Текст книги ""Фантастика 2026-110". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Владислав Бобков

Соавторы: Константин Костин,Виктория Серебрянская,Артемис Мантикор,Аксюта Янсен
сообщить о нарушении

Текущая страница: 118 (всего у книги 344 страниц)

Семья ещё спала. Был самый рассвет, но спать не хотелось. С улицы в открытое окно шёл запах утренней свежести, а у меня было полно сил. Наверное, самое время приняться за те дела, которыми давно уже стоило бы заняться. Для начала разобрать ящик и проверить свойства живой воды в реале. Затем…

Мысли прервало недовольное бурчание желудка.

Да, и поесть тоже надо. Совсем об этом забыл. Да и во рту стоит какой-то паршивый привкус. С этим откатом я совсем забыл заботиться о своём теле. Искупаться бы.

Набрал первых попавшихся шмоток и отправился в ванну, где с зеркала на меня смотрела жутковатая версия милашки Поляриса с фиалковыми глазами, в одном из которых было два зрачка.

– Да вашу ж мать… – не сдержал я эмоции.

Когда эта хрень окончательно пройдёт? Хотя, когда я вернулся домой после боя, мать точно видела это непотребство. Но как будто проигнорировала.

Я припомнил. Да, действительно. Мать точно не могла не заметить. Может, люди просто игнорируют такие вещи? Или… это как-то вписывается в сценарий? Хотя температура тогда бабушку тоже бы не удивила. Обычное дело для внука-элементаля.

Так… к чёрту все планы. Мне нужен Полоскун. У него я смогу спросить всё напрямик.

От избытка эмоций я чуть было не пошёл его искать прямо сейчас, но затем разум возобладал. В такую рань я его едва ли найду в любимом компьютерном клубе. Он туда ходит, по его словам, почти каждый день, но по вечерам.

Блин, как я жил раньше без мобильного телефона?..

В любом случае, сперва нужно таки привести себя в порядок, а затем, наверное, уделить внимание ящику и книгам, пока буду ждать вечера.

Занятие конечно интересное, но про аномалию в глазах было сложно не думать. То и дело смотрелся в зеркало в своей комнате, в надежде на изменения. И они были, но не сильно пришлись по душе – где-то через часа полтора во втором глазу два зрачка сменились тремя. Ещё через час – прошло.

На зрение это никак не влияло, но было как-то… стрёмно, мягко говоря. Слишком свежи были в памяти неестественные жёлтые глаза Саши с уменьшенной радужкой. Из-за этого её взгляд был жутковатым. Но у меня тут картина куда веселей.

Что до трофеев – бутылка с водой переносилась в реальный мир, теряя свечение. На вкус – вода как вода. Даёт ли прилив сил? Не знаю, может быть. Я и так был очень бодрым. Но, наверное, можно будет пить прямо из ящика.

Обрезки красной ткани, в которой был гигант – как были так и оставались тряпьём. Краска чуть поблекла, да и только. Белая узорная лента которую он носил на шее – просто обрывок ткани. Продешевил я явно, как есть хлам. Но вырезать стражу части тела… не стану же я в самом деле его жрать?

Перспективной была только вода. Главное проверить на ком-то. Нужен кто-то больной, на ком эффект будет очевидным.

Полтораху с живой водой закинул в сумку на будущее.

Дальше по списку было чтение книг про осознанные сны, но глаза всё не давали покоя. И почему я пожлобился со временем для Маруславы? Подумал, что ей особо нечему меня учить на шестом эхо…

Что ж, видимо, у меня нет другого выхода. Чтобы скоротать время до похода в район Полоскуна, придётся играть. Ничего не поделаешь.

Но моим планам как это очень часто бывает, опять не суждено было сбыться.

Едва уговорив свою совесть, я уже почти коснулся большой серой кнопки, чтобы включить древний комп, как меня остановил стук камня в окно.

В прошлый раз этот звук для меня закончился встречей с не самой приятной особой и попыткой меня убить. Потому сейчас я тоже напрягся. Подошёл к окну и осторожно выглянул наружу.

Выругался крепким матом выживальщика из постапокалипсиса.

Под забором моего дома, рядом с моими окнами стояла улыбающаяся до ушей Анна Луричева.

17. Принудительная романтика

Китайский кухонный нож с обломанным концом, некогда купленный за бесценок, прочертил траекторию идеальной параболы от моей разжатой руки до груди Луричевой.

Но цели сомнительное оружие не нашло. Ничего удивительного для пользователя фокусировки – она легко уклонилась в сторону, даже не поменявшись в лице.

Следом полетело ещё два. Аня пропустила первый, спокойно отодвинувшись с траектории полёта, ударом ребра ладони отклонила второй и вовремя заметила подвох в виде летящей вилки. От неё она ушла прыжком.

Это было то, чего я и добивался.

Не то чтобы я действительно намеревался её убить, но я же обещал, верно? Тем более, что с самого начала знал, что нож в неё попадёт, только если она сама это захочет. По другому с пользователями фокусировки не бывает. Но мои собственные тренировки с этим навыком не прошли даром, и я знал его слабости.

Ещё один нож и вторую вилку с отбитым зубцом я кидал уже смелее, чтобы на глаз проверить уровень навыка у неё. С акцессией Красноглазки в астрале я двигался со скоростью самой Лоралин. Едва ли Аня могла её обойти. Так что было с чем сравнивать. Ради этой проверки я и взял по пути из кухни столовые приборы.

Последний нож она перехватила уже в полёте и, не приземляясь, метнула в летящую мимо вилку. Идеально попасть не получилось, но предметы встретились, высекая искру и траектория отклонилась.

Я подфутболил камень у входа в то место, где она должна была приземлиться по законам гравитации, и изменить траекторию у неё уже не вышло. Только сгруппировалась и подняла ногу, чтобы камень пришёлся по крепкому ботинку, не нанося увечий.

Прыжки – наше самое уязвимое место. Менять траекторию в полёте мы не можем, только управлять собственным телом, которое в воздухе вынуждено действовать согласно законам физики.

– Фи, какой некультурный злой мальчик! – воскликнула она.

Я потянулся за камнем на земле.

– Ну хватит! Я просто поговорить пришла!

– Я обещал тебя убить, когда встречу в следующий раз.

– Тогда я в следующей жизни продам твоё логово тому, кто больше заплатит!

– Понял, нужно тебя обнулить, – кивнул я, теперь уже всерьёз задумавшись о том, чтобы прикончить Анну раз и навсегда.

– Шутка! Стоп! Хватит! Я пошутила!!

– А я – нет.

– Никто никогда не узнает, успокойся, клянусь!

– Мне твои клятвы до одного места.

– Клянусь Мару, что никому не расскажу о твоём доме, Полярис!

– Не оскверняй имя великого владыки своей брехнёй, – сурово ответил я, но всё равно не сдержал усмешку. Почему-то играть роль поборника слабенького бога лени мне казалось забавным.

– Слушай, я не виновата, что вижу, кто где спавнится. Характеристика такая. Коэффициент логистической точности. Доволен?

– Да мне плевать, как это называется. Как я могу лишить тебя этого навыка?

– Не надо меня ничего лишать! – девушка картинно протянула руки вперёд в останавливающем жесте.

– Надо, Аня, надо… ты для меня потенциальная угроза. Как минимум, нервные клетки не восстанавливаются.

– Восстанавливаются! А у тебя так вообще каждый круг. Ну что мир?

– Временное тактическое перемирие, – ответил я. – Я взял с собой недостаточно оружия. Четвёртый камень мог быть огненным копьём.

– Того могущества, что дала тебе Рута, больше чем на огненную стрелу не хватит. Тем более на шестом эхо. Давай поговорим.

– Слушаю.

– У-у. Холодный какой. И это после всего, что между нами было?

– Не беси меня ещё больше.

Я изучающе смотрел на Луричеву. Как и я, она была значительно моложе. Где-то моего возраста, то есть лет шестнадцать.

– Мы нужны друг другу. Ты хочешь силы и собираешься обойти всех моих подопечных. Я – хочу, чтобы ты их вознёс. Мы естественные союзники. У нас одна цель.

– Поэтому ты то пытаешься на меня повесить контракт, то убить? Это в твоём понимании союз?

– Без меня ты не найдёшь дорогу.

– Я упорный. Будет надо – просто буду вламываться в каждый странный дом на Несбывшейся.

– Хорошо, что ты хочешь?

– От тебя? Ничего. Чтобы свалила и стёрла себе память.

– Ты слишком недоверчивый и подозрительный.

– Спасибо. Эти качества спасали мне жизнь в постапокалипсисе. Я никогда тебе не буду доверять, что бы ты ни делала. Но упростить себе дорогу за счёт тебя я, конечно, могу.

– Хорошо. Пусть будет так. Будем начинать с малого.

– Что тебе нужно, и с чего ты решила, что я буду здесь в это время?

– Просто смирись что я знаю всё и обо всех. Но я ещё никого не убивала окончательно. Пусть Мортис заберёт мою душу, если я лгу, – она подняла правую ладонь в клятве.

– Почему я даже здесь вижу уловку?

– Потому что ты параноик, Полярис.

– Я живой параноик. Что тебе нужно? Говори и проваливай.

– Вступай в третью силу.

– Иди нахрен.

– Поверь, это в твоих же интересах. Я тебе покажу нашу тайную базу. Тебе понравится!

– Нахрен иди.

– У тебя очень красивые глаза.

– Чего? – я скривился.

– Как у астрального хищника, ты знал? А у нас знают. Не ты первый проходишь путь единения со стихией. Так случается, когда могущество выходит за рамки нормы… интересно?

– Не очень – соврал я. – Но спасибо за подсказку куда копать.

– Скоро будет очень высокое эхо. Оракулы предсказывают его в ближайшие пару циклов. Вероятность теневых штормов возрастёт троекратно.

– Я ничего не понял. Какие ещё оракулы?

– Ты сам просил коротко. Хочешь понятно – угости девушку пиццей.

Я тяжело вздохнул. Похоже, сегодня я её не убью, а жаль.

Спустя минут десять мы уже стояли под киоском с пиццей на вынос, а ещё двадцать, сидели за Городом, глядя на светящееся янтарное море пшеницы.

– Всегда пыталась понять, почему именно пшеница, – задумалась вслух Анна.

– И как, придумала?

– Нет. Одна из тайн Города.

– Ясно. Теперь давай по порядку про оракулов, их предсказания, высокое эхо, шторма и мои глаза.

– Последнего я не обещала.

– Последнее – плата за то, что я тебя выслушал. И даже пиццей накормил. Заметь, без цианида и даже слабительного.

– С оракулами всё просто. Есть люди со способностью видеть будущее эхо. Так что можешь считать их предсказания – фактами. Это случится через два цикла на третьем.

– Какой уровень, и почему это так опасно?

– От двухсот до четырёхсот. Там указывается разбег, а не точное значение. Точной закономерности мы пока не знаем. Но циклы с настолько большим эхо происходят не часто.

– Будем отбиваться от богов хаоса?

– Надеюсь, что нет. Расшифровки индекса эхо у меня нет. Так что мы не знаем, какие параметры будут изменены и какие станут доминировать. Могу лишь сказать, что это будет сильно не похоже на известную тебе реальность. Хорошо, если будет фэнтези или киберпанк. Плохо – если хтонь, способная разрушать души.

– Примерно понял. И ты хочешь, чтобы я кризис провёл на Несбывшейся. Почему?

– Разве не очевидно? Мои подопечные будут сражаться наравне со всеми, а цель каждый цикл у нас одна, не допустить того, чтобы улица окончательно откололась от Города.

– Значит, ты вербуешь людей в свою тусовку, чтобы отправить на войну с тварями, я правильно тебя понял?

– Ты всё равно будешь с ними сражаться, так какая разница где?

– Разница есть, – сказал я и откусил первый кусок пиццы, больше напоминавшей бутерброд с пышным тестом. – У меня есть друзья и коллеги, которые прикроют мне спину.

– Так бери их с собой, я не против.

– Моё начальство будет против. Хотя может, и нет, я узнаю.

Прежде Михаил никогда не настаивал, чтобы мы встречали кризис на сходке. Это просто было самое эффективное решение, и никто с ним не спорил за ненадобностью.

– Не нужно начальства! – сразу запротестовала Анна. – И может, твоя помощь даже не понадобится. Мы пока ещё не знаем суть кризиса. Но ведь хорошему пробуждённому не помешет лишнее время, не так ли? У тебя будет много возможностей его выбить.

– Если там не будет какой-нибудь ядовитый туман.

– Если там будет просто аномалия, тогда твоя помощь и не требуется.

– Я подумаю. Особенно, если у меня будет на это достаточно мотивации.

– Несбывшаяся зависла на самой границе, она даже не совсем Город. Мы больше уязвимы к внешним угрозам. Обычно это компенсируется силой моих подопечных. Но на высоком эхо их сила становится нормой. На этот случай нам и нужен ты.

– Я же сказал: подумаю. Что насчёт мотивации?

– А что бы ты хотел?

– Глупый вопрос. Силу одного из твоих подопечных. Хотя на твой индекс тоже согласен. Похоже, характеристика интересная.

– Уникальная в своём роде. Поэтому я тебе её не дам.

Она отправила в рот кусок пиццы.

– Удачи в обороне.

– Я договорюсь с тем, кто согласится на встречу. Это приемлемые условия.

– Хорошо. Когда ждать предоплату?

– Пред… чего? Школьникам такие сложные слова знать не положено.

– От школьницы слышу. Это мои условия. Пять перед – пять после. Десятка вроде бы побочек не имеет?

– Все характеристики разные, Полярис. Но я поняла. Это будет пять единиц или их аналог, если сравнивать с могуществом в пять единиц.

– Угу, – кивнул я и посмотрел в далёкое пшеничное поле, которое обрывалось во мрак.

– Кстати, только между нами, Поляр…

– Ну?

– Не думал о том, что было бы, если бы ты меня тогда не остановил?

– Ментальное рабство, полагаю. Второй раз проворачивать со мной такое даже не пытайся. Я не сплю с пресмыкающимися.

– Как грубо! – воскликнула она.

– Что ты хотела мне сказать насчёт моих глаз? – вернул я её в действительностью.

– Они как звёзды в тёмном небе…

– Шесть единиц предоплаты.

– Полярис-с!.. – возмутилась Луричева.

– Вот, даже шипишь как змея.

– Брось, это был безобидный приворот. Романтика! Никогда женских романов не читал?

– Не, я «КиШ» слушал. Там обычно сюжеты с таким началом не очень хорошо заканчиваются для героя.

– Глаза – это зеркало души, хищный дух Полярис, – наконец начала с недовольством говорить по делу Аня. – Чем бльше ты будешь заигрывать с могуществом, тем заметней будут изменения, пока ты не утратишь человечность окончательно.

– Чем мне это грозит? Пару раз мои руки проходили сквозь предметы. Это оно?

По расширяющимся зрачкам я понял, что сболтнул лишнего. Наверное, этот эффект начинается на большем параметре, чем она у меня подозревала.

Про акцессию она, похоже, не знала. Это был мой главный козырь на случай прямого противостояния с ней.

Рискну предположить, что сама Анна собрала минимум по десять единиц или нечто эквивалентное у всех беглых стирателей.

– Любая сила, к которой ты обращаешься, будет иметь откат. Ты, помнится, любишь бросаться огнём? Руту ты видел.

– А изнанка и всё это? Ты назвала меня хищным духом?

– Дух, который охотится на себе подобных – это дух-хищник. Логично же?

– Не умничай, – бросил я и потянулся за последним куском пиццы. Но девушка активировала фокусировку и в последний момент выхватила его.

Я почему-то поддался на провокацию и активировал свою. Доли секунды мы боролись, пока кусок не поделился, оставив треть в руке у Ани и две трети – у меня.

– Не наглей, там было поровну. Это был мой кусок.

– Я не виновата, что ты так долго ешь.

– Это всё, что ты можешь сказать о моих глазах?

Она вздохнула, закинула свою часть в рот и посмотрела мне в глаза.

Я стал внимательно смотреть на неё в ответ. Серебряная, слегка подсвеченная радужка. Такие же глаза были у Леи. Это значит, что у них схожая сила, или просто совпадение? У Саши тоже были явно не человеческие жёлтые глаза. Скорее всего они должны были говорить о связи с хаосом.

– Фиалковый это вроде бы цвет силы изнанки, – я попытался припомнить что-то из теории, которую мне вскользь поясняла Маруслава.

– Да, цвет определяет стихия.

– А рисунок?

– Читать по глазам – отдельное искусство, Полярис. Подвижность зрачка даёт фокусировка. Видишь?

Она подвинулась ближе ко мне.

Я всматривался в глаза девушки. Чёрный зрачок в окружении сияющего серебра слегка шевелился. Издали это было сложно заметить, но если приглядываться, то у людей зрачок так не может плавать. Это физиологически невозможно.

– А теперь я активирую фокус, – произнесла она, и зрачок стал активнее. Он вдруг расширился в раза в три, чернота практически поглотила серебро радужки, оставив лишь ярче засветившуюся окружность.

Уже ожидая подвох, я тоже использовал навык, тем более, что эта чертовка умела вызывать сильные эмоции одним своим видом. И подвох действительно был. Она воспользовалась расстоянием между нами, резко подалась вперёд и поцеловала.

И почему-то остановить я её не мог. Сердце заколотилось так быстро, как у подростка, получившего свой первый поцелуй.

Хотя стоп. Я же сейчас им и являюсь…

Но всё же я не могу настолько сильно забываться в этом, буквально теряя голову.

Она подалась на землю, увлекая меня за собой. Меня охватило невероятное желание. Я буквально тонул в её глазах, в манящих изгибах её тела, в умопомрачительном запахе. Ощущал всем телом, как бьётся её сердце в такт моему, запустил руку под серую рубашку. Пуговицы сами расстёгивались, будто читая мои желания.

И в момент, когда я был готов уже сам впиться в её губы страстным поцелуем, срывая одежду, вдруг послышался гневный голос:

– Праститутка! Бардель устроили тут, шпана малолетняя!

Мы обернулись на гневную бабульку-огородницу, которая с самым воинственным видом решила прекратить непотребство любой ценой. Даже отбросила корзинку и принялась лупить веником из полевых трав.

Два пользователя фокусировки от страшного преследователя ушли с лёгкостью, оставив после себя лишь пустую коробку от пиццы.

Я уже успел изучить район, так что свернул за угол, а затем вышел в небольшую посадку с шелковицей.

Старуха продолжала ругаться на современную молодёжь, но гоняться за нами не стала.

Мне вдруг сделалось смешно. Вживаюсь в роль школьника!

Наверное, я бы долго смеялся, если бы не сосредоточенное серьёзное лицо Ани, которая даже не пыталась прикрыть расстёгнутую рубашку.

Она пристально смотрела мне в глаза.

– Цвет это стихия, – сказала она. – Движение и расширение зрачка это фокусировка. Но я понятия не имею, почему твои зрачки произвольно множатся. Однако круг сузился.

– О чём ты?

– Та старуха не могла там появиться просто так. У тебя есть секрет, который как-то манипулирует вероятностью. Вот почему я не могу тебя предсказать. В последний момент зрачков стало пять. Кто дал тебе эту силу?

Она шагнула ко мне. Жажда немедленно повалить её на траву меж кустарника и продолжить едва не захлестнула меня с головой.

– Правильно я решил в прошлый раз убивать тебя при каждой встрече.

Анна Луричева улыбнулась.

– Рано или поздно ты сдашься. А я узнаю твой секрет, союзник.

– Рано или поздно ты доиграешься, и я от тебя избавлюсь.

– Будем считать, что это пари. Щепотка риска добавляет романтики, – улыбнулась она. – До скорой встречи, Полярис. Я вернусь, когда организую встречу для предоплаты, мой жадный друг.

После этого она направилась в сторону Города, что-то напевая себе под нос и наконец вспомнив про одежду.

Очень хотелось выругаться. Второй раз я попадаю на одни грабли. Меня извиняет лишь то, что у неё похоже есть какая-то способность влияния на разум. Я так за все годы своей жизни голову не терял. Сомневаюсь, что я встретил любовь всей жизни. Скорее, какая-то магия или, что более вероятно с учётом эхо – характеристика.

Меня выручила акцессия. Сильные эмоции, которые Аня сама же и вызвала, прошлись по моим характеристикам, не нашли у меня ничего чтобы ответить на навык Луричевой, и как-то притянули ту бабку? Изменили какие-то параметры, превратили её дурное настроение в ярость берсерка, хах? Звучит глупо, но я помню как тот страж источника цеплялся за каждую корягу и спотыкался на ровном месте.

Насколько опасно то, что она поняла у меня наличие неизвестной способности и как она собирается контрить то, что считает влиянием на вероятности? Этого я не знал, но отчего-то ощутил большое желание заиметь какие-то ещё козыри помимо акцессии.

И ещё я понял, что не должен допустить, чтобы акцессия досталась Анне.

18. Ритм жизни

Эта встреча ещё долго не выходила у меня из головы. Причин было много, и я даже не знал, какая из них самая поганая. Наверное та, что продолжение мне снилось всю ночь и ещё очень долго не покидало память.

Это походило на какую-то форму отравления, возвращавшего раз за разом в воспоминания.

Нет, влюблённостью здесь и не пахло. Напротив, я ещё больше уверился в том, что она использовала какую-то уловку, чтобы вызвать такие эмоции. Короткостриженная беловолосая пацанка с отвратительным характером завсегдатая психиатрической клиники – вообще ни разу не мой типаж… главное только о фигуре не вспоминать… чёрт…

Первый день я пытался выкинуть это из головы усилием воли и компьютерными играми. Второй – начал как взрослый человек, а не пацан в период полового созревания. И занялся спортом – пробежка, патруль района от странностей.

Сперва на рынок – просто чтобы была цель. Час игры в компьютерном клубе, бутылка крем-соды, щепотка ностальгии о детстве и благодарность за возможность прожить всё это заново, да ещё и в волшебном мире.

Партии эпичнейшей игры на одной из карт, которые сам же и придумал, фантазируя об этом в детстве, помогли отвлечься от ненужных мыслей. Город воплотил придуманные мной игровые локации в здешней контре, так что час превратился в два, и сильно хотелось забить на всё и спустить на игры все полученные у того вымогателя деньги.

По пути домой поймал себя на сильном чувстве дежавю – я так же обычно шёл по улице домой, продолжая в голове перестрелку в игре. Дорогу выбрал подольше, чтобы насладиться вечером и подышать чистым воздухом.

Но вся радость слетела, когда я вспомнил об одном деле, которое умудрился благополучно забыть, но оно само напомнило о себе.

– Что здесь произошло? – спросил я у сидевшего во дворе под домом с бутылкой пива мужичка.

– Чё? А, да пару дней назад какой-то урод подпалил мусорный бак, а огонь на сухостой перекинулся. Чуть пожар не устроил, сучёнок. Так дал бы тому, кто это сделал!

Коряга, на которой я тестировал поджоги через астрал полностью выгорела.

Первые дни я часто ходил смотреть на неё, но через неделю забыл об этом. За это время сухие ветки не пострадали, разве что кто-то вырезал сердечко с именами. Решил, что всё с пожаром теперь и так понятно, и огонь в астрале никак не связан с пожаром в реальности.

Но это оказалось не так. Зависимость была прямая, но похоже, что отложенная во времени. Всё реализовалось, но с большой задержкой.

Выходит, если я что-то сожгу в астрале, через условные двадцать-тридцать дней в реальности на этом месте случится реальный пожар?

Это давало большой повод задуматься о природе слоёв. Так мысли о Луричевой отошли на второй план, задвинутые новыми перспективами.

На третью ночь после моего разговора с Цапом я вновь выходил в Астрал через осознанное сновидение.

Больше тайком убегать к Красноглазке среди ночи необходимости не было. Я заснул у себя в кровати, пользуясь техникой выхода через осознанность и намерение, прямым методом.

Добрался на сновиденной изнанке к дому своей соседки, сел на её кровать и сконцентрировался на покрывавших всё вокруг картинах. Суть техники заключалась в том, чтобы проникнуть в чужой сон, и уже из него вместе выйти на изнанку.

Поскольку с Красноглазкой я уже достаточно долго, чтобы предполагать что может ей сниться, найти её оказалось не сложно. Достаточно концентрации на её картинах, места близкого к месту её засыпания и намерения её встретить.

– Джи!! – радостно бросилась она мне на плечи, валя на кровать под своим весом. Но в отличии от Анны, ею двигала лишь искренняя радость.

Красноглазка тут же стиснула меня в объятиях, а затем также резко встала, ухватила за руку и потащила к обрушенной части дома, где было поле подсолнухов. А когда мы вышли из под останков крыши, я увидел бескрайнее, затягивающее в себя небо с бесконечными облаками.

Я ощутил восторг от красоты увиденного. Ожившая в её сне картина заставляла смотреть на себя широко открыв рот и стараясь запомнить эту красоту навсегда.

– Гу-у-ать…? – с большим трудом выговорила самая прекрасная аутистка и показала мне бумажку, где мы с ней, Цапом и Бараном отдыхали в горячем источнике после боя.

Ей что же, выходит понравилось приключение?

Ну, это меня только радовало, меньше мыслей о том, что я её против воли таскаю за собой как оружие. Но если она сама не против, то почему бы и нет?

– Да, – ответил я. – Вот твоя маска.

Красноглазка, увидев знакомый предмет, сразу поняла, что нужно делать и нацепила её на лицо.

– Молодец, – похвалил я её и надел свою. – Теперь осталось переодеться.

Прошлая одежда исчезла с пробуждением, но ходить в человеческих шмотках мы не будем. Трюк Мирта с загадыванием нужного в сновидении работал сразу и безотказно, тем более, что был описан у многих практиков осознанных снов.

Я нарисовал в голове абстрактный образ странного шмота, на этот раз в стиле павшего стража. Красиво у него всё это было, белое с красными письменами. Затем представил, что это всё мы найдём в ящике рядом с урной. Осталось лишь пройтись и поднять одежду, что мы и сделали.

Со снами работать проще, чем с реальным миром. Нужный ящик нашёлся где задумано, а внутри нашёлся косплей на хищных духов.

– Переодевайся, – сказал я, и Красноглазка меня поняла, принявшись стаскивать с себя свитер и джинсы.

Вскоре мы уже были облачены в бело-красные балахоны с масками пустых духов.

Запоздало в голову пришла мысль, что я могу так создавать во сне ценности и выносить их ящиком в реальность. Так ведь можно фактически материализовать что-нибудь ценное на продажу.

Не откладывая на «потом», я насновидел себе мобильный телефон – представился почему-то современный смарт, затем попробовал вспомнить и представить себе бутылку с фиалковой черничной колой, какая была в одном из эхо, неплохой кухонный нож и золотой слиток. Просто ради разнообразия.

Создать в сновидении всё это мне удалось легко, включая те вещи, которые быть в текущей реальности не могли. Затем погрузил всё это в ящик на будущее. Посмотрим, как это перейдёт в реальный мир.

Ну, вроде бы всё. Теперь – к козлорогим.

Теперь я уже знал, как попасть в нужное мне место. Не важно куда ты идёшь, важно куда ты хочешь прийти. Надо будет запомнить на будущее, чтобы потом издеваться мудрёной фразой над новичками, как все до этого поступали со мной.

Но в реальности именно это и было нужно от мага изнанки. Вернее, от сновидца – этому трюку меня научили именно книги по осознанным снам. Там всё происходило именно так – просто представь, что за следующей дверью то, что тебе нужно, и шагай.

На изнанке работало почти так же, только строить портал из одной точки в другую, как во осознанном сне, было нельзя. Изнанка сокращала путь и помогала прийти куда нужно, но не переносила мгновенно.

Пройдя немного по этому красочному миру, я где-то спустя полчаса пути в случайном направлении оказался в новом логове гоатлей.

Место было уже не так прекрасно, как когда здесь бродила парочка духов со светящимися лицами. Поблекшая, слабо светящаяся вода стала частью быта рогатых. Первая встретившаяся нам на пути представительница этого вида стирала какую-то тряпку в источнике.

При виде нас она как-то поспешила скрыться из виду в большой лачуге. Поселение рогатых стало монолитнее. Было видно, что они здесь надолго. Местные налаживали быт.

Культура местных была странной. Что-то среднее между орками, индейцами и любителями современного искусства.

Во всяком случае рисунки на индейских конических шалашах были в духе грубой абстракции. Ярко… и будто ребёнок игрался с красками.

А ещё существа почему-то нас избегали. Завидев меня с Красноглазкой, они старались ускользнуть из виду и скрыться за своими постройками.

Надеюсь, это часть их странной культуры. Хотя в прошлый раз они наоборот вышли едва ли не всем селом на нас поглядеть.

Мы двинулись дальше по городу. Внимание привлёк источник, который сиял почти так же ярко, как когда я впервые пришёл сюда.

Он находился в центре поселения, прямо рядом с самой крупной тропой, проложенной местными.

– Фу-у-у! – воскликнула Красноглазка и картинно закрыла то место, где за маской был нос.

Я поморщился. Вокруг озера действительно воняло, и сильно. Будто местные устроили здесь сортир.

У озера сидел старый седой козёл, задумчиво глядя в воду.

– Вы что, отвели одно озеро под нужник? – спросил я у старика. Он первый, кто от нас не шарахнулся. У него можно будет узнать, где Цап.

– Это ваше озеро, владыка Мечник, – ответил он.

– Откуда эта вонь?

– Это ради вас, владыка, – улыбнулся старик. – Так в моём роду принято выражать уважение важному господину.

– Хм. Интересный обычай, – кивнул я. – Следовать заветам предков правильно. В моём народе тоже есть обычай. Забирать жизнь у того, кто мочился на наши трофеи. Жидкое смыть можно жидким.

– Что ж, я стар. Мне терять нечего. Забирайте мою жизнь.

– Ты не понял. Мне нужны все, кто это сделал.

– Всех не упомнить…

– Да я гоняться и не собирался. Сами ищите тех, кто должен быть принесён в жертву Великому Мару.

– Иначе что? – спросил напрямую седой козёл.

– Ничего, – пожал я плечами. – Пошли, сестрёнка, нам здесь не рады…

– Ничего? – повторил старик.

– Если хотите вести с нами дела дальше – я назвал условия. Если нет – сами отбивайтесь от всего, что сюда полезет, чтобы отобрать источник. Или вы думаете, одни додумались отжать территорию у кого-то?

Старик нахмурился.

– Идём, – я не стал дожидаться ответа и просто пошёл прочь.

В гробу я таких союзничков видал. Я не настолько нуждаюсь в том, чтобы меня наводили на нечисть. Союз с Цапом был удобным, но никак не необходимым.

Говорил я спокойно, а маска скрывала выражение лица, но внутри я был очень зол. Я и так слишком долго терпел их выходки. Эта была последней.

Цап меня окликнул, когда мы уже почти покинули источник.

– Мечник! Друг Мечник! – проблеял он мне в спину.

– Не друг я тебе, гнида рогатая.

– Не-е кипятись! Мои сородичи глупы. Они са-ами не веда-ают, что творят!

– Да мне как-то по боку. Мы вроде серьёзные дела делаем. Охота – это ведь серьёзно. У нас принято, что трофеи, добытые в бою – это свято. Если вы не уважаете это простое правило, общих дел у нас не будет.

– Прости. Винова-ат. Не доглядел.

За ним попятам в нашу сторону бежал Баран.

– Не катит. Я сказал, какое извинение приму.

– Ты хочешь за-абрать жизнь два-адцати восьми моих сородичей за-а тупую шутку?

Сколько⁈ Они что там, турнир устраивали? – подумал я, но вслух сказал другое:

– Это уж как вы решите. Я не говорил, что это должны быть их жизни. Как ты понял, мы живём охотой. Пусть приведут мне двадцать восемь моих врагов.

Глаза Цапа округлились.

– Это справедли-иво, – согласился Баран.

Цап посмотрел на него с удивлением, но затем поклонился.

– Это справедли-иво.

– Вот и договорились.

– И озеро другое дадим, – добавил Цап.

– Не надо. Сам найду, – отмахнулся я.

Видеть рогатых мне больше не хотелось. А вот зарабатывать время – более чем. И заканчивать своё путешествие на этой ноте я не собирался.

К счастью, у меня был план «б» на такой случай.

– Аэа, тут?

– А-а-э-а. Две буквы «а»! – возмутилась призрак из ящика. – Как в имени, которое нельзя называть.