Текст книги ""Фантастика 2026-110". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Владислав Бобков

Соавторы: Константин Костин,Виктория Серебрянская,Артемис Мантикор,Аксюта Янсен
сообщить о нарушении

Текущая страница: 125 (всего у книги 344 страниц)

28. День старых знаний

Затем козо-баранье сообщество принялось расходиться. Вот так, без лишних слов. Хотя нет, одно всё таки было:

– Друг Ме-ечник. Заходите с се-естрой. Поохотимся вме-есте, – бросил Цап, обернувшись назад.

– Спасибо. Ты хороший друг, – в тон ему ответил я, обнимая Красноглазку, и обратился к хаоситам. – Вы почему не защищали её?

– Рейр’рьял’рут задержал, – прошептало существо. – Хар’кьяр’кухол привёл врага Маски.

– Смотрю, вы все хорошо знаете, что это за Маска такая на нас напала.

– Она берёт с тех, кто ей проиграл, плату в виде клятвы не говорить о ней, – ответил хаосит.

– Она – во-ор, что служит па-адшему богу, спящему под ча-астью этого ми-ира. И она никогда-а не де-ержит своё слово. Каждое её сло-ово пропитано ложью.

– Спасибо, Цап, – кивнул я.

Падший бог, спящий под этим миром? Кто бы это мог быть? – я криво усмехнулся, припомнив экскурсию Лоралин. Она тоже говорила, чтобы я дал Луричевой шанс, при том, что сама же на дух её не переносила. Вообще, пока что в отличии от проводника, сами принцессы Несбывшейся вызывают у меня симпатию. Парадоксально, но главная причина для меня не желать иметь дела с третьими – это сама Анна.

А вот хаоситы удивили. Наверное, из-за далёкого игрового прошлого, я подумал, что они будут просто автоматически призываться, чтобы защищать Красноглазку. Но они оказались достаточно умны, чтобы лишь задержать Аню, с которой справиться не могли, и привести тех, кто нам поможет. И как они поняли, что нужны именно стегоатли? Невероятная догадливость.

Девушка дрожала. До этого она лишь раз проявила страх, когда я привёл её к краю Города. Более того, как только козлы ушли, она расплакалась и крепко обняла меня, как соломинку утопающий.

– Ну хватит, злая тётя ушла серьёзно говорить с большим рогатым дядей. Скоро она сильно пожалеет, что обижала тебя.

Красноглазка посмотрела на меня заплаканными глазами.

– Джи?

– Ты главное ничего ей не писала? Не передавала?

Она отрицательно замотала головой.

– Ну и слава Мару. Идём домой. Раз уж мы физически попали в астрал, сейчас наберём стабильных вкусностей, – пообещал я и добавил, вспомнив о том, что меня уже заждались дома. – Я ночью к тебе зайду и отметим. Идёт? Или знаешь что? Пошли вместе. Познакомлю тебя с семьёй. Ты ведь тоже в каком-то смысле уже моя семья. Знаешь, всегда хотел иметь сестрёнку. А глядя на тебя, даже не против, чтобы она была аутисткой.

По пути назад я снова вспомнил про комп для Полоскуна и пособирал вкусняшки, которые заказал у изнанки. Всякие экзотические фрукты и сладости, какие только мог вообразить. Сейчас я выходил не через сон, а напрямую. Эхо влиять тоже будет, но по идее в меньшей степени. А значит это шанс притащить полезные вещи в реальность.

Это, правда, заняло ещё часть ночи, так что дома меня наверняка ждёт серьёзный неприятный разговор. Надеюсь, гостинцы немного это сгладят. Но не могу же я пропустить такой шанс?

Решение было верным. А его результат – ожидаемым.

На этот раз вся пища, естественная для этого эхо, перешла без изменений. То, чего в этом мире не существовало – превратилось в случайные экзотические фрукты. Напитки ожидаемо изменили этикетки. А навороченный современный комп превратился… да, в топовый по меркам этой версии две тысячи первого.

Надо было тащить два…

На пороге меня ждали родители, но увидев спутницу, растеряли заготовленные слова, и тогда говорить начал я. Рассказал душещипательную историю о том, что она наша соседка и у неё проблемы с речью. И что я героически её спасал, когда она потерялась на улице.

Теперь же она нашлась, и её отец отпустил её к нам с гостинцами, чтобы поблагодарить за спасение потерявшейся дочери и извиниться за моё опоздание.

Под восхищённые возгласы передал корзины с фруктами, напитки, пиццу и суши с тортом. Я не сильно думал, когда собирал это всё – просто выдумывал всё подряд, и что попадалось на глаза – брал с собой. Как-то не подумал, что такое количество гостинцев вызовет вопросы.

– А твой папа в магазине работает? – поняла мама.

– Джи! – улыбаясь треугольными зубами на сером лице, заверила Красноглазка.

Мысль насчёт неё была проста – если родители не замечают моих странных глаз, то почему они должны заметить её странности?

И действительно.

– Проходи, мы тебя хоть чаем угостим, – предложила мама под одобрительные кивки деда. Вся семья была в сборе, даже кошка матери мотала хвостом, интересуясь гостями.

Я зашёл в дом первым и в первую очередь посмотрелся в зеркало.

Вот она, причина почему козлы не удивились моей внешности и сочли меня своим. Мда… надо было просить у Альфриды больше параметров на внешку. Пробуждённые точно от меня скоро будут шугаться.

С зеркала на меня смотрел шестнадцатилетний парень с подсвеченной кожей и ярко горящими, приковавшими внимание подвижными глазами. Сиреневая радужка с тремя зрачками слева и пятью справа. Светящаяся горизонтальная бирюзовая полоса справа. Вся эта красота – в постоянном движении в разные стороны.

Волосы тоже из каштановых стали неестественно чёрными и излишне блестящими. Раны, полученные в бою, тоже светились, будто в крови растворили тысячи крошечных светодиодов. И довершили образ изнаночные светлячки, за каким-то хреном перенёсшиеся за мной в реальный мир.

Но родители этого, конечно же, не видели. Для них я был обычным. И Красноглазка, видимо, тоже.

– Кстати, как её зовут? – спросил отец.

– Кр… Кристина, – ответил я и снова посмотрел в глаза своему отражению.

Ну вот, я уже вру семье. Может, я сам уже становлюсь Луричевой?

К чёрту!

Если я думал, что спасение неразумных спасёт меня от школы, то был сильно не прав.

Проспав жалкие четыре часа, я был безжалостно разбужен и отправлен в школу. Грёбаное первое сентября. Почему именно сегодня?

В целом, я был не против взглянуть на то, как выглядит моя здешняя школа. Есть ли там другие пробуждённые? Лучше для начала не палиться, наверное. Или школа будет целиком моим эхо? На тысячу человек один пробуждённый. Сколько обычно учится в одной школе? Ещё один-два моих коллеги должно быть по идее. Но ходят ли они так глубоко в прошлое?

Если нет, то закреплено ли за ними место? Или вместо них в школу ходят неписи? И если так, то как влияет их эхо на школу?

Путь до школы я успел увидеть во время откатов в воспоминаниях, а затем подтвердить на карте. От моего дома нужно было идти минут двадцать в сторону пятого района. Она находилась в живописном месте, окружённая парком и садом, за которым находилось небольшое озеро.

Как и в случае с универом, влияние своего эхо я сразу узнал. Такой же отдающий фэнтези дизайн, в котором смешались эльфийская живопись, обилие света и прозрачных поверхностей с ощущением, что я в нахожусь в уютной сельской школе у эльфов.

Всё это было стилизовано под старую архитектуру, которая в целом не выбивалась из городской атмосферы и времени.

Внутри школа начала отдавать ещё и анимэ. В частности, у входа на гладком паркетном полу находились ящики для сменной обуви, какие есть в любой японской анимации про школу, но отродясь не водились в обычной школе времён две тысячи первого.

Кабинеты тоже были странной смесью фэнтези, анимэ и суровой реальности. Как и длинные широкие коридоры, паркетный пол, деревянное покрытие стен с побелкой от полутора метров. Высокий четырёхметровый потолок. Свисавшие старинные люстры…

Здесь меня проняло, и я на время завис с бешено колотящимся сердцем. Меня посетил флешбек сна, который я видел в детстве в нулевом мире. Даже нескольких снов, где мне снилось это здание. Город воспроизвёл его для меня почти в точности. И блин… это было очень красиво!

Я заставил себя сдвинуться с места. Спешащая на урок девчонка едва не врезалась мне в спину. Затем на ходу обернулась, чтобы извиниться, а я снова получил эстетическое наслаждение – на этот раз от её милого лица и образа отличницы в тёмно-синей школьной форме.

Мой класс был таким же живописным. Как само помещение, так и те, кто в нём находился.

Расклад примерно такой же, как в универе. Я смутно узнал несколько анимэ персонажей, перешедших в реализм. Это было не сложно, особенно с учётом того, что у одной из них были длинные голубые волосы. Ещё несколько человек были мне незнакомы, но каждый создавал приятное впечатление и мысль, что мы могли бы подружиться. Вернее, мы и были друзьями, просто таких подробностей я в откатах не видел.

И самое интересное – несколько моих старых знакомых, реальных людей из нулевого мира.

Последнее меня заинтересовало особенно сильно. Одна рыжая красавица на которую я в своё время заглядывался, и её темноволосая подруга, кажется она была в каком-то театральном или танцевальном кружке. А с этим парнем, помнится, мы дружили когда-то, но недолго. Его вроде бы куда-то потом перевели.

Память подводила. Школа была слишком давно, чтобы помнить всех одноклассников. И весь состав учащихся Городу пришлось подбирать из чего вышло.

Принцип создания этих анимешек я знал. Эту роль на себя взяла душа реального человека из нулевого мира. Если верить Мише, максимально близкая к ней по характеру. А вот как быть с реальными людьми? Их Город, получается, тоже спас, но лишил памяти? В конце концов, кто может сыграть роль реального человека лучше, чем сам этот человек?

И те, кто вовсе был создан с нуля. По каким принципам создавались они? Чужое эхо? Реальные люди, которые подходят для этого сценария и вписываются в картину? Или созданные специально для меня личности из моих снов и абстрактных фантазий?

Сонливость быстро сняло. Опоздание не позволяло насладиться общением, почти сразу начался первый урок. Так что я откровенно пялился на лица одноклассников. Пытался прочитать, какие сценарии для меня создал этот удивительный мир.

Сам урок не слишком отличался от тех что были в универе, а на классного руководителя, женщину лет тридцати с лишним, особого внимания не обратил. Это было что-то организационное, так что я мог себе позволить глазеть куда захочу, пока выбирался староста и прочее.

Что ж, могу понять, как Мэттью докатился до такой жизни. Понимание, что я могу крутить сценарий по своему и делать, что угодно кружили голову. Вот он и пошёл учиться псионике.

Я был не против пожить по сценарию и насладиться историей, которую создал для меня Город. Школьные годы я помнил плохо, и сильно запоминающихся моментов в них не было. Здесь они должны быть с гарантией.

Однако по-настоящему важно не это, а путь к силе. Отдохнуть и расслабиться можно было и после того, как я стану достаточно сильным. Чтобы не думать, как там дома сейчас Красноглазка, пока я сижу тут.

На перерыве я принялся расспрашивать одноклассников об их жизни и заново знакомиться с ними. Сверять было особо не с чем, так что я слушал и пытался найти какие-то параллели со смутными воспоминаниями. Затем побродил по зданию, насладившись так поразившей меня архитектурой. Удивился сильному чувству радости и тепла на душе в тех местах, где явно выделялось моё эхо – что-то из снов или памяти.

В остальном, ничего достаточно интересного для себя так и не нашёл. После занятий группа из пары моих старых давно забытых друзей из нулевого мира и четырёх девушек, отправились гулять и отмечать встречу. Все четверо – одна красивей другой. Те две подруги и две адаптированные под реальность «анимэшки».

Каждая выглядела достаточно мотивацией идти с ними отмечать начало учебного года пикником где-то за школой. Что-то мне подсказывало, как минимум приятная атмосфера и дружеское общение мне точно гарантированы.

Но я сделал над собой усилие и сразу после уроков отправился домой. К Красноглазке.

У входа меня встретила моя подруга. Довольная и вполне живая. Никаких следов того, что кто-то пытался причинить ей вред.

Но на шею она мне бросилась сразу же. А после крепких объятий потащила внутрь дома.

Дом начал преображаться. Рисунок выгоревших руин менялся. Девушка сама выбрала новый образ для дома, и нужно сказать, весьма удачный. Теперь здесь была густая растительность, трансформаторная будка и основание ржавой антенны, а также гора мусора и признаки того, что место использовалось как сортир и свалка, густо заросшая колючим кустарником.

Источник тоже померк и выглядел стирающимся.

Ноги Красноглазки были вымазаны краской, отчего пол в доме стал походить на радугу из отпечатков её босых ног.

– Ты как?

Поискал глазами зеркало. Оно было надбито сверху, но всё ещё пригодно.

Первое, что мне попало на глаза – это показатель акцессии. Он вырос и теперь равнялся шестидесяти четырём пунктам.

– Ты прокачивалась? – спросил я у неё.

Красноглазка решительно замотала головой.

– Ты что-то вообще делала с зеркалом?

Она подняла лист бумаги, где свежие краски поверх старой картины с солнечным небом показывали очень злую Анну, летящую головой в зеркало.

А, ну да. Действительно похоже на отпечаток. Похоже, она вообще не ждала сопротивления. Я всё ещё не понимал, что заставило её пойти на открытую конфронтацию. Это было совершенно на неё не похоже. Всё наше знакомство с ней строилось вокруг того, что она хитрит, обманывает, но никогда не бьёт напрямую.

Хотелось бы сказать, что она просто психанула из-за того, что я её выгнал из лаборатории. Вид у неё тогда был очень злой. Но вместо того чтобы напасть на меня там, она выбрала поход ко мне в гости. Как она вообще узнала о Красноглазке? Может, у неё есть доступ к камерам в лаборатории, и она видела мои признания?

В любом случае, у меня оставалось слишком много вопросов, связанных с этим.

И пока что никаких мыслей насчёт возможных ответов. И идти с ними мне некуда.

Для начала, как защитить Красноглазку от всех бед.

Луричева упомянула, что её сила будет расти. А вместе с ней будет расти и влияние на реальность. Теперь я вижу это сам, в цифрах. Чем это мне грозит? Для начала нужно найти для неё место, где бы никто её не стал искать и беспокоить, где она сможет сколько угодно заниматься рисованием и не попадаться никому на глаза.

Сложный вопрос для шестнадцатилетнего. Здесь способностями не обойтись. Любой дом рано или поздно выдаст наш секрет. Только для неписей странная девушка-аутистка с седыми волосами, живущая на нарисованной свалке, может казаться нормой жизни.

Мне нужна база. Место, куда будет легко попасть мне и почти невозможно другим.

Я добавил Красноглазке десятку к эхо и снизил сложность. Не то, чтобы это на что-то серьёзно влияло в её случае, но вдруг хоть чем-то поможет.

– Ты знаешь, как можно снять твою точку привязки? Или она автоматически ходит за мной? – спросил я.

Красноглазка ожидаемо не поняла вопроса.

– Знаешь что, давай-ка идём ко мне в гости. Прокачаю твою акцессию до десятки. Вроде бы это максимум, который возможен без серьёзных последствий. Вот двенадцать единиц могущества сделали меня на четверть призраком.

Сказано – сделано. Спустя час мы уже сидели за столом в моём доме и обедали. А спустя три – сидели на кровати перед зеркалом. Теперь моя собственная акцессия была равна десяти. Соответственно могла прокачать могущество до двадцати, фокусировку до двадцати двух, и валентность до одиннадцати.

Так же, как выяснилось, в момент сильного эмоционального напряжения, я могу повышать эхо. Этого хватало чтобы выпустить в реальном мире очень дорогую и неэффективную огненную стрелу, значительно уступающую огнестрелу.

Чтобы переходить на изнанку вживую, уже нужна была испытывающая сильные эмоции Красноглазка. Но пугать её или издеваться чтобы вызвать негативные чувства мне совесть не позволит. Она мне уже как сестра можно сказать. Вызывать сильные положительные эмоции… хм.

Покушать она любит, но настолько сильных чувств это ей не даёт. Ладно, пока что эту тему оставим. Физический выход на изнанку мне сейчас не сильно нужен, а для охоты достаточно сновидений.

Главным на данный момент был вопрос того, чтобы как следует её спрятать от таких как Луричева, и всех, кто мог ещё прийти по её голову, если Маска начнёт трепаться.

29. Тайны дачных участков

На следующий день в школе я расспрашивал одноклассников о том, знают ли они какие-нибудь нычки и тайные места. На самих занятиях – думал, что я здесь забыл и зачем попусту трачу время. Но оправдывал себя тем, что мне нужна информация. После занятий – отправился на поиски этих мест.

Но нужной информации не было. Результатом трёх дней расспросов стал договор с пятиклашкой о «секретном секрете» за три банки уникальной газировки. Эта сделка принесла мне знание о небольшой аномалии, сильно напоминающей ту, что мне показывал в своё время Полоскун.

Это была чёрная дыра, больше похожая на трещину в стене, под старым продуктовым магазином. Но толку от неё было меньше – всего пять сантиметров толщина и действие – превращение всего что в неё засунешь в каменную копию.

Я сунул туда ветку и валявшуюся рядом пачку из под сухариков. Получил соответственно каменную палку и скульптуру сухариков. Последняя почти сразу сломалась – камень оказался не особо прочным и плохо держался в виде тоненькой пачки.

Вручив ребёнку его честно заслуженные три бутылки черничной, фисташковой и маракуево-ромашковой газировки, я отправился домой.

По пути домой купил пиццу для Красноглазки. Её дом всё больше преображался под новый образ свалки. Фактически, перекрашивался в цвет неба. Но ведь тени никуда не денешь. Не исключено, что Луричева нашла её именно так. Глянула на якобы пепелище и увидела несостыковки.

Уходить на охоту тоже становилось опасно. Если я вернусь под сильным откатом – у нас с Красноглазкой не будет ни шанса.

Честно сказать, масштабы проблемы я начал осознавать далеко не сразу. Но если Луричева знает, где я живу и сама же сказала, что многие захотели бы забрать себе Красноглазку, то она легко смогла бы навести сюда кого-то ещё.

Хочется верить, что у неё нет личной армии, а просто натравить кого-то другого она не рискнёт из жадности.

Однако она не приходила, и это заставляло ещё больше задуматься о побудивших её напасть причинах.

На изнанку я вышел аж через неделю, в первые выходные нового учебного года. Само собой, с Красноглазкой и в полном вооружении. Надев маски, мы направились в козье поселение.

Видеть изнанку было приятно. Что-то действительно связывало меня с этим миром. Та самая примесь крови духа? Возможно. А возможно я просто чувствовал себя здесь намного сильнее. В любом случае, находиться здесь мне нравилось.

Поселение стегоатлей ещё больше напоминало смесь индейского и гоблинского пристанища. Перья, странные символы, шатры. Козлы, купающиеся в источниках. Они стали во много раз сильнее с прошлой нашей встречи.

От стоящих на страже рогатых с длинными пиками ощущалась сила. Сейчас встретив троицу таких на дороге, я бы подумал, что залутаю с них прилично времени. Побольше, чем с хаоситов.

Пройдя мимо трёхметровых статных стражей, я углубился в деревню. Рогатые активно плескались в источниках, всё так же стирали в них бельё и готовили пищу. Но теперь я ощущал скрытую за ними силу. Если в прошлый раз я всерьёз рассматривал ситуацию, когда я вырезаю пару десятков козлов и ухожу с боем, то сейчас такой фокус бы не прокатил.

Захватив и передав их роду источник, я сильно изменил расстановку сил в мире духов. Теперь с гоатлями нельзя было не считаться.

Никто не препятствовал нам. А некоторые, завидев, приветливо махали рукой.

В центре, в той луже, которую они вроде как отдали мне и изгадили, теперь плавал старый красный диван, на котором царственно сидел Цап в окружении крошечных цветочных фей, которые вешали ему на голову венок из светящихся ромашек.

– Привет, друг, – я поднял руку и помахал старому знакомому.

– А-а, друг Мечник. Ты долго к нам добирался.

– Были дела, – отмахнулся я. – Луричева у вас?

– Маска? Не зна-аю. Наше дело – переда-ать её душу Фаго-оту.

– И нет способа узнать, у него она или нет?

– Нет, поага-аю. Разбившись, маска выпускает новую.

– Можешь пояснить, что это значит?

– Заче-ем убива-ать, когда можно взять кля-атву? Тепе-ерь ей придётся учитывать интере-есы владыки Фа-агота.

– И часто вы так делаете?

– Мне-е не-е ве-едомы игры бого-ов, друг Мечник. – ответил Цап. – Но наш род в накладе не-е оста-ался.

Демонстрируя сказанное, он создал над рукой вспышку алого пламени, которое трансформировал в копьё и метнул в землю, подняв крошку и оставив пропаленный след.

– Рад это слышать, – соврал я.

– Ты хотел поохотиться, друг?

В этот момент я задумался, а не окажется ли так, что усилившиеся стегоатли отведут меня к соответствнно ещё более жирной твари, с которой я не справлюсь?

– У тебя есть предложения?

– Ве-ерно, – согласился козёл. – Сильный проти-ивник. Всё ка-ак ты любишь.

– Расскажи мне о нём.

– Он состоит из чистого пламени, внутри которого спрятано сердце. Разломи его, и победа твоя.

– Камень и весь лут с него мой.

– Лут? В любом случае, нас не интересует, что будет с ним. Его нельзя есть.

– Тогда зачем тебе это существо?

– В старые времена он оско-орблял мой на-арод. Мы пло-охо помним зло. Но мы всё запи-исываем и ведём учё-от, – проблеял Цап.

– Значит, существо из чистого пламени? Его наверное не берёт клинок.

– Оружием нужно ра-азбить се-ердце. Ка-амень внутри-и.

– Какого он размера?

– Ка-ак три тебя.

Я снял с пояса Гераний в ножнах и взвесил клинок, будто сомневался.

– Мой меч может не достать до его сердца. Особенно если его не видно.

– Ты боишься, друг-мечник?

– Нет. Мне просто нужно время на подготовку. Жди меня следующей ночью.

– Подгото-овка это му-удро.

– Кстати, я смотрю мой источник теперь твой? – не удержался я.

– Я поду-умал, ва-ам будет удо-обней за пределами поселе-ения. Зде-есь есть оди-ин исто-очник дальше. Я про-овожу-у, – сказал Цап и поправился. – Ба-аран проводит.

Тут же появился наш старый знакомый и повёл нас за пределы посёлка. Говорил всё это козёл буднично, так что подвоха я не ожидал. Баран тоже вёл себя дружелюбно.

По мере удаления от долины с крохотными озёрами их становилось меньше. Гоатль вывел нас на холм, порорсший мелким кустарником. Здесь уже источников не встречалось, так что у меня начали таки закрадываться сомнения.

– Ма-аска та-ак бра-анилась! За-абавно! Ве-еликая побе-еда народа Фа-агота! – похвалялся он в дороге.

– Что ж вы её тогда отпустили?

– Влады-ыка даровал нам пробужде-ение спящих исто-оков. На-арод возрожда-ается. Са-ама Ма-аска получила на-ашу ме-етку и склоняется перед Фа-аготом.

– Правда? Вы поставили ей метку? – что это значило, я понятия не имел, но пытался выудить чуть больше информации из словоохотливого барана.

– Да-а! Те-еперь все-е видят, что по-одарил ей жи-изнь! Ма-аска будет ра-аботать. Фа-агот бо-огатеть.

– Работать? А не боитесь что она вам беды наделает?

– Не-ет. Контракт и пе-ечать.

– Вы подписали её на какой-то контракт и сами? Я думал, только с Фаготом.

– У владыки свои счёты. У на-ас – свои… Пришли, друг.

За густым кустарником неизвестных ягод расположилась небольшая, но глубокая яма, наполненная светящейся водой, такой же как в источнике.

Я поблагодарил нашего проводника и тот довольно зашагал обратно в поселение.

Мы остались наедине с Красноглазкой. И та знала что делать – сразу же плюхнулась прямо в одежде в тёплую воду. Нырнула и всплыла кверху животом, с выражением счастья на зубастом лице. Маска плавала на воде рядом, хотя я помню что она была достаточно увесистой – всяко тяжелее воды.

Подумав, я забрался следом. Всё равно по пробуждении одежда будет сухой, а вот тело – сильнее и здоровее.

Ощущения в осознанном сне были даже ярче, чем в реальности. На какое-то время я погрузился в чувства. Время никто нам не ограничивал, разве что утро и школьная жизнь.

– Что же нам с тобой делать, подруга?.. – задал я риторический вопрос.

– Джи? – переспросила Красноглазка.

– Как тебя спрятать?

Она повернула голову набок, а затем вдруг окатила меня водой. И я ей ответил тем же. Какое-то время мы просто игрались в воде, как дети. Я впервые за долгое время позволил себе расслабиться и отдохнуть.

Наверное, потому меня вскоре посетила простая, но гениальная мысль.

Как же я сразу-то не додумался до такого простого решения?

У меня ведь уже есть тайное место, где нет других пробуждённых. И оно не на Несбывшейся, где это место сразу же вынюхает Анна.

Дача!

Этот кусочек Города находился фактически за его пределами. Чтобы дойти туда, нужно было знать путь. Мы проезжали на машине через туманы. Других машин я не видел вообще. Часть пути идёт по голой дороге через туман. Он, конечно, не такой как за пределами Города, но если бы я шёл сам, свою дачу я бы в этом лабиринте никогда не нашёл.

Возможно, это сам Город мне и подкинул такое решение, будто заранее знал, что оно мне понадобится.

И там Красноглазка может делать всё, что угодно. В туман она сама не полезет, так что гости к ней оттуда не придут, как тогда за мной. Зная её, она вообще будет себе мирно рисовать, лишь бы было на чём.

Люди? Я порылся в памяти, но не вспомнил ни одного человека, жившего в дачном кооперативе.

Утром следующего дня я вместо школы отправился в сторону ближайшего крупного магазина. Сработал трюк Мирта, и там я нашёл всё необходимое.

Самая большая проблема была с зеркалом. Оно у неё было массивным, как и у встреченных мной бывших стрирателей. Такое даже на машине не увезёшь, тут грузовик нужен.

Эту проблему удалось решить, умыкнул тележку из магазина. Не торговую, а крупную, со склада. Ехала она так себе, но путь там не настолько долгий. Скорее заковыристый – шаг в сторону и ты в тумане. Но я хорошо помнил дорогу.

– Собирайся. Мы переезжаем.

– Джи? – сонно спросила она, потирая глаза.

Вдвоём со всей поклажей мы пошли через дорогу за дома частного сектора и вышли к окраине города. От неё свернули влево на шоссе, ведущее за его пределы. Там уже не было ни машин, ни людей.

Я вывел вел и привязал его к тележке. Ездовой лошадкой сегодня буду я.

Красноглазку усадил рядом с громадным зеркалом. Самая палевная часть – школьник с двухметровым антиквариатом не может не привлекать внимание. Любой пробуждённый поймёт что тут что-то не чисто. Даже простынь которой я накрыл артефакт не особо спасала.

Активно проведённое лето положительно сказалось на мышцах. В нулевом мире я лето две тысячи первого провёл играя в игры, а здесь вон даже во сне активно занимаюсь спортом. С появлением фокусировки я вообще резко воспылал к нему большой любовью.

Мелькавшие мимо виды поднимали настроение. Было что-то особенное в том, чтобы гнать по тропе между золотым полем и упавшим на землю небом. Ощущение создавалось именно такое.

Тишина, сырость, запах свежего влажного воздуха… После проведённых взаперти из-за апокалипсиса лет я никак не мог насытиться ощущением свободы.

Красноглазка при виде того, куда мы едем сжалась как комочек и задрожала. Вид у неё был такой, словно её собираются избивать. В глазах и отрывистых нервных движениях появилось что-то затравленное. А мне вспомнилась Таня, которая на границах Города вела себя точно так же.

Я пробовал с ней ласково говорить успокаивающим тоном. Убеждал, что мы просто проедем мимо, и это понемногу работало. Если сначала она пригибалась от страха, стоило мне на неё только посмотреть, то сейчас она уже реагировала спокойней.

Дорога на машине казалась мне быстрой, но на велосипеде, да ещё и с тележкой, было долго. Однако преодолев две трети дороги Красноглазка совсем оправилась и выпрямилась, глядя на окружавшие нас упавшие на землю облака с любопытством.

Я тихо запел, просто чтобы успокоить её и самому развеяться. У меня настроение в отличии от неё было отличное.

– В хронике моей есть последняя глава…

– У-у-у уиуиуиу! – осторожно начала подвывать Красноглазка. Слов она не знала, но ритм уловила точно.

На последнем этапе пути нас ждал неприятный сюрприз. В гору моих сил ехать уже не было. С грузом – так уж точно. Пришлось подниматься на холм пешком. Красноглазка слезла с тачки и шла рядом. За ней было забавно наблюдать – в девушке боролись страх с любопытством. Она уже поняла, что никто её на ту сторону не ведёт, но всё ещё боялась находиться рядом с границей.

Наконец, мы достигли дачного кооператива. Я ещё раз отметил отсутствие людей. Никого в сторожке у входа, никаких людей, никаких звуков дачной жизни. Место было пустым и безлюдным, несмотря на то, что сами дома выглядели обжитыми. Будто здесь было полно людей, но перед самым нашим появлением, они все куда-то резко исчезли.

Усталые, мы пошли по протоптанным дорожкам между участков к моей даче. Я внимательно смотрел по сторонам, подбирая для Красноглазки дом. Селить у себя я её не хотел. Мой участок находился совсем рядом с туманом, и если о даче узнает кто-то вроде Луричевой, то поиски начнут с него. Ну и третья причина – место плохо подходило для постоянной жизни.

Простенькая халабуда была предусмотрена чтобы оставлять там огородный инвентарь, переждать ливень под капающим потолком, и провести летнюю ночь. Ни санузла, ни электричества, ни проведённого водопровода – вообще ничего.

Потому я присматривал подходящее жильё, к которому спускался провод от линий электропередач и размер здания позволял предположить там ванную комнату.

За два участка от меня нашёлся двухэтажный дачный домик из белого кирпича. Второй этаж был на стадии строительства, но первый был вполне жилым. Внутри был старый советский холодильник и комнатка с двумя односпальными кроватями.

Снаружи имелась веранда с летней кухней, на которой нашлась буржуйка. Отдельно – летний душ и туалет. На участке имелась колонка с водой. В общем, весь необходимый для жизни минимум. Лишь бы реальный владелец не появился не вовремя, но вроде бы тут их вообще ещё нет.

Ещё один бесспорный плюс – громадная куча песка и кирпичей снаружи, заросли кустов малины и небольшой огород за деревьями молодой черешни. Всё это делало дом достаточно закрытым. Издали было сложно понять, что происходит на участке, и внимания ничто не привлекало.

Вернувшись к тележке, завёз зеркало в дом и поставил в комнате с кроватями. Красноглазка с любопытством исследовала всё вокруг. Затем дошла до ягод и зависла рядом с ними.

Я устало присел, отдыхая после долгой дороги, поставил рядом ящик и принялся разбирать поклажу.

Несколько стопок альбомных листов и принадлежности для рисования. Кое-какие продукты. Холодильник был не подключён к сети и пуст. Теперь в нём появились две бутылки кефира, куски сыра и сливочного масла, большая часть которых отправилась в морозилку на будущее. Покупать овощи было не нужно – всё и так росло на огородах вокруг.

Рядом на полку рядом с буржуйкой отправились три консервы, банка грибов и консервированные помидоры с огурцами. Я сомневался что Красноглазка сможет их самостоятельно вскрыть и употребить, так что это я ей буду готовить. Вообще, она уже показала, что покушать очень любит, но для жизни в пище, похоже, не сильно нуждается.