Текст книги ""Фантастика 2026-110". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Владислав Бобков

Соавторы: Константин Костин,Виктория Серебрянская,Артемис Мантикор,Аксюта Янсен
сообщить о нарушении

Текущая страница: 314 (всего у книги 344 страниц)

Мне пришлось приложить нешуточное усилие, чтобы заставить себя посмотреть в темные глаза командора:

 – К чему этот вопрос? Райнерро я видела в первый и последний раз. К тому же, у него уже есть невеста.

 – Ты даже это успела выяснить…

Старфф скривился, словно хлебнул кислоты, и отвернулся от меня к пульту. А я неожиданно задумалась о возможных причинах такого поведения до недавнего времени совершенно невозмутимого килла.

 – Если сегодня получится изловить Моник Аверноо, я отпущу тебя. И дам рекомендацию в любой сегмент, куда только захочешь пойти. – Я вздрогнула от неожиданности. – Полностью твою репутацию обелить невозможно даже для меня. Но удобно устроиться в жизни ты точно сможешь. Особенно, если решить сделать ставку не на карьеру, а на брак.

Я ощутила, как у меня медленно отвисает нижняя челюсть. Старфф работал, по-прежнему не глядя в мою сторону. Но четко очерченные губы его были крепко сжаты. На лбу пролегла хмурая морщинка. Я достаточно изучила характер этого килла, чтобы понимать: командор уже принял решение. И чтобы там не говорил адмирал Эрванеро, мне места в жизни килльского гада нет. Но ведь это и к лучшему?  Я ведь стремилась именно к такому финалу?

Вопреки всем моим мыслям и здравому смыслу сердце в груди болезненно сжалось.

Сухой приказ командора раздался в самый подходящий момент, отвлекая меня от безрадостных мыслей:

 – Активировать индивидуальную капсулу!

Я нехотя нажала нужную кнопку, предпочитая не спорить по пустякам. Индивидуальная капсула – это в первую очередь моя собственная безопасность. Но в горле застрял горький комок. Я так стремилась избавиться от власти ненавистного командора, так хотела избавиться от роли ширмы и его игрушки, что, когда мне фактически на блюдечке преподнесли свободу, ощутила только опустошенность и разочарование. Или дело совсем не в этом?

Я старательно воскресила в памяти ту минуту, когда в ангар, где Райнерро читал мне лекцию по основам пилотирования, влетел командор. Обучая меня пользоваться премудростями автопилота, чертов арлинт, по его же собственным словам для ускорения процесса, встал у меня за спиной и держал меня за запястья, помогая запомнить последовательность всех действий. И именно на наши руки был устремлен темный и почти нечитаемый взгляд командора, когда он скомандовал:

 – Обучение окончено! Благодарю за помощь лейтенант Райнерро! Кара, мы улетаем в течении тридцати минут. Арвен сообщил, что получена информация от агента. Бегом за своими вещами!

Предполетная подготовка была окончена. «Силуга» простился с нами голосом адмирала Эрванеро. Я мало что поняла, из тех наставлений, что он давал командору. Разве что, использовать мощность капсулы на полную катушку, чтобы поскорее проскочить атмосферу. Индивидуальные стабилизационные капсулы в любом случае уберегут нас от перегрузок. Зато так меньше шансов превратиться в кусок космического мусора.

Слушая мерные наставления Эрванеро, я вдруг ощутила, как тревожно сжалось сердце в груди. Что-то было не так. Однако я отмахнулась от бьющейся в истерике интуиции. Это просто волнение перед не совсем безопасным полетом. Знать бы еще, зачем командор потащил меня за собой…

Шлюз перед нами распахнулся, открывая смоляную черноту неприветливого открытого космоса. Руки Кина утопили виртуальный штурвал. И далекие звезды яростно рванули нам навстречу.

Глава 12

Хотела бы я сказать, что он выскочил на нас внезапно, из-за угла. Но в космосе нет углов. Да и дорог тоже нет. Есть общеизвестные, разведанные и просчитанные маршруты. Но космолетчикам никто не запрещает прокладывать свой путь. Вот как мы сейчас. А маленький десантный когг, если я правильно определила класс корабля, действительно вылетел на нас внезапно, словно из ниоткуда.

Все ругательства, которые я до этого знала, оказались цветочками, ромашечками, по сравнению с тем, что я услышала от всегда сдержанного в словах Старффа. Чужой корабль, заэкранированный донельзя, если судить по тому, что визуально мы его видели, но ни один прибор не смог его нащупать, выскочил словно из невидимого кармана. И мчался прямо нам в лоб.

Вцепившись в боковые стабилизаторы индивидуальной защитной капсулы и до крови прикусив губу, чтобы не заорать от ужаса, я в панике уставилась на побледневшего до легкой зеленцы в лице Кина. Он до отказа утопил виртуальный штурвал в панель, пытаясь поднырнуть под нежданного агрессора. Но легкая и маневренная капсула неожиданно оказалась слишком медлительной и неповоротливой по сравнению с врагом. Жутко было наблюдать, как на обзорном экране растет и ширится, закрывая постепенно собою весь космос морда чужого штурмовика. Словно медленно опускающаяся крышка гроба. Но и глаза отвести тоже не получалось.

Кин уже не ругался. Бледный, с выступившими на лбу капельками пота, он пытался сделать хоть что-то. Смысл его манипуляций до меня не доходил. Все же это был совершенно другой, отличный от моего уровень навыков и умений. Но все было напрасно. Штурмовик надвигался неумолимо, как рок. За несколько секунд до неизбежного Кин хрипло выдохнул:

 – Прости. Я хотел как лучше…

В следующее мгновение должно было произойти столкновение. Но вместо этого электроника капсулы словно взбесилась. Я ожидала удара, столкновения, смерти от холода и удушья. А вместо этого отовсюду, даже из скрытой за обшивкой проводки, полетели во все стороны яркие искры и повалил дым. Индивидуальную капсулу Старффа словно к высоковольтной линии подключили. Меня и саму тряхнуло так, что сердце в груди разучилось биться.

Клубы дыма по всей кабине и выгнувшееся дугой тело командора – это последнее, что зафиксировало мое гаснущее сознание. Дальше все затянула темнота.

 – …ты мне обещал, что импульс только парализует электронику! А они валяются после него оба, словно дохлые!

Я чуть не подпрыгнула на месте, услышав этот голос. Но к счастью, тело меня еще не слушалось, и я ничем не выдала себя.

 – Слушай, а чего это ты так за Старффа переживаешь? – Едкий, противный голос второго говорящего просто ввинчивался в подкорку мозга. – Ну подумаешь, перестарался слегка. Живы же, и ладненько!

 – Да сдался мне твой Старфф! – Отвращение и возмущение в голосе… Мирака нельзя было спутать ни с чем. Слишком хорошо я знала этот голос. Слишком хорошо я знала этого арлинта. Думала, что знаю. – Хоть на мелкие кусочки режь его без анестезии, мне плевать!

Меня охватило тихое бешенство. Выходит, тот, кого я любила, и за кого надеялась выйти замуж, предатель? Или как его правильнее назвать?

Собеседник Мирака похабно хмыкнул:

 – А что, девчонка ничего так, сладенькая. Поделишься?

Звук удара оказался чересчур для меня неожиданным. И я все-таки вздрогнула. Надеюсь, Мирак и его напарник слишком были заняты мордобоем в этот момент, и не заметили, что я уже пришла в себя. Чем дольше меня будут считать обморочной, тем больше козырей я смогу добыть. Если выживу. А я постараюсь выжить, и устроить этому мерзавцу, что пять лет морочил мне голову, судный день. Нельзя безнаказанно пользоваться женщиной. И тем более, нельзя предавать тех, кто учил тебя и кормил.

 – Ну ты и гад, арлинт! Так бы и сказал, что для себя бережешь! Так нет же, всю челюсть своротил! – Голос собеседника Мирака звучал невнятно. А в конце фразы вообще раздался звук смачного плевка.

 – А тебе профилактика не помешает. – Голос Мирака так и сочился ядом. – Чтоб не вздумал у меня за спиной к ней лезть!

 – Слушай, так ты ж на дочке босса собрался женится? Или ты это не всерьез?

 – Одно другому не помешает. Все, закрыли тему. Кара моя, и точка!

 – Ладно, ладно! Не бесись. Не трону я твою сладкую девочку. И шефу не сдам. Но ты мне будешь должен!

 Мирак презрительно процедил в ответ:

 – Да кто б сомневался! Пошли, нужно разобраться с их капсулой, пока флагман не просек что к чему.

Послышались тяжелые шаги. И через пару секунд я, напрягая до предела слух, услышала, как свистнул воздух закрываемой двери. Но я все равно досчитала до ста. И только потом рискнула открыть глаза и осмотреться.

Я лежала на полу в тесном закутке, где обычно хранилось снаряжение для десантников. В Академии нам показывали такое помещение по видео, когда рассказывали в общих чертах про звездный флот. Правда, на записи комнатка была почти до самого потолка заставлена ящиками и контейнерами. И вот мне выпал сомнительный шанс увидеть все своими глазами. Сейчас же помещение пустовало. Если не считать меня и полусидящего в углу, бессознательного Старффа.

Я бросилась к командору на помощь. Ну как бросилась. Скорее, кряхтя поползла. Потому что от первой же попытки вскочить на ноги в глазах потемнело, и я вынужденно осела назад. Переждав головокружение, я осторожно, почти на четвереньках потянулась к киллу. На преодоление пары метров у меня ушло несколько минут. И в конце пути сердце норовило выскочить из груди через глотку, а пот заливал мне глаза. Но своей цели я достигла.

Кин полусидел в углу каморки, свесив темноволосую голову на грудь. Ощущение было такое, что его сюда небрежно свалили, как мешок опилок, да так и забыли. Я осторожно потрепала его по щеке:

 – Кин… командор, очнись.

Кожа килла была прохладной наощупь. Пульс на шее едва прощупывался. Командор никак не прореагировал на мой призыв. Я задумалась: познаний в медицине у меня не было никаких. Все, что я знала про болезни и ранения – это необходимость как можно скорее добраться до медицинской капсулы. На сколько я помнила, на штурмовиках стационарные не устанавливались. Считалось, что штурмовик может быстро и легко добраться до линейного корабля или базы. Так зачем занимать место огромным коробом? Горло сдавило отчаяние. Если командора не станет, я останусь одна среди предателей, без защиты. Сердце в груди больно кольнуло. Наверное, в предвкушении подобной перспективы.

Скрипнув зубами, я осторожно, по стеночке встала на ноги и покосилась на бессознательного командора:

 – Держись, Кин. Я попробую что-нибудь придумать. Как бы ты ни злился на Райнерро, от него все же была кое-какая польза. Он кое-чему меня обучил. Осталась сущая ерунда – добраться до пульта управления и уговорить Мирака и его подельника дать мне возможность связаться с «Силугой».

Из моего пересохшего горла вырвался такой хриплый, каркающий смешок, что мне самой стало страшно. И я поспешно закрыла рукой рот. Командор же остался просто безучастен.

Оглядев еще раз клетушку, в которой нас держали, я с сожалением вздохнула и ругнулась про себя. Кроме меня и Кина в комнате не было никого и ничего. А значит, придется выходить в коридор с пустыми руками. И уже там искать хоть какое-нибудь оружие. «Если нас вообще тут не заперли», мелькнула в голове первая здравая мысль. Но рука уже нажимала на кнопку «Открыть».

Вот сейчас и узнаем.

Голова вообще-то нам дана для того, чтобы мы ею думали. Хоть иногда, периодически. А не только делали прически и носили фуражки.

Дверь оказалась не заперта и легко поддалась моему усилию. И я, даже ни на секунду не задумываясь, сделала шаг в коридор. Зря. Потому что клетушка для хранения снаряжения находилась слева от входного шлюза. Буквально в паре метров от люка. А Мирак с напарником, как мне удалось подслушать, пошли «разбираться» с нашей капсулой. Стоило только мне открыть дверь и переступить порог, как на меня уставились две пары глаз – бирюзовые арлинтские и фасеточные, принадлежащие фарну. Сердце в груди споткнулось. Вот я идиотка!

 – Я в туалет хочу! – Ляпнула первое, что пришло мне в голову. Торопливо обругала себя еще большей идиоткой, но отступать было некуда. – Где у вас санблок?

Фарн скривился:

 – Потерпишь! – И ехидно добавил: – Говорят, женский мочевой пузырь больше по размеру, чем мужской. Вот и проверим.

Я задохнулась от этой наглости. Глаза непроизвольно расширились. Мысли заметались в голове, как перепуганные тараканы. Что делать? Что отвечать? Как будет правильно? Я перевела взгляд на Мирака. Арлинт стоял, напрягшись и вытянувшись в струну, и напряженно чего-то ожидал. А меня внезапно озарило: я ведь Мирака знаю? Знаю. Значит, должна считать, что нас спасли после аварии. А то, что засунули в какой-то закуток, то гражданским небольшой дебилизм простителен. Тем более, меня сильно током недавно ударило, голова еще плохо соображает…

 – Мирак, – я хмуро уставилась бывшему возлюбленному в глаза, – а что тут происходит? Я что, пленница? Почему я не могу посетить санблок?

Арлинт поджал тонкие губы:

 – Хайс, не перегибай. Ты мне что обещал? Кара – ксенолингвист, она неопасна.

В этом месте я сочла нужным ошарашенно вытаращить глаза:

 – Э?..

Надеюсь, получилось достаточно достоверно. Чертов арлинт хорошо меня знает.

Фарн скривился:

 – Ну смотри. Это под твою ответственность. Я б лучше запер ее к демонам. Не подохла бы часок, пока шеф до нас доберется.

Мирак ухватил меня за руку повыше локтя, разворачивая спиной ко входному люку, и буркнул напарнику:

 – Следи за своим болтливым языком. А то не я тебе буду должен, а наоборот. И до конца твоих дней.

С этими словами, не дожидаясь ответа от напарника, Мирак широкими шагами пошел прочь. Мне приходилось делать по два-три своих шага на один его, чтобы поспеть. Но, к счастью, коридор оказался коротким, и запыхаться я не успела. Через пять своих шагов Мирак нырнул в неприметную нишу и распахнул передо мною дверь в стандартный санблок с волновой очисткой:

 – Кара, – он придержал меня за руку и серьезно, тяжело посмотрел мне в глаза: – давай без глупостей. Я рядом.

От дурацкого вопроса героини-блондинки, который всегда бесил меня при просмотре фильмов, удержаться не получилось:

 – Мирак, а что происходит?

Лицо арлинта закаменело. Так всегда бывало, когда он не хотел мне ничего говорить. Так получилось и сейчас:

 – Все потом. Просто знай: ты в безопасности.

Ага. Я в безопасности. А Старфф? Я уже открыла рот, чтобы задать следующий вопрос, но Мирак действительно меня хорошо знал. Он просто не дал мне этого сделать, втолкнув в требуемую мною комнатку задумчивости и захлопнув за мною дверь. Хорошо хоть замок не запер. Это сделала я сама, с нескрываемым наслаждением слушая щелчок запираемого замка. Не то, чтобы я собиралась отсидеться тут до самого своего спасения, но время на «подумать» мне точно требовалось. И хотелось бы при этом быть уверенной, что меня не застигнут врасплох со спущенными штанами.

Я действительно воспользовалась приспособлениями санблока по прямому назначению. Не хотелось бы, чтобы в самый ответственный момент все испортил зов природы. После, подставив руки под волновой очиститель, я внимательно огляделась по сторонам. Впрочем, без особой надежды. Крохотный закуток, размером чуть больше метра по каждой из сторон, имел только самые необходимые приспособления: унитаз, душ и очиститель типа умывальника. Все компактное, выдвижное, вместо воды – излучатели. Взять оружие было негде. Да и не ожидала я, что в санблоке кто-то из двух подельников нечаянно забудет хотя бы парализатор. Не знаю, как фарн, а Мирак Академию закончил, он тайник. Арлинт точно свое оружие нигде не оставит.

Простукивать стены в призрачной надежде найти тайник я не стала. Глупо это. Но все же не поленилась быстро ощупать все доступные поверхности. Пластик под руками был сплошным и монолитным на ощупь, кроме тех мест, где выдвигался душ, унитаз и очиститель. Чего и следовало в принципе ожидать.

Разочаровано вздохнув, я, стараясь делать это бесшумно, отперла дверь и вышла из санблока. Мирака в нише не было. Но его голос звучал где-то совсем рядом:

 – Хайс, ты играешь с огнем. – Веская и многозначительная пауза в голосе арлинта заставила задуматься даже меня. – Совсем скоро я заключу брак с Велиссой, и ты же понимаешь, что после этого на периферии меня не оставят. Лучше бы тебе со мной дружить, а не враждовать. Друга я никогда в этой дыре не оставлю.

Скрипучий голос фарна полоснул по моим туго натянутым нервам:

 – А если я сообщу кому следует про твою девку, то брака не будет, а поднимусь я.

 – Будет, Хайс, будет. Мне просто в таком случае придется избавиться от Кары. Но браку быть. А вот что будет с тобой, если ты меня лишишь маленькой радости…

 – Твоя Кара никогда не смирится с ролью постельной игрушки! Что ты с нею будешь делать, когда она захочет за тебя замуж?

 – Хайс, если ты не будешь давать волю языку, то Кара даже не догадается о том, что в ее жизни что-то изменилось. Наоборот, будет мне благодарна за сытую и спокойную жизнь. А по поводу того, что я с нею буду делать потом… Кара, Хайс, землянка. А у землян слишком короткий срок жизни по сравнению с нами. Так что эта проблема надумана. Она просто не успеет захотеть замуж, как ее жизненный путь уже завершится.

Я отчетливо скрипнула зубами, не смогла сдержаться. Так вот ты каков, мой бывший возлюбленный! Руки в бессильной злости скользнули по неосвещенным стенам ниши, в которой я стояла. Удавила бы гада собственными руками, если бы представился случай! Жаль, что без оружия я ничего не смогу поделать. Но где его тут взять?

 – Считаешь себя умнее всех, арлинт?

Фарн явно начинал злится. Если напарники подерутся и поубивают друг друга, мне это ведь только на руку? Я хмыкнула. О таком можно было только мечтать. Мирак никогда такого не допустит.

 – Нет, Хайс, если бы я был умнее других, то сейчас точно бы с тобою не беседовал. Но я стараюсь просчитывать последствия своих поступков. Чтобы устроиться в этой проклятой жизни получше. Иначе так всю жизнь и пробегаю у других на побегушках.

 – Как я?

В голосе фарна уже слышалось рычание. Если он озвереет и что-нибудь сотворит с арлинтом, я лишусь последней, даже призрачной защиты, и останусь один на один с ним совершенно беспомощной. Я снова с бессильным отчаянием огляделась по сторонам. И замерла.

В темном углу ниши напротив меня смутно вырисовывался какой-то продолговатый предмет наподобие бейсбольной биты. Предмет, которому точно тут не место. На космических кораблях, какими бы по размеру они не были, ничего просто так по углам не валяется. У меня закололо кончики пальцев. Чтобы это ни стояло, кто бы это ни забыл, мне это только на руку. Главное, чтобы дубинка оказалась достаточно прочной. Я отлепилась от стены и решительно шагнула вперед.

Продолговатым предметом оказался какой-то излучатель. Явно оружие, но неизвестное мне, как почти гражданскому человеку. И к тому же, не рабочее. Чуть посомневавшись, я осторожно, на пробу, понажимала по очереди те три кнопки, что обнаружились на дубинке. Оружие осталось глухо и безучастно к моим попыткам. Поэтому я уже смелее перехватила дубинку за конец, наподобие бейсбольной биты, и наконец выбралась из своего угла.

Мирак и фарн обнаружились совсем рядом. В очередной небольшой нише располагалось нечто вроде комнаты отдыха и столовой одновременно. Насколько помню, таких комнат должно быть три: по нескольку небольших мягких диванчиков, приспособленных для удобства разных рас, пищевой автомат и синтезатор пейзажей и атмосферы. В общем, все, что нужно для релакса после тяжелого и выматывающего задания.

В этой нише были открыты только одни двери. И мне невероятно повезло, что лицом к этим дверям стоял именно Мирак. Голову даю на отсечение, арлинт меня видел. Как и импровизированное оружие у меня в руках. Но на его лице не дрогнул ни единый мускул. Он по-прежнему сверлил тяжелым взглядом фарна. Не по-мужски изящные кисти судорожно разжимались и сжимались в кулаки. Словно Мирак готовился к мордобою. Фарн медленно на него наступал:

 – Слушай, арлинт, мне кажется, или ты играешь сейчас на две стороны? Что-то ты больно сильно вцепился в эту девку!

Мирак что-то неразборчиво прошипел себе под нос и уже громче добавил:

 – Ты точно идиот, Хайс. Потому тебя тут и держат на третьих ролях. Если бы я играл на две стороны, кого мне нужно было бы спасать в первую очередь? Кто тут важнее Альянсу? – Мирак выждал секунду. Но ответа на его риторический вопрос не последовало. – А мне на Старффа глубоко наплевать! Хочешь, я тебе его армийской пастой намажу? Жри, не обляпайся только! А вот девчонку не тронь! Она – моя!

Фарн угрожающе зарычал и сделал шаг по направлению к Мираку:

 –  Жри?! А не слишком ли много ты себе стал позволять? Да я…

Дальше, как мне показалось слушать было бессмысленно. Я подняла свое оружие над головой, опасаясь только одного: задеть случайно потолок или стены. Привлечь к себе внимание раньше времени.

К сожалению, это только так кажется, что ударить по голове, пусть даже и врага, это легко. Ни фига это не просто. Я сумела замахнуться и прицелиться. Но вот ударить… Моей решимости на это не хватило. И быть бы беде, фарн что-то почуял и начал оборачиваться назад, но в этот момент случилось непредвиденное.

Не знаю, то ли я нечаянно что-то нажала в нужной комбинации. То ли дубинка была бракованная, и по этой причине взялась в углу, а не в оружейной на положенном месте. Но оружие в моей руке, занесенное над головой фарна, неожиданно ожило. Из свободного его конца вырвался блекло-желтый луч и ухнул прямо на удачно подставленную фарном голову, расширяясь книзу мутноватой воронкой.  Фарн тихо крякнул и медленно осел к моим ногам бескостным мешком.

 –  Наконец-то.  –  Мирак отмер и шагнул к поверженному напарнику. –  Я уже думал, что ты не заметила шунтер. Или не разобралась как им пользоваться.

Арлинт склонился над фарном и принялся что-то искать по его карманам.

 –  Кара, – он на мгновение поднял на меня глаза и вновь вернулся к прерванному занятию, – отомри уже. Все позади. Сейчас я только ключ…

Слушать дальше я не стала. Мне было не интересно, что там сейчас собирался сделать мой бывший. Может быть зря. Может, стоило и узнать его ближайшие планы. Но поведение бывшего возлюбленного наконец наполнило меня необходимой для удара злостью и решительностью довести начатое дело до конца.

 –  Ты прав, Мирак, – я поудобнее перехватила чертову дубинку, – Я не разобралась, как эта гадость работает. Поэтому тебе сейчас достанется старый добрый удар дрыном.

 – Что?..

Мирак дернулся и начал поворачивать голову. Но было уже поздно. Потому что я говорила, одновременно опуская и направляя свое оружие. Шунтер, или как там его, врезался арлинту в голову чуть повыше левого виска. С выражением неимоверного удивления на лице, как подкошенный, Мирак рухнул на тело своего напарника.

Жалко ли мне было бывшего возлюбленного? Не могу сказать однозначно. Чувства и ощущения словно замерзли внутри меня. На поверхности остался какой-то странный, словно научный интерес: смогу или нет?

Постояв несколько секунд над поверженными противниками, чтобы убедиться в их полной отключке, я метнула отчаянный взгляд на двери. Пробовать делать что-то самой? Или смотаться проведать командора? Все же он опытнее меня в подобных делах. А я легко могу ошибиться, и даже этого не замечу.

После некоторых раздумий победило все же чувство самосохранения. И я бросилась вон из комнаты отдыха, чтобы проверить состояние командора. Если Кин еще не очнулся… В этом месте мои мысли запнулись. Если командору настолько плохо, что он еще без сознания, тогда придется, наверное, самой пытаться связаться хоть с кем-то. Если честно, то я во время обучения у Райнерро представляла, как самостоятельно свяжусь с Мираком. И как арлинт удивится. Но этот вариант отпал сам собой. Мирак валялся у меня за спиной, отдыхая на теле своего подельника. Связываться было не с кем. У меня начала болеть голова. То ли последствия удара током. То ли слишком много потрясений на одну меня.

Далеко мне бежать не пришлось. Стоило только выскочить из ниши, как я едва не сшибла Кина с ног. От столкновения в глазах у меня замелькали мелкие искорки, а килл зашатался, как пьяный. Мы вцепились в друг друга в попытке удержать равновесие. И на меня неожиданно накатило такое облегчение, словно все приключения уже позади, а мы находимся на пути к дому.

 – Как ты, Кара? – Голос командора хрипел невозможно. Я с трудом разобрала слова.

 – Цела. Но перетрусила знатно.

Я облегченно уткнулась лицом Старффу в грудь. И даже с наслаждением повозила по ней носом. Ткань форменного комбинезона оказалась шершавой и жесткой. А выглядела, словно обычное полотно.

 – Прости. Я не думал, что втяну тебя в такие приключения. Думал, что вход «с тыла» для нас безопасен. А оказалось, что нас просчитали и тут. Вернее, меня просчитали.

Под моей щекой билось сильное сердце Кина, и ритм его был пугающе неравномерен.

 – Кин…

Килл насмешливо хмыкнул, перебивая меня:

 – О! Стоило попасть под электрический разряд, чтобы ты начала называть меня по имени!

Я возмутилась:

 – Я тебя сейчас еще раз под напряжение суну, если ты не прекратишь ерничать! Мы черт знает где, и черт знает у кого! А ты!..

Тело Старффа под моими ладонями напряглось:

 – Ты права, Кара. А я что-то раскис. Наверное, мне досталось гораздо больше, чем я предполагаю.

Кин отстранил меня, одновременно оглядывая коридор, и я с сожалением вздохнула:

 – Они оба сейчас без сознания. Фарна я оглушила какой-то фигней под названием «шунтер». А Мирака… – Мой голос невольно дрогнул. Не такая уж я и бесчувственная, как оказалось. – Мирака я попросту треснула этим шунтером по голове, как дубинкой.

Старфф хмыкнул. А я вскинулась:

 – Что? Нас не учили в академии пользоваться оружием. А на ходу я не смогла разобраться с его управлением. Я вообще первый раз в жизни слышу такое название.

 – Шунтер – силовой излучатель. Без разницы: ударишь ты врага по голове битой или запустишь шунтер. Эффект одинаковый. Разве что битой проще проломить черепушку врагу. Пошли, нужно их связать, пока не очухались. И я не понял, этот Мирак – тот самый, о котором я наводил справки?

 – Угу.

Я нехотя отлипла от теплого мужского тела и позволила Кину развернуть меня в сторону ниши. И мгновенно оцепенела от ужаса.

На выходе из ниши стоял, пошатываясь фарн. И целился в нас из бластера.

Когда-то я сравнила взгляд Кина с оружейным прицелом. Тогда мне действительно казалось, что нет ничего страшнее его прищуренных глаз. Я ошибалась. Сейчас, глядя на красный глазок, тлеющий на конце несущей смерть трубки, я ощутила, как затылок мне лижет ледяное дыхание вечности.

Умирать не хотелось. До дрожи в коленях и звона в ушах. Вот только что можно было поделать в сложившейся ситуации? Мы с Кином попались как дети за воровством сладких пряников. Хотя, при чем тут Кин? Это я лажанулась по полной программе. Почему сразу не подумала о том, что и фарн, и арлинт не убиты, а значит очухаются рано иди поздно, я и сама не знала. Фарн очухался рано. На нашу с Кином беду.

 – Фарн, – Кин говорил медленно и тихо, чтобы ненароком не спровоцировать противника, – отпусти девочку. Она тут из-за моей прихоти и гордыни. И никаким боком в делах Альянса не замешана.

Удивительно, фарн с трудом стоял на ногах, и для большей устойчивости прислонился к дверному косяку. Но руки его при этом совсем не дрожали. Я бы восхитилась его выучке, если бы мерзавец не целился в нас.

 – Что такого есть в этой девке, что вы оба с арлинтом готовы за нее сдохнуть? – Фарн сплюнул на пол и мерзко осклабился: – Меня уже так и подмывает содрать с нее тряпки и проверить чем таким она отличается от других баб!

От этих слов командор пришел в ярость. Нет, он не бесновался и не орал, не бросился грудью на бластер. Но мне стало холодно от физически ощутимых волн злости, исходящих от килла. А по позвоночнику вниз вообще пробегал разряд за разрядом.

 – Понятия не имею, о каком таком арлинте ты ведешь речь! И мне это не интересно! А вот лично ты ее точно не получишь! Если понадобится, я голыми руками тебе башку откручу! Но к ней ты даже не прикоснешься!

Чего добивался Кин таким провокационным заявлением? Не знаю. С моей точки зрения глупо дразнить того, у кого в руках бластер. Но Кин – это Кин. И у него совершенно иная, отличная, от моей логика. Лично я бы никогда не выпустила из рук оружие, если бы оно у меня было. А фарн неожиданно ухмыльнулся, услышав такое провокационное заявление. Задиристо, но без злости. И фасеточные глаза, доставшиеся ему от предков-инсектов, странно блеснули.

 – Голыми руками, говоришь? А ты ж на ногах после импульса еле держишься!

 – А вот это уже не твое дело, фарн!

Кин говорил с таким уверенным превосходством, что, если бы я не видела своими глазами, каких усилий стоит ему держаться на ногах, то безоговорочно бы поверила в его будущую победу. Фарн тоже услышал главенствующие нотки в голосе противника. Но, как ни удивительно, не разозлился. А сделал то, чего я никак не ожидала: отбросил в сторону бластер и медленно закатал рукава потрепанного спецовочного комбинезона неизвестного мне происхождения:

 – Не мое говоришь? Ну, сейчас посмотрим, чье. Девчонка достанется тому, кто победитель!

С этими словами фарн ринулся вперед. Я даже пикнуть не успела, как Кин отшвырнул меня в сторону. И завязалась драка, банальная, как черствая горбушка хлеба. В мельтешении рук и ног сложно было понять кто кого. То ли фарн одолевал командора, то ли Кин брал верх над противником.

Стремясь уберечь от столкновения с фарном, Кин отбросил меня в сторону с силой, чуть большей, чем было необходимо на самом деле. И я довольно чувствительно приложилась головой о стенку, на несколько секунд полностью утратив ориентацию. А когда зрение и способность рассуждать связно вернулись…

Проклятущий фарн верно оценил состояние командора. Кин слабел на глазах. Ему и так досталось, еще и фарн через раз бил его по голове. И вскоре даже мне стало ясно, что ему в этой драке не победить.

Наверное, правду говорят, что все бабы – дуры, и нам только дай повод кого-то пожалеть. Я так точно подпадаю под эту категорию. Потому что при виде разбитого лица Старффа и его движений, с каждым мигом становящихся все более и более неуверенными, я испытывала острые приступы жалости. И отнюдь не к себе. Мне было жаль килла. Хоть и гад он, но уже ставший родным гад, да и вступился за меня, заранее зная, что ему не одержать верх. Старфф, с его опытом, просто не мог ошибиться в оценке своих сил и способностей. А значит, ради меня вступил в заведомо проигрышный бой.

Драка постепенно превращалась в избиение командора. Килл все реже и реже атаковал противника, все больше уходя в глухую защиту. Да и защита эта, как мне казалось, от удара к удару была все слабее. Я в отчаянии оглянулась по сторонам. Что делать? Почему первым очухался проклятый фарн, а не Мирак? Наверное, с арлинтом таких проблем бы не было. Наверное…

Физически я точно была слабее уверенно берущего верх в драке фарна. И противопоставить ему ничего не могла. Что будет, когда он вырубит Кина, мне даже думать было страшно. Мирак, судя по всему, в глубокой отключке и помочь мне ничем не может. И еще не факт, что, будь он в сознании, захотел бы помочь. Даже странно, что я сумела своим жалким оружием нанести арлинту такой удар, что он до сих пор не пришел в себя.