Текст книги ""Фантастика 2026-57". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Наталья Жильцова

5. Конхарн

Ближе к вечеру Тайрон остановил взмыленного коня и указал гному на показавшиеся впереди городские постройки, а за ними – величественные горные вершины, покрытые вечными снегами.

– Слава всем богам! – воскликнул Гимзи, которого бешеная скачка утомила не меньше, чем его скакуна.

У них было всего лишь две коротких остановки, во время которых они перекусили и предоставили отдых скакунам. Кони, как и обещал пророк ракшей, были и в самом деле практически неутомимы – лишь под вечер они стали понемногу сдавать. Тайрон вновь уловил взглядом парящего над ним сокола и подумал – добрались ли преследователи до Кламадриса. Если да – то как прошла встреча?

– Слушай, Гимзи, – весело произнес Тень, пытаясь приободрить понуро трясущегося в седле гнома. – Когда-нибудь я и правда последую твоему совету и прибью эту ненавистную птицу – она порядком намозолила мне глаза!

– Давно пора, – оживился гном, – пусть знают – с кем имеют дело!

– Уж поверь мне – это они знают отлично, – прошептал себе под нос маг, а потом повысил голос: – Последний рывок, господин гном! В городе нас ждут горячая пища и теплые постели! И нужно дать нашим конягам хорошенько отдохнуть. Завтра – базарный день, и никто не даст хорошую цену за изможденных кляч!

Конхарн располагался у самого подножия Ривеленских скал, в том месте, где они соединялись с казавшимися бесконечной цепью неприступными пиками Южного хребта. Эта горная система надежно ограждала Фаркрайн от незваных гостей с юга.

Город располагался на берегу Драйоны, поэтому десятки небольших судов, пришвартованных в порту, красноречиво говорили о том, что это место – важнейший торговый центр. Сюда доставлялись сельскохозяйственные товары из Брейги, промышленные – из Скаллена. Вниз по течению реки из Беннигеда в Конхарн везли золото и самоцветные камни, скупленные предприимчивыми гоблинами у старателей Тарнеги.

Сам Конхарн имел облик большого базара: множество мелких лавочек и магазинов занимали большую часть территории города. Здесь не было крепостной стены и оборонительных сооружений. Синие демоны не патрулировали улицы, так как хозяин каждого магазина предпочитал нанимать личную охрану, которой он всецело доверял. Улицы пестрили вывесками гостиниц и небольших забегаловок, где вечно спешащие торговцы могли перекусить и отдохнуть. Только в этом городе существовал бордель, где трудились в поте лица представительницы всех рас Фаркрайна.

Лишь два строения выделялись из общей массы невысоких зданий – Храм всех богов и Городская управа, где заседали местные чиновники, большей своей частью – гоблины.

Тень обратил внимание Гимзи на большой опрятный дом с вывеской «Усталый путник». Гном пожал плечами, а потом кивнул. Путешественники заехали во двор гостиницы, спешились и передали своих коней молодому парню. Тайрон подробно проинструктировал его о том, что скакунов нужно хорошенько накормить и помыть, чтобы к утру они имели товарный вид. Тем временем Гимзи уже заказал комнату, ужин и ожидал мага в небольшом уютном баре. Тайрон вошел, поздоровался с хозяином и долго обсуждал с ним – где и по какой цене лучше продать лошадей. Хозяин – человек лет пятидесяти – охотно отвечал на вопросы постояльца, особенно – после того, как Тень протянул ему вешку. Узнав, что Тайрон собирается покупать парусник, он тут же посоветовал ему обратиться на судостроительную верфь своего близкого друга – гнома Тарбута Струга. Он подробно объяснил магу, как туда добраться, и даже написал рекомендательную записку самому Тарбуту.

– Ну вот, – подойдя к столику, Тайрон довольно улыбнулся. – Практически все дела на завтра спланированы, так что мы не задержимся в этом городе надолго. К обеду я планирую отплыть из Конхарна.

Гном едва открыл слипающиеся глаза и пробурчал что-то маловразумительно-одобряющее.

Путешественники быстро поужинали и отправились отдыхать…

Проводив Тайрона, Караннон почти весь день провел в самом великом хранилище манускриптов своей расы. Он искал любое упоминание о Пламени Судьбы и его истории. Единственный вывод, который он сделал в конце этого длинного дня – в разговоре с Тенью память его не подвела – он рассказал другу все, что ракши знали об этом клинке. Пророк горько усмехнулся – получается, что он потратил время впустую.

И тут взгляд его остановился на старинном манускрипте, под которым стояла подпись легендарного Этариса Лорнога. Назывался сей объемистый труд: «Великие артефакты мира Таашур». Караннон взял в руки фолиант и принялся бегло просматривать страницы. Большая часть написанного ему, как Верховному пророку расы, была известна до мельчайших подробностей. Но, наткнувшись на историю о Пламени Сульбы, в самом конце описания легендарного клинка Караннон наткнулся на странную фразу: «Когда-нибудь, через бесчисленное множество веков, раса элементалей поднимется под знаменами Избранного. Этот инфернал будет нести в себе настолько мощный потенциал, что сможет овладеть силой Пламени Судьбы, трансформировав ее в неутолимую жажду истребления… Океаны крови разольются на поверхности Таашура…»

Книга выпала из ослабевшей руки пророка… Конечно, верить в пророчества, которым уже много веков – занятие довольно сомнительное, но после всего услышанного им от Тайрона… Нет, этого не может быть! Тем более – Этарис пишет о демоне, а никак не о человеке! И все же после прочитанного странная тревога овладела разумом пророка…

В помещение хранилища вошел дежурный офицер:

– Пророк, к Южным воротам города приближается вооруженный отряд!

– Я догадываюсь – что это за отряд! – нахмурился Караннон и отдал приказ: – Седлай моего коня!

Когда пророк на своем знаменитом Бариллоне – огромном вороном жеребце, о котором ходили легенды, достиг Южных ворот, навстречу ему выбежал караульный:

– Великий пророк, прямо у ворот – штурмовой отряд Шенка!

– Выказывают признаки агрессии? – холодно спросил Караннон.

– Нет, – неуверенно ответил солдат. – Весьма учтиво потребовали встречи с вами.

– Учтиво, – усмехнулся пророк, – но – потребовали! Хорошо, сейчас я поднимусь на стену.

– Магические щиты уже выставлены по всей протяженности Южной стены! – доложил исполнительный воин.

Караннон одобрительно кивнул, спешился и скорым шагом направился к лестнице, ведущей на стену.

Когда пророк, опершись на парапет стены, взглянул вниз, то невольно посочувствовал своему другу.

Пара десятков орков на огромных гиенах, вооруженные луками и кривыми широкими саблями – судя по всему – нургайцы; шесть могучих троллей с тяжелыми копьями и мечами; йотун на крупном лохматом медведе, с ног до головы увешанный цепями и амулетами; и пять эльфов крови в сверкающих доспехах. Да, Тайрон, если и Лига послала соответствующий по боевой мощи отряд – тебе не позавидуешь!

– Приветствую тебя, пророк ракшей! – выдвинулся вперед тролль на гнедом жеребце в живописных стальных доспехах с выпирающими силуэтами черепов и устрашающих монстров.

– Приветствую и тебя, тролль …?

– Атсенай! – гордо выкрикнул свое имя командир отряда.

– Ваш визит несет официальный характер? – деловито спросил Караннон. – В таком случае не вижу белого флага.

– Нет, пророк, – усмехнулся тролль, – послы командующих Керруша и Мирры Банши прибудут к тебе позже. У них для тебя множество заманчивых предложений. Мы же преследуем преступника, который напал на наш патруль и практически уничтожил его. Наш маг, – Атсенай оглянулся на йотуна, на плече которого восседал сокол, – утверждает, что сегодня этот человек побывал в Кламадрисе. Преступника сопровождает гном. Мы считаем, что в знак возможного будущего союза ты мог бы поделиться с нами информацией об этом человеке. Так же мы хотели бы пополнить запасы воды и продовольствия.

«Каков наглец!» – покачал головой пророк и учтиво ответил:

– Кламадрис ежедневно посещают сотни людей и гномов. Мы не ведем учет гостей и туристов. К величайшему сожалению, я ничем не могу вам помочь!

– У нас есть данные, что преступник лично знаком с вами и посещал вашу резиденцию! – глаза могучего тролля хищно сверкнули в сгущающихся сумерках.

– Ваши догадки и фантазии вы можете оставить при себе, уважаемый Атсенай! – с плохо скрытым сарказмом произнес Караннон.

– Я уяснил вашу позицию, пророк Караннон! – в голосе тролля зазвенел металл. – Надеюсь, что вы не откажете моим воинам в пополнении припасов.

– К сожалению, – развел руками пророк, – статус ваших войск на территории Фаркрайна пока что не определен. Ввиду этого я не вижу необходимости в чем-то помогать вам.

– Возможно, – задумчиво ответил Атсенай, – когда-нибудь ты горько пожалеешь о своих словах, пророк Караннон. А пока что – было приятно побеседовать!

Тролль резко повернул своего скакуна на восток и пустил его галопом. Весь его отряд, сопровождая свое отбытие залихватскими воплями нургайцев, устремился за своим командиром.

– Взаимно! – улыбнулся им вслед пророк ракшей.

Ночью на побережье становилось довольно прохладно. Мирра Банши, закутавшись в меховой плащ, неторопливо прогуливалась по берегу бухты.

Это ее всегда успокаивало – тихий шелест волн о прибрежный песок. Совсем недавно она имела довольно напряженный разговор с Керрушем, который высказал недовольство по поводу неэффективности ее действий в плане поимки человека с Пламенем Судьбы. Она, конечно, легко поставила на место этого неотесанного мужлана, но горький осадок от разговора все же остался…

Сильный порыв ветра распахнул полы плаща, и Мирра невольно передернула плечами. Затем эльфийка резко развернулась и направилась в сторону своего огромного шатра. Зайдя в свои «покои», она щелкнула пальцами – шатер тут же наполнился мягким красноватым светом. Пора пообщаться с Атсенаем! Причем – жестко! Мирра откинула полог, огораживающий ту часть шатра, куда ее посетителям и их любопытным взглядам доступа не было.

На полу кровью новорожденного орка была начертана пентаграмма. Над ее центром, прямо в воздухе, парило большое круглое зеркало. Эльфийка медленно подошла к нему и несколько мгновений критически рассматривала свое отражение. Она поправила локон, коснувшийся ее губ лазурного цвета, и довольно улыбнулась – хороша!

Мирра прикрыла глаза и развела в стороны руки – смесь трав в маленьких чашах на лучах пентаграммы вспыхнула зеленым огнем, в свете которого лицо Банши приобрело облик ангела во плоти демона. Высоким красивым голосом Мирра произнесла заклинание на древнем эльфийском диалекте. Поверхность зеркала потемнела, пошла рябью, и через несколько мгновений она увидела в нем командира отряда, посланного ею в погоню. Атсенай что-то жевал и запивал это вином из глиняного бокала. Мирра провела ладонью над зеркалом, и тролль мгновенно узрел ее. Он тут же поднялся на ноги, бросил в сторону свою недопитую чашу и склонил голову:

– Приветствую тебя, великий джоддак!

– Доброй ночи, тролль! – коварно улыбнулась эльфийка, и от этой улыбки кровь застыла в жилах предводителя отряда. – Какими новостями ты порадуешь меня, Атсенай?

– Госпожа, мы значительно сократили расстояние между нами и преступником. Вчера он заночевал в Кламадрисе, и странное дело – пророк ракшей принимал его в своем доме! Утром беглецы выехали в сторону Конхарна и сейчас заночевали там. По всей видимости, они продолжат свой путь вверх по руслу Драйоны.

Когда мы на закате подъехали к стенам столицы синих демонов, то ворота уже были закрыты на ночь. Караннон общался с нами прямо со стены, как с какими-то недостойными бродягами. Он отказался предоставить какую-либо информацию о своих гостях! Мало того, пророк даже не дал нам пополнить свои запасы! Он вел себя довольно неучтиво и, я бы даже сказал – дерзко!

– Признаться, я считала, что вы уже догнали и убили беглецов! – джоддак прищурила прекрасные миндалевидные глаза. – Так ты говоришь – Караннон прикрывает их?! Это весьма любопытно! Я хочу взглянуть на этого человека! Позови мне Кожду!

Атсенай мгновенно исчез из поля зрения, и через несколько мгновений его сменил свирепый йотун.

– Слушаю, моя госпожа!

– Твоя птица сейчас наблюдает за беглецами?

– Нет, джоддак, – ответил невозмутимый Кожда. – Они сейчас в здании, скорее всего – какая-то гостиница.

– Так покажи мне его по памяти! – вскричала Банши.

– Один момент, госпожа, – тихо произнес йотун и прикрыл веки.

С высоты птичьего полета Мирра увидела двух всадников, во весь опор несущихся по широкой дороге на великолепных согейских скакунах. Один из них, это было заметно даже издалека, был гномом – небольшая коренастая фигура смешно подпрыгивала при каждом соприкосновении копыт коня с землей. А вот второй… Мирра сделала несколько замысловатых пассов, и изображение заметно увеличилось. И тут Банши непроизвольно прикрыла ладонью рот, а глаза ее заискрились, сочетая во взгляде странную смесь нежности и ярости. Брови йотуна непроизвольно поползли вверх – настолько облик Мирры не вязался с привычным образом великого джоддака.

– Атсеная мне! – резко бросила некромантка.

– Да, госпожа! – тут же оказался пред ее взором тролль.

– Немедленно в погоню! Никаких привалов и остановок! Я требую, чтобы вы настигли их до того, как они отплывут, и убили! Меч человека не должен покидать своих ножен! Ты все уяснил?!

– Да, госпожа! – склонил голову Атсенай.

Мирра взмахнула рукой, и зеркало обрело свой привычный облик.

Эльфийка тихо выругалась и, сама не осознавая этого, принялась нервно измерять шагами пространство своей обители.

Тайрон, будь он проклят! Тайрон-Тень – человек, которому она однажды открыла свои чувства. А он холодно отверг ее… Джоддак саркастически улыбнулась – ну, чувства – это громко сказано… Скорее, это можно было назвать непреодолимым желанием, которое она внезапно испытала к этому загадочному наемнику. Зов плоти – так сказать! Но он посмел отвергнуть ее! Ее, которую добивались практически все, у кого хватило духу это сделать! А этот учтивый негодяй ласково взял Мирру за руку и, проникновенно глядя в глаза, сообщил, что сердце его уже занято… Слава богам, у нее тогда хватило сил собраться и обернуть все шуткой! Но ярость в ее груди клокотала до сих пор… Вот и сегодня, стоило ей увидеть этого обаятельного проходимца – дикое желание, от которого сладко заныл низ живота, охватило ее. Причем одновременно с необузданным желанием уничтожить этого человека!

Тогда, в ярости, она отомстила Тайрону, забрав у него самое дорогое – молоденькую эльфийку крови, с которой у него были какие-то шашни. Она похитила эту малолетнюю тварь и бросила ее в подземелье. А в гнездышко, которое свили себе эти два голубка, подбросила труп ее двойника – настоящее произведение искусства в области трансформации покойников. На какое-то время Тень сам стал подобием мертвеца – он уединился в маленьком домике в горах и около года заливал свое горе вином. Само собой, он во всем подозревал ее, но никаких доказательств у него не было. А Тень – не тот человек, чтобы мстить, не будучи полностью уверенным в виновности объекта. С тех давних пор они больше не встречались… Война, новые возлюбленные, головокружительная карьера… Она почти забыла о нем…

Сегодня, едва Мирра увидела Тень, ей тут же захотелось с корнем вырвать эту постыдную страницу из летописи ее жизни! И… одновременно вновь увидеть его… почувствовать его сильные руки на своих… обнять…

Банши застонала, и рука ее непроизвольно легла между бедер… Но уже через секунду Мирра вскочила и в ярости ударила ногой маленький пуфик, который отлетел далеко в сторону.

Исполненная самых противоречивых чувств, джоддак зарычала и стремительно вновь подошла к зеркалу…

Тайрон не мог уснуть, ворочаясь на жесткой койке гостиницы. Размышления… Вопросы без ответов… Да еще этот проклятый храп Гимзи! Тень подавил внезапное раздражение – умаялся бедняга. Для него, не умеющего толком сидеть в седле, бешеная скачка в течение целого дня – смерти подобна. Тайрон уже хотел накрыться подушкой с головой, как вдруг неявно ощутил чье-то незримое присутствие… Кто-то наблюдал за ним прямо сейчас, именно в этот момент. Причем – не через окно или щель в двери. Это было легкое касание на ментальном уровне…

– Кто ты? – едва слышно прошептали его губы, а рука привычным движением скользнула на рукоять кинжала, спрятанного в изголовье.

Прямо перед ним, во мраке ночи материализовалось лицо той, которую он ненавидел всем своим существом. Прекрасное лицо верховного джоддака взирало на него из светящегося магического круга, вероятнее всего – зеркала Тьмы.

– Доброй ночи, мой милый Тайрон! – ласково произнесла эльфийка.

– Ты явилась для того, чтобы пропеть мне колыбельную? – неприязненно спросил маг.

– М-м-м… если бы ты ОЧЕНЬ попросил, то и не только колыбельную… – полные лазоревые губы соблазнительно приоткрылись.

– Довольно пустых разговоров! – резко оборвал ее Тень. – Что тебе нужно?!

– Я предлагаю тебе обмен! – тон джоддака стал холодным и деловым. – Мне нужен Пламень Судьбы!

– Забудь об этом, – ответил Тайрон и тихо рассмеялся.

– Ты еще не услышал, что я хочу предложить тебе в обмен, так что не спеши с отказом!

– И что же такое предводитель некромантов может предложить мне? – из чистого любопытства задал вопрос маг.

– Элея… – многозначительно произнесла Мирра, – … ее жизнь…

Внезапно эльфийке стало по-настоящему страшно – подобного с ней не случалось давно. Красивое лицо Тайрона потемнело, и сквозь кожу мага на джоддака взглянул преисполненный нечеловеческой ярости демон. Длилось это всего лишь мгновение, но взор, исходящий, казалось, из самого пекла подземного мира, навсегда запечатлелся в ее памяти.

– Никогда больше не упоминай при мне ее имя, убийца! – От этого тихого шепота мороз пробежал по коже Банши. – Ты прекрасно знаешь, что ее уже не вернуть – я лично предал ее тело огню!

– Нет! – проникновенно воскликнула эльфийка. – Это было не ее тело! Я преобразила труп другой девушки, чтобы наказать тебя за…

– За то, что я не захотел ублажать тебя, исчадие Зла?! Оставь свои сказки для более доверчивых слушателей!

Тень выставил вперед ладонь – беззвучная вспышка оранжевого пламени мгновенно прервала связь.

Мирру ураганным порывом отбросило от зеркала. Она едва не упала, но сумела ухватиться за столик с напитками. Ослепленная заклятьем Тайрона, она, словно в тумане, видела, как разлетаются в стороны графины и кубки. Когда зрение вернулось к эльфийке, она медленно подошла к креслу и тяжело опустилась на него. Из прекрасных глаз покатились слезы… Слезы ярости от невозможности испепелить этого наглеца немедленно! У нее даже не было возможности отыграться на его сучке, которую Мирра когда-то держала в подвале. Это было непостижимо, но кто-то помог юной эльфийке крови сбежать из камеры, покинуть которую без ведома Банши было невозможно. Расследование ни к чему не привело. Под пытками умерли трое стражников, были использованы все возможные методы для обнаружения Элеи, но… И здесь джоддаку прошлось потерпеть поражение. Банши легко промокнула влажные очи платком и, сжав кулаки, зловещим шепотом произнесла:

– Никто и никогда так не унижал меня! Причем – дважды! Тайрон-Тень, ты будешь плакать кровавыми слезами, умоляя, чтобы я убила тебя!

Гимзи беспокойно заворочался и сонно спросил:

– Тайрон, мне показалось, или ты с кем-то говорил?

– Да, должно быть – во сне… – тихо ответил маг. – Дурные видения. Спи, мой друг – завтра тяжелый день.

Гном что-то невнятно пробормотал, повернулся на другой бок и вновь захрапел.

Сидя на постели, Тень сосредоточенно уставился в темноту, заново переживая события того трагичного и одновременно счастливого далекого дня… Тогда его сердце, казалось остановившееся от горя, вновь заставило биться неведомое для него прежде чувство – Любовь…

…Он гнал своего вороного Ветра так, что деревья, холмы, поля и скалы сливались в мутно-серые полосы, со свистом скользящие по обе стороны. Сила амулета Гинея текла в могучий организм его скакуна мощным потоком. Казалось, что жеребец и сам проникся тем небывалым волнением, что обуревало его всадника, и отдавал все силы на то, чтобы быстрее доставить хозяина к цели. Несмотря на это, Тайрон продолжал хлестать его круп плетью, оглашая окружающее пространство страшными проклятиями в адрес Лиги, Шенка и Великого противостояния. Встречные потоки ураганного ветра развевали его черные, как смоль, волосы, придавая магу облик демона, летящего на роковую схватку.

Сегодня утром Тень узнал, что его шестнадцатилетний сын, единственный родной для него человек, вступил в коалицию и отправился мстить за смерть матери, погибшей на поле боя шесть лет назад. Тайрон вновь разразился бранью и пришпорил Ветра – и почему это произошло именно накануне того момента, когда основные силы Шенка выступили против Лиги в Картанской долине!

Сопляк, едва нахватавшийся от отца азов искусства выживания, взял из конюшни своего самого резвого скакуна и отправился на войну! Самонадеянный наглец, возомнивший, что парой орочьих трупов он вернет в этот безумный мир свою мать! О, конечно, как же тут вспомнить о чувствах отца – когда бурлит в жилах юная кровь, требующая отмщения!

Тень проклинал властелина вместе с его очередным поручением, заставившим мага покинуть родной дом в такое тревожное время. Он последними словами клял свою непредсказуемую работу, вечно заставляющую его надолго покидать маленького Рейла. Маг корил себя за то, что слишком мало времени уделял воспитанию парня.

Последний сумасшедший рывок – и Ветер черной молнией взлетел на утес, возвышающийся над Картанской долиной. Картина, представшая взору мага, заставила его волосы зашевелиться от ужаса. Все пространство долины представляло собой шевелящуюся, ревущую, брызжущую кровью, живую массу людей, нелюдей и монстров.

На правом фланге батарея гномов-артиллеристов громила гигантскую гидру, управляемую дюжиной эдусов-укротителей. Чудовище пыталось дотянуться до огнедышащих стволов орудий, размахивая своими огромными клешнями и множеством саблезубых голов. Небольшая группа эльфов на возвышении хладнокровно разряжала свои тугие луки в сторону укротителей, но пара йотунов надежно защищала Холодных бардов силовыми полями Воздушной стихии. Неуклюже переставляя свои нижние конечности, гидра неуклонно приближалась к бомбардам, мортирам и кулевринам. Коренастые артиллеристы, снующие меж своих орудий с аркебузами, пытались предпринять все возможное для защиты батареи от пламени, извергаемого головами монстра. Залп – и четыре башки чудовища, дымясь, покатились по горящей земле, давя тела мертвецов и добивая раненых. Послышались торжествующие крики гномов, но, как оказалось – преждевременные – десяток огнедышащих пастей утопили весь артиллерийский расчет в огне. Взрывались незадействованные боеприпасы, разлетались в разные стороны разорванные тела отважных гномов. Эдусы разразились торжественным крещендо.

Маги Лиги незамедлительно ответили на звуки бравурного марша и обрушили огненный ливень на многочисленные головы гидры – извиваясь, чудовище принялось зарываться в землю. В тот же момент штурмовой отряд эльфов в блистающих на солнце доспехах подмял под себя шокированных Холодных музыкантов. Смолкла музыка – мгновенно остановились два клинообразных отряда скелетов и зомби, стоявших в авангарде.

Пытаясь закрепить позиции, эльфы нацелили свои тонкие длинные мечи на нежить. Тут же полетели в стороны разрубленные сухие кости и рваные тела мертвецов в кожаных доспехах, которые неподвижно стояли в отсутствие своих укротителей. Но этот удачный маневр длился недолго. Ровный строй конницы эльфов утонул в волнах изумрудных протуберанцев – четверо Личей Смерти встали на пути штурмового подразделения. Плавились доспехи отважных эльфов, под которыми в пепел обращались их гибкие стройные тела. Поле битвы наполнилось мечущимися и горящими, словно факелы, лошадьми. Где-то невдалеке вновь раздались звуки Холодных флейт, и отряды мертвецов размеренно двинулись вперед.

Тайрон нервно облизнул губы – так, правый фланг Лига потеряла в этом сражении. Его глаза настойчиво искали конницу под командованием Бельтрана – именно в ее рядах должен быть его сын. Наконец, сквозь дым и всполохи магических заклинаний Тени удалось рассмотреть острый клин кавалерии, вспарывающий неровный строй подвывающих орков нургайского клана на крупных лохматых волках. Удачный маневр! Зеленокожие гиганты рубились насмерть, но это было уже не важно – тяжелая кавалерия, словно раскаленный таран, разбросала орков и их огрызающихся волков.

Тень прищурил глаза и радостно воскликнул. Да, это он! Вон там, неподалеку от командующего, с черным плюмажем на серебристом шлеме. Маг пришпорил коня и галопом пустил Ветра в ту сторону, где его сын прорывал вражеский строй. Нет, он не собирался, словно ворчливая мамаша, выговаривать Рейлу за побег на войну – он жаждал участвовать в этом бою, хотя подобные сумасшедшие выходки не соответствовали принципам наемника Тени. Разумеется, он шел на это лишь ради того, чтобы быть рядом с сыном.

Авангард конницы прорвал рассыпавшийся строй орков и устремился туда, где на небольшом холме стоял отряд эльфов крови, сыплющий на противника непрерывный поток разнообразных магических заклятий. Тайрон, стараясь не терять сына из виду, рубил направо и налево, уклонялся от ударов тяжелых копий и сыпал белыми молниями в пеших орков. До гнедого жеребца Рейла, топчущего врага своими тяжелыми копытами, оставалось совсем немного…

Но что это?!!! Земная поверхность с грохотом и оглушительным треском лопнула, ломаясь на огромные темные глыбы! Маги Шенка взвыли на запредельных нотах, поднимая из-под земли гигантского монстра – голема. Это был ужасающий колосс, покрытый толстыми и твердыми земляными пластами, в трещинах между которыми пылал зеленый огонь. Бешеная тварь свирепо взревела и своими уродливыми передними конечностями разбросала в стороны несколько всадников. Клин кавалерии тут же распался на две части, пытаясь обойти голема и атаковать его с тыла. И тут Тайрон разразился страшными проклятьями – его сын, обезумевший от лихой атаки, с копьем наперевес в одиночку устремился прямиком на неистовствующего монстра!

Тень вонзил шпоры в бока Ветра и всем своим существом погрузился в мощь амулета, висевшего на его груди. Видимо, противники правильно истолковали сапфировый ореол, окружающий страшного всадника на черном коне, так как поспешно уступали ему дорогу. Тайрон тщательно готовил свой удар по бушующему чудовищу. Все произошло практически одновременно…

Рейл ударил своим тяжелым копьем прямиком в горящую зеленым пламенем щель на груди чудовища… Монстр взревел, получив смертельный удар, и забился в предсмертных судорогах… Его тяжелая когтистая лапа взметнулась и опустилась… разорвав пополам тело торжествующего Рейла. Тут же к смертельно раненному воину подлетел тролль в латных доспехах и прямо на глазах Тайрона срубил голову его сыну, умирающему в агонии…

Казалось, что сердце Тени остановилось… Мощь, принятая им от амулета, подхлестнутая невыразимой болью и яростью, слетела с ладоней мага волной синего пламени и выжгла все подчистую в радиусе сотни шагов. Кровавая пелена застлала обезумевшие глаза отца, потерявшего сына… Небывалой силы откат заклинания уже накрыл его своей ошеломительной волной… Падая, Тень видел, как обгоревший тролль, срубивший голову его сына, зловеще ухмыльнулся ему и умер… Потом сознание мага погрузилось в беспросветный сумрак…

Когда он очнулся, битва уже закончилась…

Тайрон неловко сел и осмотрелся – на поле битвы опустились сумерки. Долина, устланная трупами, словно пестрым ковром, выглядела как аллегория безысходности. Среди мертвых воинов и частей их тел темными холмами возвышались останки истребленных монстров. Тень, стая ворон и несколько шакалов, рвущих зубами свежую плоть, – вот и все живые персонажи этой мрачной и жуткой картины. Вероятно, битва закончилась совсем недавно, и сбор тел для захоронения оставили на утро…

Сбор тел… Одурманенный разум Тайрона кровавым клинком вскрыло воспоминание о последних мгновениях жизни его сына. Тень хрипло завыл, словно старый умирающий волк, и обхватил руками голову. Он не терзал себя извечными предположениями: «А если бы…» и «Нужно было…» Тайрон – опытный воин, давно уже переставший прятать свое горе в уходе от реальности. Все, что он мог сделать на данный момент – это дать выход эмоциям. Потом маг тяжело поднялся на ноги. Чувствуя себя таким же мертвецом, как и те, о тела которых запинались его ноги, Тайрон медленно пошел в сторону убитого голема. Нужно найти сына или хотя бы то, что от него осталось…

Над долиной витал густой тошнотворный запах свежей крови. Мага замутило, и ему пришлось обмотать лицо шейным платком – это хоть как-то облегчило дыхание. В нескольких шагах от себя Тень заметил труп того тролля, который улыбнулся ему перед смертью и который… срубил голову уже практически мертвого Рейла. Тайрон присмотрелся и тяжело вздохнул – подыхая, воин Шенка прижал к себе окровавленную голову его сына. Он так и умер, прижавшись к ней своей массивной челюстью. Приложив немало усилий, Тень разжал окоченевшую руку и бережно поднял то, что осталось от Рейла. Безжизненным взором он взглянул в открытые мертвые глаза сына и нежно провел пальцами по векам, закрывая их…

Тайрон заметил неподалеку тело дворфа с холщовой сумкой через плечо. Он освободил труп от уже ненужной ему ноши. Вытряхнув содержимое сумки, маг осторожно, словно в могилу, положил в нее останки сына. Рассеянным взглядом он обозрел окружающее пространство и заметил труп Ветра. Из мертвого тела его любимца торчало древко копья и десяток стрел. Удачи и доброго хозяина тебе в следующей жизни, верный друг!

Потом Тень осмотрелся, выбирая себе маршрут, по возможности – такой, где меньше трупов…

Внезапно справа, в нескольких шагах от себя, Тайрон услышал тихий стон. Он взглянул в направлении звука. Это была совсем юная темная эльфийка. Из-под ее доспеха тоненькой струйкой стекала кровь на влажную траву и без того щедро окрашенную в буро-багровый цвет. Умирающая приоткрыла глаза изумрудного цвета и снова издала слабый стон. Тень с укором покачал головой – и эта туда же! Тоже, наверное, шла мстить за кого-то!

Маг бережно положил сумку с головой сына на землю и склонился над девушкой. Он осторожно снял с нее доспех и легкую рубаху. Меж налитых юных грудей пролегала широкая резаная рана. Сколько она уже так лежит? Наверняка потеряла много крови… «Не выживет…» – покачал головой Тайрон и вновь недобрым словом помянул проклятую войну, заставляющую погибать такие юные создания. Внезапно эльфийка крепко ухватила его за ладонь. Находясь в бредовом состоянии, она едва слышно прошептала: