Текст книги ""Фантастика 2026-110". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Владислав Бобков

Где может быть их ядро, или что там ищет Феликс?

Прошли через локацию, открыли вход в следующую. Резко дёрнулись и вскинули оружие, ожидая атаки. Перевели дух, увидев, что никого нет. Дрон с генератором пролеветировал мимо нас и в помещении начало включаться освещение.

– Внизу чисто, – сообщила Марта, глядя на голографический монитор над рукой.

– Внизу – да, – кивнул я и, делая шаг за дверь, первым делом посмотрел вверх. Туда камеры не доставали, летая только глядя вниз и охватывая всё пространство перед собой.

Шагнул на ту сторону, и остальные последовали за мной. Последним шёл Феликс, который сразу же закрыл за нами дверь, оставляя наедине с червями.

А они, конечно же, были. Под потолком, как водится.

По краю склада шёл металлический помост и имелась лестница на него. Похоже, складские помещения строят достаточно типовыми.

– Нам наверх? – спросил я у Феликса.

– Да… нужно дотянуться до нервного узла.

Я посмотрел на свисавшие с потолка языки. Вспомнилась старая «халва», где такие языки спускали хищные животинки, обхватывая и затягивая внутрь. Далее, на втором этаже, кто-то был. Скорее всего, ланцелиски или какой-то новый вид этих тварей. А под самым потолком, добротно усеянным плотью, летали стрекозы.

– Зря ты двери закрыл… – сказал я, глядя на всё это. – Если все твари разом на нас бросятся, нам крышка.

И хотел было шагнуть к двери, но Феликс остановил меня.

– Всё в порядке. У улья единый разум. Я просто заставлю его страдать, и от боли он станет недееспособен.

– Звучит ужасно, – криво улыбнулся Лёха.

– Просто стойте тут. Поляр, держи на мне свой навык, и я тогда справлюсь сам.

Я кивнул.

Легко сказать – держи навык. Где я эмоции возьму, если все девушки в бесформенном защитном костюме?

Посмотрел на червей и стал упорно культивировать… думал страх, но вместо этого вышло только отвращение. Своеобразное извращение – смотреть на нечто мерзкое и усиленно помогать фантазии ещё больше раздувать этот поток отвращения.

Но главное, что это работало. Феликс ловко ухватился за один из свисающих вниз языков. Существо обхватило его и потянуло вверх, но почти сразу же поплатилось за это – в пасти у монстра появился белый порошок, который вызвал у твари, судя по всему, невыносимую боль.

Я увидел, как под потолком что-то раздувается и болезненно мотается из стороны в сторону, свесив подвижный язык.

Сам Феликс спрыгнул на металлический помост, идущий по краю помещения, и, прежде чем ланцелиски, которые были наверху, сумеют его настигнуть, устремился к пульсирующему, будто сердце, сгустку плоти.

Фигура человека в костюме химзащиты, обляпанная слизью, подняла над головой пачку белого порошка и порвала, высыпая её содержимое на себя. Затем остатки того, что было в пачке на дне, он покрепче взял в руку, длинным лазерным резаком пробил путь к сердцу улья и швырнул порошок в рану.

От крика, который мы услышали вслед за этим, едва барабанные перепонки не полопались. Ор стоял долгий и невыносимый, а всё червивое задёргалось в конвульсиях. Сверху начали падать замертво стрекозы. И только ланцелиски не дёргались, а просто бросились в атаку, спрыгивая сверху.

Завязался короткий бой. Без поддержки других видов червей нам удалось достаточно легко с ними справиться всё тем же уксусом и импульсными пушками. А к концу боя ор наконец-то начал смолкать. Остался только болезненный звон в ушах, который ещё не скоро удастся забыть.

Сверху на длинном языке спускался бывший химеролог в заляпанном кровью и слизью костюме…

36. Противостояние

– Теперь ты понимаешь, почему я не люблю эту работу… – буркнул он, прыгая на пол.

– Что ты с ними сделал? – спросил я. – Это какая-то лютая наркота? Черви как взбесились!

– Что ты, – ответил Феликс. – Обычная пищевая соль! У них нежная слизистая. Соль их не убьёт, но болевой шок вызвать вполне способна. По крайней мере, на текущем уровне развития. Ланцеты будут и дальше улучшаться…

– И что дальше?

– Этот улей будет мне подчиняться. Теперь он – моя химера и подчиняется способности, – ответил он и тихо добавил только для меня. – Мой названный брат в прошлой жизни любил эту технику…

– Довольным ты не выглядишь.

– Дружище, я будто ушат дерьма навернул, – послышался мрачный ответ Феликса.

Черви вокруг приходили в себя. Медленно оправлялись от шока. Их всё ещё потряхивало, и хоть они явно были омерзительными врагами человечества, я всё равно им посочувствовал.

Впрочем, это продлилось недолго.

– Здесь есть люди. Черви использовали их, чтобы создать гибрид. Не уверен, что им можно чем-то помочь.

– Лучше оставим санитарной бригаде. Расскажем, как есть, а там может и найдут что-то. На этом эхо все службы действительно работают на благо людей, – сказал я.

– Смотри не привыкни к такой утопии, – хмыкнула Саша.

– Вот же ж гады… – высказался Лёха.

– Нужно придумать, что делать с этим всем дальше, – озвучил я свои мысли. – Феликс не может выйти отсюда как гамельнский крысолов.

– Почему нет? – удивился сам Феликс.

– Если ты сам этого хочешь, то ладно. Но я так понял, ты бы предпочёл не афишировать некоторые свои умения.

– Да, старик, как тебе удалось это всё? – запоздало спросил Лёха.

– Магия, – пожал плечами Феликс.

– Брось, в этом эхо нет магии!

– Все здесь присутствующие сохранят способности нашего боевого товарища в тайне.

– Чего? – спросил Лёха.

– Потому что от этого зависит жизнь нашего товарища. На нас с Мартой уже покушались неспы на этом круге, на Феликса тоже. Если они узнают, что могут помешать нам спасти Город, навредив Феликсу, скоро за ним будут охотиться все фанатики, – пояснил я.

На самом деле я не думал, что неспы будут сюда ввязываться, но другого объяснения, почему об этом стоит помалкивать, у меня не нашлось. Лёха вполне вероятно доложит разве что Лее, но это меня волновало мало, она не станет ничего предпринимать по этому поводу.

– Я никому ничего не скажу, – сразу же озвучила позицию Рита.

– Спасибо, Полярис, – послышался голос Феликса. Благодарил он меня, правда, не за то, о чём все подумали, а за то, что я решил хранить его тайну, когда он уже решил, что всё равно о ней узнают все.

Реальная же причина была в том, что если об этом узнают Вечные, то Феликс может стать жертвой за победу Города, как сам он и думал. Когда я был героем, мне Миша ни слова не сказал и никак не помог сохранить жизнь. И сейчас ни он, ни другие вечные не впишутся за Феликса, если его гибель будет означать, что Город продолжит жить.

Веры им в таких делах нет. Ещё одной подставы мы можем и не пережить, а я твёрдо решил сделать всё от меня зависящее, чтобы Феликс остался жив.

– Здесь есть канализация, – сказал я. – Если тебе нужен этот улей, уводи червей через стоки. Сейчас она не используется, но раньше вход должен был быть.

– Вы уверены, что это хорошая идея? – вмешался Лёха.

Ответил ему сам Феликс.

– Мне нужно исследовать их. Попробую натравить одних на других.

– Если получится, сменим жанр с выживания на стратегию, – ответил я, мысленно отметив, что уже разговариваю писательскими фразами Сивиллы.

– Ну, если это не опасно…

– Теперь нет, – уверенно сказал Феликс. – Только если кто-то перехватит контроль, но это могут только высшие особи улья.

Таковых в обозримом пространстве не наблюдалось.

– Часть я оставлю тут, чтобы уничтожение улья выглядело достоверно, – сказал Феликс. – Остальных уведу. И чтобы никто не переживал, я расскажу об этом всём Мише.

И, остановив взгляд на мне, добавил:

– Он не станет поднимать шум, если я так скажу. Мы с ним достаточно взрослые и старые пробуждённые, чтобы понимать такие вещи и спокойно к ним относиться.

Я кивнул. Если так, то мне это было только на руку. Меньше ненужных тайн от Михаила. А Феликс всё же знал его куда дольше и лучше.

Черви действительно его слушались, будто ручные собачонки. Феликс легко отыскал нужное место, а я Геранием снял заваренную решётку.

Внизу было всё сухо и напоминало катакомбы из какой-то игры. Я подумал, что будь ланцеты чуть умнее, они бы и сами смогли найти этот спуск, а затем проблем у нас стало бы ещё больше.

– Я пойду с ними, – сказал Феликс. – Подам знак, как вам потом спуститься ко мне. Закончите там с бюрократией.

– Умеешь ты увиливать от самой неприятной работы, – хмыкнул я. – Ещё бы понять, что говорить, когда у нас спросят, где отряд потерял бойца.

– Брось, мы здесь вроде как главные, спрашивать никто не будет, даже если заметит.

– Как скажешь. А этих ты точно их контролируешь?

– Сейчас они думают, что я новый вожак стаи. У них малая степень автономности, но она есть. Ланцелиски – это симбиоз нескольких особей, рой внутри роя.

– Откуда ты всё о них знаешь? – спросил Лёха.

– Когда мне было пятнадцать оборотов Амбера, мой отец читал мне на ночь сказки про создание роевого ланцетного разума, – ответил Феликс с серьёзным выражением лица. – Он как бы невзначай кружил поблизости и повторял строки из книг выдающихся химерологов о том, как правильно подчинять матку роя… Шептал мне по ночам сквозь щель «как правильно травить ланцетов солью». А я должен был ответить. В первый раз я не ответил, он начал изрыгать проклятия и угрожать, что сорвёт с петель входную дверь, позволив морю плоти поглотить наш дом, если я немедленно не отвечу…

– Суровый у тебя был батя, – впечатлился Лёха.

– А ты думаешь, почему я в таксисты пошёл? – хмыкнул Феликс. – Смотреть не могу на семейное дело! То ли дело руль, дорога, душевные беседы с душевными людьми…

Я едва сдержался, чтобы не заржать.

А Саша и не сдержалась:

– Ахахах! Повеяло мирами хаоса! – произнесла она сквозь смех.

– Вот поэтому не стоит пробуждать людей на высоком эхо, – назидательно закончил Феликс.

Покидали мы центр героями. Никаких потерь и ранений. Образцово-показательный рейд. Надеюсь, в этом мире нет практики вешать фотки работников месяца в рамке.

Нас встречали на входе дула импульсаров и водяных детских ружей, заполненных уксусной кислотой. Увидев, что возвращаемся мы, заметно перепуганные люди неуверенно опускали оружие, а затем начинали бурно радоваться окончанию зачистки.

Я вдруг понял, что практически все, кто стоял вокруг улья, были первоуровневым ополчением. Вдохновлённые игрой или просто желающие помочь люди. Тем не менее, сработали чисто.

К нам подходить никто не спешил. Расступались, давая дорогу. В этом было что-то торжественное, если не учитывать того факта, что никто просто не хотел приближаться к тому, кто контактировал с ланцетами, а тропинку нам выстроили в обеззараживание.

Процедура повторилась – металлическое помещение с мощными струями того же уксуса, затем воды, затем спирта, затем какого-то жёсткого антибиотика и снова водой. Затем мы могли наконец снять неудобные костюмы и пройти ещё одну обработку – паром.

Затем – заполнение бумаг. Камеры не работали, и узнать, чем мы тут занимаемся, никто не мог, если только кто-то сам не расскажет, но это было никому и не нужно.

Уже на выходе из санитарной зоны меня догнало сообщение:

Кот Феликс: дальше по Конева около первого дома есть заваренный канализационный спуск.

Полярис: блин, только сняли костюмы.

Кот Феликс: а вы в них и не пролезете. Забей, я отключил им ауру с личинками. Сами главное, их не ешьте.

Похоже, у нашего химеролога хорошее настроение. Хорошо, если так, потому как выглядело всё это довольно жутко. Навевало воспоминания о съехавшем с катушек нулевом. Ланцеты там, правда, ещё не ползали, но в антураж бы уже вписывались.

Кот Феликс: прихватите перекусить чего-нибудь. Из-за навыка жрать хочется так, что скоро сам на ланцетов переключусь.

Я открыл карту и оформил доставку по пути. Взял любимую пиццу Саши, понимая, что, если еда будет другой, возникнут вопросы.

Дорогу к нужному месту специально удлинил крюком, просто на всякий случай. Заодно зашли в местную небольшую пиццерию, фактически, киоск с печкой. Сицилийской тут не было, но название «Чилийская» намекало на то, что Саше это понравится. Доверительно попросил положить побольше острого перца.

Робот, который всё это делал, просто спросил сколько порций перца добавить, и я сказал банально – как можно больше. Он провёл какие-то свои расчёты и заявил, что превысит норму на триста двадцать четыре процента.

Нужный люк был, видимо, забытым наследием прошлого – он находился в глухом переулке, где не было ни единого человека, а полумрак был почти в любое время суток.

Пара движений Геранием, и путь был свободен.

Насквозь проржавевшая ступенька в виде вбитой в бетон скобы мой вес не выдержала, и я едва не свернул себе шею. Помогла фокусировка – я сумел в полёте снова схватиться за лестницу и кое-как нормально приземлиться на ноги.

– Металл трухлявый! – крикнул я. – Будьте осторожны!

Поздно. Сверху на меня уже летела Марта, падая мне на руки. Я подхватил девушку и осторожно поставил на ноги рядом. Времени у меня было немного – сверху уже падала Рита. Почему – отдельный вопрос. Если Марта могла не успеть сориентироваться, то рыжая должна была точно знать, что с лестницей проблема.

Поймав вторую девушку, я приготовился ловить Таню, но та умело ухватилась за обломок лестницы, чуть спустилась и сама спрыгнула вниз, приземлившись на ноги.

Феликс ждал нас прямо здесь, у спуска. Костюм он с себя уже успел снять.

– Обеззараживание тебе не нужно, я так понимаю?

– Не очень. Для меня они не представляют угрозы. А завтра покажу, что может сделать на этой основе настоящий специалист. Только энергии на эволюцию им нужна прорва. Мяса бы, но попробую вырастить на сое и кашах. И недельку работы. Без магии химеры будут вызревать медленно.

– А как ты себе это представляешь дальше? У тебя ведь был какой-то план, когда ты собирался похищать часть роя.

– Модифицирую под себя и отправлю обратно. Покажу, кто тут босс. Но мне нужно очень много пищи и хорошо бы переработать ещё парочку ульев. Может, у Миши есть ещё подходящие объекты? Хотя, я сам с ним поговорю, мне нужно в любом случае, объяснить ситуацию.

У его ног послушно ворочался белый червь, будто был его ручной собачонкой.

– Ну, смотри не перетрудись, – пожал я плечами. – Марта, сможешь наладить питание?

– Ээ… да, – неуверенно кивнула она. – Я думаю, что попробую организовать доставку со складов пищевых отходов.

Феликс задумался.

– В принципе, они могут жрать любую органику, – сказал Феликс, вскрыл ароматно пахнущую пиццу и сбросил вниз белому червю. Тот радостно подхватил угощение и задрожал от удовольствия.

– Тебе для этого нужна была пицца? – опешила Рита.

– Ты охренел? – высказала свои чувства более ёмко Саша.

– Ой, там был твой любимый перец, да? – поморщился Феликс. – Этого следовало ожидать… кажется, он для них ядовит.

Ланцет скорчился у ног Феликса. Мне снова сделалось не по себе. Понятно, что это бездушный монстр и всё такое, но как-то всё равно неуютно.

– Смотрю, ты их совсем не жалеешь, – заметил Лёха.

– У них нет души или нервной системы как у нас. Эта химера – фактически запрограммированный биоробот без собственной воли. Пара инстинктов – их предел. Не стоит их ставить в один ряд с высшими животными, даже обычные дождевые черви автономней.

– А им точно можно жрать помои с таким слабым желудком? – уточнил я.

– Они адаптируются. Желательно рацион потом поменьше менять. Любое внесение изменений в его генетическую структуру – лютый головняк. На высоком эхо ресурсы можно брать из магии, кормить их чистой энергией жизни. А тут чистая биологическая энергия. Получается всё дорого и долго. Так что они могут даже на навозе жить и развиваться, но лучше потом диету не менять, потребуется новая перестройка тела. Но лучше, конечно, тела высокоорганизованных существ. Они вплетают в себя чужие гены. У людей это, в первую очередь, развитый мозг.

– Ну и гадость, – поморщилась Таня.

– Полностью солидарен, – кивнул Феликс. – Я своих химер делал иначе. Тоже, конечно, на любителя, но там хотя бы красиво было. Но у меня была магия… В общем…

Раздался хруст. Мы обернулись на звук – Саша уже жевала принесённую пиццу.

– Чё пялитесь? – огрызнулась она. – Я чё, хуже наживки для рыбы?

И демонстративно принялась жевать слегка подгоревший и от того хрустящий кусок.

Звякнуло оповещение. Машинально достал телефон, глянул на последнее сообщение. Оно было от Миши, и, ещё не заходя в диалог, я уже знал, что это не поздравление с успешной зачисткой, а сообщение об очередном обнаруженном гнезде.

* * *

Обнаружение новых ульев стало нашим главным занятием. В следующие три дня мы добавили три новых к подчинённым Феликсом. Затем лавочка начала прикрываться – в каждом потенциально подходящем для создания гнезда и похищений людей месте теперь стояла работающая на автономном питании камера с режимом ночного зрения.

В постоянном онлайне искусственный интеллект анализировал всё увиденное с камер и любые подозрения на формирование улья сразу же пресекались вызовом на места группы зачистки. Вернее, на ранних стадиях это была группа роботов-коммунальщиков, которые проводили процесс травли вредителей.

После этой экстренной меры и суток с лишним работы, прятаться на заводах и автономных фабриках ланцеты больше не могли. Но в сущности это ничего не изменило в общем раскладе. Они переключились на крыши домов, заброшенные или нежилые помещения, дыры вроде канализации, один раз вырыли яму в поле за городом.

На третий день появились новые особи – с полным иммунитетом к уксусу. Их начали травить спиртом, но с ним мы успели провести всего один рейд. Через полтора дня им стало плевать на спирт. Его заменили на метанол, он продержался чуть дольше. Затем перешли на концентрированную перекись. К ней ланцеты адаптировались хуже. Как оказалось, перекись ещё и блокировала их регенерацию. Затем кто-то предложил формалин, ставший рекордсменом по времени работы.

К этому моменту стало ясно, что искать решения придётся постоянно, и Вечные учредили научный совет с экспериментами на тканях ланцетов. Результатом их работы стала «синька», то есть специальный заряд в импульсар, который содержал в себе разрывной элемент и медный купорос. Это вещество было токсично для ланцетов, нарушая дыхание и другие системы их тел.

Увы, такие заряды хоть и делались на ходу, но местный завод не позволял выдавать большие объёмы. Но дело пошло лучше. Похищения людей почти прекратились. Всё же опыт Вечных и множества проживших не одну жизнь пробуждённых, когда они работают сообща против общего врага, был внушительной силой.

Но когда казалось, что мы вроде бы поняли, что делать, ланцеты вдруг поменяли тактику. Следующие гнёзда и мигрирующие группы стали чередовать разные уязвимости, что внесло сильную неразбериху. Теперь нельзя было взять универсальное оружие – каждый раз его нужно было подбирать, а значит таскать с собой целый склад веществ и пробовать по очереди каждое.

Универсальной пока была только синька, боезапаса которой всегда не хватало.

В общем, ланцеты не прекратили создавать прошлые виды с другим набором сопротивлений, и разом выпустили их на охоту. Момент был подобран идеально, когда все получали на руки очередное новое оружие – на этот раз стреляющее иглами с концентратом фенола. В итоге та группа оказалась с бесполезным оружием против чудовищ. Прежнее с формалином уже не работало, а нового было ещё слишком мало.

Теперь уже никто не знал, чем их можно бить. Универсальными и общедоступными оставались только импульсные винтовки. Они в разы уступали химии, но зато не снижали эффективности, если не считать бронированных ланцелисков. Каждый бой превращался в гадание, какие именно иммунитеты будут у ланцетов в следующий раз.

С этого началась вторая фаза нашего противостояния. Чудовища прекратили сидеть в спрятанных от всех ульях и начали массово выходить на охоту. Помимо зачисток ульев нас всё чаще звали для сражений на улицах.

Я внимательно следил за новыми данными о жертвах. Мышь ещё дважды их приносила, и я каждый раз убеждался, что ланцеты, даже наращивая массовость, умудрялись не касаться ни чьих таймеров.

В конце концов, кому-то из Вечных пришла идея собрать группу из владельцев таких таймеров, для которых кризис должен начаться ещё не скоро. По итогу три объекта, которые они посетили, оказались брошенными – монстры не стали вступать с людьми в бой. Вместо этого они начали волну миграций – то есть начали, не скрываясь, врываться на улицы средь бела дня и паковать людей.

Для этого появился новый тип чудовищ, который поглощал жертв и начинал перерабатывать их прямо на ходу. С этого момента и началась третья фаза…

Так условно назвали момент, когда монстры перестали защищаться в ульях и совершать вылазки. Рой ланцетов разного типа стал кошмарить дома. Насилие монстры применяли только на улицах, в дома же проникала зараза, стоило только нарушить герметичность помещения. Появились захваченные районы, в которые регулярно предпринимались рейды.

Эту проблему Город перекрыл «святыми». Так стали называть тех, кто имел характеристики, которые ланцеты обходили стороной. Слухи об этом просочились в массы пробуждённых, и те, кто имел в характеристиках таймер до смерти, повреждения, первой крови и так далее – из них собрали рейд и зачистили такой район.

В том рейде участвовал и я, хотя, по большей части, плёлся в хвосте и общался с другими аномальщиками. Так что из всего похода можно вспомнить лишь, как общался с Полночным и Призраком. Аномальщики шли второй волной, после противодействия. А те прекрасно справлялись и сами. Во многом потому что ланцеты сами стремились уйти и не затевать бой, чтобы не задеть ни чей таймер.

Для этого похода их всех снарядили импульсарами и патронами с «синькой», единственное универсально убойное средство на текущий момент. Собрали все запасы что есть, чтобы не экономить, и те немногие стычки которые всё же произошли, прошли без потерь и даже без ранений.

Так заканчивался июль. Август же начинался с сокрушительной новости о разгроме рейда святых на втором таком рейде. Там ланцетов было значительно меньше и угрозу после прошлой победы недооценили. Пошла меньшая группа и без второй волны. Но черви на этот раз не отступили – они готовились к этому.

Весь рейд в полном составе был захвачен ланцетами. Не убит, а именно захвачен, так чтобы ничей таймер не был потревожен…

Так ланцеты нашли способ победить нас.