем ни в какой скит.

– Но зачем же ты тогда спрашивал? – не понял Рион.

– Затем. Мало ли кто после нас сюда забредет? Деревенские – народ говорливый, – ответил чернокнижник.

– Про этих я бы такого не сказал, – загрустил стрелок.

Вириец забирал все дальше на север. Просека сузилась, нам то и дело приходилось спешиваться и проводить лошадей между стволами. Солнце терялось в листве, еще минуту назад оно висело над правым плечом чернокнижника, а сейчас уже было за спиной. Долгое молчание тяготило, стук копыт раздражал, болезненно отдаваясь в висках. Вириец чертыхнулся и вдруг развернулся направо, резко изменив направление.

– Мы заблудились? – спросил Рион таким тоном, что сразу стало ясно: ничего другого от отродья дасу он не ожидал.

– Нет. – Вит остановился и выругался. – Нас заблудили.

– Что? – не понял Михей.

А я продолжала смотреть на золотистый диск, снова неведомым образом переместившийся нам за спины, хотя меньше минуты назад вирийец оставил его по правую руку.

Что его беспокоило? Все вроде неплохо, никаких темных ям, бурелома или таинственных зловещих знаков, какие видят герои баллад на каждом замшелом пне. Ручейки, кусты, деревья.

Может, именно это? Картинка – яркая, правильная, почти лубочная. Там, где живут люди, так не бывает. Где скошенная трава, сломанные ветки и поваленные стволы? Где следы волокуши, на которую складывали хворост? Где срубленные деревья?

– Кто знает, что такое «единый путь»? – спросил чернокнижник. Плечи его поникли, и он спокойно пошел вперед, не выбирая направления.

– Это заклинание, – с видом знатока ответил Рион. – Его накладывают, когда хотят, чтобы путники не сбились с пути. Очень сложное и затратное по силе. Проще встретить и проводить.

– Для кого-то не проще. – Вит обернулся и тоже посмотрел на солнце.

– Мы на «едином пути»? – спросила я, уже зная ответ.

– Да.

– Но кому это понадобилось в такой глуши? – фыркнул Рион. – А ты не преувеличиваешь?

– Я два раза менял направление и два раза возвращался, мы все время идем на восток, куда бы ни сворачивали.

– Леший водит, – выдвинул новую версию Михей и поводил пальцами в воздухе, делая отвращающий знак.

– Скоро узнаем, что за леший, – пообещал чернокнижник таким голосом, что я бы на месте лешего поостереглась выходить и знакомиться.

Заброшенную постройку из серого камня мы увидели издалека и несколько минут стояли, бестолково пялясь, словно сбившаяся в кучу стая полевых мышей, у которых не хватает духа пробежаться до амбара и обратно.

– Будь готов, – загадочно сказал Вит чаровнику.

– Ты ожидаешь нападения? – забеспокоился Рион.

– Нет. Я ожидаю, что вот-вот появится тот самый заброшенный скит, который нам сватали местные воители. Если повезет, не совсем развалившийся дом, самое большее – с живущим там бродягой. Возможно, он не может выбраться как раз из-за заклинания «единого пути».

– А его можно обойти? Этот «единый путь»? – уточнила я.

– Можно, – обнадежил Вит, – только надо жертву принести.

– Какую… – начал Рион, но чернокнижник поднял ладонь, призывая парня к молчанию, и тот шепотом закончил: – Жертву? Я не умею приносить жертвы.

– Это ваша общая беда. Лошадей привяжите. Идем по двое, Рион со мной, Айка с Михеем. При необходимости – защищайтесь всем, чем можете. Только друг друга не угробьте, – дал указания Вит.

И мы вышли из тени деревьев.

Глава 2
Служитель капища

Скит казался заброшенным, от большинства построек остались замшелые, раскрошившиеся от времени камни, поросшие травой, деревьями и кустами. Старые дома со сгнившими крышами и темными провалами вместо дверей и окон. Большой скит, около десятка дворов, ранее окруженных стеной, сейчас местами обвалившейся и поросшей мхом. Покинутые, забытые развалины, оставленные жестокому суду времени. Безмолвие и полумрак. И никаких следов недавнего присутствия людей.

– Рион, Михей, надо обойти скит и удостовериться, что мы одни, – скомандовал Вит. Его голос в тишине показался пронзительным и громким. Заряжавший арбалет Михей утвердительно кивнул. – Вы справа, мы с Айкой слева.

– Почему это ты с Айк… – начал чаровник и умолк, когда его слова отскочили от стен и затерялись в развалинах.

– В каждой паре по чаровнику, да и стрелок более полезен в схватке, чем девчонка, – прошептал вириец и взмахнул рукой, начиная обход.

Я не протестовала: чем меньше от тебя ждут, тем проще.

Ступая следом за чернокнижником, я то и дело ловила на себе встревоженный взгляд Риона. Они с Михеем, обходя скит с другой стороны, то появлялись, то исчезали за развалившимися строениями. Иногда из-под ног скатывался камешек, и все вздрагивали. Но кто бы ни прятался в старом заброшенном скиту, кто бы ни наложил на округу заклинание «единого пути», он оказался не особенно гостеприимным хозяином и не спешил показываться на глаза.

В полном молчании мы обошли заброшенное селение. С противоположной стороны тоже когда-то стояла стена. Там она сохранилась гораздо лучше. Круглые валуны прижимались друг к другу, образуя узкую арку.

Подошедший с противоположной стороны Рион вытянул шею, желая заглянуть за стену, и неохотно спросил:

– Туда тоже пойдем?

– Конечно, – обрадовал его Вит.

Пресекая не успевший начаться спор, стрелок перехватил арбалет и первым нырнул в проем. Следом Вит, потом раздраженно дернувший головой чаровник. Я миновала старую арку последней.

Конечно, мы ожидали какой-нибудь гадости: заклятие и старые развалины – идеальное сочетание для всяких неприятных сюрпризов. Каждая минута тишины заставляла нас еще больше нервничать и тревожно озираться по сторонам.

Раньше здесь был сад. Наверное, красивый, с мраморными скамейками. Я посмотрела на позеленевшие от времени остатки скульптуры, в которых угадывались чьи-то ноги, не очень аккуратно отделенные от тела. Когда-то здесь стояли статуи.

Яблони одичали. Их ветви раздались в стороны. Розы с годами превратились в колючие кусты, похожие на шиповник. Я присела, разгребла траву, вырвала с корнем несколько пучков. Так и есть, под тонким слоем земли, травы и старой листвы обнаружилась мощеная дорожка.

– Айка, сюда, – позвал стрелок, и я подняла голову.

Михей стоял в сотне шагов от меня и указывал на нагромождение камней слишком правильной круглой формы.

– Мне чудится или это… – спросил он, когда я подошла ближе.

Обычные обломки, их тут всюду полно. Вот только раскиданы немного странно, по кругу. Словно здесь когда-то лежало большое блюдце, а проходивший мимо великан наступил на него, оставив после себя россыпь осколков. А еще цвет – кремовый с золотистыми прожилками мрамор, смутно знакомый не только мне, но и стрелку. Неужели это…

– Источник силы? – прошептала я.

– Он самый, – подошел к развалинам Вит.

Михей присел и провел рукой по осколкам камней.

– В Тарии был еще один Источник? – не поверил Рион. – Не может быть! Мы бы знали. – Чаровник смотрел на остов каменной чаши с ужасом и недоверием.

– Кто это мы? – усмехнулся вириец. – Чаровники? А ты уверен, что они этого не знают?

– Теплый, – удивился Михей, убрав руку с камня.

– Здесь еще осталась энергия, мало, но… – Чернокнижник подобрал крупный осколок и вдруг протянул стрелку. – Теплый, говоришь? А этот?

– Положи на место! – раздался шипящий голос.

От неожиданности я подпрыгнула. Щелкнула тетива, болт ушел в кусты, стрелок в очередной раз промахнулся. На ладонях Вита вспыхнули языки агатового пламени. Один Рион остался безучастным, он продолжал смотреть на разрушенную чашу и даже голову не повернул.

Из-за старого дерева, на котором давно уже высохла половина ветвей, вышел невысокий кряжистый мужчина в крестьянской одежде. Странный мужчина. Я бы назвала его молодым стариком, если бы меня кто-то спрашивал. Его лицо, почти без морщин, казалось едва ли не детским, а волосы незнакомца были полностью седы. Он поднял руки, показывая, что не вооружен.

– Не думаю, что разумно что-либо уносить отсюда. Даже камни, – сказал мужчина. – Я отшельник по воле Эола[5] и не причиню вам зла.

Михей опустил арбалет. Вит был не столь легковерен, черное пламя продолжало танцевать на его ладонях. Рион рассматривал светлые камни с таким видом, словно узрел пришествие Эола и его ближайших сподвижников.

– Что ты здесь делаешь? – напрямую спросил чернокнижник.

– Живу. И приглашаю вас разделить со мной кров и ужин. Близится ночь.

– Мы согласны, – ответил за всех Рион. Он не прикоснулся ни к оружию, ни к магии. – Давайте уйдем. Не хочу здесь находиться. – И, обращаясь к вирийцу, добавил: – Остынь, убить его всегда успеем.

Обитал молодой старик в лачуге из грубо сколоченных досок, построенной не иначе как им самим примерно в варе от скита. Честно говоря, строитель из богомола оказался так себе, жилище больше походило на сарай, в котором постеснялись бы жить даже козы.

– Смирт[6] я здешний, Теиром кличут, – проговорил отшельник, присаживаясь на чурбак, заменявший ему стул. – Вот уж не думал магов здесь увидеть. – Служитель повесил над огнем котелок и стал раздувать угли. – Ваше племя к нам калачом не заманишь. Откуда такие смелые будете?

Я огляделась и, не найдя второго чурбака, села прямо на земляной пол. Одна комната, очаг, тряпье у дыры в стене… о, простите, постель у окна, храмовое изображение Эола в углу, воняющие жиром свечи. С потолка свисали вязанки трав и плетенки лука и чеснока, они были настолько старыми, что не проросли только по причине своей давнишней бесславной гибели.

В отличие от своего грязного нищего жилища, сам служитель выглядел хоть и бедняком, но бедняком опрятным. Одежда старенькая, но все прорехи аккуратно заштопаны, крепкие боты на ногах, волосы седые, но чистые.

Но… что-то было не так. Какая-то деталь на миг выбилась из общей картины. Я внимательно оглядела лачугу. Грязно, уныло, никаких излишеств.

Мужчина не обращал внимания на криво сложенный очаг, мало чем отличавшийся от ямы в земле, он не видел грязи на ворохе тряпок, заменявших ему постель, ему не мешали щели в стенах и протекающая крыша.

– Из Гардрика. Ездим, опыта набираемся. Я Торн, – ответил Вит и, прежде чем кто-либо успел возразить, представил остальных: – Орин, – кивок на Риона, – Мирон и Ася.

– Хорошее дело – опыт, – одобрил смирт и стал сыпать в кипяток крупу.

– Так ведь… ведь… – Рион мотнул головой. – Раньше тут был Фонтан силы?

– Наверняка, – пожал плечами Теир.

– Что произошло? Кто его разрушил? Зачем?

– О, Эол, откуда я знаю? Пять веков минуло! – рассмеялся смирт.

– А о том, что место это считается проклятым, знаете? – вкрадчиво поинтересовался Вит, разглядывая жилище отшельника с не меньшим любопытством, чем я.

Михея, переименованного в Мирона, больше интересовало содержимое котелка, к которому парень с удовольствием принюхивался.

– А вы оглянитесь вокруг, – взмахнул ложкой молодой старик. – Рухнувшие дома, дикие звери, туман по утрам… Места объявляли гиблыми и за меньшее. – Он указал на угол, там на круглом камне теснились глиняные плошки. – Давайте миски.

– Сел в округе много? – спросил Вит, передавая посуду.

– Одно, дворов на пятьдесят, а хуторов да заимок без счета. – Из самой верхней плошки смирт невозмутимо вытряхнул паука и стал накладывать кашу. – Я как раз поутру в Волотки собирался, телегу обещали прислать. Помер у них кто-то, отпеть надобно. – Увидев, что вириец нахмурился, мужчина предложил: – Торн, хотите – со мной поезжайте, а нет, здесь оставайтесь, за хозяйством присмотрите.

– А как же «един…» – начала я, но, поймав взгляд Вита, замолчала. Смирт не упоминал о заклинании, не давшем нам свернуть с пути, и вириец, видимо, не хотел, чтобы я об этом спрашивала.

– Мы подумаем, – сдержанно ответил чернокнижник.

Старик пожал плечами и передал Михею тарелку с кашей.

Ночевали в лачуге. Хоть и пришлось устроиться прямо на полу, а в качестве одеял использовать плащи, никто не изъявил желания продолжить путь на ночь глядя.

– Раньше-то здесь лепота была, – рассказывал отшельник внимательно слушавшему Виту. – Пока скит не разорили.

Я слушала отшельника вполуха, сквозь подступающий сон. Вот бы и правда завтра телега пришла, тогда часть пути можно проваляться, глядя в синее небо, а не трястись верхом. Тут я снова вспомнила о заклинании и… И ничего. Смирт о нем не знал или не хотел говорить. Хотя, возможно, он знал, как выйти из-под власти чужих чар.

Последнее, что запомнила, засыпая – как лежащий неподалеку стрелок вертел в руках осколок светлого мрамора. Все-таки взял на память.

– Пожалуйста… Во имя Эола прошу, – проскулил кто-то, вырывая из яркого беспокойного сна, в котором я бесконечно пробиралась сквозь лесные заросли. Сев, протерла глаза, стараясь что-то рассмотреть в окружающей тьме.

– Ви… Торн, – не сразу вспомнила я новое имя вирийца, – что случилось?

Никто не ответил. Я поднялась. Сквозь черную пелену проступали очертания предметов, неровные стены, погасший очаг.

– Во имя Эола, во имя Эола, во имя Эола… – исступленно бормотал чей-то голос.

Я повернулась. Глаза уже привыкли к темноте, но увиденное едва не заставило меня зажмуриться. Совсем как в детстве, когда долго смотришь на солнце, а потом пытаешься избавиться от цветных пятен в глазах.

На ворохе тряпья стоял коленопреклоненный смирт и монотонно повторял одну и ту же фразу. Но, видимо, бог сегодня был глух к взываниям своего служителя. Отшельник отвесил земной поклон, и я увидела сидевшего у стены напротив Вита. Вириец с не меньшим интересом наблюдал за ночной молитвой.

– Давно он так развлекается? – шепотом спросила я.

– Не очень, – едва слышно ответил мужчина. – Но дело не в нем. Прислушайся! – Вит одним молниеносным движением поймал в очередной раз приложившегося лбом к земле Теира и зажал тому рот, заставив отшельника замереть в странной позе.