Текст книги ""Фантастика 2026-78". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Pantianack

Соавторы: Эл Лекс,Олег Дмитриев,Анна Сокол,Валерий Листратов,Евгений Син,Денис Арзамасов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 247 (всего у книги 349 страниц)

Здорово было выиграть сегодняшние соревнования. И даже здорово, по большому счету, что получилось помочь той девушке, защитить хотя бы ее. Да, это не здорово закончилось, но мозг отчаянно открещивается от всего плохого, что приходит в голову, даже если разумом понимаешь, что эти события были в жизни, и никак их не стереть из прошлого. Смерть любимого пса и четыре дня слез совершеннолетнего здорового лба после, увольнение с работы после подставы со стороны коллеги, которой постоянно помогал, неоднократные вывихи и даже один перелом на тренировках, смерть родителей в разницей в один день и обоих – от инфаркта, пожар в съемной квартире, когда побежал к ним, услышав в трубке телефона врача скорой и забыв выключить чайник… Это все было, но этого всего будто не было. Мозг принимал сам факт наличия этих ситуаций в прошлом, но отказывался вспоминать их, рисовать картинки, раскрашивать их, озвучивать. Сухие протокольные записи о каждом отдельном инциденте вместо красочного кинофильма. И, как ни старайся, одно в другое не превратить.

Тело снова вздрогнуло от очередного удара – вздрогнуло, как чужое, как кукла из баллистического геля, глазами которой я смотрю на мир. Это был даже не рефлекс, а просто закон Ньютона – действие равно противодействию. С какой силой ударили, с такой же тело отреагировало. Для меня оно уже стало чужим, ведь я не мог им даже управлять – лишь отрешенно наблюдать сквозь изувеченные пальцы, как шакалы наносят все новые и новые удары.

– Все, хорош, мы его щас грохнем!..

– Не грохнем, он же спортсмен, сука!.. Выкарабкается!..

– Прекрати, сказал!.. Реально щас ласты склеит!..

– Какой нахер прекрати?! Он мне два зуба выбил, а Толян вообще до сих пор в отрубе!..

– Дело говорит! Этому членососу еще мало досталось, я б его!..

– Кретин, нож убери!.. Так ты его точно в могилу отправишь!..

– Пошел нахер! Чё хочу, то и делаю!

– Мля, нож убери, сказал, ты чё, попутал, что ли?!

– Ты мне еще тут потыкай слышь!..

– Заткнитесь оба нахер! Чё за балаган тут устроили, совсем что ли оборзели?! А ну быром ноги в руки и валим отсюда, пока менты не нагрянули!

– Какие менты, гонишь что ли?!

– Такие! Вы тут вообще-то уже минут пятнадцать это мясо месите! По-любому кто-то мусоров вызвал, вон сколько окон горят! Толяна подберите и кабанчиками отсюда!

Удары наконец прекратились, послышался удаляющийся топот. Я закрыл глаза.

Шевелиться не хотелось. Наверное, потому что я понимал, что не смогу. Я уже почти не мог даже дышать – воздух свободно проливался сквозь меня, не задерживаясь в легких. Сознание отчаянно пыталось уцепиться за остатки реальности, подсовывая мне новые «А помнишь, помнишь как здорово?..»

Но я уже не помнил. С закрытыми глазами ничего не удавалось вспомнить – перед глазами была лишь кромешная тьма.

Вот так и умирают чемпионы по боевым искусствам – в темных переулках. Зарезанные или забитые до смерти арматурой. Или и то и то сразу.

Откуда-то издалека послышались взволнованные голоса, сквозь сомкнутые веки пробился свет, словно пытаясь меня разбудить. Я не открыл глаза – мне хотелось просто умереть. Просто потерять сознание и больше не находить его.

И после того, как ко мне прикоснулись чьи-то руки, через секунду после этого меня отключило.

Глава 2. Холодец

Я открыл глаза.

Я не знаю, как я смог, как у меня вышло, но я открыл глаза. И они открылись.

Правда это не сильно помогло – увидеть ничего я так и не смог. То ли я находился в полной темноте, то ли мне только казалось, что я открыл глаза. Второе вероятнее, ведь, закрывая их, я уже смирился с тем, что снова открыть мне уже не суждено.

Я несколько раз моргнул, последний – с солидными усилием, чтобы точно понять, что со мной происходит. Веки послушно сжались, придавив глазные яблоки и вызвав в них неприятное чувство. Вывод – мне все-таки не кажется. Я действительно жив и даже достаточно здоров как минимум для того, чтобы открыть глаза.

А вот боли я по-прежнему не чувствовал. И дышалось тяжело. Не так, как до этого – когда ты тянешь и тянешь воздух, а он словно насквозь проходит через продырявленные легкие, не задерживаясь в них, а наоборот. Воздух словно сгустили до состояния патоки и диафрагма не справляется с его плотностью, судорожно пытаясь втянуть его в легкие хотя бы по чуть-чуть. Схожие ощущения бывают перед грозой, когда воздух насыщен влагой, и им тяжело дышать… Но это очень слабое сравнение.

В конечном итоге, я кое-как приноровился дышать мелкими короткими вдохами, которые, само собой, не могли обеспечить необходимого насыщения крови кислородом – буквально через тридцать секунд у меня, даже лежащего, начала кружиться голова.

Но я хотя бы мог дышать. Плохо и тяжело, как аквалангист-перворазник, неправильно настроивший дыхательную смесь, но я дышал. Может быть, я лежу на аппарате искусственной вентиляции легких? И на самом деле за меня дышит машина через вставленную в горло трубку? И мне только кажется, что я прикладываю какие-то усилия к дыханию?

Но тогда почему я в сознании? И почему при этом ничего не вижу? И не чувствую трубки в горле?

Я поднял руку и пощупал шею. Трубки не было.

А рука слушалась. Рука, в которой еще недавно не было ни единой целой кости, представлявшая собой кусок изрезанного мяса, сейчас полностью вернула свой функционал, и – я ощупал ее, – лишилась всех ран и повреждений!

Как, собственно, и вторая, которой я ощупывал первую.

Интересно, какие еще сюрпризы меня ожидают?

Я ощупал все, до чего смог дотянуться в положении лежа, после чего сел и закончил дело.

Впору было много думать. Я был совершенно цел и абсолютно здоров. Как будто вся драка, а, вернее сказать, убийство, мне просто приснилась. Руки и ноги были целы и безукоризненно слушались, ребра не ходили ходуном, если на них надавить – значит, тоже волшебным образом срослись, череп был цел, несмотря на то, что еще недавно хрустел и трещал как сухое дерево, облюбованное туристом-шашлычником. Единственный минус – дышать было тяжело. Будто бы ребра срослись прямо так, как были сломаны – проткнув собою легкие. Будто бы те до сих пор не работали толком и не позволяли нормально дышать.

А, может, это просто воздух такой тут.

Понять бы еще где именно «тут». И как я тут отказался. И сколько вообще времени прошло с последнего отпечатавшегося в памяти момента.

Может, прошло уже несколько месяцев? Меня нашли, отвезли в реанимацию, выходили, вылечили… Я же слышал какие-то голоса, прежде чем отключился!

Да нет, чушь.

Для начала – в больницах больных не кладут на холодные камни. Ходили слухи о том, что больного могут оставить в коридоре на каталке, но каталка это, в любом случае, не жесткий каменный пол, который будто вытягивает из тебя тепло. А именно на таком я сейчас и сидел.

Во-вторых, в больницах не бывает темно. Это абсурд, люди придумали окна как раз для того, чтобы в бетонных коробках не было темно. Здесь же было настолько темно, что я не видел даже собственных рук, и не было никакой разницы – с закрытыми глазами ты сидишь или с открытыми.

В-третьих, так не бывает, чтобы пациент пришел в себя сразу целым и здоровым. Технически, меня могли все это время держать в медикаментозной коме, но за такое длительное время, что понадобилось бы, чтобы после всех полученных травм привести меня в норму, у меня во-первых образовались бы пролежни, а, во-вторых, атрофировалась бы напрочь как минимум половина мышц организма. Однако ни того, ни другого нет – я бодр и полон сил, могу шевелиться и у меня ничего не болит. Не говоря уже о том, что после столь длительной медикаментозной комы у меня наверняка что-то съехало бы в голове.

В-четвертых, на мне нет ни одного следа от операций. Тщательное пальпирование всего тела не выявило ни единого шрама, ни единого шва, а это совершенно точно невозможно. У меня был как минимум один открытый перелом и как минимум два глубоких колотых ножевых ранения. Даже если предположить, что все остальное лечили филиппинские хилеры, то как минимум эти три травмы однозначно оставили бы после себя огромные уродливые шрамы. Но не было даже их.

И самое главное – если бы дело дошло до больницы и операций, меня бы совершенно точно переодели. А ведь на мне все та же одежда, в которой я был во время драки. Видеть ее я, конечно. В этой темноте, не мог, но хватило и простого ощупывания, чтобы понять – так заморочиться с раздиранием вещей на ленточки и вымазыванием их в густой липкой субстанции никто бы не то что не стал, а просто не смог бы за неимением итоговой от этого выгоды.

Единственное, что можно было кое-как притянуть к версии о долгосрочном лечении – скованность дыхания, но и это можно было объяснить более простыми способами – я просто в подвале. Я в каком-то подвале с каменным полом и отсутствием, что логично, окон. Это объясняло сразу многое из того, что удивляло.

Но не объясняло самого главного – почему я жив? И не просто жив, а полностью здоров?

Я осторожно поднялся, ожидая, что в любую секунду от недостатка кислорода у меня в глазах потемнеет – так оно и случилось. Но я был готов, поэтому тут же замер и подождал, пока ситуация нормализуется. Стоять во весь рост было неудобно – без какой-либо визуальной информации от глаз вестибулярный аппарат паниковал и сходил с ума. Пришлось раскинуть руки, чтобы стоять, не качаясь.

Первые шаги дались тяжело – после каждого приходилось ждать, когда в голове перестанет шуметь, и вернется чувство равновесия. Через пять-шесть шагов я приноровился и даже рискнул вытянуть одну руку перед собой – в этой темноте немудрено во что-то врезаться. Не удивлюсь, если именно для этого здесь так темно.

Еще через десяток неторопливых шагов, когда я уже окончательно обвыкся и с воздухом и со сбоящим чувством равновесия, вытянутая рука наконец уперлась в какое-то препятствие. Я остановился и принялся ощупывать непонятное холодное нечто с острыми зазубренными краями. Оно было вытянутой формы, плоское, но широкое. В нижней части непонятная штука перерастала в длинный круглый стержень, который заканчивался в нескольких сантиметрах от пола. Или, вернее, полом это не было, скорее какой-то постамент, уже в свою очередь стоящий на полу.

На ощупь вернувшись к непонятно штуке, я ощупал ее с другой стороны – где торчал еще один отросток. Осторожно продвигаясь по нему пальцами, я нашарил место, где отросток расширялся одновременно и вверх и вниз, и влево и вправо, будто ветка, растущая из толстого ствола. Только, в отличие, от дерева, это непонятное нечто было не однородным на ощупь, а постоянно пыталось подсунуть под пальцы новые элементы – какие-то острые грани, зубцы, ребристые поверхности… Сверху у этой штуки аналогичная по структуре круглая фиговина, снизу же штука разделяется на две колонны, оканчивающиеся на том же постаменте.

Кажется, это статуя. Даже определенно, это статуя. Холодная каменная статуя, изображающая кого-то с чем-то в руках. Что-то, скорее всего, является копьем, или другим подвидом древкового оружия, если я верно понял. А вот кем является этот «кто-то» – вопрос. Не исключено, что ответ на него я бы не получил, даже если бы тут было светло – судя по тому, что я нащупал, неизвестный скульптор изобразил свою модель в каких-то доспехах… Не может быть на человеческом организме такого количества выступов и граней, даже если он родился в семье тех… Этих… Кто себе под кожу шарики вживляет и шипы вставляет! Ну точно – доспехи, логично же, что воитель с копьем должен быть одет в доспехи!

Стало быть, я что… В гробнице какой-то?

Это, выходит, меня сочли мертвым и…

Да нет, херня. Во-первых, я мало того, что не мертвый, так еще и парадоксально здоровый. Во-вторых – кто бы стал меня скидывать в гробницу какого-то великого воина? В-третьих – откуда, блин, вообще в современном мире взяться гробнице какого-то там воина? Я взрослый человек и прекрасно отдаю себе отчет в том, что вся эта мистика существует только во всяких там Ларах Крофтах! А в реальности все эти гробницы давным-давно найдены, вскрыты, опечатаны и превращены в музеи!

Ну, конечно, кроме тех, что еще не найдены… Но в такие я бы точно не попал вообще ни при каких условиях – они ведь еще не найдены.

Ладно, посмотрим, что здесь еще есть. Может, я все же найду выключатель, чтобы осветить этот непонятный склеп, или хотя бы дверь?!

Я осторожно обошел статую и пошел вперед, пока не уперся вытянутой рукой в холодную стену. Судя по всему, тут все сделано из одного и того же камня – пол, стены, статуя, наверное, даже потолок… Действительно, склеп.

Только вот мертвечиной не пахнет. Вообще ничем не пахнет, если уж на то пошло. Хотя со здешним воздухом поди пойми.

Я коснулся рукой стены и пошел вдоль нее, не отрывая пальцев от холодного камня. Каждый раз, когда пальцы соскальзывали с плоскости на впадинку, я останавливался и тщательно проверял это место, но каждый раз это оказывался шов между плитами, и я шел дальше. Так я миновал два угла, встретив носом первый, после чего дальновидно стал ощупывать стены насколько рука позволяла впереди себя, и наконец нащупал что-то новое. Впервые за все это время пальцы нащупали не впадину в стене, а наоборот – выпуклость. Причем выпуклость граненую, навевающую мысли о дверной коробке.

Выпуклость уходила вниз до самого пола, насколько она уходила вверх, сказать было трудно – рука не доставала. Ширина препятствия была примерно с ладонь, а стена после него перестала быть бугристой от швов между плитами и стала плоской – ну натуральная дверь! И, попавшийся под пальцы через пару шагов второй элемент дверной арки только укрепил меня в этой мысли.

Итак, дверь нашли. Осталось ее открыть.

Я ощупал каждый сантиметр дверного полотна, но не нашел ни ручки, ни замочной скважины, ни даже банальных петель. Да и сама дверь была непонятной – ни деревянной, ни тем более каменной она на ощупь не казалась. Она была холодная и твердая, но совершенно плоская, будто зеркало. Попытки ковырнуть ее ногтем ни к чему не привели, а, когда я лег на пол в попытке посмотреть в щель снизу, оказалось, что она прилегает к полу настолько плотно, что даже попытка дунуть под дверное полотно лишь вернула мне мой же воздух назад, заставив закашляться от слишком резкого выдоха.

Я сел возле двери и задумался. Если на двери нет ручки, это как минимум значит, что на себя она не открывается. Кроме того, с моей стороны совершенно точно нет петель, а значит, она совершенно точно на себя не открывается. Конечно, есть еще совершенно экзотические варианты вроде того, что она при открытии уезжает вверх, вниз или в одну из сторон… Но кто будет делать такие двери?! Да еще и в склепе?! Серьезно, это круто выглядит только в научно-фантастических фильмах, а на деле для того, чтобы дверь уезжала например вверх, нужно, чтобы там наверху для нее была припасена целая куча места, которое во все остальное время простаивает впустую. То же самое справедливо для двери, что прячется в полу или уезжает вбок. Ни один серьезный инженер, строя сооружение на века, не будет морочиться такими схемами.

Значит, примем за рабочую версию о том, что дверь открывается от себя. Я, конечно, уже попробовал, и ни хрена у меня, конечно, не вышло… Но, может, я не так пробовал? В конце концов, если я действительно каким-то образом оказался в каком-то склепе, то тут много лет не должно было быть ни одной живой души. И дверь могла банально заржаветь, закиснуть, или, если она все же деревянная – разбухнуть и перекоситься. Может, надо просто ударить посильнее – и я свободен?

Нда, а как быть с теми, кто меня сюда принес? Они что, телепортировались сюда, оставили меня и исчезли обратно? Они-то тоже должны были через дверь войти!

Что вообще тут происходит?! Где, блин, я?! Что это за место?!! Почему я здесь заперт?!

К горлу подкатил тугой ком, я начал задыхаться. Глаза защипало от пота, что выступил на лбу, я крепко зажмурился и схватил себя за запястье, прижав два пальца к артерии. Раз, два, три, четыре, пять…

Спустя полторы минуты пульс начал снижаться, паника отступила. Дышать стало чуть полегче, и я снова открыл глаза, хоть это ничего и не изменило.

Я не заперт. Я просто пока еще не нашел правильного способа открыть дверь. Вариант первый – надо ее как следует ударить. Приступить.

Я поднялся и развернулся лицом к двери. Нащупав ее боковые габариты, я чуть отошел и, короткими вдохами заполнив легкие местным тяжелым воздухом, с силой выдохнул и ударил ногой в левую часть двери.

От резкого движения в глазах потемнело, в ушах гулко застучало и я вынужден был присесть, чтобы не потерять равновесие. Чуть погодя, когда организм восстановился, я поднялся и проверил дверь – она была на месте.

Глупо было ожидать чего-то иного, ведь она даже звуком никак не отреагировала на мой пинок.

Я прошел до правого края двери и повторил удар там – на случай, если петли располагаются слева и я в первый раз лупил именно в район петель.

Все равно ничего не вышло. Ровно тот же эффект – потемнение в глазах, стук в ушах, а двери абсолютно все равно.

Я даже ударил в нижнюю и верхнюю части двери на случай совсем уж безумного расположения петель – вверху или внизу. Ничего не изменилось. Будто это и не дверь вовсе, а просто кусок стены, обрамленный бордюрчиком. Зачем-то.

Если это так, то я феерический идиот.

Но, к сожалению, проверить это я никак не могу – у меня нет даже мобильника, чтобы себе подсветить, он остался в куртке, которую я снял там, в переулке. Так что пока что будем считать, что это все же дверь. Мощная стальная дверь, которую выбить с удара я не способен.

Значит, надо попробовать выбить с разбега.

Я встал спиной к двери, прижался лопатками к холодной плоскости и пошел вперед, стараясь, чтобы шаги были одинаковыми – где-то я слыхал, что у человека один шаг всегда длиннее другого. Надеюсь, что на тех трех-четырех метрах, что мне понадобятся для разгона, я не собьюсь с прямой слишком сильно и не сломаю себе плечо о стену в четверти метра от нужной мне двери.

На четвертом шаге нога внезапно не нашла опору и провалилась в пустоту. Я взмахнул руками, пытаясь устоять, но поздно – тело уже ухнуло куда-то вниз и я упал во что-то жидкое.

Жидкое, жирное, холодное и очень густое.

Будто в банку с холодцом.

Только не пахнущее.

Откуда здесь взялась яма?! Да еще и с этой паскудной дрянью?!

Я заворочался, пытаясь выбраться из субстанции, но с каждым движением я проваливался все глубже. Если изначально я упал на бок и погрузился примерно по половину тела, то с каждым движением я уходил все глубже! Мало того – странная дрянь как будто сама ползла по телу вверх, как огромная амеба, охватывающая собой жертву!

К горлу снова подкатил комок, я запаниковал и принялся дергаться, пытаясь вырваться из жирной дряни! Каждый рывок погружал меня еще больше – холодец поднялся до плеча, покрыл шею, и устремился к лицу!

Я задрал голову вверх, пытаясь одновременно дышать и думать, но ни, ни другое толком не получалось! Получалось только вяло дергаться, увязая все больше!..

Жижа уже добралась до носа, я рефлекторно ее вдохнул…

Черт возьми, неужели я сейчас сдохну второй раз?! Я же только что воскрес! Я не хочу снова умирать!

– О, не переживай… – внезапно произнес тихий вкрадчивый голос. – Ты мне нужен живым.

Жижа хлынула в нос, я закашлялся, хлебнул еще больше, и отключился…

Глава 3. На свет

Почему-то я все еще жив.

Уже во второй раз за последние… сколько? Полчаса, наверное… Уже второй раз за последние полчаса я должен был умереть, вдохнув непонятного, но однозначно не полезного для легких холодца, но я почему-то жив.

Мало того – никакого холодца вокруг и не было. Я снова мог свободно двигать руками и ногами, и ничего больше не замедляло движений, не сопротивлялось. Я лежал на холодном, но уже привычном каменном полу, распластавшись по нему на манер морской звезды, и тело мое явно не собиралось никуда погружаться.

Что, блин, я уже галлюцинирую, что ли? Я же совершенно точно куда-то упал, когда пытался взять разгон для того, чтобы выбить дверь. Вот же – я лежу, значит, точно упал. Может, я ударился головой и отключился? А где тогда холодец, которого я наглотался? Да еще и голос какой-то слышал прежде чем отключиться…

Нет, точно галюны. Уж если кто-то был бы в этом склепе помимо меня, я бы на него наткнулся или как минимум знал бы о его присутствии – нельзя такое продолжительное время сидеть настолько тихо, чтобы я не услышал. Так что галюны. Однозначно галюны.

Я осторожно пошевелил конечностями, еще раз убедившись, что никакого геля-холодца больше нет, и внезапно наткнулся на стену.

А вот это уже непонятно.

Дверь, от которой я шагал, совершенно точно не располагалась ни в углу, ни близко к нему – я же проверял, когда ощупывал дверную коробку. Значит, и шагая от нее по прямой я не мог оказаться близко к стене никаким образом. Одно из двух – либо я настолько криво шагал, что умудрился заложить дугу и прийти к стене…

Либо после того как я отключился, меня кто-то к этой стене перетащил…

Например, тот же кто-то, чей голос я слышал прежде чем вырубился…

Только этого мне не хватало!

Я резко перевернулся на спину и сел, настороженно прислушиваясь и приглядываясь.

В склепе было тихо. Ни голоса, ни движения – ничего не было слышно. Ничего не было видно. Только легкое дуновение ветра по коже.

Стоп, ветер? Откуда ветер?!

Я вскочил, расставив руки в стороны и пытаясь нащупать невидимые стены. Нашарил один угол, изучил его пальцами, пошел вверх по нему, и не успел дойти даже до уровня груди, как угол кончился, превратившись в горизонтальный излом.

Так. Это что-то совсем новенькое.

Положив ладони на излом, я пошел вдоль него, пока не наткнулся на новый угол. Еще два таких поворота – и я сделал вывод, что нахожусь в какой-то яме глубиной примерно по грудь, выдолбленной, судя по всему, прямо в каменном полу.

Значит, я все-таки падал. Значит, шагая прочь от двери, я все же шагнул в эту яму, которую даже не мог видеть в этой кромешной тьме, и упал прямо в кисель, которым она была наполнена.

Тогда где кисель?

Я провел руками по себе, еще раз проверяя на отсутствие густой субстанции – ее нигде не было. Я присел и на ощупь мазнул несколько раз по разным стенкам ямы – киселя не было и там. Тактильное обследование пола тоже не дало эффекта. Как будто я весь этот кисель умудрился вдохнуть.

Вдохнуть!

Я ведь свободно дышу! Мои легкие больше не выворачиваются наизнанку от попыток втянуть в себя хотя бы глоток здешнего воздуха, а гортань не пытается зайтись в кашле при успешной попытке! Я снова дышу полной грудью и с удовольствием!

Так что же произошло? Вряд ли в таких изменениях замешан кисель – насколько я знаю человеческую анатомию, вдыхание всяких жидкостей приводит исключительно к смерти. Значит, я просто упал в яму, приложился головой и отключающийся мозг подкинул мне галлюцинаций в виде того, как я тону в смеси нефти с вареньем. Не знаю правда, зачем, может, потому что я уже начинаю сходить с ума от этой темноты?

Ладно, но яма-то откуда здесь? Ее тут совершенно точно не было! Ориентироваться в полной тьме, конечно, проблематично, но не настолько, чтобы не составить в голове карту склепа четыре на три со статуей посередине! Да, собственно, как раз где-то здесь статуя и должна стоять вместо этой ямы! Где она?!

Я толкнулся ногами, перевалился на плечо и легко выкатился из ямы, запоздало подумав, что если я ошибся с подсчетами и статуя стоит прямо на моем пути, то сейчас я сломаю об острый угол постамента свой копчик.

Повезло. Не сломал. Спокойно перекатился и встал. Повернулся туда-сюда, ощупывая воздух, но так ничего и не нащупал. Прошелся по периметру ямы туда-сюда, осторожно проверяя каждый шаг ногой, но статую так и не обнаружил.

Отлично, я лишился единственного ориентира в этой тьме. Впрочем, можно предположить, что яма теперь вместо статуи – например, сработал какой-то механизм, который… не знаю, поднял статую к потолку что ли? Как еще можно открыть яму? Да и главное – зачем? Какой смысл в этой ловушке, если максимум, что она тебе сделает – один-два перелома, и то в самом худшем случае. Пик на дне нет, лавы нет, ядовитых змей тоже. В чем смысл этой ловушки? Даже той же самой статуей сверху не прикрыли.

Вот был бы там в реальности тот кисель, получилась бы действительно опасная ловушка. Но даже она была бы опасна только в этой кромешной тьме, только потому что не видишь, что из нее можно выбраться, а значит и не знаешь об этом. Чуть-чуть света – и уже будут видны края ямы, и тогда мерзкая субстанция уже не сможет удержать попавшего в ловушку. Ненадежно, в общем.

Да и субстанции-то никакой нет.

Короче, непонятно.

Понятно только одно – теперь заново придется ориентироваться в этом каменном мешке. И заново искать дверь.

Я дошел до стены, аккуратно прощупывая каждый шаг в поисках новой подлости, и пошел вдоль нее, не отрывая руки. Когда пальцы наконец скользнули по уже знакомым граням дверной коробки, я остановился и аккуратно повел их дальше, на дверное полотно.

Но пальцы провалились в пустоту.

Хорошо, что я не стал сразу долбиться плечом…

Я аккуратно вернул руку обратно, где была, и еще раз проверил границы дверной коробки – да, это определенно были они. Оставив одну руку на месте, я осторожно шагнул в сторону, вытянул свободную конечность и нащупал вторую границу дверной коробки – именно там, где и планировал. Значит, это точно место, в котором раньше была дверь.

Или другое такое же место, но без двери, до которого я просто не дошел. В любом случае, это именно оттуда еле заметно веяло ветерком, и этого уже было достаточно для того, чтобы продвигаться в этом направлении. Даже если это не та же самая дверь без ручки и замка, которую я планировал пытаться выбить…

Тем более, если это не та же самая дверь!

Осторожно ощупывая пол перед собой ногами я черепашьим шагом двинулся вперед, не забывая контролировать левую стену пальцами левой руки, а пространство перед собой – вытянутой правой. Так я не пропущу, если вдруг попадется поворот, и буду предупрежден, если прямо передо мной появится какое-то препятствие. Остается только надеяться, что этот склеп не оборудован всякими механическими ловушками типа падающих с потолка топоров или катящихся по коридору огромных камней.

Черт, о чем я? Да я же только что из такой ловушки выбрался! И пусть она была какая-то странная, но сам факт наличия неприятных неожиданностей здесь – уже неоспорим!

Н-да, а я минут десять назад пытался насмехаться над фильмами про Индиану Джонса и Лару Крофт…

В голове резко развернулась параноидальная картина – как я, неосмотрительно наступив на подпружиненную плитку, падаю в разверзшуюся яму под ногами, и на сей раз – не в студень, а на острые колья. Или срабатывает механизм самострела и меня протыкает сразу десятком арбалетных болтов…

Сглотнув, я стал не просто проверять пол вперед себя на его наличие, но еще и осторожно ощупывать носком кроссовка, проверяя, не пружинит ли подозрительно то место, на которое я собираюсь опрометчиво наступить?

Кто-то тихонько хихикнул.

Я остановился и резко обернулся, вскидывая руки в боевую стойку.

Вот сейчас мне совершенно точно не показалось! Это определенно кого-то очень сильно забавляло мое поведение! Кого-то, кто, видимо, хорошо меня видел в этой кромешной тьме, и, мало того, что видел, так еще и находился, судя по звуку, где-то настолько близко сзади меня, что чуть ли не в затылок дышал!

Борясь с рефлекторным желанием пробить моментальную двойку, я осторожно вытянул вперед правую руку и поводил ею из стороны в сторону. Как и ожидалось, никого там не было. И никто больше не усмехался саркастически.

Но я же точно это слышал! Мало того – это был тот же самый голос, что я слышал, когда тонул в киселе! И пусть тогда это действительно могло быть галлюцинацией от спертого воздуха склепа, то сейчас-то я дышу нормально! Видимо, когда открылась дверь, каменный мешок успел проветриться и повысившаяся концентрация кислорода привела меня в сознание.

Так что же получается, это и тогда не было галлюцинацией?! Кто-то наблюдает все это время за мной? А кисель?! Он был или нет?! А статуя куда делась?!

Чувствуя, как лопается голова от вопросов и загадок, я прижался спиной к холодной стене и сполз по ней, обняв колени руками. В висках снова запульсировало, дыхание участилось – кажется, я словил вторую за полчаса паническую атаку.

Вторую за всю свою жизнь.

Никогда бы не подумал, что со мной такое вообще может приключиться. Соображаю вроде здраво и понимаю, что со мной происходит, – спасибо, наверное, постоянным тренировкам и спаррингам, – а поделать с собой ничего не могу – потею как жиробас в сауне, несмотря на холодную стену под спиной, и задыхаюсь, несмотря на нормальный воздух.

Спустя минуту или около того меня наконец отпустило и я снова смог подняться. Руки и ноги все еще подрагивали, но я хотя бы снова мог свободно дышать и контролировать свое тело.

– Знаешь, что… – прошипел я в темноту. – Хрен ты дождешься… Не знаю, чего ты там ждешь, но хрен ты дождешься!

Даже если там никого нет, то никто и не узнает, что я разговариваю с пустотой. А если есть… Что ж, теперь он знает мою позицию. Если он хочет просто идти и хихикать под ухом – пусть себе, я не облезу. Если же он настроен ко мне враждебно… Ну, хуже смерти он мне ничего не сделает, а смерти я не боюсь.

Я уже дважды умер за последние полчаса.

Вспомнив и восстановив, как я располагался относительно стены, пока меня не накрыло, я снова повернулся в нужную сторону и зашагал вперед. Левая рука по-прежнему скользила по стене, правая была вытянута перед собой. Ноги поочередно ощупывали пол, прежде чем наступить, и весь организм был натянут до предела в ожидании атаки и последующей молниеносной обороны.

Даже если невидимый наблюдатель действительно соберется меня убить, так просто у него это не выйдет. А я все же что-то да могу, даже в полной темноте. Недаром же я чемпион области по рукопашному бою!

Через несколько секунд стало светлеть. Я понял это, когда увидел очертания своей вытянутой вперед руки. Еще несколько шагов спустя я уже мог различить пальцы, а, посмотрев вниз – увидел свои ноги, осторожно прощупывающие каждую плиту, на которую я планировал наступить. Увидел сами плиты, разных форм и размеров, скрепленные между собой каким-то раствором, что от времени местами рассохся и потрескался. Повернул голову вбок – и увидел вторую руку, скользящую пальцами по стене, совершенно аналогичной полу. Обернулся – и увидел коридор, уходящий куда-то вдаль.

И с каждым шагом светлело все больше. Я уже опустил руки, потому что видел вперед метров на семь, а потом – и еще больше. Я вышел на середину широкого, метра в три, не меньше, коридора, я даже смог рассмотреть потолок, который оказался высоким, тоже где-то трехметровым. Выходит, коридор, по которому я иду, в сечении – натуральный квадрат. Интересно, это было так задумано?