Текст книги ""Фантастика 2024-23".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Илья Рясной

Поток лавандового сознания разбавился старческими вздохами. Сетуя на ноющую «шишку» и «неугомонных блудниц», одноногий хрыч наконец прервал свой двухдневный загул и почтил своим визитом главный зал, с явным намерением пообедать.

Но едва серые глаза скользнули по фиолетовой челке, как помещение взорвалось дребезгом бьющейся бутылки и звоном разлетающегося стекла – меткость, с которой дед швырнул бутыль в лицо ведьме, заставляла вспомнить о его боевой биографии.

Истекая свежей кровью, лицо Киары мгновенно украсилось разнокалиберными осколками и остатками выпивки. Еще секунду назад красивая и изящная моська, ныне напоминала кусок мяса после встречи с мясорубкой. Под завороженное оханье сотрудниц, ведьма выплюнула осколок стекла и обернулась на одноного старика, уже вырывавшего карниз с окна, намереваясь использовать его на манер копья.

Буркнув что-то про «мошек», Киара ухватила меня за локоть и с невероятной легкостью выставила перед собой. Запущенный дедом графин больно впечатался в мою грудь и, отскочив, разлетелся в дребезги, ударившись о пол. От неожиданности кисет вылетел из рук, а кристаллики разлетелись по всему залу.

– Какого хрена?! Ты белочку словил или моча в башку ударила?! Че творишь, маразматик полоумный?!

– Ты кого привел, бестолочь?! Ты хоть воображаешь, что это за тварь?! – впервые за все время нашего знакомства, в голосе северянина звучал неподдельный страх.

– И вам доброго денечка, дедушка... – безразлично фыркнула ведьма и принялась выковыривать осколки из своего изуродованного лица. – Что-то вы сегодня неприветливы. Когда вы молили спасти вашего «сыночку-корзиночку» вы были куда как красноречивее...

Поглядев, как миниатюрная девчонка вытаскивает из брови кусок окровавленного стекла и даже не морщится, я быстро отвернулся к деду:

– Ну, ведьма и ведьма... В лесу нашел. Долгая история – убери палку и я все тебе...

Попытка разговора прервалась ударом импровизированного копья. Дед попытался достать ведьму, но та снова играючи спряталась за мою спину.

– Ведьма?! Четвертый, я знаю, что тебе еще с сызмальства бестолковку жопой защемило, но это даже рядом с ведьмой не валандалось! Какого беса она подле тебя стоит?! Только попробуй вякнуть, что ты с ней сделку заключил...

Поймав мой взгляд, старик вдруг испуганно отстранился:

– Заключил таки. Сторговался, бестолковик! Здешних баб ему мало, ему заморскую щелку подавай! Ты хоть знаешь, чего это щелка тебе стоить будет?! Ты чем-то иным, акромя своей шишки мозговать умеешь?!

Нет, ну это уже оскорбление!

– А когда понадобилась печень, он по другому пел... Такие мольбы, такие обещания... – мелодичный голосок заставил старика снова попробовать достать ведьму, но в итоге лишь саданул мне по плечу. Как бы я не пытался вырваться, Киара крепко держала меня за стеганку.

– Я не особо понимаю, что за шиза у тебя в голове, но эта хрень права – это же ты ее... Не знаю, пустил, или нанял, или что там было-то?! Кто мне печень новую вкорячил, а?

И кстати, чья она была?

– Я по уму пустил, баран! Я за свою башку сторговался – ты в сделку не входил! Одну жизнь на другую меняли!

– Чего?

– В сторону отойди, вот чего!

Продолжая прятаться за моей спиной, Киара закончила вытаскивать осколки:

– Простите что прерываю, но ваш скучный диалог начинает утомлять... – утерев лицо сорванной со стола скатертью, она уставилась на меня немигающим взглядом. – Мне не нравится, когда меня обсуждают так, будто меня здесь нет. Если ты позволишь ему и дальше меня поносить – я начну поносить в ответ.

Свежие раны на ее лице устрашающе быстро затягивались. Бесстрастное выражение и холодный блеск лиловых глаз едва не заставил меня перекреститься.

– Да че встал, балда?! Отойди от нее, кому велено?!

Бледное девичье лицо безразлично отражало лучи заходящего зимнего солнца. Она не предпринимала никаких попыток атаковать, а лишь уворачивалась от нападок пожилого охотника, что то и дело старался достать ее из-за моей спины. Все попытки усмирить деда или выяснить, какого хрена он так взъерепенился обернулись провалом.

Наконец, очередной выпад угодил девушке в плечо и зашипев от ярости, она одним махом вырвала карниз из старческих рук. Носок кожаного сапога гулко врезался в деревянный протез и под треск рвущихся ремней, дед беспомощно рухнул на пол, разбивая лицо в кровь.

Отшвырнув меня как котенка, девчонка уперла каблук в широкую спину северянина, не позволяя тому подняться:

– Я стерплю эти оскорбления лишь из-за болезненной привязанности нашего гостеприимного рыцаря. Но запомни, моя маленькая сморщенная слива – всему приходит конец. Даже моему терпению. Не забывай, что ты уже продал себя... – Киара смолкла, уставившись на клинок моего обломанного меча, ткнувшегося ей в грудь. – Что это? Очередной приступ скудоумия или это такой оригинальный флирт?

Саркастично изогнутая бровь не добавляла мне уверенности, но что поделать? К деду у меня может быть сколько угодно претензий, но это не значит, что я буду стоять и смотреть, какая-то «не-ведьма» его мутузит. Я Аллерии чуть жопу не порвал за куда меньшее прегрешение.

Пока мы играли в гляделки, дед исходил кровью вперемешку с матом. Неестественные физические способности этой девчонки, похоже, не произвели особого впечатления на опытного охотника. В отличие от сотрудниц, половина из которых теснилась в углу зала, а другая уже испарилась в неизвестном направлении.

– Бессердечная сука! Ты даже не человек нихрена! – все не унимался дед, тщетно пытаясь подняться.

– О-о-о, как мило... А не ты ли, сердечный дедуля, помогал одному своему сыну прикончить другого? Не ты ли продал невинную герцогиню, как кусок сала на базаре? Уж не из-за тебя ли мне пришлось поджигать тот рассадник клопов и пороков? И самое забавное... – лицо Киары приобрело хорошо знакомый хищный оскал. – Не твоя ли «сердечность» сгубила любимого «корзину»? Ты ведь знаешь, кто ему череп палкой проломил, верно? Так что же это выходит – ты сам его и убил? Вот тебе новость...

Мелодичный голосок делал то, что не удалось сверхъестественной силе. По мере красочного описания старческих прегрешений из уст самодовольной ведьмы, маразматик все реже брыкался и тише матерился. Пока в один момент он не бросил попытки вырваться и проскулил нечто нечленораздельное, утыкаясь разбитым носом в пол, добавляя к лужице крови собственные слезы. И чем больше риторических вопросов задавала Киара, тем быстрее тихие всхлипы перерастали в бесконтрольные рыдания. Чем громче выл дед, тем ярче сияла садистская улыбка на изящном лице.

Резкий выпад стоил жизни искалеченному клинку – ведьма перехватила меч и с пугающей легкостью окончательно разломала клинок. Не тратя времени, я схватился за рукоять чесалки и попытался сократить дистанцию, но Киара вдруг резко соскочила со старика, быстро отступая в сторону.

Ее бледное лицо краснело с каждым мгновением:

– И это после всего, что я для тебя сделала?! Этим ты мне отплачиваешь?! Ты должен мне! Уже дважды... Нет, трижды! Четырежды! Пятикратно! Без меня ты ничто! Да ты...

Глубокая обида в ее голосе звучала на удивление натурально. Однако вид растянувшегося на полу безногого старика мало способствовал жалости к сраной ведьме. Даже если она в чем-то права.

Удивительное дело, но ее полные обиды реплики резали сердце куда сильнее, нежели завывания старика. Однако маразматик он или нет, но давать маразматика в обиду хрен пойми кому – я не намерен.

– Пошла нахер отсюда!

– Вот как, да?! Вот так ты поступаешь?! Вот она твоя натура, вот твое настоящее лицо?! Я помогаю тебе, оберегаю, душу раскрываю, а ты... Неблагодарная тварь!!! Насекомое!!!

Влажные лиловые глаза дрогнули и ведьма решительно затопала к лестнице, с грохотом переворачивая встретившиеся на пути столы, обещая, что «я еще пожалею об этом». Поглядев, как доведенная до слез девчонка выбивает дверь и скрывается на лестнице, я нервно сглотнул и убрал чесалку обратно за пояс.

То ли она ржавого ножика испугалась, то ли и правда так сильно обиделась. А может и то и другое – хрен ее знает. Даже не знаю, что и думать. Шиза какая-то.

Дед все так же скулил какой-то бессвязный бред на полу, девки жались друг к другу, пытаясь переварить произошедшее, а я пялился на кусочки разноцветного пластика, рассыпавшегося по полу. Вернее, на один конкретный кусочек, пролетевший через половину зала и замерший возле толстой трубы, где когда-то появился огромный демон.

В отличие от остальных кристалликов, этот излучал тусклый теплый свет.

Что она там про какой-то магазин говорила?

Глава 16: Двойное днище.

В отличие от оживленной главной улицы, окраинные дороги навевали крайне мрачное впечатление. Мало того, что половина домов заброшена, так еще и освещения кот наплакал – только тусклое мерцание редких окон да пара разожженных фонарных столбов, больше подходящих на роль маяков, нежели настоящих источников света.

Хотя, чему удивляться? Дни короткие, караваны не ходят, а все окрестные деревни либо разграблены, либо сидят на жопах ровно, не особо порываясь изображать из себя бульдозер и переться по снегам в полупустой город. До весны новым маслом не разжиться, вот фонарщики и экономят как могут.

Но все же как-то не по себе. Уж слишком здесь тихо.

Хрустя свежим снегом на мощеной дороге, я никак не мог избавиться от ощущения нарастающей тревоги. Мало того, что темно как в заднице, а я иду навстречу очередным приключениям на собственную задницу, так еще повсюду снеговиков понатыкали! Пока мы демонов гоняли, да яйца в лесах морозили, местные успели целую армию налепить. Видимо, просто снег лопатой почистить им, засранцам, слишком скучно.

Хотя ожидаемо – работы толком нет, телека с интернетом тоже не завезли, бухло подорожало, вот и приходиться как-то время убивать. Кто животных из снега лепит, кто солдатиков, кто драконов, а кто и вовсе шлюх в процессе усердной работы. Еще и так натуралистично, блин! Сразу видно богатый опыт.

Сдержав усталый зевок и миновав инсталляцию из влюбленной парочки, я в очередной раз задался вопросом, «а не сбрендил ли я?».

Когда после обеда я приперся к Эмбер и рассказал ей о странных кристалликах да словах фиолетовой ведьмы насчет антикварного магазина, она лишь покрутила пальцем у виска. Вместо консультации, информации, или удивления мне достался поток негодования и плохо скрываемой ревности. Мол, мало того, что я с какой-то потаскухой спутаться успел, так еще собираюсь щемить «такого достойного человека» из-за совершенно нелепых домыслов.

Типа, половина гильдии в этот антикварный салон трофеи продает, и пара светящихся фиговин – не повод вламываться туда со стражей. От Грисби и так мало что осталось, а я собираюсь и последнее приличное место разнести. И все из-за слов какой-то «лесной шалавы», которая даже ничего объяснить не удосужилась. Про то, что они с Киарой однажды виделись Фальшивка так и не вспомнила.

Ладно хоть рассказала, что магазином управляет какой-то молодой пацан с сестрой в помощниках. И добавила, что скорее пони перестанут есть яблоки, прежде чем она поверит, что эти хлюпики могли что-то там отравить. Но чем более разумные доводы она приводила, тем сильнее я убеждался в правильности своего решения. В конце концов – какой прок ведьме указывать на «левый» магазин? Просто поржать? Возможно, конечно, но как-то слишком мелочно для нее.

Перед тем как порекомендовать мне побольше спать и поменьше слушать всяких подозрительных прошмандовок, блондинка нехотя, но все же пообещала «пощупать вопрос» и сообщить, если за магазином обнаружится хоть что-то подозрительное.

Покивав головой и пообещав немедленно отправиться спать, я тут же двинул в гарнизон. Как бы ни хотелось взять с собой десяток бородачей да устроить допрос с пристрастием, я ограничился лишь трофейным кинжалом из арсенала да клишированным разговором с сотником из оперы «если со мной что-то случится».

Не знаю, что у Эмбер за тема с этой антикваркой и имеет ли она с нее долю, но в одном она права – вламываться туда в окружении северян раньше времени точно не стоит. Как минимум ради самих стражников – сомневаюсь, что миски с кашей и горсти пшена заставили местных изменить свое отношение к своим благотворителям. Горожане про яд ничего слыхом не слыхивали и свято уверены, что северяне просто жмотились, а наконец поделились запасами только из-за страха перед бунтом.

Еще не хватало, чтобы горожане начали резать по подворотням бородачей из-за «беспредела» с салоном.

Обойдя небольшую инсталляцию, изображающую жирного Грисби на титане в окружении неопознанных солдат, я оказался перед большим двухэтажным особняком. Вывеска с изображением раскрытой книги и толстенные решетки на окнах в один голос подсказывали, что я на месте. Честно говоря, я ожидал увидеть нечто более загадочное или инфернальное.

– Магазин как магазин. – фыркнул я, тщетно выискивая сигареты и пытаясь сообразить, что делать дальше.

Просто зайти и спросить «мужики, вы припасы не травили?» – не самая блестящая идея. Но Киара же ничего конкретного сказать не успела. Только, ляпнула что-то про предстоящую ночевку в одной койке, кристаллы и необходимость продать их в этой антикварке, если я хочу выяснить, кто причастен к диверсии. Даже неизвестно, замешан ли в этом сам магазин, владелец, его сестра или хрен пойми кто еще.

И подробностей уже не вызнаешь – ведьма-то тю-тю! Вовремя же этот козел старый в зал зашел...

Нет, ну то есть – да, Киара неведомая тварь и вообще стремная ведьма, но все-таки что-то в ней... Не знаю. За несколько недель хождения по лесам она как-то... Изменилась, что ли? Даже притворяться почти перестала. Может она и правда хотела помочь? Уж слишком искренней выглядела ее обида, уж очень быстро она испарилась в неизвестном направлении. Не похоже на обычный женский спектакль.

Но что было еще делать? Стоять и смотреть, как она деда мутузит? Или пытаться словами успокоить? Ай, что говорить – и так все понятно. Получилось как получилось.

С тех пор как оказался в этом долбанном городишке мне катастрофически не везет. Как ни кручу, что не делаю, а все равно оказываюсь виноватым. И вся эта ситуация с ведьмой и дедом просто блеклая тень моего последнего перфоманса «дома». Когда пришлось выбирать между предательством рэбовцев и жизнями собственных солдат. Между долгом и подчиненным взводом. Долгом, блин... Смешно.

Каждый раз такая «вилка» случается. Безвыигрышная лотерея. То слабоумный, то ополчение, то дезертиры, то демоны всякие. Теперь вот Киара в общую копилку. Она нам всем жизнь спасла, а я на нее чуть с ножом не накинулся. И все ради старого говнюка, по которому виселица плачет, да моего нездорового чувства справедливости.

После исчезновения ведьмы, дед наотрез отказывался идти на контакт, отделываясь односложными ответам и обвинениями в недалекости. Получив пару раз по роже, и выслушав много лесных слов, он все же признал, что тот стилет, пойманный мной на празднике, почти стоил мне жизни. И спас меня не гильдейский аптекарь или поток сознания рыцарши, а странная фиолетовая девчонка.

То ли она на деда вышла, то ли он на нее, но они каким-то образом спутались и старик помог ей проскочить в княжескую резиденцию, чтобы фиолетовая хрень не дала мне помереть. В обмен на услугу старик «задолжал ей», чтобы это, блин, не значило. Понятное дело – весь этот аттракцион невиданной щедрости со стороны хрыча вырос не на пустом месте. За тот стилет морщинистый придурок винил себя.

Что там были за схемы у деда с плащами, как он самостоятельно вышел на герцогиню, и почему Киаре пришлось поджигать бордель – я не особо понял. Но оно уже и не важно.

Гребанный псих... Родного сына едва не угробил, ради амбиций приемного. Еще и в прыжке переобулся, маразматик чертов! На всех стульях усидеть пытался – специально рыцарше на уши присел, чтобы та загорелась дебильной идеей потащить малявку на праздник. Знал, говнюк, что Рорика грохнуть собираются, вот и пытался и рыбку съесть и на оба стула присесть. Князю-то не обязательно было умирать – самого покушения оказалось бы достаточным поводом для войны.

Несчастный ублюдок, хотел уберечь обоих сыновей, но едва не угробил всех. И меня заодно.

Самое смешное, – Аллерия оказалась права на его счет. Даже эта безмозглая овца почуяла гнилье. Аллерия, блин! Та, что из кофе варит кашу – и то заподозрила неладное. Один я, имбецил, до последнего отмахивался и отрицал очевидное.

В тщетных попытках сделать как лучше, старик едва не угробил все, за что боролся. Полагаю, поэтому мы с ним и ладим – много общего. Изо всех сил пытаемся обойтись малой кровью, но каждый раз все оборачивается катастрофой. Стараемся быть верными, но раз за разом предаем, хотим спасти, а в итоге сами же убиваем, пытаемся быть честными, а в конце...

Мда. Надо бы мне тоже флягу прикупить. И протез. Заранее подготовиться к пенсии.

И самое обидное – ничего кроме жалости я к этому говнюку не испытываю. Даже прирезать не хочется. То ли размяк, то ли и правда кукухой поехал.

Потерев мешки под глазами и с трудом выбросив из головы образ плачущей ведьмы вместе с разбитым черепом капитана, я потянул дверь магазина на себя.

Внутренности антикварного салона разочаровывали отсутствием особых изысков или интригующих открытий. Куча безделушек на полках, длинный полированный прилавок да какой-то смазливый хлюпик, склонившийся над толстым журналом.

Единственная странность – ценники под товарами. Я аж проморгался, когда заметил квадратную бумажку с ценой в семьдесят «роз» под ожерельем из зубов неизвестного хищника. Первый раз в этом мирке такое вижу. Впрочем, я только «за» – меня с самого начала бесило вольное отношение местных к ценообразованию. Уж слишком они поторговаться любят.

Заслышав дребезг дверного колокольчика, невысокий бледный парень оторвался от странного карандаша, похожего на примитивную шариковую ручку и толстенного журнала. Неприлично смазливое лицо исказилось в гримасе ужаса и недоверия. Будто привидение увидел.

Я было напрягся и собирался выхватить кинжал, но вовремя опомнился. Рановато еще тревогу бить – рожа у меня еще та. Сомневаюсь, что это специфичное заведение каждый день посещают такие уголовные морды. Хотя, авантюристы-то ходят...

– Ч-ч-чем м-м-могу... – глубоко вздохнув и захлопнув журнал, интеллигентного вида парнишка наконец взял себя в руки – Чем могу служить вам, господин?

Вопрос на миллион, блин... Не найдя ничего лучше, я решил действовать согласно обрывистым инструкциям Киары:

– Сделка века! – приблизившись к прилавку, я выудил кисет из кармана.

Поглядев на высыпанные кристаллики, пацан чуть напрягся, но быстро расслабился:

– Тысяча извинений, господин, но мы не занимаемся скупкой ювелирных изделий.

От искреннего безразличия в его голосе меня едва не пробил озноб.

– Эм... То есть как это? Уверен?

– Более чем, господин. Я бы с радостью порекомендовал вам заведение моего давнего знакомого, но, к сожалению, он покинул Грисби еще осенью... Возможно, гильдия может предложить вам справедливую цену?

Честно говоря, я ожидал чего угодно, но не этого. Мне казалось, кристаллики станут каким-то сигналом или типа того. Ну там, культисты какие-нибудь повыпрыгивают или пацан зайдется в демоническом хохоте.

Какого черта ему насрать?!

– Ладно-ладно, а если они волшебные? – взяв один из кристалликов в руку, я продемонстрировал бледному парню загадочное сияние.

Нифига не понятно, что это за штуковины такие, но светятся они только у той трубы в главном зале салона или в моих руках. На блудниц и Гену никак не отзываются. То ли камушки реагируют только на безмозглые предметы, то ли даже не знаю. Честно говоря, я вообще нихрена не знаю, кроме того, что уже находил один такой в переулке у пекарни. В кулаке того несчастного дурака, что изображал из себя предсказателя и игрался с магнитом.

Повертев мутный кристаллик в пальцах и стрельнув глазами на мои берцы, антиквар лишь развел руками:

– Боюсь, мое скромное заведение всего лишь антикварный салон, а не магазинчик диковинок. Однако, если вам будет угодно, я могу назначить символическую цену, скажем...

Так, понятно – план ведьмы не работает. Или работает, но хрен пойми как. Короче, пора завязывать в дурочку играть.

– А про рыбий яд что-нибудь знаешь? Про отраву в городских припасах? Сколько тебе барон заплатил, а?! Колись, сучонок, пока кишки по гирляндами не развесил!

– Господин боюсь, я совершенно не понимаю о чем...

– Правильно делаешь, что боишься! Я о демонах и фиолетовой ведьме! – громкий удар кулаком по прилавку эхом прокатился по тихому салону. – Ну, то есть не ведьме, но ты понял, о ком я. И крайне рекомендую тебе завязывать прикидываться шлангом, если не хочешь чтобы этот ботинок оказался в твоей жопе! Или предпочтешь чтобы куча бородатых дяденек побеседовала с тобой в гарнизоне?!

Непередаваемая гамма эмоций на смазливой моське говорила лучше всяких слов. Сменяя друг друга, гримасы недоверия, ужаса, подозрения и непередаваемой скорби пронеслись за несколько секунд.

Наклонившись к прилавку и случайно задев декоративный звоночек, он затараторил в полголоса:

– Господин, вам ведь все уже известно, верно? Вы ведь тоже читали тот журнал? – затаив дыхание, антиквар впился в мое лицо печальным взглядом.

Понятия не имею о чем он, но Киара тоже про какие-то журналы или дневники затирала. Поразмыслив пару мгновений, я решил неопределенно пожать плечами и наградить пацана своим лучшим «я все знаю» взглядом.

Парадоксально, но кажись сработало...

Задрот облегченно выдохнул и наклонился еще ближе. Его лицо казалось счастливым и грустным одновременно:

– Значит, вы просто обязаны меня спасти! – в красивых голубых глазах стояли настоящие слезы. – Господин молю вас, вы просто обязаны мне помочь...

Напряженный шепот оборвался на полуслове. Пацан быстро отстранился от меня, нервными движениями подхватывая кисет с кристалликами и внимательно изучая его со всех сторон. Я уже хотел спросить, что за комедию он ломает, когда из глубины салона показалась невысокая девчушка в очках.

Типичная серая мышка, с такими же темно-синими волосами, как у парня. Ее безразличные глаза впились в меня, как новобранец в последний кусок масла. Почуяв неладное, я незаметно потянулся к кинжалу.

– Так вы говорите, что сыскали их на своем чердаке, господин? – излишне громко и задумчиво произнес парень, явно ни разу не слышав об уроках актерского мастерства. – Что же, если моя цена вас устроила, то я непременно приобрету их у вас!

Девчушка поколебалась в дверях и, сделав вид, что поправила одну из полок, снова скрылась в глубине салона. Однако парень не стал выходить из образа, все нахваливая мой «товар» и благодаря за такую «ценную находку».

Не став изображать из себя ручничок и тормозить, я поддержал театральную постановку и после неумелого торга, согласился на его цену. Нихрена не понимаю, что тут происходит и что эта за маньячка в очках, но, по-моему, я ее уже где-то видел... Уж не она ли за моим салоном следила?

Походу, ведьма таки не соврала и с этим заведением правда что-то не чисто. Долбанный дед! Обязательно надо было все испортить! Не мог в другой день в нее карнизом потыкать? У нас целый бордель – тычь не хочу, но нет, надо обязательно испоганить...

– В таком случае, возьму на себя смелость смиренно поблагодарить вас за сию достойную сделку, господин! – тщетно пытаясь спрятать дрожащие глаза за наигранной улыбкой, парень положил на стол заполненный квиток из дорогой бумаги.

– И что это?

– Это вексель, господин. Вы можете обменять его в местной гильдии авантюристов на указанную сумму. Если вы поспешите, то успеете обналичить вексель в сей же день!

– Да знаю я, что такое вексель, я спрашиваю...

Пацан воровато оглянулся на дверной проем и чуть подвинул бумажку. Под квиточком с печатью, росписью, и крупной суммой, мелькнула крошечная записка. Детективов насмотрелся, поганец...

Посмотрев, как я убираю бумажки в рукав, антиквар учтиво поклонился:

– Хорошего вам вечера, господин. Счастлив был с вами познакомиться!

Я попытался заговорить в полголоса и уточнить, что за хрень тут твориться, но пацан лишь испуганно кланялся и громко блеял, как ему приятно со мной встретиться и как долго он ждал этого момента. То ли он полный шизик, то ли до смерти напуган.

Пожав плечами и проверив кинжал за поясом, я вышел из салона и, убедившись, что нигде не притаилась какая-нибудь бабайка, пошел к далекому фонарю.

Коротенькая писулька, приложенная к векселю, клятвенно молила меня встретить пацана «завтра в полдень» в «резиденции губернатора» и заклинала «спасти». Если резиденция это салон, то вот от кого я должен спасать парнишку – мне решительно непонятно. Что за журнал? Что за очкастая девка? И причем тут яд и демоны?

– Ну, зато теперь понятно, почему Эмбер была против... – проворчал я, крутя в руках вексель на полсотни серебряных монет.

Везде свое жало сунет, махинаторша недоделанная. По-любому какой-нибудь процент имеет.

Потоптавшись на месте и протяжно зевнув, я осторожно двинул в сторону салона. Переться в гильдию через переулок у пекарни было решительно лень.

И все-таки подозрительный пацан. Какого черта он меня господином называл, если меня в городе каждая блоха знает? По дороге пройти нельзя – со всех сторон «обсиркают». Может он притворялся? В дурачка сыграл, чтобы свалить по-тихому?

Было бы неплохо приставить слежку за этим магазином, но... А кого я поставлю-то? Стражники не годятся, Эмбер мне жопу порвет, если узнает, что я ее не послушал, а Гену я здесь ни за что не оставлю. Самому бы пронаблюдать, но уж больно замотался.

Дойдя до площади и поглядев на мерцающие окна княжеской резиденции, я все же решил сперва наведаться в гарнизон. Надо все-таки бородачей предупредить – а то мало ли? Может парень меня и правда обдурил, а сам за ночь на лыжи встанет. Непонятно, куда он зимой сбежит, но вдруг?