Текст книги "Локи все-таки будет судить асгардский суд?"

Автор книги: Ершел

сообщить о нарушении

Текущая страница: 89 (всего у книги 174 страниц)

– Вот он, ваш бог и его божественные достижения, – победоносно произнес Старк, останавливая видео на каком-то безликом общем плане.

В образовавшейся паузе общее внимание привлекли тихие всхлипы. Плечи Берканы чуть подрагивали, а сама она сидела, уткнувшись в тарелку.

– Как ужасна битва! – прошептала она. – Столько крови, боли и смертей!

Капитан Америка поспешил обнять девушку. Он уже привык к ее постоянным слезам, мнительности и несдержанности. Особенно теперь, когда ее поведению нашлось вроде бы подходящее объяснение.

– Я восхищен творением своим, – произнес Лагур, по-прежнему внимательно разглядывающий стоп-кадр. – Мои доспехи защитить смогли от монстра, страшного во гневе. Все лучше, чем я думал. Слава Логе, он испытал их прочность на себе.

– Спасибо, что показали нам сражение сыновей Одина, – Ивар встал и поклонился. – Не каждый день простым жителям, вроде нас, представляется честь узреть подобное. Не мог бы ты скопировать его и переписать на флешку – я уверен, что всем будет интересно посмотреть на поединок сыновей Одина. Он блистателен.

Старк, выговорившийся и сбросивший немного накопленное раздражение, не нашелся сразу, что ответить на столь неуместное заявление.

– Судя по вашей реакции, – вступила в разговор Наташа, игнорируя все более отчетливые рыдания, – ты и ты, – указала она на Ивара и Лагура, – считаете, что вооруженное вторжение в чужой мир и убийство тысяч ни в чем неповинных его граждан – это нормально?

– Почему вы постоянно говорите о каком-то «чужом» мире? – Ивар смотрел непонимающе. – Но не огорчайтесь, вы далеко не единственные, от кого мне довелось слышать эту неточность, даже ваш староста не лишен подобного заблуждения. Мидгард всецело принадлежит Одину Всеотцу. Нет ровным счетом ничего странного в том, что он решил избрать одно из ваших поселений для обучения царевичей.

– Какое, к дьяволу, обучение! – Старк разве что за грудки не схватил асгардца. – Ты глухой или слепой? Он свалился на наши головы неизвестно откуда, притащил целую армию машин для убийств и вопил на каждом шагу, что станет нашим богом и поставит здесь всех на колени.

– Но он и так ваш бог, – Ивар в недоумении отступил назад. – Какой смысл завоевывать то, что и так принадлежит его семье? Вам не кажется, что это неразумно? Возможно, вы не совсем корректно трактуете его слова из-за ваших заблуждений?..

– Запомни, ты, асгардец, – Тони снова начинал выходить из себя. – Наш мир никому не принадлежит. Я никому не принадлежу. Если какой-то там Асгард посмеет что-то вякнуть про то, что что-то здесь его, он получит такую бомбу в задницу, что мало не покажется.

– Старк, прекрати, они наши гости, – Капитан Америка с трудом оторвался от чуть успокоившейся Берканы.

– Они слуги Локи, – отмахнулся тот. – Пусть передадут своему господину.

– Я с удовольствием передам ему при первой же возможности, – откликнулся Ивар, – но пока мы, волей сына Одина, заперты здесь. Позвольте уточнить, – обратился он ко всем присутствующим людям сразу, – уполномочены ли вы или ваш староста заявить Всеотцу о желании людей расторгнуть недавний договор о, как бы это сказать на вашем языке, вассалитете?

– Недавний – это сколько веков назад? – подозрительно уточнила Наташа.

– Чуть больше тысячи зим – срок ничтожный, но, если сделать поправку на различия в нашем восприятии времени, – он на секунду задумался, прикидывая в уме отношение, – порядка пятнадцати зим назад.

– Обалдеть, – фыркнул Старк. – Вы с какими-то племенами тысячелетней давности заключили какую-то грамоту и с тех пор считаете, что вся наша планета принадлежит вам???

– Тот договор я помню хорошо, и да, в нем говорится о всем мире, – припечатал Лагур.

Старк хлопнул себя по лбу.

– Это бред! – Непробиваемое самоуверенное спокойствие приспешников Локи заставляло его кулаки чесаться. Ему потребовалось все не часто используемое самообладание, чтобы оставить ситуацию как есть, не прибегая к паре разрядных излучателей, встроенных под поверхностью стола. Он, не прощаясь, вышел. Если бы у него еще оставались сомнения на счет допустимости свободного перемещения на Землю подобных гостей с их весьма спорными намерениями, то после этого разговора они окончательно развеялись. Время трепаться закончилось, предстояло немало работы.

– А мне так жалко всех этих людей, – подала голос всеми забытая Беркана. – Почему нельзя обучаться тактике и военному делу без жертв, без этих ужасных читтаури. Почему надо приносить всем столько боли?

– Война не может существовать без боли и разрушений, – неожиданно холодно ответил Капитан Америка. – Тот, кто выбирает этот путь, должен быть весьма близко с ними знаком. Жертвы войны ужасны, но неизбежны, такова цена за избавление от еще больших потерь. За самые правильные и достойные цели всегда приходится отдавать немало жизней. Тот, кто уверен, что после его победы мир станет лучше, обязан осознавать и ответственность, которую на себя возлагает. В тот раз победили мы, и мы сделаем все, чтобы эти потери не были бессмысленно забыты.

– Ты во всем прав, – кивнул Ивар, – поэтому я не понимаю, что именно так возмущает сына Говарда в нашей власти над вами.

– Он, конечно, вспылил, обвиняя вас, но в своем недовольстве случившейся несправедливостью он далеко не одинок. Я встречал немало людей, так же как и вы убежденных в неоспоримости и правильности своей власти над нашим миром. Ни один из них не желал ему блага на самом деле. Устремление к абсолютной власти – тяжелое бремя, и ваш Локи еще не худший образчик того, как она подтачивает личность, отвращая от всяческих представлений о добре и мире.

– Вот уже тысячу зим во всем Иггдрасиле поддерживается мир, это, безусловно, добро, – возразил Ивар. – У Одина Всеотца огромный опыт по управлению мирами и предотвращению всех возможных бед. Без его протектората весьма вероятно, что вторжения много страшнее и масштабнее того, которое демонстрируют ваши записи, стали бы привычным делом для вашего мира. И мы бы не встречались сейчас здесь с вами и не обращались за помощью, признавая ваши несомненные достижения в области естественной науки.

– Что-то Всеотец стоял в сторонке, когда бравые американцы гибли в Афганистане и Вьетнаме, – перебила Наташа, – когда террористы захватили самолеты и направили их в башни-близнецы, когда… Да перечислять можно бесконечно!

– Не мне судить, но это довольно мелкие конфликты, – Ивар только плечами пожал. – Порядку среди девяти миров они не угрожали, поэтому не требовали присутствия сил Асгарда. Ваши цари могут сами справиться с внутренними разногласиями, если они, как вы говорите, желают своему миру добра.

– Почему-то Тор, тоже, если я не ошибаюсь, сын вашего так называемого бога, выступал на нашей стороне и ни разу ни о чем подобном не заикался, – сказала Наташа, – а ведь по твоей логике, он уж точно имеет полное право заявляться и требовать поклонения.

– Значит, это учение готовилось больше года, – воскликнула Беркана, размазывая по лицу слезы. – В Асгарде объявили, что Локи погиб, все так горевали. И Радужный Мост, с ним тоже что-то случилось. А потом все это, читтаури, которые однажды уже пытались завоевать…

– Тор – защитник вашего мира, – поспешил прервать разговорившуюся девушку Ивар, – он должен не просто владеть вами, но и вставать во главе вашей армии в случае нападений из других миров, так что заручиться поддержкой ваших сил в этом случае было умно с его стороны. Я могу ошибаться, но, если сопоставить представленные вами сведения с тем, что были известно в Асгарде, получается довольно четкая картина. Один Всеотец отправил Локи договариваться с читтаури о нападении на Мидгард, а Тора направил к вам, чтобы организовать защиту своего мира. Когда оба были готовы, произошло столкновение. Локи проиграл, вы под руководством Тора выиграли. Они оба вернулись в Асгард и предстали перед Одином. Он, вероятно, должен был разочароваться в военном таланте младшего царевича.

Ивар решил не упоминать, что разочарование Всеотца грозило Локи смертью. Он мало что смыслил в военном деле, но даже ему показалось, что Локи перегнул палку и допустил несколько ошибок в своей военной кампании.

Стив перекинулся взглядом с Наташей, ожесточенно ковырявшей вилкой почти нетронутый ужин, и решил не озвучивать, что именно он думает о военном таланте Локи, методах его обучения и роли Земли в этом процессе. Сейчас, когда дата отбытия гостей отодвинулась на неопределенное время, провоцировать их на недоверие и замкнутость было неразумно. Фьюри уже, наверняка, поставлен в известность о том, что Тор покинул базу в одиночку, и новых указаний по испытаниям для асгардцев ждать придется недолго. Он только похлопал по плечу свою все еще подрагивающую подопечную и вложил в ее ладонь ложку, полагая, что самые тяжелые вызовы ждут дочь Одина не от рук ЩИТа.

Наутиз не могла дождаться возвращения в Асгард. За несколько ночей пребывания в клинике она успела сотню раз проклясть свое опрометчивое решение полечиться в Мидгарде. Не то врачей так сильно поразил сиятельный царевич, не то медицина Мидгарда просто никуда не годилась, но Светлоокая не узнала для себя ничего полезного. Все врачи хором заявляли, что с глазами у нее всё в порядке, что зрение стопроцентное и лечение не требуется. Она несколько раз повторила, что устает при длительном чтении, что зрение явно падает.

– Возможно, раньше у тебя было очень острое зрение, какого у людей не бывает. Сейчас оно у тебя стопроцентное, – улыбаясь во все тридцать два зуба, заявила медичка в белом халате, пропитанном неприятными травяными настоями. Наутиз чувствовала себя лишней – врачи только и судачили о Локи, о его проблемах с легкими, почками, с чем-то там еще. Дивились, каким образом такие болезни возможны у особы царской крови, за которой с детства следили и замораживаться не давали. По словам людей, получалось, что царевич насквозь больной и давно должен был спуститься в Хельхейм. Наутиз раздражала человеческая глупость. Этот насквозь больной мог попасть десятком стрел в яблочко, проскакать много часов в седле и совершить еще множество невероятных вещей, на которые неспособны люди, якобы обладающие богатырским здоровьем. Уж чего-чего, а выносливости и физической силы ему не занимать, не говоря уже о реакции.

Одним словом, больница произвела на Наутиз самое скверное впечатление, а Мидгард оказался таким грязным, запыленным, шумным миром, что она с величайшим облегчением вдохнула асгардский воздух и не обнаружила ни малейшего желания посетить Мидгард вновь. Теперь Светлоокая поняла, откуда происходит любовь Ингвара к Хельхейму. Он, логист Мидгарда, душой отдыхал в тихом мире мертвых. Пока Локи прохлаждался в больнице, он каким-то образом умудрился спуститься в царство Хель, обойдя все запреты.

Стоило Наутиз вернуться в поселение, как Ингвар потащил ее к компьютеру, чтобы похвастаться «клевыми фоточками», изображавшими Хель, Мордруд, Арни и прочих обитателей глубин. Все они без иллюзорных чар оказывались обычными ётунами. Все, кроме Хель.

На ее портрете Ингвар задержался и начал подробный рассказ о путешествии. Наутиз слушала больше от скуки, чем из интереса. У нее были свои планы на логиста, а совместная жизнь предполагала хотя бы иллюзию общности. Наконец, он закончил сбивчивый рассказ, увеличил фотографию Хель и уставился на Наутиз, явно ожидая какой-то определенной реакции.

Светлоокая приблизила лицо к ноутбуку. Что она должна увидеть? Что Хель – асётун, искусственно выращенный много тысячелетий назад в Юсальвхейме во время опытов по скрещиванию всех биологических видов девяти миров? Она и раньше это знала. На основе того древнего эксперимента, занявшего несколько столетий, было написано множество книг, посвященных всевозможным сочетаниям яйцеклеток и сперматозоидов. Так получилось, что в то же время погибла предыдущая Хель, и новой стала молодая асетун. Черноволосая, зеленоглазая, с острыми чертами лица – одним словом, не красавица с точки зрения асов, насквозь искусственная и фальшивая, принадлежавшая сразу двум мирам, но не проведшая ни в одном из них ни единой ночи.

– Ну? – не выдержал Ингвар.

Светлоокая недоуменно посмотрела на него.

– Ничего не замечаешь?

– Нет. Давай, приоткрывай завесу тайны.

Ингвар пробормотал что-то по-французски и открыл другую фотографию – на сей раз Локи. В папке их было штук сто, если не больше. В отличие от ётунов, Локи умел позировать. Он рассказывал, что в детстве с него не раз писали картины, поэтому замереть в правильной позе, демонстрируя все достоинства и скрывая недостатки, не составляло для него никакого труда, тем более, что для снимка требовалось всего несколько секунд, а не часов или ночей.

– Что ты от меня хочешь? – раздраженно спросила Наутиз. Божественного Локи она и так лицезрела чуть не каждый день без всяких плоских виртуальных картинок.

– Ты сюда смотри! Один я, что ли, всё это вижу? – Ингвар увеличил фотографии. – Они же одинаковые! Хель и Локи. Сходство нереальное.

Наутиз поджала губы и оторвалась от компьютера – ох не нравилось ей то, к чему клонил давний приятель.

– Я раньше не замечал, но если поставить их рядом, то становится очевидно. Локи тоже асетун! Форма черепа, кожа, волосы – посмотри внимательнее.

– Э-нет! – Наутиз резко встала. – Давай-ка поаккуратнее с…

Она нервно огляделась: совершенно случайно в дом мог пройти кто-нибудь чужой. О чем думает Ингвар? Его же повесят за одни подозрения!

– Да послушай! – Ингвар встал, преграждая дорогу к выходу. – Ведь все сходится! Локи родился всего через шестьдесят зим после Тора – асы не рождаются так быстро. И его рождение объединило девять миров, принесло Одину корону девятимирья – как удачно-то! Понятия не имею, как Один умудрился завести ребенка от жгущейся ётунши. Но ему удалось. А дальше по накатанной. Придумали сказку про магию Одина, которая меняет внешность. Но с чего вдруг магии Одина менять ребёнку внешность на идеального асётуна? Да ещё и основная магия у Локи иллюзорная – типичная для ётуна, а не для аса. Это же невероятно крутое открытие. Ты должна мне помочь добыть доказательства. Проведи исследования, ты же естественник. Ты точно сможешь подтвердить мою гипотезу.

– О боги! – прошептала Наутиз пересохшими губами. Ингвар точно сошел с ума. – О чем ты только говоришь? Всё не так! Это лишь гипотеза с какими-то… логическими выводами… Безумными, – она одним нервным движением захлопнула крышку ноутбука. – Хочешь оказаться на эшафоте – вперед. А я жить хочу, понятно?

– Да какой эшафот! – Ингвар закатил глаза. – Какой эшафот? Знать просто о таких вещах надо. Зачем их как-то использовать? Подумай, мы будем единственными асами, знающими правду.

Наутиз не дослушала – развернула и ушла. Хотела хлопнуть дверью, как в Мидгарде, но таковой не оказалось на месте. А ведь скоро наступит зима – пора повесить их обратно.

Сказать, что она была зла, значит, ничего не сказать. Она была в жуткой ярости. У Ингвара в его Мидгарде совсем мозги помутились, он забыл, где живёт, но она-то точно помнит, что в Асгарде все проблемы решаются просто – кинжалом в спину, и меньше всего на свете хотела погибнуть от руки взбешённого Локи, если вдруг безумные предположения дойдут до него.

Настоящее скрещивание асов и етунов невозможно. И даже не из-за размера – ученая допускала, что

Один мог увеличиться раза в два, на то он и бог, – а из-за жгучей слизи, покрывающей тела ледяных гигантов. Непосвященные считали, что ётуны жгутся морозом, на самом деле – ядом, напоминавшим по своему составу муравьиную кислоту.

Наутиз легла спать, чтобы побыстрее забыть о несуразном предложении, но на следующий день проснулась с мыслью, что неплохо бы посмотреть основные признаки асетунов. Только ради науки, ни для чего большего. В библиотеке ей выдали нужную книгу, и она углубилась в чтение, обманывая себя: мол, дело только во внезапно вспыхнувшем интересе к полукровкам, а вовсе не в изучении царевича. Однако каждый раз при встрече она вглядывалась в лицо, шею и руки, за неимением возможности осмотреть тело целиком, и отмечала несомненные подтверждения теории Ингвара. Не прошло и трех ночей, как она утвердилась в мысли, что Локи не чистокровный ас. Как этого могли не замечать сотни естественников, постоянно контактирующие с ним?

Любопытство сменялось страхом и снова любопытством. Светлоокая увлеклась поисками настолько, что даже присутствовала на обследовании, которое устроил Алгир, во многом, с ее подачи. Локи чувствовал себя скверно, собирался применять прописанные людьми антибиотики, но сперва позволил осмотреть себя. Наутиз была рядом и беззастенчиво рассматривала его тело под предлогом возможной переквалификации из естественника во врача.

Тем же вечером она, несмотря на резь в глазах и головную боль, сверила наблюдения с книгой и пришла к выводу, который поразил ее в самое сердце и заставил усомниться в правдивости написанного. По всем наблюдениям получалось, что Локи вовсе не асетун, а ётас… Для непосвященного, вроде Ингвара, два варианта скрещивания ничем не отличались, но Наутиз естественную науку знала очень хорошо. У мальчиков-полукровок огромную роль играли отцы, у девочек – матери. Асы были более толстокостными, широкоплечими и узкобедрыми, среди них реже встречались перевыверты суставов, пальцы были массивнее и короче, а главное – разнилась структура кисти. Соотношение длины, а также синхронизация мизинца и безымянного пальца позволяли достаточно точно определить, кто именно отец. У ётунов все пять пальцев двигались независимо друг от друга, а сустав кисти выворачивался как внутрь, как и наружу. У асов, как и у людей, движения пальцев были сильно ограничены, а кисть назад почти не гнулась. И это уже не говоря о расстоянии до большого пальца, о близости кровеносных сосудов к поверхности руки, о линиях на ладонях и прочих мелких признаках. У Локи наблюдались все признаки ётуна. Более светлый тон кожи, разрез и оттенок глаз, даже структура волос – все совпадало! То есть его отец был ётуном, а мать асиньей… Наутиз не представляла себе, как царица Асгарда могла оказаться вместе с етуном. Даже если ее взяли в плен во время войны, она бы умерла от ожогов, оплодотворение не произошло бы… Подобные глупости не могли быть правдой, поэтому Наутиз решила точно убедиться в том, что Локи асётун, а не ётас.

Для этого пришлось встретиться с ненавистным Иваром. Только у этого пронырливого мага мог быть генетический материал.

– Конечно, у меня все есть, – расплылся он в улыбке, услышав странную просьбу. – У меня множество проб животных Одина, к примеру. Тех же воронов. Все руки не доходят найти естественника, который бы их изучил.

– У меня предложение: давай я сперва изучу Одина, а потом мы вместе исследуем его животных? – Наутиз заискивающе стрельнула глазками – с этим Иваром обычно удавалось договориться только за крупные подарки.

– А давай.

Наутиз насторожило столь быстрое согласие.

– Заодно и царицу изучи – вдруг среди животных кто-нибудь ею создан? Да и вообще страсть как любопытно узнать, какие же они – наши боги, властители Девяти миров. Не знаю, как тебе, а мне вот ужасно интересно. Мне также в детстве было интересно, откуда дождь на небе берется. И, представь себе, пришлось попасть сюда, чтобы получить ответ на этот вопрос. И еще на сотню других. Всё же хорошо у нас в поселении, но вечно в нём жить скучно до безобразия. Блистательный Локи появился так вовремя. Слава сыну Одина!

Наутиз не могла поверить, что ей улыбнулась удача – Ивар сам предложил изучить Фригг, а ведь она даже не знала, под каким предлогом попросить у него генетический материал царицы.

Сопоставление материала требовало много сил, времени и магии. В Мидгарде Наутиз узнала о генетических экспертизах, проводимых с помощью компьютера. В Асгарде давно использовали магию, которая точно указывала на прямое родство или его отсутствие. Правда, никому еще не приходило в голову задействовать ее для установления отцовства.

Пришлось найти мага, который не задал лишних вопросов и не стал интересоваться, чей именно код надо проверить. Наутиз, затаив дыхание, приступила к распутыванию хромосом Одина. Недаром он бог, его генетический набор должен быть чем-то невероятным, таких нуклеотидов не должно быть ни в одном живом существе, недаром он живет в несколько раз дольше обычного аса: ткани и органы стареют медленно, объяснение этому должно крыться в генетике. Раньше никому в голову не приходило изучить самого бога – это попахивало святотатством, но теперь она всё узнает. И пускай исследует не столько глубинную суть Одина, сколько его связь с Локи – не суть. Много часов кропотливой работы, сравнения и пробы… не показали ничего необычного. Геном Одина ничем не отличался от генома обычного аса. Вся его сила была напускной, магической. Это была настоящая сенсация, ведь значит, он не родился богом, он им стал с помощью какой-то магии, которую поглотил. Означало ли это, что существует источник, позволяющий асу жить не четыре-пять тысяч зим, а все пятнадцать? Только Наутиз начала грезить о длинной и счастливой жизни, как результаты сравнения выбили ее из колеи – генетически ни Один, ни Фригг не имели к Локи никакого отношения…

Когда Наутиз получила первые отрицательные результаты, то не поверила своим глазам и едва смогла удержать на лице маску спокойствия. Такого просто не могло быть, это ошибка! Она лично, уже без помощи мага, вручную провела подробнейший тест, на время покинув фелаг по электричеству. Результаты оставались неизменными: Локи был ётасом и не имел никакого отношения ни к Одину, ни к Фригг.

Такого страха Наутиз не испытывала еще никогда. Значит, Локи – такая же выведенная полукровка, как и те, многотысячелетней давности в Юсальвхейме! Рожденный не отцом и матерью, а магическим инкубатором. Фактически гомункул! Искусственное существо. Это объясняло всё. И невероятную внешность, и болезненность – созданием полукровок никто серийно не занимался, вот и получился брак, – и прекрасную реакцию, и способности к естественной науке, и чарующий голос, за которым хотелось следовать, и скрытность, и полное отсутствие интереса к женщинам, и умение завлекать. Не настоящий. Не совсем живой. Таковы неопровержимые научные факты.

Первой мыслью Наутиз было рассказать Ингвару правду: ведь он оказался прав. Он, всего лишь логист, не смыслящий ничего в естественной науке, открыл то, что не видели сотни ученых! Но потом Светлоокая решила его пожалеть. Она будет вечно хранить эту тайну, а Игнвар обязательно расскажет кому не надо – повесят всех! В тот же день она встретилась с логистом и заявила, что его теория оказалась несостоятельной. Вроде бы ей хватило хладнокровия на то, чтобы слова звучали твердо. От Ингвара она избавилась, но что делать с результатами? Ведь есть еще Ивар, который захочет их узнать. Наутиз посмотрела на исписанные листы. Исследования Одина и Фригг не несли никакого вреда, опасен только сравнительный анализ, и его надо уничтожить. Но если она это сделает, то вся многодневная работа пропадет – ей не воспроизвести своих выводов. Закопать, сжечь, растворить – слишком сложно. Наутиз схватила листы, чтобы разорвать на мелкие кусочки, но в последний момент передумала. Нет. Не уничтожить. Зашифровать. Убрать имя Локи. Так проще.

Больше суток ушло на переписывание текста одним из нескольких распространенных в поселении шифровальных кодов с заменой всех имен и нескольких переменных и сожжение оригинала. Теперь можно вложить исследования в книгу по полукровкам и забыть о том, что она знает. Навсегда.

====== Разборы и комментарии к пятой части ======

Разбор сорок седьмой главы

Это одна из самых сложных глав в повести. Разбор писался не одновременно с главой, а сильно позже: я до последнего не была уверена, что мне не придется все переписывать.

В главе появляется несколько новых персонажей, и у каждого из них своя история.

Ансур и Алгир были придуманы почти полгода назад. Хозяйка Наутиз предложила интересную идею: дать персонажей реальным людям, пусть отыграют. Одновременно с этим один из инженеров удивился тому, что никто до сих пор не выкрал Тессеракт: в поселении полно преступников, неужто ни один не хочет сбежать? Я решила объединить эти две идеи. Нашла в своем окружении людей, чьи речь и характер меня особенно привлекали, написала им макет первых сценок и предложила переписать под себя. С обоими работала лично, не по интернету. Сперва друзья подбирали своим персонажам биографии с помощью теста и знакомились с моим миром, потом делились со мной выдуманными фактами биографии, потом я писала текст, а они правили. Причем в случае с Алгиром мы с его хозяином за день написали все сценки. С Ансур было по-другому: ее хозяйка исправила при мне готовую первую сценку, но писать вместе со мной отказалась, потребовала матрицу остальных. Что самое важное: никто из хозяев не знает текстов друг друга, не знает, кто что задумал – это особенно интересно.

Еще один новый персонаж проходной – это логист Хельхельма. Когда я создала его, то столкнулась с дилеммой: он не основной, прописывать его характер, привычки, выдумывать биографию – слишком сложно и бессмысленно, но должен же он отличаться от безликой толпы и не говорить шаблонными фразами. Я обратилась к еще одному своему знакомому со странной просьбой: переписать на свой лад несколько строчек прямой речи. Он согласился, результат меня впечатлил. Тогда я обратилась к человеку, с которого тайно списывала Ингвара, точнее, его речь, с той же просьбой – прекрасно получилось. Теперь буду всех мелких персонажей раздавать друзьям и знакомым – так интереснее.

Большую часть главы мы видим глазами Наутиз. К сожалению, ее хозяйка не смогла проверить мой текст, так что я могу только понадеяться на то, что у меня получился жизнеспособный образ.

Наука вызвала у меня много вопросов. Ее проверяли двое. Глобальных ошибок не нашли, хотя объяснить наличие в Хельхейме нефтяных рек никто не смог. Один из членов фелага заметил, что у меня ничего не написано про Хельхельм и непонятно, с чего вдруг Хела должна оказывать асам услуги. Я залезла на сайт Северной Традиции и узнала очень много интересного про сей мир – вставила в текст в последний момент. Я взяла из книги почти все факты, кроме одного. По всем легендам Хела – дочь Локи и ледяной великанши. То есть она етунка. Но мой Локи (да и фильмовский, судя по всему) детей не имеет, так что пришлось менять родителей. Почему Хель полукровка? Потому что ее «отец» таков. Проблему полукровок, в особенности «асетунов» (как мне кажется, достаточно удачное наименование), я буду рассматривать с нескольких сторон. И с моральной (Локи и его сестры и их различное отношение к себе и к миру), и с научной (попытки создания полукровок), и с политической (одна из причин возвышения асов – это их феноменальный геном). Разговор Локи и Хель составлен из цитат «Старшей Эдды». Все же Хель – древняя богиня, не может она разговаривать так же, как Локи или даже Один.

С окончания прошлой части прошло два месяца, сейчас в Асгарде август, жара. Правда, жара по-асгардски – это максимум двадцать пять градусов. Я не раз говорила, что мой Асгард – это Исландия, но все же в мелочах приходится отходить от истины. Так, исландцы не живут земледелием. Все больше охотой и рыболовством. В качестве овощей используют водоросли, поэтому от жары голода быть, теоретически, не может.

Хагалар до сих пор не может прийти в себя после произошедшего. Изменения замечают все. Но, что самое важное, он теперь несколько по-другому относится к Локи. Прошлый Хагалар ни в коем случае не пустил бы Локи в Хельхейм. Локи, как и собирался, допрашивает ученых об их прошлом и о том, что заставило их прийти в поселение. Получается у него, правда, не очень хорошо.

Разбор сорок восьмой главы

Впервые пишу главу сразу с семью локациями, ну да сейчас и в самом деле происходит очень много параллельных событий. При желании каждую сценку можно было расписать на несколько страниц, но тогда пропал бы эффект недосказанности, эффект «стоп-кадра».

В первой сценке нет фокального персонажа. Мы смотрим на персонажей сверху без четкого ведущего. Эта сцена, как и четвертая у вулкана, сыграна на кончиках пальцев, она пленит своей недосказанностью. Отношения героев друг к другу до конца непонятны. Фула не узнает Хагалара, зато он узнает ее, Фригг спокойна, хотя должна была бы проявлять эмоции. А еще и полумрак, создающий пугающую атмосферу. В конце Хагалар тушит свечи, желает Фуле спокойной ночи, и непонятно, остается ли он на ночь с Фригг, пока нет Одина, или уходит во тьму, оставляя сестер наедине?

Части с Алгиром и Ансур принадлежат не мне, а людям, которые отыгрывали этих персонажей. Я и представить не могла, что один будет везде видеть врагов и строить долгосрочные планы, а другая уткнется в книги и из них не вылезет, но именно так написали хозяева сценок. Я долго думала, куда именно посылать героев: в Молдову или Грецию. К сожалению, я не была ни там, ни там. В интернете гораздо больше фотографий Греции, и я уже собралась отправить героев в Ларису, как тут объявился знакомый, который бывал в Молдове и который нашел мне заметки об этой стране и фотографии. Бывает же удача!

Сцена у вулкана тоже сыграна на кончиках пальцев. Конфликт юности и старости, обиды, которые так и не были высказаны, ошибки, которые не исправлены до сих пор – все это создает грустное настроение. Эта часть посвящена безысходности. Мало того, что нельзя вернуть прошлое, когда герои были молоды, сильны и красивы, так еще и нельзя исправить ошибки. Все тлен. Эта маленькая главка мягко раскрывает несколько тайн персонажей и ставит новые вопросы, на которые читатели не получат ответы. Вулкан, на который персонажи взбираются, существует на самом деле. Живет в Исландии. На него тяжело подниматься, несмотря на то, что в горе выдолблены ступени. На его вершине и в самом деле большая яма – бывший кратер. Она вся в траве и там очень странная акустика.

Оставшиеся три сценки посвящены промышленной революции. Сперва мы видим ее глазами мелкой сошки – Фену. Это логист, который сопровождал Раиду в Мидгард. Фигура малозначимая и практически непроработанная. На его плечи и на плечи остальных логистов неожиданно свалились безумные идеи Локи, которые они вынуждены претворять в жизнь.

Сам Локи собой очень доволен и считает, что промышленная революция – это его триумф. Ископаемые, которые можно получить из других миров, выведены на основе описания миров по Северной традиции, а предложения естественников – статьи из журнала «Химия и жизнь» за восьмидесятые годы. В разноцветные ленты эволюционировали разноцветные столбы. Когда я еще только продумывала поселение, то считала, что у меня будут отдельные дома для магиологов, магов, целителей и прочих, и около каждого будет врыт столб своего цвета, чтобы легче было ориентироваться. Увы, впоследствии от этой идее пришлось отказаться, но вот сейчас, спустя два года, столбы таки вернулись, правда, в образе лент.