Текст книги ""Фантастика 2026-110". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Владислав Бобков

Соавторы: Константин Костин,Виктория Серебрянская,Артемис Мантикор,Аксюта Янсен
сообщить о нарушении

Текущая страница: 129 (всего у книги 344 страниц)

Интерлюдия
Игра вероятностей

Анна Луричева лежала на холодной земле. Моросящий дождь усилился и холодные капли осенних слёз жгли спину.

Сердце бешено колотилось от множества переполнявших её чувств.

Долгая, очень долгая дорога и всё ради чего? Чтобы снова быть недостаточно сильной? Родной мир стал ареной борьбы фанатиков Тиши с безумием богини-чудовища, и она ничего не смогла, как бы сильно ни старалась.

Возможно, Эстель была права, и её цели слишком идеалистичны. Но разве она так много просит? Ни божественности, ни власти, только вечности спокойной жизни рядом с теми, кого у неё отняли в прошлом.

Смерть стала привычным спутником. Слишком многие на её глазах становились топливом Церкви Полуночи в вечной войне с пустотой. Просто строчки. Душа заледенела, и больше ничто не трогало безмерно уставшую, измученную душу.

«Ваш жизненный путь был окончен. Вы мертвы. Бесславно. Но Безмолвная даёт вам второй шанс.»

Строчки, которые навсегда въедаются в память.

Полярис… её трясло от рыданий. Больше не нужно было сдерживаться, ведь никого рядом нет. Лишь сам Город будет её безмолвным свидетелем.

– Прости… я подвела тебя, Ниса. Я такая неудачница… я только тяну тебя на дно. Прости, что твоя единственная жрица не смогла сделать всё правильно.

Тело болело от долгого лежания на холоде. Ночью будет ломить суставы. Ещё и простыла от влаги. Тело – великий предатель. Полярис всё-таки прокачал валентность, иначе почему она ловила каждое его движение и почему ей так хотелось поддаться этому спокойному, слегка насмешливому голосу?

Сейчас он казался тем, кому хочется доверять и за кем хочется идти. Но она поняла это слишком поздно и едва ли вернёт его расположение.

Слёзы хлынули с удвоенной силой. Самый прекрасный мужчина в её жизни отверг её, и едва ли заинтересуется ей сейчас. Весь их разговор она жадно ловила его взгляд, и не могла сосредоточиться на том, где можно схитрить, утаить или представить в том свете, в каком это было выгодно ей.

Его сладкий голос рассыпанным в патоке снотворным усыплял её разум, и вместо того, чтобы делать нужное, она безуспешно пыталась выгнать из головы мысли о том, что они могли бы с ним делать, если бы отдались своей страсти, игнорируя все условности и взаимное недоверие.

В глубине души она, конечно, понимала, что это лишь результат валентности. И это пройдёт – валентность чисто физиологическая характеристика, она действует как влечение партнёра, а не долгосрочный контроль разума. Чтобы её поддерживать, нужно встречаться хотя бы каждые три-четыре дня.

Однако сейчас это понимание ничего не меняло. Ей хотелось побыть в этом состоянии, посмаковать его. Такой маленький мазохизм, но только любовь, пусть и такая кратковременная, делает жизнь намного ярче. Гормоны в крови, сердце готово выскочить, воздуха не хватает…

И… что дальше?

Она уронила голову на камни. Это была единственная часть тела, которой она сейчас могла шевелить. Сейчас ей только и оставалось, что предаваться эротическим фантазиям и ждать, пока чёртов яд наконец закончит действие.

Полярис сказал, что это скоро пройдёт…

Почему он её по итогу вообще отпустил? Неужели, это симпатия? Может, всё ещё не совсем потеряно?..

Из мыслей её вывели приближающиеся шаги.

Дождь начал стихать, и над домами выглянуло позднее солнце. Просветы между тёмными облаками расходились. Ещё недавно они походили на застывшие молнии, теперь же небо становилось ясным, несмотря на позднее время.

Запах дождя, Города, сырости, свежего ветра. Аня вдохнула поглубже, наслаждаясь Городом. Она каждую секунду им наслаждалась, даже в худшие моменты своей жизни. Это было сродни медитации – просто смотреть на мир вокруг и наслаждаться им.

Нет запаха пыли, нет печати смерти, нет вони химикатов. Нет эпидемий и войн. Живой, такой живой маленький мир…

Послышался собачий лай.

Что-то влажное коснулось ей руки.

Пёс лизнул её пару раз и потеряв всякий интерес, направился к своей хозяйке.

– Ты ужасно выполняешь свою работу, Анна.

Перед лицом Луричевой встали потрёпанные кеды.

– Почему? Если ты здесь, разве я сделала всё не так, как нужно?

– В каком-то смысле. Иногда, чтобы победить, нужно сперва проиграть. Но в конечном итоге любое желание будет исполнено. Видимо, единственный способ заставить его нам сочувствовать – дать выбить из тебя кусочек правды зельем.

– Ну да, меня не жалко, а здесь лифт наверх… – проворчала Анна. – Это ведь ты написала сказку, Сивилла?

– Лишь то, о чём просили вы оба. Он получит силу, а ты – найдёшь способ помочь Нисе. Чем меньше конкретики – тем больше шансов, что Город не ошибётся в главном.

– Выходит… он просил силы? Какой же у него сейчас потенциал?

Артемис Мантикор
Город, которого нет 6
1. Клинок и время

– Отли-ичная работа друг-мечник, – блеющим голосом произнёс Цап. – Спасибо, что помог нам победить его. Тепе-ерь это ме-есто наконец будет свободно и доступно всем жела-ающим.

Угу, вот только желающими были сплошь гоатли. Рогатые двуногие духи ничуть меня не стесняясь шли обустраиваться на новом месте. Самого огненного хранителя источника я завалил раньше, но обсуждать вопросы делёжки трофеев был уже не способен, так что возвращался уже после того, как прошли все откаты.

Целая неделя ушла. И за это время похоже, у них появилась вторая деревня.

Послышался шипящий звук и блеющий смех. Баран никак не мог наиграться с огненной стрелой. Кстати здесь я узнал третий способ сделать то же самое – новый вид огненной стрелы призывался словом «аль’ако’хэла». Под акцессией он превращался в демоническое копьё, но без неё – самая обычная огненная стрела, чуть сильней «игни», чуть слабей «иеро-асмо».

Собственно, я изучил этот навык только что и сразу попробовал колдануть, чем вызвал волну восхищения у рогатых. Их шаман сказал, что когда они в новом поселении отстроят башню магов, я могу к ним заходить и узнавать новые заклинания школ огня, бездны и изнанки. Он сам об этом заговорил, так что я просто принял подарок как данность.

Союз с этими существами был очень странным. Фиг поймёшь, шутят они или серьёзны.

– Помни про мою долю, друг.

– Ра-азумеется, – кивнул Цап. – Часть источника – ваша с сестрой. И части его тела. Нам он только на костёр сгодится.

Вообще-то сторожащий этот источник король ифритов был крутым мужиком. Я на него собирался в рейд трижды, и каждый раз он меня чем-то удивлял.

Рисковать я не собирался без надобности. Несмотря на то, что Луричеву с того раза я больше так и не увидел, да и закончилось всё вроде бы хорошо, всё равно – мало ли.

Ааэа сложила в ящик упакованные в специальные контейнеры части тела стража. На их счёт я уже говорил с Лешим, и тот был рад выкупить всё за время и сделать мне пару артефактов.

– Тогда рад был сражаться на одной стороне, друг, – сказал я. – Мы с сестрой идём отдыхать.

– Конечно, друг-ме-ечник, – проблеял Цап.

– Доброго пути, – кивнул Баран.

– А когда будете гото-овы, приходи-ите, – продолжил козёл. – У на-ашего народа есть и другие враги. Дух, что охраняет призрачную рощу, пло-охо говорил о владыке. Наказать надобно.

– Обязательно об этом подумаем как-нибудь позже.

Много же времени у меня заняла эта охота…

Прошёл год с тех пор, как я избавился от назойливого преследования Анны Луричевой и наконец-то занялся тем, чем хотел.

Общение с ней вызвало у меня долгий период откатов всех перепрыгнувших через голову характеристик. Пришлось снова притворяться больным и смотреть странные видения.

Когда я пришёл в себя настолько, чтобы посмотреться в зеркало, то увидел, что линий было три. То есть за бой с Луричевой я получил плюс одну черту.

Было опасение, что повысившаяся до десятки акцессия будет мне выдавать по пять сюрпризов на день, но за то, что я использовал все силы с бонусом плюс десять, я получил лишь одну черту.

Попотеть пришлось больше, чем с Маской, и акцессия прыгала выше, чем на десятку. Как бы ни оказалось, что я хаосу теперь по гроб обязан.

Долги свои хаос забирать не спешил. Расплата за бой с Луричевой пришла на третий день после начала бед с головой. Её я понял ещё меньше, чем прошлую, но в целом она мне понравилась.

Выйдя на изнанку из своего тела, во время астральной левитации, я почему-то оказался в поселении племени крайне агрессивных существ. Они походили на истощающих до костей метровых мартышек с длинными когтистыми лапами и светящимися белыми глазками на абсолютно чёрных телах с гривой из мрака.

Они были не очень сильными, но невероятно настырными – первыми напали и продолжали атаковать, пока не закончились. Что это было, я слабо понял. Но совесть моя была чиста – я просто защищал свою жизнь. И к тому же, это явно не были души людей в телах чудовищ. Место не походило на Город – я вообще был в каком-то тёмном туманном лесу.

В центре их изрытой звериными норами поляны оказался странный объект – каменный алтарь вокруг которого был небольшой разлом. Из него и выплёскивался туман, охватывавший долину.

– Кому желаешь ты посвятить сей алтарь, хищный дух? – спросил у меня, собственно, сам камень, как только я подошёл к нему.

– Э-э… а есть варианты?

– Прежде этот алтарь служил Церкви Полуночи, – ответил камень. – Пока не стал местом силы тенеграев.

– И что это даёт? Себя я назвать могу?

Больше мне никто не отвечал. Будто камень после таких заяв решил, что у меня мания величия и лучше с сумасшедшим дел не иметь.

Думал я в тот момент ещё не очень хорошо. Из-за отката фокусировки страшно тупил и терял мысль прежде, чем формулировал. Так что я просто отмахнулся, чтобы поскорее завершить этот дурацкий фарс.

– Мару. Я посвящаю тебя Великому Мару.

Камень молчал, так что я подумал. ничего не вышло. Но это оказалось не так – скорее, он молча удивлялся, как вырезавший в одиночку логово тёмных духов выбрал себе в покровители мелкое никому не известное божество домашнего уюта и лежания на диване.

– Да будет так, – ответил камень, и я оказался снова у себя дома, проснувшись посреди ночи.

Запоздало подумал, что наверное раз это за акцессию стихии хаоса, то, наверное, и алтарь предполагалось преподнести ему.

Ну, сами виноваты, что вытащили меня в таком состоянии.

Однако, ещё спустя три дня после усиливающихся откатов, я увидел, что одна из линий исчезла. Так я понял, что учитывается сам факт перемещения, а что я буду делать там, куда меня забросил хаос – вообще плевать.

Позже это подтвердилось, когда я зимой валил другого хищного духа по просьбе козлов. Эта история свалилась мне на голову внезапно, когда гоатли сами меня нашли и предложили внезапную охоту.

Заинтригованный, я отправился с ними, вместе с Красноглазкой, конечно же. В тот раз мы сделали действительно доброе дело. Какие-то непропорциональные мертвецы с большими головами напали на поселение пушистой крылатой мелочи, которые только дрожали от страха и прятались в домах. По итогу, получается, спасли их от какой-то хтони.

Козлы, конечно, за это что-то получили. Но я получил не меньше с монстров и их босса. Потом, правда, пару дней провалялся на откате, но я уже привык.

Акцессией пользовался я меньше, чем в бою с Аней, но метку всё равно получил и через неделю по пути с тестирования новых добытых из астрала вещей, оказался в метро в центре города.

Первой мыслью было, что сейчас здесь начнётся какая-то вакханалия, полезут монстры, или начнётся перестрелка, но… не произошло вообще ничего.

Я постоял, глядя на поток людей. Был самый обычный рабочий день. Люди ехали по домам. Раздавался то и дело рёв прибывающих составов. Я плюнул и отправился домой своими ногами.

Как назло, денег с собой у меня не было. Пытаться их призвать волей я мог, но ждать на шестом эхо придётся долго. Сильно хотелось пить после долгой прогулки, а с собой у меня было лишь несколько бутылок «живой воды» для тестов.

Рядом как раз оказался синий мужик, бомж с сильного перепоя.

– Пацан, слушай, на опохмел не найдётся? Выручи…

– Денег нет, сам домой пешком идти от метро буду. Но есть вода, – я вытащил из ящика ещё одну бутылку. Мне не жаль, свой такой источник есть.

– Вода? – с недовольством уточнил бомж. Но в жидкости он действительно нуждался хоть какой-нибудь.

– Говорят, она святая. Веришь в чудеса? – спросил я по приколу.

– Чё? Иди ты, я уже трезвый, – ответил он и грубо взял бутылку.

Я усмехнулся и пошёл себе дальше. Потерянную кем-то десятку нашёл уже на остановке маршрутки. Она была порванной и размокшей от подтаявшего снега. Но доехать домой я смог, несмотря на злой взгляд водителя, которому я её протянул.

Добрался домой я тогда к вечеру и уже там в зеркале обнаружил, что метка исчезла.

Последние две метки уходить никак не хотели.

В остальном первый год отпуска проходил увлекательно. Я пару раз даже ловил себя на том, что расслабился.

За это время я хорошо изучил всё, что даёт фокусировка и как её развивать. Только вместо секций тренировался сам, тренировки нужны были слишком нестандартные.

Фокусировка была очень универсальным навыком. Под каким углом лучше всего прыгать и бегать по стенам, как минимизировать лишние движения и ускориться. С ней я мог за короткое время проделать множество сложных приёмов, что помогало не только в бою.

Я заранее видел куда ставлю ногу, выбирал лучшее место чтобы оттолкнуться, приземлиться и куда прыгать дальше. Тело было медленным, будто под водой. Поэтому я часто плавал, когда был близок к тому, чтобы получить откат. Особенно, после рейдов на изнанку.

За это время я заработал ещё шесть лет и пять месяцев. Конверсия в целом положительная. И первой причиной были козлы, которые регулярно находили для меня хорошие цели. Второй причиной был Леший, который регулярно скупал у меня требуху. Сам я путешествиями по изнанке наугад собирал не больше пары суток за ночь, или с фонарём – до месяца, но с шансом нарваться на что-то такое, из-за чего у меня появится новая метка хаоса.

В целом меня такой размен пока что устраивал.

Но получить реальную выгоду и скачок в силе я надеялся за счёт встречи с Цархесом. И вот тут был большой подводный камень, о котором Лора меня не предупреждала.

В интернете я нашёл данные о ближайших лунных затмениях. Такое было с двадцать девятого на тридцатое декабря. Если точнее – некое полутеневое затмение. Я вышел из дома с большими надеждами, но уткнулся в то, что путь был непроходим.

Я отвесил немалую сумму водителю трамвая за то, чтобы добраться до Несбывшейся во плоти, а затем ещё всю дорогу слушал рассказы о рыбалке. Но как выяснилось, полутеневого затмения было недостаточно. Путь то появлялся, то исчезал. Он представлял собой дорогу дальше по улице, которую то и дело скрывал туман. А что водится в тумане мне было хорошо известно.

Когда я понял, что бестий сегодня просто кишмя кишит, решил, что ну его нафиг такие приколы, вернусь когда подрасту. Двух я бы не осилил ни при каких обстоятельствах. Затем оказалось, что я очень зря гулял там в плаще, и теперь за мной идёт хвост.

Потом этот хвост всплыл уже аж в Городе, куда каким-то чудом пробрался один, следуя за трамваем.

Это было большим проколом с моей стороны. Несколько случайных прохожих перепугались до одури, но обошлось без жертв. Тварь ломанулась через дорогу и попала под колёса запорожца. Это бестию, конечно, не прикончило, но прихрамывающий монстр решил вернуться обратно в туман.

Следующие затмения были уже в две тысячи втором, и все три тоже были «полутеневыми». Рискну предположить, что там будет примерно то же самое. Полное лунное затмение было уже в две тысячи третьем, и даже сразу два, в ноябре и мае. Но до этого ждать ещё год с лишним.

Сложно отучиться от спешки и постоянного напряжения будущего. К апокалипсису время начало сжиматься. Часы показывали те же двадцать четыре часа, но ощущались они на шестнадцать. Никто ничего уже не успевал, а сама жизнь становилась сложнее и больше похожей на треш, чем реальность.

Не зря самыми распространёнными проблемами со здоровьем жители далёкого отсюда будущего назовут психические проблемы.

Здесь же время шло так нормально и правильно, что это завораживало. Я с каждым днём всё больше понимал восхищения Анны и её желание сделать временную петлю вечной.

Люди вокруг не понимали, насколько хрупкая возможность и насколько ценный дар – возможность просто ходить по улице и дышать без маски, не боясь заразиться, отравиться или набрать в рот песка. От пыли же в нулевом вообще бежать было некуда, а бороться бессмысленно.

Прожив здесь целый год, с лета две тысячи первого по лето второго, я лениться так и не научился, да простит меня Мару.

Тем временем, мы с Красноглазкой проходили мимо витрины магазина, и я посмотрел на своё отражение в зеркале. Да, новая черта появилась. Пунктирная. Скорее всего она означала, что откат случится достаточно скоро. Все те разы, когда он настигал меня в течении первых дней после использования, линия была такой же.

Когда это становится не случайностью, а естественным ходом вещей, бдительность утихает. По прошествии этого года я начал считать, что откат хаоса самый безобидный в сравнении с галлюцинациями фокусировки и аномалиями могущества.

Даже валентность один раз показала зубы, когда своим наплевательским отношением к учёбе я довёл одну молодую преподавательницу, а она в свою очередь заставила вспылить меня, и реагирующая на эмоции акцессия подтянула то, что не нужно. Ситуация вышла странная, навык сработал на всех, кто был в тот момент рядом.

Нет, сильно пользоваться этим я не стал, а просто поскорее свалил с занятий и какое-то время прогуливал школу. Я ещё не докатился до уровня Мэттью. Вот кто точно бы душу продал за такую характеристику.

За всё это время я больше ни разу не встречался с Анной Луричевой.

Более того, я вообще не пересекался с пробуждёнными, если не считать периодических встреч с Лешим и тем разом, когда я увидел незнакомую посетительницу. Но не забывал о коллегах и всякий раз при виде чего-то странного, вырывающегося из повседневности Города, я ожидал подвоха.

Но он всё не приходил. И я грешным делом порой представлял себе, что никакого будущего я не знаю и всегда был здесь. Просто фантазирую себе всякое, только и всего. А реальность – вот она, здесь и сейчас.

Сон про охоту на изнанке подходил к концу и началось пробуждение в реальности несуществующего города.

Я открыл глаза, с теплом глядя на старый потолок моего дома. Путешествие было закончено. Первым делом встал и прошёл к ящику. Изучил содержимое и убедился, что крупные осколки ядра из огненной твари на месте, как и его прах. И то, и то, по словам Лешего, было полезно в крафте. Гоатли от лута со стража отказались.

«Зачем? Это несъедобно» – таким был ответ Цапа. И всё это досталось мне, вместе с правом посещать источник огня. Он, в отличии от жизни, был более скучным – просто расщелина, похожая на жерло вулкана, который вот-вот извергнется. Только там он всегда был в таком состоянии.

Подошёл к календарю. Перевернул лист и увидел тройку.

Также утром третьего сентября я изначально пробудился в городе. Можно сказать, памятная дата.

Затем я наспех собрался, по времени и так уже опаздывал, но быстрее было никак нельзя. Так что приходилось спешить.

Сегодняшний вторник был моим первым на первом курсе университета. И к сожалению, я по лору этого эхо ещё не снимал квартиру в десяти минутах ходьбы.

Факультет соционики, психософии и сновиденных наук. По образованию я буду каким-то подвидом психолога. Очевидно, что я выбирал ту специальность, где был хоть какой-то шанс узнать что-то полезное.

Насколько я узнавал, странный факультет был сборной солянкой из полупризнанных экспериментальных наук. Бестолковая специальность без гарантий найти работу после вуза. Но мне это в любом случае не грозило – конец света случится раньше.

Начало обучения я умудрился пропустить. Как раз по причине охоты на элементаля, после которого я на неделю слёг с откатами.

– Полярис? Так это правда ты? Дружище, привет!

На входе меня приветствовал Полоскун.

Ни капли не удивился, что он выбрал именно этот факультет. В конце концов, он – моё эхо.

– Правда я что? – спросил я с лёгкой улыбкой.

– Тебя вчера не было, но я увидел в журнале фамилию Полярский и сразу подумал о тебе.

– Тогда рад тебя здесь видеть. Почему решил выбрать эту специальность?

– Ты сам мне рассказывал, как из снов вытаскивал всякие вещи через аномалию и вообще гулял по сновидениям. Что ещё я должен был выбрать?

– Что-то, приносящее деньги.

– Пф! Говоришь как мама. Я буду изучать аномалии!

– Тогда надо было идти на учёного. Физика какого-нибудь.

– Я тоже так сначала думал. Но… ты в курсе, какие там экзамены?

– Понятия не имею. Я поступал туда, куда хотел.

– Угу, – буркнул он. – Сюда вообще никто не поступает, берут всех подряд.

– Фиг с тобой, пошли, проведёшь экскурсию, – улыбнулся я. – У нас есть ещё минут пять до первой лекции.

– Ай! Сумасшедший⁈ – мы с другом обернулись на крик высокой блондинки, пунцовой от смущения. И рядом улыбающийся до ушей, с красным отпечатком ладони, Мэттью.

Он подмигнул ей. Та ответила матерной бранью и поспешила в универ.

– Идём уже, – поторопил я друга, но было поздно.

– Полярис! Надо же, какая встреча. Далеко же ты забрался. Быстро растёшь!

– Ты, я смотрю, тоже. Зачем тебе шестой? – спросил я. – Здесь нет псионики.

– Гипноз работает, – ответил он. – Обращайся, если что.

На этом он махнул мне рукой и поплёлся дальше к выходу с территории универа.

– Ты его знаешь? – спросил Полоскун.

– Да. Он как я, обладает способностями. Лучше держись от него подальше.

– Правда? А что он умеет? Тоже что-то выносит из снов? Он не врал насчёт гипноза? И кто такой «шестой»?

– Ох, – я обречённо вздохнул. – Нет, он не выносит. А вот гипноз, думаю, действительно может.

– А шестой?

– Долго рассказывать, и ты всё равно мне не поверишь.

– Мы уже почти год дружим, нашли кучу аномалий вместе и уделываем всех в контре. Я уже во многое верю.

– Тогда как-нибудь потом…

– Полярис!

– Да ты, я смотрю, популярен, – ухмыльнулся Полоскун. – У тебя тут похоже друзей больше, чем у меня.

Я обернулся и посмотрел в глаза той, кого ожидал здесь увидеть в самую последнюю очередь. Но тем не менее, это был приятный сюрприз.

– Привет, Таня, – улыбнулся я ей, понимая, как сильно мне её не хватало.

2. Лук-порей

– Ты что, и с ней знаком? – опешил Полоскун.

– А она местная знаменитость? – спросил я, не сводя глаз с Тани. Та активно зажестикулировала, давая понять, что говорить об этом не стоит.

– Да-а… каждый день под универом дежурит. Её сталкершей зовут… а-а… стоп… Блин, понял. Извини. Она что, за тобой?

– Я просто не знала, когда ты появишься, ты только универ упоминал… и я могла найти тебя только так, – Таня опустила голову, пряча покрасневшие щёки.

– Что ты вообще делаешь в этом времени? – спросил я.

– О, она тоже из сверхлюдей со способностями? – улыбнулся Полоскун.

– Я с первого сентября здесь… так что не долго.

– А зачем ты здесь?

– Э-э… просто устроила отпуск. Тебе можно, почему мне нельзя?

– Как ты узнала о том, что я буду в этом времени?

– Прочитала у Сивиллы.

– Она что, фанфики про меня пишет?

– Нет. Про меня. И там был намёк, – ответила Таня.

– И часто она пишет про своих читателей?

– Нет, мне просто очень повезло, – улыбнулась она. – Просто невероятно повезло, веришь?

– Верю. Но всё равно не могу понять, зачем ты дежурила под моим универом и отправлялась именно в этот год…

– Э-э-э… – Таня отвернулась. – Подумала… ээ… тебе же потребуется помощь, может? Ну, ты же, зная тебя, не будешь сидеть и ждать конца света. И… я хотела извиниться. За то, что не рассказывала тебе всего в прошлых жизнях. Я понимаю, ты тогда разозлился, я бы наверное тоже злилась… но я хотела как лучше. Чтобы ты дольше пожил в раю. А теперь…

– Же-есть… сколько у меня вопросов, – прокомментировал Полоскун.

– Да забей, много воды уже утекло. Поначалу злился, а потом меня столько раз пытались убить, что стоит ли обращать внимание на такие мелочи? Таковы правила игры.

– Ты правда так думаешь?.. Ну, если не сердишься, пошли ко мне? – предложила Таня.

– А можно мне с вами? – не к месту спросил Полоскун.

– Ты всё равно ничего не поймёшь и будешь думать, что мы тебя разыгрываем.

– В следующий раз, – пообещала Таня.

– Погоди, вы прям сейчас? А лекция? – опешил друг. – Поляр, тебя так выгонят с таким отношением за прогулы, а одному мне будет скучно.

– В крайнем случае закажу сеанс гипноза для ректора, – отмахнулся я.

– Ты правда больше не злишься? – спросила она уже по пути от универа.

– Сказал же, не злюсь. Но у меня тоже много вопросов. Тебе сейчас сколько? В той жизни у нас разница была в пять или шесть лет. Но ты не похожа на десятилетку.

– Мне четырнадцать. Есть специалист, который может менять год рождения.

– Уже интересно. Можно уйти на сто лет назад и основать свой культ? – я вспомнил одно из самых паршивых эхо.

– Технически можно, но очень дорого. Там геометрическая прогрессия. Мне были должны услугу, которую хватило на коррекцию в три года.

– Интересные у тебя связи, – задумался я. – В своё время я копался на форуме пробуждённых о том, какие способности можно поднять у специалистов. И на ауке тоже. Это ж чит.

– Да нет, чтобы реализовать этот навык нужно иметь очень много времени, и ещё заплатить за откат к нужному сроку. Мне повезло, что удалось договориться получить изменение навыка вообще не вкладываясь.

– Ты вроде бы не любишь звать гостей в дом.

– А я и не звала. Повезло найти в аренду артефакт, позволяющий делать это дистанционно с обоюдного согласия.

– Тебе что-то много везло в прошлой жизни. Карма хорошая?

– Да нет, просто… – она помрачнела. – Купила нужную информацию у Луричевой.

А вот и истинная причина подобной удачи. Но зачем ей помогать Тане найти меня? Аня надеется, что он начнет подозревать Таню?

– Скажи-ка, Тань, а откуда вы с ней знакомы?

– Ну, её многие знают…

– А ты откуда?

Она ещё больше помрачнела и опасливо посмотрела на меня. Будто взвешивала, говорить, как есть, или уйти от ответа.

– Одно время я работала с третьей силой. В том числе часто пересекалась с ней.

– Впечатления не самые лучшие, как я понял.

– Угу, – помотала головой Таня. – Она будто лезет к тебе в душу, а потом представляет тебя в искажённом свете. И ей нельзя верить.

– Мудрые слова. Но ты, похоже, веришь?

– В сделках она честна, иначе с ней бы никто не работал, если б она кидала клиентов. На форуме отзывы есть.

Я хмыкнул.

Мы миновали окружавшие универ дома и по длинной асфальтовой улице вышли к перекрёстку. За ним, пройдя ещё метров сто, начинался небольшой рыночек вокруг крупного магазина.

– Ты живёшь там же?

– Да, – кивнула Таня и посветлела. – Обожаю это место. Наверное, так и останусь на этом уровне инкарнации. Может, вернусь в прошлое и сама поправлю всё, что хочу. Главное времени побольше набить. У меня в архивах пока пусто, но можно поохотиться на камни и драгоценные металлы. Ритуалисты их очень хорошо покупают. Особенно камни…

– И тебя отпускают во… сколько там тебе сейчас, четырнадцать?

– Мне четырнадцать уже лет сто подряд, как и тебе далеко не семнадцать, – ответила она. – А вообще, по лору это мой дед как-то самозахватом крыши занимался. Это же Город. Дома – всегда самые странные места в нём.

– Почему?

– Ну, тут всё просто. Место старта каждого из нас ведь состоит из фантазий, воспоминаний и снов с адаптацией под эхо. А кто из нас помнит достоверно своё раннее детство? По дому пробуждённого можно понять все его детские хотелки, травмы и потаёные желания.

– Любые? Я в детстве мечтал быть принцем фэнтезийного королевства и защищать людей от чудовищ сильномогучим колдунством.

– Ну, это уже зависит от эхо, – пожала она плечами. – На малом эхо более реалистичные версии. Что-то такое, что не сильно нарушает логику Города и твоего образа. Те мечты, которые не требуют глобальности и наличия паранормальных способностей. Например, популярность в школе или много друзей… когда я была на третьем уровне, моя жизнь была похожа на смесь аниме кей-он с адзумангой и тому подобное. Было классно… даже по двадцатому кругу.

Последнее она сказала с тоской, и я слегка её приобнял, чтобы успокоить.

– Мы можем тебе поднять инкарнацию очень быстро. Это не так дорого, если охотиться в астрале.

– Значит, вот как ты добываешь время… стоп, мы на шестом эхо, отсюда нельзя выйти на изнанку.

– А осознанные сновидения тебе на что? – улыбнулся я.

– Хм… – я думал она обрадуется, но Таня отнеслась к идее скептически. – Путешествия по разным планам опасны. Даже в тени лучше не находиться слишком долго.

– В любом случае, уровень инкарнации повышается, так что не нужно грустить по этому поводу. Будешь ещё с подругами пить чай в клубной комнате.

– Обязательно, – улыбнулась она. – Но, наверное, когда времена будут немного стабильней. А потом… если ты не против, я бы исследовала твой навык детальней и повышала его медленно. И… мне очень нравится моё нынешнее жильё, если честно. Не хочу его менять. Оно лучше, чем наша трёхкомнатка на третьем уровне.

– Значит, родители живут в том же доме?

– Ага, этажом ниже. Наши квартиры слева, а справа заготовка.

– Заготовка?

– Не хватило инкарнации, и осталась просто пустая квартира. На третьем рядом жила семья сестры отца. У меня о них остались хорошие воспоминания, и Город их перенёс поближе, хотя в реальности они жили в другом конце страны и редко нас навещали.

– Ты не хочешь их поскорее вернуть?

– А зачем мне больше болевых точек? Это мешает делу. Когда стану посильнее, запасусь временем, подумаю. Говорят, на шестом-седьмом ударить по семье уже трудно. Хватит и того, что отец с бабушкой ещё тут.

– Ты будто не рада видеть родных.

– Очень рада. Но слишком переживаю за них. Ты ведь знаешь, что ждёт нас всех в конце… никто не желает такой участи своим близким. Так что… пусть будет так. Иногда достаточно просто знать, что ты можешь их вернуть, когда придёт время. Звучит немного жестоко, но я считаю, нужно приучать себя быть готовой ко всему, а не расслабляться.

– Суровая позиция. Но, не могу не признать, эффективная, – я вспомнил как мне стало не по себе, когда я узнал от родственников, что ко мне в гости ходила Анна.

– Когда жить тебе пару лет, которые ты так или иначе будешь готовиться, начинаешь забивать на всё, кроме развития и выживания. Поэтому я не хотела тебе говорить о мире за пределами Города. Я после этого стала думать только о фарме времени. За это по итогу и поплатилась, когда засветилась, и на меня вышли беспредельщики… о, смотри, это лук?

Я бросил взгляд на прилавок, мимо которого мне проходила. Здесь торговала вьетнамка, а на прилавке лежали в основном овощи и что-то из приправ азиатской кухни.