Текст книги ""Фантастика 2026-110". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Владислав Бобков

Соавторы: Константин Костин,Виктория Серебрянская,Артемис Мантикор,Аксюта Янсен
сообщить о нарушении

Текущая страница: 174 (всего у книги 344 страниц)

13. Правосудие мудрецов

– Ах это? Голосование в интернете. Ты туда не заходил, тебе ведь нет ещё в этом мире двадцати пяти? В общем, это единственная обязанность гражданина Человечества. Если я не проголосую или отнесусь несерьёзно, мне порежут соц. рейтинг.

– Мне о нём много уже говорят. В чём соль? Если я его, скажем, уроню в минус?

– Человечество заботится о человеке. А если ты поступаешь не как человек, то человек ли ты? И нужно ли о тебе заботиться Человечеству?

– Что, вот прям настолько всё плохо?

– Ну нет, я немного преувеличила… Просто тебе перестанут оказывать некоторые услуги и начнут чаще проверять на эмпатию, эмоциональный интеллект и прочее. Скорее всего, упасть ниже уровня человека тебе не дадут доблестные санитары.

– Антиутопия какая-то.

– Ну как сказать. Если немного покрутиться среди местных, понимаешь, что всё не так уж плохо.

– Поэтому ты уехала жить сюда?

– Если я начну там практиковать магию и вести асоциальный образ жизни, окажусь в числе местных сумасшедших. Но, если бы я не знала, что всё это просто один из витков временной петли, я бы вряд ли стала вести себя таким образом. Скорее всего, стримила бы в виртуале за мага, делая в реальности правильные действия и повышая часы пребывания в Эфире.

– Тогда понятно.

– Эхо понимает человеческое благо по-своему, ты сам это говорил.

Я кивнул.

– В принципе, никто здесь не мешает быть затворником. Здесь все так живут – правильной, чётко выверенной жизнью идеальных людей в реальности и пускаются во все тяжкие в Эфире. Потом, правда, приходят к парочке любимых миров и отдыхают там.

– А что с тем голосованием? Что за обязанности?

– Здесь всё жёстко завязано на возраст. До двенадцати ты ребёнок, а дальше только в двадцать пять получаешь ограниченное право, оно начинается с голосований. Правительств здесь нет в привычном понимании. Законы и решения на судах, вроде вот этого, выбираются большинством всех людей на голосовании.

– Наверное, их полно, получается.

– Одна штука в день в моём возрасте. После тридцати двух, когда буду полноправной, будет два.

– А как проверяется, что ты не нажала от балды?

– Ну, во-первых, у меня могут спросить, почему я так решила, и я должна буду ответить что-то внятное. Во-вторых, это не сильно обременительно. За двадцать четыре часа прочитать буквально пару строчек и нажать согласие или несогласие. Да и, если пропустишь пару раз, ничего не случится. Рейтинг не падает мгновенно, нужно забивать на это постоянно, чтобы огрести реальных проблем.

– Хм. Ну что ж, по крайней мере, я могу себя называть подростком до тридцати двух. Тоже неплохо, – я криво улыбнулся.

– Полноценная взрослость здесь наступает с пятидесяти, – усмехнулась в ответ Маруслава. – Имеют право, седина у них появляется годам к ста пятидесяти или к двум сотням. Так что пять десятков в разрезе пятисотлетнего возраста – это вообще ничто.

– Нет, наверное, всё-таки хорошего в этом мире больше, чем плохого.

– Определённо. Надеюсь, мы все успеем немножко побыть местными.

– Неужели тебя заинтересовало что-то помимо магии? – поддел я Маруславу.

– Ты видел систему магии на серверах «подлунных миров»? – спросила она с горящими глазами. – Она же почти такая же, как настоящая!

Я усмехнулся.

– И за что ты проголосуешь?

– Шутишь? – улыбнулась Маруслава. – Мне алтарь богу-покровителю моего рода понравился. Я даже правом одобрения воспользовалась. Это, типа, чтобы голос за два считался, если меня прям очень сильно проняло. Раз в месяц так можно.

* * *

После своей смены дежурства с Красноглазкой я направился, как и обещал, в наш с Мартой общий дом. Дорога заняла минут сорок. Я не спешил, стараясь путать следы и вылетать не оттуда, откуда летел на самом деле.

В этом мире было полно шпионящих дронов в открытом доступе на специализированных складах. А пробуждённые и подавно могли их добыть на аукционе, минуя всю бюрократию. Так что никогда не знаешь, следят ли за тобой на самом деле.

К тому же путь мне дважды скрашивали звонки. Первый был от Михаила:

– Давно не слышно тебя, Полярис, – приветствовал меня он. – Есть новости относительно нашего дела?

– В процессе. Как раз лечу рядом с туманом, любуюсь краем Города.

– Но подвижек никаких?

– Увы. Работаем… А у других групп есть результаты?

– Проверили часть Города. Никого не нашли. Хотя, конечно, может быть есть тайный лаз где-то под землёй. На каждом круге почему-то создаётся целый лабиринт… – разоткровенничался Миша. – В общем, может нужно пройтись по канализации.

– Действительно… Неспящие уже несколько раз действовали оттуда. Взять хоть ту базу, где они гнали гидру. Может, стоит поискать проводников среди местных диггеров, если они есть на этом круге?

– Наверное, ты прав. Нет, по подземельям здесь люди не ходят, когда можно делать то же самое безопасно в Эфире, но есть дроны со схемами старых стоков. Лет двадцать назад канализация стала не нужна, когда здесь построили очистные станции.

– Отличная новость! Мы можем ещё как-то помочь?

– Пока изучайте окрестности, раз занялись. Заодно задокументируй все выходы на тайные локации, раз уж вы там. Это может пригодиться нам в будущем.

Закончил звонок. Выдохнул. Услышал о том, что горит сентябрь, и ответил снова.

На сей раз это была Рита.

– Йо, шеф! Мы, кажется, нашли кое-что с Лёхой! Прилетишь глянуть?

– Обязательно, но чуть попозже. Или там толпы монстров?

– Нет, простой дачный кооператив…

У меня что-то похолодело внутри.

– Скинь координаты.

Я отдал управление автопилоту и открыл карту. Нет, это было совсем другое место, даже не рядом. Но, тем не менее, приятного мало.

– Это первый за два дня, что вы трудитесь?

– У Саши с Феликсом вообще ни одного! – возразила Рита, а я про себя усмехнулся.

Конечно у них ни одного, ведь оба ничего и не ищут.

– Один они уже обнаружили, так что счёт равный. Сейчас отмечу на карте, где они ищут.

Указал зоны, куда заходить им не стоит и добавил немного, чтобы вычислить по указанной области что-то конкретное было нельзя.

– А где та, что нашёл Феликс?

– Пока не знаю. Не летал к ним.

– Босс, а давай пообщаемся, если ты не спешишь? – послышалось с той стороны.

Мелькнуло окошко голографического экрана и рядом спроецировался экран с улыбающейся до ушей Ритой.

– Вот, хотела показать! – она отошла, и за её спиной я увидел несколько утопающих в тумане современных домиков.

– Людей нет?

– Нет. Зато на огороде много чего интересного. Люди здесь точно бывают!

На моей даче было так же, но людей не было, так что это не показатель.

– Может вы пока обследуете там всё? Стиратель может прятаться в одном из домов.

– Может-может, – радостно отозвалась Рита. – Тогда займёмся, когда вернётся Лёха.

– А он где?

– Общается с Вечной Леей.

Я тяжело вздохнул. Не успел отойти от разговора с Мишей и радостной новости Риты, как тут ещё это.

– О, Лёша говорит, она посоветовала искать ближе к той области, что под Сашей.

– Может быть, ты говоришь о том же, что нашли Саша и Феликс.

– А-а, точно! Ладно, босс, пойду расстраивать его. Когда наговорятся. А вы, я смотрю, не торопитесь, да? Куда летите?

– С чего ты вдруг перешла на вы?

– Показалось, звучать будет круче!

– Расскажи лучше, как прошёл твой прошлый круг.

Рита слегка залилась румянцем от внимания к ней.

– Да как обычно. Это ж было нулевое, я всего-то на недельку ныряла.

– Но что-то же интересное было?

– Ну, самое интересное – спасение Полуликой. Я теперь немножко герой! Как самурай Фламенко. Смотрел это аниме?

– Нет

– Зря. Может посмотрим как-нибудь всем отделом?

Я хмыкнул.

– Вряд ли. Сама видишь сколько дел. А что ещё интересного происходило?

– Это допрос? – улыбнулась Рита.

– Тест на одержимость мематическим вирусом. Нужно сверить воспоминания.

– А-а… ну… В общем-то, как обычно, я была у родителей, кушала жареную рыбу… Хотя тебе, наверное, не это интересно. Нас собрал Миша, сказал, что нужно искать причины, из-за которых придут стиратели. Я думала, это какая-то аномалия. Как в тот раз, когда они пришли из-за песчанки… брр… самое неприятное воспоминание во всей моей жизни!

Ничего личного она не упоминала.

– А расскажи, какими навыками ты сейчас владеешь? Из магии я имею ввиду.

– Ну… базовую магию света немного изучила с Маруславой. Пока далеко не продвинулась. Она говорила, вроде бы, что я смогу освоить ещё и огонь. А что? На этом же круге нет магии?

Вот оно! Маруслава её «обучала» только в той реальности, в которой Рита была членом моей команды и помогала в зачистках изнанки вместо Тани. В реальности этого никогда не было. Но некоторые навыки действительно были получены, и этого Город не может изменить. Как и ключевые сцены с поднятием уровня инкарнации.

– Скажи, а как у тебя поднялся уровень инкарнации?

– Так ты мне её и поднял, шеф, – она вновь перешла на ты и уже была серьёзной, подозревая что-то неладное.

– Зачем?

– Ну… ты сказал, что стыдно мне ходить с самым маленьким в группе, и что тебе этот подарок ничего не стоит… Мне было приятно.

Как я и думал, здесь тоже проходит искажение.

– Да, всё правильно, – я ободряюще улыбнулся. – Скажи, ты счастлива, Рита?

Рыжеволосое солнце задумалось. Яркие лучи осветили её волосы. Девушка чуть прикрыла глаза и едва заметно вздохнула, не теряя лёгкой улыбки.

– Ты знаешь, шеф… я много об этом думаю. Если бы я не знала правды о мире, в котором живу, возможно, я была бы куда счастливее. И для меня была очень важна подаренная инкарнация, спасибо. Я понимаю, что меня мучает комплекс вторичности. Ведь получается, что вся моя жизнь, детство, родители, судьба – всё было подстроено, чтобы быть чьим-то эхо.

– Почему для тебя это так важно? Мир таков, каков он есть. Найди себе хорошее место в нём. Поверь, то, что ты не жила в нулевом делает тебя не дефектной, а… более чистой, что-ли. Ты никогда не видела настоящего ужаса.

– Для вас Город – Рай после него, я помню. А для меня – Ад после моей реальности. Этим мы отличаемся.

Она повторила мои мысли много кругов назад, почти слово в слово.

– В общем, у меня нет пока однозначного ответа, шеф. Я понимаю, что я должна радоваться своей избранности, но прежняя Маргарита в голове кричит о том, что… я не хочу умирать, Полярис. Поэтому я смотрю на Сашу и всё чаще себя ловлю на том, что… наверное, я хочу быть такой же, как она. Независимой от чужого мнения и Свободной. В первую очередь от самой себя…

Она виновато посмотрела на меня и заставила себя улыбнуться.

– Извини. Многое наговорила тут. Но спасибо, что спросил. Конечно, это всё мелочи на фоне нашей войны с беспредельщиками.

– Если захочешь поговорить ещё – обращайся. В этом мире со связью всё хорошо.

– Спасибо, шеф. Эх, если бы не Марта, я бы к тебе подкатила! Хех. Шутка. Ладно, мне пора, Лёха уже договорил с Леей.

Она быстро завершила звонок.

Внизу уже виднелся наш с Мартой дом с небольшой стоянкой на крыше. Я приземлился на ней и вошёл внутрь. Темнело, но свет не включался. Комната была выдержана в строгом минимализме с обилием зелени и японской эстетики – сразу виднелся стиль Марты – она всё вокруг себя по возможности обставила так.

Сама Марта стояла на втором этаже дома, под изогнутой частью крыши и смотрела в окно, где как раз собирался дождь.

– Полярис, – приветствовала она меня, не оборачиваясь.

– Да, я дома. Ну что, по чаю, и ты мне объяснишь, что от меня требуется для того, чтобы сюда заехали капсулы полного погружения.

Она вздохнула.

– Да уже едут, я всё оформила. Но… жить нам, наверное, придётся вместе, если тебе интересен Эфир.

– Делают только по месту прописки, как я понял.

– Да, но дело не только в этом. Ты уже знаком с местным социальным рейтингом?

– В общих чертах.

– Система считает, что мы в ссоре. А это не очень хорошо влияет на портрет нашего психического здоровья.

– В смысле? Какое ей вообще до нас дело?

– Ну, от этого напрямую зависят часы в Эфире. Любое твоё действие будет оценено и проанализировано. Правда, я понятия не имею, почему у нас якобы ссора…

– Нам что, целоваться на камеру?

– Думаю, дружелюбия будет достаточно. И пару часов в день проводить где-то вместе. Там, где побольше камер. В интимную жизнь, слава богам, здесь никто не лезет.

– Для справки, если я поссорюсь с другом или родителями…

– Даже если со случайным прохожим. Так что хамство здесь искоренено подчистую.

– Сколько у нас сейчас времени?

– Восемь часов.

– Звучит как будто бы этого много.

– Я уже пробовала заходить из капсулы брата. Поверь, это ужасно мало! Даже с учётом того, что там два часа за три идут. Фактически твои восемь часов тут – это двенадцать там.

– И что там, раз ты уже была?

Марта улыбнулась. Редкое явление.

– Сотни миров с любыми правилами и на любой вкус! Реализм даже выше чем в реальном мире. Похоже на сверхреалистичный осознанный сон. Если тесты по психике пройти, можно поднимать ощущения выше нормы. Как способность нашей Саши. Я там пробыла всего пару минут и просто кайфовала от запаха леса в домашней локации. Из неё выходить с чужого аккаунта нежелательно, но внутри песочница, бегай сколько хочешь. Всё равно ничего кроме декораций…

Судя по тому, сколько и с какими эмоциями говорила Марта – обычно мрачная и спокойная готесса, там действительно было на что посмотреть.

В этот момент раздался дверной звонок. Мы поспешили вниз, открывать дверь мастерам по установке. Едва ли не единственными встреченными мной рабочими-людьми.

Они приветливо поздоровались, спросили разрешение войти, аккуратно по очереди вытерли ноги о ковёр и старший сразу же похвалил дизайн помещения.

Правда, теперь за их улыбками и дружелюбием я видел желание получить лишний час в Эфире.

– Может, желаете выпить чаю? Или кофе? Какао? – спросила она.

– Не стоит, мы на работе, – улыбнулся главный из них.

– Ничего, это ведь просто чай. Ну может, с печеньем.

– Ладно. Только сначала давайте замерим комнату и поставим дроидов, дальше работа уже больше за ними, – сказал он.

– Как к вам обращаться? Меня зовут Марта, к слову. А это…

– У нас было досье на клиентов, – тепло улыбнулся наладчик. – Давайте приступим, пожалуй. В какую комнату прокладывать кабеля?

Самым крупным у нас был коридор, с мягкими бежевыми ковриками поверх тёмного паркета. Как и везде – обилие цветов под фиолетовыми фито-лампами. Не то, чтобы коридор был лучшим местом для таких вещей, но капсулы оказались неожиданно здоровыми, и больше нигде бы тупо не поместились.

О размерах я как-то и не подумал. Казалось, новый дом у нас с Мартой – хоромы в сравнении с квартиркой на уровень инкарнации ниже.

Кабель – тоже не совсем верное слово. Их здесь был целый десяток или больше, сворачивающихся в единое сплетение на манер каната.

– Зачем столько? – не удержался я от вопроса.

– Каждая за отдельную сенсорику, – охотно ответил второй рабочий, подключая их по одному к капсуле.

Сама капсула – зависла под углом в сорок пять градусов. Где-то два с половиной в высоту и метр в ширину. Внутри некая белая субстанция, которая называлась сенсорным гелем.

– А почему тогда так много? Чувств же пять? Или шесть?

– Гораздо больше. Вот этот, например, – мужик показал голубой проводок, который подключал сейчас, – отвечает за вестибулярный аппарат. Без него ты даже ровно ходить не сможешь.

– Сможет, – поправил его главный. – Но проблемы с координацией обеспечены, это верно.

После того как машины внесли необходимое оборудование и получили инструкции, пошли пить чай. По пути я расспрашивал их о работе, в частности выяснил, что тянуть кабель за город никто не стал бы – слишком затратно по ресурсам. Может позже, разработчик всё обещает выпустить с удалённым доступом но пока финал разработки даже не близко.

Ещё выяснил, что они фактически на правах волонтёров помогают устанавливать капсулы, совершенно бескорыстно по велению сердца и во славу Добра. То есть конечно же, ради бонусных часов в Эфире.

Интересная получается картина – доступ туда становится своего рода валютой в мире, где можно не работать. Всё обеспечивают роботы, люди только отдают приказы и редко работают. Большинство просто правильно живёт, не принося особенной пользы обществу в целом. Ну, кроме двухразового голосования.

Наконец, машины закончили свою работу, и вместе с работягами покинули дом, оставив нас с Мартой наедине.

Наедине с капсулами.

14. Августа эфирная

– Конничива~а! Августа-дес! – произнесло на той стороне беловолосое чудо в лёгкой рубашке и юбке, а одета. На голове у неё оказались кошачьи ушки.

Мы находились на зелёном поле с мягким тёплым ветром. Рядом текла крохотная речушка. По краям локации возвышались камни или обрыв. Действительно, место гиперреалистичное. Я чувствовал запах горного воздуха и лёгкий лесной аромат. Нас окружала свежесть и чистота.

– И тебе не хворать, – ответил я беловолосому чуду. – Ты кто?

– Авгу-уста! Боги, это впервые, когда я вижусь с кем-то вот так. Наверное, это особый интимный момент, который поймёт не каждый. А ведь он – касание к частичке чужой души и скрытых в ней демонов.

– Марта?

– Марта спит! – обижено произнесла беловолосая милашка и показала язык.

Действительно, очень похожа на Марту. Будто сестра. Но растрёпанные серые волосы, как у стирателей, напрягали.

– Августа, пожалуйста, скажи, что ты не стиратель!

– Что? Не-ет, какие глупости! – лицо у Августы оказалось под стать её манере общаться японскими смайликами.

На нём читался весь спектр эмоций девушки, будто у актрисы в корейской дораме.

– Вот, – продолжила она. – Смотри и учись, невежда! Именем Августы Всеведущей, владычицы системной, я повелеваю тебя призвать меню настройки аватара!

– Только не говори, что я должен всё это повторить.

– Не повторяй. Будь начальником, который зависит от своих подчинённых, – она снова показала язык и картинно шагнула в портал.

– Именем Поляриса… ээ… не верю, что в самом деле говорю это. – Системного владыки повелеваю открыть…

Из портала раздался весёлый заливистый смех.

Так и знал…

– Открой настройку аватара, – произнёс я, и это сработало ничуть не хуже заклинаний Августы.

Прямо передо мной появилась моя копия. В управлении я разобрался очень быстро – прибор как-то читал мои мысли и менял одежду, причёску и даже вид на любой другой. Хочешь – будь орком, гуманоидным котом, зубастым полупрозрачным духом – всем, что может представить фантазия.

То же самое касалось одежды или предметов. При попытке создать себе меч столкнулся с предупреждением, что в общей зоне оружие носит декоративный характер и не может причинять вред другим людям.

Подтвердил согласие и ради прикола перекрасил свои шмотки в белый цвет.

Искоса смотрел на свою спутницу.

Августа Всеведущая была, можно сказать, сестрой-близняшкой Марты, такой себе задорной белой ведьмой. С вечно богатым набором мимики, активной жестикуляцией и светло-серым платьем с длинной юбкой.

Новый образ ей почему-то удивительно шёл, не меньше, чем образ мрачной готессы.

– Всевижу прекрасный день! – произнесла она с жизнерадостностью, достойной Риты – признанного мастера оптимизма.

И посмотрела на меня через два пальца, расставленных на манер знака победы.

– Здесь и теперь повелеваю, врата миров, отворитесь перед хозяйкою своей и проведите меня в общий мир! – произнесла она, протянула руку перед собой и пространство перед ней разъехалось, отображая портал.

– Система, открой портал туда же, – попросил я и шагнул следом за ней.

– Сегодня я, Августа Всеведущая, буду твоим гидом и…

– Э, нубяра, чё под ногами стоишь⁈ – произнёс амбал ростом свыше двух метров и телом первого хулигана в селе.

– Я…

– Чё, язык в жопе? Чё пялишься? Нарываешься? Нарываешься, да⁈

Он шагнул на меня пытаясь вынудить пятиться назад, как подсказывало тело. Но я помнил о предупреждении насчёт оружия, и подозревал, что другие виды вредительства тоже должны быть под запретом.

Это заставило амбала немного растеряться и впасть в ступор.

– Ты чё, самый смелый, э?

– Простите её, она так шутит над новичками, – появилась перед здоровяком невысокая блондинка и добавила, – На самом деле ей четырнадцать и она метр сорок.

– И многие покупаются? – спросил я.

– Почти все, – обиженно сказал «амбал». – А ты как узнал? Вы же только подключились?

– Пытался создать оружие, – ответил я и показал на копию Герания.

– Правило номер четыре – никакого вреда в общей зоне, – сказала Августа. – Для этого существуют специальные миры с поддержкой агрессивного поведения.

– Она просто мается дурью, – заявила подруга амбала, поймала его за плечо и потащила от нас прочь.

– Привыкай к просторам эфирного интернета, Полярис! – гордо сказала Августа. – Здесь царит хаос и беззаконие!

– Пока что ничего страшного я не вижу.

– И не увидишь. Это только преддверие. Дальше будет выбор желаемого мира. Можно подбирать по фильтрам или рекомендациям.

– Говоришь так, будто ты здесь уже прям завсегдатай.

– Ты себе не представляешь, как много мы теряем сейчас, бегая по реалу. Этот круг живёт тут! Здесь всё настоящее, в отличии от настоящего мира. Вот такой каламбур получается.

– Неплохо устроились те, кто здесь всем заправляет, – мрачно заметил я. – Всё можно контролировать через игры…

– Да нет же, – надула щёки Августа. – Законы принимает голосование. Местные сами решили так жить. В интернете хранятся логи всех принятых решений с момента принятия текущей формы правления. Здесь каждого с детства учат принимать решения на голосовании и соответствовать высокому моральному уровню. И местному человечеству больше лет, чем нашему. В общем, привыкай, здесь просто думают по другому.

Мы прошлись по коридору к центральному залу. Людей было очень много, прямо десятки существ, в основном человеческого вида, прыгали, куда-то спешили, отдыхали, смотрели по сторонам.

– Я смотрела стримы, – продолжила экскурсию Августа. – Вон там есть ларёк. Трактирщик там для вида – заказывай любую еду, и она сама окажется на столе перед тобой. А общие миры выбирают вон там, у потока.

Потоком называлась крупный колодец, уходящий вниз. Там я увидел такие же залы, как тот, из которого появились мы с Августой.

Сама она протянула руку с нависающего балкона над «потоком», и перед её глазами появился список доступных миров. Охренительно большой, нужно сказать.

Я повторил её действия и вскоре увидел то же самое.

– Можешь вызвать справку о каждом из них, прочитать правила сервера. Потом он сохранится у тебя в профиле и сможешь нырять туда прямо из стартовой комнаты.

Начал перебирать и читать о случайных из них. Можно было увидеть карту планеты с игровыми событиями, описание его истории и рекомендации по геймплею.

Последние оказались самым полезным в списке, потому как сразу давали понять, для кого предназначен мир. Отдельно – ссылка на правила мира.

– Уже есть особое место, в которое ты хотела бы попасть?

– Да много куда, – улыбнулась Августа. – Хочу пробежаться по топовым мирам с магией и приятным антуражем. Хотя, сначала, наверное, поучаствую в битве магов. Это такой сервер с ПвП поединками. Игрок против игрока. С моим опытом я легко заработаю много донатной валюты, а с ней гулять будет веселей. Хочешь со мной?

– Не сейчас. У меня ещё дела в реале. Не могу спокойно играть, когда знаю, что ей может грозить опасность.

– Понимаю, – кивнула Августа. – Если я могу чем-то помочь – говори. Я лучшая в сборе информации в сети, так что ты только дай знать.

– Спасибо, – поблагодарил я девушку и отправился на выход. Верней, призвал выход в меню и просто исчез.

Мир Эфира меня действительно заинтересовал.

* * *

Покинув капсулу, я оказался в том же уютном доме, обставленном Мартой. Она оставалась в своей капсуле. Я ненадолго задержал взгляд на её лице, правда, глаза и большая часть головы были сейчас закрыты специальной маской.

Как можно быть настолько разной в сети и в реале? Марта и Августа действительно, будто два разных человека. Общаясь с ней в реальности, начинаешь забывать об этой её особенности, но тут напомнила так напомнила.

Список доступных миров я вывесил перед собой сразу, как только поднялся наверх и сел на аэробайк. Автопилот меня устраивал, так что я задал курс и начал пролистывать сервера Эфира.

Несколько фентезийных вселенных, часть из которых вспоминалась из рассказов Тани и Феликса. Но здесь их было больше. Вальдира, Барлиона, Сфера миров, Лемурия, Пангея. Отдельно хардкорные миры, где с игроком мог случиться мрачный реализм вроде изнасилования, ментального рабства или жестокого обращения.

Разумеется, в любой момент всё это можно было остановить и покинуть игру. Об этом говорилось первым пунктом в любом из таких миров. Интересно, кстати, как быть в случае ментального рабства, когда, по идее, жертву должно полностью устраивать всё происходящее из-за внушения.

Космофана было всего четыре версии. С учётом того, что Эфир охватывал не только нашу планету, это не очень много. Зато популярны были бытовые миры. Без сражений и всего такого, но с возможностью завести семью с неигровыми персонажами, или отыгрывать роль какого-нибудь графа.

Это что касается популярного. Андеграунд здесь тоже был. Миры для извращенцев или просто больших оригиналов. В том числе что-то шизофреничное, со странными правилами и непонятным смыслом. Вплоть до возможности пожить жизнью кота или странного светящегося создания.

Не сказал бы, чтобы меня зацепило что-то конкретное, многое было интересно. Как верно сказала Августа, погулять бы по всем понемногу, глянуть, что к чему, и так далее. Но всё это, когда появится свободное время…

Аэробайк замер в знакомом до боли месте под мостом.

Я спрыгнул на асфальт и подошёл к люку. Он был огорожен условными лентами, через которые я переступил. Затем открыл люк. Внутри было не темно. Неужели кто-то есть?

Сунул вниз голову, осмотрелся, увидел фонарик у выхода и со вздохом облегчения полез внутрь.

Алтарь Мару действительно был здесь. Местные художники в точности повторили рисунок Красноглазки, создав реальный алтарь.

Я встал перед ним, склонил голову, сложил руки и обратился к богу ленности у домашнего очага.

– Великий Мару! Твой друг Полярис желает вернуть тебе твою власть в моём доме! В прошлый раз я дал тебе чужую энергию, так научи меня давать тебе ту, что ты хочешь!

Тишина. Почти. Меня окружил звук капающей воды и, почему-то, запах сушёных водорослей.

– Великий Мару!.. – продолжил я и засомневался, слышит ли меня вообще на таком эхо слабый астральный бог? – Ответь мне, Мару! Как я могу закрепить силу твою во всех твоих алтарях?

– … ох, как же мне лень опять кого-то оттуда выковыривать! – послышался голос сверху.

Я обернулся и увидел, как пространство пронзают лучи яркого света фонариков патруля.

Эй, Город, мы так не договаривались! Ты вроде как должен мне подыгрывать, с нашей разницей в инкарнации с первоуровневыми.

Но я уже увидел, как вниз полез крупный мужик в серой одежде. Местная версия полиции, видимо. Или те самые хвалёные санитары.

Я начал отходить в сторону, но те безошибочно высветили меня лучом фонаря. Это раньше здесь были натуральные горы мусора, а сейчас – ровная поверхность, на которой особо прятаться негде.

– Стойте, гражданин! Поднимите руки! – произнёс входящий.

Первая мысль была о сопротивлении, но я оставил её на крайний случай. С учётом нравов этого мира сильный физический вред людям – гарантия оказаться в сумасшедшем доме, в секции для самых буйных.

– Я здесь, стою, – улыбнулся я.

– Назовись. И поясни, что ты здесь делаешь.

– Полярский моя фамилия. Меня поразило последнее голосование насчёт искусства. Я хотел увидеть это своими глазами, чтобы уметь принимать правильные решения.

Серые мундиры переглянулись.

Из-за фонарей в их руках я не мог разглядеть лица, но один вроде был моложе, а другой был лысоват и носил усы.

С трудом разглядел в свете ярких лучей, что старший активировал светящуюся голографическую панель. Наверное, смотрит досье на меня.

– Ладно, – произнёс он. – Насмотрелся?

Я кивнул.

– Красиво, – ответил я. – Оно ведь, наверное, никому не мешает.

– Может, и не мешает, – старший опустил фонарь, и младший последовал за ним. Но глаза ещё не привыкли к смене освещения, и яркие пятна света всё ещё стояли там, где только что были их прожекторы.

– Главное, чтобы те, кто это делали, не оказались больны духом. Мы ведь не знаем, вдруг они так выражают пассивную агрессию или скрытую боль? – спросил младший, и я понял, что всё ещё поражаюсь логике этого эхо.

– Тогда им нужно помочь, – кивнул я, – Тоже об этом думал. Но ведь это добрый кот. В нём нет грусти или негатива. Вроде бы мем Мару можно показывать даже детям.

– Совершенно верно, я проголосовал так же, – добродушно улыбнулся усатый. – Ладно, извини, что задержали, парень. Но вдруг бы это был вандал или продолжатель этого алтаря? Вдруг кому-то нужна помощь?

И главное, лица у обоих в этот момент максимально благостные и дружелюбные.

– Спасибо, – поблагодарил я серые мундиры и спокойно пошёл к лестнице.

Сделал пару шагов вперёд, и…

– Эй! Погоди-ка, парень?

Я обернулся, инстинктивно потянувшись рукой к Геранию.

– Ты пакет забыл. Здесь нет логистики у мусорщиков, так что забери, пожалуйста.

– Я ничего не… – начал было я и замер. У алтаря была пачка с кошачьим кормом незнакомой марки. Затем понял, откуда она могла там взяться, и вернулся. – Да, спасибо, совсем забыл!

– Ничего, не переживай, – легко хлопнул меня по плечу младший, будто младшего брата. – Ты правильно делаешь, что задумываешься о голосовании.

Я вылез наверх. Мой аэробайк никто не опечатывал и не блокировал. Хотя, нужно признать, я в целом сам нарывался, когда парковал его прямо над люком. Меня здесь видно, как на ладони. Поверил в то, что мои реальные враги не посмеют меня здесь тронуть, а если тронут, то им же хуже.

А что мне хотел сказать материализацией мешочка с кормом Мару? Фиг его знает. Но явно он там появился не просто так.

Взлетел над асфальтом. Снизу как раз показались патрульщики и на то, что я улетаю, не обратили никакого внимания, общаясь друг с другом о чём-то своём. До чего странный, но всё же уютный мир. В реальном две тысячи пятом я бы так легко не отделался.

Приближалась моя смена по дежурству у Красноглазки.

Покинув район, я направился в туман, снизился, чтобы пропасть в нём из видимости, и затем уже вырулил на нужную мне дорогу.

Вскоре я уже был рядом с дачным посёлком. Снизился к самой земле и въехал в картинную галерею. Мимо пронеслись многочисленные пейзажи, изредка прерываемые натюрмортами и предсказаниями.

Красноглазка, с высунутым языком и что-то про себя напевая, рисовала большой торт с белым кремом и фруктами.

– О, Полярский! Давно пора! Ты опоздал, я уже второй раз на смене. Есть новости?

– Да. Храм Мару прижился, – ответил я. – Как думаешь, сколько таких надо, чтобы привязать к ним ещё один?