Текст книги ""Фантастика 2026-110". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Владислав Бобков

Соавторы: Константин Костин,Виктория Серебрянская,Артемис Мантикор,Аксюта Янсен
сообщить о нарушении

Текущая страница: 106 (всего у книги 344 страниц)

Если чего-то сильно не хочется делать – просто поставь ценник повыше.

– Значит, хочешь оставаться в тени? Как интересно! – улыбнулась она. Затем протянула мне трубку кальяна, а сама принялась залпом пить пиво.

Я затянулся и слегка закашлялся. Тело было ещё не очень привычно к такому. Курить я начал довольно поздно, когда появились реальные причины для нервов. Но тем не менее, суть была даже не в этом.

– Ага, – ответила Анна на незаданный вопрос. – Он на горячем шампанском с некоторыми дополнениями. Мой любимый.

– Ты таки решила меня споить. Зачем тебе это?

– Меня откровенно обижает твоё недоверие. Я ведь первая, с кем ты поговорил после пробуждения. По всем законам драматургии, это не может быть просто так. Наши судьбы незримо связаны красной нитью…

– Это ты зонтику моему расскажешь.

– Великие боги, какой же ты колючий. Это обязательная часть образа?

– Для тебя – да.

– Всё. Хватит. Пей. Ты из тех, кто добреет, когда пьёт, или наоборот?

– Тебе эта информация ничем не поможет. Сперва ты клянёшься именем бога смерти, что никому не расскажешь о моих навыках, тогда я пойму, что ты раскаиваешься за случай с трамваем. Кстати, почему мне просто не выдали амулет возврата?

– Нельзя было, – буркнула она. – Первый раз нужно самому. А как мне перетащить новичка сюда, по-твоему?.. Ну хорошо! Твоя взяла. Клянусь именем Тефнут, что никому не скажу…

– … и не напишу, и никаким иным образом не дам знать… – добавил я, и девушка нехотя повторила.

– … о способностях Поляриса.

– Если ты видишь потенциально сильно нуждающегося в моих услугах в обход официальных специалистов сходки, то сначала говоришь мне, а уже потом, если я одобряю, ты связываешься. С дробями цена будет ещё больше, а отбор – строже. А в таких случаях, как с Рутой, будем думать отдельно и заключать специальный договор. Он может быть и дешевле, кстати. У бывших стирателей ведь есть не только могущество?

Анна забрала у меня трубку и затянулась кальяном, после чего залпом допила вторую половину первой полулитровой кружки.

– Я… да, усекла. Меня это подводит. В смысле, подходит, вот.

– Закусывай давай, – посоветовал я.

С едой было так же. Каждое блюдо было лучшей версией себя в моей памяти. Так что помогал девушке справиться со всем заказанным с большой охотой. Параллельно посматривал на время, на случай всяческих аномалий. Но оно шло обычным образом.

Анна последовала моему совету и налетела на еду. Вид у неё был, будто с голодного края. Так что с едой она бы и без меня имела все шансы справиться.

– Хорошо. Теперь, если уже есть кто-то на примете – говори. Или если есть ещё какие-нибудь предложения.

– Да и… да. Моя клиентка не любит покидать свой особняк. Ей нездоровится.

– Понимаю, – кивнул я.

Ещё один бывший стиратель?

– По этой причине я думаю, что ты можешь не переживать насчёт тайны. Она никому не расскажет, даже если бы захотела.

– Интернета у неё значит тоже нет?

Аня смущённо улыбнулась.

– Ты ведь ей ещё ничего не успела сказать?

– Да когда бы я успела? Ты встретил меня лбом в дверях. До сих пор болит. Будет шишка!

– Холодное приложи, – посоветовал я.

Она хмыкнула и продолжила ликвидировать запасы пива.

Я осторожно потянул кальян, и в голове сразу слегка закружилось. Видимо, здесь тот же принцип.

– В общем, я просто сразу о ней подумала. И она умеет молчать.

– А ты не хочешь сперва дождаться, пока всё сработает с Рутой? Вдруг я ей наврал?

– Я видела дробную характеристику, Полярис. Я верю в числа.

– Хорошо. Чем она владеет и что из себя представляет?

– Тебе понравится!

– Ага. Верю и слушаю тебя.

– Её зовут Лора Семицветная. Индекс фокусировки.

– Как это работает?

– О-о-о. Я боюсь представить, каким ты станешь, получив такой навык!

– И что он делает?

– Это нужно видеть!

– Понял. Не интересует.

– Ну Поля-а-ар!

– Ты меня чем купить пытаешься? Я это имя впервые слышу.

– Хорошо. Давай так. Ударь меня.

– Что? – не понял я. Зол я на неё, конечно, был, но бить лицо девушке в кафе… как-то это чересчур.

– Ладно. Брось в меня что-то. Только не еду – оштрафуют…

– Хочешь вилкой в глаз? – предложил я, снимая зубами со столового прибора соломинку картофеля.

– А предложить альтернативу? – вздохнула она. – Ладно, бросай. Не сдерживайся.

Что я и сделал. Правда метил на всякий случай всё-таки не в лицо.

Однако девушка вдруг непостижимым образом увернулась, причём не пролив ни капли пива и не уронив свой шарик сыра с вилки.

Вилка беспомощно стукнулась тупым концом о диван, и Анна протянула столовый прибор мне обратно.

– Повышенная ловкость? – спросил я.

– Не совсем. Круче. Но это… сложно объяснить. Так что можешь считать так.

– Ну, я ожидал большего. Но если твоя Лора готова принести такую же клятву молчания, мы можем встретиться.

– Ты жесток… и суров… Но она примет твои условия.

– Когда хочешь нанести ей визит?

– Я сама приду за тобой, когда договоримся.

– Едем на трамвае?

– Боги, нет! – всплеснула руками Анна, волшебным образом не разлив ни капли пива. – Дойдёшь до Руты, а дальше я проведу. Она живёт здесь, на Несбывшейся.

Затем она одним махом допила свою кружку пива и поставила на стол, довольно улыбаясь. Закинула в рот хлопья сушёных кальмаров и затянулась кальяном.

– Ну что, если всё обсудили, то я, пожалуй, пойду, – сказал я, допивая остатки пива.

– Пойдёшь? Куда? Стой, Полярис! Ты не можешь оставить меня один на один с этим всем!

– Сама заказала, – пожал я плечами.

– Ну пожалуйста! – буквально взмолилась она. – Я тебе тогда ещё что-нибудь покажу. Тебе понравится.

– То, как ты меня уговариваешь, заставляет думать, что там снова что-то не чисто.

– Давай ещё по одной, я доем и продолжим экскурсию? Я тебе такое бонусом покажу! Ну же, Полярис. Я же подружиться с тобой хочу!

20. Край

– Чёрт бы побрал таких стрёмных друзей как ты. Ладно, посидим ещё немного, так и быть. Если сумеешь меня развлечь разговором.

– О чём?

– Например, о Сивилле.

– Что конкретно тебе нужно? – спросила Анна, но было видно, что этот вопрос ей был не по душе.

– Меня интересует её теория об устройстве Города. Раз уж вы знакомы, ты должна быть в курсе?

– И всё? Конечно, я в курсе, – быстро успокоилась моя собеседница.

– Тогда обрисуй в двух словах. Время тебе, пока я допью своё. Кстати, как это здесь работает с заказами?

– Официант! Нам ещё по стакану пива! – сразу крикнула Аня, а затем бросила мне. – Увидишь.

И соврала. Потому что вся суть была как раз в том, что я ничего не увидел. Стакан тёмного и нефильтрованого просто оказались на краю стола, будто всегда там были, но каким-то чудом выпадали из поля зрения.

– За долгую дружбу и плодотворное сотрудничество! – подняла она покал.

Я промолчал, только хмыкнул и продолжил налегать на закуски. Хорошая закусь решает всё…

– Итак, раз ты заинтересовался этой теорией, то ты должен уже знать две другие.

– Хостера-Олега, что город пожирает реальный мир и убивает девять десятых населения земли, кого-то превращая в монстров и во время, которое с них выпадает. А кого-то в котиков, кустики и камушки.

– Мрак мрачный, – согласилась Аня.

– Второй была теория Хостера-Эхмеи, теория избранных. Всё это естественный процесс, а мы – избранные Богом святые, заслужившие право на рай, о котором нужно заботиться.

– А в это хочется поверить, правда?

– Но ты не веришь.

– Как ты понял, я сторонник теории Хостера-Сивиллы, всё верно. Она же теория золотой аномалии.

– Если ты упоминаешь Хостера, значит речь пойдёт снова о том, что город был создан посредством мыслей большинства людей Земли?

– Почти. То, что Город породили челвоеческие мысли это очевидно. Откуда по-твоему взялся сценарий? Твой, мой, первоуровневых? Мы все – его актёры. Только кто-то в массовке. а кто-то выступает на сцене.

– Это и есть твоя теория?

– Мы точно знаем, что мир пошёл не по тому сценарию, которому должен. Естестенный ход событий нарушило появление всадников, превратившее знакомую нам землю в Ад. Эпидемия, война, аномальная жара, голод и экологическая катастрофа. Добившие нас стихийные бедствия. И… Город. Неспящие считают его последним всадником, Смертью. Пробуждённые, как твой шеф – последовавшей за ней эпохой вечного рая.

– А вы с Сивиллой?

– Ты изнанщик, так что уже должен был понять, что не все, кого ты встречаешь на высоких слоях эхо, это люди. Скорее наоборот – чем дальше наружу, тем меньше там будет людей. Сивилла даже видела – многое из этого. Из-за сил медиума её часто преследуют видения об иных мирах.

– Ты про книги?

– Да. История Ласки связана с половиной культов эхо. Есть книги про другие миры. Да и она сама не совсем отсюда. В общем, суть такова. Наш мир, такой, каким он был и каким является сейчас – лишь часть чего-то большего. Как минимум, есть и другие миры, совершенно не похожие на наш.

– Уже интересно, – кивнул я и затянулся. Пока что начало мне нравилось – по крайней мере это заполняло дыры в двух известных мне ранее теориях.

– Что по твоему такое наши сценарии, Полярис?

– Эхо?

– Эхо – это версия нашей планеты. То, что реально могло бы быть, если бы начальные условия были другими.

– Даже культы иномирного зверья?

– Да. Это предполагает наличие у нашего мира связей с другими, уровень влияния или изоляции Земли. У нашего Города ведь есть свои собственные параметры перезапуска. Каждый раз разные. Ты знал?

– Да.

– М-м, пахнет Танюшей, – картинно улыбнулась Аня.

– Потом про неё. Не сбивайся.

Похоже, моя спутница уже напилась. Да и я себя чувствовал готовым покорять новые горизонты и устраивать рейды в астрал.

Хорошо, что магия изнанки вырубается от сильных эмоций.

– Да-а, точно. Но это в общем-то почти всё. Понимаешь, есть некая механика. Во всём этом должен быть смысл. Сивилла говорит, что мир… знаешь, как те нейросети. Путём перебора пытается построить следующий день, насколько может. Но в какой-то момент эта нейросеть начинает давать слишком много сбоев, и появляется кризис.

– А кто это всё запустил? Бог?

– Ну-у… – потянула Аня. – Смысл в том, что мы не знаем.

– В смысле?

– В прямом. Теория Сивиллы – это о том, что случилась некая аномалия, у которой есть конкретные просчитываемые причины и следствия. Возможно, это естественный процесс. Но скорее это отголоски чего-то иного.

– Чего?

– А вот это мы и пытаемся выяснить. Собираем информацию по крупицам и пытаемся понять, что конкретно произошло. Строим теории. Думаем. Вот и всё! Ха, вижу ты ожидал немного другого конца. Разочарован?

– Пожалуй.

– Суть в том, что у всего есть конкретная причина, связанная с механикой всего этого. Прямо как ты любишь, Полярис. Ничто не произошло случайно. Но это не значит, что мы эти причины знаем.

– Тогда и выбор первых пробуждённых, задающих вектор развития Города и вечный две тысячи седьмой – не случаен?

– Разумеется. Первыми стали те, кто громче всех взывал к небесам о спасении. Первое правило – всё определяет воля и вера. Вторая волна – те, кого они считали хорошими. Ну и дальше выборка становится с каждым кругом стабильней. А ты ещё и один из тех, кто искренне молился, или просто сильно мечтал о возвращении в прошлое. И вот ты здесь, Полярис. Такой же, как и все, кто больше всего на свете хотел вернуться в нормальную жизнь, которую всадники у них отняли.

– Хотя ответов у вас меньше всех так ваша теория кажется мне более логичной. Что удалось узнать на текущий момент достоверно? Есть факты?

– Много разных.

– Где-то неподалёку от нас в каком-то мире случился катаклизм. Появление всадников – его прямое следствие. Но что это всё значит для нас пока один хрен знает. Мы пытаемся разобраться.

– Третьи, да?

– Да! – охотно ответила Аня. – Несбывшаяся – это наша земля.

– Третья сходка, насколько я знаю, союзник первых двух.

– Вообще, первая и вторая сходка – это одно и то же, только с разным руководством, состоящим в союзе. Мы назывались третьими, скорее как третья сила.

– Тем не менее, цели у вас и на сходках, одни.

– Да. В первую очередь нужно защитить Город и от теории Олега, и от других угроз.

– А воровать стирателей – ваша идея?

– Тс! Давай об этом не будем, – испуганно шикнула Аня, а затем хитро улыбнулась. – По крайней мере здесь. Допивай-доедай. Расскажу об остальных декорациях.

Пищи оставалось уже немного. А вот пиво уже было немного лишним. Я почему-то не мог вспомнить, в какой момент заказал себе добавку, и теперь старался осторожней выбирать слова, насколько это возможно.

Я понятия не имею, какие у неё навыки и как она может влиять на разум.

Одним махом допил вторую кружку пива. Чувствовалась приятная сытость и большое желание сделать жизнь вокруг веселее.

– Тогда идём, – сказал я и поднялся. Пока она ещё чего-нибудь не заказала, и тогда третью порцию я могу и не осилить.

Аня с готовностью встала следом за мной, по пути, будто хомяк, набивая рот закусью, чтобы вся посуда оставалась чистой.

Мы прошли мимо пустой барной стойки. Мелькнула мысль про оплату, но Аня просто пробежалась мимо. Должно быть время снимается как-то само собой. Нужно будет проверить потом в зеркале.

Снаружи была глубокая ночь. Судя по часам – близящаяся к рассвету.

Дождливая сырость уступила место прохладе. Анна полной грудью вдохнула ночной воздух и улыбнулась.

Девушка обернулась по сторонам.

– Сюда!

– Куда мы идём?

– А, тебе понравится.

– Не катит.

– Бу-ука. На набережную.

– Здесь и такое есть?

– Ну, в каком-то смысле, – Аня сперва тянула меня за собой, крепко держа за руку. Даже не помню, с какого момента мы так взялись, будто влюблённые детишки на свидании.

Но она первой вырвала свою руку и заложила обе за голову, после чего принялась насвистывать какой-то незнакомый мотив.

Затем вышла вперёд, резко развернулась и теперь шла по улице задом, глядя на меня.

– Можешь начинать рассказывать, что у вас тут за игры со стирателями.

– Ты думаешь, что если свет в домах погас, то там никого нет? – весело спросила она.

– Не, думаю, что развлечения заканчиваются, и если развлекать историями ты меня больше не хочешь, то я пойду домой.

– А ты помнишь, куда нужно идти, Полярис?

– Конечно. Воплощением на Изнанку.

По кислому выражению лица Ани, это был правильный ответ.

– Ну, тогда ты можешь не бояться заблудиться, не так ли?

– Пока что боюсь только помереть от скуки.

Аня рассмеялась и запрыгнула на стоящий у обочины пустой киоск. Причём это не был какой-то сверхпрыжок. Она сперва запрыгнула на валявшуюся рядом трёхлитровую банку. Та разбилась от веса девушки, но Аня умудрилась уже быть на перевёрнутом мусорном баке, затем на хлипкой деревянной ограде частного дома за киоском. Та тоже не выдержала вес девушки, но она успела оттолкнуться и оказаться на крыше.

Всё это было сделано так быстро и легко, будто она всю жизнь тренировалась.

– Впечатляет. Аплодировать надо?

– Желательно, – улыбнулась Аня. – Этому как раз Лора учит. Хочешь, пойдём к ней прямо сейчас?

– Чем ты настойчивей, тем больше я хочу сказать «нет».

– Ну, пока что мы идём на пристань. Там круто! Знаешь, на каком круге случился кризис Несбывшейся?

– Удиви.

– Пока что нечем, – загадочно улыбнулась она. – Тогда был лёгкий уклон в стимпанк, и у нас была воздушная пристань для дирижаблей. Хотя сейчас эхо сильно её размыло. Знаешь, когда мир слишком часто меняется, его части начинают забывать, какими им нужно быть.

– Это на каком языке сейчас было?

– Эхо здесь не всегда проходят стабильно, некоторые вещи наслаиваются. Ну, сейчас сам всё увидишь. Там редко бывают свидетели.

– Собираешься меня убить?

– … Или веду в укромное место? – улыбнулась Аня.

Она спрыгнула с киоска – так же легко и в то же время странно. Будто это не навык, а набор случайных действий, которые каким-то чудом приводят к успеху. Она шутливо спрыгнула на срубленное дерево, а с него – изящным сальто назад на землю.

– Ну и зачем? – спросил я. – Цирк уехал, тебя забыл?

– Не знаю, любил ли ты спорт в прошлом мире. После знакомства с Лорой ты будешь его обожать!

– Ну хватит рекламы. Лучше расскажи, кто там у тебя ещё в запасе?

– А как же интри-ига? – Анна растянулась в улыбке.

– Сколько их?

– Скоро их станет шесть. Хорошее число. Но это конкретно те, за кого я в ответе. На вашей стороне ведь тоже есть такие, как Рута. Хотя сам метод придумали мы, да.

– Вы как-то превращаете стирателей в инвалидов?

– Почему в инвалидов? – заинтересовалась Аня.

– Потому что Рута при всём своём могуществе прикована к своему дому.

– Это не совсем так, Полярис. Она прикована не потому, что не может выйти. Если её уровень могущества воплотится в реальности, там будет пришествие нового бога огня.

– Прям бога?

– Ну, полубога, – уступила Аня и развела руками. – Это зависит от характеристики. Её могущество делает её живым источником пламени. У других могут быть и другие силы с другими побочными эффектами. Я слышала об одной душе, которой пришлось каждый час менять свою личность, пока она не выскользнула в Город. Представляешь, какая ужасная судьба?

– Дай угадаю, ты говоришь о себе?

– Нет. Эта девушка давно умерла. Заблудилась на улицах Города. Правда здесь красиво?

Она развела руками, демонстрируя небо над нами.

Оно было очень похоже на небо астрала, находящееся в постоянном движении. Только его сильно затягивало сейчас тяжёлыми тучами, а где-то впереди брезжил рассвет. Серый, но почти светящийся на фоне темнеющих туч грозового фронта.

– Здесь всегда такая погода. Как перед самым дождём.

Впереди дома уткнулись в поваленные деревянные корабли. Чуть поодаль встал на мель железный исполин с проржавевшим дном. Над ним с криками наворачивали круги чайки. Затем они вдруг застыли – звуки стихли, погрузив нас в полную тишину.

Я обернулся к Ане, и та с широкой, прямо до жуткости, улыбкой ткнула в небо.

– Смотри-смотри!

Вспыхнула молния, и под шум ветра среди чёрных туч возник дирижабль. Он медленно пролетел через плотный строй облаков вниз, под идеальным углом в сорок пять градусов. А затем насадился на торчащую снизу длинную мачту.

Послышался хруст дерева и металла. Дирижабль впился носом в землю, укрываясь тканью, а железное судно накренилось и перевернулось на бок.

Всё это сопровождалось грохотом и хрустом, металлическим скрежетом и… криком чаек. Они вдруг отмерли и снова принялись кружить, только теперь уже вокруг мачты второго по величине на «пристани» судна. Будто всю стаю телепортировало к ней волшебным образом.

– Идём, – сказала она. – Покажу тебе моё любимое место!

Она снова взяла меня за руку и понеслась между зданий в узкий переулок.

Все дома здесь были заброшены и не подходили для жизни. Дыры в стенах, следы обильно разросшейся чёрной плесени, толстый покров мха из-за влажности. Многие дома накренились или провалились внутрь. Каждый был уникален, но в то же время всё это создавало лабиринт. Я даже подумал, не пытается ли она меня завести в ловушку.

Но когда я почти решился её одёрнуть, она вдруг замерла, так что я едва в неё не врезался.

– Вот здесь, – сказала она и резко свернула.

Мы поднырнули под поваленный дом в полную тьму. Внутренние помещения осыпались, создавая подобие пещеры.

Чутьё подсказало мне, что мы не одни. Сразу, как только мы появились, с пола поднялись три чёрные тени с белеющими черепами, будто зависшими в воздухе.

Ловушка?

Аня засмеялась, но сражаться начала на правильной стороне. Причём стиль боя у неё был какой-то совершенно странный. Будто она перетекала по полу, подхватывая камни и мелкий мусор на ходу и швыряясь в противника. При этом она всегда попадала в самые уязвимые места духов – хрупкие левитирующие черепа.

Я последовал её примеру. Техники сновидцев сейчас не сработают из-за алкоголя и бешено колотящегося сердца. Но зато должны стандартные.

– Кир! – крикнул я, взмахнув поднятой с земли деревянной балкой.

Выброс силы сработал как надо, а сразу же разлетевшаяся от силы деревяшка растянула область поражения на всех троих.

– Игни, – добавил я, выпуская сгусток пламени в четвёртую тень с черепом лисицы.

– Бу! – шепнула мне на ухо Луричева.

Обернулся к ней, сжав пальцы в недавно изученной печати, заменявший звук «кир».

– Тихо, свои. Тебе не весело?

– Немного, – признал я. Ну а что, я каждый раз кайфовал, когда применял магию. А эти духи точно не выглядели как бывшие люди.

– Тогда идём. Уже почти на месте.

Мы собрали смешные крохи с монстров. Мои четверо дали мне в сумме четырнадцать минут. Это говорило о том, что монстры были действительно слабые, и подсчитывались по меркам активного мира, то есть в минутах.

Когда мы вышли из под поваленного дома, я увидел тянущуюся вперёд улочку уютных сталинок, стоящих друг напротив друга. В одном из них мне даже на миг показалось, что вспыхнул свет.

Но Аня сразу потащила меня влево и оттуда…

Вау…

А ведь она не солгала. Девушка действительно просто вела меня в любимое место. Теперь я в это верил.

Сразу за домами была старая ржавая детская площадка. Песочница, лавочки, дальше – качели. А сразу за ними – обрыв, будто откусивший часть Города.

Анна отпустила меня и кивнула сторону качель. Они выходили как раз под самый обрыв, так что вид должно быть открывался неописуемый.

Сама она подняла с земли загнутый ржавый прут. Вернее, это был гвоздодёр, только очень старый. Им она эффектно в два замаха освободила от забивавших окно небольшого ларька досок вид на стандартный набор ларька на окраине.

С шумом вскрыла деревянное окошко и запустила внутрь руку. На свет появились две бутылки. Затем пачка сухариков и конфета на палочке. Последнюю она сразу вскрыла и закинула в рот. А остальное понесла в мою сторону.

– Держи, – протянула она мне бутылку. – Тёмное, как ты любишь. Тебе вскрыть?

– Сам, – буркнул я и снял крышку об ржавую площадку.

Она поступила примерно так же и принялась жадно пить, не вынимая конфету изо рта. Затем посмотрела на меня и шутливо бросила.

– Не, это уже бесплатно. Не хочешь – вылей.

Делать этого я не стал. Сам не понял, как, но повторил её жест, сделав несколько глотков. На вкус было неплохо. Глянул на этикетку – «бархатное» и советская печать ГОСТ.

– Оно каждый раз тут разное, – сказала Аня и уселась на качелю вместе с бутылкой.

Я пошёл вслед за ней, поглядывая то на темнеющий заброшенный дом, то на опавшую осеннюю листву, то на пробивавшиеся светящиеся одинокие колосья пшеницы, на обрыв.

Вид открывался действительно великолепный. Уходившее в серый туман кладбище кораблей всех эпох и разных эхо, включая воздухоплавающие.

– Это граница Несбывшейся?

– Несбывшейся и нулевого мира. За ней очень интересно наблюдать. Садись, тебе такого никто больше не покажет!

21. Свидание призраков

– Что ты хотела этим всем мне показать?

– Классное место для отдыха. Сейчас-сейчас, это ещё не всё. Закрой глаза и слушай меня.

– Я по-твоему идиот, попадать под гипноз?

– Да блин! Тут правда никакой хитрости! Хочешь, могу поклясться именем Тефнут. Дай мне шанс! – взмолилась она. – Щепотку доверия, ну? Или, вот так!

Она потянулась ко мне ладонью и на секунду закрыла глаза.

– Слушай шум волн. Ветер прибоя. Крик чаек. Запах солёного воздуха. Почувствуй, как ветер дует тебе в лицо. Чувствуешь, как он пробирается тебе под одежду?..

– Хватит, – остановил я её и убрал руку от лица. – Вау…

Вид перед глазами преобразился. Теперь под обрывом было бескрайнее море, покрывающее большую часть остовов затонувших кораблей.

– Вот видишь, ничего страшного. Мне можно верить. Я же первая, кого ты встретил в этом мире.

– Технически, вторая, – возразил я и сделал ещё пару глотков прохладного колючего напитка с приятной горечью.

– Таня не в счёт. Я первая, с кем ты осознанно побеседовал. Твой наставник и проводник в лучший мир!

– Не катит, – усмехнулся я. – Кстати, ты говорила о стирателях.

– У-у, зануда! Большинство из них – результат попыток остановить распад Несбывшейся. Это предложил Ральф. Не бороться со стиранием, а обратить стирателей. Для Города это обернулось ещё большей бедой.

– Почему?

– Потому что когда район не стёрся, то погрузился ещё глубже в эхо, и сюда хлынул хаос. Был шанс, что весь Город будет уничтожен. Такие дела…

Она сделала несколько глотков и вскрыла пачку ржаных сухариков с сыром.

– А стиратели?

– Кто как. План был в том, чтобы дать свободную волю исполнителям. А как ей воспользоваться, каждый решал сам. Я в ответе только за семерых. Возможно, за шестерых, если ты согласишься помочь Лоре.

– Что у неё за откат? – сразу спросил я.

– Ну, у тебя вряд ли будет такой, как у неё… Я не знаю, по какому принципу Город их выбирает. Могущество ведь тоже сделало из тебя не полуэлементаля, а призрака-полукровку.

– Значит, зависит от стихии? Как ловкость может быть связана с ней?

– Точка фокусировки – это не совсем ловкость. Скорее всего это будет связано с тем, как ты станешь её применять… о, смотри-смотри!

Она привстала с качели и указала бутылкой нефильтрованного на странный сложный механизм с двумя медными куполами, как у дирижабля. А под ними размещалось сложное медное устройство, вроде крупного стимпанковского корабля.

Его ждала та же участь, что и предшественника – только мачты не нашлось, и он просто рухнул в воду, поднимая волны и брызги подле себя. А когда облако поднявшегося пара развеялось, вместо моря были усыпанные кораблями скалы.

– Если хочешь снова увидеть море, закрой глаза и представь, что оно есть, – сказала она. – Такая вот аномалия. Нравится?

– Забавно.

Она просияла и вдруг начала петь.

– Серый мир из тоски по забытым мечтам. Тёмный мир, где про свет позабудешь ты сам… – надо сказать, голос у Ани оказался великолепным. Не совсем в моём вкусе, но тем не менее мне показалось, что вокал едва ли не лучше чем в оригинале.

Я сразу узнал любимую песню Тани, потому даже смог ей подпевать какое-то время. Настроение было весёлым и лёгким. В последний раз я позволял себе так пить и бродить непонятно где среди ночи… а, как раз в том возрасте, в который и попал.

– Разделён с тобой гранями миров.

– Разделён как сон, забывший про рассвет…

– Разделён как явь, проживая путь…

Допев песню, одним залпом осушил бутылку. Что с ней делать подсказала Аня, с силой зашвырнул свою с обрыва. Тара сделала несколько кувырков вокруг своей оси и с треском столкнулась с торчащим снизу стальным носом рыболовного судна начала двадцатого века. А мелкие осколки, вместо того, чтобы рассыпаться вниз, будто ожили и улетели куда-то далеко в небо, в разные стороны.

Затем сунула руку в пакет сухариков, но ничего не нашла.

– Ща, – пообещала она и встала. Я поднялся следом за ней. Меня немного шатало от выпитого, но казалось, что голова мыслит ещё достаточно ясно.

Обтягивающие шорты на время вытеснили из головы все лишние мысли и даже затмили собой сюрреалистичный вид кладбища кораблей.

Аня запустила руку в ларёк и выудила ещё две бутылки, поставила их на занесённый листьями прилавок, потом принялась искать закуски, но не вышло. Тогда она залезла в киоск на половину туловища и принялась шарить внутри, как у себя дома.

Я вскрыл своё «тёмное» о забор и вознёс молитву дизайнерам, придумавшим моду с заниженной талией в две тысячи седьмом. Ибо вид открывался великолепный.

Девушка активно зашевелилась, послышался хруст упаковки, и затем подалась назад. Но выбраться оказалось не так-то просто. Дилемма хомяка, который слишком много ест – вылезти со всем что она там набрала не получалось. Потому она начала по очереди вытаскивать закуску. Вскоре на выбор появились три пачки чипсов, сухарики, сладкие кукурузные палочки и сушёные кальмары.

Затем вылезла и она сама и сразу же вскрыла именно сладкое, чем вызвала улыбку. Она и жареную картошку вместо соуса мокала в торт с мороженым.

– Ты всегда пьёшь пиво со сладким?

– У меня нестандартные вкусы, – улыбнулась она. – Хочешь попробовать?

– Нет, спасибо.

– Хочешь, я сделаю так, что у тебя тоже они станут нестандартными?

– Это твоя способность? – спросил я.

– Агась. Почти как у Саши.

– Ты всех в Городе знаешь? Помнится ты и Таню упоминала.

– Агась, – повторила она. – Я люблю людей. Наблюдать за ними. Изучать их. Интересно же представлять, что творится в голове у другого человека?

– Ну так иди в псионику или купи артефакт. А как вы познакомились с Таней?

– Да-а так, были в одной группе какое-то время. Она скрытная, недоверчивая и всегда ожидает худшего. Вот я и подумала, что ей не хватает прекрасного принца.

– Поэтому наврала про передачу времени?

– И как она целуется? Она у нас была немного социопатичной, не зря её Город нарядил в чёрно-розовые шмотки.

– Лучше скажи, откуда ты вообще знала, что мы были знакомы?

– Ну вот, знаю. Способность такая. Большего тебе знать пока рано.

– Я в принципе не люблю, когда кто-то обо мне знает слишком много.

– Ты по эту сторону баррикад, так что тебе нечего бояться. Я никогда не причиню вреда людям в Городе знанием о том, где они живут.

– А если они перейдут на другую сторону, ты к ним наведаешься?

– Незачем. Те, кто уходят к неспящим, бросают свои семьи здесь.

– Значит, ты действительно охотилась на таких?

– Я – нет. Я актриса, а не хищник. Моё поле боя в театре.

– Значит, наводила на них, – понял я.

– Да нет же… я вообще не боевой персонаж. Ты что, думаешь, мой навык уникален? Сходка пойдёт на всё, чтобы уничтожить неспов. Для половины руководства «любой ценой» тоже уместно. И у половины от этой половины – это включает готовность их самих жертвовать собой. Мы же защищаем Город! – передразнила она.

– Ты будто с этим не согласна.

– Я думаю, что не правы и те, и те. Но со сходками у нас больше общего.

– Нас?

– Нас, – улыбнулась она. – За нас?

Она подняла бутылку и отсалютовала.

Пьяный разум повторил жест девушки. Я с большим удовольствием сделал несколько глотков напитка.

Аня с силой метнула пустую бутылку с обрыва, забавно подпрыгнув.

– Кем ты был в нулевом мире, Полярис?

– Выживальщиком, как и все.

– Ага-ага. Никто не говорит напрямую. Все предпочитают думать, что прошлого нет. Но оно есть, Полярис. И я не про то, что находится по ту сторону. Кусочек нулевого мира ты держишь вот здесь, – она шагнула ко мне и ткнула указательным пальцем в сердце.

Я усмехнулся. Нет, всё-таки волосы слишком короткие. И выражение лица, будто она слегка посмеивается над тобой или в чём-то хитрит. Но похоже, это просто её естественное состояние.

– Беда в том, мой друг Полярис, что его печать лежит на твоём сердце. Скажи, чем отличается тот мир от этого в корне? Что у них абсолютно разное, вне зависимости от уровня эхо, наличия магии или сверхтехнологий?

– Свобода, – ответил я.

– Правильно! – просияла Аня. – Значит, ты уже начал понимать главное. Нет никакого верного пути. Никто не может быть прав. Ты можешь только сам придумать себе правду и поверить в неё.

Она ткнула тем же указательным пальцем себе в висок и улыбнулась.